Зверь. Я верну тебя!

- У меня есть все права на тебя, девочка, не забывайся, - лениво поднимаюсь вслед за ней, - и я не отступлю от своего, - открыто смотрю ей в глаза. Сейчас я говорю правду и Кари это считывает. Замираем, дерзко вторгаемся на территорию друг друга. Я позволяю ей увидеть всё, что творится сейчас в моей душе, заглянуть в мой пылающий ад, лицезреть, как я горю без неё… задыхаюсь.

Несколько безмолвных секунд с огромной скоростью летим в бездонную пропасть безумия, сгораем открытые в своих чувствах.

Метка начинает раскаляться и покалывать от острой боли. Вижу, как Кари в этот момент моргает несколько раз, сбрасывая одно на двоих наваждение, и пальцами касается древнего узора Богини на своей шее.

Отчаянная надежда рождается в моей душе – на неё тоже действует, не прошло, значит, у меня ещё есть шанс прорваться сквозь её ледяной панцирь и вернуть Кари себе!

- Я наелась, - с неприязнью в голосе говорит Кари, презрительно смотря мне в глаза, и уходит.

- Ну и урод же ты, - бросает приборы на стол и идёт вслед за ней Грозный.

Смотрю Кари в след, облизывая её точёную фигуру довольным взглядом и кричу ей вслед, игнорируя придурка Грозного:

- Через пятнадцать минут жду тебя в малом зале на индивидуальную тренировку, Кари!

Вижу, как она сбивается с шага и останавливается, поворачивается и обдаёт меня таким обжигающим взглядом… уфф.

Довольно улыбаюсь ей.

Неужели ты думала, я так быстро сдамся, любимая?

Глава 29

Кари

Воздух в небольшом квадратном помещении звенит от напряжения.

Мы с Алексом стоим напротив друг друга и его взгляд обещает мне очень горячее наказание за непокорность.

Мои мышцы сильно напряжены, Алекс собран тоже. Я чувствую, как от него исходят волны власти, силы и сексуальной энергии.

Алекс в предвкушении удовольствия, а меня внутри колотит от этого. Меня рвёт на кровавые ошмётки сейчас рядом с ним.

Я отчаянно сопротивляюсь влиянию метки, но мне с каждой секундой всё сложнее находиться в такой близости с Алексом… а его это забавляет. Он снова видит во мне свою Зверушку…

Боги! Какой глупостью было прийти сюда! Нужно было ещё в кабинете директора попросить исключить меня из отряда!

Облизываю пересохшие от волнения губы и тут же чувствую обжигающий взгляд Александра на них.

Боги, как выдержать это…

Плавлюсь от его мужского жадного взгляда, сильное волнение перерастает в покалывающий кожу трепет и это пугает.

Я не могу противостоять ему и влиянию метки и Алекс видит это, чувствует и хладнокровно подводит меня к грани.

Богиня, дай мне сил выдержать это…

Взгляд Алекса снова возвращается к моим глазам и такая знакомая ленивая ухмылка появляется на его красивом лице.

Он чувствует! Боги, он всё чувствует!

Моё сердце заходится в рваном ритме, а на коже выступает испарина. Все мои чувства накалены сейчас, а горящий предвкушением взгляд Алекса проходит мощными разрядами тока по оголённым нервам.

Неотрывно слежу за ним. Алекс уже объявил начало поединка, но никто из нас двоих не спешит нападать. Мы медленно ходим по кругу, касаясь друг друга только откровенными взглядами.

Дыхание тяжелеет, пульс учащается, тело напряжено как натянутая струна.

Дёргаюсь в сторону, когда Алекс, наконец, не выдержав игры в кошки-мышки, решает напасть. Резко отпрыгиваю в сторону, выгибаюсь и делаю подсечку ногой, но Алекса не обманешь. Он легко уходит от захвата. На его стороне многолетний опыт и выдержка, хотя сейчас она явно трещит.

Новый выпад и Алексу удаётся повалить меня на маты. Моё тело мгновенно вспыхивает от его прикосновений. Пылаю внутри и снаружи. Мне так сложно сосредоточиться.

- Скучаешь, Кари-и? – Алекс наваливается на меня и его обжигающий шёпот касается моего уха, а наглые проворные пальцы нежно касаются моей шеи.

О, нет!

