Элла. Заметки тёмной судьбы

Ко мне в круг шагнул парень. Высокий, с самоуверенной ухмылкой. Смерив меня презрительным взглядом, он бросил, словно кость собаке:

— Только горько не плачь, когда вылетишь.

Я вскинула брови, изумленно взглянув на это чудо самоуверенности. И ответила слащавым голосом:

— Как бы горько тебе не стало…

Костюм, не дав нам насладиться обменом любезностями, скомандовал:

— Начали!

Парень расплылся в хищной улыбке, и тут же, без предисловий, ринулся в атаку. В его глазах читалось явное желание поскорее закончить этот бессмысленный, как он считал, бой.

Я уклонилась от первого удара, почувствовав, как воздух рассекает щеку. Однако, второй удар попал прямо в цель. Его кулак врезался мне в лицо, обжигающей болью пронзив левую сторону. Мир на мгновение померк. Я почувствовала, как по лицу стекает что-то теплое и липкое. Кровь.

— Зараза, — выплюнула я.

Сквозь пелену боли я ощутила прилив ярости. Адреналин не просто бурлил, он прожигал меня изнутри, заставляя мышцы дрожать от напряжения. Сейчас или никогда. Он вновь замахнулся, уверенный в своей победе, в том, что сейчас я вылечу из круга, как пробка из бутылки. Его самоуверенность пахла перегаром – дерзкая, опьяняющая. Но моя воля к победе оказалась сильнее.

Он ринулся вперед, широко расставив руки, намереваясь схватить и выкинуть меня из круга. Это был его шанс, и одновременно - его фатальная ошибка.

Я дождалась момента, когда он максимально приблизится, и резко метнулась вбок, уходя с линии его атаки. Одновременно с этим, собрав всю энергию в кулак, нанесла выверенный, точный удар в солнечное сплетение.

Не было времени на раздумья, на сомнения. Только чистая, безудержная ярость и желание победить.

Парень охнул, согнувшись пополам от неожиданной боли. Воздух выбило из легких, в глазах потемнело. Он попытался удержаться на ногах, но сил уже не было.

Мой второй удар, короткий и хлёсткий, пришёлся в подбородок. Его голова мотнулась назад, и он, теряя равновесие, полетел за пределы круга

Я стояла над ним, тяжело дыша, с горящими от адреналина глазами. Во мне не было злорадства, лишь холодный, торжествующий огонь победителя.

Позади я услышала громкие аплодисменты. Обернувшись, заметила мужчину в очках, с трибун. Он смотрел прямо на меня, натянув на лицо довольную улыбку.

— А тут веселее, чем я думал, — произнес он, не сводя с меня взгляда. Его голос, несмотря на некоторое расстояние, отчетливо достиг моего слуха. Он небрежно кивнул, как бы подтверждая свои слова, и его улыбка стала еще шире, отчего на щеках обозначились глубокие морщины.

— Не задерживаемся, — хлопнул мистер костюм, — проходим!

Он указал на одну из дверей, расположенной в противоположной части зала, и мы поспешили в указанном направлении. Всё происходило с такой стремительной скоростью, с такой отработанной четкостью, словно организаторы этого процесса изо всех сил стремились поскорее завершить его. Многим явно был не по душе тот факт, что неопределённые заполонили академию.

Мы самостоятельно прошли внутрь и оказались в огромном зале, где уже собралась добрая половина участников этого странного отбора. Заняли свободные места и принялись ждать.

— Здорово ты его, — обратился ко мне парень, устроившись рядышком. — Последний удар был что надо. Аж самому почувствовалось.

Он изобразил в воздухе, как мой кулак врезается ему в подбородок, сопровождая это странным звуком.

— Спасибо. Повезло просто, — усмехнулась я.

— Да какое там "повезло", — фыркнул парень. — Ты его уделала как надо. Я вот, если честно, думал, тебе сразу конец. Он здоровый такой, бугай.

— Видимо, не все решают габариты.

— Это точно, — согласился парень. — Меня, кстати, зовут Лео.

— Элла.

— Приятно познакомиться, Элла, — Лео протянул руку, и я, немного поколебавшись, ответила на рукопожатие. Его ладонь оказалась на удивление теплой и немного шершавой.

