Мир перезапустили 5 789 раз — а мы всё ещё здесь

isacat meow

Мир перезапустили 5 789 раз — а мы всё ещё здесь

ТОМ 1

Глава 1. Герой прибыл, и я умерла

— Мира, ты ведь уже проснулась? — крикнула мать от подножия лестницы. — Занеси мешки, пока проезжающая телега не забрызгала их грязью.

Мира уткнулась половиной лица в подушку и притворилась, будто не слышит. Мать подождала несколько секунд, затем повысила голос.

— Мира Мэйфилд, не думай, что я не знаю: ты уже открыла глаза.

Мира медленно села. Она посмотрела на петуха за окном, который явно собирался прокричать снова, и на мгновение задумалась, не получится ли у неё притвориться больной. Снизу донёсся голос отца.

— Дай ей поспать ещё немного. Эти мешки никуда не убегут.

— Мука, может, и не убежит, — тут же ответила мать, — а вот две медные монеты, которые ты вчера вечером не смог объяснить в счётах, сами обратно не прибегут.

Отец больше ничего не сказал.

Мира тихо рассмеялась. Когда она оделась и спустилась по деревянной лестнице, отец уже сидел за прилавком и с мрачной серьёзностью изучал счётную книгу. Выглядел он так, будто расследовал преступление, способное потрясти всё королевство, а не искал две медные монеты, которые, скорее всего, сам же потратил на эль.

Мира подошла к входу и наклонилась за первым мешком.

— Папа, ты вчера опять ходил в таверну?

Он мгновенно поднял голову.

— Я всего лишь проходил мимо.

— Деньги исчезают из книги каждый раз, когда ты проходишь мимо таверны?

— Эти вещи никак не связаны.

Мира занесла муку внутрь и вернулась за вторым мешком. Мать расставляла на полке стеклянные банки, а уголок её губ уже подрагивал от сдерживаемой улыбки.

— Перестань его допрашивать, — сказала она. — Если бы твой отец собирался признаться, он бы не прятал кружку в дровяном сарае.

Отец застыл.

Мира остановилась в дверях и повернулась к нему.

— Ты спрятал кружку в сарае?

— Не прятал.

— Мама только что сказала, что прятал.

— Твоей матери могло показаться.

Мать с тяжёлым стуком поставила на полку банку соли.

— Лучше надейся, что мне действительно показалось.

Отец опустил голову и снова уставился в книгу, которую больше совершенно незачем было изучать. Мира убрала второй мешок, подавила ещё один смешок и вышла на улицу. Ей всего лишь хотелось вдохнуть воздуха, не пахнущего мукой, но в соседнем дворе Кейн сидел на корточках и чинил дверь.

Входная дверь дома деревенского старосты уже полгода висела криво. Кейн ремонтировал её каждые несколько дней, но дольше трёх она всё равно не держалась. Мира прислонилась к собственному дверному косяку и посмотрела, как он поднял молоток.

— Думаешь, сегодня действительно починишь?

Кейн поднял голову. К его чёлке прилипла щепка, но выражение лица оставалось совершенно серьёзным.

— В прошлый раз я только не заменил нижнюю петлю. Теперь укрепил обе стороны.

Мира изучила дверь, которая всё ещё заметно кренилась набок.

— Перед началом ты всегда звучишь очень уверенно.

— Потому что я всегда уверен.

— А когда дверь падает, она каждый раз издаёт очень уверенный звук.

Кейн несколько мгновений смотрел на неё, всё ещё держа молоток, а затем всё-таки рассмеялся.

— Разве тебе сегодня не надо помогать в лавке?

— Мама расставляет товары, а папа притворяется, что ищет две медные монеты. Пока они во мне не нуждаются.

— Эти две монеты снова пропали?

— Папа вчера опять проходил мимо таверны.

Кейн опустил голову и постучал по петле.

— Кажется, твой отец проходит мимо той таверны всё чаще.

