Печать Трёх Лун. Свет сквозь тьму

Азарт охотника угас. Сжатая на рукояти меча ладонь заметно дрогнула, когда до него наконец дошло: его наняли не для поимки преступницы или беглянки.

— Чёрт бы побрал этого лицемера... — сквозь зубы процедил командир.

Агрессия в его голосе сменилась виноватой досадой, и он медленно опустил меч.

— Он уверял, что она — угроза для всего королевства.

— Так вы не охотники... — скорее для себя, тихо произнёс Рен, ослабляя хватку на клинках, а затем резко шагнул ближе:

— Кто? Назови имя!

— Советник, — мрачно ответил наёмник, сплёвывая на камни.

— Советник наследника. Это он дал мне золотой аванс и точные карты горных троп.

Ориан и Рен переглянулись — в их взглядах читалось мрачное понимание.

Поняв, в какую грязную и кровавую игру его втянули и кем его сделали, командир развернулся к своим людям, показавшимся из дверей:

— Оружие в чехлы. Мы закончили.

Отказавшись от кровавого контракта, он приказал наёмникам вернуться в дома и не сметь больше обнажать оружие в этом городе просто так.

Лея опустилась на мягкую постель, даже не подозревая, какая опасность едва не настигла её, пока они разговаривали у воды.

Сон так и не пришёл...

Где-то вдали продолжала течь подземная река. А над древним убежищем, скрытым в сердце горы, впервые за долгие годы вновь появилась надежда.

Глава 33. Голос сквозь годы.

В подземном городе наступило утро. Свет тысяч серебристых кристаллов мягко освещал каменные улицы, отражаясь в спокойной глади озера. Казалось, здесь не существовало ни дня, ни ночи — только вечное сияние.

Но Лея так и не смогла уснуть. Всю ночь рядом с ней лежала серебристая шкатулка, оставленная родной матерью. Она долго смотрела на неё, не решаясь открыть: слишком многое могло измениться после нескольких строк.

Тихо поднявшись, девушка взяла шкатулку и снова вышла к озеру. Она села на знакомый камень и крепче прижала её к груди.

Через несколько минут послышались осторожные шаги. Каэль.

Он ничего не спросил. Просто сел рядом. Некоторое время они молча смотрели на воду.

Лея первой нарушила тишину:

— Побудь со мной...

Каэль лишь кивнул:

— Конечно.

Этого было достаточно.

Лея глубоко вдохнула и открыла шкатулку. Сначала она осторожно достала письмо. Пожелтевшая бумага едва заметно дрожала в её руках.

Она медленно развернула лист:

«Моя маленькая звёздочка.

Если ты читаешь это письмо, значит, судьба всё-таки привела тебя домой. Прости нас.

Наверное, однажды ты спросишь, почему мы отпустили тебя. Почему не были рядом. Но знай... Мы никогда не переставали быть рядом с тобой сердцем.

В тот день мы сделали самый тяжёлый выбор в своей жизни. Мы выбрали потерять тебя, чтобы ты смогла жить. Если бы ты осталась в Элиаре, ты погибла бы вместе с нами. Мы отправили тебя туда, где война не смогла бы до тебя добраться.

Каждый день я молилась, чтобы однажды ты снова увидела этот мир. Если это произошло... Значит, наши надежды не были напрасны.

Не вини себя. И никогда не вини нас. И если однажды ты окажешься дома... Не плачь обо мне. Посмотри на небо. Пока светят Три Луны, часть моего сердца всегда будет рядом с тобой.

Я люблю тебя. Всегда.

Твоя мама.»

Последние строки расплылись перед глазами. Письмо медленно выскользнуло из рук Леи.

По её щекам покатились слёзы. Она всегда любила женщину, которая вырастила её на Земле, называла её мамой и никогда не перестанет считать своей матерью. Но сейчас её сердце разрывалось от мысли о другой женщине. О той, что подарила ей жизнь… и нашла в себе силы отпустить единственную дочь, понимая, что сама, возможно, больше никогда её не увидит.

Лея даже представить не могла, сколько боли скрывалось за этим решением.

Она закрыла лицо ладонями. Слёзы, которые она так долго сдерживала, наконец вырвались наружу.

— Мамочка... — едва слышно прошептала она, не понимая, к кому обращается в этот миг: к той, что подарила ей жизнь, или к той, что подарила ей детство.

