Полная версия
Пробный муж: Нужно постараться. Книга 2
Контракт?
Неужели Хань Юфань думал, что всё ещё может контролировать её с помощью контракта?
– Тогда, по крайней мере, скажи, кого ты для меня подобрал, – потребовала ответа Таннин, бросив на Линь Вэй успокаивающий взгляд. От этой толики уверенности встревоженное сердце Линь Вэй сразу успокоилось. Она знала, что рано или поздно Таннин получит лучшего менеджера, но оставаться в Тяньи она точно не могла; она предала Мо Юроу и перешла на сторону Таннин, и если она уйдёт от Таннин, Мо Юроу определённо заставит её страдать.
Однако взгляд Таннин говорил ей…
Даже если она не сможет её удержать, она не позволит отправить её в пасть тигру…
…а Таннин всегда добивалась своего. Поэтому она доверяла Таннин и терпеливо ждала.
– Завтра компания устроит в твою честь праздничный ужин. Тогда она и появится. Не волнуйся, этот менеджер определённо будет более опытным, чем Линь Вэй; ты ничего не потеряешь. Или ты всё ещё думаешь, что я пытаюсь тебя подавить? – Хань Юфань почувствовал себя неловко оттого, что Таннин, незаметно для него, так многого добилась.
Таннин ничего не сказала и не отказалась. Конечно, она не верила, что Хань Юфань сделает для неё что-то хорошее, но она не могла просто отказаться, иначе этому не было бы конца.
Она должна была быть уверена, что контроль над ситуацией останется у неё.
Когда Таннин вышла из кабинета, Линь Вэй осталась внутри. Таннин бросила на неё взгляд, жестом показывая, чтобы та тянула время как можно дольше и не позволяла Хань Юфаню узнать детали её работы. Линь Вэй незаметно кивнула. Если она не справится даже с такой простой задачей, всё, чему она научилась у Таннин, пойдёт насмарку.
– Где Линь Вэй? – спросила Лонг Цзе, увидев, что Таннин вернулась одна.
– Хань Юфань велел ей заняться другими артистами и подобрал для меня нового менеджера, – ответила Таннин.
– Кто это? – настороженно спросила Лонг Цзе.
Таннин не ответила, она просто надела солнцезащитные очки и покинула Тяньи вместе с Лонг Цзе. Она вернулась в Хаятт Ридженси и вошла в свой дом. В это время Мо Тин уже был дома. Услышав о том, что с ней произошло, они подумали об одном и том же.
– Тин, ты думаешь о том же, о чём и я? – спросила Таннин.
– Хан Жосюэ! – ответил Мо Тин.
Как и ожидалось. Таннин слегка улыбнулась.
58 Другой выход
– Она не может продолжать работать в США, так что, конечно, она попытается использовать тебя, чтобы вернуться. К тому же, ее мечта – контролировать тебя и заставить сдаться ей… – Мо Тин с серьезным выражением лица смотрел на Таннин, анализируя мысли Хан Жосюэ. – Конечно, тебе будет нетрудно от нее избавиться.
Таннин слегка улыбнулась, она уже все продумала. Увидев выражение ее лица, Лонг Цзе поняла, что такое незначительное препятствие не сможет встать на пути Таннин; она почувствовала облегчение.
План Таннин должен был осуществиться после Премии “Десятка лучших моделей”. Поэтому все, что могло произойти до этого момента, она уже приняла во внимание. Единственное, что Лонг Цзе могла сейчас для нее сделать – это утешить Линь Вэй.
После ухода Лонг Цзе пара вместе вошла в спальню и переоделась в домашнюю одежду. Мо Тин обнял Таннин перед зеркалом гардероба и спросил ей на ухо: «Ты все еще не планируешь уходить из Тяньи?»
– Еще не время… – Ей нужен был всего один последний шаг, чтобы полностью уничтожить Мо Юроу; она ни за что не позволит этим двоим так легко отделаться.
