Такая работа

– А может быть, давно пора было вами заняться, как считаешь?

– Вроде оно и так, но уж больно круто взялись. Пригрозили к десантникам отправить, баллы считают.

– Хм, – поднял брови Карпов. – К десантникам в качестве наказания?

– В качестве шантажа! – решительно сказал Приблуда и преданно посмотрел в глаза особисту.

Тот улыбнулся, кивнул и положил перед ним ручку и лист бумаги:

– Давай поподробнее.

– Игорь Васильевич, а у меня есть шанс служить в особом отделе?

– Андрей, ты же водитель?

– Так точно!

Карпов одобрительно кивнул, Поликарпов схватил ручку и подвинул к себе лист.

Через некоторое время солдат ушёл. Карпов подошёл к окну, раздвинул шторки, с удовольствием подышал воздухом и снова их задёрнул. Он сел за стол и внимательно перечитал творчество Приблуды. Подумав, потянулся к массивному телефону без номеронабирателя, снял трубку.

– Коммутатор? Прошу позывной Дарьял… Дежурный, это майор Карпов, с начальником центра меня соедините.

В кабинете командира учебного центра подготовки мобилизованных Васнецов и Хабриев пьют чай. Кроме сахарницы и плошки с сушками, на приставном столике стоят коньяк и стаканы.

– Точно не будешь? – в голосе полковника разочарование.

– Семён Павлович, не пью я и не пил никогда.

Васнецов вздохнул и убрал бутылку со столика.

– Есть у меня к тебе деликатный вопрос, – полковник помялся, подбирая слова: – Скажи, ты грозил отправить «бездельников» к десантникам в качестве наказания?

– Так это ж импровизация, чтобы до печёнок достало.

– Импровизация? – Васнецов откинулся на спинку стула. – А мне сегодня начальник центра подготовки десантуры позвонил и говорит: «Я готов ваших “бездельников” забрать. Будете отдавать?» Я даже не сразу понял, что речь о тринадцатой палате идёт.

– Быстро радио солдатское работает, – усмехнулся Хабриев.

– Так быстро, Султан, что в Москве могут услышать.

Подполковник пожал плечами:

– Не вижу крамолы. Спросят – отвечу.

– Ладно, проехали. Ты вроде полковую артразведку комплектуешь, подобрал кадры?

– Да. Беру шестерых из бывших «бездельников», остальных по батареям распишу.

– Всех к себе забираешь?!

– Почти.

– Ну, ты, брат, силён! – Васнецов покачал головой. – Но учти, я сам приеду и проверю!

Хабриев недоумённо посмотрел на полковника. Васнецов довольно улыбнулся: наконец-то удивил вечно невозмутимого Султана.

– Меня в штаб твоей армии переводят.

По лесной просеке, гудя мощными моторами, ползёт колонна 152-мм САУ «Мста-С» 2С19. Перед первой САУ появляется боец в боевом облачении со светящимся полосатым жезлом в одной руке и с красным флажком в другой. Он заученными жестами показывает, что путь окончен, сворачивайте вправо. САУ послушно, одна за другой уходят в лес и скрываются за деревьями.

В командно-штабной машине за столиком сидели начштаба полка майор Кусков Сан Саныч и начальник артиллерии подполковник Хабриев, с недавних пор, с легкой руки «бездельников» из 13-й палатки, носящий новый позывной Доцент.

Оба сосредоточенно смотрели на карту. Начштаба периодически протирал потеющую лысину платком. Доцент взял в руку лист с печатным текстом и синими печатями, что-то сверил на карте, заглядывая в документ.

– Пойду я к себе, Султан, – сказал Кусков и встал, – приказ надо подготовить на создание отдельной артиллерийской группы. Встречаемся у комполка через полчаса.

– Хорошо. Список сил и средств за мной, – кивнул Хабриев.

