Проклятая Страсть

Я крепче прижал ее к себе, ожидая подвоха, но в ответ, она лишь доверчиво прильнула ко мне и поцеловала в щеку. Я едва не разорвал ее на месте, что она задумала, я не знал ее мыслей и видел, она нестандартно ведет себя, все это выбивало меня из колеи. Сейчас девочка будет наказана, я буду делать с ней все, что я захочу....

Я вошел в свои покои и захлопнул дверь, пошел в сторону спальни. Я весь горел от ее прикосновений, она прижималась ко мне и молчала, а я шел в ожидании что с ее пухлых губ сорвется очередная колкость, но этого не случилось.

Я как вещь швырнул ее на кровать и сел сверху, она лишь молчала, смотря на меня взглядом бедной овечки, девочки, готовой на все, но я то знал, что сука это не так...

****

Марго

Я ощущала себя вещью, но понимала, я сама во все это вписалась и, рискуя дальше доводить Хасанова, могла остаться без денег и без мести. Начало игры положено, как горько бы это не звучало, но это игра, между агрессором и жертвой. Глубокая проникновенная игра, я не хотела быть пешкой в игре Карельского, но, чтобы стать королевой, нужно иногда побыть и пешкой в 21 веке.

Хасанов скинул с себя рубашку, обнажая идеальное мускулистое тело, а я незаметно сжала руки в кулаки. Десять лет возвращались, все то же самое, только еще этот подонок бил меня. Ну же Марго, соберись.

Он повалился на меня, покрывая поцелуями мои губы и шею, а я раздвинула ноги так, что оказалась полностью прижатая к нему. Его руки стащили с меня платье, и он удивленно смотрел на меня.

- Ты знала, что я трахну тебя сегодня? - его голос был хриплым.

Я улыбнулась.

- Конечно, поэтому и не надела трусы.

Он усмехнулся и, потянув меня на себя, провел рукой по промежности, я вздрогнула, когда Виктор сделал это первый раз, у меня началась истерика, а сейчас я с ужасом испытывала какое-то странное чувство, что мне незнакомо это и хочется еще.

С дикостью первобытного зверя, он накинулся на меня, целуя и покусывая все мое тело. Я не знала, как вести себя, но не могла не признать мне хорошо и ненавидела себя в глубине души за то, что мне хорошо с этим ублюдком, сломавшим мою жизнь.

Его пальцы скользнули в меня, новое незнакомое ощущение тока по всему телу пробило меня. Что это? Вожделение? Или такая реакция на месть?

Он ввел в меня вначале один, а потом второй и трахал меня ими, а я закусывала губу до крови, мне нравилось, да, черт возьми, нравилось. Зубами он кусал мои соски, а я сильнее закусывала губу, меня била дрожь, дрожь которую я сейчас так ненавидела, как и себя....

****

Артур

Девчонка заранее все знала, но то, как она ломалась было достойно похвалы. Я ласкал ее, стараясь сдерживаться и не причинить увечий, но мне все сложнее было сдерживаться. Ее тело манило к себе. Внутри нее было жарко и горячо, но, как ни странно, она не издавала никаких звуков, не извивалась подо мной, не кричала. Я не помнил ни хрена, что было ночью, но был уверен, в постели она огонь, а оказалось лед.

Ей было хорошо, но и не более того. Меня это злило, но я не мог не признать, распаляло лишь сильнее, обычно женщины с ума сходили без преувеличений в моих объятьях, а тут...

Я грубо схватил ее за волосы и притянув к себе, схватил со стола первое что попалось под руку, это был мой галстук, им я начал перевязывать ее руки, мне нравилось в сексе многое, и я был уверен и понравится ей. Ее тело сводило меня с ума, и желание оказаться в ней доводило меня до безумия. Вдруг она резко дернулась и начала вырываться, дело пошло как по маслу, я придавил ее своим телом к кровати и зажав рот рукой резко вошел в нее, девочка входила в образ, быстро все понимала, и мне черт возьми это нравилось.

У меня потемнело в глазах от страсти, я входил все глубже, понимая как у нее там все узко и горячо. Еще немного, и я так кончу, оказаться в роскошном теле девчонки которую так желаешь и ощущать, что у нее было не так много мужчин, а я это понял, как только оказался в ней, было непередаваемым ощущением.

Интересно, этот напомаженный Кен был у нее первым? Сука, я готов был разорвать этого ублюдка, я бы многое отдал, чтобы стать ее первым мужчиной сейчас и чтобы она узнала, каково это когда Артур Хасанов первым трахнет ее и будет в ней только он и больше никого.

