Рыжее проклятье для Синей бороды

Так я и зависаю в воздухе, ровно посередине между землей и тем самым незнакомцем.

– Вы кто?! – восклицаю я, наплевав на возможные приличия, которые явно в этом мире существуют, во все глаза глядя на красавчика-брюнета, который так и удерживает меня в своих руках. Какие у него глаза… проницательные.

– Меня зовут Анри, – пристально глядя на меня, говорит мужчина. – Анри де Жан к вашим услугам, мадемуазель.

И сердце моё пропускает удар.

А он горяч!

********************

Дорогие читательницы!

Обращаем ваше внимание на еще одну книгу нашего литмоба:

– Ты – моя истинная, и ты выйдешь за меня замуж!!!

Из-за ошибки юной Богини я оказалась не в том теле и не в том мире.

Здесь я – истинная Генерала драконов, но я не горю желанием быть его женой.

Ведь если он узнает, что меня обвиняют в попытке убийства его брата, меня ждёт смерть.

Читать дальше по ссылке: https://litnet.com/shrt/rG9B

Все книги литмоба тут: https://litnet.com/shrt/rGgB

Визуалы. Анри

Девочки, вот вам наш горячий Анри на выбор.

Как думаете, кто он? Какой нравится больше?

Первый.

Второй.

Глава 18.

В нормальной жизни я никогда, никогда не понимала героинь всяких любовных романов, у которых тут сердце остановилось, тут забилось, тут колени задрожали и любовь на неё свалилась, обязательно с первого взгляда и навсегда. Ну бред же. Впрочем, своих собственных подруг зачастую я тоже не понимала, когда они такие “о боже, какой мужчина” и всё, пиши пропало. Потом “хочу не могу”, а какие у него руки, а какие плечи, я влюбилась, я побежала прыгать в его койку, это химия, физика и любая другая наука, между нами же искрит!

Тьфу.

Что там может искрить, да? Ну не короткое замыкание же? Хотя, отойди, на всякий случай, от проводов и розеток, мало ли.

И вот я стою и, блин, правда искрит!

Это прошлая хозяйка тела, ну точно, это её эмоции, гормоны и девичьи грёзы. Мне по сути сорок девять, ум уже есть, а дури уже почти нет. И тут на тебе.

Я просто замерла и застыла перед ним. Вернее, всё еще в его руках. Это же, наверное, компрометирующе?

– Э… Я… Очень рада, – мычу я невнятно. – Теперь вы можете меня отпустить.

Мужчина осторожно отпускает меня и отступает. Анри. Красивое имя, какое-то французское.

– Благодарю, – добавляю я тихо, тоже отступив на шаг.

– Всегда рад прийти на помощь прекрасной даме.

И вот она, та самая неловкая минута, когда не знаешь что сказать и что сделать. Но отпускать его совершенно не хочется. Девичье тело и взрослый мозг сцепились в кровавой схватке, но вот незадача – мозги, кажется, тоже девичьи, а взрослая тут только душа и кусочек разума. Так что я решаю поддаться импульсивности и побыть опять молодой и беспечной. Хоть пять минут, ну правда.

Я как-то криво улыбаюсь и взмахиваю руками.

– Ну, раз вы мой спаситель, может я вас хоть чаем угощу? – храбро предлагаю я.

Так, а тут вообще есть чай, что я о нем вообще заговорить решила? Если нет, кажется, был небольшой сад и я отчетливо видела куст смородины и какие-то ягоды. Где наша не пропадала? Залью кипятком что есть, будет чай!

– Не откажусь, – кивает он в ответ и улыбается. Мама мия, у него и улыбка потрясающая. Белозубая, теплая, немного нахальная. И лицо его преображает от “красивый” до “охренеть красивый”. Да что ж такое!

Я, кое как совладав со странными эмоциями, широким жестом показываю, что надо идти за мной, и следую в дом.

– Анетт, милая, познакомься. Это месье Анри де Жан, он только что не дал мне упасть в грязь лицом. В прямом смысле этого слова. Месье Анри, это моя сестра, Анетт. Милая, ты не могла бы распорядиться, чтобы нам подали чаю?

– Приветствую вас, месье Анри, – тихо говорит она. – Да, сестра, конечно.

Анетт как-то интересно приседает, то ли в реверансе, то ли это называется книксен, надо будет как-то аккуратно уточнить, и убегает на кухню.

А мы садимся за стол у окна.

