Гибрид. Книга 15. Охота на мастера. Том 2

– Арли!

Ментальная проекция девчонки невесомо качнулась, на краткий миг даже поблекла, словно ее хозяйка от волнения ненадолго потеряла концентрацию, но потом все-таки выровнялась, стала ярче, насыщеннее. Так что стоящая передо мной девочка казалась почти настоящей. Однако в тот самый миг, когда она «поплыла», облик маленькой провидицы на мгновение изменился, и она как будто прибавила несколько лет. Но это быстро прошло, так что я даже не понял, было это на самом деле или же у меня просто воображение разыгралось.

– Здравствуй, Адрэа, – тихо сказала она, глядя на меня со смесью тревоги, страха и чего-то, чему я не смог подобрать определение. – Значит, ты уже знаешь, да? Ты видел, как мы умрем?

Я вместо ответа протянул руку и легонько коснулся ее щеки. Однако пальцы прошлись сквозь малышку, как сквозь дым, ни на мгновение не задержавшись.

Выходит, она тоже это пережила? Да еще и не один раз? Как умирает она сама, как умираю я…

Вернее, своей смерти в видении я пока не увидел, но смерть Арли в фигуральном смысле слова убила и меня тоже. Так что в каком-то смысле она сказала правду.

Дайн! Как бы мне хотелось, чтобы хотя бы ее это не коснулось!

Но увы. Все это уже случилось, она все это уже увидела, и я при всем желании не мог ничего изменить.

– Да, – хрипло ответил я, поняв, что девочка все еще ждет ответа. – Но мне сказали, что это не окончательное будущее. Его еще можно изменить.

– Можно, – серьезно кивнула маленькая провидица. – Именно поэтому нам и было дано увидеть эту линию вероятности. Она довольно яркая. Шансы реализоваться у нее достаточно велики. Но я знаю, что ты найдешь способ. Знаю, что ты меня спасешь. А еще я знаю, что нам суждено быть вместе. Только для этого тебе придется перестать относиться ко мне как к ребенку.

Я внимательно на нее посмотрел.

– Ты поэтому не хотела, чтобы мы виделись?

– Не я, – ответила она, отведя глаза. – Бабушка. Она сказала, что если мы будем встречаться слишком часто, то ты так и продолжишь воспринимать меня маленькой глупой девочкой. А надо было сделать так, чтобы ты меня забыл. Забыл такую, как сейчас, чтобы когда-нибудь увидеть совсем другую Арли и влюбиться в нее.

Я покачал головой.

– Никто и ничто не заставит меня забыть о тебе. И уж тем более не повлияет на мое к тебе отношение.

Арли вскинула на меня нерешительный взгляд.

– Правда?

– Правда, солнце, – слабо улыбнулся я. – Какой бы ты ни была, маленькой или уже взрослой, ты навсегда останешься для меня особенной. Что же касается бабушки Иэ, то она уже поняла, что ошиблась. Да и ты теперь можешь спокойно приехать домой на каникулы. А как только получишь идентификатор, то еще и позвонить мне, когда захочешь.

На лице маленькой принцессы расцвела совершенно бесподобная улыбка, которая, правда, вскоре потускнела.

– Эх. Личный идентификатор, чтобы можно было звонить не только маме и дедушке, мне обещали подарить только на летних каникулах, а до них еще далеко…

– Не так уж и далеко, – не сдержавшись, хмыкнул я. Ишь, какая нетерпеливая. – Два месяца всего. Не успеешь оглянуться, как они уже пролетят.

– Все равно это слишком долго. Но я буду думать о тебе. И надеяться, что мы увидимся хотя бы во снах.

Я в ответ только рассмеялся.

– Кто ж нам запретит? А потом, может, я тоже освою создание ментальной проекции и буду приходить к тебе в гости.

– У нас защита в школе стоит, – покачала головой девочка. – Я-то могу оттуда выпустить проекцию, пусть и ненадолго, а вот завести ее внутрь никто не сможет. Даже ты.

Ну это мы еще посмотрим.

За время жизни на Найаре я часто слышал, что то или иное действие или явление совершенно невозможно, а потом оказывалось, что это далеко не так, поэтому в запреты и в абсолютную непреодолимость какой бы то ни было защиты уже не очень верил.

Но тут ментальная проекция Арли вдруг снова ощутимо качнулась и неожиданно начала быстро тускнеть.