– Но тебе следует определиться со своей следующей целью. – Мо Тин знал, что Таннин не любила срезать путь, поэтому он не стал упоминать о подписании контракта с Хай Руй. – Теперь, когда у тебя есть популярность и люди говорят о тебе, твоей следующей целью должно быть…
– Мне нужна значимая награда, – мягко ответила Таннин. Она понимала свое положение и знала, что индустрия развлечений – это омут с тихой водой; сегодня о ней еще могут говорить, но завтра внимание легко может перехватить какая-нибудь новая знаменитость. Поэтому, получив значимую награду, она сможет утвердить свой статус в индустрии. – Однако, Тин… мне уже 26 лет. Я больше не могу вести себя так, будто мне 17, и участвовать в конкурсе моделей. А награды, которые я получала в прошлом, потеряли свою ценность с тех пор, как Стар Кинг Энтертейнмент внесла меня в черный список… тогда я отступила слишком отчаянно и сожгла за собой все мосты.
В прошлом она действительно делала все, что могла, для Хань Юфаня…
Лучшие годы модели, ее самые славные годы… она беззаветно отдала их все Хань Юфаню. Но что она получила взамен в итоге?
Однако Таннин не жалела. В конце концов, это была дорога, которую она выбрала сама. Просто теперь ей приходилось сталкиваться с последствиями своих глупых ошибок.
Услышав ее, сердце Мо Тина сжалось от боли за нее. Если бы он встретил ее раньше, возможно, ей не пришлось бы пройти через всю эту боль. Он оставил поцелуй на шее Таннин и утешил ее нежным голосом: «Это неважно… Если ты не можешь участвовать в конкурсе, это не имеет значения, просто усердно работай как модель. Если тебе нужно будет участвовать в показах или появляться в журналах, я буду сопровождать тебя… Мы можем использовать хорошую огласку. В конце концов, настоящая битва идет в самой индустрии. Милая, не дави на себя слишком сильно…»
Таннин глубоко вздохнула, повернулась и обвила руками талию Мо Тина. Она уткнулась головой ему в грудь и вздохнула: «Не волнуйся, когда ты моя цель, меня не так-то просто сломить».
Мо Тин глубоко вздохнул и поднял Таннин на руки. Вернувшись в спальню, он положил её на кровать и нежно опустился на неё, накрыв своим телом: «Я думаю, лучший способ заставить тебя забыть о прошлом – это… любить тебя глубоко».
Услышав это, уши Таннин вспыхнули красным. Она поняла, что в его словах был двойной смысл: «Ты ведь еще не ел. После целого дня тяжелой работы у тебя еще остались силы?»
– Думаю, единственный способ это выяснить – доказать на деле… – Сказав это, Мо Тин нежно поцеловал её в губы…
…
Из-за популярности Таннин Мо Юроу стала объектом всеобщей ненависти. Поэтому Хань Юфань не собирался позволять ей присутствовать на праздничном ужине Тяньи. Именно в это время Мо Юроу получила возможность встретиться с судьями премии. Поиском информации о судьях втайне от Тяньи занимался ассистент Мо Юроу. Всего их было семеро: три женщины, четверо мужчин. Мо Юроу быстро отбросила трех женщин и сосредоточила свое внимание на судье-мужчине, которому было за сорок. У него была темная история, которую, казалось, всегда удавалось замять.
– Юйжоу… – ассистент Мо Юроу смотрел, как она взяла фотографию мужчины; его сердце бешено колотилось. – Ты…
– Ю Линь, помоги мне узнать, когда я смогу встретиться с этим судьей.
– Юйжоу…
– Я знаю, о чем ты думаешь. Если я не сделаю этот шаг, я потеряю Хань Юфаня, и не только это, у меня вообще ничего не останется, – жестоко произнесла Мо Юроу. Сейчас у нее не было способа выжить в Пекине. Если она не поможет себе найти другой выход, она не знала, как низко Таннин ее еще опустит. – Я непременно должна получить награду, любой ценой!
