Самый громкий шепот

Anis S

Самый громкий шепот

Глава 1

Перед глазами Анэт всё двигалось будто в замедленном действии: ктото пронёс стойку с кабелем, техник махнул рукой, вспыхнули софиты, и свет лёг на пол неровными квадратами. В этой привычной, шумной, родной суете каждый жест был отработан до автоматизма, но сегодня Анэт замечала каждую мелочь так остро, будто видела её впервые.Она стояла у края сцены, прижимая к груди планшет, и на секунду закрыла глаза. В голове всплыло так ясно, будто это было вчера: «Год назад я была всего лишь переводчиком корейского, а сейчас я тут — в окружении софитов, шума, суеты и пяти парней, которые стали мне как семья. Только двое из них…изменили мою жизнь навсегда…».

Открыв глаза, она увидела, как рядом, не глядя, прошёл Деа. На ходу он сделал короткий жест, проверяя, ровно ли стоит маркер на полу, и тихо пробормотал себе под нос: «Если сдвинется хоть на сантиметр, вся связка развалится».Сбоку раздался звонкий щелчок пальцев — Дангу. Он стоял, чуть наклонившись к технику, и чтото быстро объяснял, но, поймав взгляд Анэт, на секунду замер и улыбнулся. Не широкой, показной улыбкой, а той самой, от которой сразу становилось легче. Этого хватало, чтобы она снова почувствовала: она не одна в этом хаосе.Чуть дальше, в полумраке, стоял Гувон. Он не суетился, не размахивал руками, просто стоял и слушал, как звучит зал. Его спокойствие всегда действовало на Анэт как пауза в песне — момент, когда можно выдохнуть.Йон нервно крутил цепочку на шее, бросая короткие шутки в сторону Деа. В его волнении было столько привычной суеты, что от этого даже становилось спокойнее: значит, всё идёт как надо.Ан открыл приложение с задачами и, не поднимая глаз, тихо сказал: «У нас две минуты до проверки света. Если чтото не готово — скажи сейчас». Он не спрашивал, как она себя чувствует, но именно эта его спокойная конкретность была для неё такой же опорой, как и всё остальное. Анэт снова сжала планшет, сделала один короткий вдох и тихо прошептала, будто напоминая себе: «Сегодня ты нужна им здесь. Ты не просто ассистент. Ты — та, кто держит это всё вместе».

ГОД НАЗАД.

Анэт застегнула молнию на сумке чуть резче, чем хотела, и тут же поморщилась: звук прозвучал в пустой квартире слишком громко, будто укорял за опоздание. Ноутбук она схватила ещё на ходу, а чашку чая добила прямо на пороге, обжигая язык, но даже не замечая этого.

— Боже, время поджимает, — глядя на часы, выдохнула она. — Это же важная конференция, на ней будут важные люди…

Она на секунду замерла у зеркала. Её медные локоны красиво лежали на плечах: сегодня на скорую руку получился неплохой образ в классическом, но удобном стиле. Зауженные светлые брюки по щиколотку идеально сочетались с голубой рубашкой — одну сторону Анэт заправила, вторую оставила свободной, будто так было задумано. На плечи она накинула светлую кофту, рукава перемотала, чтобы не мешали. Светлые кеды и маленькая сумочка в светлокоричневых оттенках добавляли образу лёгкой фишки. «Может, стоило чуть доработать…» — мелькнула мысль, но Анэт тут же отмахнулась: «Тут не на красоту смотреть, тут успеть бы». Её лицо — овальное, нежное, с мягкими щёчками и серьёзными голубыми глазами. Она чуть щурилась, как всегда, когда пыталась удержать в голове сразу всё. Стройная, совсем не хрупкая фигура, светлая кожа, медные волосы — всё это складывалось в образ, который не кричал, а тихо шептал: «Я постараюсь»

На улице повезло: такси ловилось сразу, будто город сегодня решил ей немного подыграть. Усаживаясь на заднее сиденье, она наконец перевела дух — но только на пару секунд. Тут же снова уткнулась в телефон: проверить расписание, ещё раз пролистать список участников, напомнить себе корейские варианты титулов, чтобы ни в коем случае не ошибиться.