Интересно, а мне нужна какая-нибудь сопровождающая дама или, не знаю, дуэнья? Фрейлина? Как они это обычно называют? Или в этом мире нормально оставаться вот так наедине с мужчиной?

Как мало я пока знаю…

– Так вы говорите, что приехали сюда недавно? – вдруг говорит Анри и я засматриваюсь на то, как его губы растягиваются в полуулыбке.

– Да, мы с сестрой недавно купили это поместье и виноградник, – начинаю я с улыбкой, а потом вдруг останавливаюсь. – Но, позвольте. Я вам этого не говорила.

– Слухами земля полнится, – пожимает плечами мужчина. И теперь я, как назло, сбиваюсь с мысли и думаю о том, какие эти плечи широкие и мощные. Нет, ну это напасть какая-то!

И руки-то у него как у пианиста, такие аристократические, с длинными ловкими пальцами. Так, прекрати думать о том, что эти пальцы еще могут сейчас же! Я даже розовею, пытаясь не смотреть на мужчину напротив. Впрочем, как раз в этот момент дверь открывается и служанка, кажется Элиза, приносит чай и вазочку с печеньем.

Она тихонько расставляет на столе чашки и высказывает за дверь. Анетт, к слову, не спешит возвращаться. Ну что ж, значит правила приличий это всё не запрещают.

– Вы и сестра? Вдвоем?

– Видите ли, мсье Анри, я вдова. Мне муж оставил некоторое наследство, и я решила начать жизнь с чистого листа в новом месте.

Мсье Анри меняется в лице. Надо же, какой сердобольный, почившего моего супруга что ли пожалел?!

– А вы, Анри, какими судьбами тут? Давно живете? – спрашиваю я.

– Приехал недавно, ищу одного… родственника. Но это скучная история, думаю, вам будет не интересно. Расскажите лучше, какие у вас планы?

И я уже, было, начинаю рассказывать, что хочу делать вино, как в комнату учтиво заходит управляющий.

– Госпожа, простите, что прерываю. К вам посетитель.

Кого там еще принесло?

– Простите, Анри, мне, кажется, придётся ненадолго отлучиться.

– Право, мне уже пора. Обещайте мне, прекрасная миледи, что мы еще встретимся?

Анри протягивает мне руку и я растерянно протягиваю свою в ответ, для рукопожатия, но в итоге получаю нечто совсем другое. Он целует мне руку! Костяшки пальцев. Совсем невесомо, но мне кажется, что меня молнией прошибло. Вот это я понимаю химия. Или физика.

– Вы… желанный гость в моем доме, – почти блею я в ответ, пытаясь прийти в себя.

Но получается это только спустя пару минут после его ухода.

Что там за посетитель, интересно? Мне же надо его встретить!

– Госпожа, у меня для вас письмо, – кивает мне мужчина прямо с порога и протягивает сложенный листок с сургучной печатью.

Ничего хорошего от официальных писем ждать не приходится, но я смело беру его в руки.

Была – не была!

Глава 19.

Да какого фига?! Это что за сумма вообще астрономическая?! Это больше половины всего, что у меня осталось! Да нет, это две трети! Это не налоги, это грабеж!

Я раздосадованно расхаживаю по комнате, сжимая в руках ненавистное письмо, сто раз уже помятое и истрепанное.

Сегодня откровенно жарко, лето вступило в свои права давно, но такой духоты, как сегодня, я еще не чувствовала. Тонкая ткань платья неприятно липнет к влажной спине, когда я бреду к королевской канцелярии. Надеюсь, у них уже есть для меня новости.

– Месье Вильгебург! – восклицаю я, пробившись в кабинет без очереди. – Я очень рада вас видеть. А нет ли новостей по отпечатку, о котором я вас спрашивала?

Мужчина выглядит довольным и счастливо улыбается. Это хорошо, значит помнит обо мне.

– О, прекрасная мадам Изабелла! – буквально щебечет он. – Я вас ждал! Не хотите ли чаю?

– О, нет, месье, благодарю. Сегодня так жарко… Так что с новостями?

Мужчина добродушно кивает.

– Есть новости! Мы узнали, что отпечаток принадлежит семье Аркур. Вам знакома эта фамилия?

Конечно, нет, но говорю я совершенно другое.

– О, благодарю, да! Это же мои родственники! Ну, спасибо, дорогой месье! Вы очень меня порадовали, – улыбаюсь я. – А не подскажете, где я могу заплатить налоги?

– Конечно, госпожа Изабелла! Я даже лично вас провожу. Пройдемте!

