Предначертанная изгнанница Альфы: Восхождение Лунной Певицы

Взгляд Предводителя Ликанов, которого, как я теперь знала, звали Альфа Рэмси, оставался прикованным ко мне, но та связь, что вспыхнула между нами мгновение назад, была резко оборвана. Выражение его лица изменилось, став жестким и непроницаемым.

Резким движением он отпустил меня, и я отшатнулась, в последний момент удержав равновесие, чтобы не упасть.

Жар его прикосновения остался на коже, и я почувствовала, как мое сердце мучительно сжалось, когда он, не говоря ни слова, отвернулся. Он двинулся сквозь толпу, его осанка была жесткой, а его присутствие внушало уважение каждому оборотню в комнате. Никто не осмеливался подойти к нему, даже Нейтан, который застыл на месте.

Мои ноги ослабли, пока я смотрела, как уходит Рэмси. Момент был упущен, и я осталась в полном смятении; мое тело все еще горело от неудовлетворенного желания. Я никогда не чувствовала ничего подобного – этого влечения к мужчине, который был настолько же опасен, насколько и завораживающ.

Мой разум лихорадочно работал, пытаясь осмыслить произошедшее, и осознание того, что Альфа Рэмси…

Предводитель Ликанов смотрел на меня так, словно хотел меня так же сильно, как я его.

4 Моя пара без волка…

Тем же вечером…

Рэмси

Я сидел на заднем сиденье машины и со скучающим видом смотрел в окно. Огни города проносились мимо размытым пятном, а приглушённый гул машин наполнял тишину. Я ослабил галстук, с ужасом предвкушая очередное мероприятие, на которое мне совсем не хотелось идти.

Гала-вечера для оборотней и ликанов, церемонии сопряжения и прочие абсурдные сборища были не более чем шарадой – парадом неискренности, облачённым в дорогие наряды и натянутые улыбки.

Я всегда ненавидел эти мероприятия. Как от Предводителя Ликанов, моего присутствия часто требовали, и именно это я ненавидел в своём положении. Я ненавидел, как все приходили в отчаяние, соперничая за моё внимание, жаждая произвести на меня впечатление фальшивыми улыбками и фальшивыми рукопожатиями, а потом меня ещё и раздражали комплименты.

Хоть я и был самым могущественным человеком в своём мире, предводителем всех оборотней и ликанов, этот титул приносил с собой власть и одиночество. Для меня наш мир был полон притворства, начиная с фальшивой Лунной Богини, которой ни до кого нет дела, которая и пальцем не пошевелит, чтобы помочь своим детям, и заканчивая переоценённой дурацкой связью пары.

Я откинулся на спинку сиденья и вздохнул, проведя рукой по волосам. «Ещё один вечер впустую», – пробормотал я себе под нос, уже считая минуты до того, как смогу уйти.

Когда машина остановилась перед огромным бальным залом, я с отвращением взглянул на гигантское здание.

Яркие огни и красные ковровые дорожки были не более чем фасадом, маской, скрывающей истинную сущность тех, кто находился внутри. Я почувствовал знакомый прилив раздражения. Мне здесь не место – ни с этими людьми, ни с их пустыми традициями.

Дверь открылась, и мой дедушка, Элдрик, вышел из машины с энергией человека вдвое моложе. Его глаза всё ещё были острыми и властными, и в данный момент они гневно смотрели на меня, поскольку я даже не потрудился пошевелиться, чтобы выйти из машины.

Мой дедушка настоял на том, чтобы поехать на гала-вечер со мной, потому что был уверен, что я не появлюсь, и он не ошибся.

– Это обязательно, дедушка? – спросил я, выходя наконец из машины, и мой голос был полон раздражения. – У меня на повестке дня есть дела поважнее и посрочнее, чем стоять тут столбом, пока все пытаются подлизаться ко мне.

