Бывшие. Я не давал тебе развод

Тася Баева

Бывшие. Я не давал тебе развод

Пролог

— Татьяна, садитесь в машину, — произнёс голос из прошлого, и я чуть не споткнулась.

Сердце ухнуло в пятки и замерло где-то там, забившись в уголок вместе со сжавшейся в комочек душой. В ушах забухало набатом. Бывший муж всё же нашёл меня. Как и обещал. Внутренности сдавило ледяным обручем. По позвоночнику липкими лапами полз страх. Почему он никак не отпустит меня?

Я медленно повернула голову, всё ещё надеясь, что мне показалось. Рядом с тротуаром двигалась чёрная блестящая машина. Пассажирское окно приспущено. Водитель Бронислава, моего бывшего мужа, сверлил меня равнодушным взглядом.

— Татьяна, садитесь и без глупостей, — вздохнул водитель, я никак не могла вспомнить его имя.

— Простите, я тороплюсь и совершенно никуда не собираюсь ехать, — раздражённо ответила я, мой телефон пиликнул сообщением.

Прочитав послание, почувствовала отливающую от лица кровь и юркнула на заднее сидение.

— Куда мы едем? — спросила, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Брониславу не удастся меня запугать, как бы не старался. Через неделю я выйду замуж и вообще забуду его, как страшный сон.

— Домой, — пожал плечами водитель. — Бронислав Дмитриевич сказал доставить вас домой.

— Ко мне? — удивлённо посмотрела в зеркало заднего вида и встретилась с холодными глазами шестёрки бывшего мужа.

— К вам, — отозвался он безэмоционально.

— Но я живу совсем в другой стороне, — раздражённо ответила я. — Значит, вы везёте меня к НЕМУ домой.

— У вас один дом, Татьяна Викторовна, — стрельнул глазами на меня водитель. — Там, где ваш муж.

Я проглотила это и уставилась в окно. Толку объяснять этому прихвостню Бронислава, что мы вот уже два года, как благополучно развелись. И всё это время я пыталась забыть тот кошмар, что пережила рядом с ним. Как давно Бронислав в городе? Да ещё и обзавёлся загородным жильём? Какие ещё сюрпризы от бывшего меня ждут?

Прикрыла глаза, пытаясь успокоить дыхание и бешеное сердцебиение. Ну почему он всё никак не оставит меня в покое? Но прекрасно понимала, что эти вопросы нужно будет задать напрямую моему бывшему мужу. Брониславу Дмитриевичу Бельскому.

Телефон разразился трелью. Глянула на экран смартфона. Денис. Мой жених и будущий муж.

— Советую без глупостей, — напомнил водитель, внимательно следя за мной в зеркало заднего вида.

— Да, любимый, — отозвалась я в трубку, показав водителю фак.

— Привет, — услышала родной голос. — Ты что-то долго сегодня. Что-то случилось?

— Нет, всё в порядке, я немного задержалась на объекте, клиентка очень придирчивая оказалась. Совсем скоро приеду. Только Ярика заберу.

— Ты его опять у подруги оставила? Я же предлагал нанять няню.

— Не стоит, милый. К тому же сам знаешь, как Ярик реагирует на новых людей.

— Может за вами заехать?

— Нет, не надо. Света уехала к родителям на дачу. Ярик там в любви и ласке. Я заберу его и возьму такси, не переживай. Ужин на плите. Я там похозяйничала у тебя немного. Знаю, что ты сегодня хотел побыть с нами, но мы после дачи домой. Так что встретимся завтра вечером, хорошо? Прости, что так вышло.

— Ничего. Если что звони.

— Да, до скорого.

Сбросила звонок и прижалась лбом к стеклу. Может написать Денису сообщение? Пусть вызовет полицию. Хотя куда он их вызовет? Сама без понятия, куда меня везут.

Сейчас же я думала только о том, чтобы всё, что было написано в СМС, не было правдой. Бронислав не посмеет забрать ребёнка. Моего ребёнка.

Попыталась дозвониться до подруги, которую сегодня попросила посидеть с Яриком, но она не отвечала. Я занервничала.

— С вашим сыном всё хорошо, — успокоил меня водитель, безэмоционально глядя на меня через зеркало заднего вида. — Он со своим отцом.

— Смотрите за доро́гой, — огрызнулась я. — У моего сына нет отца. Я рожала его для себя. Вернее, не было, но скоро появится, когда я выйду замуж.

