Ричард Дэй Грэй

стоявший у большого озера, в которое втекало две неширокие реки, и одна,

пошире, уходила от озера на юг. По рекам сновали судна-плоскодонки с севера на

юг через озеро.

— Товарооборот тут нехилый! — присвистнул.

— Всё верно, господин, — услышал меня Кайлик, — этот город один из богатейших

в Астании.

— Здесь и войн не случается — никто не хочет злить государства, которые живут

за счёт торговли в Лощине, — высказался сержант наёмников.

— Кайлик, тут столько сёл, полей, засаженных пшеницей, рожью, стада

крупнорогатого — тьма, — поделился.

— Здесь золотая жила. Всё растят и в Лощину — всю Астанию снабжают. Гномы —

оружие, самоцветы, эльфы — снадобья, эликсиры, луки, люди — провизию и одежду,

дворфы тащат уголь, орки — мрамор, кто что — и всё продаётся! — восхищённо

проговорил наёмник.

— Эх, мне бы эти земли и город, — тоскливо, с завистью, сказал тихо.

К вечеру подъехали к городу. Стен и ворот не было, но дорога вела с этой

стороны одна и сразу по улице — проехать откуда-либо никак, дома стояли

сплошной стеной. Дорогу перегородила стража и собирала с въезжающих подати. С

нас взяли за каждого всадника по два тина красных и за телегу одну серебрушку.

Заехав в город, коротышка-хоббит нашёл нам гостиницу, где остались до утра.

Утром, оставив наёмников в гостинице, дал Кайлику пять монеток серебра на пиво

и с девушками пошли смотреть знаменитый рынок Лощины. Рынок был огромен — не

меньше московских рынков, здесь можно было купить от иголки до корабля!

— Девки! А ну, держите друг дружку за пояса, пойдём одной линией, — хохотнул,

— так и потеряться недолго.

Так и перли мы паровозиком, пока не наткнулись на… мороженое!?

— Вы такое пробовали? — показал пальцем на сладость.

Девушки замотали головками отрицанием.

— Почтенный, как эта штука называется?

— Мерзлое молоко, — пояснил он, улыбаясь, думая, что я не видел такой шедевр

местного производства.

— Дайте пять штук, — потребовал у торговца.

— С вас пять серебрушек, — злорадно ответил придурок.

— Ты че, в мороженое серебряную стружку пихаешь? — разозлился.

— Нет, просто его невозможно делать без эликсира алхимика, — ответил он,

запихивая своё злорадство в зад.

— Держи, — кинул ему на стол пять монеток серебра.

Девчонки, попробовав местное мороженое, запрыгали как дети, а Лиа, не доев,

стала засовывать его себе в сумку на потом.

— Оно растает и потечёт, — сказал Лиа, улыбаясь.

— Жалко же, — она грустно посмотрела на меня.

— Ты это, давай ешь, я придумаю что-нибудь.

— Дайна, найди-ка у себя в сумке зелье сохранности, — догадался.

Проверив на мороженом, зелье дало эффект холодильника — оно не таяло! Купил у

злорадного торговца двадцать штук мерзлого молока, отдал два оленя и раздал

девочкам.

— Побрызгайте зельем и сложите себе по сумкам, — довольно произнёс, — когда

будем пересекать пустыню на юге, будете трескать мороженое, а встречные

верблюды вам завидовать.

Заржав как конь своей шутке, напугал проходящую бабу, тащившую козу на верёвке.

Проходя мимо швейной мастерской, мне в голову пришла идея.

— Валькирии, идём, зайдём сюда, — мотнул головой в сторону помещения.

Толстуха-гномиха была приветлива, но смущала её борода. Почему толстуха? Да

потому что с сисями! Не могут быть в этом мире ОНО! Я, стараясь не смотреть на

бороду, спросил гномку:

— Вы можете сшить то, что я вам нарисую? — спросил толстуху и невольно

заострил взгляд на шикарной бороде.

— Могу. А что вы так смотрите? Нравится? — довольно спросила оно, поглаживая

свою бородищу.

Невольно вздрогнул.

— Да не, что вы, — сказал что-то не то.

Толстушка обиделась. Положил на стол десяток серебрушек:

— Вот, аванс.

Гномка сразу разобиделась, смахнув серебро, положила передо мной листок и перо

с чернильницей. Быстро нарисовал шорты, к ним хлястики под ремень и ширинку под

пуговки. Вторым рисунком изобразил футболки без рукавов.