Ассистенту Мо Юроу ничего не оставалось, как достать телефон и, отойдя в сторону, с уважением позвонить этому человеку. Сначала мужчина на том конце провода не собирался отвечать, но после того, как Ю Линь позвонил три раза подряд, он наконец взял трубку.
Ассистент Мо Юроу просто изложил свои мысли, и мужчина понял их намерение. В конце концов, он попросил поговорить лично с Мо Юроу.
– Юйжоу…
Мо Юроу протянула руку и схватила телефон. С улыбкой она ответила: «Господин Ли». Поскольку он был высокопоставленным деятелем, она вела себя с ним подобострастно.
– Так вы Мо Юроу? Я видел ваши шоу. На самом деле… вы не так уж плохи, но, я уверен, вы в курсе, что ваша репутация в последнее время не очень… как насчет того, чтобы завтра в семь вечера вы приехали в отель Хонг Фань, мы могли бы поболтать.
– Юйжоу… ты этого хочешь? Ты беременна, а этот старик отвратителен…
– У меня есть другой выбор? – Мо Юроу повернула голову и спросила своего ассистента. – Таннин загнала меня в угол, я не могу позволить ей преуспеть. Если она хочет, чтобы я сдалась, то пусть и не мечтает!
Ассистент был беспомощен. Все, что он мог сделать, это стиснуть зубы: «Тогда завтра я помогу тебе сделать несколько фотографий в качестве доказательства, на случай, если этот старик получит то, что хочет, и уйдет».
Хань Юфань и не подозревал, что Мо Юроу уже приняла такое грязное решение. Пока он отчаянно пытался все исправить на стороне, он потерял тщеславное сердце Мо Юроу. Конечно, это все была карма; так же, как он предал Таннин, Мо Юроу теперь предавала его.
В тот же день, рано утром, Хан Жосюэ уже разобралась со своим контрактом в Америке и вернулась в Пекин. Хань Юфань в одиночку поехал в аэропорт, чтобы встретить ее. Как только Хан Жосюэ вошла в квартиру Хань Юфаня, она спросила, где живет Таннин.
– Цзе… у Юйжоу в последние несколько дней неважное настроение. Не провоцируй ее… говори потише.
– Она не оправдала ожиданий, нечего винить других, – холодно ответила Хан Жосюэ.
– Таннин живет в Хаятт Ридженси, – нетерпеливо ответил Хань Юфань.
– Как это она живет в таком хорошем месте? В таком случае, завтра я перееду к ней. Так будет удобнее для работы. – Хан Жосюэ не собиралась жить в квартире Хань Юфаня и не хотела видеть Мо Юроу.
Но Хаятт Ридженси был не тем местом, где мог бы жить такой человек, как она!
59 Есть смелость думать, но нет шанса высказаться
Поскольку Хан Жосюэ должна была взять Таннин под свою опеку, она, Линь Вэй и Хань Юфань с самого утра сидели в конференц-зале, обсуждая предстоящие планы. Таннин на собрание не пригласили, оправдавшись тем, что это была всего лишь презентация планов. Однако Линь Вэй прекрасно понимала истинные намерения Хан Жосюэ – та просто считала Таннин своей пешкой. Неважно, насколько высок был статус Таннин, она всё равно собиралась сохранить свою власть и контролировать свою артистку.
Линь Вэй вывела на экран проектора предложения о работе для Таннин – их было 23! Увидев это, Хань Юфань был потрясён. Среди предложений было немало журналов второго эшелона. Он никогда не ожидал, что публика так высоко ценит Таннин.
Конечно, Линь Вэй не раскрыла те предложения, которые Таннин рассматривала в данный момент. В их число входили предложения от… Креатив Сенчури и Стар Эйдж – двух крупных фабрик суперзвёзд, которые сделали ей щедрое предложение.
С нынешним статусом Таннин такая маленькая студия, как Тяньи, уже не могла ей особо помочь. К тому же, контракт, о котором так любила говорить Хан Жосюэ, больше не мог связывать Таннин.