Рассудок отключался, я сильнее натянул ее на себя и припал губами к ее шее. Меня накрывало.

- Сладкая моя девочка! - прошептал я, как внезапно отрезвился.

Она всхлипнула, а я посмотрел ей в лицо, поток слез лился из глаз девчонки....

****

Марго

Когда он связал меня, все мои мысли о том, что я должна стать его послушной секс рабыней, улетели моментально. Во мне поселился страх, но я еще пыталась держаться, отдаваясь навстречу ласкам, и не понимала его Жанну вообще, он был превосходным любовником, все как нравилось бабам. Точно зверь, что этой дуре не хватало... Но когда этот подонок прошептал мне на ухо:

- Сладкая моя девочка!

Я не могла остановить поток льющихся слез, мне стало больно и внезапно очень холодно, несмотря на его жаркие ласки... То же самое… Те же самые слова он прошептал мне десять лет назад.

Мне внезапно стало нечем дышать, все тело сковало отчаянием и болью. Я не могла дышать, ничего, только слезы, мечта избавиться от этих слов с треском провалилась, я услышала их вновь. Моя сладкая девочка, такой обожаемый комплимент женским полом, стал для меня роковым. Я едва не разрыдалась в голос.

Хасанов приподнялся на мне, я только сейчас поняла, что он вышел из меня, и удивленно разглядывает мое лицо. Твою мать, Марго... Как ты могла разрыдаться при сексе с ним, ты сдаешь позиции.

- Ты чего?- ошарашенно спросил он.

Я слегка приподнялась и утонула в шелковых подушках.

- Все хорошо, извини, ты меня локтем сильно придавил, плечо!

Я замолчала, понимая, что несу полнейшую чушь. Ну какой локоть, какое плечо...Хасанов не отрывал от меня взгляда, а я понимала, что нужно сваливать. Секс испорчен, как и его кайф. Я ему испортила всю картину. Я обхватила колени руками стараясь на него смотреть, он же наоборот не сводил с меня взгляда. Внезапно он настолько поразил меня, его рука скользнула к моему подбородку и он взяв за него, поднял на себя.

- Посмотри на меня, в глаза! - властно произнес он.

Во мне мелькнул страх, а что если сейчас он узнает меня. Нет... Столько лет прошло, я была совсем другой, это невозможно.

Я подняла на него глаза, Хасанов крепче сжал мой подбородок.

- Кто это сделал?

Я опешила, его глаза были серьезными как никогда, я не понимала о чем он и не хотела понимать, но шальная мысль, что он имеет в виду, закрадывалась в мою голову.

****

Артур

Я видел ее глаза, в них было такое отчаяние...Когда девчонка обхватила своими тонкими ручками колени, я сжал руку в кулак. Что-то дрогнуло, то, что ее изнасиловали, это было понятно идиоту, злость нарастала все сильнее. Я не верил ей, но сейчас передо мной сидела, словно другая Марго, как она себя называла, а попросту Рита. Потерянная, нежная... Я поморщился, ненавижу это слово, но оно было нужно, бабы его любили. То ли она гениальная актриса, то ли мои догадки верны.

- Кто это сделал?- я был в ярости и сам не понимал, почему меня вообще не должно это было касаться, ведь она очередная шлюха в моей постели, но я завелся не на шутку.

- Я не понимаю, о чем ты! - прошлая Марго возвращалась, она пыталась собраться, но я, не давая ей это сделать, сильнее сжал подбородок.

- Кто это сделал? Не прикидывайся дурой!

Я чувствовал ее дрожь, она отвела глаза в сторону. Сука...Мои догадки верны.

- Я не хочу об этом, это было давно и неправда, я не хочу об этом, прости!

Она дернулась, а я сжимал ее еще сильнее. Злость нарастала все сильнее.

- Отпусти подбородок, больно!

Я отпустил ее, она попыталась встать, но я рукой толкнул ее обратно.

- Куда ты собралась?

- В номер! Я сегодня точно ни на что не готова!

Я смотрел на нее, обычно после секса меня раздражала даже Жанна, хотя она была молчалива и беспрекословна, но как я увидел, в тихом омуте, черти водятся. А здесь... Я не хотел ее отпускать, я не насытился ею и хотел ее, но знал, это слишком... Я ненавидел женские слезы и столкнулся с ними во второй раз, я не хотел, но и отпустить ее не желал.

- Ты куришь?

Девчонка кивнула.

