Замша

– Скорее всего. Нам же сказали, что спектакль – крайне веселый и остроумный, а я, кроме истории о том, как учитель гнобит неугодного ученика и издевается над его мамой, ничего не увидела, – отозвалась Настя.

Когда тема спектакля была проговорена, девочки переглянулись между собой и, набрав в лёгкие воздуха, решились рассказать маме о своём опыте похода к гадалке. Мама слушала не перебивая, только по лицу было видно, что она ужасно удивилась – как это девочки решились на подобную авантюру.

– По-моему, мои хорошие, надо просто жить, и всё само на места встанет, – наконец заговорила мама. – Как не крути, а судьба обязательно на свою дорожку выведет. Так что… Просто наберитесь терпения и ждите. Мариночка, если эта замша – твоя судьба, значит никуда она от тебя не уйдет, обязательно проявится. Настюш, то, что тебе нравится сразу несколько человек, говорит о том, что ты не влюблена – они тебе просто нравятся. Через какое-то время ты разберёшься в себе, решишь, что тебе надо и выберешь самого достойного. Девочки, всё у вас будет, только не торопите события.

6.

Попрощавшись с Мариной и пожелав спокойной ночи её родителям, Настя вышла из квартиры подруги и отправилась к лифтам.

Девушка нажала кнопку вызова и стала ждать. Во всём доме стояла вечерняя тишина – не было слышно ни звука, поэтому через какое-то время Настя поняла, что не слышит привычного шума мотора, сопровождающего перемещение лифтовой кабины с этажа на этаж.

– Сломались, что ли? – буркнув вслух, Настя приложила ухо сначала к одной железной двери лифтовой шахты, затем ко второй. – И оба сразу?

«Придется идти пешком, и как хорошо, что Марина живёт всего-то на седьмом этаже, а не на двадцать пятом!» – подумала Настя. Она резко дернула на себя дверь, ведущую на лестницу, и чуть не вскрикнула от неожиданности, увидев прямо за дверями лестничного пролёта темную фигуру. Она даже не сразу поняла, что перед ней стоял Поленин.

– Дима! Ты? Ты что тут делаешь? – опомнившись от испуга, спросила Настя.

– Га-газету чит-таю, – заикаясь ответил Поленин. Видимо, столкновение с Настей его тоже напугало.

– На седьмом этаже? А на пятом, что, не читается? – Настя посмотрела на руки Димы, он и правда держал свёрнутую в трубку газету.

– Тут лампочка ярче горит, – оправдался Дима.

– Аааа, понятно, – согласно кивнула головой Настя, а про себя подумала, что, наверное, Дима ходил подслушивать под Маринину дверь.

– А ты чего пешком спускаешься? – в свою очередь спросил Дима.

– Лифты сломались. Ладно, пока, – Настя обошла Диму и начала спускаться по ступенькам, потом, передумав по- вернула назад. – Дим, у меня есть к тебе дело…

7.

Новый день оказался днём перевоплощений. Марина стала совсем не той Мариной, что была вчера, а совсем другой … Так думала она сама, крутясь перед зеркалом и собираясь на прогулку во двор.

Новая прическа уложена, новые джинсы сидят,как вли- тые, светлая куртка подчёркивает стройность фигуры.

– Да, Настя была права про смену имиджа, – сказала себе Марина. Новая Марина себя чувствует совсем иной – какой–то решительной и сильной. Больше её сердечко не будет сжиматься от боли, потому что оно теперь свободно, оно больше не плачет, искалеченное и разбитое. Оно теперь покрылось непробиваемой твёрдой коркой. Была Марина – простая, открытая девочка, а стала Марина – Снежной королевой… Холодная, неприступная, гордая, сильная, надменная и … чертовски привлекательная! Но вот… Вот только Антон этого не увидит, а если и увидит, то вряд ли оценит.

