Воробышек для босса

И меня почему-то так и подмывает её пригласить! Хоть я и трезв, как стеклышко! В какой-то момент я даже протягиваю в её сторону руку! Но вовремя прихожу в себя и в ответ на её удивление просто поправляю цветочки в маленькой узкой вазочке, стоящей в центре стола. А потом, так как на ум не приходит ни одной более-менее умной фразы, решаю сходить в туалет!

И уже там, оставшись в блаженном одиночестве, я вдруг понимаю, что творю какую-то дичь! Ну, во-первых, какое мне дело до женихов Воробья? Пусть сама с ними разбирается! А во-вторых, я устал возбуждаться от ее присутствия рядом! Я не хочу этого всего! Потому что...

Мне приходится себе самому чуть ли не по полочкам раскладывать, как глупому первокласснику, что я обещал Аделине быть верным, и что я всегда держу свое слово! А еще, конечно, что мои рабочие, очень хорошие отношения с Жанной, переводить в горизонтальную плоскость неправильно! Ни в коем случае нельзя! И танцевать с ней нельзя. Потому что физически меня просто накрывает рядом с ней! И иногда достаточно одного её движения, взгляда, поворота головы, чтобы меня воспламенить так, что впору под холодный душ!

Да и зачем мне это всё?

Пусть вон найдет себе завтра парня нормального, свободного, красивого... Который сможет ей дать что-то, кроме секса. Что-то, чего я никогда не смогу дать...

Но когда я возвращаюсь, успокоившийся и всё для себя решивший, Жанны за столиком не нахожу. Сажусь на своё место, уверенный, что она тоже ушла в туалет. Вяло обвожу взглядом танцующие пары...

И вижу её! Кружащейся в танце с одним из тех, кого я определил, как респектабельного и подающего надежды в плане теоретически стать парнем для Воробышка! Ну, вот, Айнур, даже твое присутствие не помешало ей...

И мне бы отвернуться и не смотреть! Потому что все происходящее, честно скажем, не мое дело! Но я, сука, смотрю!

И мне очень не нравится то, что вижу!

Он ей что-то втирает, заглядывая в глазки. Рука нагло наглаживает спину! И бедрами он прямо-таки развратно потирается об неё! Он ведет себя слишком нагло для трехминутного знакомства!

Сижу, как на иголках! Вот зачем эта дурочка именно с этим мужиком пошла? Он смазливый жутко! Такие серьезных отношений искать не станут! Такие только перепихнуться разок могут предложить!

А она ему улыбается! Наивный воробей! Ну, неужели ты совсем в мужиках не разбираешься?

Забыв, что зарекался пить, делаю несколько глотков вина из её бокала.

Я ведь именно это ей и советовал, так? Найти себе парня. Так чего психую тогда?

Пусть танцует себе.

Но кусок в горло не лезет, а взгляд, покружив невидяще по залу, снова прилипает к ним! И вот почему она такая дурочка, а?

Он шепчет ей что-то на ушко. И она позволяет! Да они же и незнакомы абсолютно! Чего так близко прижимаются друг к другу?

И когда песня заканчивается, я испытываю совершенно необъяснимое злорадное удовлетворение.

Он ведёт её под локоть к нашему столику.

-Добрый вечер! Извините, что не спросил вашего разрешения и буквально украл Жанну, пока вас не было, - открыто улыбается он, протягивая мне руку. - Но она настолько прекрасна, что не подойти, было выше моих сил!

-А стоило бы спросить! - игнорирую его ладонь - ну, не могу я ее пожать!

-Дядя Айнур шутит! - вдруг встревает мой Воробей, делая мне какие-то необъяснимые знаки бровями. - Он, конечно же, не против того, что ты меня пригласил! Даже наоборот! Дядя Айнур, это, кстати, Слава - он тоже из России. Слава, это - Айнур Ринатович, я тебе о нём рассказала...

Дядя Айнур? Дядя? Одним махом меня состарила до уровня дядюшки! И списала, как никчемного, представителя мужского пола!

Пока я пытаюсь вернуть своему лицу адекватное выражение, мой новый знакомый Слава мило договаривается с моей же "племянницей" Жанной потанцевать еще минут через пятнадцать. И уходит, улыбнувшись мне.