«Директор Аюми, её помощник господин Пак… Они приехали, чтобы обговорить выступление корейской группы. Интересно, какая это группа. Любопытно». Анэт чуть улыбнулась этой своей маленькой слабости: ей всегда нравилось угадывать, кто скрывается за сухими строчками в списке. «Начальник, наверное, волнуется…». Машина плавно встроилась в поток, и Анэт на секунду прикрыла глаза. Какие-то странные чувства шевельнулись внутри — будто день обещал быть не просто очередным, а поворотным. Она не могла бы объяснить это словами, да и не хотела: сейчас нужно было думать о титулах, таймингах, о том, чтобы не запнуться ни на одном слоге. Такси притормозило у высотного здания. Анэт быстро расплатилась и выскользнула на тротуар. Ветер тут же подхватил её волосы; глубоко вдохнув прохладный воздух, она двинулась к входу. В вестибюле стоял запах кофе, все куда-то спешили, звенели каблуками по плитке, шуршали папками. Анэт достала пропуск, приложила его к считывателю, и дверь мягко щёлкнула, пропуская её внутрь. Ускорив шаг, она направилась к лифту. Поднимаясь наверх, она ещё не знала, что совсем скоро будет стоять у края сцены, в шуме и суете, и вспоминать это утро не как «то, когда она чуть не опоздала на конференцию», а как день, с которого всё началось.

Зал был строгим: стекло, серый текстиль, длинный стол с табличками. Анэт быстро прошла к своему месту — оно было рядом с начальником: так она могла мгновенно подключиться к диалогу, подхватить любую реплику, не теряя ни секунды. На столе уже лежала подготовленная папка с материалами.

Она открыла её, пробежала глазами по страницам, привычно отмечая сложные термины. Взгляд скользнул по строчкам и на секунду зацепился: «Выступление корейской группы: CORE FIVE». Анэт чуть нахмурилась, будто пытаясь вспомнить, слышала ли она это название раньше. Но тут же отмахнулась — сейчас не время для воспоминаний. Сейчас нужно держать фокус. Двери зала распахнулись, и внутрь вошли люди. Первой шла директор Аюми — строгая, собранная, с папкой, прижатой к боку. За ней — господин Пак, её помощник: на ходу он что-то быстро записывал в блокнот. Рядом с ними шёл господин Ю, её начальник. Анэт глубоко вдохнула, выровняла дыхание и перевела взгляд на экран. Пальцы привычно забегали по клавиатуре. Она слушала интонации, ловила паузы, чувствовала, как напряжение в зале собирается в её словах и аккуратно перетекает на другой язык. И в какой-то момент, когда господин Пак сделал паузу перед важной фразой, Анэт вдруг поймала себя на мысли: «Я справляюсь. Я действительно справляюсь». Это было тихое, почти незаметное чувство, но оно согрело её сильнее любой похвалы.

Конференция прошла великолепно. Когда всё закончилось, Анэт наконец позволила себе выдохнуть. Она заварила себе чай и медленно попивала его, стараясь поймать ускользающие мысли. В голове ещё крутились фразы, термины, интонации — будто она всё ещё переводила, даже когда переводить было уже некого. Пару раз её кольнуло: «А точно ли я нигде не ошиблась? А вдруг что-то прозвучало не так?» — но она быстро отпускала эти сомнения, позволяя себе просто посидеть и почувствовать, что всё получилось.

Неожиданно в коридоре прозвучало: — Анэт, зайдите ко мне в кабинет.

