Домен 2

Андрей Вербицкий

Домен 2

Глава первая

Бореол.

Вождь Рысей окинул уставшим взглядом неровное, каменистое, местами заросшее куцым кустарником поле перед замком молодого барона Ласкона. Всмотрелся в стройные шеренги нежданных противников и в гарцующего на коне небезызвестного в Свободных Землях Жорэса Маргрона. Заметил на стенах маленькие фигурки дружинников барона и соплеменников, готовых к обороне. Бореолу захотелось выругаться, как только уличные попрошайки Родхола умеют.

"Это когда-нибудь закончится или нет?" - подумал вождь Рысей и жестом подозвал к себе ближайшего молодого воина, исполняющего обязанности вестового.

- Мой вождь? - воин коротко кивнул в почтении. Измененные не требовали от своих гнуть спину, как заведено у людей. Гнущий спину воин - недостоин сего доброго звания. В представлении лесных жителей у согнувшего спину дух надломлен. А значит, какой из него может быть воин? В данный постулат измененные верили свято.

- Найди Кома Быстрого и передай - пусть со своим десятком по округе пробежится, поищет, нет ли где резервных отрядов противника? Не хватало нам в спину удар прозевать.

- Да, вождь. Я мигом, - вестовой повторно коротко кивнул и вклинился в потрепанные прошедшими битвами ряды рысей, по пути расталкивая нерасторопных единоплеменников.

- Атакуем? – поинтересовался Богур, ставший в последнее время незаменимым. Дружбы, как с Браном Хитрецом вождь с ним не водил, но к советам опытного воина и охотника прислушивался.

- Сам как думаешь? – вместо ответа спросил Бореол.

- Это хорошо, - удовлетворенно буркнул Богур и хлебнул из фляги крепкой травяной настойки, должной убрать усталость.

- Дай, - вождь нагло выхватил емкость и сделал большой глоток. Терпкая жидкость ухнула в желудок и разлилась по телу горячими ручьями. – Прикажи колдунам готовиться.

- Сделаю, - Богур отошел в сторону, чтобы отдать соответствующие распоряжения.

Бореол еще раз вгляделся в закованные в железо шеренги, отметил количество возвышающихся над головами людей големов, прикинул, сколько среди врагов может быть магов и, решил, что таковых от силы полдюжины, дружины баронов все-таки не имперская армия. Что такое полдюжины магов против почти сотни колдунов племени? Ничто. Врагов даже големы не спасут.

Вождь Рысей поднял руку. Гул от многоголосого шепота переговаривающихся рысей моментально стих. Все превратились в слух.

- В последнюю пору каждый из нас познал много горечи и вкусил немало крови врагов!!! - почти закричал Бореол, достаточно громко, чтобы его услышали даже в дальних рядах. - Мы потеряли свой Дом, но сохранили семьи! Мы потеряли Силу, но сберегли Честь. И вот мы здесь! И что же мы видим?! Видим, как жалкий, возомнивший о себе слишком многое баронишка Маргрон мешает воссоединиться нам с любимыми женами и детьми!!! Так втопчем врага в землю, и пусть на их костях взрастут деревья!!! Ибо мы - Рыси!!!

- Рыси! Рыси! Рыси!

- Рыси! Рыси! Рыси!

Клич племени, усиленный вовремя подсуетившимися колдунами, словно раскат грома пронесся над округой, поднимая перепуганных птиц со своих насестов. Над деревьями вдалеке закружили галдящие пернатые, добавляя переполоха.

- Вперед, - скомандовал Бореол уже совсем негромко. Но воины словно услышали команду, моментально замолкли. Резкий контраст шума и тишины оглушал. Войско Рысей единым организмом двинулось на врагов. Им было за кого и за что сражаться.

Бореол широко шагал в центре построения, чуть впереди остальных, готовый в любой момент сорваться на бег. Пара телохранителей, постепенно оттесняли его назад, чуть вырвавшись на шаг буквально. Вполне достаточно, чтобы не мешать Бореолу биться и заодно прикрывать от случайно пропущенных ударов.

Двести шагов.

На посохе Бореола засветились триграммы воздуха и силы. Следующая триграмма соединила их. Активация. И каркас заклинания напитался энергией. Защитное поле вспыхнуло, на миг явив себя взорам непосвященных.