Посмотрев на моё художество, баба с бородой скривилась.

— И вы хотите тратить серебро на порчу тканей? — удивилась толстая, и её

борода воинственно выперлась в мою сторону.

Сделал осторожный шаг назад, не спуская взгляда от этой живущей своей жизнью

мочалки для вшей.

— Да, хочу тратить своё серебро на это! — сказал твёрдо и заметил, что борода

взбесилась.

— Вы не могли бы сказать, ээ, своей этой, чтобы она отстала от меня! — Перешёл

на октаву выше.

— А, — рассмеялась она, — у женщин-гномов борода реагирует на настроение

хозяйки, вы не знали?

— Нее, — заблеял.

— Ну так вы прекратите реагировать, пока она меня не задушила! — закончил

просьбу, почти перейдя на крик.

— Простите, просто показалось, что вы издеваетесь надо мной, заказывая это.

— Ни в коем разе! — сказал и отошёл ещё дальше.

— Сколько этих штук надо и размеры? — деловито сказала хранительница

воинственной бороды.

— Пять того и пять того, а размеры с нас, — обводя рукой себя и девушек.

Девушки были удивлены заказом, но перечить никто не решился. Нас обмерили и

сказали зайти утром.

Купив по дороге сладостей, вернулись в гостиницу на обед.

Оставив девушек, один вернулся на рынок, распросил встречного мужчину и

двинулся в сторону здания гильдии купцов. Здание было, наверное, одним из самых

больших в городе — больше похоже на замок-дворец, с внушительной охраной из

каких-то высоких людей неизвестного мне народа.

«Северяне, походу», — подумал.

Меня проводили в отдел присвоения купеческого достоинства. Толкнув дверь,

увидел стул и, развалившись в нём, положил ногу на ногу.

— Вы что-то хотели? — осмотрели и оценили мгновенно.

— Господин, — старик кивнул, не вставая.

— Грэй, Дэй Грэй, — поправился.

— Чем могу? — старый купец изобразил на лице недоумение.

— Хочу стать купцом для проезда на Пантиду, — выложил карты и наклонился к

старику, — как это провернуть? — шумнул толстым мешком с монетами.

— Ээ, на Пантиду? Но вам нужно иметь купечество не меньше первой гильдии!

— А перепрыгивать с третьей на первую так нельзя! — Старика чуть не хватил

удар. Губы в гневе затряслись от неслыханной дерзости, шатающей все его устои.

— Хорошо, — успокаивая дедульку, поднял обе ладони, — третью дадите?

— Ну, внесите деньги, приведите поручителя из купцов первой гильдии и купите

товар у меня, — договорил старикашка и радостно посмотрел на меня.

— Добро. Поручитель со мной и вот монеты, — грохнул мешком по столу.

— Позвольте, а поручитель кто? — обалдел купец.

— Вы. Сколько хотите за поручительство? — нагло улыбнулся ему.

Старик тоже улыбнулся и сказал, хватит и десяти оленей. Отдал десять оленей,

пятьдесят налог и купил каких-то пряностей на двадцать оленей. Получив свиток с

магической печатью и достоинством третьей гильдии, вернулся в гостиницу, сказав

до этого, куда пригнать мой товар.

Денег осталось пятнадцать оленей — сто пятьдесят серебрушек. Денег было

впритык.

Девушки, узнав, что стал купцом, решили, что совсем рехнулся, и весь ужин и

вечер смотрели на меня с тревогой. Ходил и посмеивался над ними, но это их ещё

больше насторожило, и они заперли меня в комнате.

— Вы че? Сдурели совсем! — разорался, стараясь плечом выбить дверь, с той

стороны крепко держали оборону воинственные циркачки.

— Лиа, беги за лекарем и зови наёмников, будем вязать господина, пока он не

поранился! — крикнула испуганная Дайна.

— А вам дам, блять, лекаря, дуры! — вопил им в дверь.

— Не разговаривайте с ним, — кто-то зашептал из предателей.

Зло сплюнув, открыл окно и глянул вниз.

— Высоковато, — трухнул, но всё-таки перекинул ногу через раму. Уцепившись

правой рукой за каменный выступ у окна, протащил зад наружу, левой вцепился за

нижний край рамы. Рама предательски хрустнула, затаился и стал дышать через раз.

«Дурак, блять, куда я полез?» — страшные мысли чуть не разбили череп изнутри.

