Королевство Теней

– Джозеф… – мой голос был хриплым от возбуждения. – Позволь и мне доставить тебе удовольствие, – я не просто хотела, я желала, чтобы ему со мной было также хорошо, как и мне с ним. Своим долгом я считала сделать моему мужу хорошо.

– Обязательно, – он уже начал расстегивать штаны, но вблизи послышались голоса.

– Черт! – прорычал Джозеф.

Он резко отдернул от меня свою руку и от этого я ощутила всеобъемлющую пустоту. Я нуждалась в его прикосновениях, словно в наркотике.

Я быстро развернулась и поправила свою взлохмаченную прическу. Мы оба сделали вид, что спасаемся от надоедливых лучей солнца под тенью дерева. Две дамы в годах, чьи голоса мы услышали, прошли мимо в противоположной от нас части леса. Даже если бы они хотели, они бы не смогли разглядеть нас под листвой дерева.

Как только они скрылись из виду я потянулась к Джозефу, чтобы поцеловать его, но он резко отвернулся от меня. Меня окатило волной отчаяния. Неужели я что-то сделала не так? Быть может, я показалась ему слишком распутной? Стыд пронзил моё сердце ледяным копьем.

– Мне пора возвращаться в замок. У меня есть незаконченные дела.

– Но я думала, что у тебя есть незаконченное дело здесь. Вокруг больше нет людей, и мы могли бы продолжить начатое, – я попыталась игриво подмигнуть ему. Несмотря на стыд, моё тело просто гудело от возбуждения и требовало завершения начатого. Иначе я просто взорвусь.

– Офелия, я ценю твою пылкую страсть, но люди в любой момент могут вернуться. Я был слишком беспечен, когда решил, что лес – подходящее место для плотских утех. На кону моя репутация.

От строгости в его голосе мне стало не по себе. И я лишь кротко кивнула.

– Сперва пойду я. Мало ли проходящие мимо люди заметили нас и поползут слухи. Пусть лучше никто не видит нас двоих выходящих из леса, – Джозеф поцеловал меня в макушку и был таков. Смотря на его массивную фигуру, удаляющуюся среди зелени, я не понимала, что мне чувствовать. Вину или злость?

С одной стороны, он был прав. Нам не стоило так рисковать. С другой – он сам был инициатором. Но, видимо, мне стоило проявить больше напора и не давать ему позволения на подобные действия. Нужно было сдержать его пылкую натуру и удержать его от греха. Ведь именно это и делают хорошие жены? Я же сделала обратное – потворствовала его желаниям. Чувство вины все же накрыло меня. Мой брак только начался, а я уже не справляюсь.

Я прождала возле дерева некоторое время и, виновато понурив голову, направилась в сторону замка. Путь обратно уже не вызвал у меня прилив восхищения красотой вокруг. Все затмило неприятное колющее изнутри чувство, что со мной что-то не так.

Остаток дня я провела в одиночестве, в наших покоях. Попеременно то читая, то занимаясь вышивкой. Время тянулось бесконечно. Я хотела поговорить с Джозефом и прояснить сегодняшнюю ситуацию. Но у него были важные дела, из-за которых он отсутствовал. Я понимала это, все же он принц. Поэтому довольствовалась собственной компанией. И когда наступила полночь освещая все вокруг лунным сиянием я провалилась в сон, так и не дождавшись мужа.

Глава 8

Иду по просторному помещению. Стены вокруг серые, из гранитного камня. Воздух словно покрыт густой дымкой, сквозь которую едва проступают очертания пространства вокруг. Впереди большое окно с арочным сводом. Вижу темные шторы из плотной ткани, что даже не шелохнулись от холодного ночного воздуха.

Я в ночной сорочке. Мои босые ноги ступают по гладкому мраморному полу, и я съеживаюсь от колючего холода. Подхожу к окну. В ноздри ударяет резкий запах бергамота. Ледяной поток воздуха бьет в лицо, от чего мои глаза начинают слезиться.

Поднимаю глаза и вижу звездное небо. В мгновение забываю о холоде и дискомфорте от вида, что открылся передо мной. Звезды сияют, словно крошечные бриллианты на темном небесном полотне. Наверняка, сейчас на небосводе множество созвездий. Из лишь я знаю лишь одно – созвездие Ориона. Сосредотачиваюсь и ищу его глазами среди миллиона сверкающих серебристых огней, беспорядочно раскинутых по покрывалу ночи.