- Так, иногда!

- Пойдем!

Она встала, а я невольно залюбовался изгибами молодого женского тела. Среди всех моих любовниц супермоделей она была само совершенство, только грудь подкачала, но я сделаю ей ее, а вообще ей итак неплохо. Она как греческая Богиня. Хасанов... Придурок, что ты несешь... Какая Богиня... Я не на шутку разозлился на себя и грубо схватил ее за руку.

- Пойдем!

Она попыталась взять платье, но я потащил ее так и не одевался сам, я хотел любоваться ей, смотреть на нее, прикасаться к роскошному телу.

Закурив, я краем глаза смотрел на нее. Рука тряслась, но она не подавала виду. Вся та же напыщенная борец за правду с колким язычком.

- Сколько тебе лет было?

Девчонка прищурила красивые глаза.

- Ты для этого меня сюда позвал? Да я завалила наш секс, но это не повод расспрашивать меня об этом. Я не хочу вспоминать!

Она отвернулась, смотря на ночное небо, а я отшвырнул сигарету. Повод, еще какой повод... Я не мог сейчас думать ни о чем кроме этого, злость переваливала через край. Сука... Я не знаю, как вести себя, но я опять хочу ее трахнуть, хочу, чтобы она была в моей постели постоянно, я хочу любоваться ей, трахать ее, когда захочу и сделаю это, и как ни странно, но я хочу знать, знать, сука, как это произошло.

Я подошел к ней сзади и положил руки на дрожащие от ветра плечи. Она вздрогнула, а я обвил ее рукой и повернул к себе. Взгляд огромных глаз проникал куда то внутрь. Хасанов, ты просто опять напился и сейчас тебя потянуло куда-то не туда.

Я провел рукой по ее щеке, совсем не зная как действовать, я привык брать, она вдруг улыбнулась. На этот раз вздрогнул я, что-то странное происходило и мне это не нравилось.

- Пойдем!

Я схватил ее, подняв на руки, внес в спальню и, положив на кровать, подошел к бару.

- Есть ром?

Я обернулся, деловая леди журналистка замоталась в одеяло.

- Выпить хочешь?

- Почему нет? - она пожала плечами.

Я налил два стакана и подал один ей, девчонка быстро большими глотками выпила его. Я сверкнул глазами, либо ей настолько хреново, либо...Об этом я вообще не хотел думать.

Я сел на кровать и поставил бутылку рядом.

- Почему ты не хочешь, чтобы я уходила?

Я открыл бутылку.

- Потому что привык, чтобы от меня уходили, когда захочу я, а сейчас я не хочу! Захочу сам вытолкаю, поняла?

Она легла на подушку и я внезапно почувствовал дикое желание, оно просто давило на меня. Одеяло скинулось с нее полностью обнажая все формы, я отпил прямо с бутылки и потянувшись к ней,в зял ее за плечи собираясь что-то сказать ей, хотя сам не знал что. Как вдруг она приподняла голову и сама коснулась губами моих губ.

Твою мать, она опять вела какую-то игру или что... Я ненавидел ситуации, когда я ничего не понимал, я осторожно сжимал ее, словно хрустальную вазу, хотя мне все это не нравилось, мне хотелось наброситься и просто разорвать ее, так чего я церемонился с ней, играя по ее правилам, я не понимал.

Я оторвался от нее и встряхнул.

- Ты издеваешься, да?

- Ты о чем? - ошарашенно спросила она меня.

- О том, что… - я замолчал.

А что я ей скажу? Я даже сам не знал.

Злость распыляла меня, девчонка коснулась пальцами моих плеч, и я, давая себе слово держаться и не причинять ей боль, повалил ее вглубь подушек, вдавливая своим телом в кровать. Какая мне разница до ее чувств, она вещь, просто моя персональная шлюха и не более того, но что-то мешало мне до конца это признать.

****

Марго

Я реально испугалась, что он узнает меня, хотя я была уверена, что он даже не помнит. Такие люди, как Хасанов, лишены моральных принципов и поступки, ничего не значащие, но ломающие судьбы другим людям, обычно не запоминают.

Я для него всего лишь шлюха, а не наркотик, но, если честно, когда он спрашивал об этом, он нервничал, и я на минуту подумала, что в нем проснулось что-то человеческое, но быстро отогнала от себя эти мысли. Лучше думать о мести и деньгах, когда я разломаю его план вдребезги о застройке завода и найду на него компромат, я лично попрошу Карельского признаться ему самой в этом, и возможно он убьет меня, но я поставлю его на колени, как когда- то меня он.