Нет! Нет! Нет!

Это запрещённый приём!

Под его горячими пальцами метка мгновенно вспыхивает и всё тело пронзает множеством разрядов тока.

Резко рвано вздыхаем. Оба.

Не двигаемся.

По нашим телам сейчас огненное цунами проходит и ломает, сминает начисто все расставленные мной границы.

Нет! Алекс именно этого и добивается, но я не могу этого позволить!

- Не дождёшься! – хриплю ему в ответ и отталкиваю от себя, ногами крепко обвиваю его за бёдра и рывком переворачиваю.

Дыхание срывается, а огонь продолжает растекаться по венам. Метка всё сильнее пульсирует, словно чувствует моё сопротивление и старается его сломить своим безумным огнём.

Сажусь на Алекса сверху и тут же ловлю его довольную улыбку и абсолютно чёрный острый взгляд. Он поглощает меня, ест моё дыхание, пробирается в душу. Я слышу его потяжелевшее дыхание. Ладонями чувствую жадное биение его сердца.

Это невозможно, но я вдруг будто проникаю в Алекса, в какой-то момент становлюсь с ним единым целым… не только телами, но и душами… я вижу, чувствую… проваливаюсь в его мрак и он жутко, безумно пугает меня.

Дёргаюсь, хочу вырваться, оттолкнуть Алекса, но что-то страшное, мощное, неимоверно сильное объединяет нас, какая-то нечеловеческая сила удерживает меня и Алекса вместе, связывает вновь.

Замираем. Оба не двигаемся. Я так и продолжаю сжимать ногами бёдра Алекса и упираться ладонями в его стальной торс. Только наше рваное дыхание нарушает тишину в зале и вдруг…

- Всё! Тренировка закончена! – громкий, утяжелённый клокочущими внутри эмоциями голос резко вырывает нас с Алексом из захватившего нас морока и я резко вскакиваю.

- Никаких больше индивидуальных тренировок, Александр! Пойдём, Кари!

Глава 30

Алекс

Смотрю на неё стоящую в ряду моих оборотней и меня просто разрывает от бешенства. Крылья носа раздуваются, а костяшки пальцев хрустят сжатые в кулаки.

Он запретил мне отдельно тренировать Кари!

Он, блдь, запретил!

Бездна!

Директор поддержал инициативу этого накаченного хмыря и теперь я вижу Кари только на общих сборищах, а это совсем другое.

Я думал, у меня будет время до битвы, чтобы вернуть её расположение, чтобы приручить её к себе вновь… чтобы, блдь, просто побыть рядом с ней эти последние спокойные дни!

Но имеем то, что имеем… шиш!

Ладно, разберусь, как подойти к ней по-другому, а для этого нужно нейтрализовать этого качка, который теперь ходит за ней хвостом и путает мне все планы.

- Стройся!

Обвожу строгим взглядом выстроившихся в ширенгу курсантов. Одинаковые серые футболки натянуты на стальных торсах парней, но мой взгляд, конечно, цепляется за упругую грудь Кари.

Ловлю себя на том, что непроизвольно облизываю верхнюю губу… бездна...

Нехотя отвожу голодный взгляд от Кари и снова становлюсь строгим учителем.

- Вечером наша группа отправляется в Китай. Большие скопления вампиров замечены непосредственно у наших границ. Нам поручено разведать обстановку на местности, - на этих словах дыхание курсантов затухает и в помещении устанавливается абсолютная тишина. Прониклись, значит, моментом, отлично, - идите готовьтесь. Вольно.

Следующим утром мы добираемся до приграничных районов и видим их. Они стоят у подножия горы в тени высоких деревьев.

Вампиры. Их здесь сотни, нет, тысячи.

Они неподвижно стоят, а их чёрные кожаные плащи развиваются на холодном ветру. Здесь нет разведённых костров, вампирам не нужно тепло. Они совершенно не чувствуют холод.

В их телах нет жизни. Они давно мертвы.

Глазами Вела всматриваюсь в их застывшие лица и ужасаюсь тому, что вижу – голод.

Лютый. Бешеный. Дикий.

В их мёртвых, покрытых красной поволокой глазах алчно горит огонь дикой жажды. Голод… их ведёт к нам не только жажда власти и новых территорий, нет. Их тащит сюда голод по нашей крови и вампиры не намерены отступать, слишком сильна их жажда.