Каэль осторожно поднял письмо. Не стал читать — лишь аккуратно сложил его и положил обратно в шкатулку. Затем повернулся к Лее и, не говоря ни слова, осторожно приобнял её за плечи.

Лея на мгновение замерла, а потом благодарно прижалась к нему. Словно впервые позволила себе перестать быть сильной.

Они долго сидели молча. Иногда слова были не нужны.

Когда Лея немного успокоилась, она достала из шкатулки старый дневник. Кожаный переплёт заметно потёрся от времени.

Она осторожно открыла первую страницу. Там аккуратным почерком было написано:

«Если это читаешь ты... Значит, чудо всё-таки произошло.»

Следующие страницы рассказывали о жизни её родителей. О том, как они познакомились ещё совсем юными. Как вместе учились управлять своей магией. Как мечтали сделать Лунный Предел местом, где никогда больше не будет войн.

Лея читала страницу за страницей. Иногда улыбалась, иногда снова плакала. В одной из записей мать написала:

«Сегодня она впервые улыбнулась. Кажется, в этот миг весь мир стал светлее. Никогда ещё я не чувствовала себя настолько счастливой.»

Лея невольно коснулась пальцами этих строк.

Каэль долго смотрел на спокойную гладь озера. Потом тихо произнёс:

— Знаешь... До встречи с тобой мне казалось, что я привык быть один. Так было проще.

Он ненадолго замолчал, а затем продолжил:

— А потом появилась ты.

Лея подняла на него удивлённый взгляд.

— И теперь... когда тебя нет рядом, мне кажется, будто чего-то не хватает. — Он едва заметно улыбнулся. — Никогда не думал, что однажды скажу такое.

Лея почувствовала, как её сердце забилось быстрее:

— Это... хорошо?

Каэль посмотрел ей прямо в глаза:

— Для меня — да.

Он осторожно убрал с её лица выбившуюся прядь волос:

— И если тебе снова станет страшно... не пытайся справиться со всем в одиночку. — Он на мгновение замолчал, словно решаясь сказать самое важное: — Позволь мне быть рядом. Всегда.

Лея ничего не ответила. Вместо этого она подалась вперёд и сама обняла Каэля — на этот раз первой, уткнувшись лицом в его плечо.

Он осторожно обнял её в ответ, боясь спугнуть этот момент. Они молчали, но сейчас слова были не нужны.

Флик тихо подошёл к ним, уткнулся мордочкой в края плаща Каэля и тихонько заурчал, словно чувствуя, что всё наконец встаёт на свои места.

В этот момент послышались тяжёлые, размеренные шаги. Из глубины пещеры появился Хранитель.

Он остановился возле них и терпеливо дождался, пока Лея закроет дневник.

— Простите, что прерываю вас, — негромко произнёс он.

Лея подняла глаза:

— Что-то случилось?

Хранитель медленно покачал головой:

— Нет. Но есть ещё кое-что, что ты должна увидеть. После падения Лунного Предела нам удалось спасти лишь малую часть того, что принадлежало твоему народу. Всё, что мы смогли сохранить, находится в Зале Памяти. Там хранятся последние свидетельства ушедшей эпохи. Твои родители просили, чтобы однажды ты увидела их собственными глазами. — Он перевёл взгляд на Лею. — Думаю... этот день наконец настал.

Лея медленно поднялась. Она аккуратно положила дневник в шкатулку и прижала её к груди.

И, впервые за долгое время, почувствовала, что теперь готова узнать часть правды о своём народе.

Глава 34. Зал памяти.

Хранитель молча шёл впереди. К Лее, Каэлю и Флику по пути через подземный город присоединились Ориан и Рен. Командир вместе со своими людьми остался в жилом квартале.

Коридоры уходили всё глубже в сердце горы. Скупой свет кристаллов сменялся прохладой древнего камня.

Наконец Хранитель остановился перед высокой каменной дверью. Она была намного скромнее, чем ожидала Лея. Никакой пышной роскоши — только гладкий серый монолит и знакомый символ трёх переплетённых лун.

Каэль мягко забрал у Леи шкатулку. Слегка поведя ладонью, он отправил её в пространственное хранилище — так же легко, как это сделала бывшая советница. Лея благодарно взглянула на него.

Хранитель приложил ладонь к печати. Знак вспыхнул серебристым светом, и каменная плита медленно ушла в сторону.