При мысли об Антоне, было покрывшееся снежной коркой сердце больно сжалось и закровоточило, а из накрашенных глаз невольно покатились слезинки. Наверное, она ещё не до конца превратилась в Снежную Королеву, но у неё было то, к чему стремиться: Однажды слезинки станут льдинками, и уже ничто не тронет душу.

Марина позвонила Насте, сказав, что уже выходит,и направилась к лифту.

Вечер обещал быть ясным и тёплым, поэтому во дворе было весьма многолюдно. Появление обновленной Марины вызвало настоящий фурор, особенно среди девушек. Всем понравились и новая прическа, и новая куртка, и сапожки с сердечками на застежках. Марина просто купалась в волнах всеобщего одобрения,чувствуя, как внутри загорается звездочка уверенности и смелости, как отрастают у неё за спиной крылья. Да, она теперь точно не та, что была ещё вчера.

Марина крутилась перед двумя приятельницами демонстрируя курточку, как вдруг знакомый голос вернул её с небес на землю.

– А у ме...меня т...тоже новая куртка, – с лавочки поднялся Поленин,приняв какую–то неуклюжую позу. Когда Дима волновался, он всегда немного заикался, вот и сейчас слова, слетавшие с его языка, заметно дрожали. – Н...не заметили?

Дима неуверенно сделал шаг вперед от лавочки, на которой сидел, отчаянно краснея, обернулся вокруг себя и продолжил:

– Ну к…как вам ? Н… настоящая замша; утром купил. Н…нравится?

Последний вопрос был скорее обращен к Марине.

– Замша, повторился он зачем-то. - При этом Дима потер рукав куртки указательным пальцем.

Мир качнулся и весь почему-то побелел в глазах Марины, поплыли туманные блики, голоса гулким звоном ворвались в уши, отдаваясь внутри какой-то болезненной пустотой.

– Дим, повернись…, – скомандовала одна из девушек.

– Марин, ты чипсы будешь? – чья-то рука сунула Марине под нос открытый пакет с чипсами, но она не обратила внимания, поглощённая разговором о куртке.

– Хорошая куртка. Сколько стоит? – спросил кто-то из присутствующих.

Постепенно двор перестал качаться перед глазами Марины, но ещё долго дрожь в руках не утихала и сердце никак не хотело переходить на спокойный ритм работы.

Неужели это и есть то самое пророчество?! Неужели это та самая судьба?!

– Замша… Он сказала – ЗАМША! – колоколом раздавалось в голове, и образ гадалки в черном платке мысленно держал её за руку.

Марина смотрела на Диму так, как будто видела его первый раз. Голубоглазый блондин невысокого роста, достаточно симпатичный. Может, он и правда ничего? Может, стоить дать шанс?

– С…сухарики будешь? – Дима достал из кармана шуршащий пакетик и открыл его. – С хреном.

Марина сухарики не любила, но сейчас как-то надо было начинать отношения с «судьбой», и поэтому она протянула руку, взяв один сухарик.

– Дим, а это у тебя вчера так громко музыка играла?

– Это – не у меня, – Дима густо покраснел. – Это – у брата: у Лёхи днюха была.

– Как – не у тебя? У тебя ж дома…

Они сели вдвоем на лавочку и принялись беседовать о дне рождения Диминого брата, о подарках подростку, о первом бокале шампанского. Быть может, так и должно быть?

Впервые за много лет знакомства Марина посмотрела на Димку Поленина другими глазами. Впервые у них состоялся вполне приличный дружеский разговор. Через какое– то время Димке удалось справиться со своим стеснением, и он перестал краснеть и заикаться, и даже смог связанно говорить. Она внимательно слушала его рассказы, отвечала на вопросы, что-то рассказывала сама и изо всех сил старалась найти в нём то, что могло бы ей понравится. Голубые глаза? Профиль? Наверное, он очень хороший и добрый человек…

Не успела она прийти в себя после потрясения от сбывшихся слов гадалки, как судьба подкинула ей ещё один сюрприз…

Вечер шел своим чередом. Компания разбилась на кучки по интересам: кто–то пританцовывал под музыку, несущейся из телефона, кто–то просто разговаривал.

