Под маской Крика 2: Вне радаров

Она вышла в холл, где её ждали Алессандро и Хави. Они оба вскочили, пытаясь прочесть хоть что-то по её лицу.

— Альба? Что с ним? — Хави сделал шаг навстречу.

— Он вернется, — отрезала она коротким, чужим голосом. — Он пошевелился. Он борется. Но теперь пришла моя очередь.

Она повернулась к Алессандро, и тот невольно вздрогнул от того, насколько её взгляд сейчас напоминал взгляд «Снежка».

— Он убил мою мать, — произнесла Альба, и каждое слово падало, как гильотина. — Он разрушил жизнь Матео. Он запер меня в клетке на год, убеждая, что делает это ради моего блага. Но сегодня всё закончилось.

Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

— Больше никакой «послушной дочери». Никаких раскаяний. Если он хочет играть в бога, решающего, кому жить, а кому умирать — я покажу ему, что такое настоящий дьявол за рулем.

Хави переглянулся с Алессандро. Они понимали: точка невозврата пройдена. Альба больше не была жертвой обстоятельств.

— Хави, — она резко обернулась к другу. — Ты говорил, что у тебя есть «сюрприз» для моего возвращения. Мне плевать на запреты отца. Мне плевать на его патрули. Мне нужна машина. Самая быстрая, самая неуловимая, которую ты когда-либо собирал. Мы достанем те файлы из Мадрида, которые не смогли вскрыть в Цюрихе. Мы вывернем его жизнь наизнанку перед всем городом.

— Альба, он твой отец... — начал было Алессандро, но она перебила его ледяным смехом.

— У меня больше нет отца. У меня есть цель.

Она достала телефон и удалила все фотографии с Фернандо. Её палец завис над контактом «Папа». Секунда — и контакт отправлен в черный список.

— Я объявляю ему войну, — прошептала она, глядя в окно на огни ночной Марбельи. — И в этой гонке финиширует только один из нас.

Глава 9. Возрождение Призрака

Выехав из клиники, Альба почти не разговаривала. Ярость внутри нее кристаллизовалась в четкий план. Хави, чувствуя состояние подруги, вел машину уверенно, но поглядывал на нее с опаской.

— Я не сидел сложа руки в Мадриде, Альба, — нарушил тишину Хави. — Твой «Ниссан»... я перебрал его до последнего винтика. Это больше не та машина, которую ты помнишь. Я перегнал её в старый амбар на окраине Марбельи два дня назад. Вне радаров, вне системы.

Но прежде чем отправиться в гараж, они заехали в особняк Кастильо. Зайдя в кабинет Алессандро. Хави достал зашифрованный диск, на который он перенес все данные, добытые из архивов Мадрида и личного облака Фернандо, которое они «вскрыли» в Швейцарии.

Алессандро годами пытался докопаться до истины об авиакатастрофе, в которой погибла мать Альбы. Его лучшие ищейки, бывшие агенты спецслужб и дорогие юристы бились о стену «несчастного случая», но Хави потребовалось всего несколько дней и доступ к архивам, которые Альба помогла «открыть» в Швейцарии.

— Вот, смотрите, — Хави развернул ноутбук к Алессандро. — Вы искали техническую ошибку пилота, а нужно было искать движение средств в офшорах через три подставные фирмы в Панаме.

На экране замелькали банковские проводки. Хави выделил цепочку транзакции, датированных за неделю до крушения.

— Сумма ушла посреднику, который нанял техника в аэропорту Мадрида. А вот и вишенка на торте — финальный отчет об «исполнении», отправленный на зашифрованный почтовый ящик, ключи от которого лежали в личном сейфе вашего комиссара, Альба.

Алессандро медленно поднялся с кресла, его лицо побелело от ярости и изумления.

— Мои люди рыли землю годами, — глухо произнес он. — Мы проверяли всех, от диспетчеров до министров. А ты... ты нашел имя заказчика за пару дней?

— Проблема ваших людей в том, что они искали улики, — спокойно ответил Хави. — А я искал почерк. Фернандо Кастель слишком верит в свою безнаказанность, чтобы заметать следы профессионально. Он просто завалил всех деньгами.