Некоторые из вампиров острыми когтями прикасаются к холодной стали клинков.

Да, они готовят оружие.

Вампиры не прячутся, значит, они не боятся нас и им совершенно плевать на то, что мы их увидим.

Нужно в конце концов признать – сражение неизбежно и наступление начнётся в ближайшие дни, а, возможно, часы. Именно это я скажу сегодня старейшинам. Нам нужно подготовиться и сегодня же объявить общий сбор кланов.

Перевожу взгляд на свой отряд – курсанты лежат неподвижно, почти не дыша, лишь иногда рваные вздохи ужаса вылетают из их груди.

Они напуганы.

Многие из них впервые видят вампиров и это плохо.

Мы изучали, конечно, возможности и силу вампиров, искали самые действенные способы их уничтожения. Ребята всё это знают, но видеть противника вживую страшно. Особенно первые.

Им нужно переварить это, успокоить всю бушующую сейчас внутри гамму эмоций.

Я уверен, что они справятся.

Всматриваюсь в лицо Кари и вижу ужас на мгновение мелькнувший в её глазах. Чувствую, как быстро страх проникает в её сердце, но Кари быстро надевает на лицо маску безразличия.

Моя девочка.

Нельзя показывать страх, иначе он быстро заразит здесь каждого.

У Кари получается взять себя в руки и спрятать свои настоящие чувства, но меня не обманешь. Я слышу, как гулко сейчас бьётся её сердце и рваные вдохи, что она делает всё чаще и чаще… и пульс… точно такой же тарабанит и в моей груди.

Я очень хочу сейчас коснуться её руки, сжать в своей ладони её тонкие пальцы, губами приникнуть к её шее, но знаю, что это невозможно. Она не даст прикоснуться к себе.

Смотрю на мою девочку и понимаю, что принял правильное решение – Кари не будет участвовать в этом сражении и будь я трижды проклят, если допущу это… а ещё, сейчас, находясь рядом с огромным лагерем нашего вооружённого до зубов и готового на всё противника, я отчётливо понимаю – ближайшие несколько часов, возможно, день или два – это мой последний шанс побыть с Кари рядом, ведь никто не знает, наступит ли для меня завтра... поэтому сегодня я Кари никуда не отпущу от себя.

Глава 31

Кари

Мы скрываемся за высокими скалами и с застывшим внутри нас ужасом наблюдаем за нашими врагами… вампирами. Почти для каждого из нас это первая встреча с ними.

Алекс учил нас, рассказывал много об этой расе и все мы внимательно его слушали, но сейчас, когда мы видим вампиров перед собой, всё воспринимается совсем по-другому.

Совершенно незнакомый мне, какой-то животный страх ледяным холодом пробирается в душу. Я чувствую, как принюхивается к запаху незнакомого противника Лея и как громко бьётся в этот момент её большое Волчье сердце… я знаю, моя Волчица напугана также, как и я.

Смертельный ужас взывает к жизни все первобытные инстинкты, спрятанные глубоко в каждом из нас.

Смотрю вперёд и понимаю, что вампиров здесь далеко не жалкие сотни, как утверждали некоторые старейшины и сильные Альфы, нет, их здесь тысячи. Огромное чёрное войско будет противостоять нам.

Хватит ли у собравшихся в замке и около него оборотней силы, чтобы противостоять такой мощной армии?

Я не знаю ответ и мне дико страшно, но я продолжаю смотреть.

Большинство из вампиров стоят подобно застывшим столбам, только их чёрная одежда резко подёргивается на холодном ветру.

У каждого из них на поясе прикреплено оружие – длинный сверкающий меч. Мне кажется, я даже слышу его неприятный металлический лязг, когда длинные белые ногти вампиров скользят по заострённому лезвию. Этот звук ледяным ознобом прокатывается по моему позвоночнику и меня непроизвольно передёргивает, а мелкие чувствительные волоски на моей коже приподнимаются в диком ужасе.

Страх сковывает и заставляет моё сердце гулко биться в груди. Дикое желание сбежать отсюда всё сильнее разрастается во мне, но я грубо его осаждаю. Возможно, уже завтра мне предстоит встретиться лицом к лицу с этим жутким противником, и мне нельзя поддаваться панике. Нужно суметь удержать себя в руках.

