Князь Минолы

Анна Пушкина

Князь Минолы

Глава I. «По-тихому»

Лодка мягко покачивалась на волнах, и я вцепилась пальцами в старые доски, словно мы тонули, хотя вероятность того, что судно перевернется, равнялась нулю. Аэромант из отряда Мора контролировал силу ветра, а гидромант направлял течение — это должно было помочь беспрепятственно достичь берега. До заката нашему небольшому отряду было необходимо попасть на остров Отступников и, когда начнется смена караула, незаметно подкрасться к башне, где держат Рагонга и Келдрика.

Еще на берегу Мор много раз повторил план действий, просчитывая все вероятные варианты развития событий. Первостепенный план заключался в том, чтобы сделать все, не привлекая внимания — как выразился Мор, «по-тихому», — но мы были готовы к тому, что нас могут заметить. На этот случай существовал второй план — Мор назвал его «громко, но быстро». Если придется действовать по нему, то отряд природников Мора придет нам на помощь. Сейчас они прячутся за узким проливом в горах гномов, но при необходимости подплывут ближе и оттянут внимание отступников на себя. Отряд стихийников способен нанести весьма ощутимый урон — этого вполне должно было хватить, чтобы выиграть нам время для отступления. Пролив между мысом святой Эльзары и островом Отступников настолько узок, что его легко можно было бы пересечь вплавь, если бы не ледяная вода.

Со мной в лодке плыли Улрана, Худой Элл и Эфира. Впереди в лодке Мора — Тарая, Сетсей и Раз Аш. Наше морское путешествие усложнялось тем, что еще было светло, и демонице с Тараей приходилось укрывать нас невидимостью. Я переживала, хватит ли Тарае сил скрыть целую лодку, и предложила Мору посадить ее ко мне — в случае чего я смогу напитать ее силой. Но Мордау по-прежнему не слишком доверял демонам и предпочел их разделить. К тому же Эфира напомнила мне, что, когда я впервые накачала ее силой, она вырубилась, поэтому было решено не играть с магией без острой необходимости.

Однако, судя по тому, что я не видела лодку впереди, Тарая справлялась. Себя я тоже не видела — необычное и очень странное ощущение, когда зрение и осязание работают не в унисон. Я чувствовала, как мои пальцы царапаются о старое дерево лодки, в которую я вцепилась мертвой хваткой, но не видела этого. Подо мной только мутная гладь воды и следы скользящей по ней лодки. Я слышала спокойное дыхание демоницы Улраны за спиной и тихое позвякивание металла в руке Эфиры — видимо, от беспокойства она сжимала и разжимала рукоять сай. Все это я слышала, но не видела — поразительно непривычное чувство. Это нервировало, но, с другой стороны, радовало — раз мы не видели друг друга, то и для врага оставались незаметными.

Огромный темный замок, к которому мы направлялись, возвышался над островом. Верхушки башен терялись в тумане и нависших низко облаках. Грозное строение глядело на нас с неодобрением, будто понимая, что мы непрошеные гости. Я вспомнила, как Велад рассказывал мне про остров Отступников. На него приплывают те, кто отчаялся найти свое место в мире или фанатично ищет способ обрести магию немыслимой силы.

Отсюда замок и его окрестности казались если не заброшенными, то по крайней мере не сильно заселенными. Я не видела деревень, пастбищ, заготовку древесины — ничего, что указывало бы, что тут постоянно кто-то живет. Лишь угрюмый замок-крепость и чуть поодаль — башня, верхние этажи которой обиты металлом. Именно к этой Серебряной башне мы и направлялись.

Высокий скалистый изрезанный берег прекрасно подходил для того, чтобы тихо подплыть и остаться незамеченными. Все время, что мы находились у гномов, Худой Элл и Мордау наблюдали за охраной берега. Мора удивило, что его почти не патрулируют, я слышала, как они переговаривались, приходя к выводу, что это странно и может оказаться ловушкой.

Мы почти переплыли узкий пролив, когда наша лодка тихонько врезалась во что-то невидимое — в лодку Мора, поняла я. Раздался всплеск воды, значит, Мор и Раз Аш взялись за весла. Впереди торчали небольшие выступы скал, их следовало аккуратно обойти, чтобы спрятаться за высоким скалистым берегом. Я почувствовала, как наша лодка накренилась, Элл и Эфира тоже взялись за весла, чтобы немного развернуть нас. Гидромант с берега прекрасно видел эти выступы скалы, но не видел нас, поэтому причалить нам предстояло самостоятельно.

