Сезон охоты на рогатых

***

Перед входом в «Территорию» толпилось так много молодых парней и девчонок, что мне тут же захотелось развернуться и уйти. Благо меня заметил охранник клуба Андрей — Танин бывший. Расстались они, на удивление, мирно, сохранив дружеские отношения.

— Радмила, — позвал он меня, помахав рукой.

Улыбнувшись, я протиснулась ко входу, чуть не лишившись по дороге парочки ребер. Андрей, в знак приветствия, приобнял меня за плечи.

— Таня предупредила, что ты сегодня вместо нее, — прокричал он мне в ухо, так как из-за шума толпы и громкой, слышимой даже снаружи музыки было очень сложно разговаривать.

Я кивнула, дождалась, когда мне поставят клубную печать, и вошла внутрь. Куча народа уже вовсю зажигала на танцполе под завывания какой-то группы. Еще больше их было у барной стойки. Наступая друг другу на пятки, они стояли в очереди за коктейлем.

Не успела я оглядеться, как меня схватили под локоть.

— Ну, наконец-то! — узнала я Анжелин голос. До того звонкий, что он перекрывал весь шум. — Мы думали, ты не придешь, и клетка будет пустая. Макс бы Таньку тогда точно убил.

Макс — управляющий клуба. Должность он занял около двух недель назад, поэтому я с ним еще не встречалась, но уже была наслышана. Таня выражалась довольно резко, описывая мне этого «тирана». Он не жалел девчонок, заставляя их репетировать и плясать до седьмого пота, не смотрел сквозь пальцы на прогулы и мог запросто лишить зарплаты, если сильно осерчает. Логично, что танцовщицы его дружно недолюбливали.

— Прости, в пробку попала. Боялась, что не успею.

Мы уже заходили в гримерку, когда я заметила на Анжеле странный наряд: черные кожаные шортики и абсолютно прозрачная рубашка, под которой не было и намека на лифчик. В самой гримерке сидело еще две девчонки, скорее всего новенькие. Одеты они были точно так же.

— Катя, Лена, это Радмила. Она заменяет Таню.

Стоило мне им кивнуть, как в меня полетел пакет с одеждой, ничем не отличающейся от той, в какой сидели присутствующие. Не то чтобы я стеснялась собственного тела, но тут вдруг стало не по себе.

— Таня не говорила, что у вас новая форма для импровизации. Не слишком ли она... открытая?

— Ой, забыла, наверное, — махнула рукой то ли Катя, то ли Лена, заметив мой неуверенный взгляд. — Это Макс придумал для привлечения клиентов. Пару дней назад привезли. Ты не переживай, в зале темно. Никто ничего толком не разглядит.

Ее слова меня не сильно убедили, но раз уж я согласилась, не хотелось подставлять подругу. Я с трудом влезла в шорты, обтягивающие мои ягодицы как вторая кожа. Оставив волосы распущенными, завязала концы рубашки, и с остльными направилась к выходу.

Пройдя сквозь толпу, я подошла к одной из клеток, что стояла в центре танцпола. Пока остальные занимали оставшиеся, я открыла ее и забралась внутрь. Мощные цепи подняли нас вверх. Зал разразился громкими аплодисментами. Заигравшая музыка была медленной, но такой проникновенной, что я полностью растворилась в танце, не замечая криков толпы и пошлых комплиментов стоящих внизу мужчин.

Я не воспринимала танец как работу, отдаваясь ему на сто процентов. Быстрый переход, и вот я стою на коленях, выгибаясь вперед и просовывая руки сквозь клетку. Еще один удар — я подпрыгиваю, хватаюсь за прутья, подтягиваю ноги и, обвивая ими решетку, опускаю туловище вниз, давая зрителям насладиться видом сзади. Не задерживаясь в таком положении, опускаюсь на дно клетки, поднимаю правую ногу, опираюсь ею о прутья, прогибаю спину, провожу руками по телу. И вот я снова на полу. Медленно двигаюсь, обхватив себя руками, пока музыка окончательно не утихает.

Внезапно по спине пробежал озноб. Списав все на перенапряжение, я не стала обращать внимания. Вечер только начался, а я так устала, что валилась с ног.

Ди-джей, будто издеваясь, ставил только быстрые песни, избавляя меня от всех поглощенных за день калорий. Когда я уже думала, что не выдержу и упаду без чувств на дно клетки, в зале воцарилась тишина, и на танцпол вышел парень с микрофоном в руках.

