Полная версия
Тариф Разбойный
Александр Сараев
Тариф Разбойный
Дела сыскных подразделений
Александр Сараев
Тариф Разбойный
Чита - 2025
Моей семье, друзьям и товарищам по службе посвящается
—1—
Был тёплый июньский вечер. Сонные мухи, изнемогая от жары, лениво летали, еле-еле передвигая крыльями. Закат багряно таял где-то вдали. Облака скапливались серой массой, обещая скорый дождь.
В коридорах Управлении внутренних дел было непривычно тихо и спокойно. Оперуполномоченный Сергеев отбывал очередное дежурство в СОГ1. Он с завистью посматривал из окна на улицу, где безмятежно прогуливались гражданские, и закуривал очередную сигарету. Вспоминалось, как сидел он с удочкой на берегу Ингоды и мечтал стать великим мореплавателем, вдыхать солёные брызги на палубе корабля и сражаться с исполинскими волнами, как у Айвазовского. Да и кому из мальчишек это не виделось?
Увы, мечты так и остались мечтами. А дальше? Дальше была армия, по возвращению из которой Сергеев почти сразу столкнулся с расцветающей дворово-босяцкой культурой. Первый же разговор на «Чё каво» и вопросом «Ты кто по жизни?» — закончился дракой. Удивительно, но проповедующая блатную жизнь молодёжь не погнушалась написать заявление о побоях. Так Сергеев впервые оказался в местном ОВД. Участковый выслушал пылкое объяснение молодого человека, оценил ссадины на его лице и протянул два бланка для ознакомления. Один — незаполненный бланк протокол допроса подозреваемого, а второй заявление на поступление в Читинскую среднюю школу милиции. Выбор был очевиден.
Потом была учёба в школе милиции, вручение диплома, лейтенантские погоны и оперская работа в Черновском отделе внутренних дел. Теперь, будучи капитаном, он с улыбкой вспоминал эти дни. А тогда молодой лейтенант столкнулся со всеми реалиями самой грязной стороны человеческих жизней. Часто за полночь оставался на работе — не зная, как справиться с обрушившимся на него потоком людского горя. Каждое заявление давало новый комок несчастья — кражи, грабежи, убийства. Все смешалось в голове молодого опера в один бесконечный день: выезд на место очередного преступления, молящие глаза потерпевшего, задержание пытавшегося скрыться ворюги и плачущая возле дежурки женщина, которую избил пьяный муж.
Неожиданный звонок резанул по нерву. Посиделки в кабинете закончились!
— Саня собирайся, у нас труп! — уныло сообщил дежурный в телефонную трубку.
Начало не предвещало ничего хорошего. Сергеев глотнул из стакана остатки чая, взял папку и спустился в дежурную часть.
— Похоже, таксист, — дежурный исподлобья глянул на опера. Понимание, что быстрой сдачи дежурства утром не получится, отразилось в глазах обоих.
Сергеев до боли стиснул зубы. Второй месяц в городе было неспокойно. Злоумышленники совершали нападения на водителей такси и похищали автомашины. Свои злодеяния они совершали в самых тёмных, не освещённых фонарями переулках забайкальской столицы. Свидетелей и зацепок пока не было. Мелькнула мысль: «Неужели до убийства докатились?»
— Где?— резко выдохнул опер.
— В лесу, возле посёлка Застепь. Знаешь где?
— Знаю, моя бывшая территория.
— Женщина коз пасла в лесу и наткнулась. Ответственный в курсе. Сейчас подойдёт машина. Поедешь вместе с ним.
Новый звонок на «02» прервал их разговор. Сергеев взял со стола лист, на котором мелким почерком было написано: «05.06.2005 года около 17:00 часов в двух километрах от посёлка Застепь обнаружено тело мужчины. На вид 30—35 лет, среднего телосложения, одет в футболку серого цвета, джинсы темно синего цвета, при себе имел документы на автомашину «Тойота — Камри» 1998г.в. государственный номер Ю037ЮЮ, зарегистрированную на Ванеева Владимира Николаевича 1976г.р. Имеются следы пулевого ранения в грудь».
— Можешь выходить, машина подошла. Группа с Черновского уже работает на месте. Потом зайдёшь расскажешь, — крикнул вдогонку дежурный.
Сергеев направился к выходу из УВД. В коридоре он столкнулся с ответственным по управлению полковником Белимовым Сергеем Аркадьевичем.