Я услышала, как Худой Элл тихо отдает Эфире команды, согласовывая действия. Я зачерпнула пригоршню ледяной воды и обтерла лицо, пытаясь унять волнение. Чем ближе мы подходили к берегу, тем сильнее меня бросало в дрожь. Лодка плыла в правильном направлении, вокруг все было тихо и спокойно, даже всплески воды от весел практически не были слышны. Ничего не указывало на то, что наш план провалится, но я не могла перестать думать: что-то пойдет не так.

Я увидела, как на бледном песке берега появились вспаханные борозды от лодки Мора. Она вдруг показалась на миг и тут же исчезла. Похоже, Тарая потеряла концентрацию. Я зажмурилась, пытаясь расслышать ругань Мора, но он молчал — представляю, каким усилием воли он сдержался. Зато услышала, как позади меня тихо ругнулась на своем грубом языке демоница.

— Держитесь крепко, — шепнула Эфира. — Причаливаем.

Раздался противный скрежет, дно стукнулось о песок, и от лодки побежали небольшие волны. Нас шатнуло, но лишь слегка. Подождав, пока услышу, как складывают весла, что служило мне сигналом, я выпрыгнула на берег и побежала под небольшой скалистый выступ. Ноги проваливались во влажный песок, бежать быстро не получалось. Мои очертания проявились еще до того, как я успела спрятаться, но отсюда со стороны замка нас не должно было быть видно. Демоница и Тарая останутся на месте, скрывая себя и всех остальных рядом до тех пор, пока Мор и Сетсей не вытащат лодки на берег. Первой рядом со мной появилась Эфира, в ее задачу входило осмотреть место, где мы причалили, своим третьим глазом или как там она его называет. Ее красные волосы и зеленая кожа сильно выделялись на фоне серых камней. Она резко присела и рукой велела мне поступить так же. Я послушалась, пригнулась, и мой взгляд уперся в череп противной твари, который орк так и носила на поясе.

По звуку я поняла, что хоть лодки и скользкие, но их вытащили на песок до самой кормы. Значит, остальные члены отряда сейчас тоже присоединятся к нам, прячась за каменными валунами и высоким берегом, уже не скрываемые магией иллюзионистов. Улрана-Дерсага без своей маски шира и ее верный рол Раз Аш, гигант с кожей оранжевого цвета и тяжелыми витыми рогами, укрылись за соседним валуном. Несмотря на то, что я уже привыкла к их причудливой внешности и ярко-желтым глазам без зрачков, продолжала ловить себя на том, что время от времени разглядываю демоницу. Ее короткие, выше плеч, черные волосы, кожу бледно-лилового оттенка, золотое кольцо в носу, рога, уходящие кольцами назад, и гибкий тонкий хвост с кисточкой.

Я посмотрела на Тараю, которая спряталась рядом со мной, — она нервно теребила пальцами черную косу и выглядела бледной даже на фоне лиловой кожи Улраны. Не знаю, крылась причина в волнении или расходе магии, но второй рукой магичка держалась за бок, словно стараясь восстановить дыхание. А поскольку бежать от лодки до укрытия нужно было не более десяти локтей, это скорее всего волнение. Как обычно, самым спокойным выглядел Сетсей. Драгон внимательно всматривался в берег, желая убедиться, что наше положение не раскрыто. Он коротко кивнул Мору и Худому Эллу, подавая знак, что мы в безопасности и можем продолжать. Князь Самогеты накинул на голову капюшон, скрыв лицо и шрам через левый глаз, который из-за увечья поменял цвет с зеленого на пятнисто-серый. Мор поднял палец, давая мне команду, и в этот миг кровавая иволга выпорхнула из моей ладони. Птичка закружилась вокруг Сетсея. Ящерлюд махнул хвостом, отгоняя ее, и мигнул глазами, показывая мне, что иволга может лететь.

Иволга не должна близко подлетать к замку, чтобы ненароком не привлечь ненужное внимание. Главная задача — осмотреться и убедиться, что выбранный нами путь до башни самый быстрый и относительно безопасный.

