Полная версия
Она вошла в клетку и захлопнула дверь. Дверь была изрезана, как связанные ножницы, как нити на старом фартуке, если вычистить ее слишком сильно щелоком. Связанный сам с собой, но просторный. Она взяла медную ручку и повернула ее на пол –оборота, и пол начал подниматься, а внутри оказались Элли, Тото и сверчок. Она почти взвизгнула, но знала, что малейший звук может разбудить лифтера, и, вероятно, она рисковала попасть в тюрьму за то, что одна решила покататься на лифте.
Перфорированная комната проплыла мимо пятого этажа до девятого, ведущего на крышу. Она вспомнила. На цыпочках она выбралась из кабины лифта и протолкнулась через дверь в лучезарный рассвет над океаном.
За те несколько мгновений, когда она поднималась в лифте, небо стало намного ярче. Эффект был не таким дымным, более перламутровым. В этот час здания казались менее освещенными. Они выглядели как каменные образования, оставленные после какого –то невообразимого геологического события.
Она могла различить морской язык за зданиями на западе. Но издалека не слышно ни звука. Никакого видимого движения. Только граничащее пространство, тускнеющее и уходящее в небо. Нет линии горизонта: просто бесконечность. Море и небо неразделимы.
Тотошка начал хныкать и прыгать, словно хотел спрыгнуть с девятого этажа.
–Это не страшно, все хорошо, – сказала она, хотя и не знала, пыталась ли она убедить себя или собаку.
–Это просто океан и другой мир на другой стороне. Вы все об этом знаете. Ты самый странствующий дворняга в истории, Тото. Прекрати суетиться! О чем ты суетишься? – Собака, казалось, сошла с ума, бегала вокруг нее по кругу и тявкала в каком –то отчаянии.
Элли поставила клетку для крикета на каменный барьер, который не позволял людям упасть с плоской крыши.
–Можешь выйти, – сказала она сверчку, – Я сама делаю свою удачу, ты – свою. Никто не должен жить в клетке. Никогда не сдавайся.
Сверчок вынырнул и потерся о несколько колючих частей себя. Прыгнул ли он или ветер унес его, Элли не могла сказать. Гость из крикета был здесь в одно мгновение и ушел в следующее.
–Безопасная посадка, – легонько крикнула она после этого, – О, ладно, Тото, прекрати эту адскую возню. Ветер тебя не унесет. Одного раза в жизни было достаточно. Она подняла собаку и вернулась в здание. Лифт стоял там, где она его оставила, дрожа на такой высоте. Она заметила что –то в океане, его небольшой край. Земной шар был круглым. Ей показалось что вдали за гаризонтом океана она видит другую землю. По крайней мере она должна была там быть.
Она начала спуск. Она миновала восьмой и седьмой этажи. Около четверти шестого утра 18 апреля 1906 года здания Сан –Франциско начали трястись.
I
Лед
1
Одно из самых ранних ее воспоминаний. Может быть, ее первая, трудно было сказать, время тогда было нереальным. Плыла по траве, доходившей до ее подмышек. Или это могло быть новое зерно, еще не огрубевшее к лету. Возможно, поздней весной. Ее подбородок коснулся кончиков зеленой кисти.
Погрузился в мир, не чувствуя ничего, кроме его магии. Невозможно принять участие.
Поле было широким, как небо, а она была так низко, что не могла ничего видеть за горизонтом. На небольшой поляне, где (позже она поняла) фермерская тележка или плуг могли развернуться, она наткнулась на шкуру мыши в стриженной и заросшей маргаритками траве.
Шкура мыши была все еще мягкой и почти теплой. Мягкий, а не кожистый. Как будто какая –то змея или сова поймали существо и съели его через шов, кровь, кости, маленькую печень и все остальное, но отбросили, почти целиком, пушистую шелуху.
Она подняла его и надела на свой указательный палец, став Мышью. Быстрое превращение в мышь. Это заставило ее почувствовать себя чужой и настоящей. Потом это чувство охватило ее, и она с криком стряхнула с себя мышонка.
Он исчез в зерне. Сразу же она возненавидела себя за трусость и потерю волшебного предмета и охотилась за этим, пока воспоминание не превратилось в глупость и сожаление.
Она сохранила память и страдала от тоски, но никогда больше не была такой настоящей Мышью, ни за всю свою жизнь.