Это мы сейчас тоже выясним с Брониславом. Внутри меня начинала клокотать ярость. Я не позволю запугать себя и сделать послушной овцой, слишком долго я была такой для Бронислава. Слепо доверяла, а оказалось, он подлец и тупо использовал меня в своих играх.

Водитель бросил на меня ледяной взгляд. И криво усмехнулся. Да как же его зовут?

Мы ехали уже где-то час. Город давно закончился. Частный сектор. Редкие фонари. Фары едва разгоняли тьму на дороге. Мы свернули на просёлок и поехали к лесу.

— Куда вы меня везёте? — спросила я, всё сильнее нервничая.

— Домой, — усмехнулся водитель.

— Когда это у Бронислава появилась тяга к загородной жизни? — фыркнула я.

Ну не приказал же бывший просто грохнуть меня и закопать в лесу? Эту мысль я быстро отогнала от себя. Какой бы скотиной не был Бельский, не стал бы так мараться.

— После вашего исчезновения, Танюша.

— Не смейте со мной так разговаривать, — вспылила я. — Остановите машину и дайте мне номер Бронислава.

— Мы уже приехали, сиди смирно, красотка, и никто не пострадает.

— Что?

Автомобиль остановился у огромных глухих ворот. Вокруг Деревья, темно и ничего не видно. Только освещённый пятачок перед воротами. Водитель опустил стекло и показал какой-то пропуск в камеру. Ворота медленно начали отъезжать в сторону. Я принялась дёргать ручку двери, но она оказалась заблокирована.

Увидела, как из темноты вынырнули два амбала и подошли к машине. Двери щёлкнули и эти двое влезли на заднее сидение рядом со мной. Сердце застучало с утроенной силой. Что-то не так. Бронислав бы не стал обставлять нашу встречу вот так. Я схватилась за телефон, но один из мордоворотов выхватил у меня трубку.

— Сделайте так, чтобы она не рыпалась, — хищно прищурился водитель, и я вдруг вспомнила всё самое плохое, что слышала про него.

Ладони вспотели. Запахнулась глубже в пальто, стискивая похолодевшими пальцами несчастную ткань. Боже, что происходит? Меня привезли не к Брониславу? Кровь набатом стучала в висках. Сердце практически разорвалось от страха. Надо было позвонить по номеру в СМС, она же была от бывшего? -- запоздало мелькнула мысль в голове.

В ногу резко вонзили шприц, и я провалилась в темноту.

Глава первая

Два года назад

— Таким образом, мы видим, что…, — вещал полусонный голос профессора с кафедры.

Я, прикусив нижнюю губу, пыталась успевать записывать лекцию.

— Простите, Радзинскую к ректору вызывают. Срочно, — дверь без стука распахнулась, являя перед аудиторией вихрастого студента.

У меня внутри всё ухнуло вниз, когда услышала свою фамилию. Сердце резко заколотилось в бешеном ритме. Как на уроке в школе, когда ты не готов, а тебя вызвали к доске. Недоумённо подняла взгляд от конспекта на ворвавшегося студента.

— Что, это никак не может подождать? — недовольно взглянул на часы профессор.

— Сказали передать немедленно. Её ждут прямо сейчас, — пожал плечами парень и скрылся за дверью.

— Ну что ж, Радзинская, идите, — посмотрел поверх очков-половинок на меня профессор.

Я быстро собрала свои вещи в рюкзак и выскочила из аудитории, под шумное шушуканье одногруппников. Что могло произойти, раз потребовалось выдёргивать меня посреди пары? В груди заворочалось нехорошее предчувствие. Пока бежала по коридорам к ректорату, судорожно пыталась припомнить хоть один свой прокол. И ничего не могла сообразить.

У меня хорошая успеваемость. Я даже не проспала ни разу. Живу неподалёку, снимая койко-место у бабушки — божьего одуванчика. Участвую в общественной жизни универа. Выступаю на конкурсах, защищая честь и славу родной альма-матер. Что же могло случиться?

— Радзинская? — смерила меня взглядом секретарь.

Я, запыхавшись, кивнула.

— Подожди минутку, я доложу, — снова смерила меня странным взглядом девушка и поцокала на высоких каблучках в кабинет ректора.

— Проходите, — холодным тоном произнесла она и пропустила меня в кабинет через несколько минут.

Несмело шагнула в помещение за тяжёлой деревянной дверью. Здесь пахло кожей, дорогим мужским парфюмом и старостью. Вот такое сочетание. Невысокий, сухощавый ректор, которого я раньше видела буквально пару раз, стоял у окна.