— Сейчас, дамы и господа, вас ждет самое интересное. То, ради чего многие из вас специально посетили сегодня наш клуб. А именно — возможность выкупить приватный танец у наших танцовщиц.

Меня будто обухом по голове огрели. Недоверчиво моргая, я повернулась, пытаясь разглядеть выражения лиц своих коллег, чтобы понять, были ли они также удивлены услышанным. Оказалось, что нет. Похоже, единственной, кто не знал, чем кончится сегодняшний вечер, была я.

Ну, берегись, Морозова. Убивать я тебя буду медленно и очень кровожадно.

Пока клетки одна за другой неторопливо опускались на пол, я подозвала к себе парня с микрофоном. Симпатичный шатен кивнул мне, молча спрашивая — в чем дело.

— Я всего лишь заменяю подругу и не собираюсь в этом участвовать.

— Только попробуй отказаться, — все еще мило улыбаясь, прошипел он мне в ухо. — Твоя подруга вылетит отсюда как пробка.

Оставив меня с выпученными от неожиданности глазами, он вернулся на свое место.

Танька, конечно, знатная паршивка, но обойтись с ней таким образом я не могла. Танцевать перед незнакомцем все же придется. Правда, была одна загвоздка: я никогда этого не делала и понятия не имела, что из себя представляет приватный танец. В кино девушки садились на колени к мужчинам и терлись о них всем телом. На танец это было мало похоже. Придется снова импровизировать.

Сначала свет направили на клетку с Анжелой. Та, вцепившись пальцами в прутья, выгнула спину.

— Делайте ваши ставки, господа... и дамы! — заорал в микрофон шатен, и зал разразился возбужденными криками. Они спорили, озвучивая разные суммы так долго, что мне казалось, это не закончится никогда. В конце концов лот был продан молодому парню, предложившему наибольшую сумму.

Анжела открыла клетку и походкой от бедра последовала в ВИП-кабинку, у входа в которую ее уже поджидали.

Точно так же все прошло у двух других моих соседок. Первой достался мужчина лет сорока с сединой в висках, а второй — симпатичный высокий брюнет.

С дрожью в коленях я ждала своей очереди. Ощущение такое, будто стою перед дверью в аудиторию, где проходит экзамен, к которому я совершенно не готова. Я привыкла все держать под контролем. Но контролем сейчас даже не пахло. Я будто надела на себя Танину шкуру и окунулась в ее жизнь. Не самая моя заветная мечта.

За размышлениями я немного отвлеклась от происходящего. Внезапно в лицо ударил яркий свет, из-за которого заслезились глаза.

— Наш последний на сегодня лот! Кто готов раскошелиться? — воскликнул в микрофон ведущий.

В ответ снова раздались крики. Когда была озвучена сумма в размере тысячи златых монет, остальные замолчали. Шатен начал считать до трех, как вдруг раздался громкий бархатистый голос с хриплыми нотками:

— Десять тысяч.

Этот голос я узнала мгновенно. Уж слишком глубокий отпечаток он оставил на моем сердце.

Подняв голову, я принялась искать взглядом его обладателя. Неподалеку от танцпола за круглым столиком сидело двое мужчин. Один из них усмехнулся и нагло подмигнул мне. Без сомнений, Демид «чертов кобель» Барский тоже меня узнал.

Великая богиня Адалина, в чем я провинилась перед небесами, что они снова сталкивают меня нос к носу с этим проклятым демоном?

Глава 2

Когда на зеленую равнину, где более двух столетий назад располагался небольшой городок Устье, от которого остались лишь развалины, да краткие упоминания в старых книгах, опустилась ночь, на охоту за амулетом вышла стая гроллохов.

В основном эти создания с человеческим телом и головой либо свиньи, либо барана — смотря с чем их скрещивали — обитали в Аду. Вели там беспечную жизнь: ели и пили в свое удовольствие. Но стоило Властелину отдать приказ, как они перемещались на Землю, где днем отсиживались в земляных норах, а ночью пускались по следу.

Одежду они не носили. Из отличительных особенностей — красная кожа и желтые глаза. При встрече с людьми, если дело происходило днем, они зарывались поглубже в землю. А если ночью…

Не повезет тому, кто попадется им на глаза.

