Остров Извращения

Ночь перед отъездом всегда кажется длиннее, чем она есть на самом деле. Будто время специально замедляется, чтобы ты успела в последний раз оглядеться по сторонам, запомнить трещину на потолке, скрип пола, запах старого дома, голос матери на кухне и тихое дыхание бабушки за стеной. Всё, что раньше казалось привычным и почти незаметным, вдруг становится хрупким до боли. Потому что уже завтра это всё останется позади. Не навсегда, конечно. Но достаточно надолго, чтобы сердце успело испугаться.

Я стояла посреди комнаты и складывала вещи в чемодан так аккуратно, будто от порядка в чемодане зависела моя дальнейшая жизнь. Не буду скрывать, что делала это с трудом и тяжестью. Несколько платьев, джинсы, белая рубашка, удобные босоножки, документы, косметичка, зарядка, блокнот с эскизами. Я долго держала в руках свой любимый альбом для рисунков, потом всё-таки положила его сверху, отдельно, как что-то особенно важное.

За окном шумел Майами. Ночной, влажный, живой. Где-то вдалеке проезжали машины, где-то смеялись люди, где-то звучала музыка из открытого окна соседнего дома. Город жил так, словно никаких тревог в мире не существовало. И от этого становилось только страшнее.

Ведь тревога уже жила внутри меня. Я закрыла чемодан, опустилась на край кровати и задумалась.

Телефон завибрировал. И это была Сара.

Я тут же ответила.

— Да?

— Ты дома? — голос подруги был быстрым, настороженным.

— Да.

— Я уже поднимаюсь.

Селин слабо улыбнулась.

— Я знала, что ты не позволишь мне уехать без последнего допроса.

— Я не допросы устраиваю, я спасаю тебя от глупостей, — отрезала Сара. — Открой дверь.

Через минуту в коридоре раздались шаги, потом тихий стук, и я впустила её внутрь.

Сара выглядела как всегда собранно, даже в обычной футболке и джинсах. Она вошла с пакетом в руках и с таким выражением лица, будто пришла не прощаться, а отговаривать.

— Я принесла тебе еду, — сказала она вместо приветствия. — Потому что, зная тебя, ты опять ничего не ела.

Я закатила глаза.

— Спасибо.

Сара поставила пакет на стол и сразу заметила чемодан.

— Значит, всё-таки уже собрала.

— А ты думала, я пошутила?

— Я думала, ты хотя бы ещё раз передумаешь. Все так быстро и резко. Ты уверена, что это верное решение?

— Не знаю...

Сара посмотрела на меня внимательно, потом тяжело вздохнула и села рядом.

— Ты выглядишь так, будто едешь не на неделю моды, а на битву.

— Не начинай.

— Я и не начинала. Я просто не понимаю, почему ты не рада.

Я перевела взгляд на чемодан.

— Я рада.

— Нет, ты напряжена.

— Потому что это важный шанс.

Сара чуть подалась вперёд.

— Шанс — это когда тебе повезло. А у тебя всё слишком быстро, слишком красиво и слишком удобно. Мне это не нравится.

Я устало усмехнулась.

— Ты уже говорила.

— И скажу ещё раз.

Мы замолчали. В комнате стало тихо, только кондиционер из соседнего окна гудел где-то вдалеке. Я вдруг поняла, что мне будет не хватать именно этого — Сары, её прямоты, её вечного недовольства, за которым всегда пряталась забота.

— Я не еду туда навсегда, — тихо сказала я.

Сара посмотрела на меня так, будто хотела спросить что-то резче, но сдержалась.

— Иногда люди уезжают на неделю и возвращаются другими, — произнесла она.

Я не ответила сразу. Потому что именно этого я и боялась. Боялась вернутся другим человеком...

***

Мама позвала нас на кухню ближе к ночи. Бабушка уже спала. На столе стояли две кружки чая и тарелка с печеньем, которое никто особенно не хотел есть, но которое всё равно почему-то всегда оказывалось на столе в самые важные вечера.

Мама выглядела тихой и уставшей. Я заметила, что мама сегодня почти не спорила, не задавала лишних вопросов, не пыталась выглядеть сильнее, чем была. И от этого становилось ещё тяжелее.