— Здравствуйте, — поздоровался Сергеев.
— Здорово. Ну рассказывай. Звонил в отдел? Есть что нового?
— Не успел. Машина подошла.
— Ладно поехали, на месте разберёмся.
Выйдя из управления, они сели в служебную Волгу Белимова и направились в район.
Поездка в Черновский немного грела душу Сергеева. Родной отдел, ставший и домом, и началом службы был для него больше, чем просто место работы. Сходный, пожалуй, с понятием малой родины, которую он покинул около полугода назад, попросив перевод в управление на должность старшего оперуполномоченного отдела по борьбе с разбойными нападениями. Сейчас, проезжая по улице, он вспоминал почти каждый дом.
В этом, кривобоком с разбитыми стёклами на веранде и изломанным палисадником живёт вор-карманник. В том, с крепкими воротами и злющей собакой в ограде, притон для жаждущих выпить и «уколоться». Здесь, под укрытием старого навеса стояли в засаде с напарником, а чуть дальше за киоском задерживали грабителей. И ещё многое-многое приходило на память, пока ехали к месту обнаружения трупа.
Дорога подсовывала новые ямы и ухабы под колеса, приближала их к мрачному, серому зданию отдела внутренних дел. Наверное, никогда ни одному зданию не выпадало видеть столько горя, грязи, слёз, ненависти и злобы, как зданиям отделов внутренних дел. И Черновский не был исключением.
У входа в отдел дежурный шагами мерил крыльцо, ожидая приезда начальства. «Уже сообщили», — подумал Сергеев.
— Здравия желаю, товарищ полковник! Дежурный по Черновскому ОВД майор Усов. На территории района зарегистрировано…
— Подожди, не спеши, — перебил его полковник: — Начальник ОВД у себя?
— Нет, выехал на таксиста. Следственная группа тоже там. В прокуратуру сообщили.
— Хорошо. Пойдём, на карте покажешь где нашли.
Полковник скрылся во входе в отдел, дежурный почтительно отстал.
— Здорово, Семён. Нелёгкая у тебя смена, — протянул Сергеев руку Усову.
— Здорово Саня. И не говори. Ты тоже по этому делу?
— Да, дежурю сегодня по управлению. Пойдём, — шагнул Сергеев в здание отдела.
В сумрачной дежурке царила прохлада. Железные ставни с бойницами на окнах почти не пропускали внутрь солнечные лучи.
Дежурный показал место на карте и коротко объяснил, что местная бабулька с утра ушла коз пасти. Ближе к вечеру прибежала в деревню насмерть перепуганная и, заикаясь, рассказала, что в лесу мужика мёртвого нашла.
— Я в управление передал. О подробностях пока не скажу,— закончил Усов.
— Сотников там? — спросил Сергеев.
— Да, все туда уехали: и Сотников, и Костроменко.
— Ладно, капитан поехали, на месте разберёмся, — полковник вышел из дежурки и направился к выходу из отдела.
— Семён,— окликнул дежурного Сергеев: — Сознавайся, грешил перед дежурством?
— Да вроде ничего такого не делал, — развёл Семён руками: — И пили в меру.
— Ну-ну,— неодобрительно хмыкнул Сергеев.
— У нас с утра приключения начались. Доставили подозреваемого по краже, а при нём объект покушения. Точнее ценное вещественное доказательство — поросёнок. Пока участковый бумаги составлял, это хрюкающее недоразумение сбежало из кабинета. Гулял, гулял хрюндель по коридору и залез с бомжами в «обезьянник». Познакомиться. Представляешь как они обрадовались такой встрече? Эта малолетняя испуганная свинья орала так, что у меня до сих пор звон в ушах стоит!
— Ладно бывайте, — улыбнулся Сергеев: — Может, ночь спокойной будет.
— Дай бог, а то мне и этого хватает.
Усов сел за пульт дежурного. Когда-то он тоже был опером и вся работа Сергеева ему была прекрасно знакома. Уставший от погонь и засад, Семён перешёл в дежурную часть, дорабатывать свой срок до пенсии.
Сергеев вышел из отдела: «Что ж, посмотрим, — мрачно подумал он. —Кто? Зачем? Почему?» — вопросы роились в его голове, и каждый зудел и царапал, как зловредная колючка за воротом. «Волга» фыркнула мотором и, набирая ход, направилась к Застепи.