Подпрыгиваю как ребенок, когда мне удается его найти и хлопаю в ладоши. В разум врывается хаотичное и смутное воспоминание о том, как мы вместе с матерью и отцом смотрели на звезды и искали созвездия. Странно, но в этом воспоминании моя мать предстает доброй, с мягкой улыбкой. Я помню её нежные касания из совсем раннего детства. Возможно, именно смерть моего отца поменяла её и сделала такой… Какая она теперь.

Слышу звуки: мужские голоса, которые доносятся откуда-то издалека. Мне становится интересно, и я отхожу от окна, напоследок взглянув на прекрасное ночное небо цвета кобальта. Поворачиваю направо и иду вдоль длинного коридора. Он увешан картинами – портретами людей, которых я никогда не знала. Ведомая любопытством вглядываюсь в один из них. На портрете нарисована семья. Мама и папа ласково улыбаются, стоя по бокам от маленького темноволосого мальчика. Не знаю, почему, но моё сердце кольнуло при взгляде на эту явно любящую своего ребенка семью.

Наполненная горечью от того, что у меня никогда такого не будет, продолжаю идти дальше. Голоса становятся всё ближе. Вдоль коридора много дверей. Прислушиваюсь к каждой из них и дергаю за ручку, но всё закрыто. Серый туман продолжает стелиться по полу и обвивает мои лодыжки. Странно, но я не чувствую испуга. Мне нравится этот туман и его мягкие прикосновения. Туман ползёт вверх по стене такого же цвета и почти сливается с ней, а затем перебирается на потолок, сплетая мрачный кокон вокруг меня.

Голоса мужчин становятся всё ближе и ближе. Один из них напряженный и более громкий. Другой же глубокий, уверенный, бархатный. Ведомая за ним продолжаю ступать дальше. Неожиданно одна из дверей открывается и из неё выскакивает мужчина. Не успеваю разглядеть его лицо, туман застилает собой всё вокруг. Мужчина пробегает мимо меня, даже не обратив в мою сторону мимолетного взгляда. Фыркаю от недовольства. Я, конечно, предполагала, что неприметна, но не на столько же!

Медленно и аккуратно заглядываю в открытую дверь и вижу второго мужчину. Он стоит спиной ко мне и смотрит в окно. Небо по-прежнему ясное и открывает взору россыпь сверкающих, словно алмазы, звезд. Волосы у мужчины темные. Спина широкая и мускулистая. Вся его фигура массивна. Ростом он высок. На нём только легкая нижняя рубашка и штаны. Кажется, он о чем-то задумался.

Мужчина вздыхает и одного его вздоха мне хватает, чтобы понять – именно он обладатель низкого бархатного голоса. По телу пробегают мурашки. Я хочу увидеть его лицо, но что-то сдерживает меня от желания подойти к нему ближе. Это не страх. Вовсе нет. Я как будто ощущаю некий барьер, между нами, который не позволяет мне приблизиться.

Сердце от чего-то начинает бешено стучать. Ладошки потеют. Все мое тело желает оказаться рядом с ним и заглянуть ему в глаза. Но я не могу сдвинуться с места. Мои ноги словно приросли к полу. У меня не выходит пошевелиться. Серый плотный туман начинает застилать комнату, покрывая каждый предмет в ней: письменный стол из тёмного дерева, стеллаж в таком же оттенке, наполненный книгами, большой кожаный диван, кресло, что стоит напротив стола.

Туман подбирается к мужчине и начинает окутывать его икры, бедра, спину. Я пытаюсь сорваться с места – не получается. Я злюсь. В приступе гнева я начинаю выкрикивать самые нелицеприятные слова, на которые только была способна.

Мужчина резко оборачивается. На мгновение я успеваю увидеть его лицо и в моё сердце словно прознает острая стрела. Его глаза цвета золота смотрят мне прямо в душу. Его пухлые губы улыбаются мне и от этого по телу пробегает волна мягкого тепла, задевая собой каждую клеточку. Я успеваю заметить четко очерченные скулы, прямой нос и волевой подбородок.

Кто он? И почему при одном взгляде на него меня начинают обуревать столь теплые и нежные чувства? Почему я так хочу оказаться рядом с ним и прикоснуться к нему? Переплести наши пальцы и почувствовать тепло его рук. Отчего моё сердце так бешено колотится из-за чувства, что я даже не могу описать? Чувства столь всеобъемлющего, что все остальные не идут с ним в сравнение.

Мгновение заканчивается и силуэт мужчины растворяется в тумане, оставляя после себя пустое место.

