Безымянный лес

– А ты сможешь разобрать почерк?

– Не думаю, что нам придётся долго возиться с каллиграфией, – с усмешкой присел я на ящик и открыл дневник, но при виде размашистого почерка даже я немного растерялся… – Так. Ага, – и я неуверенно прошипел. – Надеюсь, наше зрение того стоит…

Вихри чернил переплетались по выцветшим страницам затвердевшей бумаги. Содержимое дневника оказалось не таким уж и понятным, как представлял себе Артур до того, как он открыл его, но всё же информацию от туда вычленить особого труда не составило – парни разбирали текст вдвоём. На первом же листе удалось приблизительно понять, о чем идёт речь. Там говорилось, что семья помещика находится в опасности, что некое существо пробудилось от многовекового сна и жаждет забрать каждого, кто находится на его территории. Лермонт описывал ту неведомую тварь, как «Сверхъестественное существо с огромными и острыми, как лезвие сабли, когтями, которое обладает увесистым телосложением химеры. Её зловонная чёрная шерсть обдаёт запахом мокрой сторожевой псины. Большие жёлтые глаза адского хищника вселяют страх в любого, кто посмотрит в них…».

– Да что это вообще такое?.. – озадаченно опустил я дневник, не веря написанному. Что мы только что прочитали?..

Тут на чердак поднялся Павел, и Артур испуганно закинул дневник за спину.

– Хо-хоу! Вот уж не ожидал, что вы так быстро найдёте себе занятие. Нашли что интересное? – с улыбкой оглянул Павел чердак. – Ого, тут НАСТОЛЬКО много вещей. Прям глаза разбегаются, да? – уставил он руки о талию.

– Да, тут всё очень интересно, – неуверенно улыбнулся я, но мне показалось, что я корчу гримасу, поэтому сразу же убрал улыбку. – Хочется прям всё изучить.

– Рад, что вы вместе, парни. В смысле общаетесь… – неловко усмехнулся он. – А, кстати, никак не могу найти ключи от подвала. Если вдруг найдёте – принесите, пожалуйста.

– Да, хорошо, Паш, – покивал Эмиль. – Ага…

– Круто. Ну развлекайтесь тогда. Не буду мешать, – направился он лестнице.

Мы с Эмилем провожали его взглядом вплоть до того, пока он не скрылся в люке, а затем взволнованно переглянулись и достали дневник обратно.

– А вы ещё разве не спускались в подвал? – обеспокоился я, вспомнив, как Паша искал ключи от подвала по приезде во дворец.

– Нет, – он медленно помотал головой, – он заперт на две двери… Там на стене решётка, будто кто-то не хотел, чтобы туда заходили… или лучше будет сказать: выходили оттуда… – эти слова заставили Артура задуматься о серьёзности ситуации. – Как думаешь, Лермонт действительно писал правду? Может, он сумасшедший?

– Не думаю… – я вспомнил голоса из тёмного коридора, странное поведение птицы, испуг Светы, когда крышка рояля внезапно захлопнулась. Всё это промелькнуло в голове, как видение экстрасенса, как в фильмах на ТВ3, но то были лишь мои воспоминания. – Это записи человека, который фиксировал всё, что видел и ощущал… – я засмотрелся на зарисовку головы с вытянутой пастью, из чьего зловещего оскала торчали клыки. Автор явно хотел передать точность образа через кропотливую работу, наверняка чтобы оставить информацию тому, кто найдёт этот дневник… Я уверен, что он хотел бы, чтобы его нашли.

Из записей дневника парни всё больше узнавали о семье Лермонта. Августовы переехали во дворец 1895 году. Изначально жене дворянина эта затея показалась сомнительной, но другого выхода у них, по факту, не оставалось – через тридцать четыре года после отмены крепостного права им пришлось продать свои земли в Подмосковье из-за того, что следить за владениями покойных родителей нынешним Августовым не представлялось возможным – приходилось платить наёмным рабочим – кошелёк шёл в убыток. Лермонт вовремя осознал, что пора искать более дешёвое и не требовательное поместье.