Я справлюсь.

Я смогу.

С трудом сглатываю вставший в горле ком, купирую внутри себя бурлящий ужас и надеваю на лицо маску холодного безразличия.

Никто не должен догадаться насколько мне страшно сейчас.

Никто… и особенно Алекс, иначе он не выпустит меня на поле боя… не уверена, но почему-то думаю именно так.

Что-то странное происходит с ним. Каждый раз, когда он смотрит на меня, в его глазах я вижу полыхающий внутри него ад.

Моргаю и мотаю головой, вытравливая из себя эти мысли и образы.

Нет, конечно, нет, это мне кажется. Напряжение последних дней сказывается на нашем поведении и реакциях. Видимо, я разучилась считывать его эмоции.

Алекс садист и любвеобильный повеса, жестокий господин своих зверушек. Он не знает таких чувств как «сожаление», «вина» и «любовь». Он верит лишь в себя и привык удовлетворять лишь свои желания, какими бы жестокими по отношению к другим они ни были.

Господи, ну почему я опять думаю о нём!

Проклятая метка!

Чувствую, как она и сейчас жжёт и горит на моей коже, снова и снова заставляя меня думать об Алексе.

Раздражает!

Снова смотрю вперёд. Волчьим зрением вглядываюсь в бледные лица вампиров, не выражающие абсолютно никаких эмоций, и непроизвольно вздрагиваю, когда взглядом цепляюсь за горящие красной поволокой глаза… глаза, которые источают дикую жажду…

Боже…

Немой крик вырывается из горла и я быстро прикрываю рот ладонями и застываю от ужаса, когда один из вампиров поднимает голову и встречается со мной взглядом. Его ледяные, полные безумного голода глаза смотрят прямо мне в душу и, кажется, даже на таком расстоянии вампир начинает жадно высасывать из меня жизнь.

Горло сводит болезненная судорога, мне трудно дышать, сердце всё реже и громче бьётся в груди, а улыбающийся страшным оскалом вампир не отпускает меня. Наклоняет голову на бок и на его болезненно бледном лице я вижу кровожадную радость. Его голубые глаза всё сильнее наливаются кровью, а моя душа всё глубже погружается во всепоглощающий ужас. Мои руки немеют, а кожу начинают покалывать острые иглы животного страха.

Я судорожно хватаю заледеневшими пальцами холодные острые камни, чтобы боль отрезвила меня, заставила оторваться от покрытых кровавой пеленой безумно голодных глаз вампира, и вдруг слышу взволнованный шёпот рядом:

- Кари! Кари, очнись!

Жёсткий как сталь голос Алекса, наконец, выдёргивает меня из захвата вампира и я перевожу мутный, испуганный взгляд на мужчину.

- Не смотри им в глаза! Никогда не делай так больше! – он шёпотом ругает меня, но в его голосе я чувствую облегчение.

Алекс лежит недалеко от меня и пронзает меня взволнованным взглядом.

Не может этого быть… он переживает?

- Он… он заметил меня, нужно уходить, - трудно говорить с пересохшим горлом, но Алекс меня слышит и понимает.

- Да.

Альфа делает сигнал рукой и он по цепочке расходится по отряду. Мыподчиняемся и аккуратно спускаемся вниз, быстро уходим в направлении нашего замка.

Весь вечер мне настолько плохо, что я опаздываю на бал.

Вообще, какой к чёрту бал, когда враг стоит у ворот, я не понимаю?!

Что за вакханалия перед смертью?!

Непонимающе смотрю на танцующих оборотней, а в груди моей отчаянно бьётся сердце. Страх не прошёл… нет, не страх… ужас.

Внутри меня от него дрожит каждая клетка, а на лице цветёт улыбка.

Никто не должен знать, насколько мне плохо.

Никто, даже Аня.

Бросаю ещё один взгляд на танцующие пары и, сжимая холодными пальцами подол ярко-красного платья, разворачиваюсь и выхожу из огромного зала.

Я хочу побыть одна.

Мне нужно успокоиться.

Я должна победить сковывающий меня страх.

Всё быстрее и быстрее иду по длинному коридору, едва не бегу. Эмоции захлёстывают меня. Так трудно удержать их внутри.

Не хочу, чтобы меня такой видели.

