Эльфийская рукопись «Зов крови и стали»

В центре зала, на возвышении, напоминавшем переплетённые корни, стоял трон. Живой трон, из которого пробивались свежие побеги и мелкие, благоухающие цветы. На троне сидел Владыка Элладан.

Он не был древним старцем, каким его рисовало воображение Максима. На вид — зрелый муж, лет сорока по земным меркам. Но глаза... глаза выдавали возраст. Глубокие, серебристо-серые, они смотрели из-под тёмных бровей с таким спокойствием, какое бывает лишь у тех, кто видел, как рождаются и умирают цивилизации. Длинные чёрные волосы, перевитые седыми прядями, спускались на плечи. Одет он был просто — длинная мантия цвета тёмного серебра, без украшений и гербов. На пальце — единственное кольцо с мутным, словно затянутым дымкой, камнем.

У подножия трона стояли четверо эльфов — двое военных в доспехах, один старик с посохом (советник или маг, определил Максим), и высокая женщина с золотыми волосами, чьё лицо показалось странно знакомым.

Линдир остановился на почтительном расстоянии от трона и склонил голову, прижав правую руку к сердцу.

— Владыка. Я привёл чужака. Того самого.

Элладан медленно перевёл взгляд с сына на Максима. Воздух в зале словно уплотнился. Максим чувствовал, как этот взгляд пронизывает его насквозь, проникая глубже, чем любой сканер, чем любой допрос с пристрастием. Владыка не просто смотрел — он читал. Считывал ауру, мысли, душу? Кто знает, как работает эльфийская магия.

Максим выдержал этот взгляд. Он стоял прямо, не опуская головы, но и не наглея. Поза «вольно» — расслабленная, но готовая к действию. Руки на виду. Лицо открыто. Пусть читает. Ему нечего скрывать.

— Подойди, — голос Владыки оказался неожиданно тихим, но каждый звук отражался от стен тысячекратным эхом. — Назови себя.

Максим сделал пять шагов вперёд, остановившись ровно на границе света и тени, отбрасываемой троном.

— Майор Волков Максим Александрович. Специальное подразделение «Вымпел». Позывной «Барс». Родом с планеты Земля.

В зале повисла пауза. Золотоволосая женщина чуть склонила голову набок, изучая его с новым интересом. Старик-советник нахмурился. Один из военных — высокий, с хищным лицом и серебряными нашивками на плечах — шагнул вперёд и что-то прошептал Владыке на ухо, не сводя с Максима откровенно враждебного взгляда.

Элладан выслушал его, но не ответил.

— Земля, — произнёс он задумчиво. — Я слышал это название. Очень давно. От странника, попавшего в наш мир задолго до Войны Сумерек. Он говорил о мире, где нет магии, но есть железо. Много железа.

— У нас есть не только железо, — Максим позволил себе лёгкую усмешку. — У нас есть порох, сталь, авиация и ядерное оружие. Но да, магии нет.

— И как же ты попал сюда, майор Волков?

— Понятия не имею. Я погибал. Прикрывал отход гражданских. Взрыв — и темнота. Очнулся в вашем лесу. Разрыв, портал — называйте как хотите. Эльвира сказала, что такое случается.

— Разрыв в ткани миров, — подтвердил старик-советник. Его голос звучал сухо, словно шелест пергамента. — Шрам на теле реальности. Мы зафиксировали всплеск пять дней назад, Владыка. Именно тогда, когда следопыты нашли чужака.

Пять дней. Максим мысленно присвистнул. Значит, он провалялся без сознания почти неделю. Пять дней в коме, а чувствует себя так, будто прошло дня два. Магия.

— Ты был тяжело ранен, — словно прочитав его мысли, продолжил Элладан. — Эльвира сказала, что обычный эльф с такими ранами уже был бы мёртв. Ты выжил.

— Я живучий.

— Это я уже понял. — Владыка чуть подался вперёд, и его глаза внезапно полыхнули серебром. — Теперь скажи мне, воин из другого мира: зачем ты здесь? Чего ты хочешь?

Вопрос был с подвохом. Максим чувствовал это. Элладан проверял его — намерения, амбиции, саму суть. Ответь «я хочу домой» — сочтут бесполезным и, возможно, избавятся как от обузы. Ответь «я хочу власти» — сочтут угрозой.

Он решил ответить правду.