Гроллохи обожали человеческое мясо, считая его первоклассным деликатесом. Не существовало хищников, равных им по нюху. Гроллохи могли по запаху отличить все существующие виды друг от друга и взять след месячной давности. Единственной их слабостью была непереносимость дневного света. Под палящими лучами солнца чувствительная кожа гроллохов начинала плавиться, что приводило к мучительной смерти. Это ограничивало скорость передвижения, поэтому для погони они совершенно не годились.

Гхан, глава отряда, опустился на колени и припал носом к земле.

— Ззаппах ммаггии, — прорычал он своим собратьям. — Аммулетт былл зздессь. Исскатть!

Члены стаи рассыпались по равнине, пытаясь уловить перемещение хрусталика. Время неумолимо неслось вперед, но все напрасно. Не было найдено ни единой ниточки, что могла бы помочь в поисках.

Лишь перед рассветом самый молодой член стаи по имени Огих подбежал к Гхану и затряс руками.

— Тамм, ггде зземлля ннероввная, — ткнул он пальцем в посыпанные свежей землей квадраты. — Ззапахх введьммы!

Бросившись в нужную сторону, гроллохи уткнулись носом в землю и начали громко сопеть. Вскоре они почуяли слабый аромат двухнедельной давности, принадлежащий молодой ведьме. Он смешивался с запахом магии, который излучал амулет.

Поднявшись, Гхан быстро определил нужное направление.

— Нна ссеверр! — утробно зарычал он и бросился бежать, не дожидаясь остальных.

Будто лошадиное стадо, они понеслись по равнине и долго не сбавляли темп. До восхода солнца оставался час. Придется прятаться в поспешно вырытые норы. Если этого не сделать, их ждет верная гибель.

Впрочем, вернуться к Властелину с пустыми руками — участь ничем не лучше. Кроули до того изобретателен в способах наказаний, что солнечный свет может показаться блаженством. Гроллохи знали об этом как никто другой, а потому неслись вперед, позабыв про усталость и преодолевая расстояние с рекордной скоростью.

***

Медленно выходя из клетки, я вертела головой, надеясь, что сплю и вижу сон. Толпа продолжала танцевать под ритмичную музыку, пока я плелась к свободной ВИП-кабинке, на которую мне указал ведущий. Там уже поджидал тот, о ком я зареклась вспоминать еще пять месяцев назад.

Началось всё с Таниного дня рождения.

Она решила провести его в родительском доме, чего раньше никогда не делала. Компания собралась разношерстная. Многих из присутствующих я даже не знала. Около половины гостей пригласил её старший брат Юра. Разумеется, большую их часть составляли демоны.

Танькины родители спали и видели, как бы свести её с чистокровным представителем их вида, чтобы будущие отпрыски могли похвастаться хоть какими-то признаками рода. Будь то маленькие рожки или — чем чёрт не шутит?— умение телепортироваться.

Демида, или как зовут его приятели — Дэма, я заметила сразу. Он сидел с парочкой других демонов чуть в стороне от остальных. Потягивая что-то алкогольное из бокала, он не сводил с меня пристального взгляда. В глубине черных глаз плескались красные всполохи.

Даже будь я человеком, всё равно мысленно окрестила бы его настоящим демоном. Загорелый, с темными, коротко стриженными волосами, щетиной и обаятельной усмешкой на соблазнительных губах. Дэм притягивал к себе внимание всех девиц в радиусе пары километров. Он знал о своей неотразимой привлекательности и умел ею пользоваться. Я ещё сравнительно легко отделалась, не успев увязнуть в нём окончательно.

Пригласив меня на медленный танец, он источал комплименты, пока ловкие пальцы изучали мою спину. Но стоило им соскользнуть к бедрам, как пришлось немного охладить мужской пыл. Сначала попросила его держать свои конечности при себе, а затем сослалась на усталость и ушла к подруге.

Похоже, именно тот факт, что я не пала к его ногам, влюбленным взглядом ловя каждое слово, и привлёк ко мне его внимание. Кто бы знал, чего это мне стоило.

Таня тогда заметила, что ни разу не встречала девушку, осадившую бы Демида и оставившую его в одиночестве. Наоборот — от желающих провести с ним хоть немного времени отбоя не было. Я промолчала. Не рассказывать же ей, что всё моё спокойствие было показным, в то время как в груди бешено колотилось сердце.

