Без тормозов

Глава 6. Чистокровная кукла

Кристиан

Звяканье серебряных приборов о тончайший фарфор резало слух не хуже циркулярной пилы. Наша фамильная столовая в пентхаусе сверкала хрусталем и позолотой, но для меня она оставалась самым дорогим склепом в этом полушарии.

Свет ламп отражался в бокалах с густой донорской кровью высшего качества. Вокруг стола витал аромат элитной парфюмерии, пудры и вековой, застоявшейся смерти.

Я сидел прямо, затянут в безупречный шелковый жилет и накрахмаленную рубашку. Воротник давил на горло.

Кожа на груди и спине всё еще глухо зудела от глубоких борозд, оставленных когтями Рокси в ту ночь.

Ее дикая, первобытная магия Альфы сопротивлялась моей регенерации. Раны затянулись снаружи, но под кожей они по-прежнему горели жидким огнем. И этот огонь был единственным, что напоминало мне о жизни в этом царстве восковых фигур.

— Кристиан, дорогой, вы почти не притронулись к вашему аперитиву, — раздался слащавый, лишенный живых интонаций голос напротив.

Леди Элизабет. Чистокровная наследница европейского клана. Она сидела с идеальной балетной осанкой, затянутая в узкое платье из тяжелого изумрудного бархата.

Ее лицо было безупречно бледным, черты — правильными до тошноты, а губы казались нарисованными. Настоящая фарфоровая кукла из антикварного магазина. Она смотрела на меня своими блекло-голубыми, мертвыми глазами, в которых за последние триста лет не зажглась ни одна искренняя мысль.

— Я не голоден, графиня, — сухо ответил я, даже не прикоснувшись к бокалу.

Мой отец, сидевший во главе стола, предостерегающе сощурил свои льдистые глаза. От него по залу пополз тяжелый ментальный прессинг древнего вампира, требующий покорности.

— Кристиан просто утомлен делами нашей финансовой корпорации, леди Элизабет, — плавно перехватил инициативу Валериан, одарив гостью дежурной, хищной улыбкой. — Молодежь сейчас слишком много времени уделяет интеграции в человеческий бизнес, но ко дню вашего союза он будет в идеальной форме.

— О, я уверена в этом, — Элизабет прикрыла рот кружевным веером, издав тихий, выверенный смешок. — Мой отец чрезвычайно доволен условиями слияния наших активов. В старой Европе стало слишком тесно. А этот мегаполис... в нем чувствуется такой приятный, дикий потенциал. Нужно лишь очистить его от... некоторых паразитов на окраинах.

При слове «паразиты» пальцы моей левой руки сами собой сжались. Грани перевёрнутого перстня с черным бриллиантом с силой въелись в ладонь. Острая боль отрезвила меня, не позволяя выпустить клыки прямо здесь.

Очистить окраины?

Эта бледная немочь даже не представляла, что такое настоящая опасность. Она не видела, как золотоглазая волчица закладывает крутые виражи на тяжелом «Фенрире». Она не знала, как Рокси умеет кусаться, отстаивая свою свободу.

Рядом с Элизабет я задыхался. Весь этот ужин, разговоры о чистоте крови, династических браках и вековых традициях казались мне огромной, уродливой ложью. Вся эта аристократия была лишь кучкой разлагающихся изнутри мертвецов, которые до ужаса боялись всего живого, громкого и настоящего.

— Извините меня, — я резко поднялся со своего места, нарушая все мыслимые правила этикета. Стул с глухим стуком отодвинулся по дорогому паркету. — Мне нужно проверить безопасность нижних уровней.

— Кристиан! — в голосе отца звенел чистый металл и обещание скорой, жестокой расправы.

Ментальное давление усилилось вдвое, пытаясь прижать меня к полу или заставить сесть обратно.

Я сжал челюсти так, что зубы скрипнули, но не поддался. Выдержав ледяной взгляд Валериана, я слегка поклонился Элизабет, повернулся спиной к этому столу и быстрыми шагами вышел из столовой.

Уже в лифте, спускающемся в подземный паркинг, я сорвал с себя шелковый галстук и швырнул его в угол. Дышать стало легче. Я быстро натянул черную гоночную куртку, которая до сих пор едва заметно хранила запах бензина, мяты и горячей кожи Рокси.

Подойдя к «Стиксу», я достал телефон и быстро набрал сообщение: «Полночь. Старая трасса у заброшенного завода. Приезжай, если тебя отпустят с поводка».

