Extract 18

Стеша пыталась укатить от себя, докрутить педали так, чтобы не чувствовать собственных ног. Чтобы не болело одно, надо, чтобы заболело другое.

Но все попытки были тщетны. Велосипед вёз её назад, а не вперёд.

Наконец мышцы на руках стали забиваться. Ноги начали терять утреннюю лёгкость. И Стеше это понравилось. Не сбавляя темп, она продолжала крутить педали.

Вот уже колеса велосипеда катили по любимой тропинке. Асфальтированная велодорожка пересекалась с пешеходной тропой. Но сегодня Стеше было не до людей.

Девушка летела, не замечая ни деревьев, ни пешеходов. Внутри всё кричало — тихо, незаметно ни для кого. Какая разница, есть мир вокруг или нет, если её собственный мир рухнул.

Внезапно на дорогу выехала девочка на велосипеде, пересекавшая путь Стеши.

Девушка сжала рычаги тормоза изо всех сил, но девочка была уже слишком близко.

Под визг резины об асфальт, Стеша врезалась передним колесом в заднее колесо маленького велосипеда.

Девочку откинуло на метр. Стеша не справилась с равновесием и свалилась на бок вместе с велосипедом, к счастью, в противоположную сторону от девочки.

В то же мгновение раздался вой ребенка. А за ним и вой взрослых.

— Ты куда летишь, ненормальная? — крикнула подбежавшая мать. — Здесь же дети! Ты видишь, погода какая?

Девочка уже ревела. Стеша подняла голову в ее сторону. У той были разодраны колени и руки.

— Сука, ненормальная! — продолжала кричать мать.

— Извините, — вставая, еле слышно сказала Стеша, растерянно смотря на кричащего ребенка.

Но в её извинении не ощущалось ни сожаления, ни сочувствия. И это не от нелюбви к детям — их Стеша обожала. Просто сегодня жизнь в любой своей форме казалась ей не настоящей. Она сама не понимала своей реакции, что очень пугало её.

Рядом скапливались люди. Стеша растерянно посмотрела вокруг, на то ли осуждающие, то ли просто любопытные лица и двинулась прочь, бросив велосипед.

— Куда вы? Ваш велосипед… — бросил в ее сторону молодой парень.

Стеша даже не повернулась в его сторону. Даже не слышала его.

Молча и отрешённо она так прошагала до ближайшего ларька.

— Воды, — сухим голосом, в открытое окно еле слышно проговорила Стеша.

Женщина за окном молча подала бутылку.

— Сто двадцать. Картой?

Стеша потянулась за водой и, как только взяла бутылку, почувствовала острую боль в костях — и тут же упала в обморок.

Очнулась уже на лавочке. Земля под ногами переливалась как лава. Деревья перемещались как в мифах Гомера. Девушка закрыла глаза, схватившись за голову.

— У вас всё хорошо? — спросила продавщица.

Стеша не ответила. В голове что-то кольнуло.

— У вас рука опухла, — сказал мужской голос.

Девушка опустила голову. Рука то расширялась, то сужалась. Она опухла или мир вокруг стал меньше? Всё выглядело странно и запутанно. Особенно, та девушка впереди.

Кто это?

Она что-то кричала и пела. Глухой звук, похожий на…

Вой сирены?

Из-за поворота показалась машина скорой помощи.

— Девушка, вы нас вызывали?

Стеша подняла голову на медсестру, ничего не ответив.

— Это я вызвала. Она подошла к магазину и потом…

Через два часа Стеша вышла из травмпункта с гипсом на руке. Зазвонил телефон.

— Стеша, ты где? Всё в порядке?

— Да, я… я скоро буду, — сказала она сухо и отключила звонок.

Дома мать встретила её.

— Боже, что случилось?

— Ничего, просто… — девушка задумалась. — Упала.

— Как упала? Сильно?

— Перелом, — сказала она.

Мать недоумённо посмотрела на неё, потом на руку.

— Что случилось?

— Я сейчас не хочу ни о чём говорить.

Стеша прошла в комнату и аккуратно легла на кровать. И только сейчас понемногу приходила в себя.

— Велосипед… — проговорила она, вставая.

