Цемент слезам не верит

Вадик украдкой смахнул каплю пота, проползшую по виску, и залпом осушил стакан воды.

– А Генчик не спрыгнет в последний момент? – спросил его собеседник, холеный мужчина лет сорока, обладатель золотого зуба и шести золотых же перстней на толстых пальцах обеих рук.

– Да ни в жизнь, – заверил его Вадик.

– Ну допустим, мы вдвоем объявляем тебе дефолт. Кстати, что в договор впишем? Какое условие ты должен нарушить, чтобы мы с Генчиком к тебе пришли за бабками?

– Давайте напишем, что наши заводы не имеют права без согласия банка выдавать займы? – предложила Ангелина, поиграв бровями-гусеницами.

– Это заметное условие. Меня тот же Кириллов сразу спросит, почему это он не может выдать заем своему же торговому дому, – сказал Вадик, оглядываясь по сторонам в поисках новой бутылки с водой.

– Тогда можно написать, что ЖБК, допустим, не должен продавать цемент по цене ниже текущей, – не смутилась Ангелина. – А потом мы быстренько оптом продадим кому-нибудь много тонн по низкой цене, и…

– Вы не контролируете продажи, – перебил ее золотозубый. – Пока этот ваш оптовый заказ случится, мы можем год прождать. А двигаться надо шустро, пока Каменев ваш не сообразил, в чем дело.

– Короче, возвращаемся к моей исходной идее тогда. – Ангелина решительно распахнула окно, впуская в кабинет мартовский ветер. – Пишем, что любое административное нарушение руководящего состава группы дает банку право объявить дефолт.

– Допустим, они это подпишут, – мрачно произнес Вадик. – А как сделать так, чтобы тот же Кириллов совершил административное правонарушение?

– Элементарно! – Ангелина потерла руки. – Например, вовремя не выплатил зарплату. У нас ведь как организовано? Кириллов берет кредиты под выплату зарплаты. Ну а мы с Вадиком сделаем так, что в нужный день кредит он не получит. Платить ему будет нечем. Конечно, на следующий день все нормализуется, но факт нарушения будет зафиксирован!

– Или он закурит в общественном месте, – подхватил ее мысль Вадик. – А мы обратим на это внимание полиции, они составят протокол…

– Или он вляпается в ДТП – короче, мысль понятна, валяйте, подписывайте договор. – Золотозубый подошел к окну, лениво закурил. – Только он же в суд пойдет, если чё.

– Пока он дойдет до суда, у него столько проблем возникнет, что проще будет договориться, – сказала Ангелина. – Если три банка одновременно потребуют погасить все кредиты, то Каменеву придется что-то делать. У него нет этих денег, разумеется.

– Наш банк, банк Генчика, а кто третий? – уточнил золотозубый.

– Мишаню помнишь? – спросил Вадик, допивая вторую бутылку воды. – Сидел у нас в бэк-офисе в Воронеже, пасьянсы раскладывал. Сейчас CRO банка «Зимний».

– Си эр чё? – не понял золотозубый.

– Чиф риск офисер, – с чудовищным акцентом произнесла Ангелина. – Главный по рискам, короче.

– Мишаня?! Как он умудрился?!

– Я понятия не имею, – отмахнулся Вадик. – Встретил его случайно в ЦУМе. Глазам не поверил!

– А что ты делал в ЦУМе? – быстро уточнила Ангелина. Глаза ее нехорошо сверкнули.

– Эээ я… Да там это… зашел посмотреть. Да ну какая разница, я уж и не помню, что мне там нужно было…

– Супруге подарок покупал, да? – не сдавалась хозяйка бабочек и гусениц.

– Давай потом поговорим, – улыбаясь во весь рот, процедил Вадик.

– Ладно, Мишаня и Генчик в деле, я тоже, – сказал золотозубый. – Жду подписанный договор. Бабки как пилить будем?

– Ну, половину мне, а вторую половину поделите на троих с Генчиком и Мишаней, – сказал Вадик. Ангелина согласно покивала головой. Золотозубый расхохотался.

– Э, нет, братан, ты меня за лоха не держи. На четверых всю сумму поделим.

– Но это моя идея! – возмутился Вадик.

– Вообще-то, моя, – злобно напомнила Ангелина.

– Идея, может, и твоя, а кредит – мой, – пожал плечами золотозубый. – И без меня ни шиша ты не сделаешь.