Мой дедушка, невозмутимый моим кислым настроением, приподнял бровь. – Пока ты Предводитель Ликанов, у тебя есть обязанности, в том числе и эта. И пока ты не приведёшь домой пару, будешь посещать церемонии сопряжения и подобные гала-вечера. Это традиция.

Я закатил глаза. – К чёрту традицию, – фыркнул я. – Ты прекрасно знаешь, что мне плевать. Я не какой-нибудь влюблённый щенок, ждущий свою предначертанную судьбой пару. И не надо мной командовать, будто я всё ещё ребёнок. Я Предводитель Ликанов, помнишь?

Мой дедушка хмыкнул, его взгляд впился в мой. – Пока ты не найдёшь свою пару, ты неполноценный предводитель. Тебе должно быть стыдно так себя называть. В твоём возрасте я уже был женат, – пыхтел он.

– Это не приказ, а долг, и ты обязан его исполнить. А теперь иди внутрь. Я буду тебя ждать. Так что, если ты планируешь уйти… плохие новости, сынок.

Я стиснул зубы, проглотив ответ. С ним было бесполезно спорить, когда он входил в такой раж. Не говоря больше ни слова, я развернулся на каблуках и зашагал в бальный зал.

Как только я вошёл, зал погрузился в тишину. Головы повернулись, и по толпе пронёсся шёпот, пока я не почувствовал на себе тяжесть каждого взгляда. Я ненавидел это. Постоянное пристальное внимание, завуалированные попытки добиться моего расположения – всё это так утомляло.

Я направился в дальний конец зала, надеясь избежать ненужного общения. Но вскоре ко мне потянулась вереница молодых альф и бет. Я вытерпел бесконечные приветствия и механические разговоры с вежливой, но отстранённой улыбкой. Я кивал и обменивался любезностями, но мыслями был далеко.

Такова была моя рутина – появиться, вытерпеть всё это и уйти, как только позволят приличия. Я уже планировал свой уход, когда случилось нечто странное.

Запах. Сначала слабый, но безошибочный.

Сладкий, тёплый и совершенно незнакомый. Он пробивался сквозь тяжёлые ароматы духов и одеколонов гала-вечера, притягивая моё внимание, словно мотылька к пламени. Я напрягся, мои чувства обострились, пока я сканировал зал. Мой волк, Лакс, зашевелился внутри меня, беспокойный, побуждая найти источник.

И тогда я увидел её.

Молодая женщина, неловко стоявшая в одиночестве в дальнем конце зала, её щёки раскраснелись, а глаза были дикими. Она выглядела неуместно в этой лощёной толпе, её аура бледнела по сравнению с уверенными и собранными женщинами, окружавшими её.

Её длинные волосы ниспадали растрёпанными волнами, а платье облегало её так, будто она только что пробежала марафон. Оно было нежно-розового цвета, который напомнил мне одну бездомную Омегу, что однажды пыталась меня соблазнить.

Но моё внимание привлекла не её внешность. А неоспоримый запах её течки, волнами исходивший от неё и наполнявший воздух.

Люди вокруг морщили носы от отвращения – я тоже должен был бы испытывать отвращение, но вместо этого мой Лакс зарычал, забегав внутри радостными кругами и вторя тому единственному слову, которого я боялся и от которого бежал большую часть своей жизни.

ПАРА!!!

Мой взгляд встретился с её, и на мгновение мир вокруг нас, казалось, расплылся. Шум гала-вечера утих, и всё, что я слышал – это стук собственного сердца, ускорявшийся с каждым вздохом. Запах девушки опьянял, притягивая меня против моей воли, и мой волк, Лакс, рвался вперёд, жаждая заполучить то, что принадлежало ему.

Но тут голоса людей неподалёку вернули меня к реальности. Я смотрел, как группа людей украдкой поглядывала на девушку с лицами, искажёнными презрением.

– Почему она не может контролировать свои феромоны? Как жалко! – пожаловался один из них.