Голос господина Ю прозвучал спокойно, без спешки, но внутри у неё всё тут же сжалось. С чашкой в руке она двинулась по коридору, стараясь не выдать эту внезапную тревогу. Дверь в кабинет была приоткрыта, и, заглянув, Анэт увидела, что внутри уже сидят директор Аюми и господин Пак. Рядом с ними сидел господин Ю. Он чуть кивнул ей на свободное место:

— Присаживайтесь, Анэт. Спасибо за сегодняшнюю работу — вы были на высоте.

Она села, спокойно выдохнув, и коротко кивнула:

— Спасибо. Рада, что всё прошло гладко.

Директор Аюми чуть наклонила голову, будто подбирая слова:

— Именно потому, что прошло гладко, мы и хотели с вами поговорить. Нам нужен человек, который умеет держать темп, не теряется в стрессе и при этом чувствует нюансы языка.

Анэт на секунду задержала дыхание и в лёгком недоумении кинула взгляд на господина Ю.

Господин Пак открыл папку и аккуратно подвинул к ней лист:

— Мы планируем серию мероприятий с корейской группой CORE FIVE. Это не просто официальные встречи: репетиции, концерты, иногда спонтанные интервью. Нужен сопровождающий переводчик, который будет на связи почти круглосуточно.

Анэт скользнула взглядом по строчке, которую ещё утром мельком видела в материалах. Теперь это было не просто название — это предложение.

— И мы хотим предложить эту работу вам, — спокойно добавила директор Аюми. — Мы заметили, как вы сегодня ловили интонации, как не давали напряжению сломать разговор. Для работы с артистами это важные качества. Как думаете, справитесь?

В голове у Анэт на миг всё замерло. «Концерты… репетиции… почти круглосуточно…» Это был совсем другой мир — не строгие залы с табличками, а свет, шум, бешеный темп. Мир, где всё держится на секундах и взглядах.

Она тихо выдохнула:

— Я… подумаю.

— Хорошо, Анэт, — кивнула Аюми, но тут же добавила, и в её голосе прозвучала та самая деловая твёрдость, из-за которой все вокруг невольно выпрямлялись: — Но времени у тебя не так много. Начинать нужно в кратчайшие сроки. До этого тебе нужно познакомиться с ребятами, узнать их, чтобы дальше было проще работать.

Она чуть наклонила голову, будто ставя точку:

— Дам тебе пару дней на размышление. Затем я приду сюда за твоим ответом. Всего доброго.

Директор Аюми вместе с господином Паком вышли из кабинета. В комнате сразу стало тише. Анэт стояла, сжимая в руках ноутбук. Всё произошло так быстро, что она даже не успела ничего толком сказать. Она медленно двинулась к выходу.

В дверях господин Ю тихо произнёс:

— Анэт, подумай хорошо. Это твой шанс. Такое предложение поступает далеко не всем.

Она на секунду замерла, потом тихо выдохнула:

— Спасибо.

И вышла в коридор, направляясь домой.

Решив пройтись пешком по набережной, Анэт будто пыталась разложить мысли по полочкам. Город шумел привычно и спокойно: плеск воды, редкие голоса прохожих, шуршание шин вдалеке. Она шла, не замечая дороги, зависая в своих «а если да» и «а если нет», и сама не поняла, как уже добралась до дома. Заварив себе чашечку чая, Анэт устроилась на своём уютном балконе. Ноутбук лежал перед ней, тёмный экран отражал вечерние огни. Она долго смотрела на него, будто ждала, что он сам подскажет, что делать. Потом тихо вздохнула, открыла крышку и, сделав глоток чая, набрала в поиске: «CORE FIVE». Успела увидеть лишь логотип и фото группы — и тут раздался видеозвонок от её близкой подруги Луны. Экран вспыхнул, и прежде чем Анэт успела хоть как-то собраться, Луна уже тараторила:

— Ну что, как твоя конференция? Рассказывай всё, я хочу знать подробности!