— Я хочу выжить и быть полезным, — ровно произнёс Максим. — Домой я, судя по всему, не вернусь. Значит, это мой новый мир. Я солдат. Я умею только одно — воевать. Эльвира упомянула какую-то войну. Линдир говорил об орках. Если у вас есть враг, я могу помочь. Не за спасибо. За место в вашем мире.

В зале воцарилась тишина. Даже листья, казалось, перестали кружиться.

Хищный военный — командующий, судя по нашивкам, — презрительно скривил губы.

— Помочь? — его голос прозвучал резко, словно лязг клинка. — Ты? Смертный? Без магии? Без понимания нашего мира? Что ты можешь предложить нам, чего не могут наши лучшие воины?

— Лорд Аэлар, — негромко, но с нажимом произнёс Элладан.

— Прошу прощения, Владыка, но я должен высказаться. — Лорд Аэлар, командующий эльфийской армией, шагнул ближе к Максиму. Он был на полголовы выше своего Владыки, широкоплечий (насколько эльф вообще может быть широкоплечим), закованный в мифриловую броню, с мечом на поясе. От него веяло холодной, сдерживаемой яростью. — Мы воюем с Тёмной Ордой уже двести лет. Наши генералы, наши маги, наши клинки — лучшие в этом мире. Но мы отступаем. Год за годом, лес за лесом. И ты хочешь сказать, что один человек, без магии, без знания наших тактик, может предложить нам что-то ценное?

Максим встретил его взгляд.

— Да, — ответил он спокойно. — Потому что вы привыкли воевать красиво. А война — это грязь, кровь и эффективность. Если вы отступаете двести лет, значит, ваша тактика не работает.

Аэлар побледнел от гнева. Его пальцы сжались на эфесе меча.

— Ты смеешь оскорблять армию Элдара в сердце Валинора?!

— Я констатирую факт. — Максим не отвёл глаз. — Вы сражаетесь двести лет и проигрываете. Значит, что-то идёт не так. Может быть, проблема не в храбрости ваших воинов. Может быть, проблема в том, как именно вы воюете.

— Довольно.

Голос Элладана прозвучал негромко, но в нём была такая сила, что Аэлар осёкся на полуслове. Владыка поднялся с трона. Теперь он казался выше, внушительнее, словно само пространство вокруг него уплотнилось.

— Ты говоришь смелые слова, Максим Волков. Но слова — лишь ветер. Ты покажешь, на что способен. Завтра. На учебном плацу перед моими командирами. — Элладан перевёл взгляд на Аэлара. — Лорд-командующий выставит против тебя лучших воинов. Если ты сумеешь доказать свою ценность — мы поговорим о твоём месте среди нас. Если нет...

— Если нет, я, наверное, стану удобрением для ваших деревьев? — усмехнулся Максим.

Элладан не улыбнулся.

— Если нет — ты останешься в Валиноре как гость. Но не более. У нас нет ресурсов, чтобы содержать бесполезные рты во время войны.

— Справедливо. — Максим кивнул. — Я согласен.

Лорд Аэлар метнул в него полный ненависти взгляд и, коротко поклонившись Владыке, вышел из зала. Старик-советник последовал за ним, бормоча что-то себе под нос. Золотоволосая женщина задержалась на мгновение у выхода и обернулась к Максиму. Их взгляды встретились.

— Будь осторожен, человек, — произнесла она мелодичным голосом. — Аэлар не прощает оскорблений. Особенно от чужаков.

— Я не оскорблял его. Я сказал правду.

— Правда часто ранит больнее оскорбления.

И она ушла, оставив после себя шлейф аромата, напоминающего ландыши и что-то пряное, незнакомое.

Максим посмотрел на Линдира. Тот стоял в стороне с выражением крайней озабоченности на точеном лице.

— Кто эта женщина? — спросил Максим.

— Леди Ариэль, — ответил эльф тихо. — Сестра лорда Аэлара. И, по совместительству, начальник разведки Элдара.

— Сестра командующего и глава разведки? Интересная у вас семейка.

— Ты даже не представляешь, насколько, — пробормотал Линдир.

В этот момент к ним подошёл сам Владыка. Без трона, без свиты, он казался почти обычным — просто высокий, усталый мужчина с древними глазами.

— Линдир, оставь нас.

Принц поклонился и вышел, бросив на Максима предупреждающий взгляд. Они остались вдвоём в огромном зале, под вальсом золотых листьев.