– Полагаю, так бывает, когда у тебя нет волка. Неудивительно, что она не может найти пару, – рассмеялся второй.

– Бесволчий девиант. Ей здесь не место.

Мои челюсти сжались. Лакс раздражённо зарычал на оскорбления, брошенные в адрес нашей пары, но я заставил его замолчать, и с моих губ сорвался горький смешок. Так вот она какая – изгой, бесволчий оборотень, которая не может контролировать даже собственное тело. Девиант…

Из всех тысяч девушек, которых Лунная Богиня могла дать мне в пары, она выбрала эту? Что за шутка!

Мои глаза сузились, пока я смотрел на неё, чувствуя, как под кожей пульсирует притяжение связи пары. Я не хотел этого, я не хотел её.

Я никогда не был поклонником предначертанных пар, но пара без волка была бесполезной, слабой и лишь запятнала бы мою репутацию и настроила бы против меня людей, которыми я правлю.

Я не мог принять ни её, ни эту связь. К счастью, она ничего не знает, так что всё пройдёт гладко. Мир и так уже следил за мной, ожидая слишком многого, и я не мог позволить себе связаться с девиантом, с кем-то, кто никогда не поймёт и не исполнит роль моей пары.

Я отвернулся, чтобы уйти, но Лакс – мой волк – запротестовал, умоляя меня подойти к ней, но я подавил его. Она была не более чем осложнением, а у меня не было времени на осложнения.

Я бросил последний взгляд на девушку в другом конце зала, чувствуя странную смесь сожаления и облегчения. Она останется изгоем, девиантом, которому нет места в моём мире. А я и дальше буду предводителем, несвязанным и свободным от оков предначертанных уз.

Когда я зашагал прочь из бального зала, я увидел, как один из молодых альф приблизился к ней и схватил её за грудь. Гнев захлестнул меня… в тот момент я хотел подскочить и разорвать этого альфу на куски, но сдержался.

Его руки опустились ниже – прежде чем я успел обдумать свои действия, я зарычал…

5 Гала: последствия…

Лайла

– Какая жалкая, – презрительно хмыкнул кто-то в толпе.

– Она что, думала соблазнить Предводителя Ликанов этим представлением? – издевательски протянул другой голос.

Слёзы, щипавшие глаза, были вызваны в равной мере физической болью от падения и унижением от того, что я оказалась в центре всеобщего внимания по самым неподобающим причинам. Смущение тоже было невыносимым.

Посреди этого хаоса Нейтан опустился на колени рядом со мной и протянул мне руки.

– Лайла, ты в порядке? – спросил он.

Я не могла заставить себя ответить и лишь рассеянно кивнула, не сводя глаз с двери, за которой исчез Рэмси.

Воспоминание о его обжигающем взгляде всё ещё стояло у меня в голове. Нейтан осторожно поднял меня и отвёл в тихий уголок.

– Тебе не стоило приходить сюда в таком виде, – прошептал он. – Это опасно.

– Что ж, правила устанавливаю не я, – я улыбнулась ему. – Мой отец настоял, чтобы я пришла. У меня не было выбора.

Люди всё ещё перешёптывались, показывая на меня пальцами и смеясь, но впервые мне было всё равно, потому что в то мимолётное мгновение рядом с Альфой Рэмси я почувствовала нечто, что сделало всю боль и унижение почти терпимыми.

– Но… спасибо, – пробормотала я. Я огляделась, мои щёки всё ещё пылали от стыда. – Прости… что я такая белая ворона. Ты прав, мне не следовало приходить.

Хватка Нейтана на моей руке усилилась, его голос был твёрдым, но добрым. – Перестань извиняться, Лайла. В этом нет твоей вины. – Его взгляд на мгновение метнулся в ту сторону, куда ушёл Рэмси, а челюсти сжались. – Этот человек… он просто козёл. Не позволяй ни ему, ни кому-либо другому заставить тебя чувствовать себя хуже, чем ты есть на самом деле.