С высоты птичьего полета замок и башня уже не казались такими огромными, словно окутанные вуалью тумана, они стояли на пригорке, продуваемые всеми ветрами острова. С одной стороны — скалистый извилистый берег, с другой — плотный ковер деревьев, большая часть которых уже сбросила листву. Замок и башню окружали поднимающиеся вверх вытоптанные тропы и узкие дорожки, взобраться можно было практически с любой стороны. Здесь не было защитного бастиона, никто и никогда не нападал на отступников, в этом не было нужды, они никогда прежде не представляли угрозы. Сюда уходили за уединенной, аскетичной жизнью. Теперь вдалеке я рассмотрела поля для посевов и прогалины, видимо, в теплое время служащие небольшими пастбищами. Жителей замка я до сих пор не видела, и это начало настораживать, пришлось подлететь поближе и сделать круг над замком.

— Что там? — шепнул мне Мор.

— Тс-с-с, — перебила его Эфира. — Не мешай ей.

Мор скривился, но замолк, а я продолжила смотреть глазами своего вулпина.

Наконец я смогла разглядеть охранников и монахов. Служители острова носили темные неприметные одеяния и на сером фоне сливались с сырой землей и каменными стенами. Иволга подлетела еще ближе и уселась на дерево, прячась за яркой покрасневшей листвой. Охранники не выглядели сильно обеспокоенными безопасностью вокруг. Они спокойно о чем-то переговаривались, кто-то играл в кости. Несколько монахов с высокими воротниками ковырялись на грядках внизу — ничего странного, но поразительно мало обитателей. Пара охранников с нескольких сторон, монахи, занятые своими делами, — будто кто-то специально расчистил для нас дорогу. Мое внимание привлекло, что в охране исключительно демоны. Возможно ли, что они, как Улрана, иллюзионисты и скрывают от глаз реальное количество патрулей? Мордау опроверг мою гипотезу, сказав, что это слишком большие усилия.

Было решено продвигаться по намеченному пути, как только солнце начнет садиться. Иллюзионисты снова скрывали нас ото всех, делая невидимыми. До башни мы добрались быстро и без проблем, спрятались за деревьями в ближайшем от нее лесочке, постовые находились довольно далеко, никто нас не заметил. Чары Тараи исчезли сразу же, как мы спрятались. Теперь я была уверена: такая прогулка — большой и непривычный для нее расход силы, и она почти выдохлась. К несчастью, дальнейшая часть плана предполагала, что иллюзионисты обратят нас в демонов, скрыв настоящие обличия, и я начала опасаться, что магии Тараи на это не хватит, хотя скоро начнет темнеть, и это должно сыграть нам на руку. Не укрылось от меня и то, что для демоницы наше «невидимое» путешествие не оказалось таким же трудным, как для Тараи.

Прячась между деревьями в густой пожухшей траве, мы дождались, пока начнет смеркаться. Мор и Эфира отправились на разведку, а мы остались ждать их сигнала. По плану Худой Элл останется здесь. Он прикроет наши тылы, пока мы будем в башне, а в случае, если план полетит ко всем демонам и пойдет по сценарию «громко, но быстро», он — точка, куда надо вернуться всем выжившим. Элл должен помочь добраться до лодок, он же будет руководить отрядом стихийников, если нам придется прибегнуть к их помощи.

Уже совсем стемнело, а Мор с Эфирой не возвращались, и мое волнение превратилось в кипящий внутри котел. Я видела, как двое охранников сменили другую пару, по плану нам пора было двигаться дальше. Появилась мысль пустить иволгу на разведку. Мне на плечо легла ладонь Сетсея, словно пригвоздив к земле.

— Доверяй с-своим, они с-скоро вернутс-ся. Мы должны ждать.

Он прав. Если отправлю иволгу, Эфира и Мор могут ее заметить и решить, что мы подаем знак, например, опасности, это введет их в заблуждение.

Демоница без слов махнула рукой, привлекая наше внимание, и показала на охранников около башни. Я заметила две крадущиеся тени, одна в плаще, другая высокая и тонкая. Они бесшумно приближались к охранникам с разных сторон. Тени практически одновременно настигли своих жертв и так же бесшумно напали.