Элладан молчал долго, разглядывая пришельца. Максим не нарушал тишины.

— Ты был прав, — произнёс наконец Владыка. — Мы проигрываем эту войну.

Максим не ожидал такого признания.

— Наши маги сильны, наши клинки остры, наши лучники не знают промаха, — продолжил Элладан. — Но орков больше. Гораздо больше. Они плодятся быстрее, чем мы успеваем их убивать. Их шаманы нашли способ черпать силу в крови, и с каждой битвой они становятся лишь сильнее. Мы сражаемся красиво, как ты сказал. А они сражаются грязно. И грязь побеждает.

— Почему вы не меняете тактику?

— Потому что мы — эльфы. — В голосе Владыки прозвучала горечь. — Мы живём тысячелетиями. Каждая жизнь для нас — драгоценность. Мы не можем бросать воинов в мясорубку ради тактической победы, как это делают орки. Мы не можем сжигать леса, чтобы лишить врага укрытия. Мы не можем использовать магию крови, потому что это осквернит саму нашу суть. Мы скованы собственной моралью. И эта мораль нас убивает.

Максим молчал, переваривая услышанное. Оценивал. Анализировал.

— Я могу помочь, — сказал он наконец. — Но мне нужна будет свобода действий. И право набирать собственных бойцов.

— Завтра, на плацу, ты получишь шанс доказать, что твои слова чего-то стоят. — Элладан положил руку на плечо Максима. Ладонь Владыки была тёплой и неожиданно тяжёлой. — Но даже если победишь, знай: не все в Валиноре будут рады тебе. Аэлар — лишь верхушка. Консервативная партия сильна. Они скорее умрут, чем примут помощь от смертного.

— Я привык работать в недружественной среде, — усмехнулся Максим. — Это моя профессия.

— Тогда иди. Отдыхай. Завтрашний день решит твою судьбу.

Линдир ждал его у выхода из Зала Тысячи Листьев с двумя стражниками. Теперь, без Владыки, эльф держался чуть свободнее, но всё ещё настороженно.

— Я провожу тебя в гостевые покои. — Принц кивнул стражникам, и те встали по бокам от Максима. — И да, ты теперь официально под моей ответственностью. Если попытаешься сбежать или навредить кому-то, отвечать буду я.

— Серьёзная мотивация, — признал Максим. — Не подведу.

Покои, куда его привели, оказались небольшой, но уютной комнатой на одном из нижних ярусов дворца. Живые стены, светящиеся кристаллы, постель из мха (явно того же происхождения, что и в госпитале) — всё дышало сдержанной эльфийской роскошью. На столе — поднос с едой: фрукты, каких Максим никогда не видел, родниковая вода в прозрачном графине, что-то похожее на хлеб.

Линдир задержался у двери.

— Я должен задать тебе один вопрос, — произнёс он тихо. — Что за оружие ты держал в руках, когда очнулся? Железный шар с кольцом?

— Граната. Ручная граната Ф-1. — Максим присел на край постели. — Оружие моего мира. Взрывное.

— Взрывное? — Линдир нахмурился. — Как алхимические бомбы?

— Вроде того. Только эффективнее.

— Ты можешь сделать ещё?

Максим усмехнулся про себя. Ага, значит, парень не просто так спрашивает. Уже прикидывает потенциал.

— Могу. Если найду подходящие материалы. Но для начала мне нужно понять, как здесь вообще работают взрывчатые вещества.

Линдир помолчал.

— Завтра на плацу против тебя выйдут лучшие воины Аэлара, — сказал он наконец. — Это не просто испытание. Это ловушка. Аэлар выставит против тебя своих «призраков» — элитный отряд, который он тренировал лично. Они убьют тебя на первой минуте.

— Учебный бой?

— Случайно выпущенная стрела. Неудачное падение. Яд на клинке. Способов много. — Линдир посмотрел ему в глаза. — Я не знаю, почему отец согласился на это. Возможно, он тоже считает тебя угрозой. Возможно, он просто устал спорить с Аэларом. Но если ты выйдешь завтра на плац, ты умрёшь.

Максим долго смотрел на принца. Потом медленно кивнул.

— Спасибо за предупреждение. Но я всё равно выйду.

— Почему? — в голосе Линдира прозвучала искренняя растерянность. — Ты же понимаешь, что это самоубийство?

