Размазня, покажи зубки

– Потом ему перезвоню, – согласилась она с матерью, понимая, что запуталась. С одной стороны Арсен был очень с ней груб, но с другой… у неё опять не будет парня. А груб Арсен был со Светой потому, что она его обманула, но… вот если бы кто-нибудь намекнул Арсену, что со Светой надо нежно…

Может быть, всё и срослось бы?

– Сейчас звони, а я послушаю как ты с ним разговариваешь! – приказала мать, – С мужиками надо ласково и кокетливо, как будто воркуешь. У Ленки, поганки, такой воркующий голос был, что завидно. Я тебя научу!

– Мам, – от мысли, что сейчас придётся позориться перед матерью, Света стала несговорчивой, – А почему ты сама не научилась? Ну, как твоя… тётя Лена? Ворковать? – она и сама обалдела от своей бестактности.

– Я пыталась, – казалось, мать не обиделась, что было немного странно, – И так пыталась, и эдак. Не дано мне, видимо.

– Может, и мне не дано? – предположила Света тихо.

– Не наговаривай на себя. Ты даже не попробовала! Я тебя научу. Давай звони, говори! – мать не успокаивалась.

– Не буду, – от стыда бледные щёки Светлячка стали пунцовыми. Звонить Арсену? Ещё и «ворковать»? Она не сможет, просто не сможет.

– Всё, я с тобой не разговариваю! Я перед ней душу выворачиваю, а она…

Вечером к Светке пришла довольная и румяная Юлька. Её волнистые, светло-русые волосы были небрежно зачёсаны назад, губы распухли, а на шее явственно проглядывали следы недавнего бурного разврата. Засосы. Светка со стыда бы сгорела, а Юлька ничего, будто бы даже гордится.

– Чё у тебя абонент недоступен? – предъявила она с порога, неодобрительно разглядывая серенькую Светкину пижаму, – Дрыхнешь?

– Она с Арсеном поругалась, он названивает, а она трубки не берёт. Видала такую дуру? А всё потому, что пописять нормально не может, – доложила мать из кухни, – Юль, хоть ты ей скажи, чё она творит? Потеряет же мужика…

– Пописять? Чё это значит? – Юлька почесала затылок, – И Арсен тут причём?

– Цистит, – слабо улыбнулась Света, – Но сейчас чуть получше, а Арсен… он вообще ни при чём.

– Так… рассказывай, чё произошло?

Юлька схватила Светку за руку и почти насильно втащила её в комнату.

Глава 7

Серые Юлькины глаза смотрели на Светлячка с недоумением. Казалось, она вообще не поняла сути Светкиной проблемы. Ещё бы, та старательно опустила все острые моменты, и история выглядела обыденной: поехали с Арсеном в гостиницу, переспали и…

– А чё поругались тогда? Тебе не понравилось? Он долбоёб, да? По мне всё нормально: снял номер, как и обещал, отвёз-привёз. Чё не так?

Светка задумалась: получается, что всё нормально?

Только что нормального-то?

– А что нормального-то? – она тихо всхлипнула.

– Свет, колись! Чё было? – Юлька даже заёрзала от нетерпения: она очень любила всякие интересные подробности и, чем интимнее, тем лучше, – Как тебе помочь, если я ничего не знаю?

– Он понял, что я не девственница, – Светкино лицо и шею залило болезненной краской.

– Ну, и чё? Какой век? Сейчас в двадцать пять лет девственницами остаются лишь совсем ебанутые. Он же не идиот, должен понимать, – Юлька хмыкнула, – Или… он тебя замуж хотел взять? Слушая, не томи, а? Безумно интересно! Он тебя бросил?

Мысль о замужестве задела Светлячка за живое: если бы Арсен взял её замуж, мама прекратила бы лезть со своими советами и стала бы уважать, и Юлька взглянула бы на неё другими глазами. От обилия «бы» в глазах зарябило. «Если б да кабы во рту выросли грибы, то это б был не рот, а блядский огород!» – так говорила покойная бабушка, известная на весь город матершинница, но эту присказку Света не понимала: однажды у неё уже вырастали грибы во рту, но огородом рот не стал, просто пришлось долго лечиться от грибкового стоматита.

