Сквозь шторм к тебе

Оставив посуду в посудомойке, я почти сбежала наверх. Первым делом я отправилась в душ, стараясь смыть с себя остатки дневного напряжения. Но стоило мне вернуться в спальню, как взгляд уперся в письменный стол. Экран ноутбука все еще светился в полумраке комнаты, и на меня снова смотрели те самые глаза, принадлежащие человеку, который за один день умудрился выбить меня из колеи. С резким щелчком я захлопнула крышку, легла в кровать, и провалилась в тяжелый сон.

Глава 2

Утро началось с физкультуры. Волейбол. По иронии судьбы, которая явно решила надо мной поиздеваться, в нашу с Беном команду попала Керри Паркер. Кристофер же оказался по ту сторону сетки.

Керри заняла позицию у самой разделительной линии, Крис — прямо напротив нее. В его взгляде читалась опасная готовность. Я сжимала мяч в ладонях, готовясь к подаче, когда до меня долетел резкий, сочащийся ядом голос Керри:

— Эта криворукая точно промажет. Смотри внимательнее, Браун.

Она негромко рассмеялась, и Кристофер медленно перевел взгляд на меня. В его темных глазах вспыхнул опасный, провокационный интерес. Ярость, копившаяся во мне со вчерашнего дня, мгновенно нашла выход. Я подбросила мяч и ударила по нему с такой силой, на какую только была способна. Траектория была безупречной. Мяч пролетел низко и, не долетев до сетки, с сочным хлопком угодил Керри прямо в затылок.

Спортивный зал на секунду замер в абсолютной тишине, а затем взорвался оглушительным хохотом. Керри резко обернулась. Ее лицо полыхало от унижения и гнева.

— Ты совсем рехнулась?! — завизжала она, лихорадочно потирая ушибленное место. — Ты что творишь, Мия?

— Прости, случайно вышло. — Я равнодушно пожала плечами, глядя ей прямо в глаза.

Керри метнула в меня испепеляющий взгляд, но я уже смотрела на Кристофера. Он улыбался. И это была не просто дежурная улыбка, а искреннее одобрение сильного противника, заметившего когти у своей жертвы.

— Мия, сосредоточься! Давай еще раз! И чтоб без глупостей, иначе будешь наказана! — послышался громкий голос тренера.

Я подала снова, но Крис тут же отразил мою подачу и мяч рухнул на нашу половину поля. В его команде были лучшие игроки — они играли жестко, технично и с какой-то пугающей легкостью. Эту партию мы позорно провалили.

На большой перемене я задержалась у своего шкафчика. Замок, словно сговорившись с Керри, предательски заклинил. Я безуспешно дергала металлическую дверцу, чувствуя, как внутри закипает раздражение, пока не ощутила спиной чужое присутствие. Резко обернувшись, я едва не врезалась в грудь Кристофера. Он стоял слишком близко, бесцеремонно нарушая все мыслимые границы моего личного пространства.

— Отойди, я помогу. — Его голос прозвучал низко, почти у самого моего уха, заставив меня вздрогнуть.

Я нехотя отступила в сторону. Крис коротким, точным ударом ладони приложился к дверце, затем резко потянул ее на себя. Металл жалобно лязгнул, и шкафчик открылся.

— Спасибо. — Я быстро затолкнула ноутбук внутрь, стараясь не касаться его рук.

— А ты не такая размазня, какой кажешься на первый взгляд, — бросил он, когда я уже собиралась уйти.

— Рада, что не оправдала твоих ожиданий. — Я попыталась обойти его, но он перегородил мне путь рукой, упершись ладонью в соседний шкафчик.

— С характером? Мне это нравится. Так даже интереснее. — Он медленно окинул меня изучающим взглядом, в котором не было ни капли стеснения.

— Ты сейчас оттачиваешь на мне свои сомнительные навыки флирта? — Я упрямо вскинула подбородок, глядя на него снизу-вверх. — Не трать время, Браун. Ты совершенно не в моем вкусе. А теперь отойди.

Я попыталась оттолкнуть его руку, но Крис лишь плотнее прижал меня спиной к металлическому шкафчику.

— Ты уверена, что я не в твоем вкусе? — спросил он, склоняя голову так близко, что наши дыхания смешались.