Отдельная артиллерийская группа временно остановилась под покровом густого леса. В приказе ей назначалось место ожидания в районе бывшего колхоза «Заря Украины». Командир группы подполковник Хабриев и его заместитель пожилой капитан Конев со смешным позывным Пегий отправились на осмотр будущей дислокации.

Они вышли из леса возле древнего тракторного прицепа без колёс. За малоезженой грунтовой дорогой стоял старый, местами полуразрушенный, забор, за ним виднелись крыши строений. Примерно через двести метров правее прицепа грунтовка сужалась до тропинки, бежавшей вдаль между заросшим полем и кромкой леса. Доцент и Конев подошли вплотную к забору и прильнули к большой прорехе в кирпичной кладке.

За забором стояли несколько кирпичных строений с широкими воротами, похожих на склады или коровники. Между ними местами виднелся даже асфальт, но в основном всё заросло бурьяном. Конев посмотрел на Доцента.

– Идеальный пункт ожидания, – лаконично резюмировал он.

– Думаю, слишком идеальный, – засомневался подполковник.

Он отошёл к прицепу, качнул его, тот даже не вздрогнул, за годы врос в землю. Подошёл Пегий, Доцент с улыбкой на него посмотрел:

– Сергей Иванович, твой позывной из фамилии вышел?

– Конечно, ещё с училища. А ваш позывной откуда?

Доцент вспрыгнул в прицеп и улыбнулся:

– «Бездельники» из 13-й палаты придумали. Я расскажу.

Он приставил к глазам бинокль и долго рассматривал строения за забором и окрестности вокруг. Капитан достал пачку сигарет, но закурить не решился, держал в руке. Доцент спрыгнул обратно, увидел это и кивнул. Конев с удовольствием закурил.

– Значит, идеальные? – с хитрым прищуром спросил его Доцент.

– Готовые ангары под технику, – Пегий пустил дым в сторону. – Сапёры проверят и можно заползать.

– И?!

Капитан с сомнением покачал головой:

– Но не стоит.

– Правильный ответ, Сергей Иванович! И вот что мы сделаем…

Утром следующего дня напротив правого угла забора в тени развесистого куста выставили караульный пост: боец в полном боевом снаряжении и тренога с пулеметом плюс несколько мешков с песком. С этого места он мог просматривать и ведущую к бывшим коровникам тропинку, и заросшее поле, примыкающее к ней.

Вдали из леса на тропинку выехал велосипедист. Даже издали было видно, что он чересчур аляписто одет: желтая кепка, ярко-синий спортивный костюм и красный велосипед. Из-за забора вокруг бывших коровников вдруг громогласно зарычал танковый двигатель, послышался лязг гусениц. Велосипедист остановился, быстро вытащил из кармана смартфон и направил его на коровники, видимо, фотографируя или снимая видео. Через 10 секунд он спрятал смартфон в карман и поехал дальше по тропинке. Вскоре его заметил караульный и демонстративно вышел на тропинку, поправляя автомат. Велосипедист остановился метрах в тридцати и поднял вверх обе руки, изобразив наверху рукопожатие. Караульный кивнул и повел от себя стволом автомата, мол, давай назад, дядя. Велосипедист понятливо закивал, развернул велосипед и, махнув рукой, поехал назад.

Утром высоко над бывшими коровниками зависла точка дрона-разведчика. С высоты двух километров звуки его двигателя до человеческого уха не долетали, но акустические детекторы сработали, о чем срочно доложили дежурному оператору КШМ. Услышав доклад, Доцент переглянулся с Пегим.

– Пусть летает, – философическим тоном изрёк капитан, Хабриев кивнул, соглашаясь с ним.

Офицеры знали, о чём говорили. Они ещё вчера, после того как одна САУ объездила все коровники, высылали свой дрон и получили замечательную картинку. На ней хорошо было видно, как к пяти строениям ведут многочисленные гусеничные следы.

В командирский отсек КШМ заглянул Алексей – лейтенант, начальник связи с говорящим позывным Шнур, он был молод, напорист и носил шикарные чапаевские усы.