— Потому что я не прячусь от боя. И потому что мне нужно показать вам, как выглядит настоящая тактика. — Максим поднялся, подошёл к столу и взял в руки гранату, которую предусмотрительно забрал из госпиталя с разрешения Эльвиры. — Аэлар выставит элиту? Отлично. Значит, мне нужно подготовиться.

— Подготовиться? Как? У тебя нет оружия. Нет доспехов. Ты даже ходить нормально не можешь — швы на боку разойдутся!

— Верно. — Максим взвесил «эфку» на ладони, и в его глазах блеснул нехороший огонёк. — Поэтому я не буду играть по их правилам.

Линдир открыл рот, чтобы возразить, но осёкся. На его лице отразилась сложная гамма чувств — страх, любопытство и что-то ещё, чему Максим пока не мог подобрать названия.

— Что ты задумал? — тихо спросил принц.

— Для начала я хочу осмотреть плац сегодня вечером. Ты можешь это устроить?

— Стража...

— Ты — сын Владыки. Придумай что-нибудь.

Линдир колебался. Потом кивнул.

— Через два часа, когда сменятся караулы. Я проведу тебя.

— Отлично. — Максим впервые за этот долгий день позволил себе настоящую, предвкушающую улыбку. — А теперь расскажи мне о «призраках» Аэлара. Всё, что знаешь. Их оружие, тактику, слабые места. Всё.

Линдир вздохнул, присел на край стола, и начал рассказывать.

Ночь обещала быть долгой.

Глава 4. Плац

Ночь в Валиноре была наполнена тихой, звенящей музыкой.

Максим слышал её, когда Линдир вёл его пустыми переходами спящего города-древа. Звук рождался отовсюду и ниоткуда одновременно — тонкое пение кристаллов, остывающих после дневного света; шелест листьев-ставень, закрывающих окна-дупла; далёкая, едва слышная мелодия флейты откуда-то с верхних ярусов. Эльфы не спали в человеческом понимании — они погружались в «грёзы», состояние полудрёмы-полубодрствования, в котором отдыхало тело, но разум продолжал парить в потоках магии.

— Сюда, — прошептал Линдир, сворачивая в узкий проход, сплетённый из ветвей.

Они миновали пост стражи — двух эльфов в лёгких доспехах, замерших у светящегося кристалла. Линдир что-то сказал им на певучем языке, и стражники расступились без лишних вопросов. Всё же статус сына Владыки имел свои преимущества.

Учебный плац располагался на нижнем ярусе, у самого подножия центрального древа. Это была огромная, идеально круглая арена, выложенная серебристым мхом, который, как успел узнать Максим, обладал свойством мгновенно впитывать кровь. Практично. Вокруг арены поднимались ярусы — нечто вроде трибун, но сплетённых из живых ветвей. А за ними темнел лес — тот самый Зелёный океан, из которого Максима вытащили пять дней назад.

Два солнца давно зашли. В небе сияла россыпь незнакомых звёзд и один крупный, зеленоватый спутник, напоминавший луну, но раза в три больше.

Максим медленно обошёл арену по периметру. Осмотрел точки входа и выхода. Отметил неровности рельефа. Потрогал мох — тот был пружинистым, давал хорошее сцепление, но мог скрадывать мелкие неровности. Запомнил направление ветра — лёгкий, юго-западный, несущий запах леса.

— Что ты ищешь? — не выдержал Линдир.

— Преимущество, — коротко ответил Максим, приседая на корточки у края арены. — Расскажи мне о «призраках». Подробно.

Линдир вздохнул, прислонившись спиной к стволу.

— Их пятеро. Лучшие воины Аэлара. Каждый — мастер в своей области. Таллар — фехтовальщик, его клинок поёт, и этот звук завораживает, лишает воли. Ирэль — лучница, говорят, птица в полёте не успевает сложить крылья, как её уже настигает стрела. Кэлтор — маг-тактик, управляет потоками воздуха, может ослепить или сбить с ног. Нарвен и Нарвин — братья-близнецы, работают в паре, чувствуют друг друга без слов. Все они служат Аэлару с детства. Все ненавидят людей.

— Почему?

— Потому что люди когда-то давно, ещё до Войны Сумерек, предали эльфов. Это старая история.

— Я не из этого мира, — заметил Максим. — Но, полагаю, им всё равно.

— Им — да.

Максим кивнул, продолжая осматривать арену. Фехтовальщик с гипнотическим клинком. Лучница-снайпер. Маг воздуха. Парные бойцы. Пять против одного, раненого, без доспехов и оружия... если не считать гранаты, спрятанной под туникой.

