Кровь Отверженных. Пробуждение истинной

— Что теперь? — спросил один из альф.

Все смотрели на Рэя.

— Теперь, — громко произнёс он, — мы заставим их заплатить...

Ветер ударил в лицо, а первые лучи солнца коснулись утомленных глаз.

Над их головами больше не было ни стен Совета, ни его законов.

Только дорога и война, с которой они обязательно вернутся.

Глава 3. Эмми.

— Мисс Солэй, отчёт по новому делу жду до конца рабочего дня. — Голос главного юриста компании «Хостиндер» отвлёк меня от документов и фотографий, хаотично разложенных на рабочем столу. Подняла голову, я коротко кивнула.

— Конечно, мистер Льюис.

Он удовлетворённо улыбнулся и направился дальше по коридору, продолжая раздавать поручения своим подчинённым.

Рабочий день был в самом разгаре: слышались постоянные звонки, работал принтер. кто-то спорил о новом контракте за стеной, а со стороны кухни доносились голоса, обсуждающие планы на выходные.

И только я продолжала тонуть в делах,

— Эмми, пошли в «Стинки» на ланч. — дверь моего кабинета распахнулась, являя высокое худощавое тело в костюме—тройке и очках.

— Нет. — продолжая жевать несчастный карандаш, я внимательно просматривала документы.

— Ты даже не дослушала моё предложение. Сегодня у них нежнейший ягнёнок в сметане и фирменный пирог с яблоками. Пальчики оближешь.

— Маркус, сходи сам. — немного подумав добавила, — Но я не отказалась бы от пирога.

— Тебе не стыдно?

— Ни капельки.

Он подошёл ближе, и нависая над столом впился в меня своим фирменным взглядом.

— Ты скоро превратишься в моль, такую маленькую серую букашку.

— Прошу прощения? — Задохнувшись от возмущения, я подняла голову и посмотрела на старшего юриста административного права.

— Чего ты вечно сидишь погребённая в бумагах? Как тут вообще можно понять, что где лежит? — Он наугад вытащил лист из ближайшей стопки. — Например, вот это.

— Маркус.

— Это дело мы закрыли ещё два месяца назад.

— Маркус. Положи, будь добр, на место.

— Нервничаешь? — победная улыбка озарила его смуглое лицо, и он с важным видом поправил очки.

— Я сейчас засуну этот отчёт тебе в… — но договорить мне не дали, прервав в самом интересном месте. У меня была приготовленная пошаговая инструкция включающая в себя сводку медицинских терминов, чтобы как можно доходчивее описать то самое место, в котором окажется отчёт.

— Понял. — Лист вернулся на место и я облегчённо выдохнула.

— Ничего не трогай, и не разрушай мою систему организации.

— Твою что?

— Систему организации.

— Это не система. — он обвёл рукой стол. — Это стихийное бедствие.

Медленно выпрямившись, уперла руки о стол в защитной позе.

— Это идеально выстроенная структура.

— Эмми. У тебя степлер лежит внутри коробки от пончиков.

Я посмотрела на коробку. Потом на степлер. Потом снова на коробку.

— И что тебя так сильно в этом беспокоит? Хорошо же лежит, уютненько. Главное — я знаю, где он находится и мне не приходится тратить время на его поиски.

Маркус молча стоял и смотрел на меня, наверно чего-то ожидая? Но мне сейчас совершенно не хотелось разбираться с его внезапно вспыхнувшей педантичностью.

— Будь лапочкой и закрой дверь с другой стороны. — сказала, махнув в сторону выхода, но в ответ услышала лишь похрюкивающий смех.

— Какая же ты зануда. Однажды я зайду сюда, и не смогу отыскать тебя под горой бумаг и кучей этого мусора.

— Зато я эффективная, в отличие от некоторых, шастающих по чужим кабинетам.

— Очень спорное заявление. — Показав мне язык, Маркус вышел из кабинета.

Господи, какой же позёр. Но я всё равно расплылась в улыбке.

Иногда мне казалось, что Маркус был единственным человеком в офисе, которому был совершенно безразличен мой тяжёлый характер.

Большинство коллег считали меня слишком серьёзной, я — их недостаточно ответственными. И это прекрасно работало.

Собирая себя обратно в кучу, продолжила пересматривать материалы нынешнего дела, отчет по которому нужен мистеру Льюису уже сейчас.

