Проиграть суккуба

Ей нужно знать правду. О том, что она была частью плана.

И о том, что её бывший муж — не просто идиот. Он — предатель, который продавал её жизнь и мою смерть за горсть монет.

Когда я вошёл в гостиную, Валака сидела на подоконнике, глядя на три луны. Она переоделась в свободное домашнее платье — тёмно-зелёное, струящееся, с глубоким вырезом на спине. Её волосы были распущены и падали на плечи золотым каскадом.

— Ты долго, — сказала она, не оборачиваясь.

— Допрашивал твоего бывшего мужа.

Она резко повернулась.

— Барбатоса? Зачем?

— Он был информатором. Он продавал сведения об привычках и уязвимостях Владык. И о моих тоже.

Её глаза расширились.

— Он... что?

— Он должен был внедрить тебя ко мне. Под видом проигрыша в карты. Ты должна была соблазнить меня, отвлечь, ослабить мою Доктрину. А потом за мной пришли бы убийцы.

Валака встала. Её лицо побледнело.

— Я... я не знала. Клянусь, я не знала. Я думала, он просто идиот, который...

— Ты не знала, — сказал я. — Я верю тебе. Но факт остаётся фактом: ты была частью плана. И он до сих пор хочет заполучить тебя. Твоя Доктрина — Древняя. Одна из тех, что были у Прародителей. Ты нужна ему.

Она замолчала. Опустила взгляд. Я видел, как в ней борются эмоции — гнев, страх, недоверие.

— Я всегда чувствовала, что моя Доктрина... особенная, — сказала она тихо. — Мне говорили это с детства. «Ты особенная, Валака. Ты ценная, Валака». Поэтому меня и продали на аукционе. Поэтому меня перепродавали, как дорогую вещь. Моя Доктрина — это проклятие.

— Это не проклятие. Это сила. И теперь ты можешь использовать её для защиты, а не для того, чтобы быть чьей-то собственностью.

Она подняла глаза. В них блестели слёзы — но не слабости. Ярости.

Она сжала кулаки. Я подошёл к ней и осторожно положил руку на плечо.

— Ты больше не его собственность. Ты свободна. И ты здесь не потому, что он тебя проиграл. Ты здесь потому, что ты сама этого захотела.

Она посмотрела на меня. Её глаза — зелёные, с золотыми искрами — были полны слёз, но она не плакала.

— Спасибо, — прошептала она.

— За что?

— За то, что не считаешь меня вещью.

Я ничего не ответил. Я просто стоял рядом, чувствуя тепло её плеча под своей ладонью.

А потом она улыбнулась — кривоватой, но искренней улыбкой.

— А можно я сама его допрошу?

Глава 9. В которой я допрашиваю бывшего мужа и получаю удовольствие

Глава 9. В которой я допрашиваю бывшего мужа и получаю удовольствие

Валака

— Ты хочешь его допросить?

Марбас смотрел на меня с тем выражением лица, которое я уже научилась расшифровывать. Лёгкий изгиб брови — единственное, что выдавало его удивление. Для всех остальных он оставался непроницаемой статуей. Но я уже видела трещины в этом обсидиане.

— Да, — сказала я. — Лич