— Как проходит учебный бой? — спросил он. — Правила?

— Правил нет, — голос Линдира прозвучал мрачно. — Точнее, есть одно: бой идёт до первой крови или до сигнала Владыки. Но Аэлар наверняка выставит условие «до потери сознания». Или наймёт судью, который «не заметит» смертельный удар.

— Ясно. Значит, нужно сделать так, чтобы они не успели нанести этот удар.

— Максим... — Линдир замялся. — У меня есть для тебя кое-что.

Принц сунул руку в складки плаща и извлёк предмет, завёрнутый в тёмную ткань. Когда ткань упала, в свете луны блеснул металл. Это был нож. Не эльфийский — грубый, простой, с тёмной рукоятью и следом заводского клейма. Максим узнал его мгновенно: «Смерш-5», российский боевой нож. Его нож, который был в разгрузке в момент взрыва.

— Откуда? — он впился взглядом в Линдира.

— Я сохранил, — признался эльф. — Когда тебя нашли, всё твоё снаряжение хотели уничтожить — амулеты чужака, возможная угроза. Я забрал это. Подумал, что тебе может пригодиться.

Максим взял нож. Взвесил в ладони. Родная, привычная до последней царапины сталь. Он проверил лезвие — всё ещё острое, способное побриться. Хорошо.

— Спасибо, Линдир. — Он впервые назвал эльфа по имени, без формальностей. — Я этого не забуду.

— Сочтёмся позже, — усмехнулся принц. — Если выживешь.

Максим сунул нож за пазуху, рядом с гранатой. Теперь у него было два аргумента. Один — для ближнего боя, второй — для дальнего устрашения.

— Расскажи мне ещё о магах, — попросил он. — Как работает их магия? Нужны ли им слова, жесты, артефакты? Сколько времени требуется на заклинание?

Линдир, удивлённый таким прикладным интересом, начал объяснять. Максим слушал внимательно, задавал уточняющие вопросы, и к моменту, когда над лесом забрезжил первый серебряный рассвет, у него в голове уже формировался план.

Утро началось с тяжёлого, влажного тумана. Он наползал с леса, окутывая Валинор белёсой дымкой, и в этом тумане звуки становились глуше, движения — замедленнее. Максим стоял у входа на арену и размеренно дышал, прогоняя последние остатки усталости. За ночь он не сомкнул глаз — но бывало и хуже. Во время операции «Буря в пустыне» он не спал четверо суток подряд, и ничего, работал.

Он был облачён в ту же простую тунику и штаны, что и вчера. Эльфийские целители сняли повязки ещё ночью, заявив, что раны затянулись достаточно. Максим чувствовал лёгкое головокружение и слабость, но знал: на адреналине организм вытянет. Главное — продержаться первые минуты.

К плацу начали стекаться зрители. Сначала — военные, в парадных доспехах, с гербами Домов на плащах. Потом — маги в мантиях, расшитых звёздами и рунами. Потом — придворные, вельможи, просто любопытные. Эльфийская элита занимала ярусы, и в воздухе повис гул десятков голосов — сдержанных, мелодичных, но явно возбуждённых. Такого представления Валинор не видел давно: человек против «призраков». Смертный против бессмертных воинов.

Линдир стоял у входа на арену, прямой и бледный. Рядом с ним — леди Ариэль, всё в том же платье цвета индиго, с бесстрастным лицом и цепким взглядом.

— Ты готов? — спросила она без предисловий.

— Всегда готов, — ответил Максим пионерским девизом, который здесь никто не понял.

— Брат не шутил, — продолжала Ариэль, понижая голос. — Его воины получили разрешение на «полный контакт». Если ты проиграешь, ты умрёшь. Если ты выиграешь... — она сделала паузу, — брат будет в ярости. Он не простит тебе унижения перед всем Валинором.

— То есть, что так, что так я в минусе?

— Да, — просто ответила она. — Поэтому я советую тебе не просто выиграть. А выиграть так, чтобы никто не посмел оспорить твою победу.

Максим внимательно посмотрел на неё. Начальник разведки, сестра командующего, но советует против брата. Интересно, что ей нужно?

— Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что я, в отличие от Аэлара, смотрю дальше своего меча, — Ариэль чуть склонила голову. — Если ты действительно можешь изменить ход войны, я хочу это увидеть.