- Ой, Айнур Ринатович, вы только не ругайтесь, пожалуйста! - тут же начинает оправдываться она. - Но... Сами понимаете, что "босс и секретарша" - это моветон для возможного жениха!

- Да с чего бы мне ругаться? Пусть будет дядюшка и племянница. Если твой "жених" настолько непроходимо глуп, что сам не в состоянии читать между строк!

- Почему это он глуп? Он, между прочим, хозяин завода по производству пластмассовой мебели и одноразовой посуды!

- О, ну, тогда можешь даже не сомневаться - хватай его и тащи под венец! Такое чудо упускать - просто преступление!

- А чего вы злитесь?

А чего я злюсь-то? И правда. Понаблюдаем. Посмотрим, что получится у нее с женихом номер два!

16 глава. Спасти от удовольствия

И это всё выглядит игрой. Вот честное слово! Она ищет парня. Я подшучиваю и прикалываюсь над ней. Наверное, примерно так со стороны. Но это выглядит так ровно до того момента, когда после второго танца со Славиком она идет не ко мне за столик, а к ним!

На меня бросает немного смущенный, извиняющийся взгляд и идет к ним!

Что же ты делаешь, глупая-глупая девочка?

Ты первый день в незнакомой стране! Ты такая молоденькая, такая... неразвращенная, неопытная!

Наверное, именно поэтому принц пластиковых тарелок и уличных стульчиков так облизывает ее глазами! Того и гляди начнет и другими частями тела облизывать! Козел похотливый!

И мне хочется подойти и вмазать ему по морде! Просто за то, что не фиг так смотреть на таких милых неискушенных девочек, как Жанна! И ей заодно вмазать... по заднице! За то, что должна же иметь здравый смысл! Раз мы пришли сюда вместе, значит, вместе и уйти должны! И неважно, кто я - дядюшка или босс!

И я отлично понимаю, что делать то, что делаю, неправильно! И я обещал себе сам! И я зарекался! И оно того не стоит! Но эти бабы сведут меня в могилу! Поэтому наливаю в ее бокал (потому как мне вина не предполагалось) вина и медленно цежу его, с маниакальным интересом рассматривая всех свободных баб в округе.

А их немало. Во-о-он та блондиночка танцует просто зашибись как! Причем, она меня тоже явно выделила - вьется, задирая серебристое узкое и длинное платье до самых бедер и бросает призывные взгляды в мою сторону. Может, правда, подойти к ней? Или даже просто улыбнуться - она сама явится, как миленькая!

И я уже почти решаюсь. Расслабляюсь в своем кресле, сосредотачиваюсь на блондиночке и уже даже растягиваю губы в решительной улыбке, как краем глаза вдруг замечаю, что Воробей мой и ее пластмассовый принц Слава встают из-за стола и маршируют в сторону выхода из ресторана!

А ведь казалась умной девочкой! А на самом деле дура! Ну, что ты творишь?

Киваю официанту, показывая, что хочу рассчитаться.

Но пока расплачиваюсь, пока иду к выходу, они исчезают!

Вылетаю из здания. В ужасе кручусь вокруг себя на площадке перед рестораном! Девчонка же совсем! О чем она думала вообще? Она же его совершенно не знает!

И тут вдруг замечаю ее - стоит на парковке на другой стороне улочки, смотрит в небо, обнимая себя руками за плечи! А он чуть в отдалении садится на крутой байк, припаркованный между двумя тачками. То есть сейчас заведется и увезет её?

Я даже представить себе не могу, что есть вероятность поступить иначе!

Решительно несусь к ней через дорогу. Хватаю за руку:

- Не думал, что ты такая дура!

Тяну за собой в сторону отеля, не обращая внимания на недовольные возгласы ее ухажера.

- Я не дура! - пищит возмущенно, но, видимо, дошло уже, что чуть не натворила глупостей, потому что шагает следом, даже не пытаясь вырваться!

Тащу ее, не разбирая дороги, и мне кажется, что я сейчас на закипевший чайник смахиваю, у которого даже крышечка подпрыгивает, с грохотом падая на затылок!