2
– Пожалуйста, – сказала мисс Мерт, – Он не примет ответа нет. Прошло полтора часа. Она положила ладонь себе на грудь, как будто, подумала Стелла, ей грозит опасность, что ее заметят. Ее пальцы задрожали. Пальцы Мерт были шаткими и зазубренными, как и ее зубы.
– Не нужно бояться мужчин, мисс Мерт.
– Ожидать, что вы будете принимать посетителей, когда вы вне дома, – это навязывание, но сейчас тяжелые времена, леди Стелла. Вы должны поторопиться. И по знакам и косичкам на его парадной форме я могу сказать, что он командир.
– Как командир? Не отвечайте на это. По крайней мере, он носит парадную форму в поле.
Она поработала щеткой, а затем воткнула гребешок из слоновой кости в волосы, прижав его кучку к затылку.
– Ах, волосы. Все это досадно. Когда я была молода и училась в школе, мисс Мерт ...
– Вы все еще молоды, леди Стелла ...
–По сравнению с некоторыми. Не перебивай. Как изменились времена! – Что к женщине моего положения смогут приставать чуть ли не у дверей ее будуара. И даже без рекомендательного письма.
– Я знаю. Чем могу помочь ...?
Стелла взяла маленькое зеркало с довольно красивой ручкой. Она посмотрела на свое лицо, ее глаза, ее губы – о, начало вертикальных складок ниже места соединения подбородка с шеей; в скором времени она будет похожа на гармошку. Но что она могла сделать? В сложившейся ситуации. Может быть, чуть больше пудры над бровями. По крайней мере, она была моложе мисс Мерт, которая хранила дряхлость.
– Вы можете дать мне оценку, мисс Мерт.
– Вполне приемлемо, леди Стелла. Немногие могли бы с такой уверенностью носить ветреную лисицу… в этих обстоятельствах.
– Вы имеете в виду, учитывая, что мы идем в гражданскую войну? Не отвечайте на это. Покажите нежеланному посетителю беседку. Я сейчас спущусь.
–В любую погоду мы гордимся вами, леди Стелла.
Стелла больше ничего не сказала, просто махнула рукой. Мисс Мерт исчезла. Стелла продолжала сидеть за своим туалетным столиком, чтобы выиграть время на раздумья. Стратегия никогда не была ее сильной стороной.
До сих пор время, проведенное за туалетом, не принесло ей почти ничего, кроме маникюра. Что ж, она могла бы полюбоваться своими кутикулами после того, как на нее наденут цепи, если до этого дойдет.
Она прикрепляла серьгу, когда дверь распахнулась, и мисс Мерт вошла в комнату задом наперед.
–Сэр, я протестую, я действительно протестую – мадам, я протестовала – сэр, я настаиваю!
Он так сильно толкнул ее в кресло, что три верхние пуговицы ее респектабельной блузки лопнули и скатились на пол. Было обнажено несколько дюймов личной шеи мисс Мерт. Она схватила подушку, чтобы спрятаться.
– «Бедная я, окруженная заслуженной свитой», – подумала Стелла. Она кивнула Лан Пироту и помахала рукой в сторону табурета с хохолком. Он остался стоять.
– Мне сказали, что вы готовы меня видеть, – сказал генерал Лан Пирот.
– Что ж, я почти была готова увидеть тебя в беседке, где благодаря виноградной лозе свет менее унылый. Закончила надевать вторую сережку.
– По –прежнему, мы должны идти в ногу со временем. Мисс Мерт, если вы закончили причитать? Немного воздуха, окно, здесь так душно ... Простите за атмосферу, сэр. Дамы в своих покоях и все такое.
–Я боялся услышать, что вас заметили уходящей через вход слуг и поставил моих людей на стражу. Я хотел избавить вас от унижения. Я предположил, что вам хватило девяноста минут, чтобы успокоиться, и понял, что был прав. Вы остаетесь очаровательной женщиной, леди Стелла.
–Когда я была тронным министром страны Оз, это было бы весьма дерзкое замечание. Но я уже на пенсии, так что большое спасибо. Каким хулиганским выходкам я обязана удовольствием твоей компании?
–Не прикидывайтесь наивной; это вам больше не подходит. Я здесь, чтобы реквизировать Мокбеггар Холл.
–Но, конечно, ты не будешь делать ничего подобного. У вас нет оснований, и я уверена, что у вас нет полномочий.
–Я уверен, что вы в курсе, что ваше имя стало известно в разговорах в Изумрудном городе. За ваш отказ от отъезда из поместья. Некоторые называют это крамольным.