— Он убиться решил! — кто-то охнул, и увидел через замочную скважину голубой

глаз.

«Лайла», — обречённо констатировал, и рама, треснув, поехала со мной наружу.

Повис на раме, которая кривилась и свисала всё ниже, правая рука, сломав ногти,

слетела и вцепилась как кот в дерево в раму. Со страха пернул, и рама,

скользнув ещё ниже, обвисла.

Дверь открылась, вбежала толпа! Девушки, наёмники и старый лекарь.

— Не смей прыгать! — закричала Фиона.

— Рич, успокойся, прошу, хочешь быть купцом — ладно, но из-за этого не стоит

бросаться в окно…

«Ну блять и дуры!» — подумал тоскливо, боясь сказать вслух и свалиться нахрен

вниз.

Наёмники стали осторожно подкрадываться ко мне, боясь спугнуть. Тихонько

просипел:

— Спасите, дуры чертовы! — рама услышала меня, крякнула, и полетел вниз…

Кайлик успел схватить за руку и радостно завопил:

— Я поймал его!!!

Меня втянули обратно. Толкнул Дайну, дал пендаль Кайлику, плюнул в лекаря и,

хлопнув дверью, ушёл в город.

Пил до поздна, проклиная чертовых баб.

Вернулся поздно — в комнате никого, разделся и лёг в кровать.

Скрипнула дверь, вошли все четверо в сорочках и тихонько стали укладываться

вокруг меня. Молча лёг боком, чтобы хватило всем места, — устал спорить с ними.

Только тихо сказал:

— Идиотки.

Уснул.

Конец 14-й главы.

Глава 15. Гномы

Утром встал пораньше, но «идиотки» ещё раньше — их уже не было. На стуле стоял

кувшин с тёплой водой, на полу — таз. Умылся, оделся. Когда дело дошло до

оружия, его не оказалось. Усмехнулся.

— Сам виноват, придурок. Нечего было хихикать как дурной, теперь все думают,

что ты псих конченный, — резюмировал.

— Заткнись, — просипел.

На столике стоял завтрак: мясо порезано на мелкие кусочки, ножа не было. И эля

не было.

— Совсем свихнулись, — восхитился организованной безопасностью меня от меня.

Поел, спустился вниз. Во дворе стояли две подводы, гружёные мешками со

специями. Девушки подозрительно их осматривали и вели допрос слуги, который всё

это привёз мне. Тот только пожимал плечами: мол, ваш господин купил у моего

господина, а зачем ему столько — не знаю.

— Ты дурак, что ли? — не выдержал, крикнул слуге. — Ясно же для чего!

Торговать!

— Извините, господин. Просто у нас дворяне не торгуют, и я подумал, вы это

купили есть, — стушевался молодой парень.

— Дай сюда бумагу! — психанул.

Купец писал, что лошадей и подводы дарит, надеясь на будущее сотрудничество, и

желает, чтобы я покупал товар только у него.

— Передай купцу благодарность, что по приезду я куплю у него ещё приправ.

Дайна не выдержала, встряла в разговор:

— Да зачем нам столько перца! — в сердцах крикнула она. — Это теперь сколько

есть будем?

Ничего не сказал — всё равно не поверят, так и будут думать, что я свихнулся.

— Господин, а вы Киру помните? — озабоченно спросила Лиа. — Мы её искать едем.

— Дура, — буркнул. — Фиона, где мой меч, кинжал?

— Оружие в телеге, — она скрестила руки на груди и твёрдо смотрела мимо меня.

Кайлик улыбнулся — по лицу понял, что он не верит в моё умопомешательство.

Выехали из города и по тракту направились на запад, к горам Рубиновые копи.

— Господин, я понял, что вы задумали: попасть на корабль в виде купца, верно?

— наёмник перегнулся через седло, заглядывая мне в глаза.

— Всё верно, Кайлик. Иначе будут вопросы: кто, куда, зачем.

— Мудро, — ответил наёмник.

— Рич, вот твои странные одежды, — Дайна подъехала, протянула мне свёрток.

— Ох, я и забыл про заказ. Деньги-то где взяла?

— Ты сам дал Лиа на хранение.

— Я же вчера забрал у неё, — удивился.

— Она оставила немного для расчётов в тавернах.

«Смекалистая», — улыбнулся про себя.

— И зачем тебе эти обрезанные брюки? — не выдержав, спросила меня дворянка.