Проносимся мимо того же самого портье. Он поражённо застывает, глядя на нас. Смотри-смотри и не вздумай вмешиваться, а то и тебе достанется! Я в таком состоянии, что могу сейчас кому угодно навешать!

Но он не решается.

А она не просит помощи.

Семенит следом за мной, вцепившись в руку, чтобы, наверное, не упасть.

Уже у двери номера я вдруг начинаю ощущать ее ладошку в своей руке.

Очень остро. Так, словно она горячее кипятка! Но при этом не отбрасываю прочь, что было бы логично, а сжимаю крепче, хоть мы уже и пришли...

Вваливаемся в номер. Она входит первая и разворачивается ко мне лицом, наконец, освобождаясь.

Упирает руки в бока. Встряхивает кудряшками.

И я на секунду... Только на одну секунду успеваю подумать, какая же она красивая, когда злится, но тут же отбрасываю эту нелепую мысль прочь из головы! Но она, зараза, всё равно цепляется, не желая покидать голову!

-Как вы посмели вмешиваться в мою личную жизнь? - вдруг выдает дрожащим от негодования голосом.

-Вмешиваться? Да я спас тебя, глупую! - почти спокойно и максимально доходчиво поясняю ей.

-А может... Может, не спас? Может, лишил меня..., - она долго подбирает слова и вдруг решается. - Удовольствия?

Ах, удовольствия! С этим...

-Не факт! Далеко не факт! Он бы трахнул тебя, нагнув где-нибудь в подворотне! И хрен тебе, а не удовольствие!

И мне кажется, она вздрагивает от ужаса! И на глазах успевают появиться слезы. И я даже успеваю её пожалеть! До того, как эта ненормальная, хорошенько размахнувшись, не припечатывает мне пощечину!

-Ах, ты, зараза!

17 глава. Стоп-слово

-Стоп-стоп-стоп! - пячусь назад, выставив перед собой ладони.

Ой, не нужно было его бить! Ой, не нужно было!

А он идет на меня с таким невменяемым взглядом, что кажется, растерзает сейчас, как Тузик грелку!

-Поздно, Воробей! Поздно!

И с этими словами Рахимджанов резко бросается вперёд, на меня! Я не успеваю ни отскочить, ни даже заорать! Просто вдруг он хватает меня, а в следующую секунду я лечу на его руках в сторону нашей общей кровати и оказываюсь в очень и очень сомнительной позе, лёжа на его коленях вверх попой и с задравшимся платьем!

-Нет! - ору на весь номер, очень надеясь, что он испугается соседей и не сделает того, что задумал!

А что он, кстати, задумал-то?

А-а-а!

Сердце от страха оглушительно стучит где-то в ушах, оглушая!

Неужели бить будет?

-Да, Воробей, да! - рычит он.

И припечатывает ладонью по моей заднице.

И это больно.

Но больше стыдно и обидно! Да как он смеет!

Брыкаюсь изо всех сил, стараясь освободиться. И мне очень хочется ненавидеть его за то, что он меня ударил!

Но почему-то я ощущаю что-то такое, странное, необъяснимое, смущающее до ужаса, но в то же время заставляющее трепетать внутри какие-то, мне самой неведомые, струны!

Его ладонь зачем-то гладит то место, по которому только что ударила!

Это он примеряется для нового шлепка?

- Айнур Ринатович! Пожалуйста, пожалуйста, - бормочу, пытаясь подняться с его колен. - Прекратите!

Но мне прилетает еще раз! Припечатывает не сильно, но ощутимо, так что коже становится горячо!

- А-а-ай! Отпусти меня! - кричу и луплю его по спине, по бедру, по боку - по всему, до чего способна дотянуться! - Ты! Да ты...

- И кто же я? Ну? Давай, девочка, скажи! - хрипло, низким басом спрашивает он.

И меня пугают угрожающие нотки в его голосе! В них что-то такое... другое! Что-то дикое, страшное, первобытное! Даже не предупреждение, что я огребу еще пару шлепков по практически голой заднице! А что-то еще более ощутимое, опасное!