Фотография тринадцатилетней девочки смотрела на меня с первой страницы папки. Кенни Ларнет, пропала двадцать один день назад без требования выкупа или свидетей.

Такие расследования не давали мне спать по ночам, напоминая события, случившиеся когда мне было одиннадцать.

Пальцы сами скользнули по фотографии Кенни. У нее были любящая семья, весёлая старшая сестра и обычная жизнь подростка.

Когда-то у меня тоже была старшая сестра, не кровная, но не менее важная и любимая.

Вай появилась в моей жизни раньше, чем я научилась понимать значение слова «семья». Она была первой, кто заставил меня поверить, что я не одинока. Будучи всегда рядом, за моей спиной, она дарила свою любовь, тепло и защиту.

Пока в один день просто не исчезла.

Приют, ссылаясь на конфиденциальное удочерение, отказались сотрудничать, на что полиция лишь пожала плечами. Документы, мол подтверждающие удочерение в приюте есть, а значит всё в рамках закона.

Мир продолжил жить дальше.

Только мы с Рим не смогли, чувствуя свою беспомощность перед чужим равнодушием. Я не могла ничего изменить или заставить кого-нибудь искать её. Мне не давали ответов ссылаясь на " что такой ребёнок как ты, может понимать" или " ты всё выдумываешь".

Я поклялась, что больше никогда не позволю себе быть бессильной.

Спустя годы это привело меня на юридический факультет и в компанию «Хостиндер», а также к хроническому недосыпу.

На следующей странице прикреплены последние фотографии Кенни. Они были сделаны камерой наблюдения возле балетной студии, девочка улыбаясь шла в сторону парковки.

Одетая в широкие чёрные спортивные штаны, белую майку и ярко-жёлтую олимпийку, она была похожа на птичку с ярким оперением. Вьющиеся светлые волосы спадали почти до поясницы.

Она выглядела счастливой.

Согласно показаниям родителей, по вторникам и четвергам Кенни всегда забирала старшая сестра.

Видеозапись запечатлила, как она вышла из здания и помахав кому-то рукой, села на переднее сиденье машины с улыбкой на лице. Через открытое окно водительской двери было видно, как Индира, старшая сестра, что-то рассказывает ей и смеётся.

Это мог быть милый вечер кино и попкорна, с обсуждением красивых мальчиков или споров о музыке. Очень жаль…

Я бы многое отдала, чтобы узнать, что случилось с моей сестрой. Жива ли Вай? Или давно лежит в какой-нибудь безымянной могиле, о которой никто никогда не узнает. Тоска по ней была моим верным спутником многие года, и я прекрасно понимала, что чувствуют близкие Кенни.

Следующая фотография была сделана уже после аварии.

Перевёрнутый автомобиль лежал в овраге возле лесополосы. Индира Ларнет висела вниз головой без сознания, а вокруг лежали осколки стекла окрашенные кровью.

Но Кенни в машине не было.

Увеличив картинку, постаралась прогнать тревожное чувство зарождающееся в животе.

Зернистость изображения сразу стала заметнее, но странное затемнение на лобовом стекле никуда не исчезло. Наоборот, теперь оно выглядело ещё более неестественным.

Несколько минут я просто рассматривала снимок, после чего потянулась за отчётом дознавателей. Иногда самые важные детали прячутся между строк.

Согласно официальной версии, автомобиль Индиры Ларнет потерял управление на повороте, вылетел с трассы и перевернулся несколько раз прежде, чем остановился в овраге. Это выглядело довольно убедительно, если не учитывать один небольшой нюанс — Кенни исчезла из запертой машины.

Пролистывая дальше, записываю главные детали для отчёта: ремень безопасности на пассажирском сиденье был застёгнут, следы борьбы отсутствовали, а дверь была заблокирована изнутри. Окно тоже не повреждено. Никаких отпечатков посторонних лиц или следов проникновения.

Абсолютно ничего!

Открыв файл с видеозаписью регистратора, увидела чёрный автомобиль, что появился практически сразу после того, как сёстры покинули территорию балетной школы.

Обычная неприметная машина, каких сотни в Арканоре. Она держалась на расстоянии, ехав позади в течение нескольких минут.

Дальше запись дёрнулась, а на экране появился кадр с уже перевёрнутой машиной в овраге.

Я остановила видео и отмотала назад, пересмотрев ещё раз. Потом снова и снова. Каждый раз результат оставался одинаковым.