Посёлок располагался на склоне горы, недалеко от города. К сожалению, цивилизация заканчивалась вместе с асфальтом, а дальше начиналась обычная российская деревня, с остатками зданий зернохранилища, фермы, ржавеющими комбайнами и старыми деревянными домами, молодость которых осталась в 50—х годах прошлого века. Коровы и козы паслись на помойке, сваленной возле придорожной ямы. Молодёжь рассекала по улицам на мотоциклах. И видно было, что некоторые были под градусом. Больно уж бойко лавировали мотоциклы между улиц, при виде машины с милицейскими номерами. А где-то недалеко в лесу лежал труп, душа которого ещё парила над деревней в воздухе. Клубы пыли срывались от колёс «Волги» в воздух. Через несколько секунд они вновь мирно возвращались на землю, ожидая новую автомашину. Дорога уходила в лес и неожиданно терялась среди грязи. В лесу справа от дороги показался, двигающийся в их сторону УАЗик.
— Притормози, — скомандовал Белимов. Водитель остановил машину, перегораживая дорогу УАЗу. Сергеев вышел из «Волги» и жестом остановил машину.
— Здравствуйте, — подошёл он к водителю УАЗика, спешно доставшему права и документы: — В лесу из милиции никого не встречали?
— Здравствуйте, — лицо водителя посветлело, от волнения он слегка заикался: — Так мы как раз от ваших и едем. У них «ГАЗель» застряла, так мы вытащить помогли. Говорят, трупак в лесу нашли. Не расскажете, что случилось?
— Вроде нашли,— неопределённо ответил Сергеев.
— А-а,— протянул водитель УАЗа, расстроенный, что нечем будет козырнуть в посиделках на завалинке.
— Сами ещё толком не знаем. А далеко до них? — сменил Сергеев тему разговора, прекращая нежелательные расспросы.
— Да с полкилометра будет. Только дорога ужас, лучше не соваться.
— Ладно, спасибо, — сказал Сергеев, садясь в салон «Волги».
«Теперь все будут в курсе. Сарафанное радио быстрее ветра разносится, — думал Сергеев: — А к вечеру молва до восьми трупов дорастёт, да все, мол, без голов, да с вырезанным сердцем, посреди астрального круга. Ну, или ещё что-нибудь придумают».
— 2 —
А в это время в полукилометре от них начальник Черновского ОВД Саломатов стоял со своим замом Костроменко возле трупа пока официально пока не установленного мужчины.
— Ну, и сколько их ещё будет, Алексей Михайлович? Чего ждём? Когда сверху очередного пинка дадут? — наседал Саломатов на заместителя: — У меня эти указания «усилить, углубить» уже поперёк горла. Бери всё под свой личный контроль и чтоб результат был, а то… А то вместо меня на коллегию поедешь. Мне уже надоело за «глухари» выслушивать. Вот точно! Сам поедешь, да покрутишься перед генералом как уж на сковородке.
Костроменко хотел, что-то ответить, но заметил приближающуюся «Волгу».
— Егор Андреевич, кажись, с управы пожаловали.
Саломатов обернулся. Гости из управления ему всегда не нравились. Чувствуя себя хозяином, он не любил, когда руководство, словно назойливые соседи, приезжало проведать его вотчину. Понимая, что доклада не избежать, он с неохотой сделал шаг к «Волге».
— Ездят тут, — думал Саломатов, — проверяющие, мля... а толку ноль. Будто сами не знают что времени и людей вечно не хватает, а я пляши перед ними как мальчик для битья.
Но вылезающему из машины Белимову он этого вслух не сказал.
— Здравия желаю, товарищ полковник, — откозырявшись, протянул Саломатов свою руку.
— Здравствуй, Егор Андреевич, — ответил Белимов.
На приветствие Сергеева Саломатов не ответил и стал отводить Белимова подальше в сторону от подчинённых, что-то объясняя на ходу.
— Здравствуйте, — подошёл Сергеев к Костроменко: — Что Михалыч, невезуха прёт?
— Здорово, — пожал тот руку Сергеева: — Слава богу вы подъехали! Хоть от меня этот Саломат отвязался. Сколько его знаю, никак не пойму — чего в нем больше сала или матов? Его ещё недавно в областной управе по убийствам отчитали, так они ему теперь хуже ёжика в горле, — ухмыльнулся Костроменко.
