Желанная тремя Альфами: Суждена одному

Она бросила пакеты на столешницу и огляделась. – Хм. Неплохо. Думала, тут всё будет в чёрной коже и тренажёрах.

Я приподнял бровь. – Я что, похож на инструктора в спортзале?

Она одарила меня бесстрастным взглядом. – Тело у тебя как раз такое…

Я рассмеялся, и она и вправду улыбнулась – совсем чуть-чуть. От этого моё сердце выкинуло какую-то глупость.

Я опёрся о столешницу и скрестил руки на груди, наблюдая за ней. – Я голоден. Готовить-то ты умеешь, да?

Её глаза расширились. – Что? Готовить? Ты притащил меня сюда только чтобы… я что, теперь твоя служанка?

Я ухмыльнулся, наслаждаясь тем, как её голос зазвенел от возмущения. – Не служанка. Мой проводник. А как мой проводник, ты обязана проследить, чтобы я не умер с голоду.

Она посмотрела на меня так, будто у меня выросла вторая голова. – Твой проводник? Это не значит, что я твой личный повар!

– Ещё как значит, – небрежно бросил я, отталкиваясь от столешницы и направляясь к ней. – Ты должна помочь мне адаптироваться, помнишь? А что поможет лучше, чем сытый желудок?

Она всплеснула руками. – Роль проводника не это подразумевает, и ты это знаешь!

Я пожал плечами, словно мне было всё равно. – Можешь отказаться, если не хочешь. Я просто скажу директору в Понедельник, что мне нужен новый проводник. Что та, которую мне дали, не справилась со своей работой.

Глаза Хейли вспыхнули от раздражения. – Каллум, клянусь Богиней…

Но она оборвала себя на полуслове, что-то прорычав себе под нос, прежде чем протопать на мою кухню.

– Ладно! – рявкнула она. – Но не привыкай к этому.

Я ухмыльнулся и последовал за ней, как щенок. – Конечно-конечно. Как скажешь, Рыжая.

Она открыла один из шкафчиков и начала рыться в нём с куда большей агрессией, чем требовалось. – Где твоя чёртова еда? Или ты живёшь на одних протеиновых батончиках и самонадеянности?

Я снова опёрся о столешницу, с усмешкой наблюдая за ней. – Посмотри в нижнем ящике. И я польщён, что ты думаешь, будто я живу на самонадеянности – это хороший источник энергии.

Она бросила на меня убийственный взгляд через плечо.

Я рассмеялся и в знак капитуляции поднял руки. – Ладно-ладно. Буду вести себя хорошо.

Но по правде говоря, мне нравилось её злить. Нравилась эта искра в ней. Она не была похожа на других девушек, которые из кожи вон лезли, чтобы мне угодить. Хейли было плевать, кто я такой. Или, по крайней мере, она делала вид, что ей плевать. И, может, именно это и сводило меня с ума.

И всё же… я не мог игнорировать странное чувство, нарастающее в груди, пока я смотрел, как она роется на моей кухне, будто всегда здесь и была. Богиня, помоги мне.

У меня проблемы.

Она решила приготовить спагетти. Я смотрел, как она взяла нож и начала резать овощи на разделочной доске. Её движения были быстрыми и умелыми, словно она точно знала, что делает.

Затем зазвонил её телефон.

Я увидел, как в её глазах мелькнула паника, прежде чем она схватила телефон и быстро включила громкую связь.

– Хейли? – Голос был резким, раздражённым.

– Какого чёрта ты где? – прорычал из динамика голос Натана. – Ты хранитель библиотеки. Мне нужна книга, и я не могу её найти.

Голос Хейли немного смягчился. – Прости, Натан. Я сейчас с Каллумом. Я его проводник и помогаю ему.

– Помогаешь ему? – рычание Натана стало злобным. – Не прошло и целого дня с его приезда. А ты уже с ним трахаешься?

Я почувствовал, как в груди поднимается гнев, когда Хейли метнула взгляд в мою сторону.

Она быстро сбросила звонок, прежде чем Натан успел сказать что-то ещё.

– К чёрту Натана, – пробормотал я, подходя ближе.

Хейли моргнула, стряхивая напряжение, и снова принялась резать.

И вдруг она вскрикнула.

Я опустил взгляд и увидел, как с её пальца капает кровь.

– Чёрт, – пробормотала она, пытаясь отдёрнуть руку.

Но я осторожно схватил её за запястье, удерживая палец. – Эй, эй, успокойся. Дай посмотреть.

