Любить вопреки. Моя жизнь больше не будет прежней

Любить вопреки. Моя жизнь больше не будет прежней

Пролог

Сегодня был типичный сентябрьский день. Уже неделю я прохожу практическую подготовку в известной медицинской организации в рамках программы клинической ординатуры по специальности хирургия. За плечами шесть лет обучения, высокий уровень конкуренции при поступлении в ординатуру, и теперь я все ближе к реализации своей детской мечты.

Только из-за того, что я полностью отдавалась работе, я часто забывала о близких, которые не хотели мириться с моим выбором. Как в этот раз.

— Милый, ну я же тебе говорю, что у меня сегодня дежурство, я не могу, — спокойным голосом отвечала я Игорю.

— Но я же забронировал билеты еще неделю назад, Маш, ты должна была помнить, — недоумевал он. — Складывается такое ощущение, что твоя работа тебе дороже, чем я.

— Прости, я совсем забыла, — стала оправдываться я. — Но, к сожалению, уже ничего нельзя сделать.

— Маша, вторые сутки на работе – разве это нормально? — никак не соглашался со мной Игорь. — Ты тоже имеешь право на отдых, в конце-то концов! — уже выходил из себя он.

— Во-первых, ты знаешь, каким трудом мне досталось это место в ординатуре, — я уже стала более настойчивой в своих домыслах. — Ты даже не представляешь, что мне теперь стоит удержаться тут среди остальных практикантов? Игорь, это моя мечта детства, я многое уже положила на ее достижение и не готова останавливаться теперь. А во-вторых, — также строго добавила я. — Ты прекрасно знал, когда предложил нам жить вместе, что такое будет случаться!

— То есть ты считаешь, что мы поторопились? — вдруг прервал меня Игорь.

— Ну, скорее всего, ты поторопился, — сама не знаю, как эта фраза вылетела из моих уст. — Прости, я не это имела в виду.

— Я понял, что ты имела в виду, — грубо ответил он. — Как знаешь, тогда я пойду в кино с кем-нибудь еще.

— Ты мне угрожаешь? — спокойно спросила я своего молодого человека. — Ты в праве делать все, что тебе хочется, — дала понять я ему очень твердо.

— Тебе без разницы, Маша? — все также настаивал на чем-то он. — Или у тебя кто-то появился из молодых практикантов, поэтому ты берешь вторую смену подряд?

— Боже, Игорь, не начинай, прошу тебя, — я уже довольно устала от бессмысленного разговора ни о чем. — Давай поговорим завтра дома, мне уже пора, извини.

И я отклонила вызов, не дав ответить Игорю.

В последнее время частота подобных обсуждений между нами увеличилась, что вызывает у меня определённое беспокойство. Моя профессиональная деятельность в настоящее время имела первостепенное значение, и я не намерена была отказываться от своих профессиональных амбиций ради личных отношений. Возможно, также имеет место отсутствие глубоких эмоциональных привязанностей с моей стороны по отношению к Игорю.

Наше знакомство произошло два месяца назад на одной из вечеринок, которые я нечасто посещала из-за высокой загруженности, связанной с постоянным обучением даже в летний период, практикой. Последние несколько лет я вообще не заводила никаких отношений, а вот наше общение с Игорем стало развиваться стремительно. Возможно, он привлек мое внимание своим привлекательным внешним видом, ухоженностью и манерами поведения, или я просто устала быть одна и решила, что пора подумать и о своей личной жизни.

Недавно он предложил жить вместе, на что я согласилась, руководствуясь желанием проверить перспективы наших отношений, хотя на тот момент не имела пока серьёзных намерений и всегда обсуждала это с Игорем. Однако он, напротив, стремился к большему, что привело к регулярному обсуждению подобных тем.

Как только я бросила телефон на стол, в ординаторскую забежала Ольга Сергеевна, заведующая отделением хирургии.

— Мария, к нам везут тяжелого пациента. Авария, мотоциклист. Готова ассистировать мне на операции?

— Я? — удивилась я неожиданному заявлению.

— Да, ты, — подтвердила Ольга Сергеевна. — Виктор сейчас на другой операции, в отделе больше никого нет свободного, боюсь, сейчас вызвать кого-то будет проблематично, вечер пятницы, — улыбнулась она мне при последних словах. — Думаешь, не справишься? — вдруг спросила она.