Она изучила его, прежде чем он заговорил. Прошло несколько лет с тех пор, как их пути пересеклись, и когда –то она была его начальницей. Хорошо ли она к нему относилась? Но какое это имело значение? Вот он. С хорошей шевелюрой; она восхищалась этим в любом мужчине старше пятидесяти. Хотя блеск на его волосах исчез, а цвет стал похожим на цвет грязных монет. Он побрился. Пропущенная щетина под ухом выдавала серый цвет. Бритый – для нее? Должна ли она чувствовать себя польщенной? Любопытно: его глаза были насторожены не больше, чем когда –то.
Вот как он продвинулся вперед, подумала она – О, боже, момент ясности, как необычно и пронзительно, но сосредоточься, что это была за мысль еще раз?
Лан Пирот всегда казался ... доступным. Кровопийца. Обыкновенно веселый. Эти едкие, едкие улыбки, обезоруживающие собеседника. Легкое пожимание плечами и непроизвольная поза.
–Осторожно, Эстелла, – сказала она себе, не осознавая, что обращается к себе детским именем.
–Подстрекательство? – отважилась она, – Странно, но ты шутишь.
Он говорил ровным тоном, словно инструктируя тупого солдата.
–Леди Стелла. Оз организовал вторжение в Манчкинию. Мы на войне. При таких обстоятельствах магистраты Изумрудного города сочли ваш отказ покинуть Мокбеггар Холл в Манчкинии предательским. Мне вряд ли нужно объяснять; советник императора отправил вам петиции дипломатической почтой, на которые вы отказались отвечать.
–Я не люблю переписку. Я никогда не могла выбрать подходящие канцелярские товары, радугу или бабочек.
–Вы лишаете возможности кого –либо отстаивать дело в вашу пользу. Даже ваши сторонники в Императорском Совете сбиты с толку вашим упрямством. Какое ваше объяснение? Лорд Чаффри, упокой его душу, был из столицы, а вы – из Страны Гилликин. Здесь вы не можете претендовать на семейные корни. Следовательно, ваша настойчивость в том, чтобы жить в государстве, с которым мы находимся в состоянии войны, равносильна предательству империи.
–Это то, что в наши дни определяет человека как предателя? Это арест?
–Сейчас нет никакой разницы. Мой печальный долг сообщить вам, что вы арестованы. Тем не менее, – она видела, что он пытается помочь ей, – Вы можете сделать примечание в протоколе, поскольку у нас есть свидетель в лице вашей фрейлины. Как вы себя назовете? Бунтарь? Или лоялист?
– Я называю себя хорошо воспитанной, что означает не говорить о политике в обществе.
Он слегка кивнул, хотя она не могла догадаться, было ли это признанием протокола или доказательством того, что он считал ее на грани безумия.
– Тем не менее, – он продолжал упрямо, – Вы понимаете, о чем думают судьи ИГ. Вы должны. Мокбеггар Холл находится в Стране Жевунов. И вас не видели в городе уже пять лет. Вы не устраивали званых вечеров в своем доме на Меннипин –сквер слишком много времени, чтобы сосчитать.
– Когда человек становится знаменитым, ему становится все труднее ходить по лавкам без того, чтобы к нему не приставали доброжелатели и толпа. И действительно: куда бы я пошла? Изумрудный город? Пожалуйста. Я не могла ступить и шагу за порог парадной двери на Меннипин –сквер без того, чтобы люди не стекались ко мне. Это утомительно – так... сиять. У меня болит лицо.
Он выглядел так, словно считал ее совершенно неспособной лгуньей.
Она упорно продолжала.
–Я предпочитаю спокойную жизнь сейчас. Я ухаживаю за своим садом… Подрезаю плетистые розы, и ухаживаю за фиалками. Это звучало слабо, – Я люблю расставлять цветы. Оба взгляда переместились на кувшин для молока, стоявший на столе между ними, где горсть тюльпанов с листьями, бумажных и полупрозрачных от возраста, упало несколько коричневых лепестков. Грустно, правда. Она уловила осуждение в его глазах. Она попробовала еще раз.
–По правде говоря, я сочиняла свои мемуары, и местность располагает к размышлениям, понимаете.
–Но почему вы поселились в загородном доме за границей, а не в Стране Оз, откуда родом Ардуэннас в Нагорье?
–Дорогой Лан Пирот. Семья лорда Чаффри владела этим домом задолго до отделения Манчкинии – вот уже тридцать лет? А когда я стала тронным министром и до этого места можно было добраться через ведущую на запад дорогу из желтого кирпича, почему бы мне не жить здесь? Я могла легко и безопасно добраться туда и обратно в столицу.
