За последней станцией

Лера побледнела.

— Откуда?

— Я помню.

Арсений:

— Это помню и я.

— Знаю.

— Тогда назови то, чего не знаю.

Человек улыбнулся.

— Если скажу, ты узнаешь.

Арсений замолчал.

Лера:

— Что делать?

Он протянул руку.

Кожа холодная.

Арсений помог выбраться.

Человек сел на край могилы.

Два Арсения.

Один живой.

Один биологически невозможный.

— Сколько тебе лет? — спросил Арсений.

— Сорок.

— Откуда пришёл?

— С двести сорок первой.

Лера закрыла рот рукой.

— Ты звонил.

— Да.

— Когда?

— Через три дня.

Арсений:

— Для тебя?

— Да.

— Что там?

Второй Арсений посмотрел на лес.

— Город.

— Тот самый?

— Да.

— Что с тобой произошло?

— Меня отправили назад.

— Кто?

— Я.

— Очень полезно.

— Другой я.

Лера:

— Сколько вас?

Второй посмотрел.

— На станции 241?

— Да.

— Не знаю.

— Больше двух?

Он рассмеялся.

Без радости.

— Намного.

Они отвели его в пустой дом.

Жаров увидел.

Выругался.

Старый Жаров не удивился.

— Наконец выкопали.

Арсений:

— Ты знал?

— Да.

— Почему не сказал?

— Вы бы спросили, кто в могиле.

— И?

— История могла поменяться.

— Ты позволил нам самим?

— Да.

— Очень удобно.

Старый Жаров:

— Я здесь давно.

— Это не оправдание.

— Нет.

Второй Арсений сидел у печи.

Софья проверяла.

Нет пульса.

Нет дыхания.

Температура тела — двадцать два градуса.

Но говорит.

Двигается.

Зрачки реагируют.

Электрическая активность мозга есть.

— Ты умер? — спросила Софья.

— Да.

— Когда?

— Завтра.

Все замерли.

Арсений:

— Сейчас шестнадцатое.

— Для вас.

— Для тебя?

— Семнадцатое.

— Ты умер завтра и оказался в могиле сегодня.

— Да.

— Кто стрелял?

Пауза.

— Жаров.

Командир резко поднялся.

— Я?

— Не ты.

— Тогда?

Второй посмотрел на старого Жарова.

Тот опустил глаза.

— Ты.

Тишина.

Жаров:

— Почему?

Старик:

— Не помню.

Второй Арсений:

— Помнишь.

Старый:

— Нет.

— Ты просто не хочешь.

— Заткнись.

— Ты стрелял, потому что я начал меняться.

Арсений:

— Как?

Второй:

— Память.

— Что с ней?

— Я начал помнить вещи, которых не было.

— Это происходит со всеми.

— Нет.

Он посмотрел на Арсения.

— Я начал помнить то, чего ещё не было.

Тишина.

— Будущее?

— Не совсем.

— Тогда?

— Дороги.

— Что?

— Я знал, куда они приведут до того, как мы выбирали.

Арсений:

— Это возможно из-за твоего опыта.

— Первый раз тоже?

Он молчал.

Второй:

— Там пространство не меняется случайно.

— А?

— Оно ждёт выбора.

Тамара наклонилась.

— То есть дорога формируется после решения?

— Да.

— Кем?

— Не знаю.

— Тогда зачем?

— Чтобы вести нас.

Арсений:

— К городу.

— Да.

— Почему?

Второй посмотрел на Леру.

— Потому что ему нужен человек, который уже однажды прошёл.

— Лера.

— Да.

Лера:

— Я не помню дорогу.

— Зато дорога помнит тебя.

Ночью кто-то исчез.

Арсений проснулся от удара в дверь.

Тамара:

— Вставайте.

— Что?

— Перекличка.

В комнате собрались.

Лера.

Арсений.

Жаров.

Софья.

Ланской.

Ренат.

Тамара.

Второй Арсений.

Восемь.

Тамара смотрела на лист.

— Должно быть девять.

Все замерли.

— Нас было восемь, — сказал Жаров.

— Нет.

— Семь членов экспедиции плюс Лера.

— Восемь.

— И он.

Жаров показал на второго Арсения.

— Девять.

Тамара:

— До его появления нас было девять.

Тишина.

Арсений:

— Кто ещё?

Она показала список.

Девять строк.

Одна пустая.

Не зачёркнута.

Просто пустая.

— Я записывала имена.

— Почему пусто?

— Не знаю.

Лера подняла рукав.

На руке появилась новая надпись.

ИЛЬЯ

Жаров посмотрел.

— У нас есть Илья.

Все повернулись.

Стрелок.

Илья Серов.

