Отпуск галактического размаха

Наверное, мой вид все же подсказал Лоре, что необходимы пояснения, что с этим надо делать.

— Из какой дыры ты только вылез на мою голову… — пробурчала она себе под нос, но тут же терпеливо объяснила, продолжая испытующе наблюдать: — Берешь вилку в руки, режущей кромкой еду можно делить на порции. Зубцами накалываешь пищу и кладешь ей еду в рот. — Она немного замялась и все же добавила: — Перед тем как класть в рот, подуй, чтобы остыло.

Глава 7. Мы в ответе за тех, кого приручили

Если вдоволь не кормить кота и не играть с ним,

кот начинает есть ваш мозг и играть на нервах.

Лорелин

Наблюдать за пришельцем в чем-то было даже интересно, особенно когда первая волна страха и опаски сменилась любопытством. Нет, конечно, я продолжала здраво опасаться этой твари, но, по крайней мере,мыслила уже вполне адекватно и была готова попробовать наладить с ним контакт, если он и вправду желает именно этого.

Анализ паразитарной металлической дряни не показал ничего страшного, так что я решила пока оставить ее на месте. Главное, что оно никоим образом не могло управляться со стороны. Другое дело, что мало ли что мог сделать с ней сам херес, но тут уж придется рискнуть. Если это и вправду носитель информации, а анализ показал, что, похоже, это в самом деле так, то мне сначала надо максимально вытащить из нее все данные.

Херес управлялся с вилкой неумело, но схватывал буквально на лету и уже к концу приема пищи сообразил, что с ней надо делать и как удобно держать ее. Хотя было видно, что его так и подмывало взять еду просто руками.

— Вкус странный. Очень-очень яркий и запоминающийся. И их надо жевать, как пищевые блоки. Но они не такие твердые, — вынес он свой вердикт.

Да уж. Это точно не его «смеси».

Я встала и налила из специального контейнера воды с добавлением некоторых витаминов. Поставила на край стола, осторожно двигая ближе к Зэро. Себе налила просто воду. Марсик жалобно мявкнул и прыгнул мне на колени, стоило только сесть напротив пришельца за стол.

— Пить, — указала на стакан. Мало ли, может, им там и стаканов не выдавали, кормя из каких-то трубочек или тюбиков. Я уже ничему не удивлюсь.

Пришелец нагнулся над стаканом и залакал. Ну… наверное, это было даже ожидаемо, если он собирался копировать моего кота. Но главное… язык у него был синим! И длинным, совсем не как у человека. Я изумленно захлопала глазами. У самок такого определенно не было!

Отпила воды из стакана нормально, показывая ему, как это надо было сделать.

— Давай ты не во всем будешь копировать Марсика, ладно? — попросила, стараясь вести себя спокойно рядом с ним и не выказывать ярких эмоций. — Или это твой привычный способ пить воду? — уточнила, склоняя голову к плечу. Мало ли… Никогда не видела, чтобы хересы что-то ели или пили.

— Обычно давали в пакетированной емкости. — Кажется, пришелец слегка смутился. А потом попытался отпить сам. Что закончилось полным фиаско — в зубах у хереса остался кусок стакана.

— Понятно. — Я сохранила хладнокровие, молча подав ему полотенце, чтобы он вытерся, и налив еще стакан жидкости. Научится рано или поздно. — Кусать стакан не надо, — попросила, призывая робота уборщика, чтобы он убрал осколки. — Не поранился? — заметила капельку крови на краешке его губы. Ну хоть кровь у него обычная, красная…

— Незначительное повреждение, не несущее потери функциональности. Вмешательства не требуется. — Херес попытался мне улыбнуться, отчего набухшая капля крови скатилась по подбородку.

Выглядело довольно устрашающе. Сразу вспомнились самки этих тварей, не чурающиеся любых способов убийства человека. Они пускали в ход все: и крепче и острее, чем у людей, ногти и зубы, и свои гибкие хвосты.... Внутри вновь всколыхнулся страх. Может быть, я зря не захватила с собой оружие?

Спихнула толстую рыжую задницу с колен, вставая и отходя в дальний угол пищевого блока. Внешне попыталась не проявить своего состояния.