– Он был со мной груб! – выпалила Светка, морщась от воспоминаний, – У меня до сих пор всё ТАМ болит!

– Жёсткий секс, у-у, – Юлька мечтательно закатила глаза, – У меня тоже сегодня ночью было жёстко: Майкл был со мной КРАЙНЕ жесток, я вся в засосах, а ноги разъезжаются, – она похотливо захихикала.

– Майкл? Какой Майкл? А как же Славик? – разглядывать искажённое непристойными мыслями Юлькино лицо Свете было неприятно, а новое мужское имя и вовсе повергло её в шок. Кто такой Майкл? Почему Майкл? Он иностранец? А где Славик?

– Свет, ну чё ты такая скучная? Славик подождёт. Я же ещё вчера тебе сказала: шикарный уикенд. Ты реально думаешь, что Славик может устроить мне что-то шикарное? Он же зануда! Он даже трахается занудно: в миссионерской позиции и в презике. А я хочу нормального жёсткого секса, чтобы искры из глаз. Ну, ты меня понимаешь?

Юлькин рассказ совсем сбил бедную Светку с толку. Неужели то, что творил с ней вчера Арсен, может кому-то понравиться? Разве есть такие странные женщины?

– Он сказал, что оттрахает меня, как последнюю шлюху, – выдохнула она в порыве откровенности, содрогаясь от ужаса произнесённого, – Шлюху, представляешь? Это же… ужасно.

Но Света уже ни в чём не была уверена.

– О да! Мне уже нравится твой Арсен! Света, это же так чудесно! Со своим нудным Славиком я совсем позабыла, что такое настоящий трах! – казалось, Юлька говорит правду. Её глаза светились, а щёки стали пунцовыми от удовольствия.

– Но я ТАК не хочу, – произнесла Света тихо, сама пугаясь своей смелости.

– Просто ты фригидная, – огорошила её Юлия, и перед Светкиными глазами пронеслись недавние мамины слова и фразы «неудачница», «темпераментной не была», «всем им нужен секс».

– Фригидная?

Что может быть хуже? Это финиш, неликвид, клеймо на всю оставшуюся жизнь.

– Ладно, не обижайся, я только предположила, – смилостивилась Юлька, откидываясь на подушки, – Ты ещё молодая. Возможно, в тебе просто не проснулась женская сексуальность. Нужно познакомить тебя с Майклом, он всему тебя научит!

– С ТВОИМ Майклом? – Светка сглотнула, – Но он же ТВОЙ.

– К сожалению, Майкл не мой, а чей-то. Он давно и счастливо женат, просто любит секс, как и я. Скажу тебе по секрету, женатые мужчины в этом деле в разы опытнее неженатых: у них постоянная практика и тонкое понимание того, чего хочет женщина. Кроме того, я не ревнивая, мне для подруги ничего не жалко, даже Майкла, это ты у нас психуешь из-за каждого парня. Ну, чё? По рукам?

– Н-не знаю…

– Нинаю, – передразнила Юлька, оттопыривая нижнюю губу, – Я ей реальную помощь предлагаю, а она «нинаю»… Как же ты меня бесишь!

– Ладно, хорошо, я согласна, – Светка покорно кивнула. От предвкушения того, что она научится получать удовольствие от секса, ей стало… страшно.

– Только вот не надо мне этих одолжений!

В дверь позвонили, и Светка замерла в тревожном предчувствии. А через несколько секунд взволнованная мать заглянула в комнату с загадочным видом.

– Арсен пришёл! – объявила она громким шёпотом, – Приведи себя в порядок, быстро! Не позорь меня, Света! – зашипела родительница скороговоркой.

– Ну, и дела творятся, – присвистнула Юлька, завистливо ухмыляясь.

– Арсен?