Я почувствовала, как к щекам приливает жар, а сердце предательски ускоряет свой бег. Его физическое превосходство пугало и одновременно злило.

— Совершенно. — Я сделала все, чтобы мой голос прозвучал твердо и не дрогнул.

«Что со мной происходит? Почему его близость так сильно выбивает меня из колеи?»

— Уверен, очень скоро ты изменишь свое мнение, — негромко произнес он, всматриваясь в мои глаза так пристально, словно читал мысли.

— Даже не надейся! — процедила я, и, ловко проскользнув под его локтем, быстрым шагом направилась в сторону столовой.

Я слышала его уверенные, тяжелые шаги где-то позади. Крис не собирался так просто сдаваться. Он перехватил меня за запястье у самого входа в зал, мягко, но настойчиво разворачивая к себе.

— Пойдешь со мной в кино? — спросил он. Дистанция между нами оставалась минимальной, и от этого его напор казался еще более ощутимым.

— Браун, если ты не понимаешь тонких намеков, скажу напрямую: отвали!

Я резко выдернула руку и вошла внутрь. Но стоило мне переступить порог, как шум зала перекрыл торжествующий, визгливый крик Керри:

— О, мисс «кривые руки» соизволила явиться!

Она сидела в окружении своих подруг-чирлидерш, словно королева на троне из дешевого пластика.

— Керри, ты из принципа игнорируешь здравый смысл или у тебя к нему личная неприязнь?

— Что ты имеешь ввиду? — Керри недовольно поднялась с места, скрестив руки на груди.

— Ты пробовала сначала думать, а уже потом открывать рот? Очень рекомендую. Совет бесплатный, но очень полезный. — Мой голос прозвучал на удивление звонко, и столовая отозвалась одобрительным гулом.

— Ха-ха, как смешно, не могу остановиться, — язвительно парировала она, хотя ее щеки заметно порозовели.

— Ты, главное, в развитии не останавливайся, это важнее, — я не дала ей вставить ни слова, чувствуя, как волна смеха прокатывается по залу.

— Шути сколько хочешь, обидеть меня все равно не получится, — бросила Керри с наигранной насмешкой, вскидывая подбородок. — Твое мнение ничего для меня не значит. Мне просто плевать на тебя!

— Керри, боюсь, что природа уже сделала это за меня, — парировала я напоследок, не оборачиваясь.

— Гадина! — злобно прошипела Керри и демонстративно отвернулась к своим подругам.

— Я бы за тебя вступился, но ты не оставила мне ни малейшего шанса, — внезапно раздался тихий, бархатистый шепот у самого уха.

Его дыхание скользнуло по шее, вызвав непрошенные мурашки. Керри, заметив его маневр, недовольно скривилась.

— Спасибо, я не нуждаюсь в защитниках. — Я прошла мимо него и села за стол к Саманте и Бену.

— Крис, иди к нам! — громко крикнула ему Керри, пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

Он коротко кивнул ей, но, к моему искреннему изумлению, направился прямо к нашему столу.

— Не занято? — спросил он, уже выдвигая стул рядом с Самантой.

— Занято! — резко бросил Бен. Его лицо заметно напряглось, а пальцы крепче сжали стакан с газировкой.

— Не слушай его. Садись, — Саманта смерила Кристофера оценивающим взглядом.

Я тут же незаметно пихнула ее ногой под столом, призывая к благоразумию. Крис опустился на стул. Атмосфера за столом мгновенно потяжелела.

— Твоя подруга всегда такая «приветливая»? — спросил он у Саманты, но его пристальный, изучающий взгляд был направлен исключительно на меня.

— А тебе правда это интересно или просто больше нечем заняться? — буркнула я.

Сэм под столом чувствительно пихнула меня в ответ, требуя вежливости.

— Мне интересно. — Крис слегка наклонил голову, продолжая буравить меня взглядом. — Ты со всеми такая колючая?

— Только с теми, кто мне не нравится, — ехидно ответила я, глядя ему прямо в глаза.

— Что тебе от нее нужно? — вмешался Бен, переводя хмурый взгляд с Криса на меня.

— А ты ее парень? — спросил Крис с легкой усмешкой.

— У нее нет парня, — тут же вставила Сэм, проигнорировав мой убийственный взгляд. — Мия совершенно свободна.