Казалось, Хан Жосюэ уже забыла о битве с «Секрет» и всё ещё верила, что успех Таннин был лишь удачей.
«В настоящее время, благодаря «Восточному Тренду», Таннин чрезвычайно популярна; она приобрела немалую известность на европейском и американском рынках. Если мы воспользуемся нынешней ситуацией, с моими связями мы сможем быстро вывести её на множество площадок. Однако, она должна быть послушной… иначе, я также могу её и уничтожить…»
Похоже, сегодняшний праздничный ужин в честь Таннин был скорее ужином-объявлением о вступлении Хан Жосюэ в новую должность.
Менеджер, занесённый американцами в чёрный список, в мгновение ока вернулась в Пекин, чтобы продолжать сеять хаос в мире.
Тем временем Таннин уже узнала от Линь Вэй об утреннем собрании; Хан Жосюэ распланировала её карьеру за границей. Конечно, для большинства моделей это было бы идеально, ведь у этого пути был наибольший потенциал, но… Таннин было уже не 17 лет. Без достаточной поддержки она не могла, подобно юной модели, начинать всё с нуля в качестве модели для примерок. Дело не в том, что она боялась трудностей, а в том, что у неё оставалось не так много молодости. Следующие 3 года были для неё решающими!
«Таннин, что ты теперь собираешься делать? Хан Жосюэ от тебя не откажется».
«У меня… есть свои планы… Линь Вэй, спасибо тебе», – искренне поблагодарила её Таннин.
«Таннин, на самом деле, это хорошая возможность для меня уйти от тебя. Я знаю, что твои менеджеры будут становиться всё лучше и лучше… Я недостаточно хороша, чтобы оставаться рядом с тобой. Ты многому меня научила и помогла многое понять. Не волнуйся, у нас есть соглашение о конфиденциальности, я не буду раскрывать твои дела другим. Я просто надеюсь, что в конце концов Тяньи позволит мне уйти». Линь Вэй была полна решимости; если бы она продолжила работать на Таннин, то лишь следовала бы за ней, не имея возможности проявить свои управленческие навыки. Она восхищалась Таннин, но у неё также были свои собственные цели.
«Как хочешь», – кивнула Таннин.
«Мы всё ещё друзья?»
«Конечно…» – спокойно ответила Таннин.
«Мои фотографии… я оставлю их тебе; пусть они послужат мне предостережением. Таннин, я буду следить за тобой; я увижу, как ты взойдёшь на международную сцену».
«Линь Вэй, я тоже желаю тебе всего наилучшего».
Линь Вэй понимала, что она уже выполнила свою миссию и ей пора отступить. Зная характер Таннин, она никогда не сдерживалась с врагами. В то же время она никогда не создавала проблем своим друзьям. Так что, конечно, она предпочитала быть её другом.
…
Вскоре ночное небо Пекина было густо усеяно звёздами. В то же время Таннин была хорошо подготовлена к битве с Хан Жосюэ.
По дороге в отель Мо Тин держал Таннин за руку, придавая ей сил. Таннин посмотрела на Мо Тина и улыбнулась: «Не нужно за меня беспокоиться, я уже привыкла… Я хорошо подготовилась к большой битве, даже если Хан Жосюэ – сильный противник».
«Я просто забочусь о тебе…»
«Муженёк, не нужно ждать меня сегодня вечером. Будь хорошим мальчиком и иди домой спать. Ты так много работаешь каждый день, не изматывай себя из-за меня». Таннин сжала руку Мо Тина: «Я обещаю, я не позволю себе понести какой-либо урон».
«Ты сама это сказала. Если Хан Жосюэ заставит тебя хоть немного пострадать, я заставлю Хай Руй вмешаться». Мо Тин обнял Таннин и нежно поцеловал её в лоб. Чем дольше они были парой, тем лучше он её понимал и тем больше у него болело за неё сердце. Она прошла через столько трудностей, чтобы превратиться из гусеницы в бабочку; путь к возрождению был совсем не гладким.
