Спящие

Романенко вышла из машины и не дожидаясь Киселева, направилась ко входу. Невозможно было долго сдерживать себя, когда внутри бушевал ураган. Она сидела на паре и всматривалась в лица курсантов, занятых написанием итоговой работы по очередному разделу. «Скольких вы вот так же кинете, как он меня?», задавалась она одним вопросом. «Все вы одинаково хорошие, когда дело не дошло до постели, а дальше все, иди гуляй, ты не нужна, не интересна. С другой стороны, кому охота плавать в одном и том же бассейне? Самой бы порядкам уже надоело. А мы тем временем, пока вы просто утоляете свои банальные физиологические потребности, выбираем имя для нашего совместного ребенка и в какой цвет перекрасить детскую. Вот мы вместе ведем его в первый класс, а вот уже и выпускной. Присяга. Растрогано плачем, и наши мечты прерываются фразой «я сейчас взорвусь» и на этом точка. Вот они животные желания. Влада, если бы только знала, как я тебя ненавижу за эту минутную слабость, которая тебя настолько сильно надломила внутри». Полковник глубоко вздохнула и взяла в руки телефон, чтобы посмотреть на время. Именно в этот момент пришло сообщение. «Бой сегодня. 20.00. Там же, где всегда» Игривые огоньки ярким пламенем заплясали в глазах женщины. Обрадовано она набрала всего два слова «Я буду» и с чувством внутреннего удовлетворения отложила в сторону телефон. Это была самая лучшая новость в ее жизни за последние несколько часов.

8

Ирина припарковалась возле своего дома. Достала кошелек из сумки и вытащила пару купюр достоинством в пять тысяч, чтобы отложить их отдельно в потайной кармашек, чтобы никто ненароком не увидел, что у нее есть такие деньги. Она отодвинула сиденье, и набрав в легкие воздух, немного согнувшись, вылезла из машины. Что-то прострелило в спине, она на секунду согнулась, схватившись за поясницу и скривившись, но в тот же момент, вздыхая выпрямилась, и закрыла дверь, нажав на пульте кнопку. Сигнализация издала характерный звук. Женщина дернула за ручку, убедившись, что действительно все закрыто, направилась к подъезду. Стоя у лифта, в сумке разрывался старенький кнопочный телефон.

- Алло, - Запыхавшись ответила она, смахивая прядь кудрявых волос со лба. – Да, дорогой. Я уже домой приехала. Да, всю ночь была там. Нет, сегодня уроков нет у меня, решила, что отдохну. Вчера всем сказала, что у меня методический день. – Ирина открывала дверь квартиры и продолжала разговор. – Наташа! – Крикнула женщина. В ответ последовала тишина. Она заглянула в спальню дочери и увидела, что постель заправлена. – Да, она ушла уже в университет. Дай мне немного отдохнуть. Давай часика через три приезжай. Нет, она так рано никогда не возвращается с учебы. Давай. До встречи. Я тебя тоже целую.

Женщина аккуратно положила телефон на тумбочку, опустилась на мягкий пуфик у входной двери, сняла с себя обувь и с наслаждением выдохнула.

- Какое блаженство, что я их наконец-то сняла. Это не обувь, а кандалы какие-то.

Она прислонилась к стене и закатила глаза, на минутку уснувши, вдруг вспомнила, что скоро приедет Он и нужно привести себя в порядок. Кряхтя и делая над собой невероятные усилия, она поднялась и поплелась на кухню. На столе лежала тарелка, прикрытая салфеткой и записка. «Мамочка, это блинчики с клубникой, твои любимые, я вчера их сделала. А в микроволновке в формочке яичница с беконом. Жарила на сливочном масле, как ты всегда делаешь. Еще утром сырники сделала. Но они немного пригорели, поэтому я их тебе не предлагаю, но если что, они в холодильнике. Покушай и отдыхай. Люблю тебя. Твоя Н.»

- Моя милая доченька, - растроганно произнесла вслух Ирина, кусая блинчик, - Ммм, как всегда такие воздушные, как они у нее так хорошо получаются? Ты моя незаслуженная награда, доченька. Такая заботливая.

Ирина нажала на кнопку чайника и села за стол, чтобы начать завтрак «всухомятку», за что сама не раз ругала дочек. Она сняла трубку с домашнего телефона и набрала заученный на память номер. Послышались длинные гудки.

- Алло. – Ответил тонкий голос на другом конце провода.

- Ксюша. Как твои дела?