Я кивнула, сглотнув ком в горле, и снова натянуто ему улыбнулась. Нейтан был одним из немногих в моей жизни, кто не смотрел на меня как на сломленную. Он видел во мне не безволкую девчонку с неконтролируемыми феромонами, а подругу, с которой вырос, ту, с которой в детстве они делились мечтами и секретами под лунным светом.

Он был сыном Беты стаи Блу Ридж и следующим в очереди на пост Альфы, поскольку у моего отца не было наследника мужского пола. А ещё он был единственным, кто поддерживал со мной связь с тех пор, как я покинула Блу Ридж, хотя сам он уехал из стаи ещё раньше, чтобы учиться в одной из заграничных школ.

– Когда ты вернулся? – шмыгнула я носом.

– Неделю назад. Если бы я знал, что ты здесь… – он умолк, тихо вздохнув. – Позволь мне отвезти тебя домой, – предложил он, осторожно ведя меня к выходу. – Тебе больше не стоит здесь оставаться.

Дорога обратно в стаю Блу Ридж прошла в тишине. Я смотрела в окно, лихорадочно размышляя о родителях и их реакции. Теперь я навлекла на них лишь ещё больший позор. Я знала, что они будут в ярости, но даже не представляла, насколько всё будет плохо.

Нейтан остановился перед нашим домом. Его рука задержалась на моей на мгновение дольше, чем следовало. – Я могу пойти с тобой и объяснить ситуацию твоему отцу, – пробормотал он.

– Нет! – Я покачала головой. – Это только ещё больше его разозлит. Не волнуйся, к утру я буду в порядке. Мне нужно потерпеть совсем недолго.

Он хотел сказать что-то ещё, но кивнул. – Хорошо, если что-нибудь понадобится, просто позвони мне, – сказал он.

Я заставила себя улыбнуться. – Я буду в порядке. Ещё раз спасибо, Нейтан.

Я вышла из его машины и смотрела, как он уезжает. Как только его машина скрылась из виду, входная дверь распахнулась, и я замерла, увидев яростное лицо отца. Он ринулся вниз по ступеням, его глаза горели гневом. Мать следовала за ним по пятам, её губы скривились в злобной гримасе.

– Бесстыжая маленькая дрянь! – взревел отец, грубо схватив меня за руку и втащив внутрь. Я поморщилась, когда его пальцы впились в мою и без того покрытую синяками кожу. – Ты хоть понимаешь, что наделала?

Следом раздался голос матери: – Ты не могла хотя бы одну ночь вести себя как подобает дочери! Вместо этого ты унизила нас перед всеми – перед всем миром. Как мне теперь смотреть в глаза этим злобным жёнам Альф? Ты хочешь, чтобы твоего отца лишили титула Альфы из-за твоего поведения?

– Мне жаль… – попыталась я заговорить, защитить себя, но не успела договорить, как пощёчина отца обожгла мою щеку. От удара я пошатнулась, и перед глазами всё поплыло от слёз и звёздочек.

– Ты пыталась соблазнить Предводителя Ликанов? Ты что, хочешь потянуть за собой на дно всю нашу семью? – взвизгнула мать, пнув меня ногой. – Лучше бы я тебя вообще не рожала. Ты – позор, проклятый безволкий девиант, который не приносит ничего, кроме стыда!

– Но это не моя вина! – закричала я, слёзы теперь текли не только из глаз, но и из носа. – Я не просилась на этот дурацкий Гала-вечер. Это всё была ваша идея. Как вы можете меня в этом винить? Если вам нужно было идеальное представление вашей идеальной семьи, почему вы не послали свою идеальную дочь? Зачем вы заставили идти меня? – вопила я.

Шлёп! Шлёп! Шлёп!

Три пощёчины одна за другой опустились на мои щёки, и у меня потемнело в глазах.

– Как ты смеешь мне перечить? Жизнь с этими людьми заставила тебя забыть о манерах? – раздражённо прорычал мой отец.