— Нет, нет, я готова! — хоть я и была немного встревожена столь неожиданным предложением, но понимала, что это мой шанс показать свои знания и умения. — Я справлюсь, обещаю, что не подведу.

— Умница! Я и не сомневалась в тебе, Маша, — уже серьезно обращалась ко мне Ольга Сергеевна. — Я давно к тебе присматриваюсь, еще во время прежних практик ты показала себя отличным специалистом. Пришло время принять участие в операции.

И она вышла.

Что я чувствовала в этот момент, сложно описать – эмоции переполняли меня.

«Моя первая операция!» — плясали мысли в голове.

Я и думать перестала об Игоре, пусть делает, что хочет, я иду к своей мечте!

До операции оставалось считанные минуты, мне нужно было пройти все предоперационные процедуры по подготовке. Волновалась ли я? Да, но брала себя в руки, вспоминая все, чему нас учили шесть лет в университете.

— Мария Андреевна, вы готовы? — Ко мне прибежала медсестра. — Вас ждут в предоперационной. — Пациент уже готов к операции. Ольга Сергеевна просила вас оповестить.

— Иду, — ответила я и направилась вслед за медсестрой в операционную.

— Волнуешься? — с улыбкой спросила меня Ольга Сергеевна, когда нас облачали в хирургические халаты, маски, перчатки и шапочки.

— Все хорошо, я в норме! — старалась спокойно отвечать я, хотя небольшое волнение меня все-таки одолевало.

— Я с тобой, не переживай, — подбадривала меня заведующая. — Когда я шла на свою первую операцию, меня трясло! — закатилась она смехом.

И мне стало легче от ее слов. Я не первая и я не последняя.

— Позволь мне предоставить тебе детальный анализ состояния оперируемого, основанный на имеющихся у нас данных, — начала Ольга Сергеевна. Выявлены переломы на руках и ногах, сломано одно ребро, а также повреждены мягкие ткани, включающие порезы, ушибы и гематомы, локализованные преимущественно в области конечностей и лица. Возможны значительные повреждения внутренних органов. Кроме того, диагностирована черепно-мозговые травма, скорее всего обусловленная отсутствием надлежащей защиты головы. Также отмечены травмы шейного отдела позвоночника и мягких тканей шеи.

— Да, не повезло парню, — заключила Ольга Сергеевна. — Не исключено, что возможны нарушения функций спинного мозга. Если вообще удастся спасти его, добавила она, задумавшись.

— То есть он может остаться инвалидом? — первое, что пришло мне в голову. — Он может умереть у нас на операционном столе? — Я бросила испуганный взгляд на Ольгу Сергеевну. Расклад, что моя первая операция может закончиться летальным исходом, меня не вполне устраивал.

— Мы сделаем все, что в наших силах, Машенька! На остальное воля Божья, — ответила она покойно. — Гоняются на своих байках без шлемов как сумасшедшие, —продолжила Ольга Сергеевна. — Кого теперь винить? Родных только жалко.

Я посмотрела на Ольгу Сергеевну и ничего не ответила.

«А ведь когда-то я тоже любила скорость, — грустно задумалась я, — Да, давно это было».

И с этими мыслями мы вошли в операционную, где уже нас ждал на операционном столе пациент с вышеописанными травмами, ждал, что мы спасем его. Конечно же, он был уже под наркозом, это уже мои были догадки.

«Я справлюсь. Все будет хорошо!» — мысли бабочками витали в голове, когда я подходила к столу, чтобы взглянуть на своего первого пациента.

И тут я замерла и просто смотрела на этого парня. Даже кислородная маска не смогла скрыть лица того, кто лежал в двух шагах от меня.

«Этого не может быть?!» — первое, что пришло мне в голову.

На операционном столе лежал ОН, тот, кто несколько лет назад украл мое сердце.

Глава 1

Шесть лет назад

До выпускных экзаменов и выпускного бала оставалось чуть больше двух месяцев.

Девчонки из моего класса только и твердили об этих предстоящих событиях, вернее, о выпускном — экзамены их не особо волновали. Что не скажешь обо мне. Мне просто необходимо было получить высокие результаты на ЕГЭ, чтобы поступить на медицинский — мечту всей своей жизни.

