Туки-туки за себя

Машина. Стол с инструментами. Костюм супергероя на стене. Оружие, компьютер и тайная дверь, через которую можно уйти, если нападут враги. Он уже видел всё так ясно, что почти не смотрел на дорогу.

У ларька Антон протянул продавщице записку и деньги.

Продавщица прочитала, достала пачку сигарет, потом две полторашки пива и положила всё в белую маечку-пакет. Сдачи дала три рубля.

Антон посмотрел на монеты и купил жвачки. Как раз три штуки — каждому по одной.

— Нормально, — сказал Лёша.

Они отошли от ларька всего на несколько шагов, когда навстречу вышли старшие.

Их было пятеро. Лет по двенадцать, тринадцать, а самому высокому, может, все пятнадцать. Они курили, плевали шелуху от семечек и стояли так, будто дорога принадлежала им.

— Эй, мелкий, — сказал высокий. — Антон? Иди сюда.

Он поманил пальцем.

Коля сразу напрягся.

Он не знал этих ребят, но понял: это не друзья. С такими не играют в прятки и не сидят у костра.

Даже Лёша замолчал. Улыбка пропала.

Антон подошёл на пару шагов.

— Есть мелочь? — спросил высокий.

— Это маме, — сказал Антон.

Голос у него дрогнул.

— Что купил?

— Мама отправила.

Старшие смотрели сверху вниз. Один засмеялся, но другой тихо сказал:

— Да тише ты.

Высокий протянул руку.

— Сдача осталась?

Антон медленно раскрыл ладонь. В ней лежали три жвачки.

— Вот.

Парень забрал их.

У Коли сжалось внутри. Хотелось что-нибудь сказать, но язык прилип к нёбу. Ноги стояли на месте.

Тут один из старших прищурился и посмотрел на Лёшу.

— Слышь, а ты не сын Лёхи БелАЗа?

Лёша сглотнул.

— Да.

— Жека, отпусти их, — сказал кто-то из ребят.

Высокий повернулся к Лёше.

— Да ты что? Правда его сын?

Он подошёл ближе и щёлкнул Лёшу по носу.

— Опа. Как тебе повезло.

Лёша дёрнулся, но промолчал.

— Ну ты нюни не пускай, — сказал высокий. — А то от бати по ушам получишь, если он узнает, что мы тебя остановили.

Он раскрыл одну жвачку и положил в рот.

— Всё, идите. Маме привет.

Ребята быстро пошли дальше.

Коля не оборачивался, но спиной чувствовал, что старшие смотрят им вслед.

Жвачки уже не было. Смелости тоже.

Лёша первым нарушил тишину.

— Я папе всё скажу, — зло сказал он. — Он им всем носы сломает.

Антон покачал головой.

— Не надо никому говорить.

— Почему это?

— Потому что твой батя потом тебя самого заставит качаться. А потом скажет: «Иди дерись с ним один на один». Тебе это надо?

Коле показалось, что Антон сказал это не детским голосом.

Лёша фыркнул.

— Да я бы его размотал на раз-два.

— Да ладно, — спокойно сказал Антон. — Завтра посмотрим, как ты в котельную полезешь. Вот там и покажешь свою суперсилу.

Лёша хотел что-то ответить, но промолчал.

Коля шёл рядом и думал о завтрашнем дне.

О заброшенной котельной.

О шприцах.

О тёмной дырке в стене.

Глава шестая

Это было самое волнительное утро за всё время, что Коля проводил каникулы у бабушки Маши.

Даже походы к Лёше на «Плейстейшен» уже не будоражили так сильно.

Сегодня они шли в котельную.

В ту самую заброшенную котельную, про которую Костя рассказывал у костра. В тёмную, сырую, страшную. Почти как пещера Бэтмена, только настоящую. Не из кино, не из игры, а здесь — совсем рядом с их двором.

Котельная оказалась недалеко. Она стояла между лагерем и речкой, которую ребята называли говнотечкой. Большое несуразное здание из красного кирпича, с огромными окнами. Некоторые были выбиты, некоторые заколочены досками, а некоторые смотрели на них чёрными пустыми глазницами.

Коля задрал голову.