И я уже открываю рот, чтобы обозвать его! И у меня в голове крутятся десятки обидных слов. Но вдруг его пальцы вжимаются в мои ягодицы, пробегают по кромке трусов сверху-вниз! Мамочки! Что он делает?

Замираю, забыв, что надо вырываться!

Мышцы невольно напрягаются там внизу... везде...

Пальцы замедляются, практически коснувшись моей промежности. А потом останавливаются! Но я все равно чувствую их совсем рядом, как будто они зависли в нескольких миллиметрах, и он раздумывает, как поступить дальше! И в ответ на эту близость мои самые интимные, самые сокровенные места начинают сокращаться, сжиматься...

- Пожалуйста, - шепчу я, неожиданно для себя. И это едва слышное слово неожиданно оглушает!

И сама не понимаю, то ли прошу, чтобы отпустил, то ли, наоборот, умоляю, чтобы коснулся там, куда практически добрался! Потому что... Мне очень хочется, чтобы коснулся...

Легкое, едва ощутимое прикосновение... через ткань, которая неожиданно оказывается влажной, обжигает сильнее, чем шлепки! Я дергаюсь от того, как сердце камнем ухает куда-то вниз живота! Божечки...

Он шумно втягивает воздух, потом со стоном сталкивает меня с себя на кровать и срывается с места, практически убегая в ванную.

Одернув платье, быстро встаю на колени и отползаю к спинке. Поджимаю ноги под себя и гипнотизирую взглядом его спину, пока за ним не закрывается дверь.

ЭТО было частью наказания? Или зачем? Он почувствовал, какая я мокрая там?

Боже мой, как ему в глаза теперь смотреть? Как работать с ним?

На трусы натягиваю пижамные шортики. Молниеносно сдернув платье, одеваю на бюстгальтер майку.

Укладываюсь на самый краешек, укрываюсь одеялом.

Жарко жутко, но встать, чтобы включить посильнее кондиционер, я боюсь - не хочу встретиться ему на пути.

Очень стараюсь побыстрее заснуть, но сон не идет! Ну, какой тут сон после такого?

И я даже не успеваю притвориться спящей, когда он выходит из ванной.

А он, как нарочно, снова в одном полотенце!

-Извини, - бросает он. - Такого больше не повторится.

Я отмираю - ну, вот и хорошо, вот и ладно - раз извиняется, значит, чувствует свою вину!

Мысленно душу зудящую в голове мысль, заставляющую меня что-то сказать о том, что сейчас произошло. Хотя бы про то, что он меня бил!

Но...

У меня же язык не повернется! Как? Как я могу это сделать теперь?

Он выключает свет и ложится на свою половину.

Лежу. Думаю.

То, что со мной сейчас сделали, я не могу оценить однозначно!

Да, он не имел права мне указывать и уж тем более бить! И мне неприятно, что я оказалась такой слабой, что позволила ему это! Но...

Бедра непроизвольно сжимаются. Мне кажется, я все еще чувствую его пальцы там...

Мне понравилось то, что он со мной сделал?

Нужно же, наверное, забыть то, что случилось?

Мысли бьются в сознании - попробуй тут усни!

18 глава. Спи, моя птичка

На уровне тактильной памяти мои руки до сих пор чувствуют прикосновение к ней. К её нежной тепленькой коже. К мягкой ткани хлопковых трусиков. Я сжимаю пальцы в кулак, чтобы избавиться от этих ощущений, но это не помогает.

Что я наделал? Зачем? Сорвался, как идиот.

Но сорвался даже не тогда, когда отшлепал ее, как девчонку, а потом, позже, когда не смог удержаться и не потрогать ее...

Да я почти потерял голову! И чуть не разложил ее тут же, на этой кровати!

Жанна крутится на своей половине. Иногда расстроенно вздыхает.

Мне тоже не спится.

Я же извинился, да? И судя по отсутствию упреков с ее стороны, извинения были приняты?

Так почему тогда мне так тошно? Как будто я прикосновением своим оскорбил её? Ведь она была готова поехать со Славиком и, скорее всего, разрешить ему не только трогать, но и... всё, в общем, разрешить!

Напоминаю себе, что приехал сюда отдыхать и нужно бы расслабиться и делать то, зачем приехал. Но лежу в таком напряжении, словно готовлюсь нырнуть с пятиметровой вышки!