С этими словами она отошла, оставив Максима наедине с Линдиром.

— Будь осторожен, — тихо произнёс принц. — Я буду на трибуне рядом с отцом. Если что-то пойдёт не так... я попытаюсь вмешаться.

— Не вмешивайся. — Максим положил руку на плечо эльфа. — Чтобы меня уважали, я должен справиться сам. Таковы правила.

Линдир кивнул и, бросив последний тревожный взгляд, поднялся на трибуну.

Максим остался один.

Он вышел на середину арены. Туман начинал рассеиваться, открывая заполненные ярусы. Сотни глаз смотрели на него — любопытных, враждебных, оценивающих. На центральной трибуне, прямо напротив, сидел Владыка Элладан. Рядом — Линдир, Ариэль, старик-советник и лорд Аэлар. Командующий эльфийской армией выглядел так, словно проглотил ядовитую змею: его лицо было бледным, а пальцы нервно постукивали по подлокотнику живого кресла.

Максим не спеша оглядел арену. Запомнил каждую неровность, которую нашёл ночью. Запомнил направление ветра. Запомнил, где располагаются трибуны, а где — открытое пространство.

Ждать пришлось недолго.

С противоположной стороны арены вышли пятеро. «Призраки» Аэлара двигались слаженно, как единый организм — двое мечников впереди, маг в центре, лучница слева, парные бойцы справа. Все в лёгких, но явно усиленных магией доспехах. У всех — холодные, сосредоточенные лица. Ни тени сомнения. Ни капли страха.

Таллар, фехтовальщик, вышел вперёд. Его клинок — длинный, чуть изогнутый, с голубоватым свечением — он держал опущенным, но Максим знал, что тот может взлететь в атаку за долю секунды.

— Чужак, — произнёс Таллар на общем наречии. — Ты можешь сдаться до начала боя. Сохранишь жизнь. Покинешь Валинор. Это милосердное предложение лорда Аэлара.

— Передай лорду Аэлару, что я ценю его заботу, — усмехнулся Максим. — Но предпочитаю остаться.

Таллар склонил голову, принимая ответ. В его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение — или на предвкушение.

И тут прозвучал сигнал. Кристалл в руке распорядителя вспыхнул алым светом.

Бой начался.

Первая атака была молниеносной.

Кэлтор, маг, вскинул руки, и вокруг Максима взревел ветер. Воздушный кулак ударил в грудь, сбивая дыхание, сбивая с ног. Максим покатился по мху, ожидая этого — Линдир предупреждал, что маг почти всегда начинает первым. Кэлтор создавал давление, чтобы лишить противника подвижности и передать его мечникам.

Но Максим уже был не там, где его ждали. Он не пытался встать на ноги — вместо этого перекатился дальше, к краю арены, и рывком ушёл в сторону от второго воздушного удара. Мох смягчил падение, но рёбра всё равно отозвались тупой болью.

Братья Нарвен и Нарвин уже неслись к нему, работая идеальной парой — один заходил слева, второй заходил справа, отрезая пути отхода. Их клинки — короткие, парные — мерцали зелёным, явно отравленным огнём. Максим понял это сразу: Линдир говорил, что яд парализует, а не убивает. Но в бою паралич равен смерти.

Он не стал встречать их в лоб. Вместо этого рванулся прямо на Таллара — на самого сильного фехтовальщика. Это было настолько неожиданно, что Таллар на мгновение замешкался. Максим использовал это мгновение, чтобы сократить дистанцию, нырнуть под свистящий клинок и...

...и пролететь мимо, проскочив у Таллара под рукой.

Это был ложный замах. Финт.

Таллар развернулся, готовый отразить атаку сзади, но Максим уже бежал дальше — к магу.

Кэлтор, ожидавший, что человек будет раздавлен в первые секунды, не успел подготовить новое заклинание. Он увидел летящего на него чужака, увидел дикие, совершенно безумные глаза — и на долю секунды растерялся. Маги не привыкли к тому, что на них нападают напрямую, в ближнем бою. Их всегда прикрывали мечники.

Но мечники были позади.

Максим врезался в Кэлтора плечом, как учили в рукопашном бою — жёстко, снося дыхание, сбивая с ног. Маг взмахнул руками, пытаясь выкрикнуть заклинание, но Максим перехватил его запястье, вывернул и коротко, без замаха, ударил локтем в висок. Кэлтор обмяк.