— Я тоже заметила.

Они ещё разговаривали, когда у въезда в деревню поднялся шум. Сначала послышался топот копыт. Затем — возбуждённые крики детей. Жители бросили работу и начали стекаться к восточной дороге.

Мать Миры высунулась из лавки.

— Зачем людям из королевства приезжать сюда сегодня?

Отец захлопнул счётную книгу, будто пропавшие монеты внезапно перестали иметь значение.

— Разве вчера с пограничного поста не передали весть? Герой, призванный королём, прибыл на восток. Возможно, они остановятся пополнить припасы.

Услышав слово «Герой», Мира тоже обернулась. Деревня Уитфолл стояла у самой обычной торговой дороги восточного королевства. Здесь не было ни драгоценных рудников, ни древних руин. Если не считать редких слизней, заползавших к полям, вокруг почти не встречалось чудовищ, заслуживающих внимания.

У Героя не было причин приезжать именно сюда. И всё же вскоре у въезда остановилась белая карета с королевским гербом. Сначала спешились несколько рыцарей. Затем из кареты выпрыгнул светловолосый юноша.

За его спиной висел нелепо сияющий длинный меч. Жители никогда прежде не видели Священного меча, но золотой свет, струившийся вокруг клинка, ясно показывал: обычному человеку такое оружие принадлежать не могло.

Дети тут же окружили юношу. Староста поспешно расправил одежду и вместе с несколькими старейшинами подошёл к карете.

— Господин Герой, деревня Уитфолл приветствует вас. Я местный староста. Вам нужны припасы или вы хотите дать лошадям отдохнуть?

Светловолосый юноша ответил не сразу. Он оглядел деревню, затем поля, и его глаза загорелись восторгом, которого Мира не понимала.

— Это начальная деревня, верно?

Староста моргнул.

— Какая деревня, вы сказали?

— Я спрашиваю, есть ли поблизости низкоуровневые монстры. — Юноша положил руку на рукоять Священного меча, и его улыбка стала шире. — Слизни, рогатые кролики, гоблины — что-нибудь такое?

Староста не понял странных слов, но всё же указал на поля за деревней.

— Возле овощных грядок на востоке есть несколько слизней. Они едят молодые ростки, но на людей почти не нападают.

— Значит, начальные мобы всё-таки есть.

Юноша вытащил Священный меч.

Дети дружно ахнули.

Мира стояла в задних рядах и слегка нахмурилась. Кейн отложил молоток и подошёл к ней.

— Он только что назвал слизней начальными мобами?

— Я тоже это слышала.

— Что это значит?

— Не знаю. Но звучало не слишком уважительно.

Светловолосый юноша уже направлялся к полям. Рыжеволосая волшебница и жрица в белом, путешествовавшие с ним, не стали его останавливать. Несколько рыцарей даже растянулись вдоль дороги, не позволяя жителям подходить близко.

Мира вовсе не собиралась идти следом, но мать мягко подтолкнула её в спину.

— Сходите с Кейном посмотреть. Не каждый день Герой навещает нашу деревню.

Мира обернулась.

— А ты не пойдёшь?

— Кто-то должен смотреть за лавкой. Я не могу просто запереть дверь.

Отец уже исчез в толпе, очевидно забыв, что вообще-то именно он должен был остаться у прилавка. Мать посмотрела ему вслед и вздохнула.

— Присмотри там за отцом. И не подходи к Герою слишком близко.

— Хорошо.

Мира согласилась и вместе с Кейном пошла за остальными к полям. Пять голубых слизней медленно ползали между овощными листьями. Увидев толпу, они лишь сжались и не проявили никаких признаков агрессии.

Леон, Герой, выглядел в полном восторге.

Он поднял Священный меч. Вокруг клинка стремительно собралось багровое пламя. Рыжеволосая волшебница сразу отступила в сторону.

— Леон, для этого не нужен «Огненный разрез». Нескольких слизней достаточно ударить обычной атакой.