Смесь ужаса, растерянности и… радости вызвали в душе Светки атомную реакцию.

– Я… я, – пролепетала она, не зная, что делать.

– Свет, ну ты дура? – почти в унисон произнесли мама и Юля, – Выйди к нему.

Светлячок тихо торжествовала: если Арсен отложил все дела и заявился к ней домой, значит она ему небезразлична? Может быть, ещё и получится у них что-то? Всё-таки он единственный, кто так настойчиво и долго к ней ездил. Уже третья неделя пошла – это срок.

Сгорающая от любопытства Юлька, которая Арсена ещё ни разу не видела, и радостная, но бледная Света вышли из спальни друг за другом.

– Добрый вечер, – поздоровалась Юлька с Арсеном громко и уверенно.

– Привет, – хотела произнести Света, но её голос сел от волнения.

– Здорово, – Арсен окинул Юльку равнодушным взглядом и пробуравил Светлячка взглядом неодобрительным, – Чё трубку не берёшь?

– А у неё телефон сломался. Да, Света? – подсказала мать, подслушивающая из-за стены.

– Теле… фон, – повторила Света и осеклась: врать она не любила.

– Пока, – Юлька тщетно пыталась обратить на себя внимание, но Арсен никак на её ужимки не реагировал. Тогда она юркнула мимо него с ехидным смешком, открыла дверь и тихо вышла.

– Чё за тёлка? – спросил Арсен у Светки, кивая в сторону выхода.

– Моя подруга, – объяснила Света срывающимся голосом.

– Шалава, – вынес свой приговор Арсен, осуждающе качая головой, – Ну, может тогда в дом пригласишь, раз никуда со мной ехать не хочешь?

Светка густо покраснела – Арсен оказался догадливее, чем она думала.

– Проходи, – бросила она короткое, внутренне сжимаясь.

– Арсен, вам чаю или кофе? Может быть, какао? – проворковала мать, выглядывая из кухни и заискивающе улыбаясь. А говорила, что «ворковать» не умеет!

– Кофе со сливками, – смущаться Арсен не стал, – И сахара побольше.

– Ох-хо-хо, всё сделаю, – мать явно была довольна.

И Арсен со Светой чинно прошли в Светкину комнату.

Глава 8

Светлячок обречённо опустилась на компьютерный стул, жестом приглашая гостя занять почётное место в мягком кресле. Она боялась поднять глаза, чтобы не спровоцировать Арсена на очередную нравоучительную лекцию. Если он снова начнёт про своё «неуважение», она не выдержит и разревётся. Ещё и по-маленькому захотелось, как назло.

– Ничего у тебя тут, уютно, – одобрительно кивнул Арсен и бухнулся на наспех заправленную Светкину кровать, игнорируя кресло.

Наступила неловкая пауза.

– Спасибо, – ответила Света, чтобы сказать хоть что-то. Она задержала дыхание, собираясь терпеть до победного и в туалет при Арсене не ходить, однако мочевой уступать не собирался: позывы становились всё настойчивее и болезненнее, – Я сейчас!

– Ну, и куда ты, Света? К тебе гость пришёл, а ты убегаешь, – ласково пожурила Светлану мать, подоспевшая со стаканом кофе, – А вы любите блинчики, Арсен? Я как раз блинчиков испекла, ещё горяченькие.

Света застыла посреди комнаты, не зная, что ей делать – с одной стороны бросать гостя одного в комнате – невежливо, но с другой низ живота настолько сильно свело, что она чуть не застонала.

– Буду блины. А сметана есть? – кареглазый Арсен застенчивостью не страдал.

– Есть сметана, есть. Ах, как же я люблю мужчин с хорошим аппетитом! А ты, Света, будешь блины? – наконец-то мать обратила внимание и на Свету.

– Буду, – еле слышно ответила та, заметно бледнея, – Только мне сначала надо…

– Иди-иди, – кажется, мать всё поняла. Странное дело, но при Арсене она стала приветливой, симпатичной и очень понятливой. Она не задирала Свету, не называла её растыкой и не жаловалась на жизнь – в общем, производила впечатление приятной женщины и гостеприимной хозяйки.