— Тарелку положишь в очиститель, — махнула рукой на нужную технику. — Убирать за собой будешь сам. Я не нанималась, — вроде как даже проворчала, хотя, если честно, сейчас была занята тем, чтобы запихнуть страх обратно глубоко в подсознание.

Марсик обиженно фыркнул и попробовал подмазаться к хересу, тоже прыгая тому на колени без раздумий. Я замерла, распахнутым взглядом наблюдая, что будет. Кота я любила и не хотела, чтобы с ним что-то произошло!

Херес подумал некоторое время и протянул Марсику грязную тарелку. Кот, не будь дураком, сразу начал ее вылизывать, громко при этом мурлыкая. У меня словно камень с души упал.

— Он сам убирает! — с восторженностью ребенка сказал мне пришелец.

Страх испарился, словно его и не было. Я быстро подошла ближе и схватила пушистого засранца на руки.

— Не давай ему челове… этой еды. Он и так толстый! — прижала пытавшегося вырваться котяру двумя руками. — У него диета с четко обозначенным количеством пищи в день, и он ел час назад. А тарелку надо чистить нормально, а не с помощью кота!

Я заглянула в странные глаза хереса, смотревшего на меня снизу вверх. Он все еще продолжал сидеть на стуле, а я… до меня только сейчас дошло, насколько близко к нему стою. И насколько это опасно!

Тут же сделала два шага назад, ощущая, как отчаянно колотится сердце. Как бы там ни было, умирать мне не хотелось совершенно. Для собственного успокоения погладила Марсика за ухом. Тот недовольно мявкнул, но вырываться все же перестал.

Херес еще немного посмотрел на нас и, пожав плечами, начал самостоятельно вылизывать большим синим языком тарелку.

Да он издевается?! Я поставила кота на пол и снова подошла ближе. В конце концов, он же не убил меня в прошлый раз. Мягко отобрала тарелку и сама сунула ее в очиститель. Затем, во избежание новой ветви абсурда, поставила туда еще и чудом уцелевший стакан.

— Грязную посуду убирают сюда, — показала. — Вылизывать ничего не надо! Система сама ее очистит, обеззаразит, и можно будет пользоваться снова, — пояснила, показывая, куда нажимать, чтобы запустилась чистка. — Понятно? — уточнила на всякий случай. Мало ли что…

Как этот херес вообще в обществе-то выживать собирался, не имея минимальных знаний об окружающем его бытовом мире, не говоря уже о чем-то другом?

— Угу. — Пришелец смотрел на все с преувеличенным вниманием.

Тихо выдохнула. Так. Исследовала, накормила… и что мне делать с ним дальше? Я ведь планировала почти весь отпуск провести в тишине и уединении, просматривая фильмы и читая книги на лазурном морском берегу. Неожиданный гость в мои планы не входил совершенно.

— Чем ты занимаешься обычно? — решила уточнить у самого хереса. — Ну когда нет никаких приказов.

— Лежу в сохраняющей капсуле, берегу ресурсы тела. Последний год еще изучал базы, когда состояние не отслеживали.

Сохраняющей капсуле? Удивилась. Такой у меня на корабле точно не найдется. Немного подумала, что мне с ним делать.

— Читать, надеюсь, умеешь? — уточнила.

— На четырех глобальных языках, — похвалился мне пришелец, — и шести расовых диалектах.

Облегченно кивнула. Ну хоть что-то… а то еще не хватало мне скучающей твари на корабле. Выдам ему планшет с частичным доступом в сеть, и пусть сам себя развлекает. А мне нужен перерыв.

— Идем. Вернешься в гостиную. Диван, так и быть, можешь занимать на ночь, но чур без моего разрешения оттуда не выходить! — предупредила, мысленно напоминая себе, что доверять этой твари не стоит, каким бы безобидным он сейчас ни пытался казаться. Надо будет запереть его там с помощью системы безопасности до утра. Остается только порадоваться, что у меня на яхте есть целых два санузла, и один из них как раз присоединен к гостевому отсеку.

Кстати… заодно надо будет выяснить, в каком часовом режиме живут хересы и сколько времени им требуется для сна. Но это я уже могу подглядеть через камеры…

Глава 8. Сон кота — дело святое

Если кот уснул у вас на коленях,

значит,вы никуда больше не торопитесь.