Лео был… интересным. Рыжие, взъерошенные волосы торчали во все стороны. Веснушки, густо усыпанные по лицу, придавали ему мальчишеский вид. Да и сам он казался хрупким, с такими же хрупкими, тонкими запястьями. Видимо, в злосчастном кругу ему также повезло как и мне. Или же чудеса силы духа…

Не успела я вдоволь налюбоваться этим странным контрастом, как в передней части зала появилась новая пятёрка. Не сговариваясь, они расселись рядом с нами, занимая свободные места. Никто не решался заговорить, тишину нарушали лишь тяжелые вздохи и приглушенные стоны тех, кто получил особенно болезненные удары.

Вслед за первой пятеркой появилась вторая, третья… волна за волной, зал постепенно заполнялся. Кто-то садился в одиночестве, кто-то сбивался в небольшие группы. Вокруг меня образовалась небольшая компания. Слева устроился Лео, справа – высокая девушка с темными волосами и решительным взглядом, представившаяся Мирой. Напротив нас сидели двое парней: здоровяк по имени Борис, с добрыми глазами и обезоруживающей улыбкой, и худой, нервный парень по имени Макс, который постоянно оглядывался по сторонам, словно ожидая нападения. Нервишки ему здорово потрепало …

— Уж боюсь представить, что они уготовили следом, — вздохнула Мира, переводя взгляд с одной двери на другую.

— Главное, чтобы без травм, — пробормотал Борис, потирая ушибленную руку. — А то я что-то размяк совсем.

Лео покосился на меня и тихо спросил:

— Как лицо? Сильно болит?

Я коснулась пальцами щеки.

— Терпимо, — ответила, уже знатно подустав от происходящего.

Зал наполнился гулом голосов, когда количество собравшихся перевалило за сотню. Вот снова отворилась дверь и новая группа вошла в зал. Я подняла глаза к потолку, задумавшись о том, где пропадает Кода, как вдруг погас свет.

На возвышении показался человек в костюме, и все тут же затихли, ожидая дальнейших инструкций. В полумраке его фигура казалась еще более зловещей и властной. Он откашлялся, создавая эффект звенящей тишины в зале.

— Мои поздравления первым ста пятидесяти кандидатам! — Начал он. — Вы проявили себя с лучшей стороны и успешно преодолели первый этап отбора. Что ж, не будем терять времени и незамедлительно перейдём ко второму, не менее важному испытанию! На первом этапе мы убедились в вашей … удовлетворительной физической подготовке и хитрости. Теперь наша задача – оценить вашу эмоциональную устойчивость и способность сохранять хладнокровие в самых непредсказуемых и напряжённых ситуациях. Нам нужны люди, способные сохранять ясность ума и принимать взвешенные решения, несмотря ни на какое давление обстоятельств.

Он хлопнул один раз и тотчас перед нами возникла мерцающая стена. Не просто стена, а некое мерцающее чудо, сотканное из переливающихся различных цветов. Она пульсировала, играла оттенками, словно калейдоскоп, собранный из звездной пыли и радужных искр.

Эфемерная, будто портал в другой мир, манящий своей неземной красотой и таинственной глубиной.

— Это что, портал? — прошептали за спиной. — Куда они хотят нас отправить?

— Это психоматрица, — угрюмо уточнил Лео. — Не имеет ничего общего с порталом.

— Психо… чего?!

Мира ткнула локтем в бок Бориса, в тот момент, когда облаченный в строгий костюм распорядитель, прошёлся едким взглядом по нашей группе и продолжил:

— Перед вами одна из форм психоматрицы, — подтверждает он слова Лео. — По ту сторону вы столкнётесь лицом к лицу с тем, что больше всего вас пугает. Ваши самые глубокие страхи и потаённые слабости. Единственный способ пройти испытание – это победить свой страх. Другого пути нет. Те, кто не сможет этого сделать, будут исключены. У вас будет достаточно времени, чтобы осознать, что с вами происходит, и найти способ победить свой кошмар. Как только вы переступите черту, обратного пути не будет. Попытки обмана системы приведут к непредсказуемым последствиям для всех.

В зале повисла гнетущая тишина, взрываемая лишь нервным перешептыванием. Атмосфера, ранее пропитанная духом соперничества, сменилась тревожным ожиданием. Никто не спешил первым окунуться в пучину неизвестности.

— Чтож, приступим! Проходим по группам из пяти человек, по прежней очерёдности.