Светка быстро сходила по своим маленьким, но важным делам и облегчённо выдохнула. В туалете можно было немного расслабиться, пока никто не видит. Была бы её воля, она бы осталась здесь навечно: заходить в оккупированную Арсеном комнату было настолько неловко, что от напряжения сводило лицо. Светлячок чувствовала себя овцой на заклание. Короче, ужасно себя чувствовала!

Зачем ОН пришёл? Рада ли она ему? Честно говоря, Арсен – первый парень, который зашёл в её девичью спальню, эдакую «священную келью», в которой прошли её безрадостное детство и юность, и от этого было и страшно, и радостно, и непонятно. Светлячок постаралась расслабиться. Было бесконечно волнительно осознавать, что когда-нибудь она обзаведётся семьёй и разделит свою постель с мужчиной. Наверное, это лучшее, что может произойти с женщиной.

Когда робеющая Светлячок зашла в свою спальню, в нос ей ударил насыщенный мужской запах. Нет, в нём не было ничего сильно отталкивающего, но уровень тревоги почему-то вырос в разы. Парень уже расположился за Светкиным столом, жадно накинувшись на стакан с кофе. На секунду промелькнула странная мысль: а нравится ли ей Арсен? Его запах Светке не нравился определённо: слишком резкий, слишком яркий, слишком… чужой. Настолько агрессивный, что перебивал даже аромат кофе!

Наверное, все мужчины так пахнут. Светлячок решила не заморачиваться и постараться о запахах не думать. Тем более, что мама уже внесла целую тарелку аппетитных, румяных блинов.

– Сметану! Ну, конечно, сметану. Я всё помню, сейчас принесу, – произнесла Аглая Борисовна задумчиво и незаметно Свете подмигнула, – И больше вас беспокоить не буду. Делайте, что хотите! – последняя фраза девушку испугала. Мало ли чего захочет Арсен? От страха у неё взмокла спина, а руки сильно задрожали, но, слава богу, парень не обратил на это никакого внимания.

Всё к лучшему. Светка расположилась на краю кровати и рассеянно наблюдала с каким зверским аппетитом Арсен уплетает блины. Когда мама принесла блюдце со сметаной, тарелка была уже ополовинена.

– Кушайте на здоровье!

Светка даже немного Арсену позавидовала: сама она настолько нервничала, что есть не могла, хоть и была голодна.

– Вот и хорошо.

Она не сразу поняла, что конкретно он считает «хорошим», и испуганно вздрогнула.

– Значит, маме ты ничего не сказала, и это правильно, – карие глаза Арсена опасно блеснули и уже прожигали в её щеке дыру, – Я слегка погорячился, но ты меня спровоцировала. Я ничего не боюсь: ты сама согласилась, а я не сделал с тобой ничего плохого, хотя мог бы, и был бы прав. Я ничего не боюсь. Просто, знаешь, есть такие ебанутые бабы, которые вначале провоцируют, а потом вымогают с пацанов деньги. Ну, там заявы всякие, предъявы… Понимаешь о чём я? Свет, чё молчишь, язык проглотила?

– Я… я…

– Какая ты всё-таки мямля. Ты разговаривать умеешь? Ни о чём с тобой поговорить нельзя, а вот мама у тебя дельная. Ты не в неё, видно сразу. Блины-то умеешь печь? – Арсен никогда не требовал рассказывать о себе, его вполне устраивали собственные монологи, поэтому неожиданная претензия сильно Светку расстроила.

– Умею… немного, – она почти не соврала, блины она умела печь с детства. Единственное, что у неё получалось хорошо, это блины. До маминых далеко, конечно, и Юльке не нравились, но… – Умею.

Почему-то Светлячку представилось будто она печёт блины Арсену, а тот нахваливает её за хозяйственность и ловкость. Арсен в семейных трусах, а она в коротком халатике с короткими руками, а в доме пахнет ванилью и семейным уютом.