Анэт невольно улыбнулась — эта привычная бурная энергия Луны всегда пробивалась даже через экран. Она на секунду задержала дыхание, собираясь с мыслями, и ответила чуть тише, чем хотела:

— Конференция… прошла хорошо. Но потом было коечто. Меня позвали сопровождать одну группу. CORE FIVE.

Луна на том конце экрана замерла ровно на полсекунды — а потом её глаза загорелись:

— CORE FIVE?! Да ты что?! Это же те самые, у которых треки во всех чартах! Анэт, это же огромный шанс! Что думаешь делать? Какое решение приняла? Что ответила?

Анэт сжала пальцами край чашки, будто ища опору в чём-то тёплом и привычном.

— Попросила время подумать, Луна. Я не знаю… Это совсем другая среда. А справлюсь ли я? Я в таком ритме ещё не работала.

Луна чуть наклонилась ближе к камере, будто хотела дотянуться через экран и просто взять подругу за руку.

— Анэт, что тебе говорит твоё сердце? Если говорит «действуй» — значит, надо. А если не получится, тебя никто не осудит. И, зная тебя, я думаю, у тебя всё получится. Ты просто боишься — жуя, подбодрила Луна, — но это действительно твой шанс построить прекрасную карьеру. — Я тебя поняла, Луна. Мне всётаки надо подумать.

Луна на секунду задержала взгляд, будто хотела ещё чтото добавить, но потом просто мягко кивнула:

— Ладно. Подумай. А если нужна поддержка или совет — я тут.

Экран погас. В квартире сразу стало тише, будто вместе с голосом Луны ушла вся эта бурная энергия, которая хоть немного разгоняла сомнения. Анэт посидела ещё пару мгновений, глядя на тёмный экран ноутбука. Потом тихо вздохнула, открыла крышку — страница с CORE FIVE всё ещё была на месте: логотип и фото группы смотрели на неё, как будто ждали ответа. Она снова скользнула взглядом по лицам, пытаясь поймать хоть какуюто зацепку: какой у них ритм работы? Что вообще значит «быть рядом почти круглосуточно»?

Вопросы оставались. Их было даже больше, чем до звонка.

Она медленно прокрутила страницу, вчитываясь в сухие строчки: даты концертов, список городов, пару коротких интервью. И вдруг взгляд зацепился за фразу из старого интервью: «Иногда нужно просто сделать шаг, даже если не знаешь, куда он ведёт. Иначе потом можно пожалеть, что так и остался стоять на месте». Анэт на мгновенье замерла, а потом тихо повторила про себя эту фразу. «Два дня, — подумала она, откидываясь на спинку стула и потирая виски. — Всего два дня для принятия важного решения». Но теперь к тревоге примешивался тихий, осторожный интерес: «А вдруг это мой шанс? Вдруг именно там я наконецто перестану просто переводить чужие слова — и начну чувствовать, как рождаются свои?».

Анэт ещё долго сидела, глядя на строчку из интервью. Она снова и снова прокручивала эти слова, будто пыталась поймать в них какойто скрытый смысл — будто от одной правильной интонации зависело, сможет ли она вообще на это решиться. Потом тихо закрыла ноутбук, встала и подошла к окну. НьюЙорк уже окончательно погрузился в вечер: фонари зажигались один за другим, гдето внизу проехала машина, рассыпав по асфальту блики света. Анэт прислонилась лбом к прохладному стеклу, на мгновение придавшись тишине. Город шумел привычно, ровно, будто шептал: «Не торопись. Здесь никто не ждёт ответа прямо сейчас». Вернувшись к столу, она снова открыла ноутбук и, не давая себе времени передумать, создала новый документ. На чистом белом поле напечатала: «CORE FIVE: заметки для работы». Курсор мигал, будто подбадривал: «Ну вот, не так всё страшно». И Анэт начала. Сначала совсем понемногу: скопировала расписание ближайших концертов, выписала города, отметила, в каких интервью ребята упоминали репетиции. Потом, будто сама себе напоминая, добавила строчку: «Важно: слышать не только слова, но и то, что стоит за ними». Это было её главное правило — и именно оно, как теперь казалось, и привлекло внимание директора Аюми.