Би Зэро Зэро

«Анализ ситуации. Носитель временно изолирован от человеческой самки и перемещен под наблюдение. В помещении установлено два малых видеоприбора и один датчик звука. Желаете уничтожить?» — предложила мне симбионт.

«Нет, спасибо, Пикси. Я привык к такому окружению».

Наоборот, было даже как-то непривычно действовать самому по себе. Тем более человек даже не заблокировал двери отсека, что довольно странно. А вместе со мной в комнату проник господин Марсик. Почему господин? Потому что он достоин этого звания. Какая прекрасная игра, какой уровень манипуляции! Низший действительно достоин уважения. Или, может, мне звать его Мастер?

— Мастер-р Мар-рсик, — попробовал я добавить немного гармоники в голос. Жаль, что не умею издавать такие же ритмичные нескончаемые звуки, что человек назвала «мурчанием». Я даже не понимаю, какой именно орган должен отвечать за их воспроизведение.

А ведь они действительно гармонизируют и успокаивают. Хорошее умение.

— Мр-р-р-р, — тут же подтвердил мои мысли низший и улегся у моих ног, подставляя уязвимый живот. Ну хоть кто-то мне верит. Приятно.

Так, стоп! А может, этот низший манипулирует и мной? Вот именно поэтому я настолько быстро проникся к нему уважением и симпатией! Точно!

— Мастер Марсик, — сказал я уже с большим благоговением и прилег рядом с пушистым животным прямо на пол. Человеческая самка разрешила снова лежать под диваном этой ночью. Там есть ковер, а потому будет мягко и уже не так пыльно. Хор-р-рошо. Намного лучше, чем отдыхать в холодной капсуле для сохранения.

Я подгреб низшего к животу, показывая свое расположение, и хвостом пододвинул к нам диван. Снова залезть прямо под него не рискнул: опять застряну. Теперь можно снова впасть в режим ожидания, заодно и более подробно проанализировать нынешние сутки, записав все выводы в базу. Кажется, я что-то упускаю из вида. Всесторонний анализ с помощью Пикси поможет устранить проблемы и выработать новую стратегию поведения.

— Слушай, я… — Дверная панель открылась, и на пороге комнаты показалась самка с чем-то объемным в руках. — Ты где? — Она изумленно осмотрела помещение.

— Вы сказали, что я могу воспользоваться диваном. — Потребовалась пара секунд, чтобы выйти из режима ожидания и глубоко анализа, отчего свет не слишком приятно ударил по сетчатке, а тело затребовало дополнительную порцию кислорода. Пришлось делать глубокий вдох, широко распахнув челюсть.

Человек снова встала на колени и заглянула вниз, при этом вздрогнув.

— Диваном, а не пространством под ним! Или ты всегда спишь в темных узких местах, укрываясь мебелью? — Ее взгляд был одновременно настороженным и изумленным.

— Второй раз. Нет, третий, — честно ответил я. — Тут шерстяной покров. На нем удобнее. Сейчас передвину, только скажите куда. — Пришлось снова приподнимать предмет мебели, сползая в сторону от такого удобного ковра.

— На место его поставь, где стоял изначально. И больше не двигай! Отдавая тебе диван, я думала, что ты на нем будешь спать, а не под ним! — Самка кинула то, что у нее было в руках, на обитую плотной тканью поверхность. — Подушку тебе принесла, подумала, что диванные слишком жесткие, чтобы было удобно спать.

— Подушку? — Я недоуменно уставился на тряпичный предмет, еще недавно бывший в руках человеческой самки, медленно вылезая из-под привычной уже мебели. — Их… подкладывают под шею для регуляции положения позвоночника и тока крови?

Это мне Пикси подсказала. Она потихоньку училась искать данные в человеческой информационной сети. Хотя пока получалось у нее плохо, маленькая слишком. А еще приходилось быть очень осторожной, чтобы не будоражить человеческие защитные системы.

— Да без разницы. Лично я без нее просто спать не могу, вот и тебе принесла. Хоть куда подкладывать можешь. — Самка ответила неожиданно ворчливо, хватая вылезшего вслед за мной кота под живот. — Предатель пушистый!

— Он не предоставлял мне никакой информации. Только учил издавать последовательные колебания, — попытался защитить низшего, перехватывая его обратно.