— Я приготовила тебе немного денег на дорогу, — сказала она, протягивая тонкий конверт.

Я сразу покачала головой.

— Мам, не надо.

— Надо.

— У тебя самой их почти нет.

— Поэтому и надо, — отрезала мама. — Но, я не взяла конверт.

— Оставь себе.

Мама упрямо держала руку вытянутой.

— Это не обсуждается.

Сара, сидевшая рядом, молча смотрела на нас обеих, переводя взгляд с одной на другую.

— Возьми, Селин, — тихо сказала она. — Потом спорить будете.

Я всё-таки взяла конверт и в этот же момент почувствовала, как что-то кольнуло в груди. Не из-за денег. Из-за того, что всё это выглядело слишком похоже на прощание.

Мама села напротив и долго смотрела на меня, будто старалась запомнить мое лицо именно таким — перед дорогой, чуть напряжённым, с немного уставшими глазами и упрямо сжатыми губами.

— Ты позвонишь сразу, как приедешь? — спросила она.

— Конечно.

— И когда тебя встретят.

— Да.

— И если что-то пойдёт не так.

Я замолчала. Сара отвела взгляд к окну.

Мама вдруг тихо добавила:

— Не бойся спрашивать, если тебе что-то не нравится.

Я кивнула, хотя внутри у меня всё сжалось от этой фразы. Потому что я уже знала: рядом с Лео «не нравится» могло стоить слишком дорого…

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?

Кажется, Селин начала что-то подозревать… но, мне кажется из-за ее семейного положения она не может отказать Лео и дело тут не в мечте, а именно в том, что она видит себя как спасителя в их семье…

Завтра отправляемся в Нью-Йорк, пакуйте чемоданы 😁❤️

Пишите скорее свое мнение в комментариях

❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️

Глава 7. Город грехов

Каждый грешный поступок болью возвращается к нам. Именно так мы познаем, что такое добро, а что зло.

Бездомный Бог

Позже, когда они с Сарой вышли на улицу, воздух был тёплым и влажным, а ночной свет делал дома чуть бледнее, чем днём. Сара шла рядом, засунув руки в карманы, и молчала подозрительно долго.

— Ты злишься? — спросила Селин.

— Я думаю.

— Это редкость.

Сара не улыбнулась.

— Я серьёзно.

Селин остановилась у калитки, повернулась к ней и скрестила руки на груди.

— Ну и о чём ты думаешь?

Сара помолчала, потом сказала:

— О том, что ты слишком сильно хочешь выбраться из своей жизни. Ты будто пытаешься найти способ сбежать отсюда, от нас, от своей семьи. Я понимаю, что тебе хочется роскоши, но... — она сделала паузу

Селин опустила глаза.

— А ты, видимо, считаешь, что это плохо?

— Нет. Я считаю, что это делает тебя уязвимой.

Селин нахмурилась.

— Перед кем?

Сара посмотрела прямо на неё.

— Перед людьми вроде Лео. Тебе кажется, что они хорошие, что относятся к тебе с уважением, но это не так. Ты им просто выгодна, поэтому к тебе хорошее отношение, как только ты не будешь приносить им денег — они с тобой покончат.

Селин глубоко вдохнула.

— Ты даже его не знаешь, Сара. Зачем обвинять Лео? Он выполняет свою работу, он ищет моделей. Мне повезло, что он выбрал меня и предложил мне эту возможность.

— И именно поэтому мне он не нравится. Он мутный тип. Неужели, ты этого не видишь? Почему из всех девушек в агентстве — он выбрал тебя? Тебя, которую даже на каблуках плохо ходит... — Сара высказалась грубо и поняла, что это было лишнее, но эмоции ее переполняли.

— Сара, ты не можешь ненавидеть человека только потому, что он дал мне шанс. И с твоей стороны, это все выглядит как зависть. Я только начала свой путь, да, может сейчас я не очень хорошо хожу на каблуках, но, все еще впереди.

— Извини, может я груба с тобой. Но, я не ненавижу его. Я ему не верю, Селин. Он будто пудрит тебе мозги.

— Почему?