Перед ними открылся огромный зал. Вдоль стен стояли высокие каменные стелы, покрытые именами — тысячами имён. У их подножия покоились потемневшие от времени мечи, посохи, луки и доспехи, а также множество другого оружия этого мира — как знакомые воинам, так и давно забытые, покрытые древними рунами клинки и странные магические артефакты. Это была не сокровищница. Это был Зал Памяти — священное место, где народ Лунного Предела сохранил историю своих павших воинов.

Лея медленно шла вдоль стен, читая неизвестные, но почему-то казавшиеся родными имена.

В самом центре зала, обрамлённые древними стелами, возвышались два больших портрета. На них были изображены величественные мужчина и женщина. Без корон, но с величием истинных правителей. Женщина сжимала посох, увенчанный серебряной луной, а высокий мужчина с длинными волосами держал ладонь на рукояти меча.

Сердце Леи застучало так громко, что она почти перестала слышать окружающие звуки. Черты лица женщины были удивительно похожи на её собственные. Те же глаза. Та же едва уловимая улыбка.

Она поднесла руку и осторожно коснулась кончиками пальцев края рамы.

В тот же миг метка на её запястье вспыхнула ярким золотым светом. По поверхности портретов пробежала серебристая рябь. Древняя магия, спавшая столетиями, откликнулась на свою наследницу.

Изображения ожили.

Мать подняла взгляд и тепло, с безграничной любовью улыбнулась дочери. Отец посмотрел на Лею со спокойной, гордой нежностью. На одно короткое мгновение им словно удалось встретиться сквозь время.

Каэль, видя реакцию девушки, тихо сделал шаг назад, давая ей прожить этот сокровенный миг.

Неожиданно от портретов по стенам зала устремилась волна светящихся искорок. Один за другим вспыхивали кристаллы, и на стенах проступили живые картины прошлого.

Вот сияющий Лунный Предел до войны: смеющиеся дети, шумные улицы, птицы с серебряными крыльями над башнями.

А вот в залитом светом саду сидит её мать и держит на руках совсем крошечную девочку. Отец с нежностью касается маленькой ладошки, и младенец крепко сжимает его палец. Родители переглядываются и тихо смеются.

— Они были счастливы... — прошептала сквозь подступившие слёзы Лея.

— Да, — тихо ответил Хранитель. — И больше всего они мечтали, чтобы ты смогла жить именно так.

Внезапно видение исказилось. Небо потемнело, вдалеке вспыхнуло чёрное пламя, но прежде чем показались страшные события войны, свет кристаллов резко погас.

Картины растаяли. Зал погрузился в тревожный полумрак.

Хранитель мгновенно нахмурился.

Ориан подступил ближе, вскинув посох:

— Что случилось?

Хранитель медленно поднял голову, всматриваясь куда-то сквозь каменный свод:

— Кто-то только что коснулся внешнего защитного барьера горы.

— Но ведь главный вход запечатан обвалом! — насторожился Рен, мгновенно положив руки на рукояти клинков.

Хранитель медленно сжал ладонь.

— Да... — тихо произнёс он. — Они пробивают запечатанную боковую штольню. А значит… кто-то знает, что мы здесь.

Глубоко в толще скалы раздался глухой, вибрирующий удар.

Свод пещеры едва заметно вздрогнул, и с потолка посыпалась мелкая каменная крошка.

Затем последовал ещё один удар.

Кто-то целеустремлённо рвался внутрь.

Глава 35. Испытание на прочность.

Третий удар отозвался гулким эхом в груди каждого, кто находился в Зале Памяти. Каменная крошка сыпалась с потолка дождём, а серебристый свет кристаллов тревожно пульсировал, сменяясь багровыми вспышками.

— Сколько у нас времени? — чеканя каждое слово, спросил Каэль. В его голосе не было паники — только привычное холодное спокойствие.

Хранитель закрыл глаза, прижав ладонь к ближайшей стеле. На его лбу выступили капли пота.

— Защитный барьер выдержит ещё три... максимум четыре удара, — мрачно произнёс старик, открывая глаза. — Они используют не обычную магию. Это разрушительные заклятия. И ими управляет кто-то, кто знает о существовании древних ходов.

— Они рвутся прямо к нам... — выдохнула Лея, сжимая кулаки.

— И явно не с благими намерениями, — добавил Рен, сжав рукояти парных клинков.

Ориан крепче сжал свой посох, на вершине которого закружились искры магии:

— Хранитель, где находится пробиваемая штольня?