Вдруг у одного из парней зазвонил телефон.

– Алё… О, привет,Тёмыч… Тебе мать сказала? Да, передал… Да… Я сейчас во дворе… Хочешь, подходи сюда, я тебе все расскажу… Да, давай…, – и, уже положив трубку,он обратился ко всем. – Сейчас Тёма придет.

Буквально через минуту тот, кто звонил, подошел к компании.

– Добрый вечер всем…

Марина обернулась на голос и мир снова поплыл. Прямо перед ней стоял симпатичный сосед, при виде которого она почти теряла разум.

Он поздоровался с некоторыми ребятами за руку и отвел в сторону Ромку Чубова.

Марина понимала, что откровенно так разглядывать незнакомого человека некрасиво, но поделать с собой ничего не могла – голова сама поворачивалась в его сторону. Наверное, он это заметил, потому что начал как-то коситься в сторону Марины.

– Тём, посидишь с нами? – предложил Ромка.

– Посижу, но только чуть-чуть.

– Понятно – дела, – хихикнул Ромка, понимающе закивав головой. – Учёба?

– Она самая, – ответил пришедший и сел… рядом с Мариной.

С этого момента Марина вообще не понимала, о чем идет речь. Она сидела, как оглушенная; перед ней всё плыло. Казалось, она слышит стук собственного сердца, который выдает её волнение своим грохотом, что дышит она громко- громко и прерывисто, и это слышно всем.

– Мы, кажется, незнакомы? – темноволосый обратился вдруг к ней, а она почему-то в этот момент захотела испариться. Он сидел так близко, их рукава соприкасались… У него оказались серыми глаза, длинными ресницы, тон- кими губы… Волосы чуть вились, и пахло от него чем-то вкусным.

Всё, что из себя смогла выжать Марина, это – отрицательное мотание головой.

– Артём, – сказал он и протянул руку.

– Марина, – её рука потянулась навстречу. Он слегка сжал её пальцы, а ей не хотелось убирать свою руку. Мгновение рукопожатия, кажется, затянулось. По крайней мере, так посчитала Марина. Всё происходило, словно в каком-то сне, но тут пришла Настя и вернула реальность обратно.

– Мариш, помоги, а то у куртки молнию заело, – Настя дергала бегунок на куртке, но тот замер на одном месте.

Марина тряхнула головой, словно освобождаясь от наваждения, и вскочила с лавочки. Когда с курткой разобрались, оказалось, что место около Артёма занято мальчишками, у которых образовался какой-то свой, чисто мужской междусобойчик. Тихо вздохнув, Марина подошла к качелям, на которых, весело горланя песни, раскачивались две её лучшие подружки.

Стемнело, пора было идти по домам. Марина, махнув всем рукой, направилась по тропинке с детской площадки к своему подъезду.

– Всем пока, – сказала она на ходу.

– Уходишь уже? – раздались голоса ребят. – Пока, Мариш… Пока… Покеда… До завтра…

– Я тоже пойду, – Дима Поленин встал следом за Мариной. – Всем пока!

– Да и мне пора, – Артем тоже поднялся.

До подъезда дошли втроём, молча. И молча сели в лифт… Дима нажал Маринин этаж. Говорить было не о чем: висела какая-то неловкая тишина.

На другой день в квартире Марины раздался звонок. На пороге стоял Дима Поленин с коробкой печенья в руках.

– А я к тебе… Можно?

– Можно…, – пожала плечами девушка, пропуская гостя.

8.

Как быстро пролетело время: вроде только вчера Марина ходила с Настей к гадалке, а уже почти три недели пролетело с того дня. Изменилось ли что–то в жизни Марины? Можно сказать – да… А можно сказать и – нет. Если коснуться личной жизни, тот тут было совсем без перемен.