Сто пятьдесят шагов.

Колдуны племени не отставали от вождя. Каждый знал без понукания, что делать. Постоянные сражения закалили и даровали бесценный опыт. Практически одновременно первые ряды Рысей оказались под защитой от магии и стрел. Как раз к месту. Буквально спустя мгновение пара сотен стрел и болтов вознамерились собрать щедрую жертву.

Сто шагов.

Всколыхнулся воздух перед телами и над головами спешащих лесных воинов. И всего лишь пара средних по силе, да парочка десятков слабеньких боевых магических ударов, расплескались по мощной комплексной защите. Щит легко выдержал. Разве это удар после того буйства энергий, что испытали на себе Рыси воюя с другими племенами? Это ничто! Многие измененные завидев столь жалкие потуги, засмеялись в предвкушении.

Пятьдесят шагов.

Колдуны измененных нанесли ответный выпад. У одаренных колдовскими силами лесовиков множество заготовок накопилось, ведь война самый лучший учитель. Отсветы напитанных мощью триграмм возникали на мгновения, чтобы мир смог лицезреть выплеснутую в колдовской ярости энергию. Огненные шары болидами пронеслись над макушками воинов племени; водные плети, опустошая подземные источники, вырастали из-под земли прямо под ногами дружинников Маргрона, разрезая незащищенные снизу податливые тела; валуны с треском вырывались из крепких объятий земли и летели во врага, производя опустошение не хуже, чем при попадании ядра выпущенного баллистой.

Мгновение и вот уже хохочуше-рычащее воинство достигло изрядно оробевших дружинников Маргрона и врезалось в ставшую редкой стену из щитов. Напор получился настолько сильным, что первая шеренга полегла почти поголовно буквально за несколько десятков ударов сердца после столкновения.

Крики боли, отчаяния, ненависти и ярости сплелись со звоном стали, треском ломаемых копий и щитов. Чавканье пробитой и рассекаемой плоти спорило по громкости с ржанием лошадей и лязганьем суставов боевых големов. Кровь щедро орошала землю.

Бореол послал импульс активации, и очередное заклинание рухнуло на головы троих солдат Маргрона. На крики обожженных врагов вождь Рысей не обратил внимания. Он принял на посох клинок закованного в сталь латника, ушел вбок, пропуская мимо себя резкий выпад, развернул посох торцом и ткнул им соперника в колено. Латник на секунду потерял равновесие, чем моментально воспользовался телохранитель Бореола. Взмах широкого лезвия короткого копья и латник забулькал кровью из пробитого горла.

- Големы, - предупредил телохранитель.

- Вижу, - прорычал Бореол и потянулся за остатками энергии, формируя попутно новый каркас для следующего заклинания.

Грав.

Я так увлекся, наблюдая со стены за разгорающейся битвой, что не заметил, как закусил почти до крови нижнюю губу. Сердце в груди стучало набатом и, казалось, сейчас выскочит. Захотелось вдруг спуститься во двор, взлететь в седло и, понукая Черныша шпорами врезаться в строй солдат Маргрона. Одновременно с желанием окунуться в сечу в душе разгорался страх непривыкшего к подобному зрелищу человека из другого мира. Но что-то делать все равно надо. Неправильно это - стоять и смотреть, как союзники рубятся вместо нас.

"Хотя… Чем меньше проблем, тем легче дышать, а как ни крути измененные – это проблема", - закралась в голову трусливая мыслишка.

- Вашмилсть, так может это... вдарить сейчас. Пока спину подставили? - влез с непрошенным советом плечистый Хома, который должен был вообще-то находиться рядом с Зуримом и следить, чтобы тот не учудил чего-нибудь этакого. А то бывали прецеденты. Зурима оставь одного и врагов не понадобится, как замок падет из-за взбесившихся големов.

«Распоясались мне тут», - подумалось, но вслух ничего не сказал. На это будет еще время.

Я снова обратил внимание на происходящее подле замка.