Зачем он про блины спросил? Неужели хочет серьёзных отношений? От этой мысли стало невыносимо жарко. Может, ещё и получится у них что-то путное?

– Короче, Свет, ты не на того напала: если захочешь меня на бабки развести, я тебя на весь город ославлю, поняла? Не забывай, у меня твои фото есть. Надеюсь, ты не настолько дура, чтоб заявление писать. Подумаешь, пара синяков на жопе. Те две шалавы видели, что ты по доброй воле со мной шла. Я не виноват, что ты ебанутая оказалась. Поняла меня. Света? Ты уснула или чё? – Арсен толкнул Светку в плечо, отчего она сильно покачнулась и чуть не упала, – Я с кем разговариваю?

Он ей угрожает?

– Фото? – Светлячок не поверила своим ушам.

– Фото, – кивнул Арсен, – Ну, давай, не дуйся. Маме респект, а ты не кисни. Я сразу понял, что у нас с тобой ничего не получится, ты – не мой вариант: зажатая, забитая, скучная. Я подумал, что ты девственница, хотел раскачать тебя маленько, растрясти и посмотреть, чё получится, но ты уже того… Короче, нет у меня с тобой перспектив. Ты… какая-то не такая.

– Не такая? – повторила Светка как эхо, ошарашенная отрезвляющей правдой. То есть он приехал только ради того, чтобы узнать собирается ли она писать на него заявление или нет и припугнуть? Опять нестерпимо заныло в мочевом пузыре, – Посмотреть, чё получится?

– Понимаешь, баба она либо баба, либо что-то не то. Вот мать твоя – настоящая, а ты…

– Ненастоящая? – измученная болями Светка истерически взвизгнула.

– Ну, не то. Вроде и тело есть, и личико симпатичное, но не то. НЕВКУСНАЯ ты! Ладно, пошёл я. Больше мне не звони, я всё равно трубку не возьму, – Арсен гордо расправил плечи, встал во весь рост и неспеша из «священной кельи» вышел, с наслаждением поглаживая сытый живот. На Светкином компьютерном столе, рядом с клавиатурой, осталась пустая, измазанная маслом тарелка.

– Проводи гостя, Светлячок! – суетливо запричитала мама, – Ну, что же ты? Проводи! Приходите ещё, Арсен! Мы всегда вам рады.

«Да пошёл он на хер!» – орало всё Светкино существо, захлёбываясь от ненависти, – На хер! На хер! На хер! Пусть катится!»

Но она молча встала и вежливо проводила Арсена до выхода, чувствуя, как в бедном горле уже начинает потихоньку пульсировать что-то обжигающе горячее.

– Помни и не делай опрометчивых шагов, – Арсен криво улыбнулся, – Пока!

– Пока…

Странно, но вместе с Арсеном исчез и пульсирующий ком, и напряжённость, а растоптанное в клочья самолюбие сменилось в расстроенной Светке непонятным чувством… облегчения.

Она машинально включила телефон, который по привычке носила в кармане, и через некоторое время раздался мелодичный звук – пришло сообщение.

«Слушай, а он классный. Я тебе завидую» – писала Юлька, украшая текст красноречивыми бананчиками.

– Какой парень воспитанный, – умилялась весёлая Аглая Борисовна, сжимая в руках кухонное полотенце.

А в воздухе ещё витал ЕГО запах. Его бесячий, отвратительный запах, похожий на запах псины…

Глава 9

Айтишник Дима наведывался в бухгалтерию часто, но был настолько нелюдим и неразговорчив, что со временем его перестали замечать. Некрасивые очки с толстыми стёклами и огненно рыжие волосы делали его похожим на персонажа из «Гарри Поттера», но на кого конкретно никто определить не мог. Местные тётки-бухгалтера прозвали Диму Маглом. Учитывая то, что парень был рукастым и талантливым, оскорбительное прозвище подходило ему мало, и он просто на него не отзывался.

Дима был странным в принципе.