Длинный нос придавал ему сходство с какой-то хищной птицей. Седые кустистые брови над маленькими, глубоко посаженными, выцветшими голубыми глазами. Коротко стриженные редкие волосы и большая проплешина на темечке. В общем-то, он не вызывал каких-то положительных чувств, и я робко кашлянула.

— Проходите, — повернулся он ко мне и хмуро кивнул на один из стульев за его т-образным столом. — Радзинская Татьяна Викторовна?

— Да, это я, — настороженно ответила я.

— У меня для вас весьма плохие новости, — вздохнул ректор и сел в своё кресло. — Сегодня прислали письмо. Компания, что оплачивала ваше обучение, прекращают выплаты.

— Это как? — непонимающе посмотрела на ректора.

Внутри всё сжалось, и телу прокатилась ледяная волна, застряв где-то в горле противным комком, который никак не удавалось проглотить.

— Это так, девочка, что этот месяц ты ещё доучиваешься. Оплата прошла буквально два дня назад, а дальше тебе придётся само́й искать деньги на обучение. У них там что-то случилось с прежним гендиром, а новый перекрыл краник, — развёл руками он.

— Но разве так можно? — удивлённо хлопнула я ресницами. — У нас же целевое... трёхсторонний договор.

После окончания школы бабушка привезла мне этот договор. Именно в тот вуз, куда я больше всего хотела попасть. Я удивилась. Могла бы и сама поступить со своей серебряной медалью и многочисленными победами в олимпиадах. Но бабушка настояла, что это будет самый лучший вариант поступления. И с практикой, и местом работы на первые пять лет после выпуска, проблем не будет.

— Это решение генерального директора компании, с которой он у вас заключён, — неопределённо пожал плечами ректор. — На этом всё, Татьяна, я должен был вам сообщить. Дальше сами решайте. Либо вы оплачиваете своё обучение, либо пытаетесь найти другой вуз и пробуете перевестись…

— Разве здесь я не прошла бы просто по баллам? Вы же можете меня перевести на бюджет? — растерянно посмотрела на ректора.

— Сейчас у нас нет свободных бюджетных мест, — покачал головой он.

— А если я поговорю с новым гендиром и попробую решить проблему? — судорожно сжав край кофты, проговорила я.

Необходимо понять, почему вдруг они отказываются выполнять условия нашего договора.

— Не знаю, Танечка, — устало прикрыл веки ректор, откидываясь на спинку кресла. — Со своей стороны, я могу только передать с тобой ему письмо. Ты хорошая и прилежная студентка, и я постараюсь со своей стороны помочь. Дам хорошую характеристику, может, они и правда передумают и возобновят оплату твоего обучения.

— Только моего? — насторожилась я.

— В нашем университете ты единственная студентка, за кого платила эта фирма. Возможно, кого-то ещё коснулась та же участь, но среди наших студентов только ты, — развёл руками ректор.

— Я сейчас же поеду, с вашего разрешения, — решительно поднялась я.

— Хорошо, я попрошу Наталью Андреевну подготовить письмо. Можешь забрать его через десять минут, — кивнул он и виновато посмотрел на меня.

Через двадцать минут я уже мчалась в направлении холдинга, с которым всего каких-то три года назад заключили контракт, и даже прошла несколько раз практику.

Знала бы, чем обернётся моя встреча с новым гендиром холдинга. Лучше бы я нашла другой выход.

Глава вторая

Вылетела из метро и рванула через дорогу. Время поджимало. Офисы пустеют в пять. Прежний директор задерживался допоздна, но не обязательно его преемник будет делать так же.

Сбоку раздался визг тормозов, и я почувствовала удар. Не сильный, но меня сбило с ног.

— Совсем сбрендила, под колёса кидаться? — из салона выскочил здоровый мужик и накинулся на сидящую в луже меня.

Я вжала голову в плечи, боясь разреветься. Последние колготки безнадёжно испорчены, как и мой парадно-выходной строгий костюм, который я берегу, как зеницу ока.

— П-простите, я случайно, — сдерживая рвущийся всхлип, пробормотала я, порываясь встать.

— Сильно ударилась? Что-то болит? — наклонился ко мне мужик и легко поставил на ноги, подхватив подмышки.

Он был на голову выше меня. Обычной комплекции, но огромный, по сравнению со мной, мелкой пигалицей. Я худая и весьма обычной внешности. Светлые волосы, серые глаза. Одна радость — ресницы густые и длинные, даже краситься не надо. Слегка пухлые губы и тёмные брови.