Кусок записи отсутствовал, как будто был удалён профессионалом.

— Хакер? Возможно. Но тогда похититель должен был заранее знать не только маршрут, а также автомобиль, время и саму жертву. — разговаривать сама с собой я так же любила, и откинувшись на спинку стула запрокинула голову глядя в белый подвисной потолок.

За окном медленно сгущались сумерки.

Большинство сотрудников уже собирались домой, о чём свидетельствовал нарастающий гул. В соседнем кабинете кто-то громко смеялся, а в коридоре хлопнула входная дверь.

Жизнь продолжалась, только маленькая девочка по имени Кенни Ларнет всё ещё оставалась неизвестно где.

Ей было всего тринадцать лет, совсем ребёнок который должен купаться в любви близких и наслаждаться молодостью.

Я хорошо помнила себя в этом возрасте. Жизнь в приюте и бесконечное ожидание, когда вернётся Вай.

Каждое утро я просыпалась с надеждой, что она вернётся, но каждую ночь ложилась спать разочарованной.

И так год за годом.

Закрыв папку, устало потёрла глаза.

Голова начинала раскалываться и мне явно нужен был кофе. Или сон. Но можно и то и другое.

— Джилс, мы уже получили результаты экспертизы крови? —Я заглянула в кабинет помощницы мистера Льюиса, что сидела как креветка уставившись в монитор компьютера.

— Полчаса назад пришло три факса. — Она порылась среди бумаг. — Ты же ведёшь дело Ларнет?

— К сожалению.

— Тогда держи. — сказала, протянув мне тонкую стопку документов. — Если найдёшь что-то интересное, обязательно расскажи.

— Сразу после того, как закончу отчёт. — улыбнувшись в ответ, я направилась к себе.

— Значит никогда. — долетело до меня весёлое замечание.

На первой странице был стандартный отчёт лаборатории. На второй — сравнительный анализ ДНК. На третьей...

Бегло просматривая текст, остановилась:

«Кровь, обнаруженная на пассажирском сиденье автомобиля, не принадлежит Кенни Ларнет. Сходство с человеческой ДНК составляет 45%.»

— Что за нахрен... — получилось громче, чем следовало, и я выругалась еще раз, закрывая дверь кабинета.

Возможно какая-то ошибка? Загрязнение образца? Стажёр напортачил? Сбой программы? Полный бред. Наверное, лаборатория ошиблась. Да. Именно так.

Самое простое объяснение обычно оказывается правильным.

Я уже потянулась к телефону, собираясь запросить повторную экспертизу, когда взгляд случайно зацепился за фотографию со стеклом.

Странный отпечаток ладони, исчезновение ребенка...

Тревога отозвалась в животе и я опустилась обратно в кресло. Исчезновение Кенни Ларнет, совершенно не то, чем кажется на первый взгляд.

Телефон завибрировал, когда я в четвёртый раз перечитывала результаты экспертизы.

На экране высветилось имя Маркуса. Конечно. Кто ещё мог звонить мне в половине девятого вечера.

—Слушаю тебя, королева на связи.

— Ты всё ещё правишь в своём королевстве исписанной бумаги?

— Я работаю, придурок.

— Шокирующая новость. — на заднем фоне я услышала звон бокалов и лёгкую музыку.

— Что тебе нужно?

— Мы в баре и ждём тебя.

— Давай Эмм, поднимай свою миниатюрную пятую точку и присоединяйся. — кричала в трубку Джилс, видимо уже пропустив пару коктейлей.

— Поздравляю , но нет.

— Бесплатная еда, и я закажу тебе тот коктейль, что подают с вишенкой и рамбутаном.

— Буду через час. Мой коктейль уже должен стоять и ждать меня.

— Вот и умница. — не дожидаясь ответа, Макус бросил трубку.

Аккуратно убрав документы в ящик стола, выключила компьютер и наконец поднялась. Дело за ночь никуда не денется, а спина уже требовала хорошей разминки.

Похоже, сегодня я снова просидела за работой слишком долго.

Дом встретил меня запахом чеснока, базилика и жареного мяса. Божественный запах.

— Если это опять брокколи, я съезжаю!

— Не драматизируй. — Голос Рим донёсся из кухни. — Сегодня в меню у нас паста.

— Слава богу! — бросив пальто на кресло, я направилась на запах еды.