–Вы могли переехать. В нескольких днях езды от дворца есть и другие замечательные дома.
–Но этот дом. Это настоящее сокровище. Возрожденный палатин, разве вы не знаете. Без каких –либо хлипких так называемых улучшений, закрепленных дешевой лентой и гилликинскими булавками ... нет, это просто лучшее в своем роде. Вы, должно быть, обратили внимание на дважды вытравленные шпильки, инкрустированные точеным ониксом, по обе стороны от южного крыльца? В рядах по трое? Подлинное качество королевства Гномов, как я вам говорю, подтверждено подлинное гномье качество.
– Верный нации, патриот мог бы переехать в свой дом…
Его тон был зловещим, как будто он забыл обратить внимание на южное крыльцо. Тупица.
–Этот дом не двигается. Большинство – нет. Или вы имеете в виду Элли? – холодно сказала она. – Как мы помним, она довольно умело перемещалась в своем доме. Мерси, не могла бы она переехать в другой дом.
–Всегда умны. Но, леди Стелла, если вы не будете идти в ногу со временем, вы окажетесь не в том ряду.
–Я не проводила ни эту, ни какую –либо другую линию. И если под неправильным видом вы имеете в виду ушедших сестер Тропп, Гингему и Бастинду, что ж, это утомительное занятие. Они уже мертвы и ушли, пятнадцать, шестнадцать лет назад.
–У меня мало на это времени; Я услышал, что мне нужно. Вы не заявили о себе однозначно патриотом. Теперь это публично записано. Но предупреждаю, леди Стелла. Есть границы, которые нельзя пересекать.
–Если Бастинда соблюдала какую – либо границу, она изо всех сил старалась нарушить ее. Или мы косвенно говорим о социальном классе? Выпей бренди, уже почти полдень. Мисс Мерт, вы достаточно спокойны, чтобы налить нам что – нибудь?
Лан Пирот сказал:
–Я должен отказаться. Нужно многое устроить. Вам было вручено уведомление о изьятии дома. Я принимаю Макбеггар Холл в качестве своей штаб – квартиры.
Стелла подалась вперед и вцепилась в подлокотники кресла, хотя ее голос оставался небрежным.
– Я бы сделала то же самое на твоем месте, я полагаю. Не часто мальчику с вашим скромным происхождением удается поселиться в такой шкатулке для драгоценностей, как эта. Но будешь ли ты милым и не будешь ли держать в чистоте свои чертовы ботинки, когда дело дойдет до диванов?
Его ботинки, конечно, блестели, как лед.
– И где, по –твоему, я буду жить? – она продолжила более жестким голосом:
– Вы собираетесь погрузить меня и моих сотрудников в какую – нибудь темницу?
– Вы можете оставаться в своих личных апартаментах, и вас никто не побеспокоит. Боюсь, нам придется уволить ваших сотрудников. Она засмеялась.
–Я не обхожусь без персонала. Сэр.
Ее отказ использовать его воинское звание было задумано как оскорбление, и она наблюдала, как он к этому отнесется.
– Значит, нужен персонал. Два три.
– Дюжина. И уходящему персоналу потребуется гарантия безопасного прохода через армии, которые, кажется, – она указала на окно, – сеют хаос в провинциях.
– Пожалуйста, представьте список тех, кто останется, чтобы мы проверили их.
Он скрестил длинные ноги, словно разбивая бивак на какой –то лесной поляне. Наглость.
–Я имею в виду сейчас, – добавил он.
–О, боже мой, военная жизнь такая резкая. Я совсем забыла. Вы забыли, коммандор Лан Пирот, что на моем посту ...
– Генерал Лан Пирот, а не командующий.
–О, прошу прощения. Мог ли он сказать, что она его разыгрывает?
– Тем не менее, хотя я хотела бы иметь частную армию, чтобы выгнать вас, я сделаю так, как вы просите, в обмен на ваше обещание не приставать к тем сотрудникам, которые должны быть уволены. Я потребую, давайте посмотрим. Шеф –повар, сомелье, дворецкий. Это три. Конюх и кучер. Это пять. И придворная дама в качестве компаньонки дома... – Она указала на женщину рядом, –Не вы, мисс Мерт, вы слишком суровы.
Мисс Мерт взвыла и запричитала.
–Я просто шучу, мисс Мерт! Хотя я стану серьезной, если ты снова будешь кричать.