Оказавшись на ногах, поняла, что больно наступать на правую. Неосознанно схватилась за руку мужчины, оставляя грязные пятна на рукаве явно дорогого пиджака.

— Ногу, кажется, подвернула, — тихо ответила я, морщась от боли.

— Вот бедовая, — ругнулся мужчина и подхватил меня на руки.

Меня обдало запахом дорогого парфюма. И я, тихо ойкнув, вцепилась мужчине в плечи. Мне было жутко неловко. Я же вся грязная и мокрая, он испачкается.

Мужчина посадил меня в салон, не обращая внимания на мою грязную одежду. И обойдя машину, сел за руль. Здесь пахло кофе и кожей. Светлая обивка сидения тут же покрылась пятнами. Но он даже не поморщился. Я хлопнула по карманам своей куртки и попыталась выбраться из машины.

— Сиди! — рявкнул мужчина, — куда тебя ещё черти несут?

— Письмо, там было моё письмо, — всхлипнула, понимая, что слёзы всё же подкатили к глазам и непрошеными гостями просачиваются на щёки.

— Какое, к чёрту, письмо? Я отвезу вас в больницу, — огрызнулся мужик.

— Письмо с характеристикой из деканата. — всхлипнула я. — Оно выпало из кармана. Меня выгонят из универа, если я не договорюсь…

Я не успела договорить. Мужчина вздохнул и снова вышел из машины. Огляделся и, наклонившись, показал мне конверт. Я кивнула, и он вернулся в машину.

— Генеральному директору «СтройПрофиКорп» Бельскому Брониславу Дмитриевичу.

Он внимательно уставился на меня.

А он симпатичный, — мелькнула в голове мысль. На вид около тридцати. Правильные черты лица. Аккуратно уложенные светлые волосы, прямой нос. Голубые глаза в опушении тёмных ресниц. Тонкие губы упрямо поджаты. Он моргнул и кинул конверт на приборную панель. Автомобиль тронулся с места.

— Куда вы меня везёте? Я опаздываю, — запоздало опомнилась я, пытаясь забрать конверт.

— Оставь, — приказал он. — Письмо передам. Я помощник генерального директора «СтройПрофиКорп» Андрей.

— Вы можете меня отвести к нему? Нам с Бельским надо поговорить, — произнесла я и закусила губу.

Вся подготовленная речь вихрем вынеслась из моей головы.

— О чём? — приподнял бровь Андрей и покосился на меня.

— Ваша компания оплачивала моё обучение. У нас целевое соглашение, а вы расторгли его в одностороннем порядке, — не сдержавшись, всхлипнула я. — Мне доучиться осталось чуть больше полугода. Я лучшая на курсе и всё отработаю, когда приступлю к своим обязанностям. Почему со мной так поступили?

— Как? — холодно бросил он.

От его тона по спине прокатились ледяные мурашки. Кажется, даже стёкла в машине покрылись инеем.

— Ваша компания не могла расторгнуть договор со мной, — промямлила я. — Там же трёхстороннее соглашение и я… должна буду отработать у вас не меньше пяти лет. Практику проходила…

— Ты не будешь работать в холдинге, — сухо отозвался Андрей.

— Вы можете объяснить почему? — спросила я, чувствуя, как задрожал подбородок.

Вот-вот разревусь. Не хватает ещё рыдать перед этим придурком.

— Не хочу, — скользнув по мне взглядом, произнёс Андрей. — Это решение Бельского.

— Я… я… этого так не оставлю, вы не смеете лишать меня образования, будущего, — зло сощурив глаза, прошипела ему. — Остановите немедленно машину, без вашей помощи обойдусь.

— Да, пожалуйста, — резко затормозил Андрей, и меня дёрнуло вперёд. — Хочешь пободаться, малыш?

Он развернулся корпусом ко мне и положил руку на спинку пассажирского кресла. На его лице появилась нехорошая ухмылка. Я подёргала ручку двери, но она не поддалась. Повернулась к Андрею, в ужасе, распахнув глаза. По спине пополз липкий холодок страха.

— Не торопись, детка, — выплюнул он, сверля меня холодным взглядом.

В его глазах полыхала ненависть. На губах играла нехорошая ухмылка. Мне стало не по себе. Что он задумал? Почему так ненавидит меня?

— Ты можешь отработать своё обучение по-другому, — прошептал Андрей и быстро облизал свои тонкие губы.