– Это тебе, – тихо буркнул он себе под нос и оставил на рабочем столе Светлячка шоколадку.

И одинокая Светкина пятница засияла новыми, яркими, но очень странными красками.

– Спаси…

Но немногословного Димы уже и след простыл.

– Какие дела творятся, девки, это ж охренеть, – воскликнула белобрысая Маша, Светкина ровесница, с которой они неплохо общались, – Магл Светлячку шоколадку подарил, – от любопытных Машкиных глаз скрыться было невозможно. Маша могла ошибиться в чём угодно, но только не в том, кто к кому неровно дышит, – Света, даже не знаю поздравить тебя или посочувствовать.

Отчего-то Свете стало дико неудобно: в их женском коллективе Магл был кем-то вроде прокажённого, вроде бы парень, но… Вот если бы шоколадку подарил Андрюха из юротдела или Жора из отдела закупок, да что уж там: если б лысый и толстый Вениамин Анатольевич, их начальник, карамелькой угостил – это было бы достижение. А Магл – он же Магл, с ним даже поговорить не о чем, кроме экселя и капслока.

– Нормальный парень, просто неразговорчивый, – заступилась за Диму Марина Геннадьевна, самая старшая из женщин, – Хотя Светлячку он мало подходит, она-то у нас самая настоящая красавица.

Светкины щёки ярко вспыхнули – красавицей её никогда и никто не называл.

– Красавица, – согласилась Маша, весело Светке подмигивая, – Не мудрено, что наши мужики заглядываются, по ней с ума сходят!

Издевается? Если кто-то и сходит по Светке с ума, так это Машкин Рекс, но он собака. Активный и дружелюбный эрдельтерьер Рекс просто обожал третировать робкую Светку, которая до смерти его боялась. Наглый пёс засовывал морду Светке между ног и не давал сделать ни шага: нюхал, гадёныш!

– Никто по мне с ума не сходит, – принялась жалко оправдываться смущённая девушка, – Это обычная шоколадка, ничего личного.

– Не спорь. Я давно заметила, как Магл кругами вокруг тебя ходит. Он на тебя запал – это железно.

И девчата стали непринуждённо щебетать о том, кто за кем ухлёстывает и кто с кем спит.

– Не теряйся, Светлячок, – напутствовала Маша Свету, снисходительно посмеиваясь, – Бери Магла в оборот, а мы на вашей свадьбе погуляем.

Мысль о том, что ей придётся ходить с Маглом под ручку и ложиться с ним в постель повергла бедную Свету в шок. Ладно бы с Арсеном, который не звонил уже пятый день – тот хотя бы на мужика похож и маме нравится. Да, после Арсена пришлось несколько минут проветривать квартиру, но мама сказала, что так «приятно» и «хорошо» пахнут только те, у кого много тестостерона.

А Дима? Чем пахнет Дима? Молоком? Он же бледный и прозрачный, словно молочный кисель?

Нет! Нет! И нет!

Ну, почему шоколадку подарил именно Дима, а не кто-нибудь другой? Ещё и шоколад с орехами, и с изюмом, как назло! Откуда Магл узнал, что она любит именно такой?

Благодаря этому выдающемуся происшествию, рабочий день пролетел незаметно, а мысли о том, позвонит ли ей Арсен или нет, отошли на второй план. Да, Светлячок всё ещё надеялась, что Арсен исправится и поймёт, что был не прав – такая уж она неубиваемая оптимистка. В то, что он всерьёз собирался шантажировать её интимными фотографиями, Света верить не хотела.

– Можно тебя проводить?

Простой вопрос заставил удивлённую Светлячка подпрыгнуть. Так много слов Дима не говорил никому, и она растерялась.

– Иди, Света, – приказала всё понимающая Маша громким шёпотом, – Иди, – кажется она смеялась.

Неожиданное, но приятное мужское внимание согревало Светкину душу, но совсем не радовало глаз. Что может быть хуже конопатого рыжего парня в очках с диоптриями? Даже без парня лучше, чем с таким, которого никто не любит.