Таннин подняла голову и посмотрела на родинку на мочке уха Мо Тина; это была его отметина, которая совершенно очаровывала её и вызывала лёгкое головокружение.
«Я не дам тебе шанса вмешаться, я уже приготовила подарок для Хан Жосюэ; как она смеет мечтать стать моим менеджером! Я сделаю так, что у неё хватит духу об этом подумать, но не будет шанса это сказать…» В конце концов, у неё был большой опыт в том, как разрывать своих врагов на части.
Мо Тин нежно посмотрел на Таннин, в её уверенные глаза; казалось, у него действительно не будет шанса вмешаться.
…
7 вечера. Таннин прибыла на праздничный ужин. В то же время Мо Юроу вошла в отель Хонг Фань.
Поскольку статус Тяньи был ограничен, они смогли пригласить лишь несколько известных людей. Хотя Таннин и была главной героиней сегодняшнего праздничного ужина… было очевидно, что Хань Юфань лишь хотел заманить её. Его истинным намерением было позволить Хан Жосюэ выйти на сцену.
Устав от общения с гостями, Таннин присела отдохнуть. В это время она нашла официанта и прошептала ему на ухо несколько инструкций; он послушно кивнул…
Затем под аплодисменты всех присутствующих Хань Юфань вышел по красной дорожке на сцену.
«Сегодня, помимо празднования того, что Таннин стала азиатским представителем ИСН, мы также должны объявить об одном важном решении». Хань Юфань был одет в сшитый на заказ коричневый костюм; на сцене он выглядел просто великолепно. «Должность Директора по артистам Тяньи займёт моя сестра, топ-менеджер Хан Жосюэ. Давайте поприветствуем её на сцене, чтобы она продолжила делиться с вами хорошими новостями».
Хан Жосюэ вышла на красную дорожку в длинном серебряном платье и туфлях на десятисантиметровых шпильках. Она с гордым видом, словно королева, огляделась по сторонам. В конце концов, её взгляд остановился на Таннин.
Её взгляд был коварным и зловещим, полным желания покорить. Увидев её, Таннин слегка нахмурила брови…
«Всем привет, я Хан Жосюэ. С сегодняшнего дня я буду Директором по артистам Тяньи Энтертейнмент. У меня также есть ещё одно важное объявление…»
Хан Жосюэ продолжала смотреть на Таннин… как охотник, выследивший свою добычу…
«Я хотела бы объявить…»
Как только эти слова сорвались с её губ, официант, которого ранее проинструктировала Таннин, внезапно вышел на сцену с телефоном в руке и протянул его Хан Жосюэ, прервав её на полуслове. Увидев содержимое телефона, она тут же яростно посмотрела на Таннин; она была удивлена, рассержена и не желала принимать то, что увидела.
Но Таннин всё это время продолжала улыбаться… для Хан Жосюэ эта улыбка была мучительной.
«Я хотела бы объявить… что в начале следующего года мы создадим потрясающую новую группу. Мы уже пригласили многих суперзвёзд к участию. Все следите за новостями».
Хань Юфань растерянно посмотрел на Хан Жосюэ; она ведь должна была объявить, что станет менеджером Таннин… почему она вдруг передумала?
«Цзе… что не так? В компании уже все знают, что ты берёшь Таннин под свою опеку, почему ты вдруг так себя ведёшь?»
«Таннин!» – воскликнула Хан Жосюэ, скрипя зубами.
Хань Юфань обернулся и посмотрел на Таннин. Она вмешалась? Как она вмешалась?
«Что она тебе показала?»
60 Все ваши контракты я просмотрю
– Она уже предугадала, что я хочу стать её менеджером, поэтому в качестве угрозы показала мне предложения от «Креатив Сенчури» и «Стар Эйдж». Если я посмею публично объявить, что стану её менеджером, она в ответ тоже публично объявит о расторжении контракта с «Тяньи», – ледяным тоном сказала Хан Жосюэ Хань Юфаню, глядя на Таннин. – Юфань, этим она даёт нам понять, что мы должны быть благодарны за то, что она остаётся в «Тяньи», и что нам не следует относиться к ней небрежно.