— Потому что жарко будет.

Отвернулся от неё, кинул свёрток в телегу позади себя. Телег у нас было три,

каждой правил один из наёмников.

— Господин, если вы собрались на Пантиду, — наёмник запнулся, — у нас контракт

на Каршу, — договорил он.

— Мы и поедем в Каршу, а на Пантиду — без вас, — объяснил Кайлику.

К вечеру остановились у трактира. Я ел отдельно от всех в комнате — ещё был

зол на девчонок. Денег осталось меньше ста пятидесяти серебрушек, а «дорога»

ещё только в начале.

— Надо монет раздобыть, — озаботился и бросил в миску деревянную ложку.

Надоело пристальное внимание и маниакальное опекунство. Ложки уже суют

деревянные, ножа нет, сами мясо измельчили — скоро пережёвывать начнут.

«Надо поговорить и кончать с этим безумием», — проворчал, вышел в коридор,

пнул дверь в комнату девушек.

— Молчать и слушать! — сразу прикрикнул на пустую комнату.

Никого не было. Спустился вниз, спросил трактирщика, где мои. Тот показал на

дверь — выход во двор.

Девушки упражнялись в бою на мечах. Их рубахи аппетитно намокли от пота.

Прислонился плечом к деревянному столбу пристроя и с интересом смотрел за

спаррингом. Дайна двумя клинками лихо отбивалась сразу от трёх девушек,

наседавших на неё с трёх сторон. При свете утренней Саи мечи грозно сверкали в

лучах. Дайна не смотрела на противников — она их «читала» по перемещениям.

Фиона и Лайла парно атаковали её с двух сторон, у каждой по мечу и щиту. Лайла,

как кошка, в низкой стойке кралась со спины. Взгляд у девушек был хищный,

волосы стянуты кожаными ремешками в тугие «хвосты», которые бесились при

движениях.

Дайна парировала атаки девушек двумя клинками с шагом вперёд меж нападавшими,

крутнувшись, развела клинки в стороны, разорвав угрожающую близостью дистанцию.

Лиа оказалась перед лицом Дайны и разразилась каскадом ударов, перемежая их со

щитом. Щит девушка использовала как толчковый удар за счёт острого умбона —

бронзового, стального круга с выраженным острым шпилем в центре. Дворянка

сделала быстрый шаг назад с сальто. Девушка ещё не коснулась ногами земли, как

Фиона с Лайлой снова атаковали её, заставляя уйти в глухую оборону. Дайна

сместилась влево, ближе к Лайле, по ходу «столкнув» удар меча соперницы и

развернувшись в пол оборота, ударила правым локтем в спину Лайле — та

за копалалась в толстую пыль. Удар Фионы пропал в туне, Лиа же, пытаясь провести

подсечку, отвлеклась на удар сверху Дайны, просто парировала его с уходом влево

и случайно загородила Фиону — на что и рассчитывала Дайна.

— Стоп! — крикнул и захлопал в ладоши.

Разгорячённые девушки разом остановились, кроме Лиа — та ударила под сгиб

колена Дайну, свалив её на землю. Лиа лыбилась, Дайна усмехалась.

— Нечестно, — произнесла дворянка, принимая руку подруги.

— В бою всё честно, — парировала бывшая десятница.

— Идите умойтесь, есть разговор, — сказал.

Девушки убрали клинки и щиты, подошли к бочке с водой и стали стягивать потные

рубахи, оголяясь. Усмехнулся и отвернулся.

— Как были бестыдницами, такими и остались, — проворчал незлобиво.

— Так мы вас сюда не звали, господин! — услышал наглый голос Лайлы.

— Меня не надо звать — сам дорогу знаю! — радостно сообщил эту новость.

Дождавшись окончания их омовения, взял в карьер:

— Молчать и слушать! — продолжил монолог, так неудачно начавшийся в пустой

комнате. — Вы устроили настоящий цирк, чуть не убив меня! Не перебивать! Купил

«дунство» и товар, чтобы переплыть море без лишних вопросов. А вы! — оглядел

гневным взглядом девиц, надеясь, что гневным, — записали меня в психа!

— Мы…

— Жопой нюхаешь цветы! — оборвал Лайлу. — Вернуть мне оружие — и вы все

наказаны!

— Какое наказание будет, господин Ван Грэй? — деловито спросила Фиона.

Девушка назвала меня титулом Варии, подчёркивая, что они принимают наказание

от своего дворянина.