Леон крепче сжал рукоять, не сводя глаз с чудовищ.

— Я просто хочу проверить навык. Это начальная зона. Радиус действия не должен быть большим.

Жрица в белом посмотрела на стоявших неподалёку жителей.

— Хотя бы заставь всех отойти подальше.

Леон оглянулся через плечо.

Рыцари уже натянули у края поля простую верёвку, и все жители стояли позади неё.

— Этого расстояния достаточно, — сказал он. — К тому же эти жители — всего лишь обычные NPC. По правилам зоны Героя урон от навыка не должен выходить за безопасную границу.

Мира не знала, что означает NPC. Но ей не понравилось, как Леон произнёс это слово. Он говорил не о живых людях, стоявших прямо перед ним, а будто о деревянных куклах на полке.

Кейн, похоже, почувствовал то же самое. Он нахмурился и придвинулся к ней немного ближе.

— Нам стоит отойти ещё дальше.

Мира посмотрела в сторону лавки, где осталась мать, затем на отца, стоявшего в первом ряду. Он приподнялся на носки, пытаясь разглядеть Священный меч поверх голов.

— Сначала я отведу папу назад.

Мира едва успела сделать один шаг, когда Леон взмахнул мечом.

С клинка сорвалось пламя.

Сначала атака устремилась только к пяти слизням. Багровый огонь поглотил овощные грядки. Чудовища не успели даже пошевелиться, прежде чем их тела рассыпались голубыми частицами света. По толпе прокатился восхищённый крик.

На лице Леона появилась довольная улыбка. Но огонь не исчез вместе со слизнями. Остаточная волна пламени ударила в древнюю стелу у края поля.

По её поверхности вспыхнули руны.

В следующую секунду из самого центра камня вырвалась ответная волна силы. Выражение лица рыжеволосой волшебницы мгновенно изменилось.

— Леон, прекрати подачу маны!

— Я уже прекратил!

— Стела поглощает твой огонь!

Леон попытался отвести меч в сторону, но было слишком поздно. Вокруг стелы взорвалось кольцо багрового пламени. Верёвка, обозначавшая безопасную границу, сгорела за одно мгновение. Люди в первых рядах не успели отступить.

Кейн схватил Миру за запястье.

— Мира, пригнись!

Он изо всех сил потянул её назад. Но кто-то из охваченной паникой толпы врезался в неё. Мира потеряла равновесие, и её рука выскользнула из пальцев Кейна. Она увидела несущийся к ней огонь. В это мгновение все звуки вокруг словно отдалились.

Отец кричал её имя. Кейн проталкивался сквозь толпу и тянулся к ней.

Мира инстинктивно протянула руку в ответ.

Их пальцам не хватило совсем немного, чтобы соприкоснуться.

Пламя настигло её первым.

Обжигающая боль разорвала кожу и проникла глубоко в тело. Мира не успела даже закричать до конца, прежде чем багровый свет поглотил всё её зрение. Последнее, что она увидела, — рыцарь, удерживавший Кейна.

Он звал её.

Но Мира уже почти не слышала.

В тот день в деревне Уитфолл погибли четыре человека. Мира Мэйфилд была одной из них. Отряд Героя оставался в деревне ещё три дня. Жрица в белом пыталась исцелить людей, попавших под удар, но божественная магия не могла разбудить тех, кто уже перестал дышать.

Леон очень долго стоял перед четырьмя телами, накрытыми белой тканью, и молчал. Он верил, что его навыки не способны по-настоящему убить обычных жителей. Но этот мир не защитил никого по тем правилам, которые он знал.

Родители похоронили Миру на небольшом холме к западу от деревни. Кейн провёл у её могилы всю ночь. Через два месяца королевская армия вернулась в Уитфолл. Через полгода армия Короля демонов пересекла восточную линию обороны.