– Товарищ подполковник, особист на связи.

– Соедини.

Доцент снял трубку, прижал к уху.

– Здравия желаю, Султан Юсупович!

– И вам, Игорь Васильевич, не хворать.

Доцент внимательно слушал майора Карпова, что-то помечая по ходу разговора, потом сказал: «Висит уже» – и вскоре попрощался. Он положил трубку и внимательно оглядел экипаж КШМ. Взгляд остановился на Шнуре.

– Алексей, найди вчерашнего караульного и подробно его расспроси о залётном велосипедисте, вытащи все подробности о внешнем виде. Потом напиши мне рапорт, копию направишь в особый отдел майору Карпову.

– Есть!

Шнур лихо выскочил из КШМ; Пегий, проводив его взглядом, покачал головой.

– Эх, молодость! – он перевёл взгляд на задумчивого Доцента. – Султан Юсупович, интересно, как особист так быстро про велосипедиста прознал?

– Я ему сам позвонил. Не выходит у меня из головы велосипедист этот. Ты вот что, Сергей Иванович, сходи на пост возле нашей бутафории, Карпов посоветовал пострелять по разведывательному дрону, вот и постреляйте. Если он ещё висит, конечно. Ну и побудь там, а потом караульного в лес уведи.

– А что, умно! – кивнул Пегий и вышел из КШМ.

Доцент задумчиво постучал карандашом о карту:

– Иван!

– Я! – донеслось из другого угла КШМ.

На пороге вытянулся лейтенант – дежурный оператор КШМ.

– Иван, командира «Пенициллина» на связь, а командиров батарей и старшего группы дронов вызови ко мне, пусть бегом мчатся. Я их возле КШМ жду.

Капитан Пегий подошёл к караульному, когда тот из кустов в небо в бинокль смотрел, если прислушаться, оттуда доносился едва слышимый стрекот дрона. Заметив капитана, солдат растерялся.

– Как дела? – миролюбиво спросил Пегий.

– Всё спокойно, товарищ капитан, только вот этот, – солдат кивнул вверх, – кажись, пониже спустился.

– Вижу, вернее, слышу. Ты иди, сынок, постреляй по нему, – караульный недоуменно посмотрел на Пегого, тот улыбнулся. – Иди, иди, Доцент приказал. Как махну, быстро бежишь ко мне, – капитан оглянулся, – вон здоровенный куст возле прицепа. Я тебя там подожду. Иди пугай ворога.

– А если я попаду?! – оживился караульный.

– Медаль получишь, – усмехнулся Пегий, – иди старайся.

Возле КШМ два капитана и один старлей внимательно слушали Доцента.

– САУ и РСЗО привести в боевое положение, дроны-разведчики поднять в небо, – Хабриев положил руку на плечо старлею. – Начнётся обстрел, засекай цели и сразу передавай координаты на батареи. – Доцент посмотрел на капитанов. – Стрелять по готовности! Задача ясна? Бегом!

Офицеры кивнули и бросились врассыпную.

Издалека донеслись выстрелы пулемета. Не обращая на это внимания, Доцент поспешил в КШМ. Прямо с порога схватил телефон, протянутый лейтенантом.

– Лазарь, немедленно разворачивай свой «Пенициллин»! – приказал Хабриев в трубку. – Скоро будет обстрел, засекай цели!

Обстрел начался через полчаса. Снаряды густо ложились вокруг заброшенных коровников.

На лесной поляне развернули звукотепловой комплекс контрбатарейной борьбы 1Б76 «Пенициллин». Поднятая вверх между кабиной и кунгом телескопическая мачта с оборудованием наверху смотрелась футуристическим жезлом в небо. Неподалёку стрекотал генератор автономного электропитания, его то и дело заглушали звуки отдалённых на пару километров разрывов.

На другой поляне стояли три САУ – самоходные артиллерийские установки и вели ответный огонь по противнику.