– У неё нет ни капли стыда, такая дешёвка!
– Я никогда не ненавидела артиста до такой степени. Я так её ненавижу, что хочу разорвать её на миллион кусочков. Пойди поговори с ней, это не может быть её единственным требованием.
Судя по всему, после всех их столкновений у Хан Жосюэ выработалось определённое понимание Таннин.
Она никогда не думала, что, будучи топ-менеджером, попадётся в руки кому-то вроде неё.
Хань Юфань посмотрел на Таннин и жестом пригласил её в комнату ожидания. В сопровождении Лонг Цзе Таннин прошла за кулисы. Они втроём стояли в комнате, и Лонг Цзе с опаской смотрела на Хань Юфаня.
– Чего ты хочешь?
– Дай свободу Линь Вэй, – выдвинула своё условие Таннин, – или же я освобожу и Линь Вэй, и себя – подальше от «Тяньи».
– Хорошо, я согласен отпустить Линь Вэй. Но ты уйти не можешь, – холодно произнёс Хань Юфань. В комнате ожидания на некоторое время воцарилась тишина, прежде чем Хань Юфань продолжил: – Как же сильно ты должна меня ненавидеть, чтобы придумывать столько коварных планов и довести Юйжоу и меня до такого состояния? Моя сестра хотела стать твоим менеджером, чтобы поддержать тебя. Кто бы мог подумать, что ты будешь использовать расторжение контракта, чтобы угрожать «Тяньи»…
– Хань Юфань, для тебя всё, что делают Мо Юроу и твоя сестра, – правильно, в то время как моя контратака – это коварство и интриги. Я уже говорила… я не нападаю на других первой, но и другим не стоит строить козни против меня, – голос Таннин был спокоен, но в нём чувствовалась неоспоримая сила. – Кстати, почему не видно Мо Юроу?
– Ты думала, я позволю Юйжоу прийти сюда и пострадать?
– Пострадала бы она или нет, я не уверена. Я просто знаю, что тебе следует за ней присматривать… неужели ты не понимаешь, что она за человек? Завтра крайний срок для Премии «Десятка лучших моделей». Как ты думаешь, на что она пойдёт, чтобы получить желаемое?
Хань Юфань на мгновение опешил, но остался непреклонен: «Ты думаешь, она такая же расчётливая, как ты? Для меня она немного неосторожна, но… она никогда не была бы такой безжалостной, как ты, – чтобы вонзить нож в спину бывшему и растоптать сестру, которая относилась к тебе как к родной».
– Правда? – спросила Таннин, глядя на Хань Юфаня, всем своим видом показывая, что думает иначе. После этого она развернулась, чтобы покинуть комнату. Вскоре после этого в комнату вошла Хан Жосюэ, чтобы расспросить Хань Юфаня.
– Чего она хочет?
– Она останется, но Линь Вэй будет свободна, – ответил Хань Юфань.
– Юфань, я предполагаю, что раз другие крупные компании засыпают её альтернативными предложениями, а она предпочитает остаться в «Тяньи», это должно означать, что у неё впереди ещё более крупный план. Таннин очевидно хочет уничтожить семью Хань; она так сильно тебя ненавидит. И при этом мы, кажется, ничего не можем с этим поделать, – Хан Жосюэ сжала бокал в руке так, словно душила Таннин за шею.
– Тогда, каков наш следующий шаг? – Хань Юфань чувствовал себя бессильным перед Таннин.
– Думаю, мне пора пойти к маме…
Будучи женой известного режиссёра, мать Хань имела множество связей в индустрии. Нужно было узнать, нет ли у неё идей, как легко победить Таннин.