Но, взявшись за ручку двери, остановилась. Через несколько секунд отпустила ручку и вернулась на кровать. Надев наушники, она включила Лану Дель Рей — «Young and Beautiful».

И только сейчас ее снова накрыло. Но рыдать не было сил. Их хватило только на пару скупых слез, которые никак не выражали внутреннего апокалипсиса. Некоторые состояния просто невозможно выразить ничем — ни словами, ни музыкой, ни даже чувствами. Это не боль, это не страдание. Это полное отсутствие необходимого куска жизни. Но и это всего лишь слова. Просто слова. Лишь на грамм выражающие суть. Проблема слов в том, что ими тяжело выразить то, чего нет. Куда лучше это выражает будущая биография человека. Но только для тех, кто умеет читать между строк.

Стеша лежала, слушая один и тот же трек с каменным лицом. Организм не мог не чувствовать усталости, и вскоре девушка уснула.

— 24

— Ты помнишь про документы? — спросила мама, зайдя в комнату Стеши.

— Мы же только вчера говорили.

— Мало ли. Ты в последнее время сама не своя.

— Всё в порядке.

Мама что-то перебирала в шкафчике письменного стола.

— Где твой велосипед? Хотела прокатиться, — она, выпрямившись, повернулась к дочери.

— Э-э-э.

Чёрт! Велосипед! У меня же был велосипед…

Стеша подошла к шкафу и начала рыться, только бы оттянуть время.

— Ну?

— Его нет, — в сторону старой сумки на дне шкафа сказала девушка.

— Чего? — мать уставилась на Стешу. — В шкафу уж точно, может повернёшься?

— Н-у-у, нет его. — она продолжала рыться в шкафу.

— А где он?

Стеша не знала, что ответить. В голове метались только отговорки.

— Я отдала на время.

— Кому?

Стеша выпрямилась, прикрыла дверь шкафа и повернулась к матери.

— Лане.

— Когда?

— На прошлой неделе.

Мать пытливо посмотрела на дочь, но Стеша быстро отвернулась и прошла к окну.

— Отдала и ладно, — мама вздохнула. — Вечером семейный ужин, не забудь.

— Да. Я-я-я помню.

Женщина удивленно размахнула руками и двинулась к выходу.

У самой двери вдруг развернулась.

— Ах да, забыла сказать. Там куртка чья-то чёрная.

— Куртка?

— Сейчас… — мама скрылась в коридоре и вскоре вернулась с курткой назад. — Я постирала вот.

— Мам!

— Случайно.

Мать внимательно посмотрела на дочь.

— Стеш, это его?

— Мам, я сейчас занята, — она встала и двинулась к двери, — можно я подготовлюсь к завтрашнему?

— Хорошо-хорошо, ухожу, — женщина вышла из комнаты.

Девушка снова вернулась к куртке. Странно. Никого в гостях не было. Ну может Ланы? У нее всегда странные замашки на вещи. Может, это кого-то из ее друзей?

Стеша накинула куртку на стул и откинулась на диване. Сейчас ее волновали вопросы куда серьезнее. Она открыла статью, которую так и не успела прочитать из-за прихода матери, но тут же закрыла и бросила телефон себе на грудь.

Велосипед… Отдала Лане, ага. А она кому отдала? Охраннику парка наверно…

Девушка сделала несколько глубоких вдохов, закрыв глаза, и снова открыла статью.

Это сложная ситуация. Разберём по шагам.

1. Честный разговор с собой. Ваши приоритеты: что важнее — учёба и комфорт или эти отношения? Ваши чувства: насколько вы готовы жертвовать? Есть ли такая же готовность у него? Что вами движет: Страх потери или искреннее желание быть вместе?

2. Открытый разговор с парнем. Объясните свою позицию — это осознанный выбор, а не каприз. Спросите о его мотивах: почему именно вы должны переехать? Рассматривал ли он другие варианты? Предложите альтернативы: дистанционные отношения, его переезд, пауза на время адаптации.

3. Оцените здоровье отношений. Уважение к вашему выбору — фундамент. Давление и манипуляции («если любишь — переедешь») — тревожный знак. Готовность к компромиссу: ищет ли он решение, которое подходит обоим? Мотивы его требования: часто это страх или желание контролировать, а не партнёрство.