Спустя несколько часов я, крайне утомленная разговорами и раздраженная огромными тратами, возвращаюсь домой и зову управляющего.

– Бернар, мне нужно найти человека, который… хм, найдет мне другого человека за вознаграждение, – путанно объясняю я. – Знаешь, где такого взять?

– Да, госпожа, – кивает Бернар. – Я приведу его к вам завтра.

Что ж, если он понял, о чем я толкую, то он еще больший молодец, чем мне казалось.

Солнце уже клонится к закату, окрашивая мой виноградник в мягкие золотистые тона, но жара никак не спадает. Я стою на крыльце каменного дома, вдыхаю тёплый аромат зрелых гроздьев и стараюсь восстановить в памяти один многообещающий рецепт. Сангрия. Я помню, как её готовили в моём времени, когда жизнь была полной вещей, которые здесь кажутся волшебством.

Я достаю глиняный кувшин, вспоминаю шаг за шагом. Вино – у меня его достаточно. Я открываю бочку, разливаю густую, ароматную жидкость. Вино молодое, яркое – не то, что в бутылках дома, но я уверена, получится не хуже.

Фрукты. Я помню апельсины, яблоки, лимоны… Лимонов здесь нет, но есть нечто похожее – жёлтые, кислые плоды, которые мне показал сосед. Нарезаю их крупными кусками, бросаю в кувшин. Яблоки добавляют сладости, их хруст наполняет кухню звуком.

Мёд. Сахар тут редкость, но мёд – это счастье. Я черпаю ложку янтарной густоты, выливаю в вино. Мешаю деревянной ложкой, вдыхаю запах: терпкость вина, свежесть фруктов, сладость мёда.

Воды со льдом, конечно, нет – но есть прохладный родник у подножия холма. Я приношу кружку воды, добавляю чуть-чуть, чтобы смягчить вкус. И главное – специи. Корицы нет, но я нашла сушеные травы, похожие на душистые, пряные ароматы моей памяти. Они сделают напиток особенным.

Я оставляю кувшин на пару часов – так, кажется, делали и дома. Время здесь течет иначе, но ожидание всегда одинаково томительное. Наконец, я наливаю себе глиняную чашу.

Первый глоток – и я улыбаюсь. Это не совсем та сангрия, что была дома, но она по-своему хороша.

– Добрый вечер, прекрасная госпожа.

Я замираю, услышав этот бархатный, глубокий голос, и на мгновение мне кажется, что вместе с сердцем останавливается и время. Медленно оборачиваюсь – и в лучах заката вижу его.

Анри.

Свет заходящего солнца ложится на него мягким золотом, подчеркивая благородные черты лица – высокие скулы, прямой нос, четко очерченные губы. Его темные глаза кажутся еще глубже в этом свете, а в их взгляде – то ли насмешка, то ли любопытство. Чёрные волосы до плеч мягкими волнами обрамляют лицо, чуть поблескивая медными бликами. Есть в нем что-то, что заставляет чувствовать волнение.

Он делает шаг вперёд, и мне кажется, что солнце ещё ярче освещает его и я не могу отвести взгляда. Вообще не могу. Он в одной только тонкой, белой рубашке и черных брюках, а я просто смотрю на него… Ну что за фокусы, боже ты мой?! Скажи хоть что-нибудь, дуреха!

– Анри, какой приятный сюрприз, – наконец выдавливаю я из себя. – Хотите попробовать мое новое изобретение?

– Из ваших рук – хоть яду изопью, – улыбается он в ответ и я, наконец взяв себя в руки, протягиваю ему бокал.

– Не надо яду, это всего лишь сангрия, – пожимаю плечами я. – Как вам?

– Потрясающе! Разбавлять вино я никогда не любил, но это ведь совсем другое дело. Почему я сам до такого не додумался?

Мне очень нравится, как именно он смотрит на меня – с улыбкой и восхищением.

– Я готова угощать вас хоть каждый день, – выдаю я в ответ и тут же прикусываю язык. Вот же дура, как вопиюще неприлично!

– Тогда мне придется на вас жениться, – хмыкает он. – Готовы снять траур, моя прекрасная госпожа?

И я судорожно сглатываю.

Глава 20.

Итак, у меня осталось меньше шестидесяти солидов. Да, на пятьдесят можно купить домик, на десять – радостно и безбедно прожить год. Но у меня тут слуги, припасы, вино… Хорошо бы еще пресс для винограда купить, да и вообще! Одни растраты.

Долбанные налоги. Долбанные прежние владельцы!

