Игра не по правилам

В этот же самый миг на соседней террасе, разделенной лишь невысокой декоративной кованой решеткой с плющом, тихо щелкнула зажигалка. В воздухе поплыл терпкий, горьковатый аромат кубинской сигары.

Олег Вересов стоял в расстегнутой на груди темной сорочке и шортах, опершись ладонями о перила и глядя на лунную дорожку на воде. Он вышел подышать, сбежав от щебетавшей в номере Кристины, чтобы побыть наедине со своими мыслями перед завтрашним сумасшедшим днем. Услышав шорох шагов справа, он машинально повернул голову — и замер.

Сигара застыла в его пальцах, не долетев до губ. Дыхание перехватило так резко, будто ему в грудь со всего размаха вогнали дубовый кол. В двух метрах от него, освещенная холодным серебристым светом луны, стояла Мира. Ее темные волосы трепал ночной бриз, тонкие пальцы сжимали ткань кремового халата, а огромные глаза смотрели прямо на него в немом, парализующем ужасе.

Мира оцепенела. Земля под ногами будто провалилась в бездну. Пространство сузилось до одной точки — до этих знакомых до боли, темно-карих, горящих глаз, которые преследовали ее в кошмарах и воспоминаниях больше двух лет. Перед ней стоял Олег. Живой, настоящий, с той же жесткой складкой у губ и сединой на висках.

«Не может быть... — билась в голове оглушительная мысль Олега. — Это бред. Галлюцинация. Призрак. Мира... Она здесь? На вилле Эрика? Откуда?!»

«Олег... — сердце Миры заколотилось с такой дикой силой, что в ушах зазвенело. — Боже, что он здесь делает? Этого не может происходить наяву... Только не он. Я сплю. Только не здесь...»

Вересов сверял её нынешней образ с тем, что хранил в потаенных уголках своей души: она стала чуточку взрослее, её кожа источала редкое благородство, а в глазах вместо прошлой отчаянной боли светилась уверенная женская зрелость. Но главное — она была здесь! Живая, реальная и находилась на расстоянии нескольких шагов от него!

«Как же она чертовски, невероятно красива... — колотилось в сознании Олега. — Все эти месяцы я лгал себе, думая, что боль утихла... Но мои чувства к ней не просто не остыли. Они горят стократно сильнее прежнего! Это пламя сожжет меня дотла, но я больше никогда не выпущу её из своей жизни! Я прямо сейчас смогу обнять ее, она сама нашла меня!»

Они стояли друг напротив друга в абсолютной, звенящей тишине ночи, разделенные тонкой решеткой и двумя годами невысказанной боли, не в силах пошевелиться или отвести взгляд, пока за их спинами шумела вода в душе и доносились приглушенные голоса их новых спутников...

Глава