– Ну давай хотя бы треть мне, а две трети – вам!

– Я сказал, тебе четверть. Это мое последнее слово.

– Хорошо! Поделим на четверых. Жадный ты, Серега.

– Иди вон Мишаню обмишуривай, – хохотнул Серега. – А со мной не прокатит.

Рита в третий раз заглянула в кабинет Москвина. Ей очень хотелось поговорить с Лёней, но никак не удавалось поймать его между совещаниями, а время между тем близилось к обеду. В этот раз его и вовсе не оказалось в кабинете. Признав свое поражение, Рита позвонила Вале и договорилась отправиться в столовую.

Именно там она и увидела Москвина. Он сидел в углу за маленьким столиком на двоих, пил кофе и увлеченно беседовал с блондинкой, обладательницей странного имени Вилена. После их встречи возле банка Рита навела о ней справки. Вилена Георгиевна Коржик, тридцать четыре года, родом из Орехово-Зуево. Замужем, вообще говоря. Рита

Коржик! Это ж надо, повезло человеку.

Смешная фамилия совершенно не мешала Вилене отчаянно флиртовать с Москвиным. Рита прошла мимо них, стараясь сохранять каменное выражение лица. Лёня даже ее не заметил.

У прилавка с едой ее уже ждала Валя. И тоже косилась – как она считала, незаметно, – на Москвина и Вилену.

– Что думаешь? – шепотом спросила она Риту.

– Что она его взяла в оборот, а он повёлся, – вздохнула Рита.

– Я вчера видела, как она после работы садилась к нему в машину, – сказала Валя.

– Значит, у них все уже зашло далеко…

– Он стал часто навещать клиентщиков. Раньше я вообще его не видела в том крыле офиса. А теперь…

– Ну, это должно было когда-то случиться. – Рита взяла поднос с обедом и направилась в самый дальний угол столовой. Подальше от воркующих голубков.

– Что должно было случиться? Какая-то стерва должна была у тебя увести мужчину?! – Валя лавировала между стульями, стараясь догнать подругу, и случайно произнесла последнюю фразу чуть громче необходимого. Разговор за большим столом, мимо которого она проходила, тут же умолк, и все дружно посмотрели на Риту.

– Никто у меня никого не уводил, – любезно пояснила та, обращаясь к любопытным коллегам. – Я замужем уже побывала и больше не хочу, большое спасибо.

– Прости, – прошептала Валя, зная, что щеки ее залиты пунцовым румянцем. Рита, впрочем, сохраняла полное хладнокровие.

– Все нормально. Людям же заняться нечем, лишь бы сплетни распускать… Я имела в виду, что когда-то Лёнька должен был влюбиться. Мне очень жаль, что не я стала объектом его симпатии, но что я могу сделать?

– По-моему, он очень даже был в тебя влюблен, – возразила Валя. – Но потом что-то пошло не так. А эта стерва его соблазнила…

– Ну почему сразу стерва? – устало спросила Рита. – Обычная девица, имеет такое же право попытаться наладить с Лёней контакт, как и любая из нас.

– Нет, Москвин твой, – настаивала Валя. Рита покачала головой.

– Ни разу он не мой. Нам было очень хорошо вместе, это правда. Но сейчас ему явно хорошо с Виленой. И я не буду вмешиваться.

– Но она замужем!

– А он женат. И что дальше? Мы не знаем, какие у него отношения с женой. Может, он давно на грани развода, и Вилена – любовь всей его жизни, ради которой он уйдет от жены?

– А она уйдет от мужа?

– Почему нет? Мы же правда ничего не знаем об их семейных отношениях.

– А вот скажи мне, как так получилось, что ты столько с ним общалась, а про жену его ничего не знаешь?

Рита задумчиво посмотрела на подругу.

– Хороший вопрос… Мы никогда о ней не разговаривали. Хотя о своих бывших женщинах он много рассказывал.

– Зачем?! – удивилась Валя.

– Да пойди пойми, зачем! Я в подробностях все знаю, хотя даже не спрашивала его…

– Может, хотел вызвать в тебе ревность?

– А смысл ревновать к прошлому?..

– Очень многие так делают!

– Что делают очень многие? – неожиданно спросили у Вали за спиной. – Можно я с вами пообедаю?

Рита переглянулась с Валей, но внезапно возникший коллега в модных очках уже садился за их стол.

– Алекс, тебе не говорили, что подслушивать невежливо? – со вздохом спросила Рита.