Арсений впервые понял, что не видел его несколько часов.

— Где он?

Никто не знал.

Лера:

— Мы уже начали забывать.

Арсений:

— Ищем.

Старый Жаров появился в дверях.

— Не надо.

— Почему?

— Потому что если забыли достаточно, его уже нет здесь.

Арсений:

— Где тогда?

Старик:

— На следующей станции.

— Откуда знаешь?

— Так всегда.

Арсений:

— Что значит?

Старый Жаров:

— Здесь никто не исчезает.

Он посмотрел на тёмные рельсы.

— Люди просто приезжают раньше вас.

За станцией загорелся следующий семафор.

Зелёный.

На табличке под ним раньше ничего не было.

Теперь:

СТАНЦИЯ 21 — 4 КМ

А из выключенного станционного радио раздался голос Ильи Серова:

— Не приезжайте.

Помехи.

— Здесь есть я.

Пауза.

— И ещё один.

Выстрел.

Крик.

Потом второй Илья произнёс:

— Один из нас уже убил Жарова.

Связь оборвалась.

Все посмотрели на молодого Жарова.

Старый Жаров закрыл глаза.

— Началось раньше.

Глава 7. Следующая станция

В 05:20 они покинули Двадцатую.

Старый Жаров остался.

Молодой подошёл перед отправлением.

— Я вернусь?

Старик посмотрел.

— Если повернёшь назад.

— А если нет?

— Тогда я, возможно, перестану быть тобой.

Жаров:

— Хочешь этого?

Старик долго думал.

— Да.

— Почему?

— Потому что семнадцать лет я жил, ожидая, когда стану причиной собственного появления.

— А если я не вернусь?

— Тогда узнаю, кем буду без тебя.

Молодой Жаров протянул руку.

Старик пожал.

Никакого исчезновения.

Никаких вспышек.

Просто два человека.

Арсений наблюдал.

Второй Арсений стоял рядом.

— Красиво.

— Что?

— Пока.

Арсений посмотрел.

— Ты знаешь, что будет?

— Иногда.

— Сейчас?

— Нет.

— Тогда молчи.

— С удовольствием.

Поезд завёлся сразу.

Как будто всё это время мог.

Двадцатая исчезла через сто метров.

Не скрылась за деревьями.

Просто пропала.

Арсений смотрел назад.

Рельсы.

Лес.

Никакой станции.

Лера:

— Она ещё существует?

Тамара:

— Не спрашивай.

Все уже учились.

До Двадцать первой они ехали четырнадцать минут.

Расстояние по указателю — четыре километра.

Нормально.

Это было тревожнее всего.

Платформа появилась впереди.

Маленькая.

Ни домов.

Ни людей.

Только один вагон.

Пассажирский.

Илья стоял рядом.

Живой.

Он увидел поезд.

Поднял руки.

Жаров:

— Не открывать сразу.

Арсений:

— Согласен.

Поезд остановился.

Илья подошёл.

За стеклом кричал:

— Я один!

Арсений включил наружный динамик.

— Кто второй?

Илья замер.

— Какой?

— Ты сам сказал по радио.

— Я ничего не говорил.

— Где был?

— Проснулся здесь.

— Когда?

— Час назад.

— Что последнее помнишь?

— Лёг спать на Двадцатой.

— Кто был рядом?

— Ренат.

Ренат:

— Верно.

— Что потом?

— Проснулся здесь.

Арсений:

— Вагон?

Илья оглянулся.

— Был.

— Внутри смотрел?

— Нет.

— Почему?

— На двери моё имя.

Все замолчали.

На вагоне действительно была табличка.

И. СЕРОВ

Жаров:

— Не открывал?

— Нет.

Арсений:

— Правильно.

Второй Арсений тихо:

— Всё равно откроем.

Арсений:

— Почему?

— Потому что уже открывали.

— Когда?

— Через двадцать минут.

Арсений:

— И что внутри?

Второй побледнел.

— Не помню.

— Очень полезно.

— Я помню, что после этого нас стало на одного больше.

— Кто?

— Вот это я и не помню.

Илью пустили в технический вагон.

Проверили.

Он.

Насколько вообще теперь можно было это утверждать.

Количество:

девять.

Арсений записал каждого на внутренней стороне предплечья.

АРС

ЛЕРА

ЖАР

СОФ

ЭД

РЕН

ТАМ

ИЛЬЯ

АРС-2

Лера:

— Смотрится ужасно.

— Зато не забудем.

Второй Арсений:

— Забудешь, что означают сокращения.

Арсений посмотрел.

Добавил сверху:

НАС 9. ЭТО ЛЮДИ. НЕ СТИРАТЬ.

— Лучше?

Второй:

— Немного.

Вагон открыли.