Здание казалось выше двухэтажного дома. А может, еще выше. Оно стояло молча, тяжёлое и красное, будто давно умерло, но всё ещё помнило, как внутри гудели трубы, кипела вода и работали взрослые люди.

Ребята остановились у стены.

— А как пройдём? — спросил Антон у Кости.

Костя сразу оживился. Ему явно нравилось, что теперь он здесь главный.

— Придётся обойти крапиву. Видишь насыпь? Вот туда. Потом вон в то окно. Там решётка отогнута. Пролезем — и мы внутри.

— Ну тогда ты первым и лезь, раз знаешь, — напыщенно сказал Лёша.

Он говорил своим обычным голосом, будто командовал. Но Коля заметил: Лёша смотрел на здание не так, как вчера у костра. Вчера хвастался, что был здесь много раз. А сейчас в лице было что-то другое. Страх. И брезгливость.

Коля вдруг понял: Лёша врал.

Он никогда не был внутри котельной.

Костя тоже это понял. Прищурился и усмехнулся.

— Ты же там был. И знаешь, как залезть.

— Да ты засал, — сразу парировал Лёша. — Слабо тебе первому.

— Не засал.

— Фу, трус. Всего боишься.

Лёша стоял, чуть задрав подбородок. Он знал, куда давить. Если назвать Костю трусом, тот обязательно полезет. Даже если ему страшно.

Костя ничего не ответил. Поднял с земли длинную сухую ветку и начал бить ею по крапиве, прибивая себе проход.

Крапива шуршала, ломалась, но всё равно тянулась к ногам. Костя пробрался через неё, взобрался на насыпь, закинул ногу на подоконник. Потом подтянулся к решётке, упёрся обеими ногами в выступ, пробрался к дыре, оттянул решётку и ловко проскользнул внутрь.

На секунду исчез в темноте.

Потом изнутри донёсся его голос:

— Нормально! Лезьте!

Ребята стояли молча.

Никто не решался идти вторым.

Коле почему-то казалось, что вторым будет Антон. Обычно Антон всегда шёл после Лёши. А Костя почти никогда не был первым. Но сегодня всё получилось наоборот.

Коля посмотрел на Лёшу. Тот стоял на месте и делал вид, что просто ждёт.

И тогда Коля сам сказал:

— Я пойду.

Сказал больше себе, чем ребятам.

Сердце застучало быстрее, но отступать уже было нельзя. Коля полез за Костей след в след, стараясь наступать точно туда же. Крапива цепляла ноги, кирпичная стена была шершавая, на пальцах оставались пыль и крошки раствора.

Коля даже дышать боялся громко.

А вдруг здесь кто-то живёт?

Или что-то.

Наконец он добрался до окна, протиснулся через отогнутую решётку и оказался внутри.

Сначала почти ничего не увидел.

Там было темно, сыро и холодно. Пахло мокрыми стенами, ржавчиной, старым железом и чем-то таким, что нельзя было назвать одним словом. Будто здание много лет стояло закрытым и копило внутри сырость.

У Коли сжался живот. Как будто он проглотил маленький ледяной камушек.

Но вместе со страхом внутри прыгал восторг.

Это место было похоже на секретную базу из кино. Или на заброшенный замок, куда попадают только самые смелые.

Стены вокруг были серые, грязные и все разрисованные граффити. Какие-то буквы, кривые рожицы, стрелки, непонятные знаки. Будто здесь уже побывали тайные люди и оставили свои послания.

Коля осторожно оглянулся.

В темноте виднелись повороты, углы и закутки. Сначала ему показалось, что перед ним настоящий лабиринт. Такой, где можно заблудиться навсегда, ходить кругами и кричать:

— Эй! Я тут!

Но когда глаза привыкли, оказалось, что лабиринт не такой уж большой. Просто несколько проходов, ржавые трубы, бетонные стены и мусор по углам.

Хотя от этого всё равно было не по себе.

А потом Коля увидел их.

Огромные резервуары.

Они уходили вниз, прямо в землю. Такие большие, что Коля даже рот приоткрыл. В одном была вода — тёмная, неподвижная, почти чёрная. В другой была встроена железная лестница с поручнями. Она уходила вниз, туда, где темнота становилась совсем густой.

Коля подошёл ближе и заглянул.

Сердце застучало:

тук-тук-тук.

Ему было страшно. Очень страшно.