Неподалеку от них две машины БМ–21 РСЗО (реактивная система залпового огня, калибра 122 мм) отправляли свои сигары в небо.

Вскоре огонь артиллерии противника стал затихать.

В командно-штабной машине звуки выстрелов и разрывов приглушены, но зато она монотонно вздрагивала в такт канонаде. Доцент вглядывался в экран с картинками с наших разведывательных дронов.

Один из дронов показывал плотные разрывы вокруг трёх украинских САУ «Акация». Одна САУ уже горела, вокруг двух других разрывы всё ближе. Им уже не до выстрелов, они попытались уйти, но совсем рядом с ними разорвались несколько снарядов. Обе САУ замерли, из одной выбежал экипаж, другая стояла, чадя чёрным дымом, потом вспыхнула ярким сполохом.

Хабриев переключился на другой дрон. На экране возникла 155-мм французская гаубица «CAESAR». Как раз в этот момент прилетели наши ракеты РСЗО. На некоторое время всё скрылось в огненно-чёрном вихре, а когда его клубы поредели, на земле стали видны куски гаубицы от прямого или очень близкого попадания.

Оператор не в силах сдержать эмоции вскочил и заорал: «Ура-а, есть!», но осёкся и виновато оглянулся на подполковника, тот молчал, но на его лице была довольная улыбка. Доцент встал.

– Иван, труби всем отбой!

Неподалеку от КШМ бойцы уже соорудили импровизированную курилку. На бревне, уложенном на толстые пеньки, сидели Пегий и Шнур и курили. К ним подошёл Доцент и сел на дальний конец бревна.

– Сергей Юсупович, как мы отбомбились?

– Иван подсчитывает. Алексей, ты рапорт отправил?

– Так точно! Майор Карпов написал, что принял, и ещё сообщил, что едет к нам.

– Едет, значит, встретим, – Доцент встал, устало потянулся, – а я пока посплю пару часов. Сергей Иванович, за старшего.

Майор Карпов вошел в КШМ, поздоровался за руки с экипажем и капитаном Коневым. Доцент ожидал гостя, стоя возле своего столика, они обменялись рукопожатиями и присели.

– Что обо всём этом думаете, Султан Юсупович? – спросил особист.

– Вы про велосипедиста? – Карпов кивнул, и Доцент продолжил: – Думаю, засланный казачок. Приехал, проверил, сообщил, пока разведали… Всё по времени сходится.

– Согласен.

– Что-нибудь удалось выяснить?

– Удалось.

Карпов вытащил фотографию из папки. На ней был запечатлён чернявый мужик на красном велосипеде, в синем спортивном костюме и желтой кепке. Внизу крупно выписан ник: «Цыган». Хабриев взял в руки фотографию, потом оглянулся и встретился с любопытным взглядом Пегого.

– Сергей Иванович, – позвал Доцент своего зама по артгруппе и вопросительно посмотрел на особиста. – Игорь Васильевич, не возражаете?

Карпов покачал головой, Хабриев протянул капитану, подошедшему к столику, фотографию:

– Надо показать караульному, Шнур где?

– Снаружи трётся. Я с ним схожу.

Пегий вышел из КШМ, Доцент посмотрел на Карпова:

– Где вы это раздобыли?

– Всё просто. Направил описание в центр, там есть группа, которая мониторит укропаблики. Этот фрукт на красном велосипеде сразу и всплыл. С полгода назад в «Телеграм» был «Пологий чат», сейчас его уже нет. Цыган этот там за бандеровцев сильно вписывался, его и зафиксировали.

– Что ж он так приметно одевается?

– Тщеславие и жадность. Чем приметнее ты в сетях, тем больше лайков. Впрочем, его ещё отыскать нужно.

– Поможем! Главное, чтобы его караульный признал.

– А вас, Султан Юсупович, как я понимаю, можно поздравить с успешной контрбатарейной операцией?