Она снова попыталась вырваться, но я крепко её держал.

– Не двигайся. Я справлюсь.

Я схватил со столешницы чистую ткань и осторожно обернул её вокруг кровоточащего пальца, слегка надавливая, чтобы остановить кровь. Пока я это делал, я не мог не смотреть на неё.

Боже, вблизи она была так красива – её манящие синие, как море, глаза, огненно-рыжие волосы, обрамляющие лицо, то, как её губы слегка приоткрылись, пока она сосредоточенно пыталась не вырываться. Было что-то в её движениях, даже в этот простой миг, что застало меня врасплох.

– Почти готово, – тихо сказал я, пытаясь сохранить голос ровным, хотя сердце моё колотилось.

Она ничего не сказала, просто смотрела на меня своим пристальным взглядом.

Внезапно в мою входную дверь с силой забарабанили.

Вздрогнув, я поднял голову – как раз вовремя, чтобы услышать, как снаружи ревёт голос Натана.

– Хейли! А ну открывай эту чёртову дверь!

11 Ревнуешь?

ПОВ Натана

Я не мог объяснить гнев, кипевший во мне, пока я колотил в дверь квартиры Каллума.

Когда Хейли сказала, что она с ним – так просто, будто в этом не было ничего особенного, – что-то во мне сломалось. Чувство собственничества дикой, неконтролируемой волной захлестнуло грудь.

Я пытался быть рациональным. Правда пытался. Но в голове роились разные, ускользающие сценарии, один безумнее другого.

Я представлял её в его объятиях.

Я представлял, как он целует её – пробует на вкус те губы, что я целовал совсем недавно.

Я представлял, как он тянет её на свою кровать, её огненные волосы разметались по его подушке, а он касается её так, словно она его.

Мои кулаки крепко сжались по бокам.

Нет. Она не его. Не могла быть.

Она была моей – даже если я никогда этого не говорил, даже если продолжал притворяться, что это не так. Никто другой не мог к ней прикоснуться. Особенно он.

Я снова забарабанил в дверь, ещё громче. – Хейли! Открой эту чёртову дверь!

Никакого ответа.

Мои челюсти сжались, и я низко зарычал. Если Каллум хоть пальцем её тронет… если посмеет…

Дверная ручка задрожала.

Наконец она приоткрылась, и там стояла она.

Хейли.

Слегка растрёпанные волосы. Раскрасневшиеся щёки. Губа, зажатая между зубами, словно она нервно её кусала.

А за её спиной…

Стоял Каллум.

Слишком уж спокойный.

Слишком самодовольный.

Я сделал шаг вперёд, прожигая её взглядом. – Какого чёрта ты здесь делаешь?

Она открыла рот, но я резко оборвал её: – Ты хранитель библиотеки, а не его служанка.

– Я его проводник, Натан, – огрызнулась она, скрестив руки на груди. – Он попросил о помощи, и я…

– Ты его проводник в школе, – выплюнул я. – А не в его постели.

Её брови взлетели вверх. – Прошу прощения?

Я снова взглянул на Каллума за её спиной, потом опять на неё. – Всего один день, Хейли. Один, мать его, день, а ты уже в его квартире. Готовишь для него. Играешь в домик. Что дальше – разделишь с ним постель?

Каллум шагнул ближе, сжав челюсти. – Отвали, приятель.

Я проигнорировал его. Всё моё внимание было сосредоточено на ней, и только на ней.

– Ты настолько отчаялась в поисках мужчины? – прошипел я, мои слова были острыми и жестокими, и я не успел их остановить. – Могла бы, блять, мне сказать. Как твой Альфа, я бы сам прижал тебя к стене и трахнул.

В ту же секунду, как слова сорвались с моих губ, я пожалел о них. Но было уже слишком поздно.

Её ладонь хлестнула меня по лицу прежде, чем я успел что-либо понять.

Пощёчина.

Щеку мгновенно обожгло. Моя голова слегка дёрнулась в сторону, челюсти сжались от удара. Не от боли – нет, от шока.

Мне только что дали пощёчину.

Женщина.

Омега.

Я низко зарычал, звук рокотал глубоко в груди, пока я медленно поворачивал к ней лицо. Ярость скрутила мои внутренности, но не из-за неё. Из-за себя. Из-за того, как много она для меня значила. Из-за того, как больно было видеть её на чужой территории.

Но я не набросился на неё. Не закричал.

Вместо этого я встретился с ней взглядом и сказал, спокойно и смертоносно: – Ты идёшь со мной.