Я с тревогой смотрела, как пятеро обреченных поднимаются со своих мест. Разношерстная компания, словно приговоренная к казни, направилась к Психоматрице. Каждому из них надели браслеты на руки и направили к проходу. Зал замер в ожидании. Их фигуры, одна за другой, растворялись в калейдоскопе.

Все взгляды были прикованы к пульсирующей стене, словно пытаясь разглядеть, что происходит по ту сторону. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем психоматрица вновь ожила и оттуда вернулся лишь … один из пяти.

— Куда делись остальные? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Как я уже говорил ранее, те, кто не справится — исключены. — отрезал он. — Следующая группа!

Вторая группа, побледневшая, но подчинившаяся, поплелась к мерцающему порталу. И снова… лишь один вернулся назад.

Что ж за страхи у них там такие …

Я невольно задумалась о том, чего боюсь на самом деле. Страхов у меня было предостаточно, однако самым глубинным, самым пугающим был страх потерять контроль. Потерять себя… во тьме...

Мои размышления были прерваны резким голосом Лео:

— Элла, наша очередь.

Я вздрогнула, выныривая из пучины раздумий. Лео нетерпеливо переминался с ноги на ногу, глядя на меня с тревогой и ожиданием.

Мы молча направились к мерцающей стене и на наши запястья нацепили такие же металлические браслеты. По всей видимости, они контролировали и передавали наши мысли и эмоции. Не задерживаясь, я сделала шаг вперед, и моё тело пронзила волна холода. Яркие цвета закружились вокруг, словно водоворот, затягивая в небытие.

Психоматрица медленно поглощает меня, и я низвергаюсь в первозданный хаос – ни времени, ни пространства, лишь вакуум, где страх обретает материальную форму.

.

Глава 16

Холодно…

Я очнулась в кромешной тьме.

Вокруг меня была лишь давящая, всепоглощающая пустота, такая густая, что кажется, будто её можно потрогать. И этот липкий страх, проникающий под кожу, сковывающий каждый мускул.

Вдалеке замерцал огонек. Сначала едва различимый, но постепенно он рос, становился ярче, пока не превратился в бледный, дрожащий свет. Инстинктивно я потянулась к нему.

С каждым шагом свет становился все более отчетливым, и вместе с ним проявлялись контуры комнаты. Знакомые очертания…

Нет, не может быть…

Сердце забилось с утроенной силой, в горле пересохло.

— Мам… — тихо позвала я, глядя на родное, любимое лицо.

Дыхание перехватило. Ноги подкосились, и я рухнула на колени, не в силах сдвинуться с места. Не может быть. Я видела её последний раз именно такой. Больную, слабую, угасающую.

— Мам? — позвала я громче.

Тишина. Лишь мерное тиканье часов, повисших над кроватью, нарушало гнетущую тишину.

Я поползла ближе, подтягиваясь руками, словно раненый зверь. Каждый дюйм давался с невероятным трудом. Страх парализовал меня, заставляя снова и снова переживать ту страшную ночь. Слёзы застилали глаза.

Вот я уже рядом с кроватью. Подняла дрожащую руку и коснулась одеяла. Холод. Безжизненный холод. Мама медленно повернулась ко мне и посмотрела с укоризной.

— Почему ты оставила меня? — прошептала она, и её слова, словно ледяные иглы, пронзили мое сердце.

Нет! Это не может быть правдой! Я делала все, что могла! Я боролась за неё до последнего вздоха! Мама знает это… знала..

— Я не хотела... не хотела тебя оставлять, — произнесла я, захлёбываясь слезами.

Лицо матери исказилось в гримасе.

— Ты слабая… Ты ни на что не годна! Ты всегда будешь одна…

Внезапно позади неё оказался отец. Он медленно подошел к маме и приобнял её за плечи.

— Папа…

— Не называй меня так, — бросил он, скривившись. — Нам следовало сразу от тебя избавиться! Ты проклятие! Ты уничтожила нас!

Нет… нет…

Его слова эхом отдавались в моей голове, усиливая панику и ужас. Я чувствовала, как контроль ускользает от меня, как тьма медленно поглощает меня целиком.

Я закрыла глаза, пытаясь укрыться от кошмара и почувствовала как его холодные пальцы сжимают моё горло, лишая воздуха.

Я задыхалась. Холодные пальцы сомкнулись на горле, перекрывая кислород. В глазах начали мелькать черные точки. Голос отца звучал все громче, проклиная и обвиняя меня. Мама, как безучастная тень, стояла рядом, подтверждая каждое его слово.