–Это шесть, – сказал Лан Пирот, – Более, чем достаточно. Хотя на самом деле конюх и кучер вам не понадобятся.
– Ты же не собираешься держать меня взаперти? Чтобы помешать мне совершать обход среди бедняков прихода?
Он фыркнул.
– Вы занимаетесь благотворительностью?
–Не удивляйтесь. Это очень весело.
–Если вы хотите проявлять щедрость, вы можете рассчитывать на то, что я предоставлю вам кучера и сопровождающего. Мы вычтем два из вашего списка шести. Ни конюха, ни кучера. Остается четверо. Звучит вполне достаточно.
– О, и да, мне понадобится девушка, которая поможет мне искупаться.
–Ты разучилась купаться?
–Порошки, дорогой сэр. Мази. Нежное притирание. Тебе нужно изучить меня более внимательно, или ты думаешь, что такая красота, на которую я претендую, полностью естественна?
Он слегка покраснел. Она посмотрела на него и продолжила.
–Разве что вы захотите отправить на работу молодого солдата? В интересах военной экономики? Очень хорошо, если придется. При условии, что я проведу собеседование с номинантами и сделаю выбор сама. Я горжусь тем, что могу рассказать здоровую...
– Тогда пять слуг. Сообщите мне их имена и их происхождение. Боюсь, вам не позволят содержать жевунов.
– Что ж, я согласна по этому поводу, потому что я всегда считала олдстокских манчкинов слишком миниатюрными, чтобы дотянуться до буфета. В любом случае разумно держать херес на верхней полке, понимаешь? Он пощелкал пальцами одной руки.
– Компаньонка, дворецкий, шеф –повар, сомелье, личная горничная. Вы можете потратить вторую половину дня на то, чтобы выписать их рекомендации. Но, я думаю, мы откажемся от сомелье. Я немного разбираюсь в вине. Я с удовольствием сам дам рекомендации.
–Я не предоставляю подтверждающих документов, генерал Лан Пирот. Я леди Стелла. Она встала так внезапно, что у нее закружилась голова, – Ваши лошади едят мои розы. Мисс Мерт, не могли бы вы проводить генерала?
Когда он ушел, она осталась у окна. Тихое озеро, самое большое из озер страны Оз, ярко белело в лучах высокого солнца. Несколько аистов бродили в камышах ближайшей бухты. Она могла мельком увидеть на воде небольшие признаки рыболовецкого флота. Рыбаки где –то плотно спрятали свои суда и надеялись переждать вторжение, не умирая с голоду.
В стране Оз не было безопасного места для Стеллы. Она знала это. Правительственные чиновники в Изумрудном городе – люди Императора – только и ждали, когда она появится. Она была слишком популярной фигурой, чтобы ей было позволено свободно разгуливать в ИГ. Ее давнее спонсорство монастыря монтий, которого недавно обвинили в печати крамольных листовок, было достаточной причиной, чтобы запереть ее. Рискованное дело– предлагать покровительство. Нет, ее хлеб был намазан хорошим маслом и твердым с неправильной стороны. Лучше потерпеть здесь и справляться со своими личными обязанностями как можно лучше, как можно дольше.
3
К полудню следующего дня солдатские лошади выпили воду из фонтана досуха. Передний двор измельченного морскими камешками пропах конским навозом.
–Передайте генералу сообщение, – сказала Стелла, – и сообщите ему, что в сорока футах за лужайками есть целое озеро. Поскольку это вторжение связано исключительно с присвоением воды, возможно, он проявит такую любезность, что приведет свою кавалерию к самой кромке воды?
–Я не думаю, леди Стелла, что он станет меня слушать, – сказала мисс Мерт с горечью, – Я бы не стала привлекать его внимание.
– Попытайся. Мы все находимся под давлением, мисс Мерт. Мы должны сделать все, что в наших силах. И мы можем быть заключены на некоторое время, так что, полагаю, мне следует созвать совещание среди прислуги. Предложите общее отношение к этому вторжению и так далее. Как ты думаешь?
–Я никогда не была хороша в текущих делах. Я предпочитаю искусство рукоделия и переписки.
–Переписка? Кому бы вы написали? Хорошо. Бумаги. Итак, вы взяли бумаги. Вы ведь никогда не читали газет?
–Я нашла новости несколько необоснованными. Мисс Мерт распушила перья на дневной шляпе леди Стеллы; они оставались поникшими. Но леди Стелла никуда не делась. Я теперь понимаю, что это был не разумный выбор, – сказала мисс Мерт, – Я могла бы следить за политикой, но я предпочитаю светские колонки. Когда ты была в них.