Там творилось, как раз самое интересное. У меня аж дыхание перехватило, от лицезрения применения магии в таких масштабах. В воздухе возникали локальные атмосферные возмущения и искажения, порой в сопровождении электрических разрядов. Словно из ниоткуда на дружину барона Маргрона обрушивалось неистовство различных по-своему воздействию заклинаний. Уже упомянутые молнии выискивали металлические детали амуниции, порождая вой боли и ужаса. Багровый огонь точно живой метался по шеренгам и рядам солдат Маргрона внушительными по размерам расплавленными каплями, сжигая все и всех на своем пути. Жалкие попытки противостоять натиску лесовиков провалились изначально. Ни магия, ни арбалетчики с дорогими артефактными болтами не смогли замедлить атакующую волну измененных. Рыси точно цунами захлестнули первые шеренги армии Маргрона, и началась резня, которую могли остановить лишь големы.

«Ну вот... будто накаркал», - промелькнула мысль, когда вражеские големы зашевелились активнее. Они, повинуясь приказам своих погонщиков, быстро перестроились и приготовились внести изрядную лепту в сражение.

Я всмотрелся внимательнее к двуногим боевым машинам. Издали они походили на «громовержцев». Какая-то модификация известной мне модели? Скорее всего, так оно и есть. Со стены големы выглядели почти новыми и более опасными, благодаря странному наросту над правым плечевым суставом. У моих громовержцев ничего похожего нет.

"Хома прав, нужно бить немедленно, пока внимание Маргрона и его командиров, обращено на сдерживание напора измененных", - решился, наконец.

Уже было хотел отдать соответствующий приказ, как рядом возник Бран Хитрец, нагло отодвинув в сторону Хому. Тот послушно отошел. Все-таки кто он, а кто барон с колдуном Рысей? Между нами и простым дружинником разница по местным меркам, как между небом и землей.

- Открывай ворота, Ласкон. Если мы сейчас нанесем удар, враг побежит, - будто вторя моим собственным мыслям, протараторил Хитрец. Даже не обратил внимания на его не слишком вежливый тон, потому как происходящее вокруг не располагало к словесной изысканности. Все на взводе. Я это прекрасно осознавал и потому пропустил мимо сознания некоторую грубость.

Бран уставился нетерпеливо в ожидании ответа. Если откажу, Рыси однозначно не послушают. Тем не менее, вот это вот ожидание моего дозволения пришлось по душе. Тешило самолюбие. Не думаю, что в столь критической ситуации Хитрец проверял меня на лояльность.

Кивнув Хитрецу головой, дал согласие, после чего нашел взглядом Хому и приказал дружиннику:

- Найди десятника Фиша и Зурима. Оба пусть явятся немедленно. И поживей давай! – прикрикнул на Хому. Пусть шевелится.

- Так чего их искать-то, Вашмилсть? - Хома ткнул своим указующем перстом, больше похожим на сосиску, сначала вниз во двор, а затем на вершину Серой Башни, внутри которой находилась мастерская по ремонту големов.

Следуя взглядом за указательным пальцем, сначала заметил во дворе десятника, который криками и пинками выстраивал в колонну по трое не менее четырех десятков дружинников, наиболее обеспеченных в плане защиты и вооружения. Хотя подготовка солдат баронства пока оставляла желать лучшего, однако вместе с сотней, а то и больше, измененных представляли достаточно грозную силу по меркам Свободных Земель.

Я недовольно покосился на Хитреца. Небось, он подбил моего десятника на проявление нездоровой предприимчивости без соответствующего приказа. Ну, устрою все вам, потом… Покажу, что бывает, когда инициатива имеет инициаторов.

На вершине Серой Башни заметил фигурку механика. Тот с любопытством осматривал происходящие побоище, как полуминутой раньше делал я сам.

Совсем не по-баронски, по какому-то глупому наитию, засунул два пальца в рот и как засвистел, что показалось, будто даже на поле брани все на мгновение замерли, так громко получилось. Сам не ожидал произведенного эффекта. Зурим естественно обратил на звук внимание. Махнув тому рукой, жестом приказал спускаться.

Бран Хитрец на выходку лишь коротко хохотнул, после чего буквально в три прыжка пронесся вниз по ступеням к своим бойцам, споро готовящихся к предстоящей схватке. Лесные воины проверяли оружие, кожаные наручи, дубленые короткие куртки, многим заменяющие броню. Судя по улыбкам и смешкам, Рыси воспринимали происходящее, как некое развлечение.