— В дальнем туннеле за жилым кварталом, — ответил старик. — Если они прорвутся туда, пострадают мирные жители. Мы не ДОЛЖНЫ этого допустить.

Каэль резко повернулся к группе:

— Рен, Ориан, возвращайтесь к жилому сектору. Командир и его люди сейчас там — объединитесь с ними и перекройте узкий проход у штольни. Вы должны задержать врага любой ценой.

— А как же ты? — насторожился Рен.

— Я буду с Леей и Хранителем. Если нападающие ищут наследницу, основной удар может сместиться, когда они поймут, где мы.

Лея поморщилась, чувствуя, как метка на запястье жжёт всё сильнее — не от боли, а от прилива древней силы:

— Я не буду оставаться в стороне. Я тоже помогу вам.

Хранитель посмотрел на неё с глубоким уважением:

— В таком случае, дитя, тебе пора взять то, что принадлежит тебе по праву.

Он указал на центр зала. Портреты родителей Леи снова мягко засияли, и из ниши под ними выскользнул изящный футляр. Внутри покоился тонкий посох из светлого металла, увенчанный серебрянным кристаллом в форме луны — точная уменьшенная копия того, что держала на портрете её мать.

Лея осторожно протянула руку. Едва её пальцы коснулись прохладной поверхности, как посох вспыхнул тёплым золотистым светом. По её венам разлилось чувство полноты и гармонии.

Флик подбежал ближе и встал у её ног, прижавшись к колену. Его шерсть засветилась и на загривке встала дыбом, а в глазах зажглись золотые искры — отклик магии посоха передался и ему.

Снова раздался оглушительный грохот — барьер дал трещину.

— Пора! — рявкнул Рен и вместе с Орианом бросился к выходу из Зала Памяти, спеша к жилому кварталу.

Каэль выступил вперёд, заслоняя собой Лею. Его клинок отозвался на приближение опасности низким гулом, а вокруг ладони закружилась тёмная магия.

— Что бы ни произошло, — прошептал Каэль, не оборачиваясь, — держись за мной.

Лея крепче сжала свой новый посох и уверенно ответила:

— Теперь мы сражаемся вместе, Каэль.

Они вышли из Зала Памяти навстречу надвигающемуся бою. Впереди, в глубине подземного города, уже слышались звон стали и крики воинов. Каменный свод содрогнулся в последний раз — враг пробил древнюю боковую штольню и ворвался в Лунный Предел.

Битва началась.

Глава 36. Волна света и признание.

В небольшом зале у выхода из пробитой боковой штольни кипел жестокий бой. Воздух дрожал от звона стали, треска ломающихся камней и гула атакующей магии. Рен и Ориан вместе с наёмниками держали узкий проход, не позволяя вражескому отряду двинуться к коридорам, ведущим в жилые кварталы.

Когда Лея, Каэль и Хранитель выбежали в зал, перед ними открылась страшная картина: через пробитую штольню всё прибывали новые враги, а защитники Лунного Предела едва удерживали узкий проход.

Флик, не отставая от Леи ни на шаг, грозно ярился. Почувствовав смертельную опасность, звёздный лис вздыбил шерсть, которая мгновенно вспыхнула ярким светом, а с его загривка во все стороны сыпались шипящие искорки, похожие на крошечные взрывающиеся звёзды.

— Внимательнее! Не дайте им окружить нас! — рявкнул Рен, отражая очередной удар.

Едва Лея ступила на возвышение, как серебряная луна на её посохе и метка на запястье ярким золотом вспыхнули в полумраке. Вражеские маги мгновенно обернулись.

— Это она! Наследница здесь! — раздался громкий крик из глубины вражеского отряда.

Из-за спин нападающих воинов медленно выступила фигура в богатом тёмном плаще. Высокий, седовласый старик с суровым взглядом и знакомым перстнем на руке.

Советник.

Каэль на мгновение замер. В его глазах отразился шок, перешедший в глухую, обжигающую ярость. Человек, чьим мудрым советам он верил с детства и кому безраздельно вверял правление, стоял во главе тех, кто пришёл пролить кровь.

— Ты... — сквозь зубы процедил Каэль, и тёмная магия вокруг его рук вспыхнула с опасной силой. — Предатель!