Я нажал «отправить», запрыгнул на сиденье суперспорта и завел мотор. Электрический свист байка заполнил паркинг.

Моя семья думает, что заставит меня надеть этот золотой ошейник и лечь в гроб рядом с Элизабет?

Не бывать этому. Мне нужна была скорость. И мне нужна была моя дикая волчица, потому что только рядом с ней я чувствовал, что мое холодное сердце еще способно гореть.

Глава 7. Бегство за черту

Рокси

Я вылетела на старое загородное шоссе в одиннадцать сорок пять. Трасса, ведущая к заброшенному цементному заводу, давно умерла для обычных машин — разбитый асфальт, заросшие обочины и полное отсутствие фонарей. Идеальное место для тех, кто привык прятать свои клыки и когти от лишних глаз.

Ветровое стекло «Фенрира» покрылось мелкой изморосью, но я не сбрасывала скорость. Напротив, я выжала рукоять газа почти до упора.

Тяжелый чоппер вибрировал подо мной, разрезая ночную тьму оглушительным, утробным рыком. Зверь внутри меня метался, раздираемый полярными чувствами.

С одной стороны — липкий страх, что отец обнаружит пустую комнату и пустит ищеек по моему следу. С другой — дикое, постыдное предвкушение встречи с тем, кто заставил мою кровь закипеть.

Я заложила крутой вираж у полуразрушенной бетонной арки завода и резко затормозила. «Фенрир» занесло, из-под колес брызнула мелкая крошка.

Вампир уже был там.

«Стикс» застыл у края обрыва, над темной бездной старого карьера. Кристиан сидел на байке, опустив одну ногу на асфальт, и курил — редкое зрелище для его вида.

Огонек сигареты выхватывал из темноты резкие, безупречно гладкие скулы и бледные пальцы. Когда я заглушила мотор, он лениво повернул голову. Льдисто-серые глаза в темноте казались абсолютно прозрачными.

— Твой телефон прослушивают, волчица, — вместо приветствия тихо произнес он, стряхивая пепел в бездну. — Пришлось путать следы на трех серверах, чтобы это сообщение дошло только до тебя.

Я сняла шлем, позволяя ночному ветру растрепать волосы. Мой внутренний волк тут же шумно втянул воздух. Морозный озон, дорогой парфюм и... тонкий шлейф пудры и застоявшейся вековой смерти: женский запах.

— От тебя несет чужой кровью, пиявка, — я сделала шаг к нему, чувствуя, как радужка глаз непроизвольно наливается золотом.

Серебряная татуировка на спине мгновенно зазудела от ревности и злости.

— Невеста уже приехала? Оторвался от юбки своей чистокровной куклы, чтобы поиграть с дворняжкой?

Кристиан плавно поднялся с байка. Сигарета полетела вниз, прочертив в темноте яркую дугу. Его движения были бесшумными и пугающе быстрыми. За долю секунды он оказался так близко, что я ощутила идущий от него холод.

— Элизабет пахнет склепом, Рокси, — его голос стал глубже, в нем прорезался опасный, хищный рокот.

Он протянул ладонь и бесцеремонно зарылся пальцами в мои волосы у виска, заставляя меня закинуть голову.

— А от тебя пахнет жизнью: дикой, неправильной и невыносимо горячей.

Я хотела ударить его. Честно хотела. Мои когти уже удлинились, готовые располосовать его идеальное лицо, но вместо этого я лишь судорожно вздохнула, упираясь ладонями в его кожаную куртку. Сердце колотилось в груди, как сумасшедшее. Внизу живота полыхнул знакомый, тягучий огонь.

— Брэд что-то подозревает, — хрипло выдохнула я, глядя в его серые глаза, в которых начали проступать тонкие красные капилляры жажды. — Он караулил меня у двери. Если они узнают...

— Мне плевать на твоего бету, — Кристиан наклонился, коснувшись губами моей шеи, прямо над пульсирующей веной, и я вздрогнула от этого ледяного, но обжигающего прикосновения. — И на своего отца мне тоже плевать. У нас есть только эта ночь и эта заброшенная трасса. Давай проверим, на что способен твой железный пес, когда ему не мешают заборы стаи.

Он резко отстранился, надевая шлем, и запрыгнул на «Стикс». Суперспорт издал короткий электронный свист.

— До конца шоссе и обратно, Рокси. Кто проиграет — выполняет любое желание победителя.

Я злорадно усмехнулась, натягивая свой шлем. Страх улетучился, уступая место чистому, яростному азарту.