Рим стояла у плиты, помешивая соус деревянной ложкой. Моя светловолосая богиня кухни, умудрялась быть грациозной, как нимфа и злой, как те маленькие собачки, готовые разорвать вся и все.

С возрастом мало что изменилось, разве что теперь её драки заканчивались увольнениями других и разорванными контрактами, а не сломанными носами одноклассников.

— Тяжёлый день? — спросила она, пританцовывая в своих любимых плюшевых тапках.

— Да, очень.

— Все ещё ведешь то дело о пропавшей девочке? — выключая плиту, Рим наконец повернулась ко мне. — Нашли что-нибудь?

— Пока только больше вопросов, чем ответов.

— Ты хотя бы ела? — внимательно осматривая меня с ног до головы, Рим спросила, — Сколько дней ты уже не спишь?

— Два. — сев за стол я принялась ковырять свою пасту.

Хоть в животе и зияла дыра от голода, кусок в горло не лез.

Рим опустилась на кресло напротив, и погрузила в рот первую порцию пасты.

— Ты не можешь так продолжать, скоро свалишься и в лучшем случае попадёшь в больницу.

— Перестань отчитывать меня, или мама приказала тебе следить за мной?

— Иногда мне кажется, что тебя удочерили по ошибке. — Рим махнула в мою сторону пустой вилкой.

— Поздно. Возврату не подлежу. — Уголки её губ всё-таки дрогнули, а после на лице расцвела улыбка. Я любила наш небольшой и не идеальный дом.

Раньше я и не мечтала, что моя жизнь будет такой.

Мама и папа, Мистер и миссис Солэй, появились в нашей жизни неожиданно, приехав как волонтёры в приют. Спустя месяц они начали забирать нас с Рим на выходные, а после объявили об удочерении.

В свою первую ночь в их доме я узнала, что такое большая и удобная кровать, тёплое одеяло и молоко на ночь.

Поначалу страх полюбить, и быть выкинутой не давал распаковывать вещи. Под кроватью всегда стоял собранный рюкзак, и даже спала я одетой, на случай если меня вернут обратно в приют.

Рим делала то же самое, хотя никогда в этом не признается.

— Ты опять задумчивая. Что тебя тревожит? — Ри поставила передо мной чашку чая.

— Эта история напоминает мне её. — Рим отвела взгляд, оставшись стоять надо мной.

—Думаешь, Кенни ещё жива?

— Я очень хочу в это верить. — тёплая рука накрыла мою руку, и этого оказалось достаточно.

***

Как и в любую другую пятницу, бар был переполнен. Живая музыка не мешала вести беседы, флиртовать или сплетничать.

Маркус, сидя за нашим любимым столиком в углу, размахивал рукой так активно, будто пытался посадить самолёт.

— Она пришла!

— Это исключение из правил, так что не привыкай. — Оглядев стол, увидела свободное место, и не теряя времени плюхнулась на стул.

— Ребята, я — выиграл. Прошу скидываться.

— Ты охренел, Маркус? — Официант поставил передо мной бокал и Маркус тут же поднял свой.

— За то, что мисс Солэй, наконец покинула рабочее место.

Все дружно рассмеялись, и разговор постепенно перетёк к обсуждению той же работы, новые проекты и офисные сплетни, в которых я традиционно ничего не понимала.

В какой-то момент Джилс вдруг посмотрела на меня поверх бокала.

— Ты странная последние дни. — пожав молча плечами, продолжила попивать свой коктейль.

— Конечно, с таким то криминалом! Оно напоминает мне одну старую историю. — Маркус сделал глоток пива и продолжил, — Пару лет назад, тоже пропала девочка на восточном побережье. Но следов или свидетелей не было.

— И чем закончилось?

— Ничем. — нахмурив брови, Маркус положил голову на руку и со скучным видом смотрел на меня. — Кажется, дело так и осталось нераскрытым.

— Имя помнишь? — стараясь не показывать напряжения в теле, продолжила держать соломку, делая вид что пью.

Я готова была сорваться с места и бежать, лишь бы проверить случай о котором он говорил.

— Нет.

— А город?

— Тоже нет.

— Ты безнадежен, никакой полезной информации.

— Я стараюсь. — в подтверждение что разговор окончен, Макрус громко рассмеялся, что подхватили и остальные.

Во мне же разгорался пожар, который можно было потушить знанием. А что если Кенни не первая? И даже не вторая? И никто до сих пор этого не заметил?

Домой я вернулась далеко за полночь разбитая и уставшая.