— Я делаю это ради тебя, Каэль! — в голосе седовласого старика прозвучала не ненависть, а отчаянная, фанатичная уверенность. — Ты слеп, мальчик мой! Древнее пророчество о вас... «Он — тьма, что жаждет света, она — свет, способный погубить его»! Я не позволю этой девчонке уничтожить тебя! Ты — будущее нашего государства, а она — твоя гибель! Убейте девчонку! Наследника не трогать!

— Ты всё исказил! — гаркнул Каэль, но маги Советника уже одновременно вскинули руки, посылая сгустки разрушительного пламени.

Лея судорожно сжала посох. Внутри артефакта отозвался тёплый магический импульс — сила посоха словно сама подсказывала её разуму, как направить волну.

Один из вражеских воинов попытался рвануть прямо к Лее, воспользовавшись её замешательством. Но хитрый и ловкий Флик среагировал мгновенно! Звёздный лис метнулся наперерез, с грозным рыком вцепился воину в сапог, а затем со всей силы встряхнул шерстью. Целый сноп ярких, ослепительных звёздных искр ударил врагу прямо в лицо! Воин отчаянно заорал, замахав руками и вслепую отступая назад.

Лея попыталась возвести защитный барьер, как видела у Ориана, но от неопытности золотой щит выходил неровным, дрожал и мгновенно осыпался искрами под ударами оставшихся врагов. Она старалась изо всех сил, но магия отзывалась хаотичным потоком, едва слушаясь владелицу.

В этот момент двое магов и тёмный воин прорвались к Каэлю. Каэль с бешеной яростью отражал атаки магов, но за шумом боя и грохотом магии не заметил, как тёмный воин обошёл его со спины, уже занеся клинок для смертельного удара.

Для Леи время словно остановилось.

Смертоносное лезвие блеснуло над головой Каэля. В эту секунду её сердце пропустило удар, а в груди всё перевернулось. Вдруг всё стало предельно ясно: Каэль — давно не просто защитник или спутник в опасном путешествии. Он стал для неё кем-то намного большим. Мысль о том, что его сейчас не станет, отозывалась диким, невыносимым страхом. Она не могла его потерять.

Заметив занесённый клинок своего же воина, Советник от ужаса побелел:

— НЕТ! — в отчаянии взвизгнул Советник.

— КАЭЛЬ, БЕРЕГИСЬ! — одновременно с ним закричала Лея.

Она даже не успела подумать — её захлестнул дикий, неудержимый страх. Магия Леи и древняя сила посоха слились воедино, отозывавшись на этот крик. Из вершины посоха во все стороны вырвалась слепящая, колоссальная волна золотисто-серебряного света.

Световая волна накрыла всю пещеру. Она пронеслась сквозь воинов, не причинив ни царапины Каэлю, Ориану, Рену или наёмникам, но враги, чьи помыслы были полны зла и жестокости, разом рухнули на камни, теряя сознание.

Флик, как магическое существо, чутко восприимчивое к древней силе посоха, моментально впитал в себя часть этого чистейшего магического потока. Его шерсть ослепительно вспыхнула каскадом звёздных искр, а сам лис на мгновение замер, пропуская силу через себя. На глазах у изумлённых спутников он заметно изменился — его тело слегка вытянулось, он немного подрос и теперь стал ростом чуть выше колена Леи, обретая ещё большую стать и силу.

Лишь Советник, успевший прикрыться древним защитным амулетом, устоял под мощным магическим импульсом. Ошеломлённый и разъярённый, он сдавленно рыкнул и вынужден был спешно отступить в глубь штольни.

В пещере наступила тишина.

Посох в руках Леи медленно угас. Переполнявшие её эмоции — дикий страх за жизнь Каэля, отчаянный выброс силы и нахлынувшее облегчение — словно прорвали плотину.

Лея выронила посох на камни и, не замечая ничего вокруг, бросилась к Каэлю. Она буквально кинулась ему на шею и, превозмогая дрожь во всём теле, уткнулась лицом в его плечо.

— Лея... — тихо и поражённо прошептал Каэль, тут же смыкая руки у неё на талии и прижимая девушку к себе.

Она разрыдалась, сжимая пальцами его плащ:

— Я так испугалась за тебя... Я думала, что всё... Они бы тебя... Я так сильно за тебя испугалась!

Каэль бережно начал гладить её по спине, чувствуя, как отчаянно колотится её сердце, и прижал ещё крепче — так, словно боялся, что она исчезнет.

— Всё хорошо, Лея... Всё позади, — его голос, обычно суровый и холодный, сейчас звучал невероятно мягко, дрожа от нахлынувшей нежности. — Ты спасла меня. И знаешь... ты стала для меня слишком дорога. Я никому не позволю тебя отнять.