4. Возможные сценарии. Он согласен на компромисс: обсудите, как поддерживать связь на расстоянии. Он настаивает, угрожает разрывом: спросите себя — нужен ли вам человек, который ставит свои условия выше вашего будущего? Вы решаете переехать: только если это ваше искреннее желание. Просчитайте риски: что будет, если вы расстанетесь?

5. Главные вопросы для решения. Что важнее сейчас — отношения или ваше образование/место жизни? Переехали бы вы, если бы не было этого парня? Чего вы боитесь больше — потерять его или пожалеть о несделанном выборе через 5 лет?

Итог:

Нельзя строить будущее только вокруг другого человека. Здоровые отношения — это когда два целых человека выбирают быть вместе, не ломая себя.

Если он не готов искать компромисс — вы смотрите в разные стороны. Ваше «нет» — это не конец любви, а защита своего пути. Настоящие отношения выдержат испытание расстоянием. Если нет — значит, они не были тем, на что вы надеялись. Принимайте решение с умом, не опираясь только на страх одиночества.

— 23

— Да, мам, я знаю. Я помню про фотографии. Давай, — девушка убрала телефон в карман.

Стеша одиноко сидела на лавочке в парке, упёрлась губами во внешнюю сторону ладошки, и нервно дёргая ногой, задумалась.

Как я здесь оказалась?

Рядом, сквозь дымку, выбежала девушка в розовом костюме и пронеслась мимо Стеши. Та смотрела ей вслед, пока силуэт не скрылся в серости.

И когда всё это началось?

Прям над головой каркнула ворона и спрыгнула с ветки, пролетев над Стешей. Она что-то отвечала, но Стеша не услышала — ворона каркала слишком неразборчиво, и слов нельзя было отличить.

Как я до этого дошла? И когда это началось?

Раздался стук кулака по столу.

— Господа! Потише!

Стеша повернула голову. Лана сидела за партой и списывала что-то с телефона в тетрадь.

Лана? Я даже не помню, когда мы с ней впервые…

— Лана.

Девушка повернулась.

— Когда мы с тобой познакомились?

Лана улыбнулась:

— Стеф, ты чего? Мы с тобой никогда не знакомились.

Стеша нахмурилась.

— Мы всегда были знакомы…

Подошёл учитель.

— Ну, нашли?

Стеша уставилась на неё. Учительница взяла открытую книгу у Стеши.

— Окситоцины… Вы не там ищите.

— Не там ищем? — повторила Стеша.

— Мы не там ищем… — сказала Лана и откинулась на спинку дивана, взяв трубку кальяна и крепко затянувшись дымом.

— Держи, — она протянула трубку Стеше.

— Лана, нет… — Стеша отмахнулась рукой. — Блин, может, пора уже назад? Алгебра наверняка кончилась… — Стеша нервно посмотрела на дверь.

— Ещё десять минут… — Лана снова затянулась. — Поменяйте нам угли, — крикнула она кальянщику.

Подошёл парень. Стеша увидела знакомые руки, подняла голову и застыла.

— Илья? — еле выдавила она, но, встретив его каменное лицо, тут же пришла в себя и отвернулась.

Парень поменял угли и выпрямился.

— Вы не там ищите.

Стешу словно выдернули оттуда в реальность.

Опять… Нет, я знаю… я контролирую… если я не здесь, главное не кричать, чтобы там не услышали…

— Послушайте, а что мы ищ… — не договорила она.

Парень резко вставил кальянную трубку Стеше в рот и сурово посмотрел.

Стеша уставилась на Ксюшу. Та пожала плечами.

— Я предлагала, — только и бросила она.

— С абрикосом, — добавил Илья.

Стеша взяла трубку в руки и вытащила. Повернулась к Илье, потом к Лане. Те только кивнули, и девушка затянулась.

Горько.

На выдохе дым стал заполнять всю комнату так плотно, что и Илья, и Лана скрылись под ним. Он сгущался всё плотнее и плотнее. Стеша начала кашлять. Всё громче и громче… громче и громче…

Кто-то стучал по спине. Настойчивее и настойчивее. Стеша обернулась. Лана.