— Даа. С Управой не пошутишь,— согласился Сергеев и потёр шею: — А может всё таки самострел,— махнул он в сторону трупа.
— Саня! Вот ей богу, не смешно!
— Молчу, молчу, — примирительно замахал руками Сергеев: — А почему решили, что таксист?
— Документы есть, авто отсутствует.
— Понятно. А где Сотник?
— Домой к нему поехал, — кивнул в сторону трупа Костроменко: — Он вроде как с братом его знаком. Да сразу узнает, подтверждается ли версия с нападением.
— Что ещё есть?
— Пока осматривают. Наши вокруг лес обходят, да в Застепи по дворам спрашивают, может, кто-нибудь чего-нибудь необычного видел. А так пока глухо…
Сергеев достал сотовый телефон и набрал номер.
—
Невысокий, худой, как гончая, Сотников Андрей, скорее напоминал пацана, чем сотрудника милиции. Взглянув на него, никто никогда бы не догадался, что это начальник уголовного розыска Черновского отдела. Когда-то он работал участковым в сельском райотделе, но его голова скучала, не находя интереса в раскрытии кражи лопаты у дяди Пети или гусей у бабы Маши. В поиске новых возможностей энергичный Андрей оказался в уголовном розыске Черновского ОВД, где вскоре был повышен до старшего оперуполномоченного, начальника отделения и наконец, до начальника уголовного розыска. Теперь, и особенно в последнее время, его головушке некогда было отдыхать. Ему и звонил Сергеев.
— Алло, Андрей, здорово!
— Привет. Как дела?
— Да ничего, стою в лесу, птички поют. Благодать сплошная.
— Значит, тоже по таксисту приехал? Видимо дежуришь, а то чтобы ты там делал.
— А вы догадливы, товарищ Сотников. Сам-то где?
— Я сейчас с евошним, то есть, труповым братом разговаривал,— поёрничал опер: — Он к вам подъехать должен. Труп этот местного Ванеева. Брат приедет, ещё точно скажет он, это или не он, но, по-моему, всё очевидно. Так вот: Ванеев в такси «Сокол» работал, на рации по заказам разъезжал. Я сейчас к ним в контору смотаюсь. Может, что интересное расскажут.
— А когда он из дома уехал?
— Вчера вечером. Как обычно таксовать отправился. На связь не выходил. Да они и не шибко беспокоились. Думали, забухал где-то.
— Ладно, до связи.
— Пока, позже созвонимся.
«Да, не весело», — размышлял Сергеев, убирая телефон: «Машина не найдена, стало быть, и рация в ней, да может ещё какое барахло. Стоп! А сотовый телефон? Что ж я Сотникова сразу не спросил?» Но абонент был уже вне зоны действия. «Надо ещё раз самому осмотреть одежду и документы, да с братом поговорить», — решил для себя Сергеев.
Осмотр трупа — не самая приятная часть работы милиции. Казалось, ледяной холод мёртвого ощущался на расстоянии. Г
Возле тела на корточках сидела следователь и что-то записывала в протокол.
— Здравствуйте, Анна Евгеньевна, — от голоса Сергеева женщина вздрогнула, потом кивнула.
— Здравствуй, Александр Романович. Вас тоже вызвали? — взглянула следователь на Сергеева, тот в свою очередь кивнул головой: — Сколько их описываю, а привыкнуть все никак не могу, — вздохнула она.
— Медик уже осмотрел?
— Да, он с Сотниковым уехал.
— Что-нибудь изъяли?
— Так, по мелочи — документы на машину, паспорт, ключи, деньги около двух сотен,— она отвечала, продолжая писать бумаги.
— А телефон?
— Не было. Может в машине остался.
— Может быть. Я ещё раз осмотрю?
— Смотри, пойду до эксперта схожу.
Сергеев склонился над трупом. Руки не связаны, видимо не боялись, что убежит, возможно, без сознания был. Футболка, джинсы, кроссовки. Наколок нет. Что-то неуловимое мелькнуло перед глазами. Сергеев вновь и вновь осматривал тело, но никак не мог понять, что он мог пропустить. Что-то упущено, но что? Руки? Точно, руки. Костяшки пальцев опухли или, вернее сказать, были разбиты, как будто добрый час ими по груше колотили.
— Анна Евгеньевна, можно Вас, — обратился он к следователю, всем своим видом показывая, что хотел поговорить.
— Что? — спросила она, подойдя к Сергееву.