– Вы же в пути были?!

– Мой начальник собственноручно весточку прислал: мол, в штабе армии фурор, и попросил передать свои поздравления.

– Спасибо, но вы к этому тоже руку приложили. Мы же вашему совету последовали.

Карпов довольно заулыбался:

– Искреннее спасибо, нечасто такое услышишь от военных.

Хлопнула входная дверь, вернулся Пегий.

– Он это! – с порога объявил он. – Мы со Шнуром покумекали: Цыган этот наверняка из местных будет.

Доцент и все остальные посмотрели на майора Карпова, тот улыбнулся:

– Найдём!

– Но Игорь Васильевич, – вмешался взволнованный Пегий, – через два дня мы должны уйти к следующему месту ожидания. Можем не успеть! Давайте сделаем несколько групп поиска! Можно выделить «буханку» снабжения, уазик связистов и один грузовик.

– Погоди, – остановил зама Хабриев и посмотрел на Карпова, невозмутимо слушающего предложения Пегова, – Игорь Васильевич, вы что думаете?

– Группа будет одна и на моём уазике. Если найдём, вот тогда люди понадобятся, а излишний энтузиазм всех шпионов распугает. – Карпов поднялся и посмотрел на капитана, – Султан Юсупович, отпустите со мной вашего заместителя и связиста, позывной Шнур, кажется?

Доцент согласно кивнул:

– Конечно.

– Комплект формы рядового контрактника для меня найдёте?

– Найдем.

Уазик съехал с шоссе на малоприметную лесную дорогу и спрятался за кустами. Карпов разложил на руле карту местности и углубился в её изучение. Пегий и Шнур отправились покурить и иногда поглядывали в его сторону. Особист задумчиво потер лоб.

Искать решили с сельских магазинов, проехали две деревушки, в одной – магазина не было, во второй – заколочен. Подойти и в лоб спросить про Цыгана у любой старушки Карпов пока не решался. Он понимал, спроси первого встречного, и волна о розыске может всколыхнуть всю округу. В этом случае Цыган наверняка пустится в бега. Но и время шло! Сегодня надо было обязательно напасть на след. Карпов водил пальцем по карте, неслышно что-то нашептывая, потом кивнул, видимо, приняв решение. Дальше по дороге было большое село, а перед ним развилка дорог с отдельно стоящим зданием. Или магазин или мэрия, и то и другое для опроса годилось.

Члены его команды вернулись в уазик, Пегий сел рядом и вопросительно уставился на Карпова, тот протянул ему карту и завёл двигатель.

– Сейчас к селу подъедем, возможно, там магазин.

Карпов угадал, у развилки был кирпичный магазин, более того, возле него стояли несколько местных жителей. Однако, услышав звук мотора и увидев подъезжающий военный УАЗ, они гурьбой ринулись от магазина по дорожке, нырявшей в лесопосадку. Один миг, и на стоянке перед магазином стало пусто.

– Чёрт! – громко сказал Карпов, заруливая к магазину, лихо затормозил и посмотрел на Шнура. – Алексей, дуй на разведку.

Связист открыл дверцу и увидел женщину, только что вышедшую из дверей магазина. Он поправил свой чапаевский ус и, улыбнувшись, издали наклонил голову, мол, здрасте, мадам. Но женщина не оценила добрых намерений, с испугом на лице она убежала вслед за остальными. Догонять её было бы явной глупостью. Шнур растерянно оглянулся и заметил через стекло кивок Карпова в сторону магазина.

Алексей вошёл в магазин и почти сразу вышел, разочарованно разведя руками. Пегий и Карпов вышли из уазика и достали сигареты. Шнур подошёл с растерянным лицом.

– Продавщицу чуть инфаркт не хватил! – сказал он коротко и полез за сигаретами. – В кладовке заперлась и ни гугу.