Через связи и знакомых дворянину удалось встретиться с одним довольно странным стариком. С виду и не скажешь, что он из рода богатой семьи, однако, как оказалось после, он имел особняк в глубине леса, куда даже волки не осмеливались прийти, по его словам. Просил он за трёхэтажный дворец скромную на тот момент цену, что заставило Лермонта сначала усомниться в предложении, а затем всё же согласиться на покупку из-за безысходности положения.

Спустя неделю после приобретения живописного и изящного здания пришла трагичная новость о кончине бывшего хозяина. Старик покончил с собой, повесившись на фонарном столбе, на окраине близлежащего поселения…

В первые дни жизни во дворце Лермонт заметил, что дверь, ведущая в подвал закрыта на два замка. Он пытался отпереть их всеми способами, но усилия оказались напрасными. Бывший хозяин не оставил ключ в связке, поэтому пришлось выбивать. Спустившись по необычайно длинной лестнице, мужчина поразился неописуемым масштабам, словно под дворцом находился свой мир. Глухой. Томный. Смертный.

Из глубин подземелья каждый вечер доносились пугающие завывания. Долгое время семья боялась спускаться туда, потому что никто не знал, что скрывается там – во тьме и сырости. Каждое полнолуние знаменовало начало кошмаров, которые мучили не только семью, но и придворных служащих. Были ли те страшные сны связаны с подземельем? Глубокой ночью дети внезапно вскрикивали в своих комнатах; жена ворочалась в постели, словно сам дьявол игрался с ней, как с куклою; нанятые рабочие уходили в лес и безвозвратно пропадали там; служители частной церкви неподалёку от дворца накладывали на себя руки. Некогда кипевший жизнью лесной клочок земли питался кровью и становился безжизненным до тех пор, пока Лермонт не остался один. Он писал о том, как горюет по родным. Он хотел бы вернуть их всех, но не мог… потому что они все мертвы…

« Нечто страшное скрывается глубоко в подземельях нашего поместья », – выделил эту фразу Лермонт. Он обвёл каждую букву по несколько раз, будто впал в мысленный транс или покинул собственное тело, оставив его бездумно водить пером по нижнему краю бумаги…

– Нужно показать это остальным, – я решительно подскочил с ящика, направившись к выходу.

– Нет! – возразил Эмиль, помчавшись за другом. – Если расскажем – они воспримут это не всерьёз и сами спустятся туда…

– И правда, – прошептал я, потупившись. В словах Эмиля была правда. Вдруг кто-то из друзей начнёт спор и решит проверить? – В любом случае нам стоит поглядеть, – бросил я дневник на ящик и пошёл к лестнице.

Парни спустились на первый этаж и, не встретившись ни с кем из друзей, проследовали к левому крылу. Дойдя до конца длинного коридора, они завернули за угол и увидели высокую белую стену с дверью, которую перекрывала чёрная решётка со второй дверью, что выглядело весьма и весьма устрашающе.

– Серьёзная стена… – мне не верилось, что человек, который жил здесь, так боялся подвала.

– Не хотелось бы знать, что за ней… – неуверенно глянул Эмиль на друга, подснимая снизу-вверх вход на камеру.

Я впервые испытывал такое чувство… Я одновременно боялся и хотел узнать, что находится по ту сторону двери. Лермонт оградил вход решёткой, но смогла бы она удержать нечто, что, в теории, находится внизу? В книге говорилось, что жителей дворца мучили кошмары. Что уж говорить, да даже священники, которые находились вне поместья подвергались сверхъестественному воздействию… Возможно, мы с Эмилем накрутили себя чтением дневника, и, возможно, Лермонт и вправду был сумасшедшим, но… в глубине души я почему-то верил ему…

Как только парни закончили с осмотром двери и вернулись в главный зал, то вздрогнули от эха, что донеслось со стороны лестницы:

– Ну привет, Артур и… Эмиль… – неуверенно произнёс он имя, будто боялся назвать его неправильно. – Чем занимаетесь? – весело спросил он, облокотившись о перила на пролёте.