– Время, – тяжело вздохнула она, к чему-то прислушавшись. – Кажется, мне пора. Но я буду ждать тебя, Адрэа. Приходи ко мне, пожалуйста, поскорее.

Я снова поднял руку, и маленькая провидица протянула узенькую ладошку так, чтобы наши пальцы ненадолго соприкоснулись. И вот вроде это была всего лишь проекция, считай, что иллюзия, миф, дым, но после этого последние тягостные мысли, вызванные сегодняшним занятием, наконец-то меня покинули, а на губах моей принцессы снова расцвела счастливая улыбка.

Она так и ушла, до последнего улыбаясь и не отрывая от меня горящего взора. А когда она все-таки растаяла в воздухе, я опустил руку, еще немного посидел, подумал, после чего встряхнулся и, окончательно придя в себя, отправился домой.

Завтра у меня сложный день: дуэльный турнир, визит в столичную резиденцию рода Хатхэ, да еще и информацию от тана Расхэ надо было успеть когда-то просмотреть и освоить. Плюс следовало придумать, как объяснить лэнне Иэ появление нового видения. Ну и с самим видением по возможности разобраться.

Хотя, быть может, прабабушка Арли подскажет какой-то выход?

Она, кстати, говорила, что мелкую я один раз уже спас и спасу снова. Более того, она была мне благодарна. Причем относилась к обоим этим событиям как к свершившемуся факту. Как будто они уже наступили, а не еще только случатся.

Но я тогда не задумался на эту тему всерьез – в тот момент меня больше беспокоило здоровье самой лэнны. А вот сейчас мне пришло в голову, что, возможно, супруга мастера Даэ просто с самого начала видела больше нас. Хотя оно и неудивительно. Все-таки сильнейшая провидица рода. Но если она с такой уверенностью утверждала, что Арли не погибнет, значит, я действительно ее спасу.

Это успокаивало.

Ведь если выход есть, пусть я его пока и не вижу, значит, рано или поздно я все равно его найду. Плюс, судя по тому, что я сегодня узнал, видение с пожирателем, дайнами и смертью Арли реализуется очень нескоро. Лет семь-восемь у нас в запасе есть. А за это время я и само видение смогу рассмотреть поподробнее, и с самыми разными провидцами успею посоветоваться, и сам опыта поднаберусь. Плюс мои учителя в стороне, разумеется, не останутся. Эмма непременно поможет. Да и тэрнэ Ларинэ, смею надеяться, предложит свои варианты.

Внезапно у меня на руке ожил теневой браслет.

«Свободен? – пришло короткое сообщение от Нокса, когда я уже добрался до дома и завис у своего собственного окна, намереваясь забраться в комнату. – Есть разговор».

Я замер.

Дайн. Что еще могло случиться в этот и без того непростой выходной? Вроде никаких операций на сегодня «Мертвые головы» не планировали. Если бы у Кри случилось чэпэ или появились важные новости, он написал бы мне первым. Да и Моррох бы уже просветила, что их общие планы изменились.

Впрочем, командир «Мертвых голов» никогда не отличался пустословием и еще ни разу не потревожил меня без веской причины. Так что игнорировать его просьбы было нецелесообразно.

«Где и когда?» – коротко написал я в ответ, прикидывая, сколько осталось времени до утра.

«Координаты прежние. Жду».

Хм. То есть дело еще и срочное?

Но делать нечего. Придется выяснять, в чем дело. Поэтому я, едва выйдя из границы, снова туда ушел, успев напоследок сбросить в чат всего одно слово:

«Иду».

Глава 2

В убежище «Мертвых голов» я появился буквально через пару мэнов, и то время в основном потратил на заметание следов внутри расщепленной границы и в субреальности.

Нокс, как и раньше, заранее отключил блокираторы, но поскольку один нестандартный портал я туда уже протянул, то в этом не было особого смысла.

В убежище, кстати, на этот раз было людно – вся личная семерка Первого оказалась в сборе и ждала меня в проходном помещении, которое заменяло убежищу холл.

Я, когда там появился, даже малость напрягся, очутившись на перекрестье взглядов. Но потом прислушался к себе, угрозы ни от кого не ощутил, после чего избавился от найниитовой маски и, отыскав глазами Нокса, кратко осведомился:

– Звал?

