Жена альпиниста

Жена альпиниста

Глава 1

Они впервые увиделись на вступительных экзаменах. Она сразу выделила его: серьёзного, сосредоточенного, собранного, да и внешне очень привлекательного. А потом встретились возле списков на зачисление. Когда обнаружили, что оба приняты, радовались вместе с остальными абитуриентами, которые в одночасье стали студентами.

Потом кто-то предложил отметить поступление в кафе. Именно там они по-настоящему познакомились.

- Василий! – представился он.

- Василина! – ответила она, и оба одновременно рассмеялись.

Однокурсники тут же стали звать их «Вася и Ася» и уже не представляли их друг без друга. Да они и были, словно в одной связке: сидели рядом на лекциях, вместе готовились к зачётам и экзаменам.

В группе они были лучшими, но не перетягивали одеяло на себя. Точнее, не тянула Ася. Она искренне верила, что Василию естественнее быть впереди, и не видела в этом никакой жертвы. «Он - мужчина. Вот и пусть берёт инициативу в свои руки, — думала Ася. — А я просто буду за ним — как за каменной стеной». Она умела радоваться его победам, будто это и её победы тоже.

На третьем курсе у неё умерла бабушка, оставив в наследство квартиру. Именно тогда Василий предложил жить вместе. Василина согласилась и была на седьмом небе от счастья: она чувствовала себя практически женой. Только её подруга Оля, бывшая одноклассница, с подозрением спросила:

- А чего это он тебе только сейчас, когда квартира освободилась, предложил съехаться?

Тогда она не приняла подозрений подруги всерьёз. Более того, она даже немного обиделась: ведь Ольга хоть и косвенно, но обвиняла Василия в корысти.

- Ну а как по-другому? – возразила Ася. - Он в общаге живёт. Не к моим же родителям его было приводить!

- Мог бы и снимать ту самую квартиру, если уж захотелось создать семейный очаг! Да, кстати, почему он не предлагает тебе пожениться? – не сдавалась Ольга.

--Сейчас многие живут в гражданском браке. Кому нужны эти формальности? Бессмысленно потраченные деньги, кринолин и кукла на капоте машины мне уж точно не нужны! – отбивалась Ася, даже не замечая, что повторяет слова Василия.

– Но ты ведь сейчас ещё и весь общий быт на себя взвалишь! – не унималась Оля.

- Ну а как иначе? Я ведь хранительница семейного очага! – снова цитировала Василия Ася, искренне веря, что отстаивает собственную позицию и с улыбкой добавляла. – Он - добытчик! Будет туши мамонтов в дом таскать!

Василий тогда и в самом деле стал подрабатывать, но на последнем курсе бросил.

- Нужно сосредоточиться на учёбе, иначе не получить хорошую должность, – аргументировал он свой уход с работы.

И Василина была с ним согласна.

- А как по-другому? – вновь отстаивала она правильность этого решения перед подозрительной подругой. – Нам обоим в будущем нужна хорошая работа. А пока у нас две повышенные стипендии, да и родители помогают. Справимся!

На что Ольга только укоризненно качала головой.

- Конечно, справитесь! Особенно он - за чужой счёт!

Василина отмахивалась от подруги. Та до сих пор была одна - у неё даже постоянного парня не наблюдалось. Ася списывала это на то, что Ольга немного завидует ей и поэтому ищет во всём подвох.

Да, ей порой было нелегко. Особенно когда дело касалось курсовых работ, зачётов и экзаменов: времени катастрофически не хватало. Домашние хлопоты отнимали немало времени. Конечно, было бы проще жить дома, где мама всегда накормит и избавит от бытовых проблем. Но раз уж они решили жить вместе, нужно самостоятельно строить свою семью, а не надеяться на родителей. Те и так не оставались в стороне, всегда помогали.

Василий, надо отдать ему должное, делал покупки и приносил тяжёлые сумки из магазина, но всё остальное ложилось на Асю. Она не роптала, и даже умудрялась сдавать всё в срок. Иногда из-за этого страдало качество работы, а оценка оказывалась ниже её возможностей - но она не обращала на это внимания.