Пегий озадаченно покачал головой, все закурили. Дым пускали молча и задумчиво. Карпов попытался что-то придумать, чтобы не упустить Цыгана, но ему всё время что-то мешало сосредоточиться, нечто неуловимое, словно пятно в глазу. На этой мысли особист оглянулся и понял, что именно. Его взгляд наткнулся на бетонную автобусную остановку, раскрашенную в желто-блакитный цвет, и из неё торчали ноги в стоптанных ботинках. Это был шанс!

– Мужики, покурите пока, я скоро.

Чуть ли не на цыпочках Карпов подкрался к остановке и заглянул за стенку. На лавочке дремал Синяк, безучастный ко всему на свете. Алексей тихо присел рядом, Синяк приоткрыл один глаз. Карпов достал пачку сигарет:

– Будешь?

Синяк заинтересованно открыл второй глаз, зашевелился и сел поудобнее.

– Давай, всегда рад халяве.

Карпов закурил сам, прикурил сигарету Синяку, тот глубоко затянулся, доселе мутный взгляд прояснился.

– Чё надо, служивый?

Карпов достал фото велосипедиста, сунул под нос Синяку, тот понимающе посмотрел на особиста.

– Очень нужен?

– Позарез!

Синяк на мгновение задумался, скосившись на пачку сигарет в руке Карпова, тот молча протянул её. Синяк взял, понюхал и выдал решение:

– Тащи два пузыря!

– Давай денег дам, сам купишь.

– Не, два пузыря!

– Жди!

Он поспешил к членам своей команды и коротко объяснил ситуацию.

– Посматривайте за пассажиром, только не спугните, а я в магазин.

Пегий пустил струйку дыма в небо. Скептически осмотрел Карпова с ног до головы и с сомнением покачал головой:

– Давайте я схожу, товарищ майор, вы, как бы это сказать…

– Сергей Иванович, не тяни, – нахмурился особист.

– Вот-вот, на переодетого опера похожи, – Пегий потушил ногой сигарету. – Лучше я.

Карпов пожал плечами и кивнул, Пегий улыбнулся и скорым шагом направился к магазину.

В это время в магазине продавщица уже вылезла из своего укрытия и, прячась за стенку, глядела в окошко. Возле уазика стояли трое военных, курили и что-то обсуждали. Один из них резко повернулся и пошёл к её магазину. Женщина ойкнула и поспешила за прилавок к спасительной кладовке. Она уже за ручку двери взялась, когда услышала вежливый стук во входную дверь.

– Да! – машинально вырвалось у неё.

Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась мужская рука с зажатыми в пальцах тремя тысячными бумажками. Продавщица заколебалась. Пользуясь паузой, в магазин вошёл Пегий с умоляющей улыбкой на лице.

– Мадам, нам бы водочки, – сказал он миролюбиво.

Женщина отпустила ручку кладовки и поправила причёску.

– И закусить, – добавил капитан.

Страх у продавщицы пропал, она снисходительно покачала головой и выставила две бутылки горилки:

– Это, пожалуйста! Лучше пейте, чем стрелять.

Шнур нетерпеливо постукивал ногой, его худощавое тело было наполнено энергией, готовой расплескаться в действие. Особист покачал головой и в очередной раз незаметно глянул в сторону остановки, проверяя, на месте ли ноги Синяка.

– Алексей, – тихо, но строго сказал он, – садись в машину и не отсвечивай!

Шнур без звука или косого взгляда так и сделал, видимо и сам понимал, что слишком нервничает. Наконец, из двери магазина вышел Пегий с увесистым пакетом в руке. Он неспешно подошёл и протянул пакет Карпову.

– Как прошло?

– На высшем уровне. К хорошим женщинам правильный подход нужен.

Пегий повернулся к магазину и помахал рукой, в окне мелькнуло лицо продавщицы.

Карпов присел возле безмятежно спящего Синяка, поставил на лавку пакет, в котором стеклянно звякнули бутылки, спящий немедленно раскрыл глаза.