– Дворец осматривали, – безмятежно ответил я, глянув на Эмиля, который будто не хотел участвовать в диалоге, и опустил камеру, и отвернулся в сторону. – Где остальные?

– Разошлись кто-куда. Оставили меня одного. Хожууу, – потянулся он, зашагав в сторону. – Гуляяяю, – он точно прибеднялся. – Тоска-тоскущая.

– Компанию ищешь?

– Да не, – махнул он рукой. – Я уж как-нибудь сам себя развлеку, – хитро улыбнулся он и стал подниматься по лестнице.

Если говорить честно, Глебу было не комфортно пребывать во дворце. Да, он хотел казаться весёлым, и это ему вполне удавалось, но на деле он желал просто уединиться. Поднявшись на третий этаж, он побрёл вдоль небольшого коридора, глядя на тусклое окно, где от лёгкого сквозняка покачивался тюль. Попутно парень пытался открывать запертые двери, отшатываясь от одной ручки к другой, пока не добрался до самого конца, где за окном он увидел высокие деревья и едва заметный чёрный забор, подле дворца.

Наблюдение за ярким солнечным днём из тени комнаты вызвало у Глеба чувства ностальгии о том, как раньше он проводил летние каникулы в Сочи. Тогда родители ещё не выпивали и не ругались по пустякам…

За спиной донёсся скрип петель. Глеб в недоумении обернулся и увидел, как самая дальняя из четырёх дверей приоткрылась. Странное обстоятельство встревожило парня:

– Эй?.. – неуверенно вглядывался он в полумрак коридора, ожидая, что друзья сию минуту выпрыгнут из-за угла и напугают его, чтобы отомстить за то, что он заставил их бояться во время розыгрыша. – Так, если вы пришли, чтобы я в трусы навалил, то могли бы и попросить, – ухмыльнулся он и робко двинулся к двери. – Пашааа? – тихонько пропел он.

Когда Глеб заглянул в приоткрытую дверь, то увидел светлую комнату, похожую на зону отдыха, где друг напротив друга стояли два кресла, а между ними столик с шахматной доской. Фигуры были выставлены на начальные позиции, будто вот-вот начнётся партия. Глеб беззаботно вошёл внутрь, спрятав руки в карманы чёрных джинсов и прогулялся к окнам, откуда виднелись главные ворота и дорога, ведущая к выезду. А ещё Михаил, что копался в минивене…

– Как ты там тогда сказал? «Просто приятели»? Как знаешь… Больно уж хотелось общаться…

Заниматься в комнате особо было нечем, поэтому Глеб развернулся и пошёл к двери, но замер на пол пути, за спинкой кресла, и настороженно посмотрел на столик. Белая фигура коня стояла на позиции, за пешками. Она сдвинулась? Насколько помнил парень, когда он входил в комнату, все фигуры находились на своих местах. Разыгралась резкая паранойя. Сердце тихонько сжалось, и Глеб в спешке покинул комнату, не желая оставаться наедине…

В обратную сторону

Дворец, столовая…

Песня Моргенштерна «Последняя любовь» играла в наушниках Дениса на повторе уже полчаса, пока телефон вдруг не отключился. Парень взял его быстро понял, что батарея полностью разрядилась. От этой досадной новости он цокнул и откинулся к спинке стула, поглядев на Мишу, который внимательно рисовал в своём блокноте.

– Миш, у тебя зарядка есть? – снял он наушники и обвязал вокруг шеи, спрятав под воротником.

В ответ Михаил тяжело вздохнул, не отрываясь от рисунка:

– Паша запретил брать повербанки, чтобы никто не зависал в телефонах. Так что самому сейчас нелегко.

– Понятно… – встал он стула и направился в главный зал, пока Миша провожал его взглядом.

Как только Денис шагнул в главный зал, с улицы вошли Марк и Света, что, казалось, сияли от счастья. Парень робко поглядел на девушку издалека и заметил её мимолётный суровый взгляд, словно она не одобрила его ожидание у дверей столовой. Странную переглядку заметил и Марк, но сделал вид, будто не обратил внимания. Затем со второго этажа быстро спустился Павел. Он шёл в гостиную, но его остановил добрый голосок улыбчивой Светы:

– Паш, а как ты фонтан запустил? Если не секрет.