А Василий с гордостью говорил, что ему с ней сильно повезло. Он даже хвастался перед окружающими её способностью всё успевать, и от этих слов Ася расцветала. У неё словно крылья вырастали. В его глазах она была необыкновенной. Он восхищался ею – и это для неё было весомым доказательством его любви.

Когда они только съехались, Василий уверенно пообещал:

- Вот закончим учёбу - и сразу поженимся!

Ася тогда поверила безоговорочно и больше не поднимала тему. Ей было достаточно этого «сразу» - оно грело, будто всё окончательно уже решено.

Позже как-то зашёл разговор о детях. И снова Василий спокойно расставил приоритеты:

- Ну, а куда нам спешить? Нужно универ закончить, работу получить, на ноги встать. Потом уже можно думать о ребёнке. А сейчас к чему эти разговоры?

Она снова кивала, соглашаясь. Его логика не вызывала сомнений, а уверенность воспринималась как надёжность. И она перестала поднимать эти темы. Василий всё держал под контролем и был аккуратен до педантичности в плане контрацепции, будто боялся сделать хоть один неверный шаг. Случайности он не впускал в свою картину мира – для него всё должно было укладываться в чёткий план.

Фирма, где они проходили преддипломную практику, была престижной - туда их порекомендовал сам декан. В тот момент компания открывала новый филиал и искала свежие кадры, в том числе среди способных студентов: для этого объявили конкурс.

Ася загорелась: это был реальный шанс, и она хотела попробовать. Но Василий сразу остудил её пыл:

- Ну что мы будем друг с другом соревноваться, - сказал он спокойно, почти буднично, будто речь шла о чём-то незначительном. - Давай лучше объединим наши усилия. Так мы точно покажем класс. Одна голова хорошо, а вместе мы сила! Тем более берут только одного. Если выиграю я – выиграешь и ты! Мы ведь команда!

Ася тогда даже не решилась возразить: в его уверенности было что‑то такое, что заставляло прислушаться. Он всегда всё просчитывал, а она… она верила, что он знает, как лучше.

И она вновь согласилась. Ольга, узнав об этом, чуть не разругалась с ней окончательно.

- Ты что? Совсем с головой не дружишь? Сегодня есть твой Василий, а завтра его не будет - и что тогда? А тут такой шанс упускаешь!

Василина снова слушала подругу в пол-уха.

Что значит «сегодня есть, а завтра нет?» Он всегда рядом. Есть и будет! Даже если ей не удастся устроиться в эту фирму, то она найдёт себе что-нибудь попроще, пусть и с меньшей зарплатой. В конце концов, они сразу поженятся, а вскоре Ася мечтала стать матерью и сидеть с ребёнком, как положено, до трёх лет. Василию же сейчас позарез нужна была эта работа, чтобы в будущем обеспечить их семью. Да и зачем конкурировать? Они - одно целое, и объединить силы было самым логичным решением.

Когда Василий получил эту должность, Ася искренне радовалась, словно это было её собственное достижение. И в каком-то смысле так и было: она и правда вложила в его работу немало сил - порой даже в ущерб своей дипломной работе.

Чтобы отпраздновать победу, Василий пригласил её в ресторан. Там он произносил тосты в её честь, повторяя, что половина успеха - её заслуга. Ася с благодарностью принимала эти восторженные слова, и радости её не было предела. Они сделали это! Они – настоящая команда!

Вскоре Василий объявил, что он уезжает в другой город: именно там открывался новый филиал.

- Когда мы едем? – с готовностью спросила Василина.

- Мне кажется, - как всегда уверенно начал Василий, – что мне нужно поехать сначала одному. Я устроюсь там, сниму квартиру, посмотрю, как всё пойдёт. Потом и ты приедешь. Я не могу тащить тебя в неизвестность, туда, где ничего не налажено.

Василина вначале пыталась возразить: она готова была преодолеть всё вместе с ним, её не пугали ни неустроенный быт, ни любые трудности. Но Василий со свойственной ему убедительностью настоял на своём. И в какой-то момент ей его доводы показались разумными. Он думал, он заботился о ней! Только поэтому принял такое решение. И она согласилась.