Я стиснула зубы и повернулась к нему с ухмылкой на губах.

– Да! И что ты с этим сделаешь, отец? Снова меня ударишь? А ты знаешь, что в человеческом мире бить своих детей – наказуемое преступление? Впрочем, я не буду сопротивляться… заканчивай начатое.

Я увидела, как отец замер… на несколько секунд из его глаз ушла вся злость. Я впервые ему перечила. Давно пора, если хотите знать. Я была бесполезной дочерью. Так почему бы не соответствовать этому званию.

Его взгляд внезапно посуровел, он сильно толкнул меня, и я растянулась на холодном полу.

– Вон! Прочь с глаз моих! – взревел он. – Ты не заслуживаешь находиться под этой крышей!

– Да! – истерически рассмеялась я. – Заодно и из семейного реестра меня вычеркните, – крикнула я через плечо, волоча себя к двери.

Прежде чем они захлопнули дверь у меня перед носом, мать презрительно хмыкнула, скрестив руки на груди и с отвращением глядя на меня.

– Останешься сегодня на улице. Может, холод научит тебя манерам.

Я осталась одна, на пронизывающем ночном ветру. Холод пробирал сквозь тонкое платье, впиваясь в кожу. Я обняла себя, слёзы текли по щекам, пока я, спотыкаясь, отходила от дома. Едва выйдя за ворота, я замерла, увидев Нейтана, который ждал меня.

– Эй! – прошептал он. – Мне жаль. Я знаю, что тебе неловко, но ничего не поделаешь. Их голоса были такими громкими… в общем, ты можешь сегодня переночевать у меня. Мой отец на…

– Нет, спасибо! – холодно бросила я и прошла мимо.

– Да ладно тебе, Лайла! – он пошёл за мной. – Тебе не нужно стыдиться. Помни, мы друзья, и из-за такого тебе не должно быть не по себе.

– Мы были друзьями в детстве, Нейтан! – Я повернулась к нему. – А теперь и тебе следует держаться от меня подальше, особенно сейчас. Мне не нужна ни твоя, ни чья-либо ещё помощь. Я до сих пор как-то выживала, так что забери свою доброту и уходи. – Я развернулась на каблуках и оставила его стоять там.

Я брела без цели, разум оцепенел. Ночь была тёмной и безжалостной, совсем как моя жизнь. Я бродила по лесу, пытаясь довести себя до изнеможения, чтобы хотя бы уснуть, но в итоге оказалась у реки.

Я уткнулась лицом в руки, давая волю слезам. Понятия не имею, сколько прошло времени, когда я услышала тихие приближающиеся шаги. Моё сердце подпрыгнуло от страха при мысли, что это родители пришли тащить меня обратно в дом.

Но, подняв голову, я никого не увидела. И всё же я не могла избавиться от ощущения, что кто-то наблюдает за мной из-за деревьев.

Поскольку уже почти рассвело, я заставила себя встать на ноги и поспешила обратно к дому стаи. Во время движения я заметила, что за мной следят, но каждый раз, оборачиваясь, я никого не видела.

На третий раз я сорвалась на бег, лёгкие горели, пока я пыталась бежать так быстро, как только могли позволить мои ноги и избитое тело. В какой-то момент я заметила позади себя белую фигуру, но не стала задерживаться, чтобы разглядеть, что это было.

Я выбежала из леса к дому стаи… и замерла, когда увидела перед ним солдат из стаи Уайт Лейк Маунтин – родины Предводителя Ликанов. Мои родители, всё ещё в ночной одежде, разговаривали с ними.

– Вы Лайла Вудлендс? – спросила одна из солдат, повернувшись ко мне, когда заметила моё присутствие.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

– Хорошо! Властью Предводителя Ликанов… вы арестованы… всё, что вы скажете или сделаете, будет использовано против вас в совете Трона Белой Луны.