— Это меня радует, — отозвался Крис, и в его глазах снова вспыхнул тот самый опасный азарт.

— Браун, я же сказала: не трать время. Найди себе кого-нибудь более… приветливого. Керри, например, — с холодным сарказмом ответила я.

— Люблю сложные случаи. — Его губы тронула самоуверенная улыбка.

— Крис, на следующей неделе у Спенсеров вечеринка. Мы собираемся всей компанией. Пойдешь? — Саманта лучезарно улыбнулась, полностью игнорируя мое безмолвное бешенство.

— Вечеринки — это моя стихия, — отозвался он. — С удовольствием.

— Отлично, будет кому Мию развлечь, — усмехнулась подруга.

— Нам пора. Литература начнется через минуту. — Бен резко поднялся, его стул жалобно скрипнул по кафелю. Мы поднялись следом и поспешили разойтись по своим аудиториям.

— Продолжаем предыдущую тему. Какие выводы и нравственные уроки мы можем извлечь из романа «Убить пересмешника»? — голос мистера Циммермана разрезал тишину класса, в которой замерли пыльные солнечные лучи. — Мия, Кристофер, прошу. Я хочу услышать вашу дуэль.

«Сейчас начнется шоу. Готова поспорить, он эту книгу в руках не держал», — ядовитая мысль промелькнула в голове прежде, чем я успела ее подавить.

Мы вышли вперед. Пространство между нами словно натянулось до предела, а воздух вдруг загустел, мешая дышать. Крис прислонился к краю учительского стола с той небрежной грацией, которая выводила меня из себя. Он выглядел слишком уверенным. Слишком спокойным.

— В романе отражены те же опухоли общества, которые мы безуспешно пытаемся лечить по сей день, — начал он. Его голос, глубокий и неожиданно бархатистый, заполнил класс. — Предубеждения.

Крис медленно повернулся ко мне. В его глазах промелькнул холодный, почти осязаемый укор.

— Возьмем Бу Рэдли. Человек-фантом, отвергнутый обществом лишь потому, что он не вписался в их стандарты нормальности. Поразительно, как легко мы назначаем кого-то злодеем, даже не потрудившись заглянуть глубже. И как часто мнимый монстр оказывается единственным спасителем. Не правда ли, Мия?

Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал ледяной сквозняк.

«Ты на что намекаешь, Браун?» — вопрос застрял в горле, оставшись немым, но оглушительным вызовом.

— Согласна, — я выдержала его взгляд, принимая правила игры. — Мы обожаем ярлыки. Это самый простой способ не замечать живого человека под слоем собственных страхов. Но некоторым людям, — я едва заметно кивнула в его сторону, — стоило бы помнить: благие намерения не оправдывают взлом чужих границ. За каждым поступком следует шлейф последствий.

Крис едва заметно усмехнулся, вскинув бровь. В этой усмешке было слишком много превосходства.

— Позволь напомнить тебе фразу Аттикуса Финча: «Ты никогда не поймешь человека по-настоящему, пока не влезешь в его шкуру и не походишь в ней». Ты слишком быстро выносишь приговор, Мия.

— К сожалению, Крис, мудрость и смелость Аттикуса — редкий дар. И далеко не каждый им обладает, — парировала я, чувствуя, как к щекам снова приливает жар.

— Сейчас ты подозрительно напоминаешь мне миссис Дюбоз. — В его глазах вспыхнул дразнящий огонек.

Я прищурилась, сделав шаг навстречу. В аудитории стало так тихо, что я, кажется, слышала быстрый стук собственного сердца.

— И ты, конечно же, считаешь меня самым храбрым человеком из всех, кого знал? — ядовито процедила я, имея ввиду истинное отношение Аттикуса к этой женщине.

— Скорее самой сварливой. — Крис не отвел взгляда. На его губах заиграла та самая дерзкая улыбка, которая успела свести с ума половину школы, но сейчас она была другой — осознанной.

— О, браво! Мы снова вернулись к твоим личным предубеждениям, Крис. Круг замкнулся.

— Достаточно! — голос преподавателя, словно удар хлыста, оборвал нашу дуэль. — Вы окончательно перешли на личности. Садитесь.