– Я не подслушивал, я просто услышал.

– И как давно ты просто слушал?

– Да буквально пол секунды! А почему Леонид Владимирович с этой дур… девушкой обедает?

– А тебе-то чем она не угодила? – спросила Валя. Алекс поправил на носу очки, огляделся вокруг, потом с таинственным видом навис над столом.

– Ее никто не любит! У нее папа какой-то крутой, она работает чисто из вежливости, чтобы папа гордился, что у него дочь в иностранном банке. А по сути ничего не делает, только изображает бурную активность. Но место занимает, поэтому ее коллегам приходится работать за нее.

– Интересно, – пробормотала Рита. – Вроде бы богатая бездельница – не совсем Лёнин типаж.

– Она даже не москвичка, – напомнил Алекс. Рита была вынуждена признать, что замечание ценное: московский снобизм Леонида Владимировича был широко известен, он никогда не скрывал свою низкую толерантность к приезжим.

– Чем же она его пленила? – задала риторический вопрос Валя.

– А она его прям пленила? – уточнил Алекс.

– Очень на то похоже, – кивнула Валя.

– На меня не смотрите, я у него спрашивать не буду, – открестилась Рита.

Между тем Москвин и Вилена встали из-за стола и направились почему-то не в сторону лифтов, а в противоположном направлении, вглубь столовой. Рите даже показалось, что Москвин идет прямо к их с Валей столу. Через несколько секунд она сообразила, что это действительно так: Лёня уже стоял прямо перед ней, а рядом широко улыбалась Вилена.

«Ботокс», – подумала Рита, глядя на абсолютно гладкий лоб Вилены.

«Ботокс», – подумала Валя, глядя на пухлые губы Вилены.

– Здравствуйте, коллеги, – произнес Москвин своим медовым голосом. – У нас появилась идея, которую мы хотели бы с вами обсудить.

– С нами?.. – растерянно спросила Рита.

– Ну да, ты же начальник кредитного управления, или я что-то путаю?

– Нет, ты ничего не путаешь, я начальник…

– Вот! Вилена Георгиевна сейчас расскажет, что мы предлагаем.

– Леонид Владимирович, я теперь смущаюсь, – проворковала Вилена. – Ничего особенного я не предлагаю, просто Лё… Леонид Владимирович сказал, что австрийских коллег надо свозить на производство, а у меня есть хороший клиент, группа компаний, делают цемент и железобетонные всякие штуки. У них завод в Подмосковье, новый, туда можно смело везти иностранцев.

– А вы разве не в нефтянке?.. – спросила Рита.

– Формально да, но этот клиент мне достался от кого-то по наследству… Неважно, главное, что завод хороший, и совсем недалеко, да, Леонид Владимирович? – она заискивающе заглянула ему в глаза, и Рите вдруг стало ее жаль. Похоже, девочка реально влюбилась, подумала она. Смотрит на Москвина так же, как смотрела на него сама Рита в прошлом году…

– По-моему, это прекрасная идея. Марго, собственно, я хотел у тебя уточнить – с точки зрения кредитования, там все нормально у этого клиента?

– Цемент, цемент… – Рита нахмурилась, вспоминая. – Подожди. Ты про «Железобетон Каменева», что ли?

– Да, ЖБК, совершенно верно! – подтвердила Вилена.

– Нормальный клиент, – покопавшись в памяти, сказала Рита. – Я, кстати, сама у них на производстве никогда не была. Но, если Вилена говорит, что там все в порядке…

– То есть, ты тоже поедешь? – уточнил Москвин, пристально глядя на Риту.

– Я… не знаю, вы меня застали врасплох!

– Ладно. Вилена Георгиевна, вы тогда договоритесь с клиентом, хорошо? Как договоришься, мы скажем нашим австриякам, что в этот раз не надо лететь в Энск шесть часов, достаточно минут сорок покататься на машине.

– Надо с Марком согласовать! – спохватилась Рита.

– Хорошая мысль. Ты тогда согласуй пока, ладно? А мы пойдем курить, да, Вилена Георгиевна?

– С удовольствием, Леонид Владимирович! – сияя улыбкой, ответила Вилена.