И очень скоро мне начинает мерещиться ее запах. Что-то свежее, немного вишневое, тревожно-волнующее, заставляющее трепетать ноздри и стараться втянуть в себя как можно больше... Видимо, запах этот действует успокаивающе - всё тело медленно расслабляется, но... Закономерно напрягается член.

И что мне, снова в душ бежать, чтобы передернуть там и хоть немного успокоиться? Так мне тогда проще в ванне спать ложиться! Потому что помогает на слишком уж короткий срок!

Это мне просто нравится, как она пахнет - поясняю себе.

Но если бы только это!

Я слишком многое увидел. И все запомнил!

Даже маленькую родинку на левом бедре.

И попка у нее просто потрясающая...

И ножки красивые...

И волосы...

И глаза ее, когда треснула мне по щеке, сверкали так, что казалось дырки во мне прожгут! И это было невозможно эротично!

И пухленькие губки под трусиками, которые я успел разглядеть и даже потрогать... Эта картинка так и стоит перед глазами. И член стоит, зараза!

Ну, вот как мне успокоиться, если она рядом совсем, в одной со мной постели!

Нужно думать о чем-то другом...

И я думаю...

Вот что она в этом смазливом красавчике нашла?

Разворачиваю голову в ее сторону, маньячно прислушиваясь к дыханию.

Спит? Спит!

Вот же нервы у нее! Спокойная, как удав!

Или не в этом дело? Просто я на нее так не действую физически, как она на меня. Поэтому и спит она.

И вот скажите мне, почему эта мысль меня расстраивает?

Нет, ну, а с чего бы я один мучиться должен? Пусть бы и она тоже! Пусть бы хотела меня, как кошка...

Давай, Рахимджанов, спи! Спи уже, иначе завтра отдыхать не будет сил!

И тело неожиданно подчиняется приказу. Правда, мое состояние трудно назвать сном - это что-то среднее между бредом, явью и дремотой. Я то ныряю глубже, словно в болото погружаясь, то ловлю разбегающиеся обрывки мыслей, воспоминаний и образов, в которых сначала надо мной смеется Аделина, одетая в длинное серебристое платье, а потом горько плачет мой Воробей, несправедливо избитый, обиженный, маленький такой, тепленький, сладко пахнущий...

И так близко-близко...

Какой сон правдоподобный - я даже руками чувствую... Успокаиваю ее. Сжимаю покрепче.

Распахиваю глаза.

В комнате темно.

Замираю.

Жанна меня обнимает.

"Соблазнить решила?" - недоверчиво спрашиваю сам себя.

О, да быть того не может!

Но жду продолжения. Сердце пропускает пару ударов, когда кажется, что она начинает шевелиться, собираясь продолжить процесс соблазнения.

Но нет...

Щекотно сопит в шею.

Нога закинута мне на бедро.

Рука на талии. Пальчики время от времени подрагивают, касаясь пресса.

Если бы соблазняла, то, скорее всего, действовала бы не так...не тискала бы, как плюшевого медвежонка, а нежнее, ласковее, эротичнее бы касалась, чтобы завести, возбудить.

Но моему телу, по ходу, нравится изображать из себя медвежонка! Оно само, непроизвольно, дергается, пытаясь развернуться к девушке!

Рахимджанов, не тормози! Смотри, какое она тебе классное объяснение подсунула - она тебя во сне обнимала, а ты ее во сне... трахни!

- У-у-у, - мой сдавленный стон так громко звучит в тишине комнаты, что, кажется, сейчас ее разбудит!

И она, действительно, начинает барахтаться сзади, явно собираясь отвернуться!

О, нет-нет!

- Ч-ч-ч-ч, - шепчу успокаивающе и вдавливаюсь между пальчиками ее руки своими, не давая отодвинуться. - Спи, птичка моя... всё хорош-ш-шо...

19 глава. Первый опыт

Мой первый опыт. Проснуться в постели с мужчиной.

Утро. Теплый ветерок шевелит тонкие длинные ленты белоснежных занавесок, обрамляющих окно. И это удивительно вообще, что я замечаю этот ветерок, эти занавески, и даже это окно!