Год спустя деревню эвакуировали. Через два года и семь месяцев Леон вонзил Священный меч в грудь Короля демонов Моргаса. Основная сюжетная линия мира завершилась. Внутри древней стелы данные обычной жительницы — данные, которые должны были исчезнуть вместе с её смертью, — наложились на запись сохранения Героя в момент первого удара пламени.

В тёмноте, которую никто не мог увидеть, медленно появились холодные строки.

[ОСНОВНАЯ СЮЖЕТНАЯ ЛИНИЯ МИРА ЗАВЕРШЕНА.]

[ВЫПОЛНЯЕТСЯ ПЕРЕЗАПУСК ДАННЫХ МИРА.]

[ОЧИСТКА ДАННЫХ О СМЕРТИ ЖИТЕЛЕЙ.]

[ОБНАРУЖЕНО АНОМАЛЬНОЕ СОХРАНЕНИЕ.]

[ПЕРСОНАЖ: МИРА МЭЙФИЛД.]

[ИСХОДНЫЙ УРОВЕНЬ: УР. 1.]

[НЕ УДАЛОСЬ ОЧИСТИТЬ ПАМЯТЬ О СМЕРТИ.]

[НЕ УДАЛОСЬ ОЧИСТИТЬ ОПЫТ ВЫЖИВАНИЯ.]

[АНОМАЛЬНЫЕ ДАННЫЕ БУДУТ ЗАГРУЖЕНЫ ВМЕСТЕ С МИРОМ.]

Когда тёмнота исчезла, петух на заднем дворе снова запрыгнул на деревянную бочку. Он выпятил грудь и глубоко вдохнул.

— Кукаре…

Глаза Миры распахнулись.

Она лежала в собственной постели. За окном было то же самое утро. А снизу доносился знакомый голос матери.

— Мира, ты ведь уже проснулась? Занеси мешки с мукой.

Мира не ответила.

Она подняла обе руки и уставилась на целую, невредимую кожу. В памяти всё ещё жила боль огня, прожигавшего её тело. И голос Кейна, кричавшего её имя. Мира стиснула одеяло так сильно, что костяшки пальцев медленно побелели.

Мать снова позвала снизу.

— Мира?

На этот раз Мира наконец обрела голос.

— Мама…

Он дрожал так сильно, что почти не был похож на её собственный.

— Что ты сказала?

Мать замолчала, и в её голосе появилось недоумение.

— Я велела тебе спуститься и занести муку. Что с тобой сегодня?

Мира не ответила сразу. Она сидела на кровати, слушая живой голос матери и шелест страниц счётной книги, которую отец перелистывал внизу. Лишь спустя долгое время она закрыла лицо ладонями.

Она не знала, почему утро началось снова.

Знала только одно: она уже однажды умерла.

Глава 2. В этот раз я убрала масло для ламп

Вскоре снизу донёсся знакомый голос матери.

— Мира, ты ведь уже проснулась? Занеси два мешка муки от двери.

Мира подняла голову.

В тот миг, когда она услышала мать, грудь будто стиснуло. Мира едва успела натянуть обувь, прежде чем распахнула дверь и сбежала вниз. Мать расставляла стеклянные банки у полок. Отец сидел за прилавком и с серьёзным видом перелистывал счётную книгу.

Всё было точно таким же, как в запомнившееся ей утро. Услышав торопливые шаги, мать обернулась.

— Куда ты так бежишь? Лестница никуда не исчезнет.

Мира застыла на последней ступеньке и уставилась на неё.

Мать была жива.

Отец всё ещё сидел за прилавком. Мира пересекла комнату и обняла мать обеими руками. Та всё ещё держала банку с сушёными бобами и от неожиданности отступила на шаг. На её лице появилось недоумение.

— Мира, что с тобой сегодня?

Мира замерла.

Она уткнулась лицом в материнское плечо. Лишь почувствовав знакомый запах мыла на её одежде, Мира по-настоящему поверила, что вернулась в первое утро. Отец поднял голову от книги.