Почти дохожу до своей комнаты, но резко останавливаюсь, когда сталкиваюсь полным ужаса взглядом с чёрными горящими глазами Алекса.

Глава 32

Алекс

Я жду Кари около её комнаты, прислонившись спиной к каменной стене. Уверен, что в зале она просто проигнорирует меня и уйдёт, а здесь у меня есть небольшой шанс остаться замеченным и поговорить с ней.

Я хочу ей сказать многое, но не думаю, что смогу.

Бездна! Волнуюсь, как мальчишка!

Вздыхаю и усмехаюсь сам себе.

Впервые со мной такое… хотя… с Кари со мной многое происходит впервые.

Думаю об этом и на душе горькая пустота разливается.

«Матерь, ты дала мне шанс стать другим, исправить всё, вырваться из своего мрака, а я не понял этого, не удержал, разрушил всё», - мысленно обращаюсь к Богине.

Дьявол!

Я не привык извиняться и просить прощения, но мысли как дикие пчёлы жалят, вновь и вновь возвращая меня в неприятные воспоминания.

Что я сейчас могу сказать?

Я был до омерзения глуп!

Разрушил всё до основания только потому, что не умел по-другому, а нужно было пробовать, пытаться, ломать себя под неё, а не наоборот!

Считал, себя господином и опрометчиво рассчитывал справиться с очередной зверушкой… не вышло. Скорее, это Кари справилась со мной, сломала мой привычный образ повелителя и властного господина, заставила думать и ощущать по-другому… по-новому.

Научила моё чёрствое сердце чувствовать… любить.

Да, сейчас оно бьётся только ради этой неё, мне больше не нужны тысячи других женщин, мне дико нужна она!

Останавливаюсь у двери её комнаты и затылком упираюсь в деревянное полотно.

Тяжело вздыхаю. Сердце так сильно бьётся в груди, что кажется, сейчас выпрыгнет.

Немыслимо… но я влюбился.

Думал, что со мной такое невозможно, но снова ошибся, как и во многих своих предположениях и решениях рядом с Кари.

И нет, это не метка на меня действует, я уверен. Да, она требует быть рядом с Кари, заставляет физически желать её постоянно, но всё это я чувствовал и до того, как Кари укусила меня.

Желание, интерес… Кари была настолько притягательна для меня, что я впервые насильно лишил человека жизни, нарушая вековые законы, но тогда я ни о чём не задумывался, не понимал, чем вызвано такое безумное желание обладать этой женщиной… шикарной, свободолюбивой, независимой Кари.

Глупец!

Прожив много лет по стандартной схеме прожигателя жизни и ловеласа, имея в руках неограниченную власть, я тогда не смог рассмотреть главного – Кари с первых секунд увлекла меня и с каждым днём моя зависимость от неё росла. Метка истинности стала лишь апогеем моего безумия.

Часы идут, а Карина не торопится возвращаться.

Начинаю мерять неторопливыми шагами коридор. Жадно вдыхаю носом воздух, который хранит ещё едва заметные ноты её молочного аромата.

Я жду её сегодня не как лютый хищник свою добычу, нет, сегодня я зверь, который безумно жаждет увидеть свою самку… единственную, уникальную, любимую.

Слышу лёгкие быстрые шаги и отрываюсь от стены, поворачиваю голову в сторону звука и стоит мне увидеть приближающуюся ко мне женскую фигуру, как адреналин моментально кипятком ошпаривает тело и горячая лава желания растекается по моим венам. Тяжело дышу, грудь высоко и мерно вздымается при каждом вдохе.

Кари.

Я вижу, как она быстро идёт по длинному коридору, почти бежит, придерживая руками подол красного бального платья.

Как всегда безумно красива.

Расшитый камнями корсет частично скрывает её полную грудь и открывает смуглые плечи.

Смотрю на неё как изголодавшийся хищник. Безумно хочу разорвать её платье и прикоснуться губами к её бархатной коже, но сегодня я не сделаю ничего против её желания. Я заслужил её жгучую ненависть.

Делаю ещё один глубокий жадный вдох и тёплый молочный аромат Кари проникает в меня, обволакивает и… настораживает. Горькие ноты страха сплетаются с молочным привкусом Кари.

Она напугана.

Сильно. Люто. Безумно.