– Я запомню тебя. Я сделаю все, чтобы запомнить тебя. Обещаю, – тихо шепчу я.

…

Я резко проснулась среди ночи, часто и прерывисто дыша. За окном в свои права давно вступила темная и беспроглядная ночь, Но Джозеф так и не вернулся. Где же он? Чем занимается в столь поздний час? И, стоп! Кажется, мне снилось что-то очень важное!

Присаживаюсь в кровати. Прижимаю колени к себе, а руки к вискам и лихорадочно пытаюсь вспомнить, что видела во сне. Но разум противится, мысли путаются, и я не могу ухватиться ни за одну из них.

После сна остались только эмоции – тёплые чувства, что ласкают мое тело словно шёлк. Именно поэтому сейчас я не так переживаю из-за Джозефа. Впервые за очень долгое время я чувствую себя спокойно и умиротворенно.

Но одно мне не дает покоя. В голове крутится мысль о том, что я обязательно должна была запомнить этот сон. Но он ускользнул от меня, как песок сквозь пальцы. Попытав удачу еще около получаса, я решила оставить эту затею. В конце концов – это всего лишь сон. Даже если он подарил мне такие прекрасные чувства, думаю, не стоит на этом зацикливаться.

Из приоткрытого окна дул холодный ветер, и я встала, чтобы прикрыть его. Сегодняшняя ночь одарила нас ярким сиянием миллиона звезд. Я с восторгом смотрела на эти мерцающие огоньки, наблюдая, как они озорно перемигиваются между собой. Пока мои глаза не начали слипаться.

Зевнув, я прикрыла окно и рухнула в кровать. Поплотнее укутавшись в одеяло, я пожелала, чтобы завтрашний день обошелся без ссор и недопониманий с Джозефом. Размышляя об этом, я погрузилась в крепкий сон без сновидений.

Нетерпеливый стук в дверь разбудил меня. За окном только рассветало. Я еле разлепила глаза. И в разочаровании увидела, что вторая часть постели по-прежнему пуста. Здесь могло быть два варианта: Джозеф либо встал раньше меня, либо вовсе не приходил и ночевал в другом месте. От мысли о втором варианте живот у меня неприятно свело.

Я накинула халат и устало побрела к двери, попутно слушая резкий стук, который ни на секунду не останавливался. Открыв дверь перед собой, я увидела фрейлину матери – миссис Оузберн. С моих губ сорвался усталый вздох. Её лицо было явно не тем, что я хотела увидеть перед собой с самого утра.

– Принцесса Офелия, – прощебетала женщина делано сладким голосом, – Королева Миравия желает видеть вас у себя.

При упоминании о том, что моя мать желает видеть меня я инстинктивно съежилась. Обычно, каждая наша встреча заканчивалась моими побоями.

– Она лишь желает справиться о вашем самочувствии, не переживайте, деточка, – произнесла женщина, видя мое нежелание идти к матери. Она была одной из немногих, кто знал её настоящий характер.

– Да, конечно. Сейчас приведу себя в порядок и сразу же навещу матушку, спасибо, что сообщили, – я попыталась выдавить из себя лучезарную улыбку. Почти уверена, что вышла измученная гримаса.

Миссис Оузберн поклонилась мне в низком реверансе и ушла. Я же быстро закрыла дверь с облегчением вздохнув от того, что могу побыть наедине с собой еще пару минут, пока буду одеваться.

Селена еще не успела ко мне прийти, поэтому я быстро заплела свои волосы в косу и надела простое платье бордового оттенка. А затем стремглав помчалась в покои матери. Она очень не любила ждать, и я не хотела вызвать у неё очередной повод выразить недовольство в мою сторону.

Когда я подошла к её покоям сердце гулко стучалось у меня в висках, а по шее стекали капельки пота, несмотря на прохладный воздух в замке. Два стражника, что стояли по бокам её двери окинули меня презрительным взглядом и постучались в толстую дубовую дверь, чтобы уведомить мать о моем приходе.

– Пусть зайдет, – голос матери, как и всегда был холодным и источал безразличие.

Я вошла в открытую мне дверь.

– Матушка, вы меня звали, – прощебетала я.

– Очевидно, что я тебя звала, раз ты здесь, глупая девчонка. К чему ты говоришь и так известные мне вещи? И, в который раз повторяю тебе, обращайся ко мне, как подобает, – с этими словами она вскочила с кресла и подошла ко мне. В её глазах цвета стали блеснула ненависть.