– Ещё чего, – огрызнулся Каллум, шагнув вперёд.

Я перевёл на него взгляд, сузив глаза. – Кажется, ты кое-что забываешь, Каллум, – холодно произнёс я. – Это моя стая. Моя земля. Я – будущий Альфа. А ты? Ты просто гость. Не испытывай моё терпение… если не хочешь, чтобы я переломал тебе кости и отправил ползком туда, откуда ты приполз.

Волк Каллума проснулся в его глазах. Он зарычал, низко и угрожающе, словно был в паре секунд от того, чтобы наброситься на меня.

Но Хейли встала между нами, прежде чем всё взорвалось.

– Я пойду с ним, – сказала она таким тоном, словно её заставили.

Я удивлённо посмотрел на неё сверху вниз. Каллум тоже выглядел ошеломлённым.

Она не стала ждать, пока кто-то из нас заговорит. Она развернулась на каблуках и вошла обратно, схватив свою сумку с кухни.

Я стоял там со сжатыми челюстями и колотящимся сердцем.

Взгляд Каллума встретился с моим. – Что? Теперь она тебе нравится?

Я зарычал. – Держись от неё подальше, – мрачно произнёс я.

Он впился в меня взглядом. – У тебя нет права мне это говорить… она для тебя никто.

Она вышла обратно, не глядя ни на одного из нас.

Не дожидаясь ответа, я развернулся и пошёл прочь. Я не проверял, идёт ли она за мной – я знал, что пойдёт.

Мы сели в мою машину, и я завёл двигатель, не говоря ни слова. Тишина была гнетущей – настолько, что я едва мог дышать.

Она тоже молчала.

Хейли просто сидела, глядя в окно, её пальцы были крепко сжаты на коленях. Она ни разу на меня не посмотрела.

И почему-то… это ранило сильнее пощёчины.

Мои челюсти сжались от чувства вины, которое расползалось внутри. Мои слова, должно быть, причинили ей боль. Я знал, что так и было.

Но я не это имел в виду – не в таком смысле.

Я злился не потому, что считал её распутной. Она не была такой. Никогда не была. Любая другая девушка могла бы сделать то, в чём я её обвинил. Но не Хейли.

Не моя Хейли.

Она не была похожа на других.

Именно это всё и усугубляло. Именно поэтому мне было так трудно контролировать себя, когда дело касалось её. Каждый раз, когда она смотрела на кого-то другого – говорила с кем-то другим, – я чувствовал эту иррациональную, всепоглощающую ярость. Словно она уже ускользала у меня из рук.

Я несколько раз открывал рот, пытаясь заговорить… пытаясь извиниться.

Но ничего не получалось.

Да и что, чёрт возьми, я мог сказать?

«Прости, что обращался с тобой, как со своей собственностью? За то, что говорил так, будто ненавижу тебя, когда на самом деле… я всегда хотел тебя»?

Я крепче сжал руль и продолжил вести машину.

Мы подъехали к дому стаи, и я остановил машину.

Она без единого слова отстегнула ремень безопасности, вышла и захлопнула за собой дверь.

Она даже не оглянулась.

Я смотрел, как она уходит – её плечи были напряжены, а волосы, подхваченные ветром, напоминали пламя. Она скрылась внутри здания, а я сидел ещё минуту, и моё сердце колотилось о рёбра.

В конце концов, я заставил себя выйти из машины и пошёл за ней.

Внутри библиотеки было тихо, словно ничего не произошло.

И вот она.

Сидит за своим столом.

Спокойная. Собранная. Словно нашей ссоры и не было.

Словно она только что не влепила пощёчину будущему Альфе.

Она не подняла глаз, когда я вошёл. Она открыла большую пыльную книгу, притворяясь, что читает, хотя я точно знал, что за последние две минуты она не перевернула ни одной страницы.

Я простоял в дверях долгую секунду, не зная, что делать. Не зная, что сказать.

Затем я медленно шагнул внутрь.

12 Извинения

От лица Хейли

Он вошёл, но я не подняла головы от книги. Так много всего хотелось ему сказать. Боже, как же мне хотелось кричать. Орать на него. Сказать, что у него нет права меня обзывать.

Но он был Натаном – наследником Альфы.

А для всех остальных… я была всего лишь омегой.

– Мне нужна книга… Не могу её найти, – неожиданно произнёс он.

Мне хотелось плюнуть ему в лицо и послать к чёрту. Но вместо этого я медленно встала и, повернувшись к нему спиной, подошла к полкам.