Тот странно помедлил. И вообще выглядел на редкость неуверенным, что для него, прямо скажем, было нетипично. На меня он тоже смотрел с каким-то непонятным выражением. Одет был не по погоде… ну в смысле обычно, то есть без шлема, без броника, без драймаранта… то есть явно никуда уходить в ближайшее время не собирался, а значит, речи о каких-то разборках или других серьезных проблемах определенно не шло.

Остальные «Мертвые головы» тоже не выглядели готовыми к бою. Одеты просто, в обычные спецовки или военную форму. Без личин. Без иллюзий. Без артефактов. У Хмурого в руках виднелся частично разобранный автомат и масляная тряпка. Дан и Ник… наши бессменные водилы и по совместительству отличные иллюзионисты… выглядели непонятно задумчивыми. Дор, Сэм, Дар… вторая троица, которую я когда-то вычислил с помощью горлов, показалась мне несколько напряженной. Рисс и вовсе неловко мялся в углу, то и дело отводя глаза и стараясь не встречаться со мной взглядом.

Хм.

Что происходит? Кого-то хороним? Я где-то облажался? Ну или же Нокс решил, что я успел где-то облажаться?

Я вопросительно взглянул на командира «Мертвых голов», терпеливо дожидаясь объяснений, но тот вдруг подошел ближе и, зачем-то всмотревшись в мое лицо, негромко бросил:

– Скажи, Двойник, с тобой сегодня ничего необычного не происходило? Ты к памяти рода, случайно, не обращался?

Вот теперь насторожился и я.

– Обращался. А что?

Взгляд Первого из изучающего плавно превратился в задумчивый.

– Нас сегодня посетило чрезвычайно странное, скажем так, видение. То ли сон, то ли явь. Сразу и не разберешь. Но это коснулось абсолютно всех. Все мы видели и чувствовали одно и то же. После этого мое ощущение тебя стало другим. Хотя я, откровенно говоря, не совсем уверен, что все понял правильно. Скажи, ты теперь действительно один из нас? Ты прошел обряд посвящения?

Я мысленно присвистнул.

Ого.

Выходит, обряд так или иначе зацепил не только мертвых, но и вообще всех Расхэ, включая Нокса и его людей?

Дайн! Но как такое возможно? Это же случилось днем. Не могли же «Мертвые головы» все поголовно спать и в одно и то же время видеть одинаковые сны? Или же то было видение из разряда тех, что порой видел я сам?

– Узы рода, Двойник, – тихо сказал Нокс, когда мы пересеклись взглядами, – воистину великая сила, которую нельзя не увидеть и не почувствовать тем, кто к этому роду принадлежит. Самородкам этого не понять. Самородки ни к кому и ни к чему не привязаны. Но мы… те, кто когда-то были одним целым, никогда эту связь не забудем. Ее ни с чем нельзя перепутать. Однако если с потерей тана она была практически утрачена, то сегодня… сегодня ты стал другим. А связь между нами снова окрепла. И все мы это ощутили.

Он вдруг коротко наклонил голову и так же тихо попросил:

– Не откажи. Прошу.

Я от такого простого и вместе с тем многозначительного жеста на мгновение даже растерялся, не понимая, чего от меня хотят. Но тут в моей душе что-то ворохнулось, а затем я услышал голос… тихий, подозрительно знакомый… который вдруг шепнул в самое ухо:

– Коснись его. Положи ладонь ему на макушку.

Одновременно с этим я прямо физически ощутил, что за моей спиной кто-то появился. Как будто тан Альнбар снова, как во время обряда, стоял там. И так же, как тогда, спокойным жестом положил руки мне на плечи.

Однако, когда я обернулся, сзади никого не оказалось. Ни тана, ни тени, ни даже его призрака. А вот смутное ощущение присутствия, как ни странно, никуда не делось. Как будто я и правда был не один. И как будто меня, как и во сне, кто-то снова пришел поддержать.

Мысленно вздохнув, я решил довериться этому странному чувству и, как было велено, возложил правую ладонь на низко склоненную голову Нокса.

В общем-то ничего особенного от этого жеста я не ждал. Ну подумаешь, коснулся и коснулся.

Однако как только моя рука дотронулась до его волос, кончики моих пальцев неожиданно кольнуло. Между мной и Ноксом словно молния проскочила. Командир «Мертвых голов» едва заметно вздрогнул. А меня неожиданно посетило такое же чувство, как и во сне, во время обряда, только намного более яркое, сильное. Чувство, что мы с этим человеком и правда связаны. И что мы с ним больше не чужие.