Сара отвела взгляд в сторону улицы, где в темноте стояли припаркованные машины.

— Потому что у него слишком спокойный голос. Слишком уверенные манеры. И слишком удобные предложения. Такое бывает только в фильмах и сериалах.

Селин молчала. Сара снова посмотрела на неё, теперь уже мягче.

— Слушай. Я не говорю тебе отказываться. Я просто прошу: будь осторожна. Я понимаю, что не могу повлиять на твое решение.

Селин хотела что-то ответить, но не смогла. Потому что слова Сары попадали слишком точно туда, где и без того уже было неспокойно.

— Я буду, — тихо сказала она.

— Обещаешь?

Селин кивнула.

— Обещаю.

Сара подошла ближе и обняла её крепко, почти по-сестрински, так, как обнимают перед долгой дорогой, когда не хотят показывать, как сильно боятся отпустить.

— Тогда звони мне сразу, как только приземлишься. И извини, если была груба с тобой.

— Ничего страшного, я понимаю, что ты переживаешь. Ты как будто провожаешь меня на битву, — пробормотала Селин ей в плечо.

— Именно так я и чувствую. Но, я хочу верить, что у тебя всё будет хорошо .

***

Когда Селин вернулась в комнату, она ещё долго не могла уснуть. Чемодан стоял собранный у стены. На столе лежали паспорт, билеты, документы из агентства и телефон, который время от времени вспыхивал от новых сообщений, но она уже не хотела читать ничего лишнего.

Она сидела на полу рядом с чемоданом и перебирала мысли, одну за другой, будто чётки.

Нью-Йорк. Неделя моды. Первый настоящий шаг.

И вместе с этим — Лео. Она снова вспоминала его лицо на пляже. То, как он стоял чуть ближе, чем должен был. То, как легко произносил слова, после которых хотелось оборачиваться. То, как смотрел на неё не как на девушку, а как на задачу, которую уже начал решать.

Селин потянулась к блокноту с эскизами и открыла наугад одну из страниц. Её собственные линии, её собственные идеи. Платья. Формы. Ткань, в которой хотелось увидеть не только красоту, но и свободу.

Она долго смотрела на рисунок, а потом тихо прошептала:

— Я не могу ошибиться. Мое сердце хоть и волнуется , но подсказывает, что я делаю верный шаг.

***

Утро пришло слишком быстро. Солнце в Майами вставало рано и безжалостно, заливая комнату ярким светом, от которого трудно было спрятаться. Селин проснулась ещё до будильника, с тяжестью в груди и странным ощущением, будто сердце уже понимает то, до чего разум ещё не дошёл.

В доме царила приглушённая суета. Мама ходила по кухне, бабушка проснулась раньше обычного и села у окна, держа в руках кружку чая, Сара пришла пораньше, чтобы проводить её до машины, а Селин всё ещё стояла посреди комнаты, не до конца веря, что сейчас действительно уезжает.

Она надела светлую рубашку, узкие тёмные брюки и небольшой плащ — в Майами это казалось странным, но Нью-Йорк уже маячил где-то впереди, как другая температура, другая жизнь, другой мир.

Сьюзан подошла к ней первой и поправила воротник.

— Ты готова?

Селин хотела сказать «да»,но слово почему-то застряло в горле.

— Я постараюсь собраться с мыслями и взять себя в руки, — вместо этого ответила она.

Мама кивнула, как будто именно этого и ожидала.

Потом подошла бабушка. Клара была в старом домашнем халате, с платком на плечах, но взгляд у неё был ясный.

— Не теряй себя, девочка, — сказала она тихо. — Ни ради денег, ни ради красивых слов, ни ради мужчин, которые любят обещать.

Селин чуть улыбнулась сквозь ком в горле.

— Бабушка...

— Я серьёзно.

Селин наклонилась и обняла её осторожно, боясь слишком сильно сжать тонкие плечи.

— Я вернусь.

Клара погладила её по спине.

— Конечно вернёшься. Вопрос только — какой.

Селин отстранилась, и почему-то именно эта фраза осталась в ней неприятной занозой. Сара стояла у двери с телефоном в руке и старалась выглядеть спокойной, но Селин знала её слишком хорошо.