Провёл кончиком указательного пальца по моей щеке, спускаясь к шее. Почувствовала себя, как кролик перед удавом. Внутри всё сжалось в комочек, к горлу подкатила тошнота. Это он сейчас на что намекает?

— Ты красивая девочка, я могу решить все твои проблемы, — хрипло произнёс он. — Тебе не придётся делать ничего нового. Всё то же, что ты делала для прежнего владельца холдинга.

— А? — округлила глаза на Андрея, заливаясь краской. — Я в жизни не видела владельца холдинга. Ни нынешнего, ни прежнего. На что вы намекаете?

Жар стыда разлился по щекам.

— Да ладно, кому ты рассказываешь, — хохотнул Андрей и, наконец, отстранился от меня. — Бельский как увидел бухгалтерские отчёты, так сразу всё понял. Холдинг никогда не заключал ни с кем целевых соглашений. В бухгалтерии просто проходит оплата твоего обучения. Так что не строй из себя недотрогу.

— Выпустите меня немедленно, — прошипела я и сильнее задёргала ручку машины. — Я не собираюсь обсуждать с вами свой вопрос. Мне нужен именно Бельский.

— Если ты думаешь, что твой покровитель очухается и вернёт своё влияние, то ты ошибаешься, — прошипел мне Андрей и нажал кнопку разблокировки.

Услышав заветный щелчок, я буквально выпала из машины и, стараясь не наступать на больную ногу, поковыляла в обратную сторону.

В смысле у нас с холдингом не было целевого договора? А что тогда это было? Почему за меня столько лет платила компания? Бабушка, что же ты мне подсунула? Зачем обманула? Вот только спросить уже было некого. Бабушки не стало два года назад.

Лодыжка нещадно ныла. Присела на ближайшую лавку. Вытерла слёзы рукавом, пытаясь собрать мысли в кучу и остановить бешеный стук сердца после встречи с Андреем. На вид вроде порядочный, а нутро гнилое. Захотелось помыться после общения с этим типом.

Теперь мне однозначно нужно поговорить с этим Бельским и всё выяснить. Интересно, он уже уехал из офиса? Или всё ещё там? Вроде мы не очень далеко уехали. Смогу ли я дойти до нужного здания? Упрямо поднялась и поковыляла в нужную сторону. Не позволю кому-то рушить мою жизнь. Бельскому придётся встретиться со мной и всё объяснить.

Глава третья

Нога нещадно ныла, до головокружения. Обратный путь к зданию занял гораздо больше времени, чем я предполагала. На улице успело окончательно стемнеть. Искусственный свет заливал улицы.

— Девушка, вы куда? — остановил меня на входе охранник, смерив брезгливым взглядом.

Ещё бы. Вид у меня сейчас не самый презентабельный. Я видела своё отражение в зеркальной поверхности стёкол этого огромного здания. Волосы растрепались и спутались от ветра. Куртка и юбка в грязных разводах. Колготки порваны, и мне нигде не попался общественный туалет, чтобы снять их. Да ещё и хромаю, как утка.

— Мне надо поговорить с господином Бельским, он ещё в офисе? — спокойно спросила я, стараясь не поддаваться панике.

Бабушка всегда говорила, что уверенность в тоне и взгляде может сносить любые бастионы. Вот сейчас и проверим, насколько бабуля была права. Я старалась, правда старалась держаться с достоинством и гордостью, несмотря на свой внешний вид и трясущиеся поджилки. В горле стоял ком обиды и безысходности. На глаза постоянно норовили навернуться слёзы.

— Господин Бельский нам не отчитывается, — фыркнул охранник. — Моё дело, не пускать в здание всяких бомжей.

— Я просто упала, — огрызнулась я, одёрнув пониже куртку, чтобы охранник не пялился на мои коленки в драных колготках. — Вы, наверное, новенький. Я проходила здесь практику несколько раз. Мне необходимо поговорить с господином Бельским. Вы можете узнать, здесь ли он?

— Даже не буду заморачиваться, — усмехнулся охранник. — Если проходила практику, значит, есть контакты кого-то из холдинга. Вот пусть они тебе пропуск выпишут, тогда и я закрою глаза на твой внешний вид.

— Но мне очень нужно, вы не понимаете, это вопрос жизни и смерти, — едва сдержала всхлип я. — Хотя бы скажите Бельский ещё здесь?

— Да откуда я знаю, — раздражённо отозвался охранник. — Идите отсюда, девушка, приходите завтра. В нормальном виде.