- Привет, мам. Да, все нормально. Ты меня в дверях застала. Я уже ухожу на работу.

- Ты придешь сегодня к нам? – С надеждой в голосе спросила женщина.

- Нет, пока не получается. Я сегодня после работы в командировку еду. У меня повышение квалификации.

- Как администратор?

- Нет, мам, как дерматолог. – Раздраженно ответила девушка.

- Так ты же не доучилась! Какое повышение квалификации?

- Мам, всё! Я опаздываю на работу. Пока. – Грубо ответила Ксения и дала отбой.

- Нет, вы на нее посмотрите! – Возмутилась женщина. – Университет бросила, решила, что пойдет работать, а теперь она дерматолог. Мало я тебя в детстве порола. В кого ж ты такая ослица упрямая?

Ирина налила себе большую кружку чая и села за стол. Ушли старательно приготовленные младшей дочерью блины, затем яичница, и полтарелки сырников. Она ничего не могла с собой поделать, как только нервничала начинала много есть. Отсюда и расползлась в фигуре, «как жирная сметана по тарелке. Может поэтому и ушел этот козел от меня. Да ну его в топку, пусть хоть околеет», раздосадовано прокомментировала женщина и направилась в ванную.

Холодной водой обмыла лицо, после того как мицелляркой сняла остатки от ночного макияжа. Старательно нанесла голубую глину, изредка похлопывая подушечками пальцев по проблемным участкам кожи. Она открыла кран горячей воды и тут ее ждал сюрприз. Вода пошла холодная.

Возмущенная, она направилась снова к стационарному телефону, чтобы выяснить в чем проблема.

- Управляющая компания? Это вас беспокоит жительница дома номер 31 по улице Аптечная. Воды горячей нет в доме. У вас опять какая-то авария?

- Нет, у вас на шестом этаже в квартире трубу с горячей водой прорвало, а хозяина не было дома, поэтому были вынуждены перекрыть весь стояк, в ожидании появления собственника квартиры, чтобы он мог впустить нас внутрь и мы смогли произвести ремонтные работы.

- Ну и когда теперь нам воду ждать? Может он уехал на заработки на север и приедет через 3 месяца, так мы теперь все это время с ведрами, тазами ходить будем? – Раздраженно спросила женщина.

- Нет, ну что вы. Нам уже позвонили, он пришел, наша команда работает на месте. Где-то в течение часа дадут воду.

- Хорошо. Посмотрим. – Грубо ответила Ирина и повесила трубку. – «Команда», нет вы посмотрите, с каким пафосом она сказала «наша команда уже работает». А что за состав этой «команды»? Две пропоицы в дырявых носках, с гнилыми зубами, небритыми помятыми рожами, всклокоченными волосами, неделю нечесаными, да еще и с амбре от утреннего опохмела невзначай найденной заначки в виде огуречного лосьона, который жена спрятала, в надежде, что этот гад не найдет. Но что вы? У них же нюх, как у собаки ищейки, только запахло спиртом, так они сразу же своим носом выйдут на закладку. Фу! И какие же мерзкие эти мужики, прям тошнит от них.

Ирина продолжала бурчать себе под нос и не заметила, как убрала со стола, помыла посуду, переоделась, накинула на себя старый фланелевый халат, предназначенный только лишь для уборки дома, собрала свои непослушные кудрявые волосы в маленький хвостик и направилась в ванную, чтобы проверить состояние затвердевания ее маски.

Только лишь она переступила порог ванной комнаты, как тут же услышала грохот в квартире сверху. «Пожалуйста, не бей меня», кричал женский голос.

- А кто у нас там сверху живет? Ильинична померла и видать сдали хату кому-то, а может внучка ее теперь там живет?

«Ты будешь слушать меня», в том же тоне продолжал мужской голос.

«Да, да только не бей меня», раздался ответ и неистовый крик, пронизывающий уши женщины.

- О, боже. Там что-то происходит. Она схватила свой сотовый и набрала номер. – Ну давай, бери трубку. Давай. – Молила Ирина, слыша, крики женского голоса сверху. – А, черт, когда надо, никогда не дозвонишься. – Она подбежала к стационарному телефону и быстро набрала 112. Снова грохот, как будто от падения человеческого тела, послышался наверху. Ирина от неожиданности пригнулась, опасаясь, что сейчас рухнет потолок.

«Помогите», продолжал настаивать женский голос.

- Дежурная часть. Майор Голубев.

- Аптечная 31, приезжайте, тут человека убивают.

- Назовитесь.