Я раздраженно отпиваю сангрии. Все-таки это отличная идея, правда не днем, как сейчас, но…

Подумать о том, что хорошо бы её еще и продавать где-нибудь, я уже не успеваю, потому что опять вижу, как к крыльцу направляется королевский сборщик налогов месье Дидье Жюбер. Как к себе домой ходит, гад такой!

Такой же он кругленький весь, противный! И волосы эти, пшеничные локоны, будто он специально в бигудях спал. Кошмар.

– Мадам, рад вас видеть, – кивает Дидье, подходя ко мне. – Я пришел за подтверждением уплаты налогов.

– А оно вас уже ждет, – вежливо улыбаюсь я. – Вот, держите. Тут и печать имеется, я вчера все оплатила.

Сборщик налогов рассматривает документ, где черным по белому написано, что я отдала девяносто солидов на налоги за три года и больше за мной долгов не числится. Вернее, на самом деле там не написано, что налоги отдала я. Там написано, что налог “отдан” и предъявитель ничего не должен за поместье. И я до последнего надеюсь, что этого достаточно, но, увы, ошибаюсь.

– Мадам, вы так и не предоставили мне никакой именной грамоты, – хмурится Дидье, поправляя спадающие на лоб кудряшки.

– Да, это потому, что мне нужно время на её восстановление. Я уже подала прошение и послала письмо Графу де Аркур, но это всё требует времени.

– А была ли она, эта грамота? Куда же делась? – прищуривается он.

– Право, так ужасно, когда мы с Анетт ехали сюда, на нас напали. Документы пропали, были уничтожены, часть денег пропала… – всплескиваю руками я.

Слуги, как и управляющий, не рискуют высовывать нос из дома и правильно делают. У нас тут разговор на двоих.

– Как это так, что вам оставили часть денег? Что-то не верится, – качает головой Дидье и я раздраженно поджимаю губы.

– Дело в том, что часть денег была вшита в мое платье. Большая часть, – отвечаю я сухо. – Так что нам очень повезло.

Но почему-то ни один мой ответ не удовлетворяет королевского сборщика налогов. Будто он ищейка, а не чиновник-увалень. Интересно, какие у него вообще есть полномочия? Чего он ко мне прицепился?

И тут я вижу другое знакомое лицо. Анри!

– О, Анри, я так рада вас видеть! – восклицаю я, ничуть не кривя душой. – Познакомьтесь! Месье Дидье Жюбер, королевский сборщик налогов. А это вот Месье Анри де Жан, мой друг.

Я знакомлю мужчин и они останавливаются в шаге друг от друга, кивая и изучая один другого. Дидье не выглядит довольным, но на губах Анри играет улыбка.

– Я как раз пытаюсь понять, что с документами у мадам Изабеллы, – пытается начать он, но красавчик Анри его перебивает.

– Мадам Изабелла, я помню, ваши документы пропали при нападении, верно? Такая жалость. Но, ваши воспоминания остались при вас! Может быть, вам стоит угостить Месье Жюбера вашей дивной сангрией?

Ай да мужик! Какой молодец! Почему я сама не додумалась?

– Месье Дидье! Я ужасная хозяйка, совсем запамятовала. Вот, это мое новое изобретение – сангрия. Прошу вас, угощайтесь!

И я наливаю нам троим ароматный напиток. А потом еще, и еще, и еще…

Солнце село, на столике под звездами дивным образом появились закуски, но кроме нас никто не отмечает конец дня.

И зря, ведь это был такой чудесный день!

– Ну вы мне скажите, Анри, разве женщины не коварны? – заплетающимся языком говорит Дидье. – А такие красавицы втройне опасны.

– Что вы, женская красота это подарок небес, на неё нужно любоваться, а не искать в ней подвох, – улыбается Анри.

Он уже не особенно трезв, но скорее просто разгорячен и весел, не то, что королевский сборщик налогов, который уже еле сидит.

– Угощайтесь сырными рулетиками, господа, – предлагаю я мужчинам. – Они очень вкусные! Анри, вы не могли бы принести еще кувшин сангрии с кухни? Право, я совсем устала.

Сама я тоже не смогла не поддержать компанию, это было бы слишком подозрительно, но почему не попросить о помощи?

Но стоит Анри скрыться, как Дидье тут же придвигается ко мне поближе.

– А я все равно найду, в чем подвох, в чем ваш секрет, красавица, – шепчет он тягучим свистящим голосом. – И тогда вы будете в моей власти. Такая красивая и только моя! Ха, я уж найду на вас управу! С такими, как вы, надо построже!