Паника. Отчаяние. Безысходность.

Странная вибрация пронзила мою руку. Металлический браслет, надетый перед входом в психоматрицу, начал неистово вибрировать. Сначала слабо, потом все сильнее, пока не превратился в звенящую пульсацию.

Я проиграла.

В голове вспыхнули мамины слова, которые она повторяла каждую ночь перед сном, крепко внедряя их в моё сердце.

«Ты самая светлая душа в этом мире, Элла. Самая светлая, запомни это.»

Ее голос… теплый, любящий, такой знакомый.

Я вспомнила ее объятия, теплые и надежные, ее смех, заразительный и радостный. Ее любовь, безграничную и безусловную.

Это была моямама. Настоящая. Та, которая любила меня несмотря ни на что. Та, которая никогда бы не позволила, чтобы мне причинили боль. Она всегда была на моей стороне.

Сконцентрировавшись на воспоминаниях о маме, я попыталась почувствовать ее тепло, ее поддержку. И оно пришло. Словно нежный ветерок, оно коснулось моего сердца и наполнило меня светом.

Оттолкнув от себя наваждение, я открыла глаза. Я больше не видела перед собой свою искаженную горем мать и озлобленного отца. Передо мной стояли лишь две меркнущие тени, питавшиеся моим страхом и чувством вины.

Фигуры зашипели от света, их силуэты начали таять, словно сгорая. Браслет на моей руке перестал вибрировать, но я чувствовала его тепло, согревающее мою кожу. Он будто служил проводником между мной и реальным миром, напоминая о том, что нужно двигаться дальше.

И я двинулась. Сделала глубокий вдох, собираясь с силами, и шагнула в свет.

***

— Бесподобно, — смаковал Лео, чуть ли не облизывая пальцы. — Кормят здесь конечно изумительно.

— Здорово, — промычала я в ответ. Есть мне совсем не хотелось, и потому моя тарелка оставалась не тронутой. Худое, измученное лицо мамы отчётливо всплывало перед глазами, не давая покоя.

— Элла? Эй, ты тут вообще? — Лео, заметив мою отрешенность, обеспокоенно нахмурился и, не дождавшись ответа, бесцеремонно щелкнул пальцами перед моим лицом. — До тебя как до жирафа, честное слово! Вроде сидишь тут, рядом, а словно в другой галактике паришь. О чем задумалась? И не ешь совсем…

Я помотала головой, пытаясь отогнать навязчивые воспоминания.

— Все в порядке. Просто немного устала.

Лео скептически приподнял бровь.

— Устала? После двух минут в психоматрице? Да ты сегодня побила все рекорды! Слышал, что даже у студентов таких результатов не было. Я про эти матрицы знаю немного … Они здорово психику ломают. Я вот чуть не умер на месте, когда мне в ухо паук залез, еле выбрался оттуда! Придавил тварь!

Лео съежился, отложил в сторону обеденный прибор и обхватил себя руками за плечи, вновь переживая свой ужас. Он потряс головой, словно пытаясь вытряхнуть оттуда остатки этого кошмара.

Паук…

Всё у меня не как у нормальных людей …

— У тебя хоть что было? — с любопытством спросил Лео, вернувшись в реальность.

— Мама, — зачем-то призналась я.

— Ох, Элла… Я… соболезную, — произнес он тихо. — Это, наверное, было тяжело.

Я молча кивнула.

— Жестокие у них методы, — пробурчал Лео, заталкивая последний кусок мяса в рот.

Я вновь кивнула, все еще погруженная в тягостные воспоминания.

— Знаешь, — нарушил он молчание, — я, конечно, в таких делах не особо шарю, и не знаю, чего тебе там привиделось, но мне кажется, что… — он замялся, подбирая слова, — что важно помнить, что это была всего лишь симуляция. Матрица играет на твоих страхах, использует самые болезненные точки. И то, что ты сейчас сидишь здесь, говорит о том, что ты справилась с этим. Голову выше! И давай, ешь. Нужно набраться сил, чтобы надрать задницу ещё … — Он запнулся, высчитывая людей вокруг себя. — … сорока двум участникам.

Лео говорил так просто и прямолинейно, что это немного отрезвляло. Но дело было вовсе не в симуляции. Я так сильно скучала по маме… И то, что мое последнее воспоминание о ней такое болезненное, давило мне на грудь.