Но ещё сильнее хотелось узнать, что там, внизу.

И тут он вспомнил свою же фантазию: будто на дне лежит мужчина с ногами, забетонированными в тазиках. Лежит под водой и ждёт. И если кто-нибудь подойдёт слишком близко, протянет руку и схватит за ногу.

Коле даже показалось, что в чёрной воде что-то шевельнулось.

Какая-то бледная рука.

Он замер.

— Бу!

Кто-то схватил его за лодыжку.

Коля вскрикнул и подпрыгнул так резко, что чуть не поскользнулся.

Сзади хохотал Антон.

— Последний раз спасаю!

Оказалось, пока Коля смотрел вниз, Антон и Лёша тоже уже пролезли внутрь.

— Не смешно! — сердито сказал Коля.

Но ребята смеялись во всё горло.

— Да ты и правда как кролик, — сказал Антон, держась за живот. — Всего боишься.

— Сам ты кролик, — буркнул Коля и отошёл от резервуара.

Он пошёл осматривать помещение, чтобы сделать вид, будто совсем не испугался. В углу валялись бутылки, ржавые железки, тряпки, куски кирпича и ещё какой-то мусор.

И вдруг Коля увидел их.

— А вот и шприцы! — сказал он почти радостно и показал пальцем.

На полу действительно лежали шприцы. Несколько штук. Грязные, без колпачков, среди стекла и пыли.

Костя сразу выпрямился.

— Я же говорил! А вы думали, я всё придумываю. Я старше вас и ещё на год раньше начал тут лазить, пока вы в первом классе учились.

В голосе у него была гордость.

Коля наклонился ближе.

— А для чего они нужны?

Все пожали плечами.

Коля уже потянулся к одному, но Костя резко сказал:

— Не трогай руками. Они грязные. Мало ли что.

Коля тут же убрал руку.

— А если бы они были чистые, — быстро сказал он, — мы бы устроили тут лабораторию. Лягушек и головастиков изучали бы. Вводили бы им всякие мутирующие жидкости, чтобы они стали как черепашки-ниндзя.

— Они будут как лягушки из «Батлтоадс»! — перебил Антон. — А ещё можно над мышами опыты ставить. И из них тоже мутантов делать.

— Как Сплинтер? — спросил Коля.

— Не, как в игре «Батлтоадс». На «Денди». Ты не играл?

— Нет, — с досадой ответил Коля.

Ему не нравилось, когда выяснялось, что он чего-то не знает.

Ребята ходили по зданию, осматривали углы, трогали стены, заглядывали за трубы. Коля надеялся найти потайной ход. Кирпич, на который нажимаешь, — и открывается дверь. Или люк вниз. Или тайник со старыми картами, оружием и деньгами.

Но ничего такого не было.

Только грязь, сырость и мусор.

Потом они встали посреди зала и начали кидать камушки в резервуар с водой, проверяя глубину. Камушки быстро исчезали в чёрной воде.

— Глубокий, — сказал Антон.

— Очень глубокий, — добавил Коля.

И от этого стало ещё интереснее.

— А как назовём нашу базу? — спросил Коля.

— Котельная, — первым сказал Антон. — У Бэтмена была пещера, а у нас котельная.

— Ну так неинтересно, — поморщился Коля.

Котельная — это просто место, где трубы и грязь. А у них должно быть название такое, чтобы сразу стало понятно: секретно.

— Логово секретных агентов, — предложил Лёша.

— Слишком долго говорить, — сказал Антон.

— КЗД, — буркнул Костя.

Коля сразу замер.

КЗД.

Звучало круто.

Очень секретно.

Так могли называться военные документы, тайная организация или база из фильма.

— А что это значит? — спросил Коля.

— Красное Здание, — сказал Костя.

Антон нахмурился.

Он много читал и знал про аббревиатуры. Каждая буква должна что-то значить.

— А «Д» тогда что значит?

Костя задумался.

— Дом.

— А где ты в слове «здание» нашёл слово «дом»? — не отставал Антон.

Костя нахмурился, но Коля вдруг понял, как его спасти.

— Это же секретное место, — быстро сказал он. — Название тоже должно быть секретным. Чтобы никто не догадался. Если злоумышленники захотят найти нашу лабораторию, они запутаются.