В отличие от последних дружинники стояли с серьезными, а порой с откровенно кислыми лицами. Участие в бою вчерашних крестьян не вдохновляло. Одно дело ходить за жалование в караулы или сопровождать караваны, другое постичь разумом, что вот сегодня, а то и прямо сейчас деньги тебе больше не понадобятся. Такое пораженческое настроение требуется срочно поменять.

Спустившись вслед ха Хитрецом, остановился перед, в большинстве своем, недавними пахарями и пастухами. Медленно осмотрел строй, пытаясь поймать взгляды солдат, после чего набрал в грудь воздуха и громко начал:

- Вы боитесь. Это нормально. Каждый воин перед схваткой должен бояться, но при этом не терять разума, - краем глаза заметил, что измененные тоже поутихли, прислушиваясь к словам. - Не страшится лишь сумасшедший. Убогому храбрецу все одно - умрет он или останется жив, сможет защитить себя и семью или нет. Для них существует только одно желание - пролить кровь. И неважно чью. Но ведь мы не сошедшие с ума! Для нас главное не храбро погибнуть в бою, а сделать так чтобы наши враги трусливо умирали, оставив поле битвы победителям – нам. Пускай они кормят собственными телами воронов. Поэтому мы пойдем за стены и не оставим врагам ни единого шанса. Мы не одни. Боги смотрят и благоволят нам. За нами Правда!

Выкрикнув последние слова, я застучал кулаком себя по стальному нагруднику. С каждым ударом наращивал темп и силу удара, звук становился громче и призывнее, будто бью в боевой барабан. Мне начал вторить десятник Фиш. Бран Хитрец также быстро сориентировался, но бил не в грудь кулаком, а с силой опускал на камни мостовой тяжелый колдовской посох. Уже через десяток секунд каждый находящийся в замковом дворе воодушевился, а измененные, которых собралось немало, вдобавок ритмично выкрикивали:

-Ум! Ум! Ум!

От этого звука по спине пробежали мурашки, заставив невольно передернуть плечами. Надо же как получилось. Самого проняло.

Подбежал Зурим и робко втянул голову в плечи. Притянув его к себе за плечо поближе, на ухо спросил:

- Големы к выступлению готовы? И сколько?

Зурим кивнул на первый вопрос, на второй ответил:

- Ну, после недавней стычки могу поручиться, что пять точно способны полноценно участвовать в сражении.

- Раздай десятникам браслеты управление немедленно.

- А можно и мне пойти, - вдруг попросил механик.

Тут пришлось задуматься. Зурим конечно ценный кадр, однако если стану постоянно держать его на привязи, то чего доброго рано или поздно сбежит. Хома нянькой к механику приставлен, вот пусть им и остается. Прикрывает при случае. Если задача Хоме придется не по нраву, так эта проблема решается просто – стимулирующими премиальными коронами.

Заскрипели ворота, открываясь. Первыми вышли самые боеспособные и големы

Подбежал конюх и привел Черныша, но тут вмешался десятник Фиш.

- Ваша милость, позвольте отсоветовать вас участвовать в этой вылазке верхом.

- Фиш дело говорит, - вставил веское слово, неподалеку стоящий Хитрец. - Всадников мало. Вырвитесь вперед и вас положат маги и арбалетчики первыми. Лучше сражаться в пешем строю, как остальные.

Пешим, так пешим, - не стал настаивать. Что я дурачок что ли, чтобы к советам местных рубок не прислушиваться? Жестом показал конюху, чтобы увел Черныша обратно в конюшню, вытащил из ножен клинок и занял место в крайнем правом ряду. Ворота уже открылись полностью. Мандраж захватил душу тело и сознание. Вместе с ним проснулся азарт, мне прошлому неприсущий.

- Вперед! – скомандовал коротко.

Полторы сотни воинов побежали вслед за големами. Поначалу молча, бряцая бронью, а затем не выдержали - закричал один дружинник, следующий и следующий. Им вторили измененные. Мне казалось я орал громче всех, то ли от страха, то ли от возбуждения.

А потом колона врубилась в неприятелей.

Глава вторая

Барон Белиш.