Мы возвращались на места под аккомпанемент придушенного шепота одноклассников. Я смотрела в спину Кристофера Брауна, и привычный мир рушился на глазах. Еще десять минут назад он был для меня просто «золотым мальчиком» — красивым набором мышц с полным отсутствием содержания. Теперь же я видела перед собой опасного интеллектуала, который только что мастерски разбил мою оборону.

Оказывается, у него были не только идеальные плечи, но и острый, как бритва, ум. И это пугало меня сильнее всего.

После уроков я дождалась Саманту, и мы наконец поехали домой. Браун никак не выходил у меня из головы. С раздражением я ловила себя на мысли, что его внимание мне было приятно. Он, бесспорно, был самым красивым парнем из всех, кого я когда-либо встречала. Но почему мне приятно это внимание? Было ли это простое желание позлить Керри, удовлетворить собственное эго или нечто большее? Во мне бушевал такой ураган противоречивых чувств, что я окончательно запуталась.

Саманта прервала затянувшееся молчание лишь у самого поворота на нашу улицу.

— Мия, ну нельзя же быть такой серьезной. У тебя скоро морщины на лбу появятся от этих дум.

— Что? — Я моргнула, возвращаясь в реальность.

— Ты где витаешь? Все еще перебираешь недостатки своего Брауна?

— Еще чего. На нем свет клином не сошелся. — Я постаралась, чтобы голос звучал максимально равнодушно.

— А мне почему-то так не кажется. — Сэм прищурилась, внимательно изучая мой профиль. — Знаешь, Мия, отрицание — это тоже форма признания.

— Сэм, брось. Он мне категорически не нравится. У него на лице написано: «Я — центр вселенной».

— Это ты можешь рассказывать Бену, он поверит. Но не мне. — Она шутливо толкнула меня в плечо.

— Тема закрыта.

— Как скажешь. Кстати, завтра у меня короткий день, так что поедем на разных машинах.

Припарковавшись и наскоро попрощавшись с подругой, я заперлась в своей комнате. Мне нужно было закончить эссе по литературе. Темой я выбрала «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, и параллели между Кристофером и мистером Дарси напрашивались сами собой. Та же непоколебимая спесь, то же чувство превосходства, которое вызывало во мне глухой, яростный протест. Но если у Дарси под маской холодности скрывалась благородная, глубокая натура, то в Брауне я видела лишь надменность избалованного наследника.

Вечером вернулись родители. Я спустилась вниз, чувствуя, как привычный домашний уют постепенно растворяет дневное напряжение.

— Привет, папина радость. — Отец обнял меня и поцеловал в щеку.

— Привет, родители.

— Мия, поможешь мне с ужином? — Мама уже завязывала фартук, хлопоча у плиты.

— Конечно.

— Надеюсь, вы не откажетесь от лишней пары рук? — Папа подошел к маме сзади, заключая ее в объятия и целуя в шею.

— Конечно нет, милый. — Она обернулась в его руках и быстро коснулась его губ своими.

— Мам, пап, может, вам сразу в спальню подняться? — я притворно заворчала, вызывая их общий, искренний смех.

Они были вместе почти двадцать лет, но в их отношениях все еще теплилась та юношеская нежность, которой я втайне завидовала. Они могли шумно спорить из-за пустяков, но папа всегда знал, как усмирить мамину бурю одним объятием. Он просто не оставлял ее гневу ни единого шанса.

После ужина, приняв душ, я снова оказалась в постели с ноутбуком. Пальцы сами, вопреки здравому смыслу, открыли его профиль. Я рассматривала фото Кристофера, вынужденная признать очевидное: его черты были безупречны, словно высечены из холодного мрамора скульптором, не знавшим ошибок.

«Зачем я это делаю? Он мне не нравится. Наверное».

Глава 3

Следующий день в столовой начался с очередного «открытия» Саманты.

— Бен, смотри, Шелли Робертс из параллельного буквально съедает тебя глазами.

Я обернулась. Шелли действительно смотрела в нашу сторону с плохо скрываемым обожанием.

— Вы издеваетесь? — Бен поморщился. — У нее розовые волосы и металла в брови больше, чем в моей машине.

— И что с того? — я заступилась за девушку. — Она очень яркая и, по-моему, довольно симпатичная. Сэм, пойдем со мной.

Саманта поняла меня без слов. Мы направились к столику Шелли. Бен остался сидеть, закрыв лицо руками от смущения.