Самка уже не впервые обвиняет его в предательстве и пусть при этом не демонстрирует сильных негативных эмоций, такие умозаключения все равно опасны. У хр’реисов даже за мысль о предательстве аннигилировали без права слова. А вдруг Мастера Марсика развоплотят, как только мы ступим на планету?

Человечка молча отступила на шаг, нахмурившись. Ее сердце застучало сильнее. А потом все же тихо выдохнула и сказала вполне спокойно:

— Ты понимаешь, что говорит тебе кот? — Она склонила голову к плечу. Как я уже заметил, она часто это делает.

— Пока я воспринимаю лишь восемь процентов переданной им информации. Животные общаются не речевым аппаратом, а потому изучить и понять их взаимодействие трудно. Тем более что рядом нет другой особи его вида для сравнения и понимания значения сигналов, — слегка угрюмо ответил я. Тяжело признавать, что твои аналитические способности недостаточно быстры и точны.

— И на том спасибо. — Самка сказала это тихо, себе под нос. — И как. Получаются уже у тебя эти последовательные колебания? — заинтересовалась вдруг она, все еще продолжая держать некоторую дистанцию.

— Только кратковременные, пока в легких не заканчивается кислородная смесь, — ответил я, — но Мастер Марсик явно использует иной способ или орган. Какой именно, пока не ясно.

— У кошек другое строение голосовых связок, позволяющее им вибрировать при каждом вдохе и выдохе, — пояснила самка. — Теперь, когда я объяснила тебе, как это делается, может, ты отдашь моего кота обратно? — настороженно уточнила она, протягивая руки. — Он мне дорог.

Я, наконец, понял смысл напряжения человека и поставил низшего на пол. Отдавать прямо в руки не стал, человек явно боялась слишком близкого контакта.

Самка тут же схватила своего пушистого и прижала его к себе. Впрочем, тот и не вырывался, тут же начав снова издавать эти звуки.

— В общем, я пошла спать. На ночь двери закрою, вон там есть отдельный санузел, если надо. — Самка махнула рукой на неприметную панель. — Спи на диване, подушку я дала, покрывало, если надо, найдешь в шкафах. — И она быстро вышла из помещения, не дав мне сказать ни слова.

Не слишком уверенно я впервые присел на оговоренный предмет мебели. Не то чтобы я ни разу не сидел на чем-то мягче военного ложемента меха, но ощущения все равно были странные. Слегка потыкав когтем в устройство для коррекции осанки во время отдыха, то есть подушку, я неуверенно прилег сверху. Мягко… но на ковре было удобней. Потому что на диван я просто не помещался. Люди меньше хр’реисов, у них нет хвостов и рогов. А потому либо ноги свисали с дивана, либо приходилось принимать позу эмбриона. Рога постоянно норовили пробить обшивку, и хвост… хвост тоже постоянно некуда было деть. Человеческая хрупкая мебель жалобно трещала.

Немного подумав, я решил перейти в режим маскировки, скрывающий большую часть расовых особенностей. Хотя он и назывался «маскировочным», но на деле представители нашего вида почти никогда его не применяли — смысла не было. Из-за него теряется естественная броня и сильно сужается восприятие пространства, при этом спутать нас с человеком все равно практически невозможно. Мы так и остаемся более крупными, а роговые наросты на коже становятся подобием нательных рисунков или шрамов.

Так что какой смысл в этом нашем умении, я так и не понял. Временно избавляться от рогов, чтоб пролезть через узкое пространство? Оставшийся от несовершенных предков атавизм, применяющийся, чтобыне травмировать партнера при естественном процессе размножения? Бесполезное умение, как мне всегда казалось. Но вот сейчас оно позволит не злить человека и более комфортно выполнить ее требование.

А ведь, кажется, я действительно устал. Скорее морально, чем физически. Как раз есть время структурировать базы…

Глава 9. Два кота лучше одного!

Внимательно наблюдайте,когда

у вашего кота начнется линька!

Лорелин

Я, кажется, прошерстила все базы, которые могли подсказать что-то о госте, внезапно появившемся на моем корабле. Но ничего путного ни в одной из них не оказалось. Разве что краткая историческая статья одного из ученых о предках хересов заставила было заинтересоваться, но по итогу материал оказался устаревшим и больше надуманным, чем реальным.