— Будете мне массаж делать — из-за вас потянул спину, вися на оконной раме, —

проворчал.

Девушки прыснули и убежали в гостиницу переодеваться. Зря сказал им про

массаж: они втроём меня всего измяли своей богатырской циклической силищей. Не

перестаю удивляться, откуда такая сила у тонких и нежных рук.

Кайлик уже объяснил «своим» про моё странное поведение, и наёмники смотрели

теперь на меня с явным уважением. Продолжили движение и без приключений

достигли скалистых гор — царства гномов, Рубиновые копи. Тракты в Свободных

землях патрулировали отряды гномов, эльфов, людей, прилегающих к трактам их

королевств.

Не доезжая до высоченных ворот, высеченных прямо в горе-скале, нас остановила

бронированная стража мощных коротышек-воинов с бородами, заплетёнными в

несколько косичек. Бороды в основном рыжие, шлемы низкие, с закрытыми ушами, ни

перьев, ни бумбончиков. Высокие прямоугольные щиты смотрелись здорово — видно,

что толстые, крепкие, но гномы держали их играючи. Одеты в длинные кольчуги,

поверх них — стальные зерцала с наплечниками, налокотниками и поножами. На

поясах — в основном короткие боевые топоры, но были и моргенштерны. Копья

стопкой стояли, при тулены к стелажу.

Мы с девушками спешились, я отдал поводья Лиа. Дайна толкнула меня локтем и

протянула свёрнутый в трубочку листок. Там было написано: Гальда Дун — купец,

который выдал мне дунство третьей гильдии, шлёт бочку лощинского вина в дар

королю гномов и надеется на обратную услугу от меня, чтобы я вернул долг

гномьей водкой.

«Кстати», — подумал про вино.

— Стой! Кто такие? Куда и зачем? — закидал меня старший среди десятка

воинов-гномов.

— Стою. Ричард Дэй Грэй. К вам. Надо, — ответил и ласково посмотрел на

угрюмо-подозрительного стража ворот.

Тот потеребил свои криво заплетённые косички бороды и крякнул.

— Надо — это как? — насторожился десятник.

— Вот письмо от эльфов, — протянул свиток, — от Леди Кайры.

Гном понюхал бумагу, зачем-то лизнул и сунул в раструб перчатки. «Читать не

умеет», — догадался.

Десятник махнул рукой — гномы облепили мои телеги, проверяя, что везём. После

досмотра телеги отогнали под навес возле входа в королевство.

— Телеги останутся здесь, — твёрдо сказал гном.

— Там бочка с вином для короля! — вдруг вспомнил. — И вам отолью, — заманчиво

предложил.

Морды гномов расплылись в счастье. Наёмники отцедили им литров пять — и мы с

телегами въехали в грозное царство жителей подгорья. Открыли только одну

створку каменной двери — хватило бы разъехаться двум телегам.

Сначала после света стало непривычно темно, только тлели огоньки на выступах в

стенах. Как только вступили внутрь, по узорам в стенах пробежали алые язычки —

и стены озарились красным светом в причудливых рисунках. Рассматривали целые

композиции, баталии, «рисованные» живым огнём. Завораживало.

— Лиа, рот закрой, — усмехнулся на её реакцию, будто сам это сто раз видел.

Рядом шли сопровождающие гномы и улыбались от произведённого эффекта.

Распрямили плечи, выпятили груди, будто лично это создали.

— Сколько же лет этому великолепию? — спросил с умыслом.

— Лет? — махнул обиженно десятник. — Не одна тысяча!

— Просто подумал, глядя на вас, что это вы сделали, — подколол их.

Язвительности не поняли и стали рассказывать все чудеса их королевства.

«Да, болтун — находка для шпиона», — подумал.

Десятник довёл нас до следующего поста, сдал, так сказать, на руки и вернулся

наружу. Нас ещё раз «осмотрели», телеги загнали в глубь каменного мешка с

деревянными дверями. Везде по ходу движения масляные лампы перемежались с

магическими. Где-то были широкие камины, в них горел живой огонь. «Наверное,

газ подвели», — решил. Под разными ракурсами стояли зеркала — они ловили свет и

освещали коридоры.

— Тут светло почти как снаружи, — заметил, обращаясь к сопровождающему гному.

Тот только усмехнулся в бороду.