— Так это база или лаборатория? — спросил Лёша.

— И база, и лаборатория, — сказал Коля. — И штаб тоже.

— Так не бывает, — сказал Антон.

— Бывает, если секретное, — уверенно ответил Коля.

Они ещё долго спорили. Что это: штаб, база, лаборатория или просто заброшенный дом. Лёша хотел, чтобы звучало круто. Антон — чтобы было правильно. Костя — чтобы коротко. А Коля хотел, чтобы от названия внутри появлялось чувство, будто ты стал участником огромной тайны.

В конце концов Антон сказал:

— Раз это аббревиатура, пусть будет «Красный Заброшенный Дом». КЗД.

Все немного помолчали.

Коля повторил про себя:

КЗД.

И ему понравилось.

— А вода холодная? — вдруг спросил Лёша. — Кто проверит первый?

Костя сразу помотал головой и сделал шаг назад.

— А что ты боишься? — Лёша кивнул на лестницу. — Вот лестница. Спустись и проверь.

— А вдруг она проржавела и подо мной сломается? — сказал Костя. — Или того хуже, тот мужик схватит меня за руку и утащит на дно?

— Фу, трус! — протянул Лёша. — Трус, трус, трус.

— А что ты сам не полезешь? — спросил Костя.

Лёша посмотрел на него так, будто тот сказал глупость.

— Ты дурак? У меня новые кроссовки. Знаешь, сколько они стоят? Как вся зарплата твоей мамы и отца.

Он рассмеялся.

Костя сжал губы.

Коля почувствовал тот же неприятный укол, как тогда, на иве, когда Лёша говорил про объедки. Хотелось сказать, что так нельзя. Но он промолчал.

Лёша повернулся к Антону.

— А тебе тоже сыкливо?

— Нет, — отрезал Антон.

И сразу пошёл к лестнице.

Коля хотел сказать: «Не надо».

Не сказал.

Антон взялся за перила. Перила чуть качнулись.

— Осторожно, — тихо сказал Коля.

Но Антон уже сделал шаг на первую ступеньку. Потом на вторую. Двигался медленно, напряжённо. Лестница была всего в несколько ступеней до воды, но сейчас казалась длинной, как спуск в подземелье.

Все замерли.

Антон поставил ногу на третью ступеньку.

По зданию прошёл мелкий гул.

КЗД будто проснулось и заговорило с ними тихим, ноющим скрипом.

Антон сделал ещё шаг. Остановился на четвёртой ступени, присел на корточки и, держась одной рукой за перила, потянулся к воде.

Пальцы коснулись чёрной поверхности.

— Холодная, — сказал Антон и улыбнулся.

— Смотри, чтобы тебя никто за руку не ухватил, — усмехнулся Лёша.

— Да не страшно тут, — сказал Антон.

Сказал явно Косте.

— Давай уже, вылезай, — пробормотал Коля.

Ему всё меньше нравилась эта затея.

Антон встал в полный рост.

— Да нормально тут.

И сделал шаг.

В этот момент перила под его рукой оторвались.

Коля увидел всё будто в замедленной съёмке.

Железка уходит в сторону.

Антон пытается удержаться.

Его тянет за перилом.

Коля хотел крикнуть: «Отпускай!»

Не успел.

Антон рухнул в воду.

Плеск был такой громкий, что в котельной всё отозвалось эхом.

Колю словно заморозили.

Он не мог пошевелиться. Не мог вдохнуть. Ноги стали ватными. Захотелось упасть на пол, закрыть глаза и звать бабушку. Захотелось сказать, что он ничего плохого не делал, не заставлял Антона лезть, что во всём виноват Лёша.

Антон барахтался в воде и кричал что-то непонятное.

Вода была тёмная, тяжёлая. Она плескалась о бетонные стены резервуара, и каждый всплеск казался страшнее предыдущего.

Лёша стоял белый как мел.

Ноги у него дрожали. Он смотрел на Антона и ничего не делал.

Только Костя сорвался с места.

Он бросился к лестнице, почти скатился вниз, сам чуть не прыгнул в воду и по грудь погрузился в резервуар.

— Держись! — закричал он Антону. — Руку давай! Руку!

Коля подбежал к лестнице. Хотел спуститься следом, но Костя заорал:

— Стой! Не лезь! Дай вон ту доску!