Ну какие драконы? Вы еще скажите, что их лепреконы из детских сказок создали, замешав в горшочке с золотом и спустив с радуги. Что за чушь?!

Отбросила планшет, чувствуя вселенскую усталость от всего происходящего. Думала, отдохну от этой войны в отпуске… как же! Устало потерла глаза и бегло посмотрела на время.

— Мря-я-я? — Проснувшийся из-за моей возни Марсик лениво приоткрыл один глаз, глядя на меня с осуждением. Еще бы. Три часа как я должна спать, а я тут читаю, пытаясь понять, как жить дальше!

Тихо выдохнула, переворачиваясь на спину и глядя на рельефный мембранный потолок моей космической яхты, позволяющий поддерживать в отсеках комфортную температуру.

— Может, все же вернуться? — спросила у кота, погладив его за пушистым ухом. — Сдать его нашим ученым, получить заслуженный орден и дополнительный отпуск. Может, даже премию дадут. Хотя… кого я обманываю. В лучшем случае посадят на карантин и будут допрашивать по три раза в день, в худшем просто устранят за знание особо важной тайны.

Марсик ткнулся носом мне в руку и нагло подставил живот под ласки. Вот же пушистый засранец! Умилительно улыбнулась, чувствуя, как дневное напряжение медленно отпускает.

Может, я зря столько думаю? За ужином пришелец вроде вел себя вполне нормально. Слегка диковато, конечно, но точно не агрессивно. И в медицинской капсуле спокойно лежал, даже не дергался, пока ему брали и кровь, и слюну, и что там еще я поставила в анализ…

— Ладно, уговорил, — тихо рассмеялась, тиская Марсика, — попробуем наладить контакт с этим Би Зэро Зэро. Тебе ведь он вроде даже понравился?

— Мр-ря-я-я. — Рыжий довольно мявкнул и обнял лапами мою руку, намекая, что гладить определенно надо продолжать и ни в коем случае не останавливаться.

— Вот тебе и мря, — передразнила. — Похоже, скоро у меня два кота будет. Один ты, а второй рогатый. Если он, конечно, продолжит тебя копировать. Надо же, что удумал — под диваном спать. Непривычно все же, что он себя так странно ведет, выбрав тебя за эталон. И внешность эта его… Меня от одних рогов мутит, столько их за свою жизнь видела и перестреляла их представителей. Может, пора в отставку, а?

На самом деле мысли об уходе с должности уже давно посещали голову. Карьерного роста мне не светило — это сразу сказали. И по психотипу, и по полу. А быть простым исполнителем и пушечным мясом сильно утомляло. Это раньше молодая кровь кипела в жилах, идеализм зашкаливал. Да и просто хотелось защитить собственную планету, а сейчас она вроде как в безопасности. Разработаны специальные защитные купола, ученые и исследователи не стоят на месте, технологии внедряются быстро, военные маневры и механизмы отработаны до автоматизма. Сейчас мирные граждане уже давно не вспоминают первый прорыв хересов, который и стал началом войны.

Нет, безусловно, информацию о пришельце на корабле я должна буду предать огласке, но не обязательно это делать именно сейчас. Одна нестандартная особь не сумеет причинить существенный вред целой федерации планет. На анализаторе я его тем более проверила — взрывчатки в его теле не выявлено, биологическим оружием он тоже не являлся.

За всеми этими мыслями сама не заметила, как уснула, проснувшись уже поздним утром, едва ли не впервые нарушив собственное расписание дня. И как самый обычный человек сначала потянулась на кровати, позволив крови растечься по всему телу, а только потом заставила себя встать с кровати.

Кота давно уже не оказалось на месте — наверняка убежал получать свою порцию еды, зная, что система не выдаст ему потом больше, если он опоздает.

Неторопливо оделась в мягкие домашние брюки и футболку, ощущая себя нарушителем всех военных сложившихся привычек и устоев, и достала из шкафа удобные тапочки. Плевать! Если этот херес решит прибить меня, то, по крайней мере, мне будет удобно.