- Соколова Ирина. Квартира 56, это надо мной все происходит, значит квартира.. – она на мгновение задумалась, в панике цифры путались в голове и она не могла к 56 прибавить 7, - квартира 63. Приезжайте, срочно, а то будет поздно. – Уже кричала женщина в трубку.

Ирина снова забежала в ванную и стала прислушиваться. Минут пять была тишина, которая не могла ее не насторожить. «Убил что ли», испуганно прошептала она. Но вдруг снова крик о помощи. «Ты будешь еще так делать, грязная тварь?» продолжал басить мужской голос вперемешку с женскими криками.

- Так, все. – Решительно кинула Ирина и, схватив телефон, направилась к входной двери. – Я не собираюсь ждать, пока он ее там укокошит.

Стремительно выбежав из квартиры, даже не задумываясь о том, что оставляет ее открытой, она бросилась к лифту, нервно нажав пару раз на кнопку вызова, поняла, что ждать придется долго, она выбежала на лестницу, которая шла по краю дома, оставляя жилые квартиры в другом конце. Несмотря на раннее утро, в подъезде было темно, как в кармане. Она включила фонарик на своем стареньком телефоне и освещая себе дорогу тусклым светом, направилась совершать спасательную операцию. Оказавшись на площадке перед лифтом этажом выше, позабыв о свечении в темном подъезде, она увидела двух сантехников, которые тащили какую-то трубу. Именно в том виде, в котором она себе их представляла. Грязные, неумытые пьяницы.

- Что вы стоите! – Закричала она. – Там человека убивают, а вы тут с трубами возитесь!

Не обращая внимания на их удивленные лица, она бросилась к входной двери квартиры, откуда доносились крики о помощи.

- Открывайте дверь! – Забарабанила она кулаком. – Сейчас же открывайте дверь! Это соседи!

В этот момент Ирина услышала, как открывается дверь лифта и шаги полицейских, которых она вызвала буквально недавно.

- Это здесь! Я вас вызывала! – Эмоционально воскликнула женщина, указывая пальцем на дверь. – Откройте! Что у вас там происходит!? – Не переставала стучать уже ладонью изрядно нервничавшая женщина.

Все это действие не могло не привлечь внимание сантехников, которые бросили трубу и подошли к двум полицейским.

- Откройте дверь. Это полиция! – Постучал молодой парень.

- Да, открывайте. Что у них там? – Еле справляясь со своим языком, кое-как ворочавшемся в наполовину беззубом рту, попытался прикрикнуть сантехник.

Взгляд полицейского полного укора в сторону работника управляющей компании заставил его замолчать. Он прижал указательный палец к своим губам и, разведя руками, жестом показал, что все в порядке, он не мешает работать.

- Открывайте дверь! – Крикнула Ирина, ударив еще раз рукой по двери.

- Успокойтесь, гражданка. – Спокойно сказал полицейский и кинул оценивающий взгляд на женщину.

Она поймала этот взгляд и про себя возмутилась, как можно в такой момент глазами устраивать флирт, в то время, когда в квартире кого-то убивают или вообще убили. Ее мысли прервал звук открывающегося замка изнутри.

На пороге стоял молодой человек лет тридцати с полотенцем на бедрах, через которое была видна его эрекция, позади него раскрасневшаяся от сладострастных утех девица, растрепанная и все еще улыбающаяся. Оба не понимали, что происходит и что привело полицейских и сантехников и какую-то женщину к ним в дом. Когда до Ирины дошло, что там происходило, у нее от удивления открылся рот, который она попыталась прикрыть рукой. И только в этот момент она почувствовала, как начала на лице трескаться уже изрядно засохшая глина, так старательно нанесенная час назад. Именно в этот момент она поняла, чем был вызван этот взгляд на нее.

- Простите, гражданочка, а вы нас зачем вызвали? – поинтересовался молодой человек.

- Просто она так кричала, что я… - Тихо начала она, подбирая каждое слово. Ирина перевела взгляд на удивленных полуобнаженных соседей, - просто я…

Раздосадованные сантехники разочарованно махнули рукой на неинтересную историю и вернулись к своей трубе.

- Просто я так полагаю, вы расстроились, что вас туда не пригласили? – Засмеявшись, прокомментировал второй полицейский.

- Да ну вас! – Обиженно ответила Ирина и направилась к себе в квартиру.

- Куда вы? Нам нужно с вас объяснение взять за ложный вызов.

- Спускайтесь в квартиру 56, сейчас умоюсь и дам вам все.