Коридоры сменялись залами с колоннами, потом шли по каменному мосту с высокими

округлыми парапетами — вниз было страшно смотреть, тьма. Оказались на большой

площади, где бойко шла торговля. Посмотрел наверх, увидел круглые отверстия —

оттуда поступал свежий воздух и слышался шум вентиляторов.

«Интересно, как они и на чём сделали тягу? Как оно вертится?» — почесал голову

и отмахнулся от дум.

Свет проникал и естественный из проходов в потолке, и так же, улавливая

зеркалами, «подавался» на весь рынок. Пройдя насквозь эту площадь, через

коридор попали в пещеру чуть больше, мастерски выдолбленную. Там стояли рядами

целые здания! Целые улицы со столбами и фонарями! Теперь я открыл рот.

Нас проводили в гостиницу, сказали ждать. Приветливый хозяин гостиницы и

корчмы тут же предложил откушать. Оглядел помещение: каменныестолы, очаг и

посетители-гномы. Гномы одеты по-домашнему: кто в домотканой рубахе,

привязанной кушаком на манер русских крестьян XIX века, кто вообще в халате.

Посетители не разговаривали — больше орали, перебивая друг друга. Кто-то

кого-то в углу таскал за бороду, но в основном просто орали и горланили песни.

На нас не обращали внимания — значит, тут посетители с «наружи» не новость.

Накормили каким-то мясом, щедро приправленным зеленью, дали попробовать гномье

вино — просто самогон, градусов тридцать, не больше. Выпил легко — не то ещё

пил, девушки покраснели, обсопливились и закашлялись.

— Уважаемый! — махнул хозяину.

— Что изволите? — услужливо согнул свой «каменный» торс.

— Девушка, принеси лучше эля, настоящего, какой умеют делать только гномы!

Мои слова упали куда надо — и нам на радостях притащили целый жбан, литров на

пять, густого тёмного пива. Распробовав этот напиток, отодвинул самогон.

К вечеру мы еле дотащились до наших комнат. Чуть позже зашла молодая гномка,

без бороды, взяла с меня две серебрушки за ужин и пять тин за две комнаты на

сутки. Наутро я попросил две ванны с горячей водой, и на время положил голову

на подушку — подушка коварно унесла меня к Морфею.

Конец 15-й главы.

Глава 16. Король Дандрион

Ближе к обеду, о чем оповестили нас боем, на площади здоровенные каменные часы

на башне этого подземного городка в пещере.

Без стука ввалились ко мне в комнату трое гномов.

Один был обряжен в расшитый золотом и усыпанный камнями-самоцветами дородный

гном с седой бородой до пупа. Сверху такой же плащ-халат, на голове шапочка с

цветным пером, на поясе церемониальный короткий меч.

Двое других — гвардия, в блестящих стальных панцирях, со щитами и короткими

копьями. Рослые, видно дворянских корней.

Насколько я знал из памяти моего второго «я», у гномов кроме короля не было

других титулов, кроме принцев и братьев, кузенов короля.

«Может, просто мой пацан не знал, — ладно, будем посмотреть!» — решил я и

вылез из лохани поздороваться с делегацией.

Я не стесняясь, снял со спинки стула полотенце и стал обтираться.

Гномы, посмотрев на меня, скривились — видно, непривычно им видеть безволосое

тело. Я прочитал их мысли по выражению на лицах.

«Бабуины волосатые», — обозвал их молча и, радуясь маленькой мести,

развеселился.

— Дэй Грэй, король требует тебя! — пафосно проскрипел седой дед.

— Ну раз требует, ведите, только облачусь пару сек, — молвил я, стараясь тоже

пафосно.

Пока я облачался в черный доспех, купленный перед балом, и крепил плащ

медальоном, который мне вручили как знак аристократа города Медянки.

— Господин? — Я не знал имени вельможи, он видимо забыл представиться.

— Дэр Голин, я министр связей с державами, — гном чуть согнул шею.

«Ну вот, оказывается, есть дворянский титул у местной элиты», — отметил про

себя.

— Дэй Ван Грэй, так зовут меня, — дополнил к своему имени титулы.

Гном поднял кустистые брови:

— Вон оно как? — удивился он. — Ты, вы, дворянин и у людей, и у циклов? Как

такое может быть?

— Все просто, милейший, — я чуть не похлопал старика по щеке, вовремя одёрнул

руку от его лица.

Тот посмотрел на мою руку, я тоже, потом посмотрели друг на друга, и я, чтобы

разрядить обстановку, подмигнул ему.