Правда, при проведении обряда это ощущение было мимолетным. Я откуда-то знал, что оно временное и что на самом деле это не более чем знакомство с множеством душ, которые хотели увидеть меня без прикрас и одновременно сами передо мной раскрылись.

Тогда как сейчас…

Сейчас у меня появилось ощущение, что между мной и Ноксом не просто сформировалась связь – это и правда были самые настоящие узы. Узы кровного, духовного, а также магического родства, которые образовались тут же, прямо у меня на глазах, а затем мгновенно окрепли и соединили нас таким образом, что Нокса я теперь воспринимал не как постороннего человека, а как часть себя. Свое продолжение. Причем если сначала у меня мелькнула мысль, что по факту мы с ним равны, то почти сразу я понял, что это не так. Осознал, что в процессе образования этой связи я коснулся его не только рукой, но и магией. Более того, на один-единственный миг между нашими магическими дарами возникло едва заметное напряжение, как если бы они пытались понять, кто из них сильнее и у кого в этой связке больше прав на лидерство…

Но почти сразу стало ясно, что сравнение не в пользу Нокса. Что я гораздо сильнее. К тому же ощущение стоящего за моей спиной тана и его незримая поддержка сделали меня увереннее. В каком-то смысле даже выше. Причем и по силе, и по чистоте крови, и по статусу, и по главенству в нашем, теперь уже общем роду.

И Нокс тоже это почувствовал. Склонил голову еще ниже, как если бы моя рука давила на него умышленно. А потом резко выдохнул и опустился на одно колено, тем самым признавая за мной право повелевать и смиряясь с необходимостью подчиниться.

У меня же после этого словно глаза раскрылись.

Услышав еще одну подсказку от мертвого родственника, я взглянул на бывшего главу службы безопасности рода Расхэ в другом спектре зрения и неожиданно увидел ту самую связь, что между нами образовалась. Как тонкую золотую нить, что протянулась от меня к нему и закрепилась где-то в районе грудины. Причем яркую нить. Живую. Настоящую. При виде которой я машинально качнулся в ту сторону, а моя аура так же инстинктивно расползлась вширь, заполонив собой комнату и словно крыльями накрыв стоящих рядом людей.

И вот после этого перед моим внутренним взором образовалась уже не просто одинокая нить – от Нокса без всяких видимых причин протянулась целая сеть таких же ниточек к его кровным родичам. Но если поначалу она выглядела бледной, ослабленной и вялой, то как только к ней мысленно потянулся я, она неожиданно ожила. Налилась светом, словно в нее вдохнули новые силы. Засияла, как покрытая росой и обласканная утренним солнцем паутина. И в мгновение ока… через Нокса… связала меня с его людьми крепче иных цепей, создав пока еще не полноценный род, нет, пока только лишь намек на него. Можно сказать, его ядро, надежную и крепкую опору, которой у меня никогда раньше не было.

Каким бы странным это ни казалось, но каждого из этих людей я сейчас воспринимал как нечто близкое и родное.

Каждому при желании мог заглянуть в мысли, узнать, чем они живут и чем дышат.

Мои кровники. Должники, хотя уже и не только.

Более того, они тоже меня почувствовали. Узнали. Захотели понять, кто я и что собой представляю. А когда я не стал им мешать и, как раньше, инстинктивно открылся, они на мгновение застыли, широко распахнув глаза, а потом шумно выдохнули и точно так же, как командир, один за другим преклонили колено.

Именно в этот момент я осознал, что отныне стоящие передо мной бойцы не просто наемники или временно полезные люди – теперь это во всех смыслах были мои люди. Мои помощники, соратники. Мои родичи, которых накрепко связали друг с другом невидимые для обычного взора узы. Причем очень крепкие узы, твердые, нерушимые, которые позволяли нам не только ощущать друг друга, но и понимать, что испытывает в тот или иной момент каждый из нас.

Самое интересное, что для этого даже усилий прикладывать было не нужно. И не требовалось произносить ни клятв, ни обещаний. Я просто знал, что ни один из этих людей никогда меня не обманет и не предаст. Знал, что любому из них можно без малейших сомнений доверить спину. Знал, что каждый из них отныне считает своим долгом служить мне так, как они когда-то служили старому тану. И точно так же знал, что и сам никогда не предам оказанного ими доверия.

Это было какое-то глубинное, пришедшее бог весть знает из каких уголков подсознания понимание, перерастающее в абсолютную уверенность.

Они теперь со мной навсегда. А я с ними.