— Машка, да оставь ты свои учебники, пошли оторвемся сегодня на дискотеке, — в очередной раз моя любимая подружка Оксанка пыталась вытащить меня куда-нибудь из дома. — Сдашь ты свои экзамены, смотри, какая умная. Что не скажешь обо мне! — На этом месте она обычно разрывалась смехом.

Люблю Оксанку за ее простой характер, она единственная, кто возилась со мной несмотря ни на что. Да, я была, как раньше называли, ботаничкой, постоянно занимающейся уроками и зубрежкой.

Оксана, напротив, имела средние академические показатели. Она стремилась поступить в институт, однако осознавала, что её шансы на бюджетное обучение были ограничены. Тем не менее, финансовые возможности её семьи позволяли ей рассмотреть вариант платного образования, в отличие от моей семьи.

В классе меня не дразнили, но и не обращали особого внимания, за исключением лишь таких случаев, когда срочно нужно было списать домашку или что-то подобное. Я никогда не отказывала, но даже при таком раскладе никогда не пользовалась авторитетом среди одноклассников, но меня это нисколько не расстраивало.

В течение всех школьных лет я сосредоточилась на своей мечте о карьере в медицине, уделяя особое внимание таким дисциплинам, как химия, биология, физика, математика и русский язык. Я посещала дополнительные факультативы и кружки по указанным предметам. Всё своё свободное время посвящала самостоятельному изучению медицинской литературы. Таким образом, у меня практически не оставалось времени на развлечения, да и это меня не привлекало.

— Какая ты спокойная, Оксанка, — отвечала я ей. — Ты точно знаешь, что поступишь в свой универ, а мне нужно костьми лечь, чтобы поступить в медицинский, ты же в курсе, какой там проходной балл?! — Пыталась я поспорить с подругой, отказываясь в очередной раз от предложения развлечься.

— Да возьмут тебя туда с руками и ногами! — настаивала на своем Оксанка. — Ты так уже все конкурсы и олимпиады выиграла, они уже давно заметили, какая-то ты умная и талантливая! Соглашайся!

И подруга была права. По поводу олимпиад, конечно. Я всегда принимала участие во всех олимпиадах, организованных универом, в который грезила поступить. Действительно, у меня уже были дополнительные баллы для поступления, но меня это не останавливало.

А с другой стороны, может, сходить сегодня развлечься?

— Ну хорошо, — согласилась я на счастье Оксанки. — Уговорила, но только не позже одиннадцати мы должны вернуться домой, обещай мне? — с укоризной посмотрела я на подругу.

— А то карета превратится в тыкву! — засмеялась та. — Конечно, не переживай, доставим тебя вовремя! В семь я зайду за тобой, люблю тебя, — она обняла меня и веселясь ускакала прочь наряжаться.

Мне тоже предстояло выбрать себе наряд на сегодняшнюю дискотеку. Погода уже была вполне себе весенняя — апрель заканчивался.

Я достала из шкафа свое любимое выходное платье, хоть и было их немного у меня. Выглядело оно мило и не вызывающе — прямой крой платья очерчивал все изгибы моей довольно привлекательной фигуры, длина доходила до колен, неглубокий вырез. В общем, меня все устраивало, и Оксанка будет довольна мною.

Свои длинные каштановые кудри я решила оставить распущенными, лишь слегка заколов челку. Минимум косметики подчеркнул естественную девичью красоту.

Я посмотрела на себя в зеркало и осталась вполне довольна собой — на меня смотрела милая девушка с огромными голубыми глазами, которая так редко посещала подростковые вечеринки.

«А все-таки хорошо, что Оксанка уговорила меня пойти сегодня отдохнуть, — подумала я, все еще разглядывая себя в зеркале. — Через неделю мой день рождения, может, приглашу еще кого из подружек на свой праздник?»

В этот день мне исполнится восемнадцать лет. Празднование планировалось на территории загородного дома. Родители согласились предоставить нам возможность провести время самостоятельно. Они всегда доверяли мне, учитывая мои личностные качества и ответственность, поэтому долго не противились на проведение праздника без их участия.

Инициатива проведения мероприятия исходила, конечно же, от Оксаны. Я некоторое время сопротивлялась относительно данной идеи, однако учитывая её настойчивость, была вынуждена согласиться с предложенным планом. В результате было принято решение организовать праздник исключительно для молодежи. Оксана даже пригласила одноклассников-мальчиков, что вызывало у меня определенные опасения, но в конечном итоге я была вынуждена принять и этот факт.