— Ей приснился кошмар?

— Не знаю. — Мать мягко похлопала Миру по спине. — Она прибежала вниз и ничего не сказала.

Наконец Мира разжала руки.

— Мама, сегодня не ходи в восточную часть деревни.

Мать посмотрела на неё.

— Я и не собиралась.

— Папе тоже нельзя.

Отец мгновенно нахмурился.

— Почему это мне нельзя?

— Потому что сегодня утром в Уитфолл прибудет Герой. Он применит огненный навык на поле. Пламя ударит в стелу, а стела отразит силу назад.

Мира говорила слишком быстро, и от напряжения её голос дрожал. Родители ответили не сразу. Первой мать поставила банку на стол.

— Ты сказала, что сегодня в деревню прибудет Герой?

— Да.

— Кто тебе сообщил?

Мира открыла рот и поняла, что не знает, как объяснить. Не могла же она сказать, что Герой уже однажды сжёг её насмерть.

— Мне… прошлой ночью приснился сон.

Отец откинулся на спинку стула, заметно успокоившись.

— Значит, это был всего лишь сон.

— Он был настоящим.

— Во сне всё кажется настоящим. — Отец снова открыл книгу. В его голосе не было раздражения; он говорил так, будто успокаивал испуганного ребёнка. — Сначала занеси муку. Позавтракаешь — и перестанешь об этом думать.

Мира посмотрела на родителей.

Она знала, что они не поверят сразу. Ещё вчера она сама не поверила бы человеку, утверждавшему, что знает точное время прибытия Героя.

— Тогда хотя бы пообещайте не приближаться сегодня к восточным полям. — Мира схватила мать за руку. — Что бы ни происходило снаружи, оставайся в лавке. Пожалуйста.

Мать посмотрела в её покрасневшие глаза. Недоумение на её лице постепенно сменилось беспокойством.

— Хорошо. Сегодня я не пойду на восток. — Она взяла Миру за руку. — Но и ты обещай, что не убежишь куда-нибудь одна.

Мира сразу кивнула.

Отец всё ещё смотрел в книгу.

— Если Герой королевства действительно приедет в деревню, я ведь могу хотя бы выйти и посмотреть.

— Нет.

— Я буду стоять далеко.

— В прошлый раз ты тоже стоял далеко.

Отец поднял голову.

— Что значит «в прошлый раз»?

Мира замолчала.

Мать тоже смотрела на неё.

— Я видела это во сне. — Мира медленно отпустила материнскую руку. — Ты стоял в первом ряду, поднявшись на носки, и пытался разглядеть Священный меч.

Отец смутился.

Потому что именно так он и поступил бы.

— Сегодня я не полезу вперёд. — Он прочистил горло. — В крайнем случае посмотрю от входа в лавку.

Мира не настолько доверяла этому обещанию. Занеся муку, она начала проверять всё, что могло загореться. Обычно у внешней стены стояли две бочки масла для ламп. Во время первой катастрофы отражённое пламя подожгло одну из них. Огонь поднялся по стене на крышу и перекинулся на соседний дом.

Мира наклонилась и попыталась сдвинуть бочку. Та оказалась тяжёлее, чем она ожидала. Увидев её попытки, отец сразу вышел из-за прилавка.

— Что ты делаешь с маслом?

— Хочу отнести его в погреб.

— В погребе слишком сыро.

— Лучше сыро, чем в огне.

Отец несколько мгновений смотрел на неё.

— Ты всё ещё думаешь о том сне?

— Я не могу перестать.

Ответ прозвучал резче, чем она хотела. Улыбка исчезла с лица отца. Мира не хотела срываться на нём, но каждый раз, глядя на бочки, вспоминала, как пламя поглотило её.

— Пожалуйста, помоги мне отнести их вниз, — сказала она тише. — Я правда не хочу видеть их здесь сегодня.

Наконец отец перестал задавать вопросы.