Когда на часах пробило полночь, Анэт наконец откинулась на спинку стула. Глаза слегка щипало от экрана, а плечи ныли от того, как она всё это время сидела, чуть подавшись вперёд, будто хотела разглядеть в строчках чтото важное. Она не заметила, как уснула прямо на этом месте, уронив голову на скрещённые руки.

Анэт резко проснулась от треньканья будильника. Первое мгновение она не понимала, где находится: перед глазами всё ещё плыли строчки расписания, города и даты сливались в одну тёмную полосу. Потом взгляд зацепился за открытую вкладку, за документ с заголовком «CORE FIVE: заметки для работы», и внутри привычно шевельнулось: «Надо подумать…»

Но тут же она поймала себя на этой мысли и тихо выдохнула.

— Не сегодня, — пробормотала она, закрывая крышку ноутбука с чуть более решительным щелчком, чем обычно.

Анэт потянулась, поморгала, прогоняя остатки сна, и пошла на кухню. Чай она заварила не спеша, а когда сделала первый глоток, вдруг улыбнулась: сегодня она просто даст себе день без этого решения.

Телефон звякнул ровно в тот момент, когда она застёгивала куртку. Сообщение от Луны: «Ты где? Я в нашем кафе, взяла тебе твой любимый ягодный. Если ты сейчас скажешь нет, я всё равно буду сидеть и пить его за нас двоих, так что лучше приходи. Хочу просто поболтать про всякую ерунду». Анэт улыбнулась ещё шире. Она специально не брала с собой рабочий телефон, оставила его на столе рядом с ноутбуком, будто запирала эту дверь на один день. И от этого становилось легче.

В кафе было шумно и уютно: звякали чашки, ктото спорил о музыке, пахло свежей выпечкой. Луна сидела у окна, болтая ногой и размахивая ложкой, будто дирижировала всем этим утренним хаосом. Увидев Анэт, она тут же подняла стаканчик:

— Вот! Я знала, что ты придёшь! Садись, садись. Сегодня никаких мыслей и решений — мы проведём с тобой девчачий день: шопинг, обсуждения, всякие милые делишки.

Анэт села, взяла тёплый стаканчик, сделала глоток — и почувствовала, как плечи сами собой опускаются.

— Ты даже не представляешь, как мне это сейчас нужно, — улыбнувшись, сказала она.

Луна наклонилась чуть ближе:

— Знаю. Поэтому сегодня мы даже не будем произносить слово на букву «К». Если оно само попытается пролезть — я его перекричу. Договорились?

Анэт кивнула, и сразу стало так тепло и свободно, будто никаких предложений и не было.

Они болтали про пустяки: о фильмах, музыке, о том, куда бы поехать в путешествие, о самых простых мечтах. Луна рассказывала, как вчера чуть не купила кота, потому что он «смотрел на неё с пониманием», и Анэт смеялась — впервые за два дня по-настоящему, до слёз. В этом смехе было столько облегчения, что казалось, будто вместе с ним из груди выходит вся накопившаяся тяжесть. К полудню город раскалился, и они вышли на улицу. Медленно шли по тротуару, прячась в редких пятнах тени. Луна всё говорила и говорила, будто специально заполняла воздух вокруг подруги чемто лёгким, чтобы там не осталось места для тревожных мыслей. А Анэт слушала и чувствовала, как день становится не «днём без решения», а просто днём, в котором она снова узнаёт себя: ту, что смеётся над нелепыми вещами, ту, что замечает, как солнце ложится на асфальт, ту, что умеет просто быть рядом.

Когда ближе к вечеру подруги разошлись, Анэт вернулась домой. На мгновение задержалась у стола, посмотрела на ноутбук и тихо прошептала:

— Не сегодня.