Барон Белиш больше предпочитал ездить верхом на кобылах, чем на жеребцах. Они, как правило гораздо спокойнее. Уж его Ласточка гнедой масти точно не взбрыкивала попусту, имела покладистый характер, послушна и в меру игрива. Однако если возникала необходимость, могла стать сущим зверем, готовая защитить себя и своего седока. За такой нрав и верность Ликапий Белиш любил свою лошадь сильнее чем кого бы то ни было, даже сильнее чем своих близких родственников. Единственное, что он превозносил выше своей Ласточки - полновесные золотые короны. Что-что, а деньги барон Белиш просто обожал до дрожжи в руках и готов ради обладания ими пойти на любые безумства. Приоритеты хозяина Родхола можно разместить в следующем порядке: естественно он сам, золото, лошади и лишь потом все остальное.

И сейчас барон Белиш, восседал в дорогом седле на любимой кобыле, а за спиной находились полторы сотни хорошо вооруженных, бывалых всадников; слаженная пятерка наемников-магов и пара собственных опытных и хорошо оплачиваемых одаренных. Дружину прикрывали два десятка недавно приобретенных големов модели «Росомаха» - немного устаревших, но пользующихся неизменным спросом в Свободных Землях и пограничных баронствах Арлонской Империи. Таких же он продал Граву Ласкону втридорога намедни.

Сюда, в земли молодого барона Ласкона, его привел запах денег. Больших денег. Такой шанс выпадает нечасто и Ликапий не мог позволить себе упустить возможность стать богаче и влиятельней.

Ласточка под Белишем недовольно фыркнула, когда рядом, звеня сбруей, остановился пегий конь капитана Торила Лорпа.

- Маргрон, считайте, проиграл, ваша милость. Если сейчас из замка ударят по порядкам его войска, то солдаты запаникуют и побегут, - прокомментировал происходящее на поле перед замком подъехавший капитан.

За редкими деревьями все отлично просматривалось, тем более барон Белиш и сопровождающие его рыцари находились на небольшом взгорке. Хозяин Родхола только кивнул головой, показывая, что услышал капитана Лорпа.

- Приготовьтесь встретить бегущих солдат Жорэса Маргрона, - приказал Ликапий Белиш и слегка пришпорил свою Ласточку. Лошадь прянула ушами недовольно, но пожелание седока выполнила незамедлительно, сделав несколько шагов вперед.

Вдруг баронская лошадь неожиданно дернулась, отскочила влево боком и заржала испуганно. Барон натянул поводья, удерживая кобылу на месте. Лошади под рыцарями также не остались равнодушными, заволновались и зафыркали. Белиш закрутил головой, высматривая, что вызвало страх у животных, и первым заметил стоящих в просвете редколесья четверку мутантов. Тут на гостей из-за реки Гиблая обратили внимание остальные. Потомственные воины приготовились защищать своего сюзерена. С характерным шелестом клинки покинули ножны. А парочка присутствующих доверенных дружинников моментально наложили стрелы на тетивы луков.

Мутант, стоящий на пару шагов дальше соплеменников отсалютовал посохом, и вся четверка быстро скрылась за стволами деревьев. Вот вроде лесок негустой, скрыться особо-то и негде, однако не успели воины из Родхола проморгаться, а уже никого не видать.

- Близоровы отродья, - выругался в сердцах капитан Лорп. – Как они это проделали?

- Не все ли равно? – подал голос один из рыцарей.

Капитан присмотрелся - кажется молодой Лоурен Ирп, недавно принятый господином на службу. За глухим забралом с тонкой прорезью для глаз лица не различить.

«Ага, точно он», - подумал капитан, заметив фибулу с гербом. Имперец, не нашедший себя на Родине и потому решивший поискать счастье в баронствах. Торил Лорп недолюбливал имперцев за их высокомерие. И этот Ирп не являлся исключением. Иногда казалось, что тот даже на барона Белиша смотрит свысока.

- Предупреждение от мутантов, чтобы не вмешивались в битву на стороне Маргрона получили, - констатировал хозяин Родхола и хохотнул облегченно. - Учитывая, что мы все одно, не собирались помогать нашему «старому другу» Жорэсу, - барон Белиш скривился при упоминании Маргрона, - то это предостережение нас не касается. Скорее это мутанты должны нам будут. И уж поверьте мне, капитан… Своей выгоды ни за что не упущу.

- Простите, мой господин, - один из рыцарей перебил барона и указал клинком в сторону, где сейчас происходило как раз то, что предсказывал недавно подъехавший Торил Лорп.