— Ты начинаешь напоминать мою мать, — пробормотала она.

— Это комплимент или оскорбление? — спросила Сара.

— Смотря в каком смысле.

Сара хмыкнула, но потом шагнула ближе и крепко обняла её.

— Я серьёзно, Селин. Держись там за всё, что у тебя есть в голове. Не только за мечту.

Селин обняла её в ответ и почувствовала, как глаза предательски щиплет.

— Я буду писать.

— Ты обязана.

— И звонить.

— Обязательно.

Они отстранились, и Сара на секунду задержала ладонь на её руке.

— И ещё, — сказала она тише. — Если хоть что-то будет не так, ты мне скажешь. Сразу.

Селин кивнула.

— Сразу.

Сара не выглядела успокоенной. В глаза была пустота и переживание.

***

Машина ждала у дома. Небольшой чёрный автомобиль с водителем из агентства смотрелся слишком дорого для их улицы, слишком чуждо для этого места, где всё вокруг было привычно скромным, местами облупленным, но живым. Когда Селин вышла с чемоданом, на секунду всё вокруг замерло.

Мама стояла на крыльце. Бабушка — у окна. Сара — рядом, с напряжённым лицом.

Селин вдруг очень остро почувствовала, что сейчас уезжает не просто из дома. Она уезжает из всего, что делало её собой.

Она подошла к машине, поставила чемодан в багажник и вдруг обернулась.

— Я скоро позвоню, — сказала она.

Сьюзан кивнула.

— Конечно.

Сара подняла руку в коротком прощальном жесте.

— И не смей забыть про моё предупреждение.

Селин слабо улыбнулась.

— Не забуду.

Она села в машину и закрыла дверь. И вот тогда, уже через стекло, когда дом начал отдаляться, а знакомые лица становились всё меньше, внутри у неё впервые по-настоящему дрогнуло предчувствие.

Не страх. Пока ещё нет. Но что-то очень близкое к нему. Потому что впереди был Нью-Йорк. А вместе с ним — человек, который уже однажды заставил её сердце сбиться с ритма одним только взглядом.

И теперь она ехала прямо туда, где их пути должны были пересечься снова. Роковая встреча была уже совсем близко. Слишком близко.

И Селин ещё не знала, что иногда дорога к мечте заканчивается не подиумом, а клеткой, которая выглядит слишком красиво, чтобы распознать её сразу.

***

Нью-Йорк встретил её шумом. Не громким, не хаотичным — а каким-то особенным, плотным, будто воздух здесь был гуще, насыщеннее, наполнен миллионами чужих историй, которые происходили одновременно.

Когда Селин вышла из аэропорта, она на секунду остановилась. Высокие здания, поток людей — всё двигалось слишком быстро. Майами казался тёплым и расслабленным, почти ленивым по сравнению с этим городом, который не просто жил — он требовал, чтобы ты тоже двигалась в его ритме.

Иначе он тебя просто проглотит. Селин крепче сжала ручку чемодана и сделала шаг вперёд.

Я здесь.

Эта мысль прозвучала внутри неожиданно громко.

Машина, присланная агентством, оказалась ещё дороже, чем та, что забирала её из дома. Водитель был в строгом костюме, почти не разговаривал и только кивнул, когда она назвала своё имя.

Селин села на заднее сиденье и прижалась к окну.

Город проносился мимо неё — витрины, неон, люди, которые даже не смотрели по сторонам, потому что у каждого была своя цель. Здесь никто не замирал от восторга. Здесь никто не удивлялся.

Здесь просто жили. И в этом было что-то пугающе прекрасное. Селин поймала себя на том, что улыбается по настоящему. Впервые за последние дни.

Отель, куда её привезли, выглядел так, будто его не просто построили, а придумали для тех, кто никогда не задаётся вопросом «сколько это стоит».

Высокий, стеклянный, с мягким светом внутри и идеально выверенной тишиной на входе. Швейцар открыл ей дверь, словно она была здесь не впервые, а персонал на ресепшене улыбался так, будто её уже ждали.

— Добро пожаловать, мисс Вальмонт, — произнесла девушка за стойкой.

Селин на секунду растерялась.