Город уже начал затихать, и редкие машины проезжали по мокрым улицам, отражаясь в лужах размытыми пятнами света.

Дождь закончился около часа назад, но воздух всё ещё был свежим.

В окне кухни горел свет, а значит Рим не спала. Как наседка, никогда не ложилась раньше меня, если знала, что я где-то задерживаюсь.

Я старалась изо всех сил, открыть дверь максимально тихо, но увы...

— Ты снова поздно. — Рим сидела на диване с книгой в руках.

— Почему ты не спишь?

— Кто-то должен следить за тем, чтобы ты, в конце концов, легла спать и не умерла от переутомления.

— Забота в твоём исполнении звучит страшнее, чем у мамы.

— Так и есть.

Бросив куртку на спинку стула, подошла к холодильнику потянулась за бутылкой воды. Во рту пересохло. Сделав несколько больших глотков, села возле Рим.

— Как прошёл вечер?

— Маркус по-прежнему идиот, но в общем хорошо.

— Какая неожиданность.

— Джилс выпила четыре коктейля и решила, что может открыть собственную юридическую фирму и заработать миллион за месяц.

— Звучит перспективно.

— О да, особенно учитывая, что через двадцать минут она забыла название своей фирмы. — мелодичный мягкий смех вырвался у Рим, давно я уже не слышала этот звук.

Последние недели мы обе жили в каком-то бесконечном марафоне. Работа. Дом. Сон. Повторить. Сейчас было особенно приятно просто сидеть рядом, так по-семейному.

—Ты опять идешь работать? — спросила Рим, заметив ноутбук в моих руках.

— Только пять минут, мамочка.

— Это те самые пять минут, которые обычно заканчиваются в четыре утра?

— Возможно... — Рим покачала головой.— Спокойной ночи.

— Спокойной. — отложив книгу на столик, она поплелась в свою спальню.

Щелчок закрывшейся двери отсёк очередную порцию неодобрительных комментариев, оставив меня наедине с тишиной и монотонным тиканьем часов.

Открыв ноутбук, в сотый раз за сегодняшний день, выбрала папку Кенни Ларнет. Я не знала, что именно ищу, но чувствовала, что что-то важное ускользнуло. То что все остальные пропустили.

Навела курсор на снимок лобового стекла, ведомая невидимой рукой, начала увеличивать изображение, пока отдельные пиксели не стали различимы невооружённым глазом.

Внутренности скрутились в тугой узел, возвращая ощущение моей верной подруги — тревоги.

Приблизила ещё ближе, пока ползунок не упёрся в максимум и подавилась воздухом. След действительно напоминал отпечаток ладони, но рядом, как продолжение просматривались ещё пять точек — возможно, царапин.

Мне нужно было подумать.

Отправившись на кухню, достала маленькое яблоко и вонзила в него зубы, решив дать мозгу то, в чём он сейчас отчаянно нуждался, — сахар. Откусив ещё кусочек, принялась мерить шагами комнату, в надежде собрать разрозненные факты в единую картину.

Я же не сумасшедшая. По крайней мере, раньше, я была в этом уверена. Но как бы ни старалась найти разумное объяснение, логика здесь попросту отказывалась работать.

Возможно нужно пересмотреть отчёт лаборатории? Сорок пять процентов — эти цифры застали меня в расплох, но фотография...

За окном поднялся ветер, и ветка ореха, растущего под окном, ударила в стекло. Мне стало неуютно, и собственная квартира казалась не таким уже доброжелательным местом.

Нарушавшие тишину звуки разбушевавшейся природы давили. Я вспомнила, как когда-то сидела на своей кровати в приюте, прислушиваясь к каждому шороху в коридоре и завыванию ветра за окном, боясь услышать волчий вой. Вай часто читала нам легенды об оборотнях, которые якобы когда-то жили за стеной. Правда же оказалась куда прозаичнее: та часть материка была непригодна для жизни из-за скалистых гор и извержения вулкана, унёсшего жизни тысяч людей.

Откинувшись на спинку дивана, не выпускала ноутбук из рук. Взгляд каждый раз возвращался к экрану.

Я боялась узнать правду.

Если моя догадка окажется верной и легенды окажутся правдой... тогда наш мир гораздо страшнее, чем я думала и Кенни Ларнет могла находиться рядом с этим кошмаром.

Закрыв ноутбук, я свернулась калачиком прямо на диване.