– Название? – спросила я, уже проводя пальцами по корешкам книг.

Прежде чем он заговорил снова, повисла долгая пауза.

– …Как извиниться перед леди?

Мои руки замерли.

Я медленно обернулась, не уверенная, что правильно расслышала, но не успела я и слова вымолвить, как его руки обвились вокруг моей талии, прижимая меня к себе.

Я ахнула.

– Натан… – я попыталась оттолкнуть его, но он лишь крепче меня сжал.

– Просто… подожди, – пробормотал он, словно ему не хватало воздуха. Его челюсти сжались, и впервые он выглядел неуверенным в себе. – Это… это для меня тяжело, ясно?

Я замерла, моё сердце бешено колотилось.

– Я в этом не силён, – пробормотал он. – В извинениях. Особенно перед девушками.

Его голос стал тише. – Я не это имел в виду. Я не считаю тебя распутной. Просто… Чёрт, – выругался он себе под нос и вдруг отпустил меня, отступая назад и в отчаянии запуская руки в волосы.

Я выдержала его взгляд, и что-то внутри меня захотело смягчиться. Поверить ему.

Но тут в моей голове эхом отозвались слова Клары: «Он поцеловал тебя только на спор».

И в тот же миг моё сердце снова окаменело.

– Оставь свои извинения при себе… они мне не нужны, – выпалила я и, не дожидаясь ответа, отвернулась к столу.

Я рухнула на стул и уставилась в книгу перед собой, делая вид, что читаю. Но слова расплывались. Пальцы, придерживающие страницы, слегка дрожали.

Он всё ещё был здесь.

Я чувствовала его присутствие, его пристальный взгляд.

Я ждала, что он скажет что-то ещё. Начнёт давить. Рявкнет приказ, как обычно.

Но вместо этого… он развернулся и ушёл.

Дверь за ним тихо щёлкнула.

Я выдохнула, медленно откидываясь на спинку стула. Мои плечи поникли. Что это было?

С каких это пор Натан, гордый, язвительный наследник Альфы, начал извиняться?

И что ещё важнее… почему?

Почему он выглядел таким раздосадованным? Таким растерянным? Что изменилось?

Это был тот самый Натан, который когда-то заставлял меня чувствовать себя грязью под его ногами. Тот, кто даже не дышал в мою сторону, если только не собирался меня оскорбить.

И теперь… это?

Тихая вибрация вырвала меня из мыслей. Я взглянула на телефон. Сообщение.

Каллум.

Привет. Ты в порядке?

Мои брови поползли вверх.

Каллум? Спрашивает, в порядке ли я?

С каких это пор хоть один наследник Альфы спрашивал меня об этом… когда это они подобрели?

Лёгкая, почти незаметная улыбка коснулась моих губ, пока я печатала ответ:

Да. Я в порядке.

Его ответ пришёл через несколько секунд.

Хорошо. Я заеду за тобой после закрытия. Отказы не принимаются.

Я моргнула, глядя на экран.

Я даже не знала, что на это ответить. Прежде чем я успела что-то решить, дверь библиотеки снова скрипнула. Я подняла голову, ожидая увидеть, возможно, кого-то из членов королевской семьи.

Но вместо этого вошёл охранник… с огромным букетом красных роз в руках.

– Это вам, – сказал он, подойдя и аккуратно положив его на стол передо мной.

Мой рот слегка приоткрылся. – М-мне?

Он кивнул и ушёл, не сказав больше ни слова.

Я уставилась на букет. Он был прекрасен – элегантный, пышный, из свежесрезанных цветов. Мои пальцы потянулись к крошечной записке, спрятанной между лепестками.

Она была написана от руки.

«Прости меня».

Всего два слова.

Но почерк… я его узнала.

Неряшливый, резкий… нетерпеливые штрихи.

Это был почерк Натана.

Моё сердце заколотилось в груди ещё сильнее.

Что, чёрт возьми, с ним происходит?

Я смотрела то на записку, то на букет. Часть меня хотела быть тронутой. Хотела поверить.

Но это был Натан.

Может, он заключил ещё одно пари… и одному богу известно, о чём оно на этот раз.

Нахмурившись, я отодвинула розы в сторону и попыталась сосредоточиться на книге. Дверь снова скрипнула. Я подняла глаза.

Это была мать в своей поварской форме.

Её взгляд упал на цветы. – Это тебе? – спросила она, подойдя ближе.

– Да, – пробормотала я.

Она с любопытством приподняла бровь. – От поклонника?