— Ты прав, — сказала я, потянувшись к салату. — Это была просто симуляция. И я справилась.

— Вот это другой разговор! — Лео ободряюще улыбнулся. — Так держать! Главное – не зацикливаться на негативе. Лучше подумай о том, что мы почти в финале. Еще немного, и мы получим обещанную награду.

Ещё немного, и я встречусь с отцом…

Я слабо улыбнулась в ответ.

— Мы должны попасть в десятку, чего бы нам это не стоило.

— Десятку? — удивилась я.

Лео кивнул, с видом знатока подперев рукой щеку.

— Угу. Кто-то из ребят слышал обрывки разговора вчерашних счастливчиков, тех, кто прошел отбор. Но вот выведать суть следующего испытания, к сожалению, не удалось.

Он замолчал, задумчиво почесывая подбородок.

— Знаешь, иногда мне кажется странным всё это. Да и отбор проходит так стремительно… Обещают нам золотые горы, хорошую работу, достаток, а на деле… Кто знает, что нас ждет? Может, мы тут просто мясо для каких-нибудь экспериментов?

Внезапно, тяжелая рука легла на плечо Лео. От неожиданности он дернулся всем телом и замер, словно зверь, загнанный в угол. А я недоуменно уставилась на мужчину в очках. Того самого, чьи скромные аплодисменты получила в тренировочном зале.

— Эксперименты? Ну, знаете, тут как посмотреть, — протянул он, с хитринкой в голосе. — Мы, конечно, называем это интенсивным курсом повышения квалификации и личностного роста… Но, если честно, доля правды в ваших словах есть. В конце концов, как еще узнать предел человеческих возможностей, если не проверить их на практике? Конечно, все строго добровольно, под строгим наблюдением и с соблюдением всех… ну, почти всех этических норм. Так что да, можно сказать, что мы тут немного… экспериментируем. Но в самых что ни на есть научных целях, исключительно во благо человечества, разумеется!

Он подмигнул и понизил голос до шепота:

— И, поверьте, финальный этап… — он сделал многозначительную паузу, — …станет для вас настоящим откровением. Так сказать, апогеем всего пройденного пути.

Лео, все ещё ошарашенный появлением незнакомца, прокашлялся и с деланным весельем произнёс:

— Я ж это… шучу! Просто размышлял вслух, так сказать, пытаясь скрасить тяготы нашего нелегкого пути к… — он запнулся, — …к лучшей жизни!

Незнакомец, слегка польщенный реакцией Лео, расплылся в широкой улыбке, обнажив ровные, неестественно белые зубы.

— Ну, шутки в сторону, позвольте представиться: Профессор Велнор.

— Лео, можно просто Лео.

Велнор перевел взгляд на меня, и его улыбка стала еще шире, словно он ждал нашей встречи с особым нетерпением.

— А вы, я полагаю, Элла. Впечатлен вашим потенциалом.

Его слова прозвучали как комплимент, но в них чувствовалась какая-то холодная, расчетливая оценка. Словно он видел во мне не человека, а лишь набор качеств, полезных для его целей.

— Спасибо, — ответила я коротко, стараясь не выдать своего беспокойства.

— Не стоит благодарности, — отмахнулся Велнор. — Просто старайтесь и дальше оправдывать наши ожидания. Нам нужны люди, способные направлять наших студентов в верном направлении. А теперь, позвольте вас покинуть. Мне еще нужно подготовиться к следующему этапу.

— Я чуть было сам себя не захоронил, — пробормотал Лео, глядя вслед удаляющейся фигуре профессора. — Странный он, не находишь? «Исключительно во благо человечества», — передразнил он, поднимая указательный палец вверх.

Я ухмыльнулась, пожав плечами. Профессор и правда был странный. И этот его пристальный взгляд…

— Ладно, хватит тут теории заговора разводить, — хлопнула его по плечу. — Пойдем лучше раздобудем какую-нибудь информацию о следующем этапе.

— Мысль здравая, — подхватил Лео.

Но не успели мы встать, как в помещении раздался скрежет металла. С потолка начали опускаться стальные сетки, разделяя пространство на множество ячеек. Через мгновение столовая, залитая неестественным светом, моментально превратилась в подобие зоопарка, где каждая пара участников оказалась заперта в стальной клетке.

— Что это, черт возьми, такое? — прорычал Лео, нервно оглядываясь по сторонам.

Попытки сломать сетку не увенчались успехом – сталь казалась непробиваемой.