…
Отель «Хонг Фань». В строго конфиденциальной комнате. В воздухе витала двусмысленная атмосфера. Мо Юроу лежала в объятиях незнакомца и успешно добилась обещания: «Моя прелесть, не волнуйся, иди домой и жди хороших новостей. Премия «Десятка лучших моделей» практически у тебя в кармане».
Мо Юроу улыбнулась, откинула простыни и встала. Одеваясь, она спросила: «Господин Ли, для подстраховки, вы ведь не возражаете, что я записала видео, верно? В конце концов, мы с вами оба прекрасно понимаем, что это за индустрия; здесь ничего не гарантировано. Так что… мне нужно подстраховаться со всех сторон».
– Что? Ты записала видео? – он и понятия не имел, что Мо Юроу способна на такое.
– Как только я получу награду, видео немедленно вернётся к вам. Господин Ли, я пойду домой и буду ждать хороших новостей…
Лицо господина Ли дёрнулось. В конце концов, всё, что он мог сделать, – это смотреть, как Мо Юроу уходит. Он никогда не думал, что ему придётся страдать от последствий своей неосторожности.
Мо Юроу вышла из главного вестибюля отеля и села в машину, которую приготовила для неё ассистентка. Под покровом ночи она уехала, оставшись незамеченной.
– Юйжоу, может, съездим в больницу на осмотр? – спросила ассистентка, глядя на неё.
– Не нужно, я в порядке, – покачала головой Мо Юроу. Чтобы угождать Хань Юфаню в постели, она уже натренировалась и понимала, как лучше всего себя защитить. – Скорее, поехали домой. Я не хочу, чтобы Юфань что-нибудь заподозрил.
– Юйжоу, ты слишком многим пожертвовала.
– А иначе с чем мне идти против Таннин? – Мо Юроу посмотрела в окно; её лицо было полно ненависти. Однако она и не подозревала, что все её усилия, направленные на получение награды, на самом деле… вели её прямо в ловушку Таннин.
Такова была индустрия развлечений; индустрия, где людей съедали целиком. Снаружи она казалась яркой и гламурной, но скольким людям внутри неё на самом деле удавалось сохранить свои принципы?
Хаятт Ридженси. 10 вечера.
Закончив говорить по телефону с Линь Вэй, Таннин обернулась и посмотрела на Мо Тина, сидевшего на диване. На столе лежали её 20-30 предложений. Неважно, насколько они были крупными или мелкими, он собирался лично просмотреть каждое из них.
У Таннин сжалось сердце, когда она села рядом с ним: «Не смотри их больше, оставь эти контракты Лонг Цзе, она справится».
– Лонг Цзе может просмотреть контракты, но она не умеет выбирать лучшие из них, – Мо Тин обнял её за плечи и спросил: – Проблема с Линь Вэй решена?
– «Тяньи» расторгла её контракт и отпустила, – кивнула Таннин. – Тин, тебе правда не нужно их больше смотреть, я хочу, чтобы ты немного отдохнул…
– Ты думаешь, я стал бы смотреть чьи попало контракты? Миссис Мо, неважно, насколько незначительна проблема, если она твоя – то в моём сердце она важна.
– В таком случае, давай я сделаю тебе массаж, – Таннин встала, подошла к Мо Тину сзади и начала массировать ему спину.
– В «Тяньи» уже наверняка поняли, что не смогут тебя удержать. В течение всего периода судейства Премии «Десятка лучших моделей» я помогу тебе следить за тем, что они делают. Хан Жосюэ точно так просто тебя не отпустит. Так что в это время все твои контракты – посмотрю я.
– Чьи ещё контракты ты смотрел? – с лёгкой улыбкой спросила Таннин; ей такое и в голову не приходило.
– Ты действительно хочешь знать? – в свою очередь спросил Мо Тин.
61 Возвращение Мо Юроу
“Можешь мне не рассказывать”. Таннин было всё равно, но от одной мысли, что Мо Тин так усердно помогает кому-то другому, у неё на душе стало немного неспокойно.