Скоро он уехал из города. Узнав об этом, подруга смотрела на неё с лёгким снисхождением, будто давно ждала такой развязки. Лишь в конце спросила:

- И на какое время отложен твой отъезд?

- На год, - проговорила Ася, и ей вдруг стало страшно: целый год без него! Но вслух сказала, вспомнив слова Василия:

- Всего год. Мы больше ждали. Подождём ещё. Зато потом будем вместе.

Оля ничего не ответила. Просто посмотрела на неё так, словно видят перед собой наивного ребёнка, который не замечает очевидного, а упрямо верит, что если зажмуриться, то опасность исчезнет.

Вначале они созванивались ежедневно. Говорили о работе, о быте, о том, как сильно скучают друг по другу.

- Мне так тебя не хватает! – всякий раз говорил Василий на прощание. - Не проходит и дня, чтобы я не вспоминал о тебе, но ты же всё понимаешь. Ты у меня необыкновенная. Я тебя так люблю. Целую, скучаю.

После этих слов надежда в Асе загоралась с новой силой, стирая любые сомнения, дурные предчувствия и тревожные мысли.

Потом разговоры стали реже.

- Любимая, я так устаю, - говорил Василий. Работаю без продыху, прихожу и буквально падаю. Мне нужно закрепиться в компании, показать себя. Ты ведь всё понимаешь?

И она всё понимала, вновь верила. А как могла не верить? Усомниться – значит перечеркнуть все надежды и мечты. Засомневаться – всё равно, что поставить жирный крест на их отношениях. А этого она никак не могла допустить.

Василина устроилась на работу в своём городе. Должность была не совсем по профессии, но это не имело значения: всё равно ненадолго. Через год она переедет к Василию - она была в этом уверена. К тому времени он уже точно устроится.

Так прошёл год в этом бесконечном ожидании звонков, разговоров, какой-нибудь определённости. И наконец, Ася решила поехать к нему сама, без приглашения.

Если он боится, что она не справиться со сложностями в чужом городе, то она докажет ему обратное. Ася была готова ко всему: к небольшой зарплате, неустроенному быту, к съёмной квартире. В тот день она не стала ждать его звонка и позвонила сама.

- Привет, любимый! А я в отпуске через три дня. И уже взяла билет на поезд! – радостно сообщила она.

В трубке повисла напряжённая неожиданная пауза. Ася ждала всплеска радости, но вместо этого ощутила лишь гнетущую тишину. Ей даже показалось, что связь оборвалась.

- Алё! Василий! Ты меня слышишь?

- Да, Асенька, слышу.

- Ты не рад? Почему молчишь?

- Конечно я рад! Просто… это неожиданно. Ты ведь не говорила, что собираешься приехать.

- Отпуск дали, – пояснила Ася, хотя на самом деле про её отпуск было известно давно.

Узнав, что она приезжает утром, Василий посетовал:

- Зачем ты взяла билет на этот поезд? Ты ведь знаешь, что я в это время на работе. Меня никто не отпустит - я не смогу тебя встретить.

В его голосе она уловила лёгкое раздражение, но тут же списала его на переживания: он ведь просто не хочет, чтобы Ася оказалась одна в незнакомом городе. Поэтому поспешила успокоить:

- Не переживай. Я оставлю вещи в камере хранения и погуляю по городу, пока ты не освободишься. Всё будет хорошо.

На работе её провожали не просто в отпуск, её провожали к жениху. Говорили добрые слова, желали счастья. Василина кивала, улыбалась, благодарила. И отчаянно хотела верить, что всё именно так, как они говорят.

Но где-то под рёбрами тихо и упрямо жила другая правда: в их отношениях не всё так гладко. Ася не давала этой мысли выйти наружу. Вот увидит она его, услышит его голос, почувствует рядом и всё встанет на свои места. А сомнения… Это всего лишь сомнения. Их можно отложить, а лучше и вовсе вычеркнуть.

Накануне отъезда они встретились с подругой. Та, не тратя времени на предисловия, сразу спросила:

— Ты точно уверена? Не торопишься ехать?