— Готовься платить по счетам, кровосос!

«Фенрир» взревел так, что со старых стен завода посыпалась крошка. Мы одновременно сорвались с места, вонзаясь в черную пустоту ночного шоссе.

Два байка, два высших хищника и одна безумная скорость на двоих, уносящая нас прочь от запретов, отцов и неизбежного будущего.

Глава 8. На капоте

Кристиан

Мы финишировали одновременно. Тяжелый грохот «Фенрира» и едва слышный свист моего «Стикса» смолкли в одном из боксов заброшенного кастом-сервиса на границе наших территорий.

Здесь, среди ржавых подъемников, пустых канистр и запаха машинного масла, неоновые вывески города казались чем-то далеким и нереальным.

Рокси слетела с сиденья своего чоппера. Ее шлем глухо стукнул по верстаку. Она тяжело дышала, ее лицо раскраснелось от бешеной гонки, а янтарно-карие глаза полыхали расплавленным золотом. Дикое, великолепное существо.

— Ничья, пиявка, — хрипло бросила она, вытирая тыльной стороной ладони капли пота со лба. — Так что твои желания подождут.

Я медленно снял шлем и бросил его на сиденье. Вампирская жажда, подстегнутая запредельной скоростью и близостью этой девчонки, выжигала меня изнутри.

Мои клыки до боли уперлись в нижнюю губу. Грани перстня с черным бриллиантом больше не помогали удерживать контроль — барьеры рушились.

— Мои желания никогда не ждут, волчица, — тихо произнес я.

Мой голос прозвучал слишком низко, с отчетливым хищным рокотом. За долю секунды я сократил расстояние между нами, используя вампирскую скорость.

Рокси даже не успела вскинуть руки — я перехватил ее за талию и одним рывком забросил на широкий, холодный капот наполовину разобранного старого «Мустанга», стоявшего посреди бокса.

Металл под ней жалобно прогнулся и заскрежетал. Рокси зарычала, ее зрачки сузились в вертикальные щелки, а ногти мгновенно превратились в острые когти. Она попыталась ударить меня в грудь, но я навалился всем телом, вжимая ее в капот и блокируя ее руки своими.

— Пусти! — выдохнула она, но в ее голосе не было страха. Только ярость и ответное, первобытное желание.

— Ты сама приехала сюда, Рокси, — я наклонился к ее лицу, заставив ее замолчать жестким, собственническим поцелуем.

Я впился в ее губы, пробуя на вкус железо, мяту и ее горячее, обжигающее дыхание.

Рокси ответила на поцелуй с той же дикой агрессией — она кусалась, терзая мои губы, заставляя мою холодную кровь смешиваться с ее. Свободной рукой я потянулся к воротнику ее косухи, рванул ткань вниз, сбрасывая куртку на грязный пол мастерской. Мои пальцы легли на ее горячую, упругую кожу.

Контраст наших температур был настолько резким, что Рокси шумно, судорожно вздохнула, выгибая спину навстречу моим рукам.

Я отпустил ее запястья, и ее когти тут же с силой вонзились в мою спину, разрывая гоночную куртку и кожу под ней. Боль была острой, ослепляющей — магия Альфы в ее теле выжигала мои клетки, заставляя раны гореть, но это лишь сильнее раззадоривало моего внутреннего зверя.

Я спустился поцелуями к ее шее, лихорадочно выискивая губами неистово бьющуюся артерию. Из моих глаз исчезли остатки серого цвета — радужку полностью затапливала черная пустота жажды, окруженная сеткой кровавых капилляров.

Я слегка применил вампирское внушение, пуская волну гипнотического тумана в ее разум, чтобы усилить каждую вспышку удовольствия в ее теле.

— Кристиан... черт тебя дери... — прохрипела она, закидывая голову назад.

Ее пальцы судорожно сжались на моих волосах, оттягивая их назад, но я не останавливался.

Быстрыми нетерпеливыми движениеми я избавился от мешающей одежды, разводя ее сильные, упругие бедра в стороны.

Металл капота под нами был ледяным, но наши тела выделяли столько жара, что воздух вокруг, казалось, плавился. Я вошел в нее резким мощным толчком на полную глубину. Рокси вскрикнула, ее крик эхом разнесся по пустому ангару. Она обхватила мою талию ногами, вжимаясь в меня так, словно пыталась раствориться в моем холоде.

Капот «Мустанга» ходил ходуном под каждым моим движением. Этот секс был похож на смертельную схватку на трассе — жесткий, быстрый, лишенный всякой ванильной нежности.