– Какой фонтан? – замер он боком, думая, что вопрос с подвохом.

– Ну тот, что в саду, – радостно усмехнулась она. – На заднем дворе. Он работает.

– Да ну? Быть не может, – улыбнулся он с подозрением, думая, что его разыгрывают. – Он ведь сломан, – прищурился он.

– Но ведь работает, – уверила она его.

Из интереса Павел всё же решил проверить так ли это на самом деле, и пошёл в сад вслед за парой. Снаружи дул приятный прохладный ветер и грело солнце. Павел восхищался погодой – знал, что не прогадал со временем поездки. Изначально он хотел устроить отдых во время зимних каникул, но понял, что если дорогу заметёт, то выбраться из леса будет проблематично, поэтому он убедил друзей взять перерыв в учёбе. Им настолько понравилась идея проживания во дворце, что почти все безоговорочно согласились, кроме разве что Рафаэля, который был чуть младше остальных. Его родители не одобрили идею отпустить сына «не пойми куда». Согласившись с их позицией, Павел не стал настаивать, ведь парню было всего шестнадцать, несмотря на то, что он уже перешёл в 11 класс. Возможно, в следующий раз он всё же присоединиться к другой поездке.

И вот, когда троица стала подходить к фонтану, Света и Марк растерялись – струи воды больше не хлестали из клювов каменных птиц. Девушка в недоумении подбежала к бортику и осмотрела сухое дно, будто фонтан не наполнялся вот уже сотню лет. Ошеломлённый Марк застыл с приоткрытым ртом, приглядываясь издалека, и вспомнил, как открывал вентили в ванной, но воды там не оказалось. Точно розыгрыш. Павел с усмешкой оглянул грандиозный сад и пошёл обратно, весело выкрикивая:

– Если хотели, чтоб я такой красотой полюбовался, могли бы так и сказать!

Света озадаченно присела на бортик фонтана и поглядела на задумавшегося Марка:

– Нам же это не привиделось? – спросила она вполголоса. Она уже сомневалась в том, что видела.

Марк медленно помотал головой. В голове ничего не укладывалось. Как вообще вода может работать во дворце, который не обслуживали очень долгое время? И что же произошло на самом деле?..

Дворец, гостиная…

Время шло. Солнце садилось за горизонт. Три нетронутые бутылки шампанского отражали мелькающий огонь из камина. Все друзья наконец собрались после беззаботного дня, но праздновать поездку не торопились. Марк и Света до сих пор не могли выкинуть из головы момент, когда фонтан брызнул водой, которая затем исчезла, не оставив и следа; Эмиль и Артур задумались о записях Лермонта и о подвале, запертом на два замка, и надеялись, что по ту сторону бояться нечего и что хозяин дворца – простой безумец; Михаил снова сидел на стуле и уныло глядел на пламя – ему хотелось поскорей вернуться в город и заниматься своими делами; Денис изредка смотрел на Свету и с грустью крутил в руке разряженный телефон – понимал, что ничего уже не изменить, но всё же надеялся, что девушка когда-нибудь разлюбит Марка и вновь мило улыбнётся ему, как бы то злостно ни звучало…

Внезапный громкий цок заставил всех вздрогнуть – Глеб открыл бутылку шампанского:

– А неплохо! – наливал он напиток в бокал. – Даже не накосячил!

– Хотя бы у кого-то праздник, – с улыбкой оглянула Валерия молчаливых друзей.

– Так, – подскочил Павел с пола и встал перед камином, затаив интригу, – я понял. Истории, – схлопнул он ладони. – Кто хочет рассказать нам что-нибудь такое… интересное с примесью японского страха? М? – загадочно оглянул он всех, но друзья не совсем уловили мысль. Что им ещё придётся рассказать, кроме как обыкновенную страшилку? – Есть желающие?