Я отшатываюсь, но он хватает меня за предплечье.

– Дидье, прекратите! Ведите себя прилично! – строго говорю я, вырывая руку из его цепких пальцев, но он только улыбается как-то странно и хватает меня за лямку платья.

Но именно в этот момент тяжелая рука ложится на мое плечо и сбрасывает руку Дидье.

– Вы забываетесь, Дидье, – рычит Анри. – Вопиюще неподобающее поведение при высокородной даме. Еще одно движение, – и костей не соберете.

Лицо Дидье вытягивается, в глазах отражается страх.

– Простите, мадам. Я пойду, – тихо говорит он и, несмело встав на ноги, он направляется к воротам. Его шатает и заносит, но сборщик налогов упорно доходит до ворот, но за пару шагов до них падает в траву и не двигается.

Я уж было думаю начать нервничать, но потом слышу громкий храп.

Ха!

Ну и хорошо, проспись, поросеночек!

– Все нормально, Мадам? – шепчет Анри и я поворачиваюсь, понимая, что мы стоит непозволительно близко. Хотя, кто же нам не позволяет?

– Все хорошо, – киваю я, глядя в его бездонные темные глаза. – Спасибо за помощь.

отчего-то последние слова выходят у меня шепотом.

– Изабелла, я… – начинает говорить мужчина, но вдруг замолкает, вглядываясь в мои глаза.

Его горячая ладонь ложится на мою щеку. Обжигает. Будто электричеством простреливает. А другая ложится на талию, и даже сквозь платье я чувствую ее тепло. Тело мое трепещет и вибрирует.

Я судорожно делаю вздох, но выдохнуть уже не успеваю, потому что губы мои оказываются в плену.

И как сладок, как горяч этот плен.

Я закрываю глаза, вся отдаюсь поцелую.

Глава 21.

Что я знаю о поцелуях? Мне казалось, что много, но в эту секунду я понимаю – ровным счетом ничего.

Этот мужчина умеет целоваться, это точно. И у нас с ним чертовски хорошо получается. Плевать мне на Синюю Бороду, плевать на то, что я знаю его всего ничего. В эту секунду – не важно, потому что я готова всю жизнь вот так стоять в его объятиях.

Я еще думала, ну как же я могу получить секс прямо сейчас, я же не такая, я так не умею. И, похоже, всё к лучшему, потому что я, кажется, влюбилась. И всё я могу. Вот с ним – да.

Тело поёт в горячих мужских руках, звезды на небе сверкают, как бриллианты. Этот мир становится всё более и более привлекательным.

Надеюсь, слуги и Анетт за мной не наблюдают, потому что потом мне будет страшно стыдно. Но я же четко сказала делать свои дела и сюда носа не совать, почему бы им ослушаться? Тем более, живая изгородь скрывает нас от посторонних глаз.

– Анри, я… – пытаюсь шептать между поцелуями я, но тщетно, я разве что воздух вдохнуть успеваю.

– Я знаю, Изабель, я знаю. Молчи, я всё понимаю, это не важно, почему ты… – шепчет он мне в ухо, срываясь.

Что там он понимает? Что знает? Не всё ли равно? Жар накатывает из темноты, переливаясь светлячками в траве.

– Какая ты красивая. Самая красивая женщина, что я видел. И только моя.

Я пьяна, от сангрии, от него, от всего этого мира пьяна. В траве у ворот спит королевский сборщик налогов, а я тут целуюсь, как в первый раз.

– Я ничья, Анри, – возражаю между поцелуями, но он только улыбается. Надо же, какой самоуверенный! Но и эту мысль додумать я не успеваю. Где-то слышится шорох, скрипит доска и я понимаю, что это не самое удачное для нас место.

– Кажется, это не самое лучшее место, – шепчу я, положив руки на его торс, останавливая. Пытаясь остановить, по крайней мере. Но мужское горячее тело совсем мне не подчиняется, придвигаясь ближе и ближе. И мне бы сдаться, но я эксгибиционистом никогда не была и наблюдателям рада не буду.

– Анри, стой, – чуть громче говорю я и он, наконец, слышит меня.

– Да, да. Прости. Я понимаю, ты не хочешь спешить, – начинает говорить он невпопад, но я только усмехаюсь.

– Я просто хотела предложить… пойти в дом. Но не вопрос, если ты не хочешь спешить, – пожимаю плечами я и тут же опять оказываюсь в горячих объятиях.