— Извините, это... ошибка. Я не Вальмонт.

Девушка улыбнулась чуть шире.

— Ваше бронирование оформлено на это имя.

Селин замерла от удивления и шока, не в силах что-то ответить…

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?

Любимки, вы в шоке от такой концовки?🔥🔥🔥 да, да, это было очень неожиданно 🔥😈 я думаю вы уже понимаете, что наш злодей Себастьян уже сделал первую ставку или же мы кое чего не знаем… 🔥

Завтра будет глава от лица Себастьяна🔥

Пишите скорее свое мнение в комментариях

❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤

Глава 8. Дьявол сделал ставку

Песня к главе: Halsey — Control

Чем незаметнее зло, тем оно страшнее. Дьявол не держит над головой неоновую вывеску «дьявол».

Мэл Гибсон

От лица Селин:

Мне стало не по себе, что меня назвали другой фамилией. Я почувствовала, как внутри что-то тихо сдвинулось, но не стала задавать лишних вопросов. Я понимала, что должна буду связаться с Лео и все у него выяснить, ведь сейчас оказаться на улице — было не лучшим решением.

Мне дали, карточку-ключ, я направилась к лифту. Не могла скрыть своего восхищения от красоты вокруг. Всё было слишком идеально.

***

Апартаменты оказались... больше, чем мой дом.

Я остановилась на пороге, не решаясь сделать шаг внутрь. Огромные панорамные окна открывали вид на город, который казался бесконечным. Свет от небоскрёбов отражался в стекле, превращая всё вокруг в почти кинематографическую картинку.

Гостиная с мягкими диванами, кухня с идеально чистыми поверхностями, спальня, в которой кровать выглядела так, будто в неё нельзя просто лечь — только осторожно прикоснуться.

Я медленно прошла внутрь. Провела пальцами по столу. Заглянула в ванную, где всё блестело холодным, дорогим светом.

— Это... не может быть для меня, — прошептала я.

Но это было для меня. Я подошла к окну и посмотрела вниз. Машины казались маленькими. Люди — почти незаметными. А я стояла здесь, на высоте, в чужом городе, в чужой жизни, которая вдруг стала моей.

На секунду мне стало страшно. Не из-за высоты.

Из-за того, как легко всё это случилось. Слишком легко. И меня это насторожило… ведь подобное бывает только в сказках…

***

Днем ранее

Себастьян не любил, когда его отвлекали без причины. Но Маркус знал разницу между пустяком и тем, что действительно заслуживает его внимания, поэтому, когда тот вошёл в кабинет с тонкой чёрной папкой в руках, Себастьян даже не поднял голову сразу. Он продолжал читать договор, медленно перелистывая страницы, пока за окном стеклянной стены Нью-Йорк расплывался в вечернем свете — дорогой, холодный, бесконечно чужой для тех, кто не умел им управлять.

— Это новые кандидатки на показ, — сказал Маркус, останавливаясь у стола.

Себастьян поставил ручку на документ, только теперь поднял взгляд.

— Дизайнер прислал?

— Да. И ещё несколько фотографий от агентств.

Себастьян ничего не сказал. Только коротко кивнул.

Маркус положил папку на стол и открыл её на первой странице, будто заранее знал, что хозяин не станет тратить время на лишнее.

На снимках были девушки. Красивые. Юные. Слишком красивые, как почти всегда бывает в этом мире, где красота давно перестала быть редкостью и стала товаром. У каждой был свой взгляд, своя поза, свой намёк на характер. Одна — дерзкая. Другая — почти хрупкая. Третья — слишком холодная, чтобы в неё влюбиться. Себастьян пролистал страницы с тем спокойствием, которое вводило людей в заблуждение. Со стороны могло показаться, что ему безразлично.

На самом деле он просто смотрел. Точнее — выбирал. Как и делал это всегда. Для него женщины были всего лишь товаром…

— Эта уже работала на закрытых показах, — сказал Маркус, указывая на одну из фотографий. — У неё хорошая подача, но она слишком предсказуема.

Себастьян не ответил. Он перевернул следующую страницу. И остановился. Сразу.