— Уверена! — Ася заговорила быстро, будто скорость могла заглушить те самые сомнения. — Он не зовёт меня к себе не из-за равнодушия. Он просто переживает, что мне будет тяжело. Боится, что не сможет дать мне того, к чему я привыкла. Но это неважно! С ним я справлюсь с чем угодно. Он очень талантливый, а я стану для него опорой. Помогу ему раскрыться, продвинуться по работе… Я всё для него сделаю, у нас всё получится!

Ася говорила заученно уверенно, словно не только подруге, но и самой себе не давала усомниться в сказанных словах.

Оля молчала. Казалось, она не слушает – думает о своём. Наконец сказала негромко:

—Возможно ты правильно делаешь, что едешь к нему сама. На месте ты быстрее увидишь, как обстоят дела.

От этих слов внутри у Аси всё сжалось: подруга не спорила, но в её согласии слышалось что-то горькое. То, о чём та знала наверняка, а Асе только предстояло в этом убедиться.

— Что ты хочешь этим сказать? — с тревогой спросила Василина, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Оля не ответила прямо. Вместо этого она просто посмотрела на неё долгим взглядом — так, будто хотела и защитить от правды, и не лгать.

— Только то, что сказала: на месте сориентируешься быстрее. - Уточнила она. Потом обняла Асю крепко, как будто этим объятием пыталась восполнить недосказанность.

Поезд пришёл на рассвете. Когда Ася вышла на перрон, утренний воздух ударил свежестью — и это вдруг показалось ей спасением. После ночи, когда сомнения скребли изнутри, этот вдох был как глоток чего-то настоящего.

Город уже жил своей жизнью: машины спешили, люди торопились, кто-то кричал в телефон, кто-то опаздывал. Ася оставила чемодан в камере хранения и шагнула в эту суету — но не слилась с ней. Она шла по аллее медленно, будто растягивая минуты, чтобы успеть поверить: всё будет хорошо.

Солнце слепило, блики плясали на витринах, и в этой простой игре света ей виделся какой-то добрый знак. В кофейне пахло корицей и кофе — уютно, почти по-домашнему. Она купила булочку, села у окна, сделала первый глоток капучино и на секунду закрыла глаза, чтобы удержать это чувство.

А потом всё-таки открыла телефон. Пальцы чуть дрогнули, но она заставила себя напечатать спокойно:

— Доброе утро. Я уже приехала.

Добавила сердечко и отправила.

Она увидела, что сообщение прочитано, но ответ пришёл лишь минут через пятнадцать. Короткий, сухой: «ок». От чего внутри снова кольнуло, но Ася поспешила оправдать скупой ответ.

«Ну а что я хотела? - сказала она себе. - Он же предупреждал, что будет на работе. Возможно, сообщение пришло не в самое удачное время. Ты обещала ждать – так жди!»

И она вновь уставилась в окно. Яркая картинка солнечного утра неожиданно поблекла. Радость, которую она так старательно собирала по крупицам, рассыпалась, и утро вдруг стало серым, несмотря на солнце.

Решение пришло неожиданно. Ася знала название организации, где работал Василий. Найти адрес в «2Гисе» не составило труда - и вот она уже стояла возле входа. Заходить не стала. Вместо этого она устроилась на летней веранде, на противоположной стороне улицы, заказала кофе и стала ждать. Время было обеденное.

И вдруг она увидела его - своего Василия. Хотела было закричать, но тут же поняла, что это бессмысленно: их разделяла проезжая часть, по которой с шумом мчался транспорт. Она только успела вскинуть руку – и тут заметила рядом с ним девушку, которую он услужливо держал под руку.

В первый момент Ася опешила, но быстро взяла себя в руки. Мозг тут же подбросил разумное объяснение:

«Ну, мало ли с кем он может пойти пообедать? Возможно, остались какие-то рабочие вопросы, которые нужно обсудить. Не на свидании же он - на работе!»

Но ноги, словно сами по себе поплелись за ними. Вскоре Василий со своей спутницей вошёл в небольшой ресторан. Когда они скрылись за дверью, Василина замерла и вдруг устыдилась этой слежки.

Она никогда раньше не ревновала Василия - да он и не давал поводов. Что же с ней сейчас происходит? Почему эта картина так её взволновала?