Я внутренне съежилась.

– Конечно, Ваше Величество. Прошу меня простить. Я только проснулась и, видимо, ещё не успела прийти в себя. В следующие разы обещаю обращаться к вам подобающе.

– А ты разве когда-то приходила в себя? – на лице матери проползла ядовитая улыбка. Сегодня она была в черном платье с длинными рукавами и глубоким вырезом. Подол платья зашуршал по полу, когда она подошла ко мне вплотную. – С момента, когда ты появилась на свет, все, что ты источала – ничтожество и беспомощность. И последнее, что тебе удастся сделать, это прийти в себя. Ты на это неспособна.

Я сглотнула. Проведя языком по пересохшему небу. Мать всегда была холодной и жестокой, лишь изредка проявляя ко мне крохи участия и одобрения. Но бывали дни, когда её ненависть особенно сильно пылала и грозила испепелить всё вокруг. В такие дни я боялась её особенно сильно.

– Скажи мне, как проходит твой брак, моя дорогая дочь? – слово дорогая она нарочито выделила, произнеся его с таким отвращением и едкостью, что я в очередной раз пожалела, что вообще родилась. Если мой собственный родитель меня так ненавидит, могу ли я представлять из себя хоть что-то стоящее?

– Я всем довольна, Ваше Величество. Вы подобрали мне прекрасную партию, – промямлила я, понурив глаза в пол и скрестив ладони между собой.

– Меня мало волнует твое удовольствие, глупая ты дрянь, – её голос перешел на ровный шепот и это вызывало во мне бурю из страха и отчаяния. Я знала, что это значит. Это значит, что она в бешенстве. – И, конечно, я подобрала тебе прекрасную партию. Намного более достойную, чем ты заслуживаешь. – Мать взяла мой локон, что выбился из косы и накрутила себе на палец. От этого движения к моему горлу подступила тошнота, я начала дрожать всем телом.

– Меня интересует доволен ли твой муж?

– Я… Я… – слюна во рту попросту исчезла, я не могла вымолвить ни слова, находясь в плену у страха. – Н-н-наверное, – кое как выдавив из себя одно слово, я почувствовала, как моя голова начинает кружится. Зубы начали стучать друг об друга.

– Что ты там мямлишь? – мать резко схватила меня за волосы и наклонила к себе. Затылок прожгло резкой болью. – Наверное? Ты, видно, совсем безмозглая? Мне стоило выкинуть тебя из замка и оставить умирать еще когда ты была орущим младенцем. Ты не заслуживаешь всего, что я тебе дала. Ты не достойна жизни рядом со мной. Жизни вообще. Ты просто никчемное существо, которое путается у меня под ногами и вечно все делает не так, – она заглянула мне в глаза и в них я увидела столько ненависти и злобы, что мои ноги сами собой подогнулись.

Миравия отшвырнула меня от себя с такой силой, что я угодила прямо в стену, попутно ударившись головой об стол. Со лба у меня потекла тонкая струйка крови.

– Ты только посмотри на себя. Во что ты одета? Как у тебя уложены волосы? Твоя внешность – это единственное, с помощью чего ты сможешь удержать своего мужа, и даже с этим ты не в состоянии справиться. Может мне убить тебя прямо сейчас? – мать подошла ко мне ближе. Я забилась в угол и съежилась, защищая лицо от новых ударов.

Она схватила меня за руку и начала трясти, попутно выкрикивая как жалеет о моем существовании. Я же, словно наблюдала за всем этим со стороны, уже не слышала, о чем она говори. Так было всегда, когда она особенно сильно избивала меня. Моё тело немело и разумом я перемещалась куда-то далеко. Подальше от места, где самый родной мне человек, что дал мне жизнь, наносит мне тяжелые побои.

Она вновь ударила меня по лицу. На щеке точно выступит синяк. Затем еще раз и еще. Во рту я уже чувствовала металлический привкус. Она трясла и колотила меня, словно я тряпичная кукла и я позволяла ей это. Потому что она моя мать и я не могла вести себя по-другому. Я таяла под чарами её власти и силы. Боялась её, ненавидела и, одновременно с этим сильно любила её и мечтала заслужить любовь. Ради этого я была готова стерпеть все, что угодно.

– От тебя требовалось всего одна вещь. Потакать желаниям мужа и ублажать его прихоти. Но ты даже с этим не справилась. И не отрицай это, неблагодарная дрянь. Мой источник надежнее чем ты. Я знаю, что принц Джозеф недоволен тобой.