И пусть нас было очень мало, пусть мы еще только-только привыкали к тому, что сейчас произошло, но это было. Мы все видели и ощущали это удивительное единство.

И лично меня это знание поразило до глубины души.

– Взгляни шире, – внезапно посоветовал мне все тот же тихий голос, пока я во все глаза рассматривал открывшееся мне чудо и пытался привыкнуть к мысли, что именно сейчас сделал. – Для тебя больше нет преград. Ты – сильнейший в роду. Ты сейчас как маяк, свет которого способен разогнать сгустившуюся тьму. Зажги для своих людей этот свет. Дай им его увидеть и поверить в то, что они все эти годы ждали не напрасно.

И я его послушал.

А когда перевел взгляд дальше, за стену, за пределы убежища и мысленно охватил весь Таэрин, так же мысленно обратившись ко всем тем Расхэ, что еще остались живы, то увидел, что образовавшаяся между нами сеть начала стремительно расти. По ней словно электрический ток промчался, стремительно зажигая во тьме все новые и новые точки, между которыми так же быстро и неотвратимо начали оживать кровные узы.

Один, два… девять… тридцать два… сорок восемь…

Я ошеломленно моргнул, когда к только что возрожденной родовой «сети» один за другим подключилось еще восемьдесят семь человек. Все те Расхэ, что сумели выжить. Все, кто когда-то считал себя таковым и по-прежнему оставался верным своему тану. Все, кто сохранил память о былом величии рода. Те, кто услышал мой зов и откликнулся. Те, кто захотел меня услышать. И те, для кого род был не просто словом, но целой жизнью, которую они неистово жаждали вернуть.

Признаться, с непривычки от такого количества обрушившихся на мою голову откровений у меня аж в ушах зазвенело, а к горлу подкатил комок. Но, к счастью, у меня хватило соображения… вернее, кто-то из родственников вовремя подсказал… не стремиться охватить необъятное и не касаться слишком уж глубоко эмоций и мыслей тех Расхэ, которых я так неосторожно потревожил.

Нокса и его людей я во всех смыслах признал и принял. Точно так же, как они признали и приняли меня. А вот с их коллегами это было скорее знакомство. Почти такое же, как во время обряда, только уже в реальном мире. Достаточно поверхностное. Можно сказать, предварительное. Однако и этого хватило, чтобы я, пусть и отдаленно, ощутил, какая гамма эмоций переполняла сейчас этих людей.

Недоверие… сомнение… удивление… сдержанная радость от того, что я их все-таки нашел…

Если бы эта эмоциональная волна, пришедшая от девяти десятков человек, рухнула на мою голову разом, то я бы в себя потом долго не пришел. Но, к счастью, подсказка пришла очень вовремя, поэтому от чужих эмоций я все-таки отстранился. И свои заодно придержал. Затем дождался, пока проступившая перед моим внутренним взором сеть окончательно сформируется и окрепнет. После чего тихо выдохнул, с некоторым усилием отнял руку от головы склонившегося передо мной Нокса и только тогда почувствовал, насколько же сильно устал.

Уф.

Оказывается, быть сильнейшим в роду – задача не из легких. А держать магическую связь между таким количеством людей, да еще и являться для них единственным связующим звеном – тот еще демонов квест. Всего-то несколько мэнов прошло, а я уже чувствовал себя так, словно бегом поднялся на вершину небоскреба: башка гудит, руки дрожат, в глазах все плывет, в носу свербит и, кажется, оттуда вот-вот польется кровь…

«Произвожу корректировку физического состояния и состояния дара», – очень вовремя спасла меня от неприятных последствий Эмма.

После этого в голове быстро прояснилось, неприятные ощущения в носу тоже прошли, и я с облегчением понял, что больше не собираюсь падать в обморок.

– Как ты? – спросил Нокс, поднявшись с пола и с беспокойством взглянув на мое… наверное, все-таки бледноватое лицо. – Стоять можешь?

Я негромко фыркнул.

– Не только стоять – я еще и сплясать могу. Но во избежание недопонимания все-таки предпочту этого не делать.

На губах Первого появилась понимающая усмешка.

– Ты, как всегда, в своем репертуаре… но я благодарен за то, что ты сделал. Это было мощно, Двой… то есть тану Расхэ, – на мгновение запнувшись, тут же исправился он. – Не ожидал, что ты сумеешь вот так сразу всех нас собрать воедино.