— Привет, Шелли. — Я улыбнулась ей максимально дружелюбно.

— Привет, девочки. — Она выглядела удивленной.

— У Спенсеров в следующую субботу вечеринка. Ты пойдешь? — Саманта сразу перешла к делу.

— А ваш милый друг тоже там будет? — Шелли невольно перевела взгляд на Бена.

— Разумеется, — подтвердила я.

— Отлично. Тогда до встречи. Спасибо, девочки.

Когда мы вернулись, Бен выглядел так, будто мечтал провалиться сквозь землю.

— Вы ненормальные? Что вы ей наговорили?

— Всего лишь пригласили на вечеринку. — Я пожала плечами.

— Она мне совсем не нравится, — буркнул он, хотя его взгляд, украдкой брошенный на Шелли, говорил об обратном.

— Да брось, Бенни. — Сэм ехидно улыбнулась. — Тебе полезно сменить тактику. Ты ведь не собираешься до конца жизни быть тенью Мии? Тем более, ей сейчас не до тебя. Ей нравится Браун.

— Нравлюсь, значит? — раздалось у меня за спиной.

Я резко обернулась. Кристофер стоял в опасной близости, его губы были изогнуты в торжествующей усмешке.

— Ты всегда подкрадываешься со спины, как дешевый воришка? — Я выпрямилась, глядя ему прямо в глаза.

— А ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос, Райли?

— Когда не вижу смысла отвечать на глупости.

Кристофер сократил расстояние между нами до минимума, заставляя меня почувствовать его парфюм.

— Пойдешь со мной на вечеринку? — спросил он тихим, почти интимным голосом. Вопреки моей воле, по спине пробежал холод.

— У меня уже есть компания. Пригласи Керри. Уверена, она будет в восторге. Безотказность — ее главная добродетель. — Я подчеркнуто медленно отвернулась к столу, надеясь, что на этом разговор окончен.

Но он не ушел. Кристофер сделал шаг вперед, и его тень тяжелым пологом накрыла меня. Он наклонился сверху, упершись руками в край стола и практически заперев меня в ловушку. Его горячее дыхание коснулось моего уха, и по телу мгновенно пронеслась предательская волна мурашек. Я была в ярости от собственной реакции.

— Я не хочу Керри. Я хочу тебя, — его шепот был едва слышным, но он прозвучал громче любого крика.

Слова Кристофера отозвались резким жаром на щеках и странным, тянущим ощущением внизу живота. Сердце забилось о ребра, как пойманная птица, а воздух в легких вдруг стал слишком плотным.

— Браун, если ты с первого раза не понял, я напомню. — Я слегка повернула голову. Мое движение было ошибкой: его губы почти коснулись моей щеки. Я пыталась придать голосу твердости, но он прозвучал предательски робко. — Ты не в моем вкусе.

— А я убежден в обратном, — снова выдохнул он мне в самое ухо.

Его близость дурманила, лишая способности здраво рассуждать. Мне хотелось зажмуриться от этого странного, пугающего удовольствия, но я из последних сил цеплялась за остатки самообладания.

— Ребята, мне кажется, или здесь становится слишком жарко? — Саманта насмешливо вскинула бровь, прерывая наш диалог.

— Сэм, не говори чепухи! — резко бросила я.

— Крис, садись. Стул рядом с Мией как раз свободен, — сказала Саманта, приглашая его жестом присесть. Я бросила на нее испепеляющий взгляд.

— Твоя подруга более приветлива, чем ты, — сказал Крис с усмешкой, опускаясь на и двигая его ближе ко мне.

Я перевела взгляд на Бена, который в это время робко смотрел на Шелли, а когда заметил ее взгляд, смущенно опустил глаза.

— Чего ты ждешь? Подойди к ней, — сказал Крис.

— Не хочу, — тихо ответил Бен.

— Бен, да ты заинтересован, — заметила я. —Тебе явно нравится эта девушка.

— Не нравится, — сказал он весьма неуверенно.

— Малыш, это твой шанс, — настаивала Саманта.

— Отвали, Сэм. Мия, я буду ждать тебя в аудитории. — Бен спешно поднялся и буквально выбежал из столовой.

— Мия, мне тоже пора. — Саманта поднялась со стула. — Мама попросила не задерживаться, нужно встретить доставку.