Я вбивал ее в этот металл, заявляя права на каждую клетку ее дикого тела, а она принимала каждый толчок, царапая мою шею и плечи, оставляя глубокие борозды, которые сочились темной кровью.

Ее внутренний зверь бился в экстазе вместе с ней. Золотой свет в ее глазах стал почти ослепительным.

Рокси выгнулась в финальной, сокрушительной судороге оргазма, увлекая меня за собой. Я излился внутрь нее, шумно выдыхая ее имя в разметанные по капоту шоколадные волосы.

Мы лежали на остывающем металле машины, тяжело дыша. Моя рука покоилась на ее тяжело вздымающемся животе. В тишине бокса было слышно только, как с крыши ангара одиноко капает вода.

Мы были кровными врагами. За нашими спинами стояли стая и клан, готовые уничтожить нас за это безумие. Но здесь, на грязном капоте в заброшенном боксе, мы переписали все правила. И пути назад больше не было.

Глава 9. Ошейник изо лжи

Рокси

От запаха жареного мяса, дорогого алкоголя и дешевого одеколона Брэда меня мутило так, что сводило челюсти.

Главный ангар нашей базы был забит до отказа. Сегодня здесь собралась вся верхушка стаи — матерые волки, предводители пограничных отрядов и их самки.

Гремела тяжелая рок-музыка, оборотни шумно переговаривались, скалились и хлопали друг друга по плечам. Для них это был праздник. Для меня — казнь.

Я стояла у стены, натянув глухое черное платье из плотной ткани — единственное, которое смогло полностью прикрыть спину и шею. Под воротником, прямо на левой ключице, до сих пор горел и чесался след от поцелуев Кристиана. Его ледяная вампирская энергия будто въелась мне под кожу.

Мой зверь внутри забился в самый дальний угол разума, глухо рыча на каждого, кто пытался приблизиться. Ему не нужен был этот шум. Ему нужна была тишина заброшенного бокса и мертвенно-холодные пальцы на бедрах.

— Рокси, детка, почему ты стоишь тут одна? Пойдем к столу отца.

Брэд вырос передо мной, как из-под земли. На нем была чистая рубашка, но от него всё так же разило удушливой волчьей агрессией. Его глаза сально блестели, когда он окинул взглядом мою фигуру в облегающем платье.

— Отвали, Брэд, — процедила я, даже не повернув к нему головы. — Мне и здесь отлично.

Бета опасно сощурился, и его магия — тяжелая, давящая, пускай и не такая сильная, как у отца — попыталась подмять меня под себя.

Он бесцеремонно шагнул вперед, прижимая меня к бетонной стене ангара, и протянул руку, собственнически перехватывая меня за талию.

— Следи за языком, — прорычал он мне прямо в лицо. — Сегодня всё изменится. Твой отец сделает объявление, так что натяни улыбку и веди себя как покорная сука, которой ты скоро станешь.

Он наклонился, пытаясь впиться в мои губы грубым, влажным поцелуем. Меня пронзила такая дикая волна отвращения, что зрачки мгновенно сузились в вертикальные щелки.

Контраст между душным жаром Брэда и благородным, обжигающим холодом Кристиана был невыносим. Я резко уперлась ладонью в грудь беты и с силой толкнула его назад. Брэд покачнулся, его глаза вспыхнули золотом.

— Не смей меня трогать, — выдохнула я, чувствуя, как серебряное тату на спине предупреждающе зазудело.

— Тише, молодежь, — громовой голос отца оборвал нашу назревающую драку.

Альфа стаи поднялся на деревянный помост в центре ангара, и музыка тут же смолкла. Десятки пар глаз обратились к вожаку.

Мой отец выглядел монументально — шрамы на лице, седина в волосах и непререкаемая, первобытная мощь, которая заставила всю толпу затихнуть.

— Волки! — разнесся его голос под железными сводами ангара. — Вы все знаете, что времена наступают тяжелые. Кровососы из верхнего города пытаются забрать наши склады у причалов. Они думают, что мы ослабли, но они ошибаются! Чтобы укрепить наши границы и показать им нашу силу, мы должны объединить две самые сильные линии крови в стае.

Отец посмотрел прямо на меня, и его взгляд не терпел возражений. Это был приказ вожака, а не просьба родителя.

— Сегодня я объявляю о помолвке моей дочери Роксаны и моего первого беты — Брэда! Через месяц, в полнолуние, они пройдут ритуал слияния крови. Брэд станет моим официальным преемником!