– Ну, проводи, – Света и сама не поняла, отчего произнесённая ею фраза прозвучала так… стервозно, что ли. Это было совсем на забитую Свету не похоже, и на секунду она смутилась, – До остановки.

– Я знаю, где ты живёшь, это недалеко. Давай лучше погуляем, – оказывается, Дима умел быть настойчивым.

– Ну, ладно.

Светка густо покраснела.

На выходе из учреждения дышать ей стало заметно легче, так как все, кто мог осудить, остались далеко позади. Света с Димой очутились в живописной кипарисовой аллее и прошли в полном молчании несколько метров. В воздухе стоял запах смолы и пряной свежести.

Отчего-то вспомнились слова Арсена про то, что она мямля и не умеет поддерживать беседу. А ведь он прав! Теперь, когда Светке встретился неразговорчивый парень это стало особенно заметным. Что ж, нужно исправляться.

– Откуда ты знаешь, где я живу? – спросила девушка, удивляясь тому, как легко у неё получается разговаривать. Наверное, потому, что Магла она не боится.

– Я провожал тебя в прошлом году после корпоратива. Ты разве не помнишь? – ответил Дима тихо, и в его голосе послышалась грусть.

– После корпоратива? – Светлячок задумалась.

– Восьмое марта, – напомнил Дима так же тихо, и Светлана вспомнила. Перед восьмым марта она сильно поссорилась со Стасом.

Нет, не ссорилась она со Стасом! Банальной ссорой то, что произошло, назвать было сложно. Света просто увидела его в подъезде с Юлией. В ИХ подъезде! Юлька не таилась, а Стасик не стеснялся – бывший и лучшая подруга просто с ней поздоровались, а чуть позже Юлька прилетела объясняться.

В общем, тот корпоратив Света помнила смутно. С горя она напилась так, что еле держалась на ногах, и кто-то добрый дотащил её до дома.

И они целовались с этим кем-то возле подъезда! И… это было очень и очень приятно.

– Бли-и-ин! Дима? – от стыда Светлячка замутило, – П-прости… я…

– Всё хорошо, я не в обиде. Ты была расстроена. Все мы иногда расстраиваемся.

– А почему ты не сказал раньше, что это был ты? – Светка искренне удивилась: от момента их со Стасом расставания прошло уже больше года, но Дима ни разу не напомнил ей о том вечере! Она-то думала, что ей всё приснилось.

– Я… стеснялся, – просто объяснил он, и Света его поняла.

Белая «Мазда» затормозила возле них с диким визгом, когда Дима с взволнованной Светой вышли из парка и перешли на другую сторону проспекта. Водительская дверь резко открылась, и из автомобиля выскочил дёрганый и явно взбешённый… Арсен. Его карие глаза метали молнии, а кулаки воинственно сжались, поэтому Светлана невольно отшатнулась.

– Ты чё с моей девушкой делаешь, ты?! – кинулся он на Диму, грубо отталкивая того в сторону, отчего парень чуть не потерял очки, а дальше…

Дальше произошло нечто ужасное, но закономерное: с пассажирского сиденья белой «Мазды» выпорхнула лёгкая, похожая на прекрасную бабочку Юлия в кокетливом коротком платьице.

– Арсен, не надо! Не связывайся! – запричитала она жалобным голоском, поправляя задравшуюся юбчонку, – Оно того не стоит!

– Иди отсюда, прилипала! Тебя никто не спрашивал! – грубо рявкнул на неё Арсен, брезгливо сплёвывая.

– Арсен? – Юлька обиженно отступила, собираясь расплакаться, – Зачем ты так со мной?

– Что Я с ТОБОЙ? Ты сама ко мне привязалась. Отвали от меня, идиотка! – Арсен схватил ошарашенную Светку за руку и потащил её за собой, – Чё, блять, стоишь, пизда тупая? В машину залазь или пешком иди тогда, – бросил он покрасневшей, как помидор, Юльке.