В голове вновь закружились объяснения и доводы, она принялась укорять себя за недоверие. Но внутри всё равно ворочался въедливый червячок, не давая покоя. Наконец она не выдержала и набрала ему сообщение:

- Как твои дела? Может, пообедаем? Я недалеко от твоей работы.

Ответ пришёл мгновенно:

- Извини, не могу. Срочная встреча.

«Ну вот, - сказала она себе, – что и требовалось доказать. У него деловая встреча! А я себе чёрт-те что напридумывала!»

Ася устыдилась собственных мыслей и буквально усилием воли заставила себя уйти как можно дальше от этого места – лишь бы он вдруг не увидел её.

Город будто стал слишком громким и слишком ярким. Ася бродила без цели, не замечая улиц, пока солнце не начало безжалостно палить. От бессонной ночи и напряжения тело налилось тяжестью, а глаза сами собой слипались.

Она опустилась на скамью в тени возле фонтана и уставилась на воду. Фонтан струился, роняя капли, которые ветер подхватывал и разбрасывал в воздухе. Монотонное журчание действовало как гипноз — Ася прикрыла глаза, пытаясь хоть на минуту остановить этот бесконечный поток мыслей.

Но тишина продлилась недолго. Её окликнул звонкий голос. Девушка с планшетом протянула опросник и с дежурной улыбкой попросила поучаствовать. Асе ничего не оставалось, кроме как кивать и отвечать на бесконечные вопросы, чувствуя, как каждая секунда тянется невыносимо долго.

Когда опрос, наконец, завершился, она почти выбежала из парка. Только сейчас она заметила, что повсюду снуют молодые люди с планшетами — целая армия с одинаковыми листами, будто город превратился в одну большую проверку.

К концу рабочего дня Ася совсем расклеилась: ноги едва слушались, а всё тело ломило от усталости. Неожиданно раздался звонок Василия.

- Привет, – произнёс он.

Сердце встрепенулось, будто и не было этих томительных часов ожидания.

- Привет! – ответила она нарочито бодрым голосом.

- Ты сейчас забирай багаж, а я тебе такси вызову.

- А разве мы не вместе заберём его? – вырвалось у Василины.

- Зачем нам время терять? Пока ты доберёшься, я встречу тебя с пиццей и горячим чаем! – как всегда логично и уверенно объяснил Василий.

И Ася послушно поплелась на вокзал. Там она тащила тяжёлый чемодан по бесконечным ступенькам, пока, наконец, не выбралась на привокзальную площадь, где её уже ждало такси.

Василий встретил её у подъезда комфортабельного дома – и это её удивило. Он всегда рассказывал о трудностях с жильём, и Ася представляла его квартиру в какой-нибудь хрущёвке на окраине, но никак не в престижном районе. Да и сам он выглядел презентабельно - совсем не так, как человек, у которого серьёзные проблемы с заработком.

Войдя в квартиру, она и вовсе оторопела. Та была небольшой - всего две комнаты, - но очень просторной. Стильный дизайн и качественный ремонт говорили о том, что на материалах не экономили.

Василий, уловив её удивлённый взгляд, поспешил развеять сомнения:

- Сослуживец уехал в длительную загранкомандировку и недорого сдал мне своё жильё.

Его объяснение вновь её успокоило, и она выдохнула с облегчением. Обняла его за шею, готовая к поцелую. Василий обнял её в ответ, но не спешил целовать. Вместо этого он покосился на огромный чемодан и спросил, будто спохватившись, что забыл уточнить важную деталь:

- А ты надолго?

Ася замерла. Её руки, только что крепко обнимавшие его, медленно сползли вниз. Она хотела сказать «навсегда», но слова застряли где-то в горле. Ведь она ехала именно навсегда: чтобы помогать ему, быть рядом в тех трудностях, о которых он рассказывал так искренне. Но теперь эти рассказы казались частью другой истории, не той, что разворачивалась сейчас и она не знала, как на это реагировать.

- Ну, чего мы стоим? – прервал Василий молчание, не дождавшись ответа. - Проходи.

На столе уже красовалась пицца, рядом возвышались два фужера для шампанского. Вскоре Василий достал бутылку из недр сытно урчащего холодильника, ловко откупорил её и разлил по бокалам. Один взял себе, другой протянул Асе:

- Ну, давай за встречу.