- Все не надо, только объяснения. – Ехидно отметил парень в форме.

- Закрой рот, я тебе в матери гожусь. Сейчас не посмотрю, что ты в форме, как надаю тебе тумаков.

- Гражданочка, не расходитесь. – Твердо ответил первый полицейский. – Мы со всех возьмем объяснения. И с них в том числе.

Ирина зашла к себе в квартиру, бросила телефон со все еще включенным фонариком на пуфик и перевела взгляд на сумку. «Вот, дура, побежала, сумка открыта, заходи, бери, что хочешь», ударив себя по ноге, с досадой произнесла она. Женщина быстро открыла кошелек, проверила потайной кармашек, деньги были на месте.

Полицейские не заставили себя ждать, пришли, протянули протокол объяснения, она все прочитала, подписала.

- И что теперь будет? Штраф с меня возьмут? – Без интереса спросила она.

- Спасибо вам за активную гражданскую позицию, Ирина Семеновна. Неужели вы меня не узнали? – Произнес парень, снимая фуражку.

Женщина вгляделась в острые черты лица черноволосого парня. И в тот же момент поняла, что это ее бывший студент.

- Дима Куликов! – Закричала она. – Ты в милиции теперь служишь? – Произнесла она, смешивая радость с удивлением.

- В полиции. Да, Ирина Семеновна. Я капитан полиции. – С гордостью ответил парень, прижимая к себе папку с документами.

- Да, как так? Ты же еще тем хулиганом был в техникуме. Помнишь, как я тебя застала за тем, что ты двери с петель в мужских туалетах снимал, мы неделю не могли поймать того, кто это делает. – Вспоминала она, смеясь.

- Конечно, помню! Спасибо вам, что не выдали меня. А то б отчислили сразу.

- Ну, ты тогда от меня хорошо получил. Если б еще я директору рассказала, это был бы перебор. Заходи, я тебя хоть чаем напою, сто лет тебя не видела. – Сказала она, открывая широко дверь и приглашая к себе. – Сейчас только маску с лица все-таки смою.

- Нет, я не могу. Спасибо за приглашение. Мне работать нужно, а то вдруг кого-то на самом деле убивать будут, а я тут с вами чай сижу, пью.

- Дим, ты это. Не рассказывай никому, как я опозорилась, а то стыдно так. – Неловко, кусая губы, попросила преподавательница.

- Не скажу, не переживайте. И напарнику своему скажу. Вы извините за него, молодой, еще ничего не знает, сейчас ему объясню почем фунт лиха.

- Мои фразочки еще помнишь. – Ласково улыбнулась Ирина Семеновна. – Удачи тебе, мальчик.

Она закрыла за ним дверь, все еще продолжая улыбаться. Невозможно отдать столько лет жизни педагогической деятельности и не любить ее по-настоящему. Это не профессия, а состояние души. Но та ситуация, в которой она оказалась, не могла не волновать ее. Остаться одной, без мужа, на грани финансовой нищеты, с двумя дочками на руках, которых нужно было учить. «Вот как сильно меня жизнь ударила, что я доску с мелом поставила в параллель с той жизнью, о которой я не хотела бы, чтобы кто-то узнал», вздохнула Ирина и написала сообщение мужчине, чьего прихода еще час назад ждала. «Встретимся вечером там. Наташа пришла домой», гласил его текст. Ложь, но в том раздавленном и разбитом состоянии, в котором она сейчас прибывала, ей меньше всего хотелось принимать гостей, пусть даже и Его.

8

Марина зашла в свой мясной магазин и огляделась. Немного грязные полы от постоянного наплыва покупателей не успевали быть вымытыми уборщицей. Баба Нюра подметала перед магазином, иногда высаживала клумбу красивыми цветами, но в, то, же время за чистотой полов внутри следила спустя рукава. Каждый раз хозяйка ей указывала на некачественное выполнение работы, но, тем не менее, не увольняла, потому что «жалко было». Дети разъехались, она осталась одна, муж умер давно, пенсии не хватало, а Марина платила хорошо и, это было несомненным подспорьем в быту одинокой бабушки.

- Баб Нюр, - выглянула хозяйка из магазина, - оставь ты метлу, иди, протри в магазине полы, натоптано все кругом.

- Иду, детка. Сейчас. – Ответила бабушка, спеша на вызов своей спасительницы.

- Твои дети так и не звонят? – С сочувствием спросила женщина.