При упоминании об этом частичка моего разума активировалась и захотела узнать, откуда у неё эта информация. Неужели Джозеф ходил к ней и жаловался на меня? Нет. Он не мог так поступить. Неважно что и кто ей сказал. Я стараюсь быть хорошей женой, и он точно видит это.

Когда же матери надоело наносить мне побои, она грубо отпихнула меня, словно мусор. Я ударилась спиной об острый угол стола.

– Проваливай отсюда. И сделай все возможное, чтобы Джозеф был доволен. Иначе, клянусь всеми богами – моё терпение лопнет, Офелия, – она выплюнула моё имя с отвращением и вышла из покоев.

Я медленно поднялась. Во всем теле ощущалась сильная боль от ударов и резких падений. Я подошла к зеркалу. Все мой лицо было покрыто засохшей кровью. Коса растрепалась. На руках и ногах уже выступили синяки. Я постаралась умыться, чтобы не появляться на людях в таком виде. Это мало исправило ситуацию.

На кровати матери я увидела оставленный мне плащ. Она всегда так делала – оставляла его, чтобы я смогла скрыть от обитателей замка её побои. Это лишь доказывало, что в своей ненависти ко мне она была очень расчётлива. И каждый из разов не являлся аффектом. Это был продуманный план.

В груди поселился и разлился по всему телу едким ядом стыд. Она была права. Я не справилась даже с браком. Я ни на что не гожусь. Слезы отчаяние потекли по моим щекам. Накинув плащ и окунувшись в печальные мысли, что затягивали меня словно трясина, я направилась в свои покои.

Войдя, я увидела в них Джозефа. Голова гудела. Перед глазами сверкали вспышки. Но я думала только о том, как объяснить ему мой внешний вид. Я не могла рассказать ему правду о своей матери. Ей это точно не понравится. Я стянула плащ и бросила его на кровать.

– Офелия, что с тобой случилось? – Джозеф быстрым шагом подошел ко мне и начал осматривать моё лицо. В его взгляде я увидела тревогу и от этого у меня на сердце потеплело.

Я натянула рукава платья пониже и поэтому ему было видно только ссадины на лице и разбитую губу.

– Неудачная верховая поездка, – сорвала я, считая это правдоподобной ложью. Никогда не умела хорошо ездить верхом, о чем рассказывала ему.

– Милая моя! Ты в порядке? Как же так? Сильно больно? – его нежность и трепет, с которым он справлялся о моем самочувствии, были для меня словно бальзам на душу.

– Да, все в порядке, все лишь пара ссадин, – сказала я, и, поморщившись опустилась на кровать.

– А по твоему виду не скажешь. Я позову целителя.

– Подожди. Я хотела обсудить вчерашний случай в лесу… Нам так и не удалось поговорить и все обсудить. Боюсь, я разочаровала тебя.

– Какие глупости! О разочаровании не может быть и речи. Быть может, ты сильно ударилась головой? – Джозеф склонил голову и протянул к моей щеке свою руку. – Не думаю, что сейчас подходящее время, чтобы обсуждать подобные вещи. Тебе нужно обработать раны и отдохнуть, – он встал и направился в сторону двери.

– Но я думала, ты побудешь со мной. Давай пошлем за целителем кого-нибудь другого. Я… Скучала по тебе.

– Поверь мне, я тоже скучал по тебе. Так сильно, что ты и представить себе не можешь. Но какой от меня тут толк? Я не смогу тебя вылечить, а значит и нет смысла находиться здесь понапрасну. Не хочу тебе мешать.

Я хотела возразить ему, но подумала, что он, вероятно, прав. Наверняка у него есть более важные дела, чем смотреть, как латают мои раны.

– Хорошо, – я мягко улыбнулась ему.

– Умничка. Мне определенно нравится твоя сговорчивость.

От его похвалы в груди у меня разлилось тепло. Я проследила за тем, как его фигура удаляется и осталась сидеть в одиночестве, ожидая целителя.

Глава 9

С нашего последнего разговора с матерью прошло четыре месяца. Видимо, источник, что информировал её, перестал приносить негативные слухи, и она терпеливо ждала новостей о внуке. Но, скорее всего, она расчетливо предполагала, что Джозеф может заподозрить что-то неладное в моих побоях и потому решила повременить с ними.