В тонкой тени я безошибочно узнала Эфиру, два тихих и резких удара — и охранник повалился на стену. Тень в плаще, похожая на Мордау, обхватила демона за горло и повалила на землю. Мор выпрямился и поманил нас рукой. Оставив Худого Элла прятаться за деревьями, мы побежали к ним. Вытащив у охранника ключ, Эфира уже открывала проход в башню. За дверью находилась ведущая вниз и наверх широкая каменная винтовая лестница. Мор подошел к Эфире и неожиданно взял ее за руку. Мне показалось она отчего-то смутилась, но руку не отдернула. Он провел пальцем по ее коже, зажглись руны и на ее кисти появился знак.

— Это нить, поможет чувствовать, где я нахожусь. Она приведет тебя ко мне в случае опасности. Не рискуйте зря, при малейшей опасности или отправляйтесь к Эллу, или следуйте за нитью, — Мор обернулся к Тарае: — Запомнила, как выглядят эти демоны?

Она без слов обратилась одним из них. Вторым охранником магичка обратила Эфиру. Теперь перед нами стояли два демона, очень похожие на тех, что лежали без сознания. Улрана подсказала Тарае, что ей следует подправить в ее мираже для большего сходства, но в такой темноте вряд ли кто-то будет сильно в них вглядываться. Тарая и Эфира останутся здесь изображать охранников и ждать нашего возвращения. Настоящих же охранников Раз Аш и Сетсей подхватили за ноги и поволокли внутрь — их следовало хорошенько спрятать.

Мы с Мором и Улраной двинулись следом за ними. Келдрик сказал, что он находится на нижнем этаже, вот в этом заключалась главная сложность — мы не имели четкого представления, где его искать. Демоница наложила на нас с Мором и Сетсеем мираж, и мы выглядели, как демоны. Следующим шагом необходимо было отыскать кого-то из настоящих демонов-охранников и убедить их, что нас послали за Келдриком. Я чуть замешкалась, рассматривая свои оранжевые руки и новую одежду, — никакого изменения в теле не ощущалось, это просто мираж демоницы. Улрана одернула меня, и я прекратила себя разглядывать. Надо вести себя естественно и держать ментальный щит или, как в случае Сетсея, при встрече с демонами думать о чем-то постороннем, чтобы не вызвать подозрений. Мор теперь выглядел, как серый худощавый демон с ужасным шрамом на пол-лица, а Сетсей стал ниже ростом и превратился в темно-синего демона с длинными рогами и нависающими надбровными дугами, как у Раз Аша.

Времени разглядывать друг друга не было, поэтому мы начали спускаться по ступеням на нижние этажи. Я заметила, что свет факелов отбрасывал на стены наши настоящие тени. Огонь миражом не обмануть. Улрана не шла, а парила, пару раз откуда-то доносились тихие голоса. Демоница в эти моменты замирала, прислушиваясь, но Мор тихо шипел на нее, чтобы мы продолжали идти вниз — время поджимало. У меня в груди стучало с неистовой силой, трудно было представить, что где-то здесь сейчас находится Рагонг и один неверный шаг может оказаться роковым.

Мы успели спуститься на два этажа, когда путь нам преградили три демона. Улрана, не давая им опомниться, командным голосом заговорила на их языке, по плану, объясняя, что мы ищем заключенного. Раз Аш незаметно встал у нее за спиной, чтобы помочь своей повелительнице, если они не поверят в ее ложь. Рол оттеснил меня и Сетсея назад. Демоны принялись внимательно нас разглядывать. Мор, похоже, напрягся — что именно говорила Улрана, оставалось загадкой, ни один из нас на языке демонов не говорил. Она вполне могла прямо сейчас выкладывать им весь наш план.

Один из демонов что-то ей ответил и указал в коридор за их спинами. Второй склонил голову и почему-то покосился на Мора, который крепко сжимал рукоять меча. Затем охранник перевел взгляд на тень Мора. Хвост Улраны в этот момент резко взлетел, и на ее ладонях вспыхнули яркие всполохи огня — это сигнал. Все, кроме меня, отреагировали моментально. Стоящий ближе всех к Раз Ашу демон тут же познакомился с его огромным кулаком. Второго ослепила и атаковала сама Улрана, а третий упал к ногам Мора, я не успела заметить, что самогетец с ним сделал. Они действовали так быстро и слаженно — охранники даже не пискнули. Я лишь рот от удивления открыла, а все уже было кончено. Успела только подумать, что Улрана и впрямь оказалась пиромантом. Как объясняла мне когда-то Эфира, демоны, владеющие магией огня, часто возглавляют ширы, возможно, именно поэтому демоница — шир своего племени.