Как бы там ни было, я его…хочу.

И мне нужно закрепиться тут. Вот уж умирать еще раз я вообще не хочу. Тут я молода, красива, высокородна. У меня вся жизнь впереди. При условии, если сейчас у меня будет секс, а потом – любовь.

А с мужем–обладателем прозвища Синяя Борода разберемся как-нибудь. Потом. Вообще не до него сейчас!

Мы медленно, на каждом шагу целуясь, бредем тайными тропами к черному ходу. Вот тут окно скрывает виноградная лоза, а тут можно осторожно проскользнуть в тени дерева, а вот эта колонна тоже очень хорошо скроет не совсем приличную пару.

Я оставляю Анри ждать у нужного окна, а сама ныряю в дом.

– Изабелла, я думала ты никогда не отделаешься от них! – слышится усталый голос Анетт и я замираю. Блин! Что она делает в коридоре?!

– Почему ты не спишь, дорогая? – спрашиваю я осторожно.

– Я почти сплю, просто ждала тебя. Услышала, что кто-то идет и была уверена, что это ты.

Девочка отчаянно зевает и трет глаза.

– Все хорошо, милая. Иди спать, я тоже вот иду, – киваю я на свою дверь.

Хорошо, что мы уже расселились по разным комнатам! Пусть они и рядом, но моя спальня не прямо стена к стене с её, между ними еще небольшая гостиная, да и стены в этом доме сделаны на совесть – очень толстые. Это явный плюс.

Я целую её в лоб и мягко подталкиваю в её спальню, а потом, когда девочка ложится в кровать, укрываю её тонким одеялом. Вот так. Детям пора спать. А взрослым еще нет.

Пожелав её спокойной ночи, я осторожно выскальзываю обратно в коридор, а потом и в свою спальню.

Ну наконец!

Я запираю дверь на засов, а потом распахиваю окно. Его на днях смазали, так что оно почти не скрипит. За окном почти сразу же обнаруживается Анри.

– Я думал, ты передумала и сбежала от меня, – хмыкает он.

– Нет уж, – шало улыбаюсь я и целую его, высовываясь из окна, в которое он влезет уже через пару секунд.

Никогда ко мне не лазили в окна! И пусть тут первый этаж, это всё еще очень романтично.

И вот, как в песне, платье с плеч ползет само, а горячее тело прижимает меня к прохладной стене. И я понимаю, что вот он, тот самый момент, когда пути назад уже не будет.

Интересно, а у Изабель была первая брачная ночь или мне сейчас перепадет неприятный сюрприз?

Но эта мысль быстро ускользает от меня, вытесненная куда более приятными мыслями о том, какие сильные мужские руки стискивают меня, прижимают к себе. Как сладко меня целует этот Анри. И как мне нравится откликаться на его поцелуи.

Мучительно-медленно он ласкает мои губы, нежно языком выманивает мой язык. Обещает наслаждение.

Сознание уплывает. Я больше не принадлежу себе. Сдалась на милость этого удивительного мужчины.

Шорох развязываемых шнуровок, звуки поцелуев и шипенье Анри от нетерпения – вот и все, что заполняет мою спальню. Но для меня это звучит сейчас лучшей симфонией. Заставляет душу взмыть вверх.

По всему телу расползается волна жара. Анри такой горячий, что мне кажется, еще немного – и наши тела вплавятся в друг друга.

– С тобой очень трудно сдерживаться, Белль, – хрипло произносит он, с трудом отрываясь от меня. – Позволь мне немного больше?

Визуалы для настроения

Привет, дорогие!

Решили перед самой интересной сценой показать вам, где наша Изабелла развлекала Анри и сборщика налогов. Ну и вообще красивые виды нашего мира и нашей попаданки.

Глава 22.

Анри.

Мои руки скользят по атласной коже, поднимая ненужное тяжелое платье. Изабель часто дышит, сжимая губы , но льнет еще ближе.

Поразительно.

Я женился на кроткой овечке, тихой и послушной, но получил женщину, которая умудрилась бежать от меня, выпрыгнув из окна.

Когда мы увиделись в первый раз после этого, она узнала меня. Не зря была так шокирована, что почти не могла говорить. Я дал ей немного времени, дав понять, что не злюсь и даже готов ухаживать. Она явно успокоилась и приняла правила игры.

И вот теперь я получаю подтверждение – она готова консумировать наш брак. Но кто же назовет то, что происходит между нами сейчас консумацией? Ха. Это самая настоящая страсть.

Мне нравит