– Да какой я тебе тану? – едва заметно поморщился я. – Титулов мне, хвала тэрнэ, пока никто не вручал и в ближайшее время, надеюсь, вручать не будет.

– По силе ты – тану, – спокойно возразил он. – И это неоспоримо. Все Расхэ это сегодня увидели и почувствовали. Но в чем-то ты прав – для титулов пока действительно не время. Поэтому для всех тебе пока лучше оставаться Двойником. А мы позаботимся, чтобы твое настоящее имя нигде раньше времени не мелькнуло.

Он на мгновение обернулся и строго оглядел свой личный отряд, тоже успевший за это время подняться на ноги и выстроиться в одну линию.

– Воррт, задача ясна?

– Так точно! – отчеканили «Мертвые головы». При этом глаза у них горели какими-то диковатыми огнями, на суровых лицах застыло престранное выражение, а уж о том, что творилось у них на душе, можно было только догадываться.

Слишком уж быстро все случилось. Слишком резко.

И им, и мне к этому следовало привыкнуть. А мне так особенно. Я вообще резких перемен в жизни не любил, а сегодня их случилось так много, что я банально не успел к ним адаптироваться, поэтому пребывал в некоторых сомнениях относительно того, что сделал, и того, что предстояло сделать в самое ближайшее время.

К тому же, пока я размышлял, на руке Нокса внезапно ожил теневой браслет, разродившись целой кучей тревожных сообщений.

– Народ всполошился, – усмехнулся Первый, когда мельком глянул на экран. – Все в шоке. И хотят от меня подтверждения, что в роду Расхэ появился наследник.

Я рассеянно кивнул.

– Успокой людей. Пусть не переживают.

– А ты?

– А мне… – я тяжело вздохнул. – Нужно подумать. И будет лучше, если на это время никто не будет беспокоить меня по пустякам.

* * *

Уже намного позже, вернувшись домой и забравшись в постель, я рассеянно почесал притулившегося у меня на груди йорка и, прокрутив в голове события этого дня, пришел к нескольким важным выводам, которые в определенной степени помогли смириться с неизбежным и принять случившееся как данность.

Первое. По поводу собственно обряда и так все было ясно. Он, хоть я об этом не просил и вообще не строил серьезных планов в отношении рода, во всех смыслах состоялся. Я совершенно официально стал частью рода Расхэ. И это факт, от которого нельзя было откреститься.

Второе. Как оказалось, все Расхэ… и живые, и мертвые… присутствовали на обряде. И все они так или иначе приняли меня уже тогда. В том числе и поэтому, когда я пришел в убежище, «Мертвые головы» так легко это подтвердили и так быстро, а главное, не только безоговорочно признали за мной право быть с ними в одном роду, но и выразили готовность повиноваться.

Я, правда, не планировал, что это случится именно так. Мне казалось, что для этого еще не время. Однако я в любом случае собирался взять их под свою руку. Искал способы привлечь на свою сторону. И раз это произошло сегодня, что ж, значит, придется и мне раньше времени брать на себя ответственность за этих людей.

Да, пока только за них. И то лишь потому, что я и так собирался это сделать.

Тем не менее и на меня, и на них мое появление в роду, а также мое происхождение накладывали целый ряд обязательств. Были бы эти парни простыми наемниками, они бы всего лишь увидели во мне надежного и, смею надеяться, толкового командира. Однако по факту я стал для них не просто командиром, а лидером, тану. И это автоматически означало, что рано или поздно… если, конечно, я соглашусь пойти этим путем… от меня так или иначе будут ждать каких-то действий. Решений. Со мной будут связаны чужие чаяния и надежды. Ну и, разумеется, когда-нибудь передо мной замаячит кресло главы рода, а с ним и еще большая ответственность, к которой я пока был не готов.

Как ни крути, а быть сильнейшим в роду вовсе не означает быть самым умным, опытным, умелым или вот так с ходу получить право называться хорошим лидером. Тан – это ведь не просто сильный маг, а еще и толковый организатор, искусный манипулятор, не менее искусный оратор, политик и дайн знает кто еще. Чтобы стать полноценным таном, надо до фига всего знать, уметь, хорошо разбираться в целой куче всевозможных вещей, начиная от финансов и заканчивая техническими вопросами. А ведь был и человеческий фактор. Конфликты, которые следовало решать. Другие рода. Интриги. Неминуемое общение с себе подобными, где слабого и неопытного новичка сожрут и не поморщатся…