— Хорошо. — Он наклонился и поднял одну бочку. — Но только на сегодня. Завтра утром вернём их обратно.

— О завтрашнем дне поговорим, когда он наступит.

Вместе они отнесли обе бочки в погреб. Мира проверила прилавок, кухню и задний двор. Только убедившись, что больше ничего легко воспламеняющегося нет, она немного расслабилась.

Выйдя на улицу, Мира увидела Кейна: он всё ещё сидел на корточках в соседнем дворе и ремонтировал дверь.

Он ударил молотком в пятый раз.

Дверь с тем же знакомым грохотом повалилась наружу. Кейн несколько секунд смотрел на неё. Стоя в собственном дверном проёме, Мира внезапно почувствовала боль в груди. Вчерашний Кейн проталкивался сквозь паникующую толпу и пытался схватить её за руку.

Сегодняшний Кейн ничего не помнил.

Почувствовав её взгляд, он поднял голову.

— Почему ты на меня смотришь?

Мира перешла в его двор.

— Сегодня не ходи к восточным полям.

Кейн недоумённо нахмурился.

— Почему?

— В деревню прибудет Герой.

Кейн подождал, явно ожидая продолжения.

Мира только смотрела на него.

— И? — подсказал он.

— Он применит на поле огненный навык. Пламя ударит в стелу, а та отразит силу.

Кейн отложил молоток.

— Кто тебе сказал?

— Мне приснилось.

Он не рассмеялся.

Увидев, насколько она бледна, Кейн постепенно посерьёзнел.

— Ты совсем не спала ночью?

— Спала.

Мира помолчала.

— Просто не успела закончить.

Кейн явно не понял, что это значило. Он встал и коснулся её лба.

Мира инстинктивно отшатнулась.

Его рука застыла в воздухе.

— Ты плохо выглядишь. — Он опустил ладонь, и в голосе появилось беспокойство. — Оставайся сегодня в лавке. Я схожу к въезду. Если люди из королевства действительно приедут, вернусь и сообщу тебе.

— Тебе тоже нельзя идти.

— Я буду далеко.

— Ты всегда говоришь, что будешь далеко.

Кейн уставился на неё.

— Всегда?

Мира снова сказала лишнее. Она опустила глаза на лежавшую рядом дверь.

— Я о том, что, когда кому-то нужна помощь, ты всегда бежишь вперёд.

Кейн не стал спорить.

Он знал, что она права.

— Тогда останусь у вашей лавки, — наконец предложил он. — Если всё, о чём ты говоришь, действительно случится, я хотя бы помогу отвести людей.

Мира подняла голову.

Ей хотелось приказать ему сидеть внутри. Хотелось даже попросить старосту запереть его в комнате. Но Кейн никогда бы на это не согласился.

Оставалось только кивнуть.

— От лавки не отходи.

— Хорошо.

— И не бросайся в толпу.

— Хорошо.

— А если я скажу пригнуться, ты сразу пригнёшься.

Кейн внимательно посмотрел на её слишком серьёзное лицо.

— Что именно ты увидела во сне?

Пальцы Миры медленно сжались.

— Я увидела собственную смерть.

Его лицо мгновенно изменилось.

Мира больше ничего не сказала.

Она повернулась и вернулась в лавку. В девять тринадцать у въезда в Уитфолл остановилась белая карета с королевским гербом — точно так же, как в её памяти. Стоя у окна, Мира смотрела, как из неё выпрыгнул светловолосый Герой.

Мать расставляла товары по полкам. Увидев рыцарей, она замерла.

— Значит, тебе действительно это приснилось.

Мира не почувствовала удовлетворения от того, что оказалась права.

Внутри всё лишь похолодело.

— Мама, ты обещала остаться в лавке.

Мать посмотрела на её застывший профиль и не вышла вслед за другими жителями.

— Я останусь.

Но отец исчез.

Мира резко обернулась.

— Где папа?