Алессандро посмотрел на Хави долгим, оценивающим взглядом. В этом парне он увидел то, чего не хватало его империи — острого цифрового ума.

— Мне нужны такие люди, Хави. Ты очень долго в раздумье. Работай на меня. Ты будешь моим «глазом». Любое оборудование, полная защита. Ты ищешь то, что скрыто, я плачу цену, которую ты назовешь.

Хави взглянул на Альбу. В её глазах он прочел холодную решимость. Им нужны были ресурсы Кастильо.

— Согласен, — коротко ответил Хави. — Но первое, что мы сделаем — это доведем дело Альбы до конца.

Час спустя. Старый амбар на окраине Марбельи.

Тяжелые створки ворот разошлись со скрипом. Хави включил свет, и Альба замерла. В центре помещения стоял её «Ниссан», но он изменился до неузнаваемости.

— Я не просто чинил её в Мадриде, Альба, — Хави подошел к машине. — Я пересмотрел саму концепцию. Матовый черный углепластик, новая геометрия обвеса... она теперь поглощает свет и сигналы радаров. Я установил систему активного подавления частот. Камеры тебя не увидят, полиция не сможет отследить твой GPS. Это настоящий призрак.

Альба подошла и коснулась холодного металла. В отражении она увидела себя — ту, которой суждено стать палачом для собственного отца.

— Она прекрасна, Хави, — прошептала она.

— Под капотом еще пятьсот «лошадей» сверху к тому, что было раньше, — добавил Хави. — Теперь это не машина для гонок. Это машина для войны.

Альба села в ковшеобразное кресло, и когда двигатель отозвался низким, вибрирующим рыком, она поняла: время слез закончилось. Время действовать.

Глава 10. Призрак из пепла

Ночь опустилась на Марбелью, принеся с собой долгожданную прохладу, но воздух на старой трассе у побережья казался наэлектризованным. Альба сидела в ковшеобразном кресле своего обновленного «Ниссана», вдыхая знакомый запах дорогого топлива и новой кожи.

Хави стоял рядом, в последний раз проверяя планшет с данными телеметрии.

— Датчики активного подавления работают. Сигнал GPS подменен. Для дорожной полиции ты сейчас — пустое место на мониторе, Альба. Но помни: физику никто не отменял. Береги себя.

Альба лишь короче кивнула, натягивая черную маску. В её голове пульсировала одна сцена: разбитая машина Матео, кровь на асфальте и ледяное лицо отца, который наверняка отдавал приказ «устранить помеху». Фернандо не просто хотел наказать Матео — он хотел стереть его, чтобы Альбе не к кому было возвращаться.

Она выжала сцепление. Низкий, утробный рык двигателя разорвал тишину амбара.

— Пора напомнить ему, кто на самом деле владеет этими дорогами, — прошептала она.

Машина сорвалась с места, оставляя на бетонном полу черные полосы жженой резины.

Когда Альба вылетела на ту самую скоростную дугу, где всего несколько дней назад Матео ушел в кювет, её сердце пропустило удар. В свете фар промелькнули обломки пластика и свежие царапины на отбойнике. Ярость, горячая и неудержимая, затопила её сознание. Это был не несчастный случай. Это была казнь, которую её отец срежиссировал с присущей ему жестокостью.

Центральный департамент полиции Марбельи. 01:15.

Фернандо Кастель стоял у панорамного окна своего кабинета, потягивая коньяк. Он чувствовал себя триумфатором: дочь дома, Матео в коме, Алессандро Кастильо затаился. Жизнь снова была под его полным контролем.

Внезапно дверь распахнулась. Вбежал дежурный офицер, бледный как полотно.

— Комиссар... вы должны это видеть.

Они подошли к мониторам системы «Безопасный город». На главном экране, сменяя одну камеру за другой, мелькало черное пятно. Скорость была запредельной — датчики фиксировали цифры, которые не выдавал ни один серийный спорткар.

— Это невозможно, — прошептал офицер. — Система распознавания лиц выдает ошибку, а радары просто... они слепнут, когда объект приближается.