6 Пара, которую я хотел, против моей суждённой пары

РэмсиЯ ходил из угла в угол по отведённой для меня в бальном зале комнате, и всё, что только что произошло, снова и снова прокручивалось в моей голове, словно заезженная пластинка. Я стоял в роскошном бальном зале, во всём воплощая собой отстранённого и властного Предводителя Ликанов, как вдруг все эти годы самоконтроля и дисциплины едва не ускользнули у меня сквозь пальцы. Я не мог в это поверить – не мог поверить, что был в шаге от того, чтобы поцеловать эту девиантку, эту безволковую девчонку на глазах у всего сообщества оборотней. Мои руки сжались в кулаки так, что костяшки побелели. Воспоминание о её раскрасневшихся щеках, запахе её течки и этих глазах… Богиня! Эти глаза – молящие, отчаянные и полные такого томления, какого я никогда не видел. Я хотел её… без сомнения… Я хотел провести языком по её приоткрытым губам и исследовать каждый изгиб её тела, пока она не кончит снова и снова мне на руку. «О чём ты только думал?» – прорычал я сам себе, и мой голос эхом отразился от тёмных дубовых стен.

Лакс, мой волк, проворчал.

«Она наша пара, – сказал он. – Вот почему ты так отреагировал. Мы принадлежим ей».

Я нахмурился ещё сильнее. «Пара или нет, я её не приму», – огрызнулся я, ускоряя шаг, словно пытаясь убежать от правды.

«Если мне и суждено жениться, то на ком-то, кто достоин моего положения, а не на какой-то безволковой девиантке, не способной себя контролировать. Ты же видел, как она вела себя с теми мужчинами».

«Ой, да брось, Рэмси! – фыркнул Лакс. – Не меняй тему. Ты был готов сорвать с неё это хлипкое платье. Она наша пара, и в конце концов ты поймёшь, что она нам нужна».

Меня бесило, что слова Лакса были правдой. Я видел связь пары воочию – и её хорошую, и плохую сторону. Пока я её не отвергну, я не смогу вернуть себе контроль. Я построил свою жизнь, отвергая нормы традиций оборотней и ликанов, презирая связь пары, которую другие считали священной, и вот теперь это случилось со мной.

Я отказываюсь быть связанным чем-то столь неосязаемым и манипулятивным, как эта связь, особенно когда она явилась в образе Лайлы – именно так назвал её тот мужчина. Он произнёс её имя с такой фамильярностью… неужели он её бывший парень? – подумал я, чувствуя, как грудь сдавило от ревности.

Я встряхнул головой, пытаясь прояснить мысли. Это не моё дело. Я уже решил: я её отвергну. Другого выхода не было.

Я вышел из комнаты и направился к выходу, когда ко мне продефилировала Кэссиди Торн, цокая каблуками по натёртому полу. Она была воплощением всего, что обожал наш мир, – красивая, уверенная в себе, бесстыдно манипулирующая, и должна была стать моей парой, пока я не разорвал нашу помолвку шесть лет назад.

Кэссиди была именно той женщиной, на которой я должен был жениться и с которой должен был составить пару. Её отец был уважаемым ликаном и Предводителем стаи Белого Озера. В ней жил сильный ликан, и всю жизнь её растили как идеальную Луну.

Она захлопала ресницами, хитрая улыбка играла на её губах, когда она посмотрела на меня снизу вверх с кокетливым выражением лица.

«Рэмси, – промурлыкала она, – уже уходишь? Ты ведь не откажешься подвезти девушку?»

Я сощурился, и раздражение вспыхнуло от её близости. Меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы она была рядом.

«Нет! – отрезал я. – У меня другие планы».

Прежде чем я успел отвернуться, мой дед, молчаливо наблюдавший из тени у бального зала, вышел вперёд с весёлой улыбкой.

«О, не будь так суров, Рэмси. Кэссиди, можешь поехать с нами, это не составит труда. Можешь и на ночь остаться, раз уж поздно. Я позвоню твоему отцу и сообщу ему».