Каэль неохотно отстранился, но лишь для того, чтобы поднять её лицо, бережно поддев за подбородок. Его пальцы едва ощутимо касались её кожи. Он взглянул в её заплаканные светлые, голубо-серые глаза, в которых отражался свет кристаллов, и, не в силах больше сдерживать чувства, нежно и аккуратно прикоснулся к её губам поцелуем.

Поодаль, гордо подрагивая ушами и покачивая пышным хвостом после неожиданной трансформации, стоял изменившийся Флик. Фыркнув и сбросив с обновившейся шерсти последние звёздные искорки, повзрослевший лис подошёл к ним и мягко ткнулся крупной мордой Лее в бедро, сочувственно и тихо заурчав.

Глава 37. После боя.

Поцелуй прервался так же естественно и мягко, как и начался. Неохотно отстранившись друг от друга, Каэль и Лея на мгновение замерли, встречаясь взглядами. Воздух между ними всё ещё дрожал от нерастраченной нежности, а дыхание сбивалось.

Шум возвращающейся реальности прогнал наваждение. В пещере снова зазвучали голоса: защитники Лунного Предела и наёмники уже связывали оглушённых врагов и проверяли зал. Поодаль, гордо подрагивая ушами и покачивая пышным хвостом после недавней трансформации, стоял Флик. Звёздный лис, впитавший древнюю силу посоха и заметно подросший, опасливо фыркнул, сбросил с обновившейся серебристо-белой шерсти последние звёздные искорки и тихо заурчал, видя, что хозяйка в безопасности.

К ним неторопливо подошли остальные. Ориан с глубоким уважением наклонился и молча поднял с холодных камней угасший посох Наследницы, намереваясь передать его девушке.

Лея попыталась сделать шаг ему навстречу, но отдача от колоссального магического выброса накрыла её с запоздалой, сокрушительной силой. Голова резко закружилась, перед глазами всё поплыло, а ноги подкосились.

Заметив её состояние, Каэль среагировал мгновенно. Он перехватил посох из рук Ориана раньше, чем Лея успела до него дотянуться. Одной рукой он крепко прижал девушку к себе за талию, не давая ей упасть на камни, а посох тут же передал стоящему ближе всех Ренu.

— Подержи, — коротко бросил Каэль.

Лея хотела было возразить, но у неё не осталось на это сил — от изнурения она была едва ли не в обмороке. Каэль бережно подхватил её на руки. Девушка лишь бессильно уткнулась носом в его ключицу, полностью доверившись ему и едва ощущая, как бешено бьётся его сердце.

Вокруг них воцарилась пауза, но Каэлю было совершенно всё равно, кто и как на них смотрит. Он открыто проявлял заботу, больше не намереваясь скрывать то, что происходило между ними.

Реакция соратников не заставила себя ждать. Рен, сжимая в руках чужой артефакт, смотрел на них с хитрой, знающей ухмылкой и лёгкой подколкой в глазахи — мол, «ну наконец-то вы разобрались». Во взгляде Ориана читалось искреннее уважение, а Хранитель смотрел на Лею с отеческой теплотой и явной тревогой за её изнурённое тело.

— Командир, — громко обратился Ориан к главе наёмников, не теряя времени. — Нужно немедленно отправить отряд в погоню за Советником по этой штольне! Она ведёт наружу, и если мы упустим его сейчас, он соберёт новые силы.

— Принято! — рявкнул командир, увлекая за собой пятерых воинов в глубь тёмного прохода.

Каэль, не обращая внимания на суету, нежно прижал Лею к своей груди и уверенным шагом направился к туннелю, ведущему в жилые кварталы. Флик, не отставая ни на шаг, верной звёздной тенью шествовал прямо следом за ними.

Каэль аккуратно опустил Лею на мягкую кровать в доме, который ранее выделили ей в Лунном Пределе. Повзрослевший звёздный лис тут же упёрся передними лапами в край матраса, заботливо положив свою крупную морду Лее на ноги и следя за каждым её движением умными голубыми глазами.

Помещение встречало приглушённым светом настенных кристаллов и приятным теплом. Смущение, которое должно было возникнуть после их первого поцелуя, неожиданно растворилось. Между ними больше не осталось стеснения или тайн — зародившиеся чувства ощущались так же естественно, как дыхание.