Его руки на удивление сжимали меня крепко, но словно боясь повредить, губы ласкали тело как-то по-особенному, я не понимала, что происходит. Хасанов который той ночью трахал меня как последнюю шлюху, сейчас пытался быть нежным. Если было бы уместно, я наверное рассмеялась бы, но внезапно я почувствовала его пальцы на своем клиторе. Губы целовали мою шею, он прижал меня своим сильным телом. Я дернулась, его палец то грубее, то нежнее скользил по клитору, на секунду я хотела вскрикнуть. Зубами он ухватил сосок и, всосав его в себя, прикусил, я ощутила влагу между ног, стало жарко, и мои руки непроизвольно обхватили его широкие плечи. Я, не до конца не осознавая, что делаю, шире раздвинула ноги.

Его пальцы скользнули в меня, и я не произвольно сдвинула ноги, впиваясь в его кожу ногтями. Он хмыкнул, его глаза сверкнули, а я, не понимая, что со мной происходит, закрыла глаза. Это ром, это все ром... Резкий толчок, и он во мне, я хватаю его все сильнее, ногти скользят по коже, он полностью закрывает меня собой и входит глубже. Его дыхание становится прерывистым, а я вообще не знаю, что это. Вместо того, чтобы ударить его и плюнуть в его харю, я едва не кричу, обхватывая его ногами. Сильные руки мнут мою грудь, соски давно затвердевшие от его грубых пальцев начинают болеть жаркой истомой в ожидании его рук вновь, внизу живота все набухает.

Его губы на моих губах, он прижимает меня к себе настолько крепко, что я едва не задыхаюсь, мозг отключается, и вот уже, я ощущаю его руки на своих ягодицах. Он шире разводит мои ноги, трахая меня все сильнее, а я хватаюсь за простынь, с ужасом ощущая, как с губ срывается стон. Он довольно усмехается и подхватив меня ставит раком. Странно, паники нет никакой. Его губы вдоль моей спины, так нахально, а я выгибаюсь, как кошка, жаждущая ласки, я не способна мыслить. Марго, дура, соберись, он...

Все мысли улетают к хренам, посылая меня, когда от резкого толчка, я выгибаюсь сильнее. Моя грудь в его больших сильных ладонях, его губы на моей шее, и толчки, сильные толчки. В глазах туман, как и в моей голове, он прогинает меня под себя полностью и входит глубже и глубже. Я почти впечатана в кровать, хватаюсь руками за простынь.

- Малая, ты лучше всех! - его хриплый голос заставляет меня прижиматься к нему все сильнее.

Я кусаю губы до крови, а его член во мне, я ощущаю его, ощущаю, как он заполняет меня, как внутри становится все жарче. Огонь полыхает, я текла, текла как последняя сучка. Под ним, под этим монстром... Я яростнее вцепилась в простынь. Последняя мысль держалась в моей голове, как и я сейчас за простынь, пытаясь образумить меня. Но и она улетела, когда его палец скользнул вновь к моей киске, лону, я не любила дамские романы и могла грубо сказать, как называется наш женский орган, но не сейчас...Точно не сейчас...

Я попыталась как-то дернуться, но мое сопротивление сильнее распыляло его, он трахал меня, то выходя, то вгоняя вновь грубыми толчками. Толчок, еще один, вспышка, свет и все: камера, мотор...

Он издал рык победителя, а я, задыхаясь, просто распласталась под ним. Думать я ни о чем точно не могла, его губы коснулись моей шеи.

- Малая!

Я закрыла глаза, вот теперь все мысли летели обратно с кулаками на меня, что я предательница, а я ведь правда предательница, стонала под человеком, переломавшим всю мою жизнь...

Я лежала в кровати и смотрела в потолок, Хасанов после душа пытался взять меня еще раз, но я сделала вид, что сплю. Он выматерился, но лег рядом, хотя его руки продолжали ласкать мое тело. Я боялась пошевелиться и показать, что я проснулась. Я надеялась, что он не будет трахать меня спящую, но, наверное, я могла и ошибаться. Хасанов раскинулся на кровати, и я услышала его ровное дыхание. Здоровье у него было явно отменное, раз он после такого бурного секса хотел еще и что самое поганое, хотела и я. Я предательница... Сразу же вспомнился образ папы, я сжала руки в кулаки и просила у него прощения. Мне же должно быть противно, этот ублюдок изнасиловал меня, так что же сейчас, почему я теку под ним как последняя сучка и сама хочу еще, хотя бегала от собственного мужа как черт от ладана? Я слегка приподнялась и посмотрела на него. Мужественные черты лица, сильные руки, желание коснуться его груди пальцами. Идиотка...