Дэм, как впоследствии выяснилось, относился к огненным демонам. Судя по внешнему виду — вполне себе чистокровный. Про них в книгах было меньше всего информации. Вроде как чистокровные огненные демоны умеют телепортироваться. В момент наивысшей ярости или сильного возбуждения у них вырастают рога, кончики которых источают яд. Прикосновение к рогам вызывает у демонов состояние, близкое к оргазму. Огненные представители этого вида, как и все прочие, имеют истинную пару, но узнать её могут лишь во время интимной близости. С ней они впервые извергают сперму, а со всеми другими партнёрами стреляют, так сказать, вхолостую.

У этого процесса даже название имелось — «распечатывание демона». Об этом мне рассказала Таня. От неё же я узнала, что Барский очень богат. Правда, неизвестно, на чем он делает деньги, так как официально нигде не работает и собственного бизнеса тоже не имеет.

«Явно мошенник», — решили мы с подругой и успокоились. Как выяснилось, рано.

На следующий день, когда занятия в университете подошли к концу, меня у входа ждал внушительный внедорожник. К нему прислонившись, стоял Демид Барский. Сказать, что я растерялась, — это ничего не сказать.

Высокий и красивый демон пожирал меня чересчур дерзким взглядом, не оставляя сомнений, к кому именно он приехал. Отделившись от подруг, я подошла и поинтересовалась, что он здесь забыл, на что получила односложный ответ: «тебя».

Дэм предложил подвезти. Я, не раздумывая, согласилась. Не без помощи Барского залезла в машину и, показывая дорогу к дому, изредка отвечала на вопросы.

Первым делом он поинтересовался, к какому виду я отношусь. Узнав, что ведьма, слегка опешил. Похоже, ему не часто приходилось с ними сталкиваться. Неудивительно: ведьмы не пользовались популярностью. Особенно черные, которые, начав черпать силу из темного источника, уже никогда не возвращались к свету. Они не гнушались устраивать человеческие жертвоприношения, убивали представителей других видов, забирая их энергию и поглощая души. Мы же, светлые, попадали под раздачу.

Надо отдать ему должное: Дэм не спасовал. Остановившись у моего дома, позвал вечером на свидание. Я тогда знатно поплыла, позабыв все Танькины истории про количество влюбленных в него девиц. Согласилась, решив дать шанс, как мне казалось, зарождавшимся отношениям.

Вечер в изысканном ресторане — сейчас даже название не вспомню — прошел блестяще. Демид вел себя учтиво, был внимателен ко мне. А после, не говоря ни слова, отвез обратно домой, взял номер телефона со словами, что завтра обязательно позвонит. Не позвонил даже через неделю.

Я как дура ждала, надеясь, что у него вдруг появились срочные дела и он уехал туда, где не работает сотовая связь. Ага, как же!

Прошла еще неделя. Мы с Таней, выходя вечером из кинотеатра, едва не столкнулись нос к носу с Барским, на руке которого висела красивая блондинка. Я успела спрятаться за угол, пока он не заметил, и окольными путями вместе с подругой сбежала домой.

Разумеется, пришлось ей все рассказать. Таня не стала смеяться над моей наивностью. Крепко обняла и заявила, что все мужики — козлы.

Ее поддержка и тазик мороженого сыграли свою роль. Спрятав глубоко в сердце обиду на демона, я больше о нем не вспоминала.

До сегодняшнего дня.

Какого черта этот придурок напомнил о себе, оплатив приватный танец? Ну хорошо, сам напросился. Я так станцую, что он все ногти себе сгрызет, мечтая о недосягаемом.

ВИП-кабинка представляла собой небольшое помещение. Свет был приглушенным, но предметы хорошо различались. В центре стоял средних размеров кофейный столик, а перед ним диван… на котором сидел Барский.

Скривив губы в ухмылке, он отсалютовал мне полупустым бокалом и молча продолжил пялиться.

Даже под дулом пистолета я не собиралась забираться к этому бабнику на колени. Столик для воплощения моего танца подходил идеально. Нажав кнопку у двери — знак для ди-джея включить музыку — я под медленную мелодию, походкой от бедра, прошествовала к центру комнаты и стащила с себя туфли. Одним легким движением встала на столик и, под рваный ритм, отдала всю себя чувственному танцу.