Фернандо впился взглядом в экран. Знакомый силуэт, агрессивный обвес, матовый черный цвет, который не отражал свет фонарей. Его пальцы так сильно сжали стакан, что стекло жалобно хрустнуло.

— Этого не может быть, — прорычал он. — Она в своей комнате. Она обещала! Она год была в Швейцарии под надзором!

— Сэр, объект только что пронесся мимо вашего дома на скорости двести сорок и... он оставил это на асфальте.

Камера переключилась на участок дороги перед виллой Кастелей. На сером полотне жженой резиной было выведено лишь одно слово: «УБИЙЦА».

Фернандо почувствовал, как ярость вскипает в груди, сменяясь первым, едва уловимым уколом страха. Призрак, которого он считал похороненным в горах Цюриха, восстал из пепла. И теперь он знал: Альба не просто вернулась. Она пришла за его головой.

— Объявить общий сбор! — взревел Фернандо, швыряя стакан в стену. — Поднять все патрули! Заблокировать выезды! Я хочу видеть этого водителя в наручниках через десять минут!

Глава 11. Лицом к лицу

Рация в салоне «Ниссана» захлебывалась от помех и истеричных выкриков. Хави проделал ювелирную работу: Альба слышала каждый приказ координаторов, каждый маневр перехватчиков. Голос диспетчера дрожал, когда «Призрак» в очередной раз прошивал заслон, уходя в управляемый занос на скорости сто сорок километров в час. Она вела их за собой, как искусный кукловод, заманивая стаю хищников вглубь промзоны.

Воздух внутри машины стал густым и горячим. Альба чувствовала, как вибрирует руль, словно живое сердце «Ниссана» билось в унисон с её собственным. В зеркалах заднего вида полыхало море сине-красных огней. Скрежет шин о битый бетон, вой сирен и слепящие прожекторы вертолета, бьющие сверху, превращали реальность в лихорадочный сон.

— Шестой, прижми его к ангарам! — взревела рация.

Альба хищно улыбнулась. Она резко выжала сцепление, бросая машину в узкий коридор между ржавыми контейнерами. Металл об металл — правое зеркало разлетелось вдребезги, чиркнув по стальной стене, но она даже не моргнула. Резкое торможение, ручник вверх, разворот на триста шестьдесят градусов в облаке едкого дыма.

Тупик.

Сзади её мгновенно поджали три патрульные машины, перекрывая единственный выход клином. Она загнала их сюда... и, казалось, саму себя тоже.

— Водитель, выйти из машины! Руки за голову! Живо! — усиленный мегафоном голос ударил по барабанным перепонкам.

Двери полицейских авто распахнулись синхронно, создавая импровизированный барьер. Десятки стволов замерли в прицеле, направленные на черную матовую сталь «Призрака», которая тяжело «дышала» жаром остывающего двигателя. Офицеры медлили. В воздухе пахло гарью и страхом — они чувствовали исходящую от этой машины угрозу, словно перед ними замер дикий зверь.

Альба медленно, щелчок за щелчком, заглушила тумблеры. Тишина после гонки показалась оглушительной, звенящей. Она толкнула тяжелую дверь и вышла под перекрестный свет прожекторов. Черный огнеупорный комбинезон плотно облегал её фигуру, подчеркивая пугающую решимость. Медленным, почти ритуальным движением она потянулась к маске.

Когда черная маска соскользнула вниз, открывая бледное, испачканное технической гарью, но абсолютно спокойное лицо, по рядам полиции прошел коллективный судорожный вздох. Дула винтовок дрогнули.

— Это... Кастель? — прошептал кто-то из сержантов, опуская пистолет. — Альба? Дочь комиссара?

В этот момент кольцо оцепивших машину людей расступилось. Из темноты, тяжело дыша и спотыкаясь, вышел Фернандо. Его парадный мундир был расстегнут, галстук сбит набок, а лицо побагровело от ярости. Он смотрел на свою «послушную» дочь, которую год прятал в элитном швейцарском склепе, и не узнавал её. Перед ним стояла не сломленная девочка, а воплощение его самого страшного кошмара.

Ферн