Потом легла спать — и уснула почти сразу.

Весь следующий день Анэт посвятила себе. Сначала отправилась на тренировку: бежала по набережной, чувствуя, как ветер бьёт в лицо, а город будто становится чуть тише, когда ты просто двигаешься вперёд. Потом позвонила родителям — и уже от первых слов «Привет, мам, пап» на душе становилось светлее, как будто ктото зажёг маленькую лампу в самом тёмном углу. Для неё они всегда были таким тёплым, надёжным лучиком, который согревает даже в самый пасмурный день.

После она неспешно прошлась по любимым магазинам, купила пару вещей, которые сразу захотелось надеть, и дома, пока перебирала почту, вдруг поймала себя на том, что улыбается без всякой причины. День прошёл так легко и просто, что она и не заметила, как солнце сползло к горизонту. Уже лёжа в кровати, Анэт скользнула мыслью по всем этим маленьким событиям — и вдруг тихо выдохнула: «Уже завтра… Что ж, будь что будет».

Утром она проснулась раньше будильника. Полежала немного, прислушиваясь к тишине квартиры, потом встала не спеша, заварила чашку чая и включила плейлист, который всегда помогал ей собраться. Под ритмичные аккорды она слегка пританцовывала, пока выбирала, что надеть. Сегодня ей хотелось быть немного другой — лёгкой, дерзкой, будто из старого французского кино. Она достала чёрный комбинезон — лаконичный, но в нём чувствовалась собранность, как броня, которую не видно. Под него надела простую белую футболку: этот контраст делал образ не строгим, а живым. Красные туфли добавили ритма, А красный берет лёг на её медные волосы так, будто был создан именно для них. Анэт чуть поправила его перед зеркалом — и улыбнулась: в этом образе она выглядела не как человек, который боится решений.

Она взяла ноутбук, подошла к зеркалу, посмотрела себе прямо в глаза и тихо, но твёрдо произнесла:

— Анэт, сегодня решающий момент. Изменить свою жизнь или оставить всё как есть.

И, не давая себе шанса снова всё перекрутить в голове, вышла из дома.

Такси так быстро приехало на место, что Анэт не успела опомниться, как уже стояла у входа в компанию. Она на секунду задержалась, поправила красный берет — будто он мог стать чемто вроде щита — и сделала глубокий вдох, такой, что в груди стало тесно от воздуха. Потом шагнула внутрь. В коридоре было тихо, но эта тишина казалась напряжённой, звенящей: каждый её шаг отдавался эхом, и с каждым метром внутри всё сильнее стучало: «Меня явно уже ждут». Руки слегка тряслись, и она крепче сжала ноутбук, чтобы никто не заметил этой дрожи. Белая футболка под чёрным комбинезоном вдруг показалась слишком простой, слишком домашней для этого места. Но в то же время именно эта простота её и держала: она не пыталась притвориться кемто другим.

Перед дверью офиса Анэт ещё раз глубоко вдохнула. Стук в дверь…

— Войдите, — раздался спокойный голос изза двери.

Рука дрогнула на мгновение, и мир будто замедлился. Анэт закрыла глаза, собираясь с силами, потом решительно открыла их, взяла себя в руки — и шагнула в кабинет.

Там её уже ждали: директор Аюми и господин Пак.

— Здравствуй, Анэт, — бодро сказала Аюми, кивнув на стул. — Присаживайся.

Анэт, стараясь скрыть тревогу, села за стол, но не съёжилась, а расправила плечи — так, чтобы даже сквозь волнение в ней чувствовалась собранность.

— Ну вот и пришло время твоего ответа. Что ты решила?

Анэт снова сделала глубокий вдох. Секунду помолчала, будто давая словам дойти не от головы, а откудато глубже: «Иногда нужно сделать шаг в неизвестность, потому что именно там ты становишься собой». Подняв глаза, слегка улыбнулась — и наконец ответила сердцем: — Я готова попробовать.