Мать посмотрела на пустой прилавок.

— Только что был здесь.

Мира бросилась к двери.

Снаружи как раз входил Кейн.

— Твой отец пошёл к полям вместе со старостой.

У Миры перехватило дыхание.

— Ты обещал не уходить.

— Я не пошёл за ними. — Кейн положил руку ей на плечо, словно пытаясь успокоить. — Только видел, как они прошли.

— Я верну папу.

— Я пойду с тобой.

— Тебе нельзя.

Кейн не отпустил её.

— Не тогда, когда ты так выглядишь. Одну я тебя не пущу.

Мира подняла на него глаза.

Она поняла, что сейчас его не переубедит. Вместе они побежали к полям. Жители уже собрались за верёвкой. Отец, точно как в её памяти, протиснулся в первый ряд и стоял на носках, стараясь увидеть Священный меч поверх чужих голов.

Мира пробралась сквозь толпу и схватила его за руку.

— Ты обещал остаться в лавке.

Отец вздрогнул.

— Я только посмотреть.

— Уже посмотрел. Мы уходим.

— Герой ещё даже не атаковал.

— Именно этого я и не хочу ждать.

Мира обеими руками потянула его назад. Поняв, что дочь дрожит, отец наконец перестал сопротивляться.

— Хорошо. Уже уходим.

Леон вытащил Священный меч. Рыжеволосая волшебница снова предупредила его не применять массовый навык. Услышав тот же разговор слово в слово, Мира почувствовала, как бешено забилось сердце.

— Идём.

Она потащила отца к краю толпы. Кейн шёл позади и не позволял паникующим людям сбить их с ног.

Леон взмахнул Священным мечом.

Пламя поглотило пятерых слизней и ударило в древнюю стелу.

— На землю!

Мира закричала изо всех сил. Она толкнула отца вниз. Кейн мгновенно присел и закрыл их собой. Отражённая волна огня пронеслась над толпой. Первый удар не задел Миру напрямую.

Затем позади раздался треск дерева. Ослабленная огнём балка пробила боковую стену лавки и рухнула сквозь пол рядом с прилавком.

Мира подняла голову.

Она была уверена, что убрала всё масло. Но под упавшей балкой растекалась тёмная жидкость. Воздух наполнился резким запахом.

Лицо отца побелело.

— До рассвета заезжал странствующий торговец. Привёз ещё одну бочку. Очень торопился и предложил её дёшево.

Мира резко повернулась к нему.

— Ты поставил новую бочку под прилавком?

— Он спешил уехать. Я ещё не успел внести покупку в книгу.

Теперь Мира поняла, почему не нашла её. В предыдущем цикле этот торговец не проезжал через Уитфолл в то утро. Мир закреплял важные сюжетные узлы — например, прибытие Героя. Но маршруты и время приезда обычных торговцев могли меняться. Она устранила одну известную опасность, и малозначительная деталь повседневной жизни изменилась, заполнив освободившееся место.

С разбитой балки посыпались искры. Масло на полу вспыхнуло.

Кейн бросился к ней.

— Выбирайся отсюда!

Мира развернулась, чтобы бежать, но край юбки оказался прижат упавшей деревянной стойкой. Она дёрнула ткань, однако та не рвалась. Кейн схватил её за руку и попытался вытащить.

— Порви юбку!

— Я пытаюсь!

— Забудь про юбку!

— Я не о юбке беспокоюсь!

Огонь уже добрался до бочки. Увидев, что Кейн всё ещё сидит рядом, Мира едва не потеряла способность рассуждать.

— Уходи первым!

— Ты всё ещё здесь. Куда, по-твоему, я уйду?

— Бочка сейчас взорвётся!

— Тогда двигайся быстрее!

Наконец Кейн разорвал зажатую ткань. Он притянул Миру к себе и развернулся, пытаясь закрыть её от взрыва. Она успела увидеть лишь напряжённую линию его челюсти.