Выгибалась, ласкала руками тело, изящными и плавными движениями сводила демона с ума. Судя по тому, как он, уже не улыбаясь, подался вперед, позабыв о выпивке и не спуская с меня жаркого взгляда, я преуспела.

Скользя руками по животу, я дразнила сидящего передо мной мужчину и совершенно не стеснялась. Даже наоборот. Его ответная реакция придавала уверенности.

Под финальные аккорды я упала на колени и прогнулась в спине, откровенно демонстрируя натянувшие прозрачную ткань рубашки затвердевшие соски. Облизнув губы, Дэм выбросил руку и схватил меня за талию. Дернул на себя и усадил верхом на свои бедра.

Музыка остановилась. Не в силах перевести дыхание, будто вместе пробежали стометровку, мы уставились друг на друга, околдованные волнующим моментом. Если бы снаружи не раздались громкие аплодисменты — чему бы они ни были посвящены — я бы точно по собственной воле не отвела от него взгляд.

Реальность обрушилась внезапно. Она выдернула меня из грез и напомнила, кто этот сидящий передо мной мужчина и какими душевными переживаниями чревато общение с ним.

Резко поднявшись с его колен, я подхватила лежащие на полу туфли и молча бросилась к выходу. Но, кажется, в планы Барского мой уход не входил. Не успела схватиться за ручку, как меня развернули, подхватили под ягодицы, приподняли и прижали к двери.

— Отпусти, — выдохнула я от неожиданности.

— Не хочу, — от легкой хрипотцы в его голосе по спине побежали мурашки.

Пристальный взгляд черных, как ночь, глаз не отрывался от моего лица.

— Ты оплатил один танец — я станцевала. Мы в расчете.

— Может, продолжим у меня, котенок?

Чертов придурок. Он использовал это прозвище еще на нашем первом и единственном свидании. Тогда я посчитала это милым, а сейчас меня едва не тошнило. Уверена, он всех своих подружек называет точно так же.

— У тебя был шанс, но ты его не использовал. А теперь извини, мне нужно идти. Меня ждут.

— И кто же?

К Дэму снова вернулось веселое настроение. Разумеется, мне тут же захотелось его испортить.

— Мой парень.

Хотелось дать понять этому мерзавцу, что на нем свет клином не сошелся. И пусть я соврала, стыдно почему-то не было.

Он отпустил меня, но не стал отходить. Прежде чем коснуться пола, я проехалась грудью по его каменному торсу, обтянутому белой футболкой. Внизу живота сладко заныло. Пришлось прикусить губу, прежде чем выскочить за дверь.

Больше меня никто не останавливал...

***

Дэмристель прислонился горячим лбом к холодной двери, за которой только что скрылась Радмила.

Пять месяцев назад эта ведьма была не прочь принадлежать ему, но с его работой и образом жизни он не мог позволить себе увязнуть в отношениях, которые могли бы ее удовлетворить. Считай, он пожалел ее, подарив свободу до того, как стало бы слишком поздно... для них.

Другим Дэм таких одолжений не делал. Правда, те другие и не просили о большем. В их глазах не блестела надежда, что лучилась в ее голубых озерах. Им не нужна была его душа.

Он не заслуживал ее – дерзкого белого котенка – и прекрасно это понимал. Но сегодня желание прикоснуться к ней, попробовать на вкус нежные алые губы, одержало верх над разумом. А какой бы он был демон, если бы не потакал своим желаниям?

Она так горячо и соблазнительно танцевала перед ним, что Дэма скрутило от острой одержимости. Давно пора было сделать ее своей, а не строить из себя рыцаря в проржавевших доспехах. Может, удовлетворив свои желания, он смог бы выжечь ее из мыслей. Но услышав о том, что у нее есть другой, Дэм собрал всю волю в кулак и позволил ей уйти.

Оскалившись, он стукнул кулаком по стене, оставив в ней глубокий отпечаток. Легкая вспышка боли позволила Дэму взять себя в руки. Снаружи, за столиком, его ждал Дэшамиэль. Придется найти слова, чтобы обосновать приятелю свой внезапный порыв купить танец этой ведьмы. Но как это сделать, если он даже себе не мог ничего объяснить?

Глава 3

В тронном зале собралась вся дворцовая шушера: от низших демонов — при дворе Кроули они исполняли роли шутов, внешне походя на гоблинов, обитающих на Земле, дальних родственников гномов — до красавиц демонесс с чуть порозовевшей кожей и маленькими рожками, к которым крепились драгоценные диадемы. Новое веяние Адской моды.