Глава 2

Аюми кивнула и встала у доски, где уже была подготовлена схема: в центре — название группы, от него расходились пять стрелок с именами. Она взяла маркер и быстро, но не торопясь, начала вводить Анэт в курс дела.

— CORE FIVE — это не просто группа и не пятеро красавчиков на сцене. Это пять разных языков. Твоя задача — не делать их одинаковыми, а услышать каждый.

Она обвела имя Дангу.

— Дангу — лидер, «живая структура». Он и план проверит, и подурачится, чтобы снять напряжение, а в нужный момент станет самым надёжным человеком в команде и не только. В нём уживаются сдержанность и энергия, неравнодушие и отличное чувство юмора. Он не боится быть громким, но умеет становиться тише, когда это нужно.

Рядом с именем Гувона Аюми поставила точку и чуть наклонила маркер.

— Гувон — голос глубины. Он не любит суеты, и если он молчит — это не равнодушие, а его способ держать якорь. Обращай внимание на микродетали: кивок, приподнятая бровь, пауза перед фразой. Он многое держит в себе, и каждое его движение что-то значит. Тебе предстоит самой понять, что именно, — Аюми чуть улыбнулась, — он парень загадочный.

Следом она коснулась имени Деа.

— Деа переводит чувства в движение. Он учит группу «дышать в унисон» на сцене, связывает голос, ритм и пространство. В хореографии он предельно серьёзен, потому что боится, что не сможет передать ту эмоцию, которую все чувствуют. При этом он добросердечный, интуитивный и эмпатичный. Не «удобный», но всегда на стороне команды.

Анэт чуть щурилась, стараясь уловить каждую деталь, и быстро делала пометки в планшете. Аюми заметила это и мягко, спокойно сказала:

— Ты сейчас так смотришь, будто мы разбираем научное изобретение и без этого не выживем. Расслабься. Не пытайся схватить всё сразу — пока просто слушай. Это поверхностное знакомство: узнать их ближе и понять тебе предстоит ещё самой. Они тоже люди — со своим внутренним миром и душой. Их работа — быть громкими и яркими, а твоя — услышать, что прячется за этим.

Эти слова будто сняли лишнее напряжение, и Анэт слегка выдохнула.

— Продолжим, — кивнула Аюми и выделила имя Йона волнистой линией.

— Йон — «солнечный шторм». Он берёт самые высокие ноты и самые яркие моменты, добавляет трекам «вауэффект», а команде — лёгкость. Если он шепчет перед нотой «сейчас будет красиво» — это его способ собраться. Не убирай эту фразу из заметок: в ней вся его уязвимость. Он трудолюбивый перфекционист, великодушный и с чувством юмора. Лёгкий флирт для него — способ снять напряжение. Он искренен и чуток, но склонен к самокритике и порой пытается решить проблемы в одиночку.

Последним она обвела имя Ан.

— Ан — наш «Маленький Господин Ан», макнэ и архитектор порядка.

В этот момент Анэт слегка усмехнулась, повторив:

— «Маленький Господин Ан»?

Аюми улыбнулась в ответ:

— Да. Он раскладывает всё по категориям, и если ты увидишь, что он снимает и надевает очки — значит, он «включает и выключает» себя, чтобы собраться. Он серьёзен, но при этом жизнерадостен и с юмором. Интроверт: честно просит полчаса тишины, когда нужно. Логичный и прямолинейный, но не грубый. Заботливый и очень ответственный. Скромный в больших делах, но уверенно считает себя неотразимым. И знаешь, изза того, что он самый младший, все в команде о нём особенно заботятся. Это не потому, что он не справляется, — наоборот, он держит столько деталей, что остальным хочется просто его беречь. Вот и прилипло к нему это милое прозвище: «Маленький Господин Ан».