Ворота замка распахнулись и наружу, набирая скорость, первыми выметнулись давешние "Росомахи" и бронированные "Громовержцы". За ними, соблюдая построение, бодро выбежали дружинники молодого барона и вдвое большее количество мутантов.

Моментально перевес в живой силе оказался не на стороне Жорэса Маргрона. При тотальном превосходстве лесных воинов в магии, а оно заметно проявилось с первых минут боестолкновения, шансов у пришедших по душу молодого Ласкона изначально не имелось. И это если не принимать во внимание небольшое войско из Родхола.

Ликапий Белиш просто жаждал поживиться на костях проигравшего Маргрона. Если бы не лесное войско, то воины Родхола сами бы ударили в нужный момент. Но раз ситуация складывается так хорошо, то зачем подвергать себя, собственных рыцарей и дружинников ненужной опасности? Пусть грязную работу сделают другие, раз выпала такая удача, а земли, замок, и состояние Жорэса Маргрона барон Белиш собирался прибрать себе. Помимо всего прочего хозяин единственного города в Свободных Землях намеревался пододвинуть молодого и неопытного Ласкона от торговли с дикими племенами.

Барон Белиш годы тому назад вынашивал планы по получению контроля за контрабандой сока Молочных Деревьев, однако осуществлению задумок мешал ряд причин.

Одна из причин - небезызвестный эдикт Императора «О признании мутантов исчадиями Падших». Вторая причина, не менее важная, крайне негативное отношение храмовников к измененным и пропаганда среди населения. Зачастую слова храмовников, вкладываемые в людские умы, являлись как бы не важнее, чем какой-то там эдикт. Да большинство крестьян даже слова такого не знают, что не мешает им бояться и ненавидеть лесовиков и сдавать тех, кто с ними сотрудничает. Храмовники тщательно поддерживают в народе огонь страха и ненависти. Правда, справедливости ради, стоит отметить, что простые люди ненавидят мутантов не без основания. Рейды за чужим добром, скотиной и за молодыми девицами лесовики организуют регулярно и случаются подобные набеги довольно кровавыми.

В какой-то мере на эдикт императора можно не обращать особого внимания, все-таки Свободные Земли без малого три столетия не входят в состав Арлонской Империи. Однако влияние власть предержащих могущественного соседнего государства на местных баронов сохранялось и по сей день. Ведь владетели и купцы Свободных Земель очень сильно зависели от торговли с другими государствами. А все маршруты проходили по территории Империи. Игнорировать сей прискорбный факт никак не удалось бы. Это для крестьян необразованных и для таких нищенствующих, живущих на отшибе, владетелей вроде Грава Ласкона Свободные Земли "свободные". Действительность же далека от видимой для непосвященных людей окружающей реальности.

Подобное положение дел сохранялось довольно долго. Нынче ситуация в Империи резко изменилась. Император скончался после тяжелой болезни, оставив после себя целый ворох неразрешимых проблем. Из которых самая главная - проблема престолонаследия.

Усопший монарх имел двух сыновей с разницей в возрасте всего полтора года. Казалось бы, престол должен наследовать старший сын Антоний Ранхар. Что в данной ситуации может быть непонятного? Однако второй сын, Алин Ранхар, имел собственный взгляд на то, кто больше достоин трона отца. Что самое интересное, большая часть дворян поддерживала именно последнего. И не только они, но и правители соседних с империей государств.

По имеющейся у барона информации, особенно старались поддержать претензии на престол со стороны Алина Ранхара послы Королевства Гроз. Не удивительно. Королевство извечно соперничало с Империей по многим вопросам. Государства воевали друг с другом столько раз, что, наверное, даже историки со счета сбились. В результате одной из таких войн и возникли здешние баронства.

Скорее всего, противостояние сыновей закончится гражданской войной. Подобный исход оказался бы на руку Ликапию Белишу. В предстоящие смутные времена хозяин единственного в Свободных Землях города собирался поиметь собственную выгоду. Если учесть, что у Алина Ранхара гораздо больше весомых шансов стать властителем Арлонской Империи, и тот является ярым противником служителей Бога Изнера, чья власть прочно укоренилась в бывших имперских землях, то… То в совокупности данные два фактора: гражданская война и конфликт потенциального нового императора со жрецами даруют множество перспектив в будущем, таких как торговля с мутантами, например.