— Ну, как ты? — сказала она. — Чем ты так подавилась? Начосом?

На коленях Стеши лежала пачка горячих начос.

— Я в порядке. В порядке.

— Хорошо, — Лана откинулась на спинку и уставилась вперёд, в экран…

Стеша повернулась за линией взгляда.

Кино.

Стеша узнала актёров, но не фильм.

— Si je suis honnête… si je ne sortais pas avec lui, il pourrait peut-être y avoir quelque chose entre nous1[1], — сказала Мари, глядя на Антуана. Затем повернулась к Эльзе. — Pardon, Elsa2[2].

— C'est rien, tout va bien3[3], — тихо ответила Эльза.

— Putain, j'avais même pas idée, j'y avais même pas pensé4[4]… — растерянно пробормотал Антуан.

Стеша повернулась к подруге. Девушка с широко открытыми глазами впитывала каждую фразу… Глаза блестели, губы повторяли слова, которые угадывали или знали. Лицо переливалось — от светлой улыбки до мрачной белизны, от непроницаемой серьёзности до влажности в глазах…

Ты всегда любила французское кино и…

Открылась дверь кинотеатра.

— Вот они!

— Упс! Нас нашли, — сказала Лана и схватила свою сумку.

— Нас? Разве не мы что-то ищем?

— Если поймём, почему ищут нас, то, может, и сами что-то найдём, — она подмигнула. — Давай туда.

Стеша посмотрела на забежавших сотрудников в странной униформе… халаты?

— Стеша, быстрей!

Девушки побежали по ряду и выбежали на дорожку. Впереди показалась маленькая дверь. Стеша пропустила в неё Лану.

— Чёрт, телефон…

— Что? Забудь! — крикнула Лана, пытаясь схватить подругу за руку.

Стеша застыла в нерешительности.

— А, чёрт. Надо взять, вдруг Илья напишет.

— Что? Ты с ума сошла? — бросила Лана подруге, но та уже убежала.

Стеша быстро забрала телефон с кресла, выбежала из ряда и уже приблизилась к двери. Как прямо из неё выбежала женщина в халате.

— Стоять!

Стеша вздрогнула и вскочила с лавки.

— Боже!

Её словно вытащили из помещения со спёртым воздухом.

Когда началось… когда… Она ударила себя по коленке — НИКОГДА!

Девушка походила вокруг лавочки, пытаясь успокоиться.

Звонок от матери. Стеша снова вздрогнула. Посмотрев в экран, она выключила звук. Мать вернула её в реальность. Стеша сунула в карман, мысленно прикинула маршрут и двинулась к выходу.

— Дура! Чёртова дура!

Стеша прошла до ближайшей копирки на улице Сен-Бенуа. Туман здесь был чуть гуще, чем в парке — сама улица не хотела её узнавать. Девушка удивлённо уставилась на иностранное название. Сен-Бенуа… Кажется, здесь началось кино, — подумала девушка и тут же сама себе удивилась. Что-то в этом было смешное. Может, это и есть точка, откуда начнётся её фильм?

Улыбнувшись, Стеша прошла в дверь.

Сделав фотографии 3×4, она вышла, прошла до остановки и, дождавшись автобуса №8, поехала домой. В этот момент пришло сообщение от Ланы — селфи с бассейна и каким-то парнем.

Вечно она не останавливается. Что тебя так тянет во все сомнительные истории?

На Лану она не злилась, нет. Редкое раздражение было лишь результатом её собственной раздражённости. Хотя будь у Ланы другая подруга, не такая добрая, наверняка Стеше было бы за что раздражаться гораздо чаще. Прецеденты случались, девушка была со своими изъянами.

Но кто без них, — мудро заключила Стеша. А скорее заключала каждый раз, если ей снова что-то не нравилось. В этом было не мягкосердечие, а уж тем более не бесхарактерность Стеши, а скорее некое благородство. И ему было откуда взяться — чего только стоила её уважаемая семья. Даже Лана восхищалась, как им столько лет удавалось жить душа в душу.

Но простой причины в этом не было. Стеша знала, сколько даже самых маломальских трудностей пришлось им преодолеть с таким трудом и усердием. Любое согласие рождалось из тысячи предшествующих разногласий, которые потом сглаживались долгими часами и днями и сходились в итоге в одно общее — да.