Ангар взорвался оглушительным воем, свистом и криками одобрения. Оборотни стучали бокалами по столам, празднуя рождение нового союза.

Брэд повернулся ко мне, и его лицо исказила торжествующая, хищная ухмылка. Он протянул руку, приглашая меня выйти на помост к отцу.

Я смотрела на его ладонь, и мне казалось, что передо мной лежит стальной ошейник с серебряными шипами. Мое сердце бешено колотилось в груди, готовое выпрыгнуть наружу.

Они думают, что победили? Думают, что я просто подчинюсь и отдам себя этому животному?

Я заставила себя сделать шаг вперед, натянув фальшивую, холодную улыбку, от которой Брэд на секунду замешкался. Я вложила свою руку в его горячую ладонь, но мысленно я уже была далеко отсюда. На загородном шоссе. За рулем ревущего «Фенрира».

Всего месяц…

Месяц до того, как эта ложь задушит меня окончательно. И за этот месяц я собиралась найти способ разнести этот чертов ангар, стаю и их правила к чертям собачьим. Вместе с одним льдистоглазым вампиром, который теперь владел моей душой.

Глава 10. Архитектура войны

Кристиан

Голограмма над столом переговоров отливала неоново-голубым мертвенным светом. Она детально воспроизводила трехмерную карту прибрежной зоны — той самой промзоны нижнего города, где дымили кастом-мастерские и выли по ночам оборотни.

— Этот сектор должен быть зачищен до конца квартала, — холодный, лишенный интонаций голос отца прорезал тишину кабинета.

Лорд Валериан стоял у панорамного окна, заложив руки за спину. Его безупречный черный силуэт четко выделялся на фоне ночного неба мегаполиса.

Вокруг длинного стола из полированного обсидиана сидели три высших старейшины клана. Настоящие реликты прошлого — бледные, неподвижные, со стеклянными глазами, в которых застыло безразличие к векам чужих смертей.

Я сидел в самом конце стола, лениво подпирая подбородок рукой. Под тканью накрахмаленной рубашки спина по-прежнему горела. Глубокие борозды от когтей Рокси, оставленные на капоте разобранного «Мустанга», заживали мучительно медленно. Ее первобытная энергия Альфы въелась в мои клетки, как яд, и этот сладкий, пульсирующий огонь внутри мешал мне дышать стерильным воздухом небоскреба.

— Снос складов и старых депо начнется в следующую пятницу, — Валериан повернулся к старейшинам, и его льдистый взгляд скользнул по мне, как по пустому месту. — Строительная техника клана зайдет туда под охраной наших силовых отрядов. Псов нужно вышвырнуть с их лежек. Если они посмеют оскалить зубы — уничтожайте на месте. Город принадлежит нам, и никакая грязная кровь не имеет права контролировать причалы.

При слове «депо» мое сердце, давно разучившееся биться в хаотичном ритме, совершило странный, болезненный кульбит.

Старое депо. Наш заброшенный ангар. Место, где кожа Рокси обжигала мои пальцы, а ее золотые глаза заставляли меня забывать о вековом контроле...

Хладные собирались превратить наше убежище в бетонную крошку, а саму волчицу — расстрелять из крупнокалиберного оружия, если она посмеет защищать свою территорию.

— Это спровоцирует открытую войну, отец, — тихо произнес я, нарушая безмолвный этикет старейшин.

Один из древних вампиров медленно повернул ко мне свою иссохшую шею, издав звук, похожий на шелест сухого пергамента.

— Войну? — Валериан лениво усмехнулся, сделав шаг к столу.

От него волнами поползла тяжелая, удушающая магия подавления.

— Война бывает между равными, Кристиан, а это лишь простая дезинфекция. Дикие звери слишком долго воображали себя хозяевами на наших границах. Они слабы. Их Альфа дряхлеет и пытается удержать власть, выдавая свою девку за первого попавшегося бету.

Внутри меня что-то с треском оборвалось. Пальцы левой руки сжались так сильно, что грани неизменно перевёрнутого перстня с черным бриллиантом с хрустом прорезали ладонь до кости.

Холодная, темная кровь хлынула на обсидиановую поверхность стола. Старейшины синхронно втянули воздух сквозь зубы, их зрачки расширились, улавливая металлический шлейф.

Выдавая свою девку за бету…

Перед глазами вспыхнуло лицо Рокси. Ее пухлые, искусанные губы, ее яростный, непокорный взгляд через визор шлема.