В последний раз с сомнением посмотрела на лежавшее на прикроватной тумбочке оружие. После некоторых раздумий тяжело вздохнула и все же оставила его там. Перечитав вчера вечером всю известную людям информацию, вспомнила, что таким маленьким калибром нельзя пробить броню хереса. А целиться в уязвимый участок… они слишком быстрые, чтобы это было спасением. На войне я привыкла сражаться с ними в броне меха, в рукопашную никто из людей бы просто не выжил. Так что пришелец действительно не собирался меня убивать. Пока что.

— Доброе утро! — открыла дверную панель в гостиную и вошла в помещение. Хотела было добавить что-то про завтрак, но… — Кто ты? Нет, ты… где рога? — единственное, что смогла выдохнуть, неверяще глядя на изменившегося за ночь незваного гостя.

Он выглядел совершенно иначе! Почти как обычный человек! Точнее, подросток. Единственное, что сейчас выдавало в нем хереса, — это оставшийся на коже рисунок бывшей брони и эти его необычные глаза янтарного цвета, словно бы подсвеченные изнутри.

Мне даже захотелось под диван заглянуть — он что, всю ночь отковыривал эту свою чешую?! Линька?! Может, он, как змея, раз в год ее на новую меняет? Но рога… они-то где? Тоже линяют? Но тогда чего он так переживал, предлагая их отпилить, если они и сами отваливаются, как у оленей?

— М? — Херес вполне по-человечески потер глаза и взглянул на меня с вопросом. А потом, видимо, проанализировав мои восклицания, ответил: — Маскировочная форма. После оценки ваших вчерашних реакций мной было принято решение оставить ее в активном режиме. Так я буду вызывать меньше отторжения.

Меня буквально холодным потом пробило. Маскировка? Да он же человек-человеком, разве что этот рисунок на коже чем-то замазать… А что, если эти твари уже повсюду?! Этот юнец так свободно разговаривает и оценивает! А если они пробрались везде? В органы управления, на планеты, в нашу структуру безопасности, в совет планет федерации?

— Любой из вас может так сделать? — Голос сел от волнения. Я обязана прямо сейчас сообщить командованию об этом. Обязана! Но… а если мое командование уже знает об этом давно или… или хересы есть и там?! Тогда меня точно убьют! Холодный пот пробил снова. Мысли заметались. И что делать?!

— Хм… — Пришелец задумался, вроде, не замечая моей паники. — Я не имею точной информации. Данный навык был приобретен мной после пяти лет существования. Самки обычно не живут больше трех. Ресурс в битвах быстро вырабатывается.

Пять лет?! Меня буквально затрясло. Насколько я знаю, немногие из хересов доживали до подобного возраста. Ученые проверяли убитых. Почти всем из них действительно было от года до трех. Не более…

— А самцы? Сколько живут самцы? — уточнила. Может, их самки — это лишь отвлекающий маневр от главного?!

— Два-четыре. Обычно на одного самца приходится только один-два случных сезона. Дальше его эксплуатировать нет смысла. — Херес окинул меня кристально-чистым взглядом. Я не хотела сейчас вникать в весь ужас их ситуации, тем более что раньше мы считали их неразумными.

— Почему нет смысла? — У меня немного отлегло. Конечно, есть шанс, что этот херес врет, но… мне хотелось ему верить. Иначе просто сойду с ума от возложенной на меня ответственности.

— Два случных сезона позволяют оставить достаточно потомков для закрепления нужной генетической линии. Если оставить производителя на больший срок, начнутся близкородственные скрещивания, что может привести к некачественным мутациям. — Пришелец будто книжку цитировал. Писки? Тот носитель информации у него в языке? Хм…

— Почему тебе дали больше времени? — Я вспомнила данные анализатора, сопоставив это с его словами. Ему было около семи-восьми лет, если верить данным.

— Сложная совместимость генов, качественно новая полезная мутация, которую было тяжело закрепить в потомках. Рождалось менее трех процентов с нужной конфигурацией в потомках первой линии и ни одного в потомках второй. Было принято решение посмотреть на генетический результат потомков третьей линии и при отсутствии осуществить повторное покрытие уже имеющихся трех процентов изначальным производителем. То есть мной.

Так, спокойно, Лорелин. Все нормально… Все обязательно будет хорошо, и мы со всем разберемся. Только… какие мы? Я! Меня точно пустят под трибунал, узнав, что не убила эту тварь, хотя имела сейчас все шансы на это. Он даже без брони! И плевать, что ученые, наоборот, скажут спасибо.