— Ань, наш мужичок-то ещё тот боевик. Смотри. Все костяшки на пальцах кисти разбиты, а здесь ссадина. Такое чувство, что в зуб попал кому-то.
— Это ещё не факт, может, где-то до этого подрался.
— Щербатый убийца. Когда поймаем, первым делом количество зубов проверить нужно.
— Всё шутим? — прозвучал расстроенной скрипкой голос подошедшего Саломатова: — Какой ты был, Сергеев, таким и остался. Раскрывать, работать надо! Хрен ли тут копаться?
Сергеев не ответил. Саломатов вообще мало ему нравился. Его показная напыщенность и осведомлённость не скрывали жадную, властолюбивую сущность. Спорить с таким, что самому в лужу грязную окунуться.
— Товарищ полковник, — Саломатов обратился к Белимову: — Я поеду, мне на совещание в администрацию нужно. Алексей Михайлович! — небрежно кинул он заместителю: — А вы, как приедете в отдел, зайдите ко мне. Если что сразу звоните! — добавил он, отойдя к машине.
— Мы тоже, наверное, поедем, — было заметно, что полковник, выяснив всё, что нужно, скучает от безделья: — Сергеев, ты закончил?
— Ещё минуту, товарищ полковник, — сам Сергеев сейчас с удовольствием бы остался на месте происшествия. Ему как оперу, нужно было рыть землю, искать улики, но по лицу полковника было понятно, что отрицательный ответ его никак не устраивает: — Аня, с прокуратуры следователь приехал?
— Я сама с прокуратуры,— удивила его Анна.
— Как так?
— Перевелась пару недель назад.
— Поздравляю. Ты у нас старший следователь прокуратуры?
— Нет, просто следователь.
— Понятно. Дело ты возбуждать будешь?
— Скорей всего, а дальше сам знаешь — кому поручат.
— Ладно, тогда я позже загляну.
— Пока, — улыбнулась она Сергееву.
— До встречи.
«Толковый Анька следователь», — думал, удаляясь, Сергеев. Анна Евгеньевна Величко не раз выручала его, подсказывала, видя огрехи и недоработки. А то вроде как она именно скрывала, потасовывала
А какие изумительные протокола допросов выходили из под её руки, Куприн бы обзавидовался. Да что Куприн, даже вор—рецидивист дядя Гриша, по прочтению изложенной Величко истории собственной жизни, горько прослезился и предложил следователю бахнуть по стакану спирта. Он даже не сердился, когда она, по окончанию допроса составила протокол задержания и старого сидельца водворили в ИВС2.
В другой раз, задержанный молодой человек слишком увлёкся порхающими по клавиатуре пальчиками Величко и перестал следить за языком. В итоге он рассказал следователю обо всех своих прегрешениях, которых набралось аж на пять составов.
«Жаль. Милиция потеряла ещё одного профессионала,»— мелькнула мысль, когда Сергеев садился в машину.
Через мгновение «Волга» тронулась с места, заурчала недовольно мотором и начала пробираться через чащобу. Неумолкаемо чирикали птицы. Деревья, недавно принарядившиеся в летний наряд, радовали глаз яркой зеленью. Тем страшнее был холодный, оставшийся сзади в нелепой позе человек, на фоне этого яркого летнего дня.
— 3 —
Дежурные сутки заканчивались. Утро лениво выползало из своей загоризонтной кровати, нехотя пробуждая солнце. И всё медленней и медленней ползла стрелка настенных часов, отмеряя время до прихода смены.
Доложив об оперативной обстановке начальнику УУР Матвееву, Сергеев передал ключи и журналы регистрации очередному дежурному оперу и звучно зашагал по тёмному коридору управы к выходу. Труп Ванеева никак не выходил у него из головы.
«Преступники перешли черту. Они почувствовали власть и не преминули ею грязно воспользоваться — лишили жизни человека»,— рассуждал Сергеев: «Жестоко они с ним поступили. Значит, либо сопротивлялся отчаянно, либо узнал из них кого-нибудь». Он строил всё новые догадки и предположения. «Надо найти Сотникова», — решил опер. Он остановил маршрутку не доезжая своей остановки и направился в Черновский отдел. Спать не хотелось. Нелепый труп на фоне яркой зелени, стоял в глазах.
—
Планёрка у оперов проходила как всегда оживлённо. Двери в кабинет начальника криминальной милиции были плотно прикрыты, но даже через них ощущался накал привычных разборок.