Стеша вспомнила, что Лана большую часть жизни прожила с отчимом. Как там говорилось… Жить без родного отца — всё равно что ехать на спущенных колёсах. Так и тянет в сторону. С другой стороны, что есть отец, как не идеология силы и уверенности, философия и пример подражания? Даже у тех, у кого есть отец, не всегда есть отец. А у тех, у кого нет реального отца, бывает, что есть другой, настоящий отец, собственно выращенный и воспитанный. Но люди, сами создающие себе отца — редкое и довольно сложное явление. Чак Паланик подтвердит.

Утром следующего дня Стеша торопилась в университет — подавать документы. И как обычно, вещи терялись именно тогда, когда были необходимы. Слава богу, документы все были на месте.

Но куда-то пропали её солнцезащитные очки-бабочки — подарок Ланы на семнадцатилетие. Стеша очень не хотела выходить без них. Не только потому, что была от этого подарка в восторге. Без них она чувствовала себя буквально раздетой, открытой книгой, доступной каждому прохожему без подписки. Что уж там, даже не нужно было проходить по специальным ссылкам — достаточно просто повернуть голову в её сторону. И вуаля, в её глазах вся психологическая карта, развёрнутое досье или, как ей говорила Лана, анамнез всех её травм. Особенно контрастно на фоне будничных усталых глаз смотрятся уязвимые глаза. Их сложно не заметить, что ещё сильнее усиливает их уязвимость, что само собой привлекает новые проблемы.

Это была её занавеска от «солнечного света» людей.

Стеша каждый раз забывала, что это лето было не таким, как раньше. Люди всё чаще говорили про аномальные туманы. Но девушка пряталась не от солнца, поэтому и уместность её очков не вызывала сомнений.

В последнее время она вообще не контактировала с миром, кроме разве что Ланы. И не только из-за катастрофы в её старом мире. Хотя, не случись ничего другого, она бы вела себя точно также.

За спиной остались одиннадцать лет бесконечного общения, не всегда приятного, с одними и теми же учителями и одноклассниками. Когда как ни летом, школьница, теперь уже бывшая, могла побыть в таком коротком одиночестве?

Но это всё желания прошлого, а в настоящем — одиночество было скорее инерционным. От прошлых друзей она отдалилась, а «нынешние» отдалились от неё.

Через пару минут вещи слетали с полок. «Где эти чертовы очки?» — раздражённо подумала Стеша, скинув щётку для обуви на пол вместе с квитанцией ЖКХ.

— Ну наконец-то!

Надев белую бейсболку Levis, она торопливо вышла на улицу.

Перед входом в университет на плиточной площадке, едва различимой в тумане, толпились абитуриенты с родителями.

Стеша прошла в фойе главного корпуса — никого не было. Ни единой души. Она вышла обратно. На улице всё также кипела жизнь.

— Извините, документы здесь подавать? — спросила Стеша у незнакомки.

— Да, в эту дверь, — девушка указала на ту же дверь.

— Но там никого нет.

Девушка странно посмотрела на неё, рассмеялась и ушла.

Стеша снова вошла. Всё так же пусто. Она прошла до гардероба сквозь рамки металлоискателя.

— Тут кто-то есть? — крикнула она.

— Здравствуйте, — раздался голос из колонки на стене. — Поступать?

— Ну да.

— Хорошо. Поступать — это правильный поступок, — голос раскашлялся. — А неправильно часто поступали?

— Что?

— В жизни. Неправильные поступки были?

Стеша замерла. Неужели её так легко прочитать?

— Не волнуйтесь. Он вас простит, — угадав её мысли, сказал голос.

— Что? — она стянула очки.

— Он вас простит. Главное — вы его простите?

— Я не понимаю, о чём вы. Можно просто подать документы?

— Конечно. Вы поступаете правильно, поступая сюда, — голос сделал паузу. — Поступление — это поступок хорошо поступающих.

«Да заткнись уже», — раздражённо подумала Стеша.

— Да, само собой, проходите налево, вас уже ждут.