Глава 6

За рулем черного седана, плавно выехавшего из гаража Объединенного коммерческого банка, находился невозмутимый Москвин. Рядом с ним развалился на сидении герр Леонидас, а сзади устроились Вилена и Рита. Как только офис ОКБ остался вне зоны видимости, Леонидас достал из рюкзака огромный термос. Он напоминал высокотехнологичный космический прибор, на его крышке мерцали лампочки, а стенки таинственно отсвечивали серебром.

– Какая вещь, – вежливо восхитился Москвин.

– Ja, – кивнул Леонидас. – Мне дарить жена на путешествие.

– Жена?.. – вырвалось у Москвина.

– Очень любить, – сказал Леонидас. – Булгариен. Как по-русски говорить?

– Из Болгарии, – предположила Рита.

– Ja, Булгария. Встречать там в офисе, пока работать с булгариен. Проверять их кредитный портфель. – Леонидас приложился к горлышку термоса и несколько раз громко булькнул.

Через полчаса он внезапно попросил остановить машину. Москвин огляделся по сторонам и счел эту просьбу невыполнимой.

– Лёнь, мы на трассе, здесь сплошное ограждение. Ну потерпи немного, скоро начнется лес.

– Мне надо, – упрямился австриец.

– Ты понимаешь, что здесь все едут со скоростью под сто километров и выше? Мы сейчас тормознем у парапета, и моментально создадим аварийную обстановку, – сделал еще одну попытку Москвин. Леонидас нервно приложился к термосу, икнул и попытался открыть дверь машины.

– ..! – сказал Москвин, блокируя двери.

– Леонид Владимирович, мне навигатор показывает более короткий путь, – вежливо произнесла Вилена. Рита покосилась на экран смартфона в руке у коллеги: она не слишком доверяла электронным путеводителям.

– Отлично! Говорите, – велел Москвин.

– Вот сейчас будет поворот налево, – сообщила Вилена. Черный седан послушно повернул на светофоре, покидая оживленную трассу. Леонидас все больше ёрзал. – Нам нужен первый перекресток.

Машина подъехала к перекрестку. Вилена сверилась с картой.

– Нам вроде бы прямо… Но этот перекресток Т-образный, как тут прямо проедешь?..

Москвин свернул направо, дабы с грехом пополам выдержать общее направление. На пути седана образовался железнодорожный переезд. Когда машина медленно преодолела рельсы, Вилена оглянулась назад.

– Ой. Перекресток только показался Т-образным… Из-за сирени и забора…

– Какого забора?.. – Москвин собирался было развернуться, но в этот момент по рельсам с удручающе низкой скоростью пополз товарный поезд, конец которого терялся где-то в дымке горизонта. – Так. Едем прямо. Мы в любом случае упремся в шоссе, какой бы дорогой ни поехали.

Через некоторое время поля справа и слева от дороги сменились деревенскими домиками, и довольно скоро впереди показались высокие, качественные заборы с высокими, качественными домами внутри. Перед поселком стоял знак, запрещающий проезд, но Москвин уже злился, а Леонидас постанывал, поэтому седан продолжил движение. По счастью, прямо у дороги возник здоровенный тополь. Москвин остановился и Леонидасу, укрывшемуся за древним исполином, удалось справить свою европейскую нужду на землю, которую его предкам так и не удалось покорить.

Удивительно европейская атмосфера царила в этом поселке. Швейцарская чистота, немецкая аккуратность, австрийская архитектура… На улицах никого не было.

Банкиры добрались до конца идеально гладкой дороги и уткнулись в шлагбаум. Справа и слева от него стояли охранники с автоматами. Москвин остановился.

– Нельзя было сюда заезжать, да? – спросил он у охранника, открывая окно. – Мы просто заблудились, ошиблись с поворотом.

– Нельзя, – холодно подтвердил тот. Его напарник направил дуло автомата на окно с той стороны, где сидел Леонидас. Австриец побледнел так, будто самый мощный вампир полдня пил его кровь.

– А почему? – вежливо поинтересовался Москвин.

– Это закрытый поселок сотрудников ФСБ, – любезно проинформировал его охранник. – Ваши документы!

– Да-да, конечно, – согласился Москвин и достал документы. Леонидас расширившимися от ужаса глазами смотрел на то, как Москвин вкладывает в документы купюру, прежде чем протянуть их охраннику. Он хотел было что-то спросить, но Москвин посмотрел на него максимально грозно и предупредил:

– Don’t speak English!3

– Why?..4 – слабым голосом спросил Леонидас.

– This is KGB villa5, – пояснил Москвин.