— И когда ждать результат? Небось, на благодать какую надеетесь? Так знайте, что не будет! Три глухих разбоя за месяц, а теперь ещё труп на отдел повесили. Я-то пенсионер, мне-то ничего, а вы? А? Когда с управы приедут, что говорить будете? — сделав эффектную паузу, Костроменко засобирался.
— Андрей Сергеевич, — обратился он к Сотникову: — Я в Управление, а вы готовьте план мероприятий. Всё, как и обговаривали.
Сотников кивнул головой. Ночью они долго сидели с Костроменко, решая какие дальнейшие действия предпринять, но, так и не сойдясь во мнениях, разошлись под утро по домам. Воспользовавшись тем, что начальник КМ3 укатил на очередное совещание, Сотников решил организовать работу по своим задумкам. Оставив после планёрки Свиридова, старшего оперуполномоченного по раскрытию тяжких преступлений против личности, именуемого в простонародье «убойным отделом», Сотников спросил для начала о его соображениях на этот счёт.
— Сергеич, а чё здесь думать? Как обычно — машина, деньги. Водила хотел убежать, они его и грохнули. Всё. Отморозки какие-то, могли бы оглушить — убивать-то зачем?
— Ладно. Ты стажёра с повестками не отправил куда-нибудь?
— Нет. На месте. Дела старые подшивает.
— Пусть возьмёт списки застепинских уголовников. Потом вместе с участковым проверят их в деревне.
Свиридов кивнул.
— Вчера в «Соколе» сказали, что Ванеев таксовал у них. Последний вызов в 22:46 по адресу Энская 44. Звонили с сотового 8-ххх-ххх-00-01. Надо запросы подготовить. Потом отвезти в паспортный стол и компанию связи. Озадачь кого-нибудь, а лучше следователя уговори сделать. Сам пока собери бумаги и составь обзорную справку по Ванееву. К 10 часам в прокуратуру поедем, они по вчерашнему убийству уже заслушивание решили провести,— веско говорил он.
Свиридов вышел. Сотников направился в свой кабинет и
привычно включил чайник. Тот дружелюбно зашумел, а через пару минут уже подпрыгивал на тумбочке. Начальник УР налил в кружку кипятка и опустил пакетик с чаем. Отхлебнул, сел за стол. Он пытался воспроизвести в мельчайших деталях и систематизировать все д
анные по последнему убийству. Кто, почему, зачем — вот главные вопросы, на которые ему снова необходимо найти ответ. Неожиданно дверь кабинета широко распахнулась.
— Всё думаешь о таксисте? — улыбнулся Сергеев старому другу.
— Задумаешься здесь, — Сотников протянул руку: — К десяти в прокуратуре надо быть. О тёплых отношениях с прокурором рассказывать надеюсь не надо?
— Да уж, догадываюсь. Орать будет, аж слюни полетят!
— Работать надо, а они заслушивание придумали. Я бы и сам со следователем всё решил. Так неееет.
—А мы простых путей не ищем. Ты разве не заметил, как сказал один хороший поэт: «…почему-то среди ответственных, отвечающих не найти…». Эти своими совещаниями как раз и перекладывают весь груз ответственности на тебя, чтобы в случае чего виноватым выставить. Нового по делу чего-нибудь появилось?
Сотников отрицательно покачал головой.
— И вообще, Саня, ты же знаешь, на самые важные направления, как всегда людей не хватает. Сам бы вот тоже взял да и помог парням по раскрытию.
— Считай, что решили. Как заслушаешься, звони, — Сергеев поднялся со стула.
— Хоть что-то хорошее,— обрадовался Сотников, лишние руки не помешают: Сань, если к парням зайдёшь, скажи чтобы справку быстрее печатали и мне занесли.
—
В коридоре отдела кипела жизнь: задёрганный участковый вёл семейного скандалиста, торопились куда-то две девчонки из дознания, ещё не измотанные работой. Они прижимали к груди тощие папки уголовных дел и игриво посматривали на коллег. Эксперт тащил в кабинет перемотанный изолентой обрез, а на лестничной площадке замполит, нисколько не стесняясь в выражениях, отчитывал конвоира за его неряшливый вид. Глядя в пустоту, похихикивали на лавочке два слюнявых жулика, рядом с ними примостилась размалёванная девица, на которую похотливо поглядывал подпирающий стену пьянчужка.