- Нет, никак позабыли мать. Старшой в Дании живет, у него там четверо детей, не до меня. А младшая в Москве, ей тоже некогда, работает, на всякие иностранными словами называется, забыла как… Ну не суть, не до меня им.

- Эх, несчастная ты женщина. Слава Богу, у меня не такие. Маруська хоть и вредная сейчас стала, это все возраст переходный, а Васька-то вообще сама нежность.

- Это хорошо, дочка. Редко бывает, когда неродные так хорошо к матери относятся, тут родные позабудут, а с неродных и взять нечего.

- Брось ты, какие ж они мне неродные? Маруську с роддома забрала. Она как глаза продрала, только меня и видела. Ну а Ваську да, с детдома забирали, ну и что. Все равно «мамой» зовет. Для меня они роднее, чем твои для тебя. А что толку под сердцем девять месяцев выносила, не доедала, не досыпала, а они бросили тебя одну.

- И то верно. – Раздосадовано согласилась бабушка.

- Ладно, иди, давай полы протирай. – Твердо сказала Марина и положила руку на плечо бабушки.

Марина всем своим видом говорила о своем достатке. Статная высокая женщина с начесанными волосами в стиле восьмидесятых цвета спелого баклажана. Яркий макияж, подведенные стрелки, подкрашенные брови и блестящая коричневая помада, окаймленная в тон карандашом, на пухлых губах. Ухоженные моложавые руки с длинными заостренными ногтями с броским лаком. На трех пальцах обязательно красовались увесистые перстни. Она вообще не любила бижутерию. Всегда отдавала предпочтение золотым украшениям внушительных размеров. Ей нравилось все то, что привлекало внимание. Марина сама любила привлекать внимание окружающих. Высокие черные ботфорты, красное меховое манто, дорогой парфюм. «Да, я такая!», не переставала произносить она.

- Таня, Саша уже пришел? – Небрежно бросила хозяйка, не отвлекаясь от своего телефона.

- Конечно! Он же мясник. Всегда приходит к 6 утра, к поставке свежего мяса. – Затараторила конопатая девушка.

- Послушай, я задала вопрос, на который хотела получить краткий ответ. Что ты раскудахталась? – Зло ответила женщина и прошла в подсобное помещение.

- Извините, пожалуйста. – Еле слышно пробурчала девушка, провожая взглядом хозяйку, и корча ей в спину гримасы.

Марина вошла в темное помещение, где сверху над разделочным столом горела тусклая лампа. Воздух был наполнен запахом свежего мяса и крови. Она прикрыла нос шарфом и остановилась. Из-за висящих рядами туш вышел высокий мускулистый парень со светлыми коротко стрижеными волосами. На оголенный торс был надет огромный фартук из дерматина, следы крови от которого уже не стирались. Лицо его тоже было в уже засохших кровавых следах. Он ласково посмотрел на нее, и хотел было подойти, но она отстранилась.

- У тебя на сегодня еще есть работа? – Продолжая дышать в шарф, спросила она.

- Нет, много мяса разделал. На сегодняшнюю продажу хватит с лихвой. – Гордо ответил он, вытирая огромный тесак об окровавленную тряпку. – Фарш накрутил 10 килограммов, и на шашлык заготовку сделал. Сейчас все будут килограммами брать, сезон открывается. – Докладывал он, не переставая вытирать руки. – А ты что-то сегодня припозднилась. – Сказал он и бросил небрежный взгляд на женщину.

- У меня были дела. Еще в два других магазина в этом районе нужно было съездить. – Быстро ответила она. – Раз закончил, то собирайся, поехали.

Саша подошел к женщине и наклонился, чтобы ее поцеловать, но она с отвращением отошла.

- Не надо сейчас. Только после душа. От тебя вонь идет за километр.

Марина договорила фразу, явно сдерживая приближающуюся рвоту, и вышла в торговое помещение. Она села в машину и, нервно вытащив из сумочки духи, изрядно полила себя ими, чтобы хоть как-то заглушить этот невыносимый запах крови. Сразу в памяти всплыли воспоминания о последних днях жизни Ильи. Как он истощавший, не похожий на себя, лежал на кровати, теряясь в одеялах. Как его рвало кровью прямо на пол, и он извинялся за все это перед своей любимой женой. Как извинялся за то, что не сможет быть ей опорой. Как он впал в беспамятство. И его последний вдох, полный боли. И медленный выдох. Она помнила, как тогда плакала, прижимая его легкое тело к себе, как оттаскивала ее мать от мертвого мужа. Все воспоминания были свежими, как будто все было вчера. Она не могла взять все и отпустить. Да, могла забыться, но не забыть того, кого по-настоящему любила, того единственного, с кем готова была делить пусть и последний кусок хлеба. Слеза скатилась по щеке. Она посмотрела на солнце, делая вид, что это все от его лучей. Промокнула носовым платком. Посмотрела в зеркало, не испортила ли свой макияж и улыбнулась. Дверь машины отворилась, и Саша оказался рядом с ней. Накаченный молодой парень в бейсболке, спортивной куртке и джинсах, которые практически трескались от мышц.