Охранник поднял шлагбаум, машина благополучно выехала из поселка, и только тогда Леонидас, все время пытавшийся слиться со спинкой кресла, рискнул задать уточняющий вопрос:

– Вы ему дать деньги…

– Оплатил проезд, – кивнул Москвин.

– I see… A KGB officer offered you some service and you paid for it… We have just escaped alive from two KGB officers… This country is weird!..6

Леонидас изрядно протрезвел к тому моменту, когда сотрудники банка добрались до проходной завода. Ужас от самой возможности теоретического столкновения с советскими силовыми структурами пробрал его до мозга костей. «Дикая страна!», – услышала Рита, остановившись рядом с гостем из солнечной Австрии.

Ворота плавно открылись, пропуская банкиров. Из новенького фордовского фургона, украшенного логотипами «ЖБК», вылез мужчина, ростом не уступавший Москвину. Взгляд его голубых глаз был цепким и умным.

– Здравствуйте, меня зовут Святослав Каменев, я генеральный директор управляющей компании «Железобетон Каменева». Добро пожаловать на цементный завод «Ромашка».

Брови Москвина взлетели вверх. Каменев улыбнулся.

– Знаете, так скучно, когда у тебя есть «Завод ЖБИ номер один», «Завод ЖБИ номер два»… Я их все назвал цветочными именами. Сейчас мы на «Ромашке», это один из самых современных наших заводов. Есть еще «Василек», «Одуванчик», «Гвоздика», «Колокольчик» и «Незабудка».

– Потрясающе, – пробормотал Москвин.

– Я сам проведу экскурсию, – продолжал Каменев, ничуть не смущаясь. – Сейчас пройдем с вами в машину, там вы возьмете каски, жилетки, заполните документы по технике безопасности и мы…

– Святослав, простите, – перебил его Москвин. – Мы это все обязательно сделаем, но сначала нам очень надо посетить удобства. Женские и мужские. Можно это организовать?

Леонидас промычал что-то невнятно-подтверждающее. Каменев посмотрел на Москвина, потом на Риту, и вдруг улыбнулся по-настоящему. Как будто запрограммированный робот вдруг осознал, что перед ним живые люди, и в его электронном мозге, пропитанном искусственным интеллектом, внезапно пробудилась эмпатия.

– Разумеется, – сказал он, круто повернувшись на каблуках. – Следуйте за мной, пожалуйста!

– Я пока позвоню, – сообщила Вилена, доставая сигареты. – Вы идите, я на улице подожду.

– Только здесь нельзя курить, – предупредил ее Каменев. – Лучше выйдите за ворота.

Вилена пожала плечами и направилась к воротам. Каменев повел остальных гостей к зданию заводоуправления.

– Это наш административно-бытовой комплекс, – говорил он по пути. – Здесь работают наши финансисты, экономисты, юристы и прочий непроизводственный персонал. Это самый большой АБК из всех наших заводов, поэтому именно здесь располагается штаб-квартира управляющей компании. После экскурсии нас с вами ждут начальник казначейского отдела, Вадим Вагин, и финансовый директор «Ромашки», Олег Кириллов.

– У вас здесь очень красиво, – сказала Рита, оглядываясь вокруг.

– Мы следим за чистотой, – кивнул Каменев. – Хотя тоже без казусов не обходится. Однажды иду по территории и вижу, что справа от силоса трава покошена, слева тоже, а перед самим силосом – как трехдневная щетина торчит. Попросил я охранника посмотреть, чем там дворники занимаются? Получаю потом отчет: «Охранниками ЧОП выявлен косарь административно-аналитического отдела, который в рабочее время спал, сидя на земле».

Рита рассмеялась. Москвин молча смотрел на Каменева.

– Меня больше всего удивило, что косарь у нас числится в «административно-аналитическом» отделе. Когда я это прочитал, то внес некоторые изменения в оргструктуру завода… Мы пришли. Сейчас вам выдадут временные пропуска, и я…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

РСДРП(б) – Российская социал-демократическая рабочая партия (большевиков)

2

Герои обсуждают фильм М.И. Ромма «Ленин в Октябре»

3

Не говорите по-английски! (англ.)

4

Почему?.. (англ.)

5

Это вилла КГБ (англ.)

6

Я понял… Офицер КГБ предложил вам некоторые услуги, и вы за них заплатили… Мы только что ушли живыми от двух офицеров КГБ… Какая странная страна! (англ.)