Я вышла на улицу и обессиленно села в стороне прямо на ступеньку перед входом. Всхлипнула, стараясь не разреветься. Достала телефон и принялась листать контакты. Где-то у меня было пара телефонов отдела кадров и моего куратора Алевтине Николаевне.

Обнаружив нужные номера, попыталась дозвониться куратору по практике в холдинге. Но после звонка расстроилась ещё сильнее. Алевтина Николаевна недавно ушла на пенсию и помочь мне ничем не может. В холдинге много перемен. Новая метла по-новому метёт, как она выразилась обиженным тоном. Я так поняла: её буквально попросили уйти.

И я разрыдалась. У меня осталось меньше месяца, чтобы найти деньги на обучение. Взять их неоткуда. Попробовать и правда куда-то перевестись? Но куда в середине года меня возьмут? Терять время и со следующего года пытаться снова? Боже, бабушка, что же за контракт ты мне подсунула?

Сколько я просидела на крыльце, не знаю. Замёрзла так, что зуб на зуб не попадал. Нога уже пульсировала нестерпимой болью, и от этого слёзы ещё сильнее лились из глаз.

— Бельский, слушаю вас, — послышался властный голос с лёгкой хрипотцой, от которого у меня мурашки побежали по всему телу, вырывая из тревожных мыслей.

Я повернула голову на звук. По лестнице спускался статный мужчина. Широкоплечий и такой огромный, как медведь. Лёгкое полупальто нараспашку. Синий строгий костюм. Вещи облегали его подтянутую фигуру, не скрывая литых мышц под тканью. Он направлялся к стоя́щей у крыльца машине. Водитель вышел и передал ему ключи. Бельский разговаривал по телефону.

— Господин Бельский! — крикнула я охрипшим от слёз голосом. — Бронислав Дмитриевич, пожалуйста, подождите.

Я снова всхлипнула, пытаясь подняться на ноги. Бельский остановился и перевёл взгляд на меня. Приподнял одну бровь, с интересом рассматривая, оценивая. Нахмурился.

— Перезвоню, — он поднёс руку к уху, отключая гарнитуру.

Хромая, закусив губу до крови от боли, подошла к нему.

— Вы что-то хотели? — он непонимающе смотрел на меня.

От его взгляда внутри всё сжалось. По позвоночнику пополз холодок.

— Я… да… вы…, — я всхлипнула, стараясь не разреветься, и поспешно вытерла слёзы со щёк ладошками.

— Если вы хотите сообщить мне, что беременны — не утруждайтесь. Я прекрасно помню всех своих сексуальных партнёрш.

Его голос прозвучал как громовой раскат неба.

— Нет, — замотала головой, краснея до корней волос. — Моё обучение. Я… у меня целевое соглашение… а теперь, оказывается, нет… почему вы так поступили? Середина года же… Я… вы…

Я всхлипывала и дрожала от холода и слёз как осиновый лист. Только сейчас почувствовала, как бесконечно замёрзла. Сжалась под колючим взглядом Бельского.

— Ваш помощник… Андрей, у него письмо из ректората, — заревела я.

— Мой помощник? При чём здесь Андрей? — нахмурился Бельский. — Девушка, я вас не понимаю. Вы можете нормально сказать, что случилось?

— Он наехал на меня. Это моя вина. Но я упала, и письмо осталось в его машине… и…

Резко закружилась голова. Я пошатнулась и наступила на больную ногу. В глазах потемнело, и я начала проваливаться в темноту.

— Девушка, что с вами? — донёсся, как сквозь вату до меня голос Бельского.

Глава четвёртая

С трудом открыла глаза, не понимая, где нахожусь. В лицо летели брызги воды.

— Прекратите, — прошептала я, с усилием поднимая руку, чтобы прикрыться от летящих капель.

— О, очухалась, — довольно хохотнул голос охранника. — Говорю же, Бронислав Дмитриевич, она здесь часа три ошивалась. Вас спрашивала. А потом сидела на крыльце.

— Девушка три часа сидела на холоде, и вы мне не сообщили? — от голоса Бельского внутри всё сжалось в тугой комочек, а сердце подскочило к горлу.

— Инструкцией не велено…

— Принесите воды, — раздражённо прервал охранника Бельский.

Заозиралась, пытаясь подняться.

— Лежи, — пригвоздил меня Бельский за плечи к кожаному дивану.

Под головой что-то мягкое и пахнет так приятно. Охранник принёс стакан воды и ушёл.

— Я… простите…, — выдохнула, глядя в зеленовато-карие глаза того, кто лишил меня будущего одним росчерком.