Не через двадцать минут.

Через сорок семь.

Арсений специально ждал.

Хотел проверить, можно ли изменить то, что помнит второй.

— Сейчас? — спросил Жаров.

Второй Арсений смотрел на часы.

— Уже не совпадает.

— Значит, будущее меняется.

— Или память была ложной.

— Что предпочитаешь?

— Оба варианта плохие.

Илья открыл дверь своего вагона.

Внутри обычное купе.

Четыре места.

Столик.

Чай в стакане.

Ещё горячий.

На нижней полке сидел мальчик.

Лет восьми.

— Привет.

Илья поднял оружие.

Арсений:

— Не стрелять.

Мальчик:

— Вы долго.

— Кто ты?

Мальчик посмотрел на Леру.

— Она знает.

Лера побледнела.

— Нет.

— Знаешь.

— Я тебя не помню.

Мальчик расстроился.

— Опять?

Арсений:

— Имя.

— Максим.

— Фамилия.

Мальчик подумал.

— Кравцов.

Арсений застыл.

— Нет.

Максим улыбнулся.

— Ты всегда так говоришь.

Лера подошла.

— Кто твои родители?

Мальчик показал на неё.

— Мама.

Лера отступила.

— Нет.

— Да.

— У меня нет детей.

— Теперь нет.

Тишина.

Арсений:

— Отец?

Максим посмотрел на второго Арсения.

— Он.

Никто не сказал ни слова.

Второй Арсений побледнел сильнее всех.

— Я?

— Да.

— Это невозможно.

— Почему?

— Она моя сестра.

Мальчик нахмурился.

— Нет.

Арсений почувствовал тошноту.

— Максим.

— Да?

— Откуда ты приехал?

— Из города.

— Какого?

— Конечного.

— Станция 241?

Мальчик улыбнулся.

— Вы всё ещё думаете, что она двести сорок первая?

Арсений:

— А какая?

— Последняя.

— Какой номер?

Максим пожал плечами.

— Номера меняются.

— Что за город?

— Там все дороги заканчиваются.

— Люди?

— Да.

— Сколько?

— Много.

— Они знают нас?

— Конечно.

— Почему?

Мальчик посмотрел на Арсения так, будто вопрос был глупым.

— Потому что вы оттуда уехали.

Тишина.

Арсений:

— Мы никогда там не были.

Максим:

— Были.

— Когда?

— До Сдвига.

— Города не существует на картах.

— Потому что вы его убрали.

— Кто «вы»?

Максим показал на всех.

— Люди Линии.

Тамара:

— Почему?

Мальчик посмотрел на неё.

— Чтобы забыть.

— Что?

Максим ответил:

— Что Сдвиг начался не там.

Он показал на восток.

Потом на запад.

— А у вас.

Арсений:

— На Линии?

Мальчик покачал головой.

— Нет.

Он подошёл к окну.

Провёл пальцем по стеклу.

Нарисовал длинную линию.

Девятнадцать точек.

Потом ещё сотни восточнее.

И одну большую точку далеко на западе.

Там, где находилась Главная станция.

— Вот здесь.

Арсений:

— Что здесь?

Мальчик посмотрел на него.

— Первая станция.

Тамара:

— Главная?

— Раньше она называлась по-другому.

— Как?

Максим ответил:

— Нулевая.

В техническом вагоне погас свет.

Радио включилось.

Голос из Главной станции.

Тревожный.

— Экспедиция, ответьте.

Жаров схватил микрофон.

— Слышу.

— Немедленно возвращайтесь.

— Причина?

Пауза.

— У нас изменилась карта.

Арсений:

— Как?

— Восточная линия теперь существует в архивах полностью.

— До какой станции?

— Не знаем.

— Почему?

— Она не заканчивается.

Тамара:

— Что ещё?

Диспетчер тяжело дышал.

— На западной стороне Главной станции появились рельсы.

Все замерли.

— Там никогда не было железной дороги.

— Теперь есть.

Арсений:

— Куда ведут?

Очень долгая пауза.

— На запад.

— И?

— Первый маяк только что включился.

— Номер?

Диспетчер ответил:

— Минус один.

За окном на Двадцать первой станции зажёгся семафор.

Но не восточный.

Западный.

Зелёный свет смотрел туда, откуда они приехали.

Максим тихо сказал:

— Поздно.

Арсений:

— Что поздно?

Мальчик повернулся.

— Пока вы ехали искать конец дороги…

Он показал назад.

— …дорога начала расти в другую сторону.

Глава 8. Минус первая

Они не повернули назад сразу.

Жаров хотел.

— Если рельсы появились у Главной, нужно возвращаться.

Арсений:

— Зачем?

— Потому что там люди.