— Он сказал, — Улрана показала пальцем на того охранника, который с ней разговаривал, — рыжий пленник там, в конце коридора, но это комнаты какого-то Лемьюра. Нас выдало именно то, что среди нас его нет, а без него в темницу не попасть.

— Скотство, — буркнул Мор. — Ладно, взяли…

Мор, Раз Аш и Сетсей потянули за собой троих вырубленных охранников за ноги. Оставлять их здесь было нельзя, а спрятать на лестнице

— негде. Улрана парила впереди и огнем, плясавшим у нее на ладони, освещала дорогу. Я шла последней, периодически оглядываясь и прислушиваясь. Было спокойно, пока мы действовали по плану «по-тихому».

Темный коридор заканчивался лестницей, уходящей еще ниже, здесь дурно пахло, и запах поднимался из подземелья.

— Думаю, он говорил об этом помещении, — Улрана остановилась около неприметной двери и поднесла ладонь с огнем ближе к ней.

— Твой выход, — обернулся ко мне Мор и отпустил ноги демона-охранника, которые с глухим стуком ударились о пол.

Я знала, чего князь Самогеты ждет от меня, и подошла к закрытой двери. От нее исходила странная дрожь, и, кажется, ее ощущала только я.

— Запечатана магией? — поинтересовался у меня Мор.

— Да, но я не знаю, что за магия.

— Этот Лемьюр, похоже, маг смерти, — ответил стихийник и ткнул пальцем в надпись, которая шла над дверью.

Там еле-еле можно было рассмотреть руны. Заклинание начиналось с руны Наутиз, выглядевшей, как покосившийся крест. Ее значение — сдержанность и осторожность. Это символ сопротивления, противодействия усилиям извне. Одна из главных рун касты смерти, и заклинание, начинающееся с нее, ничего хорошего не предвещало.

— Ос-сторожно, — прошипел мне Сетсей.

Мор прикоснулся ладонью к стене и на мгновение прикрыл глаза, будто что-то проверяя.

— Моей магией заклинание этого черномага не снять. Проверим, справится ли рассеиватель, — Мор открыл глаза. — Действуй.

— Никогда не имела дела с магией смерти, — забеспокоилась я.

— Думай о том, что за стеной твой друг, — произнесла Улрана за моей спиной. — Лучше всего против магии некромагов работает магия жизни, а ее главный инструмент — хорошие эмоции и воспоминания.

— Например, дружба с пленником, который может находиться за этой стеной? — уточнила я.

— Да, — ответила демоница.

Я представила Келдрика и позволила свой силе загореться в ладонях. Магия приятно защекотала кожу. Дрожь двери усилилась, она отталкивала меня. Показалось, я слышу эхо криков, исходящих от этого содрогания, вдалеке что-то ревело, молило, кричало, билось и страдало. Если так ощущается магия некромагов, магия смерти, то это ужасно. Я бросила взгляд на Сетсея, демонов и Мора. Никто из них, похоже, ничего не слышал и дрожь двери не замечал. Я приблизила ладони к двери, и вдруг плач резко замолк. Наступила чудовищная тишина, и это испугало меня еще больше. Бесшумная смерть, ужасная, спокойная, манящая. Дверь будто в самом деле дрожала, как окоченевший до ломоты в костях человек, и теперь она не отталкивала меня, а, наоборот, влекла к себе. Это содрогание и холод начали передаваться мне. Словно что-то невидимое прикасалось к коже, пробиралось под одежду и в саму душу, и я уже не знала — то ли сама дрожу, то ли просто отражаю дрожь этой затаившийся угрозы.

— Возможно, надо было сразу тебя предупредить, — вдруг вмешался Мор. — Скорее всего, заклинание черномага — это смерть любому, кто попытается вторгнуться в его владения.

Сетсей зашипел, а Мор продолжил:

— Предположу, что смерть мучительная.

Очень вовремя! Дрожь уже вовсю захлестнула и меня — мощная, ломкая, она словно поднималась изнутри, сотрясая все тело.

— Если почувствуешь, что не справляешься, отступи, придумаем, как попасть туда другим способом, — задумчиво добавил князь.