Но уснуть так и не смогла, терзаемая ощущением приближающейся беды.

Глава 4. Рэй.

Остров просыпался, освещённый ласковым тёплым солнцем.

Стоя на террасе небольшого дома, Рэй наблюдал, как яркие лучи медленно ложатся на деревянные стены, крыши из светлой черепицы и узкие улочки, спускающиеся прямо к океану.

С площади доносились весёлые крики и смех детей.

Несколько мальчишек босиком носились вокруг фонтана, визжа от восторга каждый раз, когда струи воды вздымались вверх. Девочка в голубом платье пыталась поймать ладонями радугу в брызгах, а двое малышей, едва научившихся ходить, сидели прямо в мелкой воде под присмотром улыбающихся женщин.

В воздухе витали ароматы свежеиспеченного хлеба, цветущих деревьев и солёного бриза. Казалось, что этот рай не настоящий, лишь игра уставшего воображения.

Оказавшись тут впервые, Рэй долго сидел на берегу и смотрел в океан, стараясь забыть прошлое и Ноктэрис.

Шум воды успокаивал, даря лёгкость душе.

— Если ты не сделаешь лицо попроще, они решат, что ты пришёл отменить свадьбу, а не поздравить молодожёнов. — Кэсс появился за его спиной, поедая какой-то красный плод.

— Я умею радоваться.

— Конечно-конечно. Если это лицо сейчас выражает радость, боюсь твоё раздражение многие могут и не пережить. Умрут от сердечного приступа.

Флэй, развалившийся в кресле с чашкой кофе, явно страдающий от похмелья, скривился.

— Оставь его. У Рэя хроническая аллергия на счастье. - буркнул Азур, расположившись на ступеньках и листая сметы.

— У меня аллергия только на идиотов.

— Тогда удивительно, что ты до сих пор не умер рядом с нами от анафилактического шока — заметил Дэв, просматривая список поставок на планшете. — По моим расчётам, он должен был умереть ещё на третьем году знакомства с Флэем.

— Кощунство, — возмутился тот, прижимая ладонь к груди. — Я между прочим духовный центр этой стаи.

— Напомню тебе, духовный центр, что ты пытался поджарить сосиски на факеле в подземном тоннеле. — отчеканил Кэсс, присаживая рядом.

— Да, и накормил ваши увядавшие туши.

— Мы тогда чуть не задохнулись от дыма. И едва не выдали наше расположение, идиот.

— Нас не нашли, благодаря тому, что ваши животы перестали орать в припадке судорожного голода, сожрав все жареные сосиски. - Кэсс сидел на перилах, проверяя прочность конструкции. При его телосложении, результат эксперимента не заставит ждать себя долго.

Дэв делая вид, что читает, слушал каждое сказанное слово. Азур, - отдыхал. Флэй же оставался Флэем.

Допивая кофе из чужой кружки с надменным видом, этот любитель приключений, рассказывал о вчерашней попойке, что устроил на мальчишнике жениха.

После Отречения у них не осталось ни дома, ни имени, ни права называться волками Вальдораса. Совет забрал у них всё, чем можно было привязать альфу к прошлому. И сам же создал то, что не смог уничтожить — возможность создать свою стаю.

— У нас сегодня свадьба, — напомнил Дэв. — Попробуйте хотя бы до вечера быть душками, и не ввязаться в драку.

— Это зависит от Флэя, — сказал Азур.

— Почему сразу от меня?

— Невеста вчера сказала, что если ты снова украдёшь пирожные с кухни, она лично утопит тебя в фонтане.

— Она меня любит, эта угроза — пустые слова. — блондин гордо вскинул подбородок.

— Чувак, она держала нож в руках, и выглядела более чем внушительно.

— Страсть у всех проявляется по-разному.

Не имея желания ввязываться в очередной дурацкий спор, Рэй покачал головой и повернул голову в сторону площади, где женщины развешивали белые ленты между фонарями.

Мужчины таскали столы, стулья, ящики с цветами и вином. Несколько подростков пытались установить арку у фонтана, но каждый раз отвлекались на детей, которые обливали их водой.

Это убежище было построено из-за войны, но превратилось в прекрасное место любви и благополучия.

Первые омеги появились здесь почти пятнадцать лет назад.

Три изломанные, молчаливые женщины спасённые из лаборатории на северной границе. Они боялись открывать двери, опасаясь что будут избиты за попытку выйти без позволения.