Поэтому сегодня нужно навести мосты, как сказала бы подруга, чтобы не выглядеть идиоткой в свой памятный день восемнадцатилетия.

Ровно в восемнадцать пятьдесят Оксанка была у меня.

— Ого! — воскликнула она, увидев меня. — Ты просто красотка, Маша! Завидую белой завистью твоей фигурке, — щебетала Оксана, кружась вокруг меня.

— Да скажешь тоже! — как всегда скромничала я. — Ничего особенного!

— Это ты скажешь парням из инженерного! — звонко отозвалась Оксана.

— Кому? — удивилась я, не понимая подругу.

— Ой, я разве тебе не сказала? — начала оправдываться Оксанка. — Подготовкой выпускного бала по технической части будут заниматься парни факультета инженерно-компьютерных технологий, вроде как третий курс. Говорят, они очень способные и суперпривлекательные! — закатила глаза Оксанка.

В нашей школе ежегодно уделялось огромное внимание выпускному балу, поэтому к подготовке относились очень серьезно и всегда привлекали на помощь студентов из соседнего университета. Чаще всего пользовались услугами по техническому оснащению зала, музыкальному сопровождению, экранизацией школьных моментов и истории особых учеников, оставивших неповторимый след в школе. В этом году, кстати, таким учеником должна была стать я, так как шла на золотую медаль, обо мне готовился небольшой фильм о моих школьных достижениях.

В общем студенты оказывали неоценимую поддержку совершенно в безвозмездном эквиваленте, что тоже было немаловажным моментом. За свою работу они просто получали приглашение на выпускной, что не могло не радовать одиннадцатиклассниц, которые с особой тщательностью готовились из-за них к такому событию в их жизни: это была возможность завести роман с привлекательными взрослыми парнями.

Но лично меня эта идея настораживала. Я не особо увлекалась мальчишками, мне было хорошо и без них, а парни более старшего возраста меня вообще пугали.

— Оксан, я не готова к этому, — испуганно сообщила я подруге. — Они точно будут на школьной дискотеке?

— Конечно, они должны с директором школы обсудить все вопросы заодно там, — торжественно произнесла Оксанка. — Не бойся, тебе они понравятся, я видела некоторых с этого факультета на городской дискотеке. Они такие симпатяги все! — запищала по-детски Оксана.

— Ну не знаю, — только и оставалось мне добавить.

Через пять минут мы вышли на улицу и направились к зданию школы, где проходили традиционные дискотеки раз в месяц. Это была моя первая за одиннадцатый класс и, по-моему, вообще первая.

Мы вошли в спортивный зал школы, который благодаря своей вместительности и акустике всегда использовался для подобных мероприятий. Сейчас он заметно преобразился: в самом конце была оборудована сцена, оснащенная необходимым оборудованием, на которой уже суетились специально обученные старшеклассники-диджеи; вокруг установлены яркие светильники, которые создавали комфортную атмосферу для танцев.

— Тут неплохо, — призналась я Оксанке, оглядываясь вокруг. Для меня вообще было редкостью куда-то выбираться, поэтому сравнивать было не с чем.

— Я же говорила, что тебе понравится! — обрадовалась подруга, хотя она была бы веселилась даже в том случае, скажи я ей, что тут отвратно. Такая уж она была, безбашенная, но очень хорошая подруга. — Смотри, как на тебя пялятся наши мальчишки, — шепнула она мне на ушко, указывая в противоположную от нас сторону зала.

Несколько одноклассников действительно смотрели в нашу сторону и, по-видимому, обсуждали меня, так как никто, наверное, не ожидал, что я появлюсь сегодня тут.

— Стрельцова, ты ли это? — спросил меня Сидоров Пашка, подходивший к нам с другом. — Поверить не могу! Классно выглядишь, Маш, такую красоту от нас скрывала под формой! — Он осматривал меня с ног до головы, вводя меня в краску.

— Так, отошли оба! — подоспела на защиту Оксана. — Вам что тут, экспонаты в музее?

— Ну знаешь, смотрю на нее сейчас и представляю что-то себе подобное! — заржал Пашка. — Я ей комплимент делаю, а ты налетаешь. Ну и пожалуйста. Пошли, — добавил он, обращаясь к своему товарищу, которого, кстати, я не встречала раньше.