Я встала и осторожно на цыпочках начала одеваться, лишь бы не разбудить, я не могла засыпать рядом с ним, не могла и точка. Нет Марго, нет...Ты не спать к нему пришла, а пришла удовлетворять его, добиться стать его и узнать о нем все, грубо говоря, вещью которую можно не стесняться и при которой все говорить.

А засыпать с ним это лишнее, это уже ступень выше, а нам с ним этого не дано, и пусть завтра на меня обрушится весь его гнев, но я ухожу к себе. Скрипнув дверью, я обернулась, что-то кольнуло в сердце, наверное, моя дурость и не более того. Неся в руках туфли, я решительно зашагала по коридору. Я его ненавижу, а для него я просто вещь. Вот и все что мы должны оба знать и помнить, я отомщу ему, и я костьми лягу, но уничтожу его, так почему же, твою дивизию, так отчаянно хочется вернуться в его номер, почему…?

Глава шестая

Марго

Я плохо спала. Металась по кровати. Проснувшись, я обнаружила, что подушка скинута на пол, простынь смята так, будто кровать была батутом. Положив повязку для сна на прикроватную тумбочку, я залпом осушила стакан воды. На удивление голова не болела от слова вообще. Настроение было пограничным. Я прислушалась к телу. По нему все еще стелились отголоски прошлой ночи. Трусы были мокрые. Господи, тело продолжало его хотеть. Разум же не успел понять, как можно было получить удовольствие от секса с этим монстром. Это было что-то новенькое.

- Я подумаю об этом завтра, - моя любимая поговорка Скарлетт О’хара из любимого фильма «Унесенные Ветром» работала всегда.

Стоя под струями воды, я задумалась. А существовали ли Рэтты Батлеры? Или женщинам специально пудрили мозги. Многим нужен просто хороший трах. Без романтики, без конфетно-букетного периода. У меня было все с мужем, но только не хороший трах, не как прошлой ночью.

Закрывая глаза хоть на секунду, я окуналась в ощущения его члена во мне…

Я продолжала размышлять, уже накладывая легкий макияж. Но ведь у Виктора вроде бы не маленький агрегат был, но пользоваться мужик им точно не умел. Я хмыкнула. Сделав акцент на глаза и нанеся нюдовую помаду на губы, я надела платье со слегка клешеной юбкой длиной ниже колена. Немного тонака на ссадины (дожили, тональник на колени). Вырез не такой эффектный, зато так спокойнее. Зашнуровав босоножки с закрытым носом, я взяла свои наработки по проекту, клатч и пошла на запах кофе в ресторан.

Шведский стол я всегда любила. Йогурты, вафли, мюсли – выбирай что хочешь. Я взяла капучино, омлет и тосты с джемом и продефелировала в угол зала. Внимание привлекать ну точно не хотелось. Хасанова было нигде не видно. Я списала это на крепость рома. Тем более все равно скоро встреча рабочей группы в конференц-зале.

Пожалуй, я впервые поняла, как чувствует на следующий день хорошо оттраханная баба. Чудесно. Настроение отличное! Хотя на 146% вероятности Хасанов вынесет мне мозг, что я шла не по его разрешению. Я допила кофе. Плевать. Все по плану. Артур меня дико хочет и не по разу на дню. Артур.. первый раз мелькнуло у меня подозрение: почему я не назвала его в своих мыслях ублюдком? Внизу живота слегка тянуло. Моё узкое (хорошо, назовем это снова так) лоно не было готово к таким мощностям, но я хотела еще.

Черт, я ущипнула себя за плечо. Хватит течь, Марго, соберись!

Покончив с завтраком, я посмотрела на часы и решила идти в сторону конференц-зала. Возможно, я встречу там Хосе и смогу подлить масла в огонь. Поправив платье, я двинулась в сторону лифта. Аккуратно пальчиком я нажала кнопку вызова и как зачарованная смотрела на меняющиеся цифры, на табло над лифтом. 4, 3, 2, звонкий щелчок, лифт открыл двери, он был пуст, я зашла и посмотрела в зеркало.

Что-то было новое, иное во внешности, я поправила волосы. Я отогнала мысли, нажав кнопку нужного этажа, и продолжила любоваться отражением в зеркале, доводя свой вид до идеала. Как вдруг, я заметила, что кто-то в последнюю минуту успел зайти в лифт и нажал кнопку закрыть двери.