Не потому, что фотография была лучше других. Нет. Селин не выглядела на снимке как самая эффектная, самая яркая или самая очевидная кандидатка. Наоборот — в её лице было что-то странное, почти мешающее сразу отвести взгляд.

Неидеальная уверенность. Простота. Не до конца спрятанная усталость. И какая-то тонкая внутренняя настороженность, будто она сама ещё не решила, доверять ли миру вокруг.

Темные волосы были собраны небрежно. Взгляд — прямой, но не вызывающий. Плечи — чуть напряжены, как у человека, который привык держаться достойно даже тогда, когда внутри всё дрожит. И слишком манящий взгляд невинных глаз, цвет который напоминал лазурный берег Франции.

Себастьян смотрел на неё дольше, чем на любую из предыдущих. Очень долго.

Маркус молчал. Он знал это молчание. Оно означало, что что-то зацепило не просто интерес, а внимание, которое уже нельзя будет вернуть назад.

Себастьян медленно провёл пальцем по краю фотографии.

— Имя? — спросил он тихо.

— Селин Роше.

Себастьян не отрывал взгляда от снимка.

— Где она работает?

— В небольшом агентстве в Майами. Последний курс колледжа. Модельные съёмки, немного коммерции. Она недавно там появилась, не участвовала в показах. В закрытых списках пока не значится.

— Почему?

Маркус чуть замялся.

— Потому что не входит в ту категорию девушек, которые участвуют в... дополнительных программах.

Себастьян наконец поднял на него глаза.

— Объясни.

Маркус выдержал его взгляд.

— Она не работает по закрытому каталогу. Не спит с мужчинами за деньги. Я не хотел её брать в каталог, но, Лео попросил её добавить, вдруг она подойдет, но как по мне , она слишком проста для такого масштабного показа.

В кабинете на секунду стало очень тихо. Слово повисло в воздухе между ними, грязное и слишком знакомое для тех кругов, в которых вращались люди вроде Маркуса, Лео и самого Себастьяна и его друзей. Неофициальные встречи. Приватные ужины. Девушки, которых представляли не как людей, а как возможность. Удобный способ купить чьё-то внимание на ночь, неделю или дольше, если цена была правильной.

Себастьян медленно откинулся на спинку кресла.

— Интересно.

— Я могу найти другую, — осторожно сказал Маркус.

Себастьян коротко усмехнулся.

— Нет.

Маркус не сразу понял, что это значит.

— Сэр?

— Мне не нужна другая.

Он снова посмотрел на фотографию Селин. Долго. Внимательно. Так, будто пытался прочитать не только то, что попало в кадр, но и всё, что скрывалось за ним.

В этой девушке было именно то, что цепляло сильнее всего: видимая мягкость и внутренняя сопротивляемость. Люди с таким выражением лица обычно либо ломаются, либо становятся опасными. Себастьяну нравились оба исхода. Но особенно — первый, если его удавалось довести до конца.

— Свяжись с Лео, — сказал он наконец.

Маркус кивнул, доставая телефон.

— Сейчас?

— Сейчас.

Маркус отошёл к окну и набрал номер, а Себастьян ещё раз посмотрел на снимок, словно хотел запомнить лицо, которое уже почему-то казалось ему знакомым. Не внешне. Не буквально. Скорее как ощущение, что он нашёл нечто, что давно должно было оказаться в его руках.

Лео ответил быстро. Себастьян слышал только часть разговора — приглушённые, сухие фразы, вопросы и короткие паузы. Маркус всегда умел говорить так, чтобы не повышать голос и при этом не оставлять собеседнику пространства для манёвра.

— Нет, нас интересует не агентство, а конкретная девушка... Да, Селин Роше... Нет, это не про стандартный контракт... Скажем так, она привлекла внимание.

Себастьян чуть наклонил голову, когда Маркус обернулся, прикрыв микрофон ладонью.

— Он говорит, что девушка не из тех, кто работает по закрытому каталогу. И что её буквально удерживают деньги и необходимость.

Себастьян не удивился. Наоборот, уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Прекрасно. Она мне нужна. Скажи Лео, что эта девчонка только что получила подтверждение на кастинг в Нью-Йорке от меня. Она будет участвовать в показе.