— Какую? — растерянно крикнул Коля.

— Вон! У стены!

Коля обернулся. Сначала ничего не видел. В глазах всё прыгало от страха. Потом заметил старую доску среди мусора, схватил её и потащил к резервуару.

Когда он повернулся обратно, Антона уже отнесло дальше от лестницы. Он молотил руками по воде, захлёбывался и пытался одновременно кричать и плыть. Костя держал его за руку, но сам уходил всё глубже. Вода была почти у плеч.

— Держи! — крикнул Коля и протянул доску.

Костя ухватился за неё.

Доска хрустнула и сломалась прямо у него в руках.

— Чёрт! — выкрикнул Костя.

Тогда Коля сам спустился на три ступеньки. Одной рукой крепко вцепился в лестницу, другой потянулся к Косте.

— Давай! — закричал он. — Держись за меня!

Костя ухватился за его руку.

Колю резко дёрнуло вниз.

На секунду показалось, что он тоже сейчас полетит в воду. Пальцы соскользнули по ржавому металлу, но он удержался. Лестница заскрипела.

— Лёша! — закричал Коля. — Помогай!

Но Лёша стоял на месте.

Коля снова потянул. Изо всех сил. Так сильно, что заболело плечо.

Костя тянул Антона.

Антон всё ещё барахтался, разбрызгивая воду. Брызги попали Коле в лицо, в глаза, за шиворот. Вода была ледяная и грязная. Коля зажмурился, но руку не отпустил.

— Ногой ищи ступеньку! — кричал Костя Антону. — Ступеньку ищи!

Антон наконец зацепился ногой за какую-то опору. Перестал так сильно молотить руками.

— Давай! — хрипел Костя. — Давай!

Коля тянул Костю.

Костя тянул Антона.

И наконец Антон оказался у лестницы.

Они выбирались быстро, но осторожно. Сначала Антон, мокрый, тяжёлый и дрожащий. Потом Костя. Потом Коля отступил назад и сел прямо на грязный бетон, потому что ноги перестали держать.

Антон тяжело дышал. Волосы прилипли ко лбу, с одежды ручьями стекала вода. Зубы стучали — то ли от холода, то ли от страха.

Костя тоже дышал часто. Футболка намокла до груди, руки тряслись, но он всё равно смотрел на Антона.

— Живой? — спросил он.

Антон кивнул, но ничего не сказал.

Колю тоже трясло. Хотя он не падал в воду. Намок только от брызг. Его трясло от чёрной воды, от сломанной доски, от Костиной руки, которую он тянул, и от Лёши, белого, с круглыми глазами.

В котельной снова стало тихо.

Только где-то внизу, в чёрной воде, медленно расходились круги.

Глава седьмая

Это, конечно, было не супергеройское приключение. Так считал Коля.

Но геройское — точно.

Он всё ещё видел перед глазами чёрную воду, сломанную доску, ржавую лестницу и Костину руку, за которую тянул изо всех сил. КЗД уже не казался просто секретной базой. Он стал настоящим опасным местом.

И всё равно от этого только важнее.

Оставаться там ребята не решились. Всех трясло. Даже Лёша, который не промок, стоял белый и молчал. А Антон с Костей дрожали так, что зубы стучали.

— Надо на солнце, — сказал Антон, обхватив себя руками. — А то я сейчас окоченею.

— Давайте выйдем, — поддержал Костя.

Коля кивнул.

Они выбрались через то же окно. Снаружи всё сразу стало обычным: крапива, кирпичная стена, насыпь, трава, небо. Даже странно было думать, что за этой стеной только что Антон мог утонуть.

Антон стоял мокрый с головы до ног. Вода стекала с футболки, с шорт, с волос, капала на землю. Костя промок почти по грудь. У Коли одежда была мокрая местами — от брызг и от возни у лестницы, — но чувствовал он себя так, будто тоже побывал в воде.

— Домой я так не пойду, — сказал Антон.

— Почему? — спросил Коля, хотя уже понимал.

— Потому что меня домой мокрым не пустят. Сначала будут спрашивать, где был. Потом я скажу, что упал. Потом мама не поверит. Потом всё узнает. Потом меня прибьют за то, что я чуть не утонул в котельной.