—Какую еще доставку?

— Родители купили новые лежаки для бассейна, их скоро привезут.

Я поднялась и обняла подругу. Саманта направилась к выходу и вскоре скрылась за дверью. Я посмотрела на часы, затем резко развернулась к Крису:

— Черт, мы опаздываем!

— Тогда бежим. — Он схватил меня за руку, и мы поспешили к нужной аудитории.

Его ладонь оказалась теплой и сильной. Пока мы бежали по коридору, сердце бешено колотилось, но я не могла понять, чем вызван этот сумасшедший ритм: страхом опоздать на лабораторную или его прикосновением.

Мы вбежали за минуту до начала занятия. В нос мгновенно ударил знакомый резкий запах полироли, уксусной кислоты и чего-то, напоминавшего горелый пластик.

— Райли, Браун, занимайте места за свободным столом. Сегодня работаете в паре, — распорядился мистер Льюис. В защитных очках он мне напоминал гигансткого кузнечика.

Я устроилась у окна. Кристофер сел рядом.

Учитель повернулся к классу:

— Сегодня определим кислотность столового уксуса методом титрирования. Если кто-то перельет индикатор доведет раствор до ярко-малинового цвета, начнете с нуля. Нам нужно устойчивое бледно-розовое окрашивание.

Крис протянул мне защитные очки. Поцарапанные, тугие — такие сразу начинают запотевать, стоит только сделать вдох.

— Надевай. Не хочу, чтобы ты ослепла перед выпускным балом.

«Это искренняя забота или очередная насмешка?» — пронеслось в голове, но я промолчала.

Затем он протянул мне резиновый фартук. Я надела его, но завязки на спине никак не поддавались, словно специально издеваясь над моими пальцами. Заметив мои тщетные попытки, Крис негромко сказал:

— Повернись спиной, я помогу.

Я замерла, но подчинилась. Он аккуратно, почти невесомо завязал фартук, а затем развернул меня к себе. Делая вид, что поправляет мои очки, он медленно провел большим пальцем по моему виску. Я невольно зажмурилась, но тут же взяла себя в руки. Он лишь самодовольно улыбнулся.

Мы подошли к столешнице из эпоксидной смолы. Холодная и липкая, в некоторых местах она была покрыта мутными следами прошлых опытов. Перед нами стояла бюретка — длинная стеклянная трубка с краном. Наша задача: капля за каплей добавлять гидроксид натрия в колбу с уксусом. Ювелирная работа.

— Мия, отмерь десять миллилитров уксуса, а я добавлю две капли фенолфталеина.

Я сделала, как он просил. Наблюдая за его плавными, пугающе уверенными движениями, я поймала себя на том, что не могу отвести взгляд. Пока Крис был сосредоточен на процессе, я разглядывала его профиль: резкую линию челюсти, густые ресницы и неожиданную серьезность лица.

Раствор оставался прозрачным.

— Крис, ты помнишь, что говорил мистер Льюис? — прошептала я, когда он начал медленно поворачивать кран бюретки. — Капля за каплей.

— Расслабься. Я знаю, что делаю. — Он на секунду взглянул мне прямо в глаза и улыбнулся. Без издевки. Почти искренне.

Я начала вращать колбу круговыми движениями. Стеклянное дно слегка касалось металлического основания штатива, издавая звонкий, гипнотизирующий звук. В классе стоял рабочий гул: кто-то спорил, кто-то уронил мерный цилиндр, и тот с грохотом покатился по полу. Все обернулись, но через несколько секунд работа продолжилась.

Прошло пять минут. Рука затекла от однообразных движений.

— Смотри! — прошептал Крис.

В том месте, где щелочь касалась прозрачного уксуса, на мгновение вспыхнуло ярко-розовое пятно и тут же исчезло при взбалтывании. Это значило только одно — мы были на финишной прямой. Сердце забилось чуть быстрее. Самый ответственный момент.

— Крис, еще одну. Только одну.

Он едва заметно повернул кран. Я продолжала вращать колбу. Розовый цвет держался несколько секунд, исчез и снова появился.

— Давай самую малость, — почти беззвучно попросила я.

Мы на мгновение замерли. Мир сузился до размеров до стеклянной колбы, прозрачного раствора и тонкой границы между успехом и ошибкой.