Над головой раздался знакомый голос, транслируемый через громкоговорители:

— Приветствую вас на следующем этапе! Как видите, ваши передвижения теперь несколько… ограничены. Но не стоит предаваться отчаянию! Я уверен, что вы справитесь. Отыщите выход, чтобы выбраться из клетки. Считайте это небольшой, но, надеюсь, полезной подсказкой. Все необходимое находится рядом. И поторопитесь! Только первые пять команд пройдут вперёд.

В столовой воцарилось напряженное молчание, нарушаемое лишь сдавленными ругательствами и нервным дыханием. Лео принялся осматривать клетку, ощупывая прутья и пытаясь найти хоть какую-то зацепку.

— Может, здесь есть какая-нибудь дыра? — пробормотал он, проводя ладонью по стыкам между прутьями. — Или какой-нибудь замок? Ведь не могли же они нас просто так запереть!

Я тоже осматривалась, но мой взгляд был прикован не к прутьям, а к окружающему пространству. Подсказка… Где она может быть? Что-то очевидное, но в то же время замаскированное… Мои глаза скользили по стенам, по потолку, по полу… и вдруг, зацепились за обычный дверной проем.

Внезапно меня словно озарило.

— Лео… Лео, посмотри на выход! — прошептала я, указывая пальцем на… выход.

Да, именно на него. На самый обычный, ничем не примечательный дверной проем, расположенный неподалеку от нашей клетки.

Лео изумленно застыл, глядя на меня, потом перевел взгляд на дверь и, наконец, осознал.

— Да ты гений! — воскликнул он.

«Отыщите выход, чтобы выбраться из клетки»

Все оказалось намного проще… Над проёмом виднелись две небольшие фигуры - круг и квадрат. Это и есть наша подсказка.

— Все необходимое находится рядом… — пробормотала я, нервно оглядываясь. — Так, Лео, давай сосредоточимся. Нам нужно вспомнить, где мы видели эти фигуры. Все, что нам нужно, находится где-то поблизости.

Лео, с новыми силами, начал осматривать окружающее пространство. Он заглядывал под столы, проверял остатки еды, внимательно изучал пол.

— Проклятие! Да что здесь может быть?! Стол, да грязная посуда…

В этот момент мой взгляд невольно зацепился за тарелку. Простая, белая, слегка щербатая… круглая! Надежда вспыхнула ярким пламенем, прогоняя тьму отчаяния.

Я медленно подошла к столу, словно боясь спугнуть удачу. Подняла тарелку, ощущая в ладони ее прохладную тяжесть. Посмотрела на Лео. В его глазах читалось то же самое – проблеск надежды, рожденный из безысходности. Он понял меня без слов. Мысль о круге, о первом пазле, связывающем нас с выходом, передалась безмолвно.

— Допустим, круг есть , — сказал Лео, его голос был напряжен от волнения и концентрации. — Но где нам искать этот чертов квадрат? Время уходит! – он снова окинул взглядом клетку.

Мы, словно по негласному сигналу, уставились на квадратный стол и кинулись очищать его от всего, что на нём стояло. И вот, финальный рывок! Лео схватил края белой скатерти и резким движением сорвал её со стола. Ткань взлетела в воздух, словно знамя долгожданной победы, открывая нам то, что скрывалось под ней. В самом центре стола мы обнаружили проём, идеально круглый. Я, не медля ни секунды, аккуратно опустила наш «круг» в отверстие. Стальные стены тронулись с места и медленно поползли вверх, к потолку.

Мы сделали это.

Глава 17

Аэллум.

В самой вышине Донт-Рея, где пики строений пронзали небесную лазурь, расположились верховные маги, фундамент ордена. Совет Аэллума. Семь фигур, облаченных в мантии глубоких и сокровенных оттенков, восседали вокруг круглого стола из обсидиана, чья поверхность была испещрена древними рунами, каждая из которых пульсировала слабой, едва уловимой магической энергией.

— Звезда великого мага вспыхнула в эмпиреях, — провозгласил один из членов совета, его голос, высеченный временем и опытом, отозвался эхом в безмолвии небес.

— Какова природа его силы? — вопросил юный архимаг, в его голосе звучало неподдельное любопытство, смешанное с осторожностью.

— Его мощь превосходит все, что мы видели прежде! — воскликнул третий, — Подобная мощь не проявлялась со времен сотворения мира! Это дар небес!