Они чокнулись. Ася неожиданно выпила всё до дна и, будто извиняясь за свой порыв, тихо сказала:

- Чтобы жизнь была полной!

После улыбнулась, но улыбка вышла натянутой: внутри всё ещё звучал вопрос о том «надолго ли она приехала?».

Потом Ася вяло жевала пиццу, потягивая шампанское теперь уже маленькими глотками, и молчала. Говорил, как всегда, Василий — о работе, о трудностях, о том, что вертится как белка в колесе. И ни слова об их будущем, будто и не было всех совместно прожитых лет, будто не существовало прежних договорённостей. Но мозг уже не искал оправданий его словам и поступкам — он просто отключился, словно предохранитель, перегоревший от перегрузки.

Ася проснулась на рассвете, когда город ещё только начинал просыпаться. Она лежала неподвижно, вслушиваясь в ровное дыхание Василия. Столько раз она прокручивала в голове эту встречу: как они наконец будут вместе, как всё встанет на свои места. А теперь она смотрела на него и не узнавала.

Рядом, в этой роскошной кровати, лежал её любимый — и в то же время чужой человек. Незнакомый, холодный. И от этого несоответствия между её воспоминаниями и тем, что было сейчас, внутри всё сжималось.

Ася лежала и вспоминала: вчера он даже не попытался её коснуться. И эта деталь разрасталась в её сознании до масштаба приговора — будто одного этого хватало, чтобы подтвердить худшее: у него есть другая.

Она невольно вернулась мыслями в прошлое: раньше он был жаден до близости, обижался из‑за малейшего отказа. Эта его требовательность когда‑то даже напрягала, а теперь казалась неоспоримым доказательством того, что в то время она была желанна, он её хотел, а сейчас она ему попросту безразлична.

«Как он обходится без секса целый год?» — этот вопрос в разлуке часто вставал перед ней. И всегда она заглушала его привычным доводом: «Я держусь, хотя мне его не хватает, значит, и он может». Но сегодня эта формула не работала. Сегодня она звучала как самообман, как насмешка, как издёвка.

Ася часто представляла, как он накинется на неё при встрече - и всё это случится тут же, в самом неподходящем месте: на столе, в прихожей, в душе… Неважно! Главное, что это обязательно произойдёт, и она позволит ему насытиться ею, полностью, без остатка будет принадлежать только ему!

От этих мыслей по телу каждый раз разливалась сладкая волна, внизу живота становилось горячо, а от желания по телу пробегала дрожь.

Но теперь, лёжа рядом с ним в этой тихой комнате, она вдруг поняла, насколько эти картины далеки от того, что происходит сейчас. Тишина была слишком плотной, а его ровное дыхание — слишком спокойным. Её фантазии казались криком, который никто не услышал.

Прозвонил будильник. Ася лежала к Василию спиной. Отдохнувший мозг снова попытался найти хоть какое-то оправдание: «Возможно, он дал мне отдохнуть с дороги?»

Она усмехнулась — тихо, беззвучно, только внутри. Мысль была до смешного наивной. В прежние времена Василий просыпался раньше неё, и его нетерпение было таким же естественным, как утренний свет. А теперь он молча отключил будильник, скользнул взглядом по её неподвижной спине и бесшумно ушёл в душ — стараясь не потревожить.

И в этой старательной тишине было больше правды, чем в любых словах. Ася больше не пыталась убедить себя, что это забота. Она поняла глубину своих заблуждений.

Василина дождалась, когда дверь за Василим захлопнется. Только после этого позволила себе вдохнуть полной грудью. В голове пульсировала неопределённость, стучала, требовала какого-то решения – но решения не было. Казалось, будто мысли превратились в вязкую муть, где все сомнения спутались в один клубок.

На телефон пришло сообщение: «Доброе утро. Не стал тебя будить. Буду поздно. Много работы. Если куда-то соберёшься выйти, то ключ в прихожей».

Ни привычного обращения, ни нежных слов - только сухие факты.

Василина долго стояла под душем, будто пыталась смыть с себя это наваждение.