Смерть не причиняла мне физической боли, лишь несла лютый холод. Она тянула меня к себе, безмолвно обещая, что все прекратится, холод уйдет, я перестану его ощущать, как и все свои страдания. Все закончится, только надо уступить, согласиться с ней.

— Амидера? — решительнее позвал меня Мор, кажется, мою дрожь теперь видели и они.

— Твоему другу нужна помощь, — настойчиво подсказала мне Улрана.

Да! Точно! Келдрик. Я вспомнила рыжего сердцееда. На лице расползлась улыбка, и я сосредоточилась, пытаясь игнорировать холодные, но такие манящие объятия смерти. Надо постараться рассеять эту магию, как я делала это тогда у гномов. Я закрыла глаза и направила свою силу. Сосуд мага отозвался сразу, и это оказалось легко, магия смерти будто приняла меня за своего. Холод и сковывавший сердце лед мгновенно отступили. Там Келдрик, и я пришла ему на помощь. Я пришла за Рагонгом! Последняя мысль вспыхнула, и внутренний толчок моей магии был настолько силен, что руны над дверью некромага полыхнули и осыпались искрами. Я их сожгла, стерла.

— Отлично, — улыбнулся Мор. — Не будь ты княгиней, я бы подсказал, к кому тебе обратиться, чтобы хорошо заработать на своей силе.

— На с-своей с-сперва с-саработай, — шикнул на него Сетсей.

Я отошла от двери, и настала очередь Мора.

— Я же князь. Мне положено зарабатывать на труде моих подданных, — Мор осмотрел каменный наличник и дверной засов. — Вот станешь нунгом драгонов — поймешь.

Сетсей отклонился назад, словно от удара, его хвост дернулся и рассек воздух. Слова Мора ему явно не понравились, но князь Самогеты этого не заметил, он был занят камнем. Мор положил руки на стену, и та мягко зашевелилась, раздался звук движущегося механизма. Раз Аш с силой дернул ручку, и дверь открылась. Я было ринулась вперед, но Мор перехватил меня и зашел первым. Здесь было темно. Улрана развела руки, и на ее ладонях затанцевали яркие огоньки, но огня демоницы не хватило, чтобы осветить весь этот зал, идущий полукругом. Перед нами вынырнули из полумрака полки, уходящие вглубь зала, будто ряды в мертвом архиве. Все они были заставлены стеклянными склянками, сосудами разных форм и размеров, мутными от времени. Жидкость внутри тускло поблескивала, и сначала показалось, что это просто настойки или зелья. Но стоило подойти ближе — и меня передернуло. Внутри плавали фрагменты — пальцы, кисти, чьи-то уши, ссохшиеся сердца, срезанные языки, глазные яблоки, легкие, свернутые в клубок, как потемневшие цветы.

Я резко отпрянула, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. От одного только вида всего этого разложения хотелось выскочить из зала. Гадость. Раз Аш и Сетсей занесли охранников, которых мы так и таскали за собой. Здесь, среди полок, их легко будет спрятать.

— Келдрик, — позвала я, пытаясь отвлечься от вида перед собой.

В дальнем конце зала кто-то зашевелился. Мор зажег светлую сферу, и она полетела в направлении звуков. Первое, что я рассмотрела, — это прутья клетки, а затем человека.

— Амидера? — худой, лохматый мужчина поднялся с пола, и я не сразу узнала в нем Келдрика, очаровательного и решительного советника Кроуги. В видении Тараи он выглядел лучше, чем на самом деле.

— Слава Первоматери! — пробормотала я, и от моих слов Кел скривился. Я впервые подумала, что упоминать и взывать к благосклонности своего врага — глупая затея.

Келдрик посмотрел на Мора и, похоже, не узнал его в капюшоне. Затем его взгляд метнулся к Улране и Раз Ашу, и он нахмурился еще больше, и только когда свет сферы упал на Сетсея, Келдрик, кажется, выдохнул с облегчением.

— Сет! — на лице пленника появилось подобие улыбки.

Ящер резко шагнул навстречу, не в силах сдержать радость, и схватился за прутья решетки, пробуя их раздвинуть, но они не поддались.

— Потом наобнимаетесь, девочки. Время сматываться.

— Мордау? — неуверенно спросил Келдрик, и его брови выгнулись дугой.

— Что, не рад? А ведь вместо меня мог оказаться какой-нибудь дворянин, с женой которого ты спал. Вот веселуха бы тогда была, да?