Стеша посмотрела в указанную сторону и со вздохом двинулась по коридору, беспокойно оглядываясь по сторонам. Пройдя несколько шагов, она сняла бейсболку.

Слева отворилась дверь, из кабинета наконец-то послышались живые человеческие голоса. Прямо в коридор то ли вышла, то ли выбежала девушка, при этом сразу обратив на себя внимание хлёстким стуком двери. Свободное платье-рубашка в сине-белую клетку с наспех завязанным поясом и белые разношенные кеды Converse.

— Извините, — девушка поправила очки указательным пальцем и, странно улыбнувшись, отвернулась в сторону.

В этот же момент напротив распахнулась ещё одна дверь. Оттуда эффектно, словно на сцену, вышла девушка в красном платье-футляре из плотного матового шёлка, в туфлях-лодочках на высокой шпильке цвета в тон платья. Идеальные волосы цвета блонд с пепельным отливом.

Аромат её парфюма появился раньше, чем она сама. Стеша вдохнула запах. Он напомнил тот день в универмаге «Маяк», когда они с Ланой в «Рив Гош», перепробовав кучу пробников, пытались определить, как пахнут пачули, ирис или серая амбра. Тогда это были простые, порой смешные названия, сейчас это вылилось в гипнотизирующий шлейф.

Стеша, застыв, опустила глаза на красную ковровую дорожку, ведущую вглубь помещения. Внутри стояли растения, на стенах висели картины в золотых рамах, доносились звуки классической музыки.

Девушка чуть подалась вперёд, сложив ладони перед собой. Стеша сразу заметила сверкнувшие часы Longines на левом запястье.

— Вы поступать? — нежно спросила девушка, озарив Стешу своей белоснежной улыбкой.

— Я-я-я… — кончиками пальцев Стеша мягко убрала отбившуюся прядь волос за ухо, отвернувшись в сторону. — Да… — неуверенно сказала Стеша, запнувшись. — Да! — более твёрдо тут же добавила она.

— Олимпиадник?

— Ммм, нет… — она стеснительно улыбнулась.

— Оу, — улыбка девушки мгновенно исчезла. — Извините, к сожалению, этот вход только для олимпиадников, — с наигранной грустью сказала девушка и развернулась перед Стешей, задев её кончиками волос.

Дверь захлопнулась. Стеша недовольно посмотрела, развернулась и шагнула к двери напротив.

Девушка в синем, наблюдавшая всё это время за ними, только пожала плечами и неловко хихикнула.

Стеша ещё раз окинула её взглядом с ног до головы и остановилась на запястье. Она тоже носила часы — Casio с кожаным изношенным ремешком.

Стеша вздохнула.

— Могу я?

— Конечно! — перебила её девушка с неуместным восторгом. — Стефания?

— Откуда вы знаете?

— Проходите, — она повернулась боком и протянула ладонь в сторону кабинета. — Вас уже ждут! — Стеша шагнула в кабинет. — Не заденьте цветок, пожалуйста. Аккуратнее! Да вашу ж мать! — она нервно взмахнула руками.

— Извините, — поправляя цветок, виновато проговорила Стеша.

Кабинет напоминал школьный класс. За партами сидели девушки, каждая представляла свой институт. Стеша подошла к столу с табличкой «Архитектурно-строительный».

— Здравствуйте, мы вас ждали.

«Да что меня все ждут?» — пронеслось в голове у Стеши.

— Куда поступаете? — девушка протянула буклет.

— Архитектура.

— Любите творить?

— Немного.

— Много уже натворили?

— Что?

— У вас есть работы? — тут же исправилась девушка напротив.

— Вот, — Стеша протянула папку с чертежами.

— Рассказать о специальности?

— Да.

— Каждый студент как отдельный проект. И его четыре года здесь — это тоже проект его жизни.

«Сейчас начнёт о чудесах рассказывать», — мелькнуло в голове. Она вздохнула, откинулась на спинку неудобного стула.

— Никаких чудес. Только реальные проекты.

Стеша вздрогнула.

— Вы уже расстались с парнем?

— Да… Что? — Стеша выпрямилась.

— Говорю, вам придётся расстаться со многим. Мы строим карьеристок, которые жертвуют всем ради успеха.