Дни в замке тянулись неторопливо. Наш брак с Джозефом… Не знаю, что о нем сказать. Мой муж часто уходил, а я проводила ночи в терзающем душу одиночестве и незнании, где он. На каждый мой вопрос он отвечал одинаково – у него были важные дела.

Джозеф был средним сыном Астара – Короля Морского, поэтому по соглашению, которое выторговала моя мать, скорее для себя, нежели чем для меня, мы с ним остались жить в Королевстве Света. И наш будущий сын – несмотря на то, что возьмет фамилию Джозефа, станет здесь законным королем. Миравии не нужна фамилия, чтобы править через своего внука, поэтому на этот счёт она не волновалась. Не удивлюсь, если она отошлет нас в Королевство Моря после рождения наследника, чтобы мы не путались у нее под ногами.

Готова ли я была стать матерью? Совершенно нет. И еще больше я не была готова отдавать своё дитя в руки Миравии. Я любила её, несмотря на всю жестокость. Но не хотела, чтобы кого-то кроме меня постигла участь жить под её строгим взглядом.

Однако к браку я тоже была не готова, но привыкла, сумев адаптироваться. Наверное, это потому, что мне повезло с мужем. Несмотря на его частое отсутствие, он был добр ко мне – не причинял мне физической боли и не видел во мне девушку, что испортила линию династии и напрасно родилась на свет. За это я была благодарна.

Прохладный март сменился тёплым июлем. В саду цветным фейерверком пестрили самые разнообразные цветы. Теперь мы часто гуляли в нем вместе с Селеной. Хоть она так и не открыла мне своё происхождение, мы сильно сблизились и, пожалуй, я обрела в этом пустом замке настоящую подругу.

Мне казалось, что моя жизнь наконец-то начала налаживаться. Впервые за долгое время я ощущала, что у меня есть друг. Мой муж был со мной добр. Но отчего-то я всё равно ощущала сильную тоску. Возможно, люди толкуют правильно и ситуацию изменит наш общий с Джозефом ребенок?

Селена шла со мной рядом. Сегодня на ней было платье с зеленым корсетом, расшитым золотой нитью и длинными полупрозрачными рукавами того же цвета. Юбка платья плавно колыхалась в воздухе от энергичных движений Селены – подруга весело кружилась, напевая всю ту же песню, на незнакомом мне языке. Её длинные волосы отливали серебром в ярком солнечном свете. Она наклонилась к земле, сорвала белоснежную ромашку и вплела её в прядь волос. А затем улыбнулась мне самой очаровательной улыбкой.

– Совсем скоро мы отправимся в путешествие, представляешь? – её глаза озорно засияли, она засмеялась и снова принялась кружится, разводя руки в стороны. Давно я не видела её такой счастливой. И от её искренних эмоций у меня на душе стало тепло.

– Представляю. Ты упомянула об этом раз сто, – рассмеявшись, произнесла я.

Я была рада за подругу, но сама не испытывала столь приятных эмоций. Под путешествием подразумевалась поездка в Королевство Моря. Отец Джозефа – король Астар, пригласил нас на празднование своего дня рождения. Селена поедет вместе с нами, чтобы помогать мне, как моя служанка. Хотя, честно говоря, я уже давно не воспринимала её как служанку. И вообще поменяла отношение к прислуге. Раньше я считала общение с ними чем-то зазорным. Но теперь поняла – неважно, какой статус у человека, главное, что он из себя представляет.

Перспектива знакомства с родственниками мужа пугала меня до дрожи в коленях. Я знала – они хотели своему сыну другую партию. Но моя мать каким-то образом помешала им и вынудила Астара взять в невестки меня. Зная Миравию, я могла предположить, что она использовала либо запугивание, либо шантаж. Так с чего бы родителям Джозефа меня любить или хотя бы проявлять ко мне уважение? Даже и представить не могу, что они думают обо мне. И судя по тому, что они не прибыли на свадьбу собственного сына, мнение обо мне у них было совершенно нелестное.

– Вижу, что ты не рада этой поездке. И понимаю почему, – Селена положила свою руку ко мне на плечо и посмотрела мне в глаза. В свете ярких солнечных лучей её глаза были цвета свежей молодой травы. – Но ничего не могу с собой поделать. Извини. Я просто мечтаю выбраться из этого замка, потому что… – она замялась, оборвав свою речь на полуслове.

– Потому что? – если ей так не нравился замок, почему же она выбрала здесь работать и остается в нём? С другой стороны, мне замок тоже не особо нравился. Однако у меня не было выбора. Возможно, и у нее тоже.