Демоны в отглаженных костюмах курили сигары и бросали страстные взгляды на приглянувшихся им девиц. Их не сильно заботило, отвечают ли те взаимностью, ведь в Аду действовало единственное правило — кто сильнее, того и тапки.

Не все были с ним согласны, но кто бы их спрашивал? Когда каждый день ознаменован чьей-то казнью, сильно о своих правах гражданина Ада не покричишь.

Представители знати, разделившись на группы по интересам и положению в Адском обществе, рассредоточились по всей территории зала и шушукались, обсуждая плохое настроение Властелина. Тот полчаса назад собрал их здесь наблюдать процесс умерщвления последней наложницы — леди Эуфени. Демонесса посмела во время любовных игрищ назвать Кроули «Зайчик мой».

Подобной фамильярности Властелин не мог простить никому. Женское тело поглотила текущая за стенами дворца река, а настроение господина напоминало вот-вот готовую разразиться грозу. Небо за окном разрывали молнии, похожие на красочные фейерверки.

Справа от Кроули, с подносом в руках, стоял, переминаясь с ноги на ногу, его верный камердинер — Сайлаш. В обязанности демона входило также исполнять роль личных ушей Властелина, что тот всегда проворачивал с успехом. Ни с кем особо не общаясь, он, благодаря острому слуху, присущему всем без исключений огненным демонам, впитывал в себя дворцовые сплетни, как губка, чтобы потом, когда гости разойдутся, делиться ими с хозяином.

Пока новостей скопилось немного. Леди Морента собралась сбежать на Землю, услышав, что там можно взять в любовники простого человеческого парня без больших запросов. На фоне властных демонов Ада такому экземпляру не было цены. Также, горстка низших демонов подумывала вломиться в подземелье Санжара и, пока стража будет спать, развлекаться, издеваясь над заключенными.

О первом Сайлаш собирался умолчать, зная, что Кроули лишит головы любого, кто помыслит о побеге и не спросит на то его разрешения… Которое, впрочем, он никому не давал. А вот о втором расскажет сразу же, как только за гостями закроется входная дверь. Демон ненавидел снующих повсюду мерзких уродцев и пакостил им при любом удобном случае.

Внезапно двери распахнулись, и в главный зал с шаром в руках вбежал Миришиэль.

— Господин! — упал он на колени перед троном. — Пришло послание от гроллохов.

Глаза Кроули загорелись красным пламенем. Привстав на троне, он подался вперед.

— Говори… — Заметив, что взгляды всех присутствующих направлены в его сторону, тут же зарычал. — Пошли прочь!

Гости тут же бросились к двери, устроив в проеме небольшую давку. Вскоре зал опустел. Остались лишь оракул, Сайлаш и сам Властелин.

— А теперь говори!

— Они вышли на запах ведьмы, которая забрала амулет. Проследили его до города под названием Проточное. Он находится недалеко от места находки. Там проживает сильный ковен светлых ведьм. Они наложили на город защиту от низших. Гроллохам через нее не пробиться. К тому же запах ведьмы смешался с запахом других представительниц ее вида. По всей видимости, она тоже член ковена. К делу лучше подключить кого-то более подходящего. Того, кто сможет без проблем войти в город и найти ее.

С каждым сказанным словом оракул все сильнее и сильнее склонялся к полу, будто пытался слиться с ним в одно целое. Кроули, не обращая внимания, вскочил с трона и начал расхаживать по залу, что-то про себя бормоча.

— Ясно-понятно, — наконец раздался в тишине его рокочущий голос. — Сайлаш, распорядись послать туда Улана. Пусть разыщет ведьму. Из-под земли достанет, заберет амулет и убьет ее на месте. Мне все равно. Главное, чтобы уже через три дня дело было сделано, иначе полетят головы...

— Господин, — снова подал голос оракул. — Это еще не все.

Кроули бросил на Миришиэля свирепый взгляд.

— Ведьму нельзя убивать. Шар показал истину. Чтобы вам полностью избавиться от заклятия, та, что найдет амулет, должна лично его уничтожить, утопив в жерле вулкана Тарсум. После того как вы прикоснетесь к нему, конечно же.

Сверкнув грозным взглядом, Властелин сжал кулаки и повернулся к Сайлашу.