Кари резко останавливается, когда замечает меня. Сейчас нас разделяет лишь несколько метров.

Смотрю в её глаза и вижу там настоящий ужас.

Конечно, она пытается скрыть его, но я слишком хорошо знаком с этим чувством, чтобы не разглядеть его.

Кари безумно напугана и это ещё раз говорит о том, что я прав – её нужно увезти отсюда, увезти так далеко, чтобы даже эхо войны не задело её.

Молчим. Кажется, шаткое перемирие устанавливается между нами. Я чувствую мелкую дрожь, которая сотрясает её тело, медленно перевожу взгляд на бледные искусанные до крови губы и решаюсь – делаю первый шаг к ней навстречу.

Осторожно ступаю, боясь спугнуть свою девочку, давая Кари возможность остановить меня одним лишь взглядом. Вплотную подхожу к ней, безумно боюсь напугать свою такую смелую, независимую и в тоже время такую ранимую женщину.

Замираем напротив друг друга и я ловлю на своей коже её рваный вдох. Едва касаясь, покалывающими от дикого желания пальцами провожу по нежной коже рук Кари и слышу, как гулко и быстро начинает биться её сердце, а моё вторит ей в ответ.

Беру её ладонь и прикладываю к своей груди, хочу, чтобы она почувствовала, как скучает по ней моё влюблённое сердце, как оно сильно бьётся только ради неё.

Боль. Адская боль растекается по моему телу.

Сожаление.

Матерь, какой же я глупец…

Кари нервно вздыхает, но не отдёргивает свою ладонь, заставляя моё сердце биться ещё быстрее. Смотрю её в глаза и вижу, как страх постепенно уходит из неё и Кари расслабляется.

- Что ты хочешь от меня Алекс? – её срывающийся шёпот разрядами тока проходит по моим натянутым нервам.

Смотрим друг другу в глаза. Моё сердце грохочет, больно ударяясь в грудную клетку, а разум плавится рядом с Кари.

Ну же, Алекс, сейчас или никогда!

- Я сожалею обо всём, что сделал с тобой и я готов испытывать твою ненависть целую вечность, жить с ней, дышать ей… ты не представляешь, как я бы хотел изменить всё, исправить и заслужить твоё прощение, но у меня не осталось на это времени и я не знаю, наступит ли для всех нас завтра, - сжимаю её холодные ладони в своих горячих руках и не отпускаю её растерянного, пропитанного болью взгляда, - поэтому я прошу тебя сегодня… только сегодня забыть обо всём и просто быть со мной рядом, - глаза Кари наполняются слезами, я вижу, как в них плещется адская боль и тоска, - эта ночь, Кари, я прошу тебя – подари нам только эту последнюю ночь, - выдыхаю ей в губы и замираю в ожидании её ответа.

Глава 33

Кари

Едва дышу.

Воздух горячими искрами полыхает между нами. Напряжение давит, но я чувствую, как сдерживается Алекс. Если бы он хотел, то снова бы подчинил меня своей мощью, но сегодня всё по-другому и это настораживает.

Разве может быть Алекс таким?

Взволнованным, растерянным… ранимым.

Робко вглядываюсь в мрак его глаз… а он смотрит так, что мне становится больно… больно за нас обоих, за то возможное счастье, которого он лишил нас обоих. Раскаяние вместе с болью плещется в чёрных глазах Алекса и я не выдерживаю… поднимаю руку и осторожно пальцами касаюсь его щеки, а потом с болью в сердце ощущаю, как он рвано вздыхает, ловит мою ладонь и щекой трётся об неё.

Боже…

Громко вздыхаю, от его близости мурашки разлетаются по моей коже и мелкие волоски на руках чувствительно приподнимаются.

Я так долго бежала от Алекса и вот он снова рядом… так близко, что я тону в его елово-мускусном аромате, снова растворяюсь в чёрном омуте его глаз, приоткрытыми от волнения губами пью его взволнованное горячее дыхание…

Секунды идут, а мы не двигаемся, оба боимся спугнуть этот момент единения.

Мне страшно… ужасно страшно…

Снова нырнуть в это безумие, снова довериться Александру, опять оказаться в его объятьях.

Он смотрит в мои глаза, а там одна лишь просьба… но смогу ли я выполнить её?

Задумываюсь о его словах и поним