— Тут много будет посторонних, Оксан? — испуганно спросила я подругу. — Как-то не по себе немного, — призналась я, все еще вспоминая, как Пашка пожирал меня глазами.

— Расслабься, подруга! — продолжала веселиться Оксанка. — Ты привыкнешь к такому вниманию, — добавила она, уловив причину моего волнения. — Ты сегодня утрешь нос многим нашим девчонкам из класса и вскружишь головы мальчишкам, — ее радости не было предела.

Мне нравилась эта атмосфера, в которую я попала после своей комнаты и десятков учебников, с которыми я не расставалась, но страх внутри меня не давал мне, действительно, полностью расслабиться. В придачу ко всему, мне казалось, что я погорячилась со своим нарядом. Может, не стоило надевать такое откровенное платье в первый же свой выход в свет? То, что за последние несколько минут мою внешность обсмотрели с ног до головы проходящие мимо уже несколько парней и не только из нашего, но и других классов, меня заставляло каждый раз невзначай прятаться за Оксанку.

Поэтому, когда выключили основное освещение и зал осветили лишь слабые прожектора, я немного пришла в себя и расслабилась. Заиграла современная энергичная музыка, и весь зал оживился с новой силой: почти все присутствующие тут задвигались, улавливая довольно быстрый темп музыки, демонстрируя все свои способности в танцах и движениях.

Я не сразу смогла присоединиться к Оксанке, которая с визгом влетела в толпу танцующих и задвигалась вместе со всеми.

Как же я завидовала сейчас ее открытому характеру: она практически ничего не боялась и никогда не переживала, будь то школьные оценки или другие дела вне школы. Мне же с трудом приходилось справляться со своей постоянной тревожностью, хотя всегда была уверена в своих знаниях и способностях. Но это только, что касалось школы, в остальном меня все пугало. Вот она обратная сторона постоянного просиживания за выполнением домашних заданий, подготовкой к олимпиадам – я не знала, как вести себя в компании, не умела веселиться и получать удовольствие, как это делала сейчас моя подруга.

Через какое-то время Оксанка все-таки затащила меня в толпу танцующих, приказала жестом: «Танцуй». Пришлось ей подчиниться, тем более в таком количестве школьников и свете только от прожекторов на меня мало кто обращал внимания, и я перестала себя нагнетать и стала вспоминать движения, которые я заучивала на кружке танцев в восьмом классе.

Да, в школе был такой танцевальный кружок, который я с удовольствием посещала в те года и довольно неплохо справлялась. Сейчас эти танцевальные умения не позволяли мне выглядеть глупо в присутствии других танцующих, и я даже совсем забыла, где я нахожусь и с кем, и полностью отдалась танцевальным па.

— Ого, а ты еще и не плохо и двигаешься, Стрельцова?! — опять Пашка оказался возле меня, подтанцовывая рядом, при этом напугав меня своим неожиданным появлением.

— Школа танцев! — набравшись храбрости, ответила я ему.

— И когда ты все успеваешь, Стрельцова? — все также называя меня по фамилии, удивлялся он. — Ты как батарейка, — засмеялся он. — Прости, я не хотел тебя обидеть, — немного смутившись, он сбавил свой тон. — Я в хорошем смысле, Маш.

— Да все хорошо, Паша, — улыбаясь, стала успокаивать я его. — Я знаю, что человек новый на таких вечеринках, даже и не знаю, как себя тут вести, — разоткровенничалась я с ним, продолжая танцевать рядом.

— По-моему, у тебя неплохо получается для первого раза! — сказал он это и даже вроде смутился, как мне могло показаться при тусклом освещении. — Медляк подаришь мне сегодня? — вдруг неожиданно для меня задал он мне вопрос.

«Медляк?» — в голове зазвонили тревожные колокольчики. Я совсем и не подумала, что на дискотеках еще и медленные композиции включают. А вот к этому я точно была не готова и опять стала тревожиться.

— Маш, ну так что? — удивленно переспросил меня Пашка. — Забьем?

— Забьем, — само собой на повторе у меня вылетели слова Пашки. — Да, хорошо, — уже добавила я от себя.

— Оксан, Пашка пригласил меня уже на медленный танец, — призналась я подруге, когда мы отошли в сторону немного отдышаться. — Я согласилась. Как ты думаешь, зачем он это сделал?