Ее хотели отдать какому-то дворовому псу. Заклеймить чужим, удушливым запахом, заставить рожать щенков и подчиняться командам.

От одной этой мысли мой внутренний хищник взвыл от бешеной, собственнической ярости. Она принадлежала трассе. Она принадлежала мне. И никто не смел коснуться моей волчицы!

— Кристиан, ты ведешь себя непозволительно для наследника, — голос Валериана стал опасно тихим, и ментальное давление усилилось, пытаясь прижать меня к креслу, заставить опустить глаза. — Утечка твоей крови на совете — позор. Твоя голова забита гонками и уличным мусором, пока леди Элизабет ждет тебя в гостевом крыле. Свободен. Завтра ты подпишешь документы на право владения новыми кварталами прибрежной зоны.

Я поднялся, даже не потрудившись вытереть кровь с ладони, которая уже начала стремительно затягиваться благодаря регенерации. Выдерживая ледяной прессинг отца, я слегка кивнул старейшинам и быстрыми шагами вышел из кабинета.

Кольцо сжималось слишком быстро. Мой отец собирался снести ее мир уже в следующую пятницу. Грядет бойня, в которой у оборотней нет шансов против технологий и наемников клана.

Спустившись в подземный паркинг, я сорвал с себя накрахмаленный воротник и прыгнул на сиденье «Стикса». Нажав на стартер, я услышал знакомый электрический свист суперспорта.

Мне нужно было предупредить ее. Чего бы мне это ни стоило, нарушая любые законы вампиров и тайны вида.

Я найду свою волчицу на крыше недостроенного паркинга, где мы договаривались встречаться в экстренных случаях.

Если ее мир должен сгореть, мы сгорим в нем вместе, но только на наших условиях.

Глава 11. На краю бездны

Рокси

Ветер на крыше недостроенного паркинга был ледяным. Он скребся по голому бетону, бросал в лицо пригоршни мелкой мороси и трепал полы моей косухи. Город внизу напоминал огромный неоновый улей, до краев залитый фальшивым светом и ядовитым смогом.

Я сидела, подтянув колени к груди, и смотрела на пустую подъездную рампу.

Сердце глухо и тяжело билось о ребра. Сообщение Кристиана, полученное час назад по нашему закрытому каналу, было коротким: «На паркинге. Немедленно».

В его тексте не было привычного издевательского флирта, и это пугало моего зверя сильнее, чем взведенные стволы бойцов Брэда.

Электрический, едва уловимый свист «Стикса» разорвал тишину за секунду до того, как черная карбоновая тень суперспорта вылетела на крышу. Кристиан затормозил жестко, без своего обычного пижонства. Он заглушил мотор, сдернул шлем и шагнул ко мне.

Его льдисто-серые глаза в темноте казались абсолютно прозрачными, а вокруг зрачков застыла зловещая багровая сетка.

Вампир выглядел как ожившее изваяние — бледный, смертоносный, с намертво сжатыми челюстями. На его безупречно гладком лице не было ни единой эмоции, но от его тела веяло таким могильным холодом, что я невольно выпрямилась.

— Что случилось, пиявка? — я поднялась на ноги, делая шаг навстречу, и мой внутренний волк тревожно зарычал, улавливая исходящую от него ментальную бурю. — Отец застукал тебя с твоей чистокровной куклой?

Кристиан не ответил на колкость. Он подошел вплотную, перехватил мои плечи своими ледяными пальцами и с силой встряхнул, заставляя смотреть прямо в его бездонные глаза.

— Я знаю о твоей помолвке, Рокси, — его голос прозвучал низким, глухим рокотом. — Но это еще не всё. Мой клан подписал приказ о зачистке прибрежной зоны. В следующую пятницу строительная техника зайдет на ваши склады под охраной наших карательных отрядов. Они снесут депо, ангары и всё, что вы считаете своим. Твою стаю просто вырежут, если вы попробуете защищать причалы.

Эти слова ударили меня под дых. Земля словно ушла из-под подошв моих ботинок. Склады. Наш дом. Наша территория, которую волки удерживали поколениями. И наше депо... место, где мы впервые...

— Они не посмеют, — выдохнула я, чувствуя, как радужка глаз стремительно наливается золотом, а зрачки сужаются в вертикальные щелки. Серебряное тату на спине мгновенно отозвалось яростным, невыносимым зудом. — Отец поднимет всех бойцов. Мы разорвем ваших наемников на куски!