- Ну, что поехали? – Улыбнувшись, спросила она.

Он, молча, кивнул.

Уже через полчаса они были в номере отеля и придавались плотским утехам. Она заставляла его подчиняться и упивалась своей властью над ним. Он словно ее раб, выполнял любые приказы, потому что, когда они оставались наедине, она была его королевой. Ему доставляло особое удовольствие - подчинение. А она наслаждалась тем, что этот молодой, пышущий здоровьем парень готов на все, только ради ее внимания. Она открыла шампанское и налила себе в бокал. Саша лежал на белоснежных простынях и любовался видом полуобнаженной хозяйки. Марина сделала пару глотков и медленно, как кошка, забралась на кровать. Она надменно посмотрела на него сверху вниз. Парень протянул руку к ее ноге, но она небрежно ее откинула и наступила ему на лицо. Красивые пальцы нежной ступни с аккуратным броским, как и все, что у нее было, педикюром надавили на его щеку. Она громко захохотала и перевернула бокал на него. «Я знаю, ты тоже его хочешь, но оно слишком дорогое для такой деревенщины, как ты». Струя прозрачного игристого напитка оказалось на его лице. Марина сильнее надавила ногой. Слабый стон вырвался из его груди. «Сделай так, чтобы сегодня я никогда не забыла», прошептала она и опустилась на него. Саша жадно накинулся на свою жертву, как лев, голодающий несколько месяцев и вдруг столкнувшийся с раненной косулей, у которой не было сил бежать от неизбежной смерти.

Марина, закатив глаза, лежала, слушая, как ее фаворит принимает душ. Он вышел, вытирая короткие волосы. Женщина приоткрыла глаза и улыбнулась. Капли воды застыли на его немного смуглом гладком теле. Он лег рядом и поцеловал ее.

- Тебе было хорошо? – Нежно спросил он, продолжая осыпать ее поцелуями.

Она ничего не ответила, а только лишь потянулась и встала со смятой постели.

- Мариш, - позвал ее парень. Она обернулась, прикрываясь простыней, которая не могла скрыть ее женственных изгибов. – Я люблю тебя.

- Ты в этом не виноват, мой мальчик. – Спокойно ответила женщина.

Саша вскочил с кровати и, упав на колени перед женщиной, взмолился:

- Скажи, что ты тоже меня любишь. Ты для меня вся моя жизнь.

Марина снисходительно улыбнулась, положила руку на его голову, и провела по уже отросшим волосам.

- Я тебя тоже люблю. – Солгала она.

- Давай жить вместе? – Умоляюще попросил он. – Когда ты меня представишь своим детям? Мы можем быть полноценной семьей. Я помогу тебе вырастить Васю, и с Машей поговорю, у нее переходный возраст, поэтому она…

- Хватит! – Грубо оборвала его женщина. – Я не хочу об этом разговаривать.

- Но почему? Мы же любим друг друга.

- Я не приведу тебя в ту квартиру, где жила со своим покойным мужем. Не уложу тебя в постель, где он провел свои последние часы жизни. – Нервно произнесла она и оттолкнула его от себя.

- Мариша, мы можем жить у меня. Я все сделаю, чтобы вам всем там было комфортно. – Не унимался парень.

- Где? – Истерично засмеялась хозяйка. – У тебя? В съемной однокомнатной квартире на окраине города? – Продолжала хохотать она.

- Ты меня постоянно унижаешь. – Грустно сказал парень и поднялся с колен. – Я ощущаю себя твоей игрушкой.

- Это не так, поверь. – Сменила гнев на милость женщина. – Ты мне дорог, но я не могу заполнить тобой место моего покойного мужа.

- Знаешь, такое ощущение, что тебе просто удобно со мной. Ты видишь, что я готов в ногах у тебя валяться, а ты меня словно назойливого кота отшвыриваешь. – Грубо сказал он, бросив на нее полный отчаяния взгляд.