— Да ладно?! — удивленно завизжала та. — Ну Машка, ну стесняшка! — заговорила она стихами. — Уже успела вскружить парню голову! А я и смотрю, что он с тебя глаз не сводит?

— А в школе не обращал на меня внимания или, наоборот, издевался, — задумчиво произнесла я как будто себе. — Как ты думаешь, что ему нужно от меня сейчас? — испуганно обратилась я к подруге.

— Дурак был, вот и не обращал внимания, — вынесла свой вердикт Оксанка. — Да и сама посуди, ты всегда в огромной форме и с книжками, вечно спешившая в библиотеку или бежавшая обратно, вот и не замечали в тебе того, что ты открыла им сегодня. Красавица! — добавила она, восклицая. — Вскружила голову Пашке, с ума сойти!

В эту минуту включили дополнительное освещение, и на сцену вышел наш директор школы.

— Минуточку внимания, уважаемые отдыхающие учащиеся и гости! — начал Дмитрий Сергеевич. — По нашей многолетней традиции на выпускной бал в этом году мы приглашаем студентов третьего курса факультета инженерно-компьютерных технологий. Сегодня уже некоторые товарищи присутствуют тут. Прошу принять их в наш дружный коллектив, они помогут нам подготовить наш бал и сделать его незабываемым для всех нас. — Закончив свою речь, он первым захлопал в ладоши, и его поддержал весь зал волной аплодисментов. В это время на сцену вышли человек пять студентов, в основном парни.

— Я сейчас сойду с ума! — завизжала Оксанка, продолжая аплодировать вместе со всеми. — Какие они все милые!

Оксанка всегда любила общество парней и в школе постоянно не отставала от одноклассников-мальчишек, проводя с ними все свое свободное время. Постоянного парня у нее не было, да она сама и не стремилась к этому, но общение с парнями у нее складывалось куда быстрее, чем с девчонками, исключая, конечно же, меня.

— Никогда не понимала, почему девчонки так вешаются на студентов, — спокойно произнесла я, всматриваясь на сцену, откуда уже спускались приглашенные студенты в толпу школьников.

Вели они себя довольно вульгарно, как мне показалось, дразнили девчонок старших классов, приближаясь к ним на опасно близкое расстояние и пытаясь приобнять, на что последние громко визжали, привлекая внимание администрации школы, которая в свою очередь кидала укоризненные взгляды на тех и на других.

Опять в зале выключили свет, оставляя свет прожекторов, и все продолжили веселиться под энергичную музыку.

— Я пока отдышусь немного, — сообщила я Оксанке, которая не стала на этот раз противиться и побежала в толпу ребят, где должны были, по ее словам, быть студенты. Ох уж эта Оксанка, неисправимая хулиганка!

Какое-то время я постояла в зале, но потом мне захотелось выйти на свежий воздух. С непривычки нахождения в местах с постоянной громкой музыкой и резкими движениями танцев у меня закружилась голова.

Очутившись вне помещения, я полной грудью вздохнула вечерний весенний воздух. С улицы доносилась танцевальная музыка, но уже совсем не отвлекала, и я задумалась, поднимая голову в небо.

Небо в апреле особенно красиво. Оно приобретает мягкие, тёплые оттенки, которые плавно переходят от нежно-розового у горизонта до глубокого синего в вышине. Звёзды уже начинают появляться одна за другой, создавая мерцающий узор на фоне тёмного неба. Воздух становится свежим, наполняя лёгкие приятной прохладой. В некоторых местах на небе можно заметить лёгкие перистые облака, которые подчёркивают его глубину и насыщенность цветов…

— Привет, красиво, правда? — отвлек меня от раздумий мужской голос. — Ты из этой школы? — последовал сразу второй вопрос.

Передо мной стоял молодой человек, явно не из школьников, скорее всего, один из студентов того самого факультета, про который упоминал недавно директор школы. Высокий, с виду спортивный молодой человек. У него уверенная осанка и широкие плечи. Лицо открытое и, кажется, дружелюбное, с лёгкой улыбкой, которая озаряла его лицо. Коротко стриженные волосы и выразительные глаза. Одет он был в стильные джинсы, не сковывающие движения, но подчёркивающие его фигуру и стиль, и однотонное худи с надписью на груди.