– О! Неужто Анюта смилостивилась?! – Он раскрыл пакет, и его лицо засияло восторгом. – И закусон принёс! Кайф. Тебя как зовут?

– Игорь.

– А меня Ваней кличут. Давай, служивый, трахнем по маленькой? За знакомство и за мир во всём мире, а?

Карпов покачал головой и красноречиво положил руку на пакет.

– Некогда мне, Ваня, выпей за мир сам. Так где этот фрукт с фотки?

– Цыган это, его все так кличут. Вредный, злой он.

– Где?! – напористо переспросил Карпов.

Синяк махнул рукой в правую сторону центральной дороги.

– Тама дальше Красуха будет, километра через три. Дом в середке, прямо напротив сельсовета бывшего. На воротах сине-желтый флаг нарисован, – Синяк вожделенно потянул к себе пакет, Карпов убрал руку. – Ни у кого флага нет, а он нарисовал.

– Ваня, тебя где сыскать, если что?

– А я всегда тута. Где-нибудь.

Карпов улыбнулся и, уже уходя, услышал, как нетерпеливо шуршит пакетом Ваня.

По утоптанной тропинке вдоль единственной улицы Красухи ехал Цыган на своём красном велосипеде, на руле покачивался пакет с хлебом и молоком. В этот раз он был одет в обычные брюки и брезентовую куртку. На обочине рядом с домом бывшего сельсовета стоял русский военный грузовик с поднятым капотом. Под ним, согнувшись, стоял водитель с ключом, что-то там высматривая, туда же заглядывал и Пегий, дымя сигаретой, в руке у него была отвертка. Цыган притормозил. Военные на него не обращали никакого внимания. Цыган проехал на велосипеде оставшиеся метры до своих ворот со свежим пятном коричневого грунта на нём, сквозь которое угадывался сине-желтый контур украинского флага, и спешился. До него донеслось: «Вот здесь надо подкрутить, видишь?» Пегий подает водителю отвертку, тот меняет её на свой гаечный ключ. Цыган, посматривая в их сторону, принялся копаться в кармане, воровато стреляя вокруг глазами. Со стороны было понятно, что он ищет ключ от калитки, но Цыган вдруг вытащил свой смартфон и украдкой направил его на грузовик, тихо щёлкнул имитатор затвора фотоаппарата. Цыган довольно заулыбался, спрятал смартфон и, вытащив ключ, отомкнул калитку. Внезапно она сама отворилась, и две пары сильных рук схватили его в железные клещи. Хлопнул капот грузовика, в начале улицы послышался звук мотора.

– Люди добре, ратуйте… – заорал испуганный Цыган, но рядом, кроме двух бойцов, держащих его за руки, никого не было.

Шпион попробовал дёрнуться, но один из бойцов слегка заломил его руку, Цыган наклонился вперед и заверещал.

– Стой тихо, руку выдерну! – сказал ему басом солдат.

На улице показались два военных УАЗа и с ходу свернули к ним. Из соседнего двора вышла старушка и, ничего не боясь, подошла поближе.

Из первой машины выскочили четыре бойца в полном боевом и, подняв автоматы, встали вокруг пленного полукругом. Из второго УАЗа вышли Карпов, Шнур с чёрным пакетом и боец с видеокамерой, уже ведущий видеозапись.

Особист подошел к дрожащему от испуга шпиону. «Вы задержаны», – ровно и негромко сказал он Цыгану, тот вдруг опять дёрнулся и заорал: «Фашисты, оккупанты!» Он бы и дальше орал, но Карпов вытащил из кармана скотч и залепил задержанному рот.

– Правильно! – сказала вдруг старушка. – Так тебе и надо!

Карпов оглянулся на старушку, улыбнулся и принялся за обыск, выгребая из карманов содержимое: кошель, паспорт, ключи, перочинный нож, пару конфет и пачку сливочного масла. Старушка при этом прищурилась и шагнула вперед.