– Конечно, я все еще в них.
Мисс Мерт вздохнула.
– Это позор из –за лошадиного помета. Мисс Мерт. Ты меня слушаешь?
Мисс Мерт расправила плечи, показывая, что она действительно слушает, черт возьми.
– Вам следует следить за событиями, мисс Мерт. Ты помнишь ту стычку жевунов в стране Оз в прошлом году? О, не смотри на меня так, это было к западу отсюда, рядом с той полосой земли, которая разделяет два озера Мертвое и Тихое. Ты помнишь. Рядом с монастырем Святой Стеллы, куда я иногда люблю ходить и размышлять о своей душе, своих долгах, своей диете и так далее? Да?
– Да. С этими замкнутыми дамами, которые думают, что они такие святые.
–Мисс Мерт. Постарайтесь сосредоточиться. По доброте сердца делюсь тем, что у меня на сердце.
–Стычка. Да. Все были так раздосадованы, – вспоминала мисс Мерт.
–Это полностью перевернуло все верх дном. Проклятое отношение к помощи, – Стелла говорила об этом, чтобы воспомнить с чего все началось переворошить свою память, –Когда к концу зимы наши арендаторы Манчкинии и соседи отступили под превосходящим огнем империи, они поспешили обратно на запад. Я слышала, они бродили, ремонтируя какую –то старинную крепость на самом западном берегу озера. Где впадает река Манч. Поэтому я считаю, что генерал Лан Пирот останавливается здесь, чтобы дождаться подкрепления, прежде чем двигаться дальше на запад. Если он захватит форт в верховьях озера, у него будет доступ к реке, которая представляет собой фактически большую водную дорогу прямо в житницу страны Оз, прямо в Брайт –Леттинс и к резиденции правительства страны Манчкинов на территории Колвена.
–Там, где когда –то жила семья Тропп. Мисс Мерт фыркнула.
– Действительно. Ну, не Бастинда и не ее брат Панцы. Ой, простите: Император. Но их прадед, выдающийся Тропп, правил из этого дома. Провинциальная дыра по сравнению со сдержанным шармом Мокбеггара! Но все это неважно. Именно благодаря своим родословным Панцы Тропп претендует на Колвен –Граундс и, как следствие, на право управлять всей Манчкинией. Итак, он начинает с Тихого озера, который до отделения Манчкинии двадцать лет назад или чего –то в этом роде всегда обеспечивал водой Изумрудный город .
– Если мы закончили обзор текущих событий, – сказала мисс Мерт, – генерал ждет список сотрудников. Он угрожает посадить всех нас в тюрьму, если не получит его к чаю.
– Очень хорошо. Найдите перо и запишите этот список. Вы можете напомнить мне имена, если хотите. Ставьте себя на первое место, мисс Мерт. У вас есть имя?
–Да, вообще –то.
–Как непривычно. Далее, Шеф повар. Как его зовут?
– Иг Бернаэраэнезис.
– Напиши Шеф –повара. Напиши дворецкого Паггла.
– Его настоящее имя По Андерстер.
– О, это так утомительно! Должна ли я запоминать эти имена? И это все? Мы кого –нибудь упускаем? Я думаю, что это
все.
– Вы просили горничную
–Верно, я так и сделаю. Кого мне теперь выбрать? Вот Мирртл. Она немного косоглазая, но имеет твердую руку и хорошо управляется с граблями. Есть еще девочка бегает с веником. И другая как же ее зовут. А вспомнила Силли Флокси. Нет, она украдет мой одеколон. Не Флоксиаза. Что вы думаете? Мирртл, не так ли?
–Мне нравится Мирртл, – сказала мисс Мерт, – Можно положиться на Мирртл, чтобы говорить с начальством вежливо.
–Тогда я выберу девочку. Запишите девочку –горничную. Как ее зовут?
– Я спрошу ее, – сказала мисс Мерт, – Никто никогда им не пользуется, так что я сомневаюсь, что она вспомнит свое имя, но, может быть, она удивит нас всех. Могу я передать это сейчас? Я не хочу показаться трусливой, но генерал, похоже, настаивает.
–Полагаю, я должна его подписать.
–Я подписала это для вас.
–Ты – мое благословение, – Стелла посмотрела на нее, – Ты всегда будешь моей опорой. Иди ты свободна.