Вот черт, это был Хасанов, и у него на лице ходили желваки о злости, но он молчал и буравил меня взглядом.

- Только шлюхи на ночь не остаются, - прорычал он, но все еще не касался меня, не швырнул к стене, не залез под юбку.

- Я не могу спать с кем-то в постели, - я старалась давить на жалость, раз он догадался о том, что меня изнасиловали. – Я сплю только одна, – я посмотрела ему четко в глаза. Правда – самая мощная суперсила. Я верила в это. Поэтому и пошла в журналистику.

Он подошел ближе:

- Я говорил, что из моей постели уходят только, когда я разрешаю, - ох уж эти властные акценты. Я, разрешаю, я говорил, так и хотелось его передразнить, но я опустила голову и посмотрела на него покорно.

- Мне снятся кошмары, - я облизнула губы, Хасанов перевел взгляд на мой рот, - я…

Он подошел ко мне вплотную, я невольно попятилась, пока не уперлась спиной в зеркало лифта. Он дожал меня своим телом, и пялился на вздымающуюся грудь. Пуш-ап работал как надо.

- Я не стану с тобой сюсюкаться и повторять дважды, поняла, малая? – его глаза потемнели, он хотел меня. Жанна, я уже действительно хочу посмотреть на тебя, на бабу, которая профукала такого мужика! Мысли о родных меня не вдохновляли играть ту руль, которую я на себя брала, поэтому я старалась отшучиваться внутренним голосом, как могла.

Весь его вид, голос был таким угрожающим. Но действия не догоняли обещаний наказать меня за непослушание. Неужели, в нем что-то шевельнулось?

- Мне и не нужны твои сюсюканья, - его мышцы так отвлекали мое внимание.

Ответом мне послужили его руки на моей заднице, которые рывком притянули меня к себе, что я почувствовала его каменный член. Я на автомате округла глаза, а он засосал мои губы и полез руками под юбку. У меня никогда не было грубых мужиков, но этот, мне хотелось его грубости, как проводил руками….

Как вдруг двери лифта, мы приехали.

Немая сцена. Делегация китайцев, все на одно лицо и костюм, щебетали и разом заткнулись, увидев всклокоченную меня и моего самца Хасанова.

- Другой лифт ждите бл…ть, - выматерился он на них и ударил по кнопке следующего этажа. Градус страсти немного понизился, как мне показалось, но когда он рывков вытащил меня этажом выше, а я семенила, пытаясь успеть на высоченных каблуках, да еще и без трусов, я поняла, что градус Хасанова всегда высок.

Он толкнул дверь переговорной и впихнул меня следом.

- Артур, люди могут войти! – уперлась я в его грудь ладонями.

- Молчи, женщина, - он впился мне в губы с такой страстью, что мне только и оставалось, что стонать, я снова хотела его, хотела, и он спустил с моих плеч платья, кусая соски. Жанна, какая ты дура!

Уложив меня на стол, он задрал мою юбку. Из кармана Хасанова торчали мои трусы, он положил их туда еще в лифте. И тут его пальцы стали одновременно массировать меня внутри и снаружи, медленно, быстрее, быстрее, тут он вставил в меня уже два пальца и стал ускоряться. Перед глазами у меня были звездочки, я почти кричала в голос.

Не дав мне прийти к кульминации, я почувствовала, как его большой член вошел в меня, и я прогнулась ему на встречу, обхватив ногами.

- Малая, ты такая мокрая, - я вполуха слышала его комплимент, меня накрывало, он трахал меня все быстрее и быстрее.

И тут резкая смена настроения, что я поднялась на локтях, посмотреть, на кого Хасанов выгонял матами.

- Закрой сука дверь с той стороны!! – проорал он, а я проскользнула взглядом, и замерла.

Во все глаза на нас уставился Виктор.

Мой. Бывший. Муж. Смотрел. Как. Меня. Трахает. Хасанов. И. Слышал. Что. Я. Стонала. Как. Сучка.

Тот не двигался. У него был шок. Его экс-жена умеет не только позволять себя трахать без истерики, но и получает от этого удовольствие. А мое удовольствие слышал весь этаж как минимум.

- Съ…би на ..уй, я сказал!!!! – Хасанов настойчиво склонился надо мной, толкнув ладонью лечь на стол. Я послушно простонала, а он впился губами в шею и распалился еще сильнее, разнося звуки наших тел по всех комнате.