Я метнул на деда гневный взгляд, но он лишь пожал плечами, а в его глазах плясали озорные огоньки. Кэссиди, конечно же, ухватилась за эту возможность, её улыбка стала шире, когда она подошла ближе и скользнула в машину.

По дороге обратно в регион Белой Горы я не проронил ни слова, глядя в окно, пока мои мысли возвращались к Лайле. Сколько бы я ни пытался выбросить её образ из головы, она оставалась там – как незваная гостья в моих мыслях.

Кэссиди без умолку болтала с моим дедом, что злило меня ещё больше.

К тому времени, как мы прибыли в Стаю Белой Луны – мою стаю, – моё терпение было на исходе. Я едва удостоил ответом кокетливое «спокойной ночи» от Кэссиди, когда она прошла в отведённую для неё гостевую комнату.

Остаток ночи прошёл как в тумане. Я продолжал ходить из угла в угол, не в силах уснуть.

Каждый раз, когда я закрывал глаза, лицо Лайлы преследовало меня – её запах, то, как её тело на мгновение прижалось ко мне… Я чувствовал, что моё тело вот-вот взорвётся от одной только мысли о том, как я её хочу.

Я ворочался с боку на бок. Лакс метался, рыча от недовольства из-за разлуки с нашей парой. Я стиснул зубы, пытаясь заглушить его, но не мог.

К утру я был измученный, раздосадованный и с диким стояком.

Когда первый луч рассвета пробился сквозь окна моей комнаты, я понял, что так больше не могу. Мне нужно было разобраться с этой ситуацией.

Я немедленно установил ментальную связь с Сетом – дворецким Дома стаи – и попросил его подняться ко мне в комнату.

«Альфа! – поприветствовал он меня сухим поклоном. – Вы звали меня?»

«Да! – кивнул я, глядя в окно. – Тут одна девушка… женщина». Я с трудом сглотнул.

«Я встретил её на вчерашнем приёме, но она девиантка. Мне нужно, чтобы ты нашёл её и привёл ко мне», – приказал я, сам не зная, зачем это делаю.

«Возможно, вы знаете её имя? Это поможет мне сузить круг поисков».

Я повернулся к нему. Его взгляд тут же заметил, как топорщится ткань моих брюк, но он ничего не сказал. Таким был Сет; он никогда ничего не комментировал, если его мнения не спрашивали. Он был холоднее моего деда и никогда не подвергал сомнению приказ.

«Лайла, – ответил я. – Её зовут Лайла, и она дочь Альфы. Но я не знаю, какого именно, и из какой она стаи».

«Принято, Альфа! – кивнул он, чиркая в своём блокноте. – Это всё? Завтрак подать сейчас или позже?»

«Позже, – ответил я. – И, пожалуйста, я не хочу, чтобы мой дед знал. Будет неловко это объяснять».

«Да, Альфа!» – кивнул он и беззвучно выскользнул из комнаты.

Несколько часов спустя Сет вернулся в мою комнату, сообщив мне о прибытии Лайлы в дом стаи. Моё сердце сжалось так, как мне не хотелось признавать, но я сохранял холодное выражение лица.

«Подготовь для неё комнату, – приказал я, – но пусть это будет в восточном крыле дома стаи… с её запахом и всем прочим, моему деду будет легче её найти…» – я запнулся и тут же продолжил.

«Убедись, что она хорошо устроилась, и… присматривай за ней. Я не хочу неприятностей».

«Принято, Альфа!» – пробормотал Сет, прежде чем снова покинуть комнату.

Я опёрся о подоконник, глядя на лес за пределами дома стаи. Какого чёрта я творю? Почему я не мог просто отпустить её? У меня не было причин втаскивать её обратно в свою жизнь, не было причин заботиться о том, что с ней случится, и всё же я стоял здесь и жаждал её, как дурак.