Хотя, может, и неудивительно - просто защитная реакция мозга. Потому что мой мозг не может поверить в реальность происходящего.

Я. Сплю. На. Груди. У. Рахимджанова.

В первую секунду я не верю себе - поднимаю голову, чтобы посмотреть, вдруг это все-таки не он, а какой-нибудь другой, случайный мужик, вроде Славика или Джейсона. В их наличии в собственной постели мне как-то проще поверить, хотя, конечно, это тоже абсолютно нереально. Но вот в то, что Айнур Ринатович меня обнимает! Невероятно.

Но нет, это он.

Быстренько возвращаю голову обратно.

На мужском плече, вопреки сказкам, изложенным в любовных романах, вовсе не удобно, а скорее даже жестко, твердо и оглушающе стучит в ухо. Но стоит подумать о том, что это - его плечо, и это - его сердце, и я готова вечно так лежать!

Анализирую.

Тут есть над чем подумать.

Во-первых, он обнимает меня - рука обвивает плечи. То есть, получается, я к нему вот сюда, на плечо, ночью во сне заползла, но он не прогнал, а наоборот прижал к себе и спит. Терпит. Или, может, решил, что это вовсе не я, а Аделина? А сейчас проснется и скажет: "Какого хрена, Воробей? Какого хрена, я тебя спрашиваю, ты тут на мне разлеглась?"

Совсем немного меняю положение головы на своей импровизированной подушке. Теперь я касаюсь волос на его груди губами. Втягиваю носом запах - никаких лишних ноток, только аромат его кожи, его личный, знакомый мне немного, но такой оглушающе близкий сейчас.

Идиотская мысль еще и на вкус попробовать словно обрывает у меня внутри что-то, заставляя напрягаться некоторые, особенные мышцы... И думать о том, что я его разбужу, я просто не в состоянии! Ну, не могу! И пусть я дура!

Но язык мне не подчиняется! Он сам достается изо рта. И я, зажмурившись от... то ли страха быть обнаруженной, то ли от довольствия ощущать гладкость его кожи, черчу влажную дорожку по завиткам черных волос, останавливаясь практически у соска. Ух! Сердце сходит с ума! Божечки!

Я кажется, от ужаса совсем его не распробовала!

Но повторить подобное невозможно! Это надо совсем разума лишиться...

А он у меня еще есть?

Ерзаю. Не могу не двигаться - мне жарко. В жестком бюстгальтере ноет сдавленная всю ночь грудь, трусы впиваются в задницу.

Он же меня трогал вчера! В та-а-аких местах, что просто даже думать опасно!

Снова рефлекторно провожу ногой, закинутой на его бедра вверх... и натыкаюсь на что-то горячее, твердо-упругое, живое - оно пульсирует под моим коленом! И я, до той секунды, когда сознание ошпаривает мысль, что это - эрегированный член, успеваю еще немного поелозить по нему!

Но когда доходит, резко дергаю ногой вниз!

И босс болезненно шипит, дергаясь всем телом! Рука впивается в мое плечо.

Замираю. Зажмуриваюсь.

Сплю.

Он же может поверить, что это я во сне, правда?

Ну, так пусть поверит.

Пожалуйста-пожалуйста!

Рука на моем плече медленно расслабляется. И я вслед за ней медленно расслабляюсь тоже. Ой, вот же тебя, дурочку, угораздило!

Но в дурной голове живут только дурные мысли. И от них горит лицо...

Но вот почему он такой... возбужденный? Это и есть та самая утренняя эрекция, которая у всех мужиков после сна случается? Или... Вторая мысль, еще даже толком не сформировавшись, вызывает трепет внутри меня... Или это он на меня так реагирует...

"Или не на тебя, а на просто бабу, абстрактную бабу, лежащую рядом в кровати?" - насмешливо спрашивает мой "внутренний зверь" голосом Айнура Ринатовича.

Непроизвольно хихикаю - все дурацкие мысли я почему-то мысленно произношу его голосом! Как будто представляю, как это будет звучать в его исполнении!

И даже не успеваю досмеяться, как меня самым наглым образом сталкивают на подушку! На лицо падают мои же волосы. Сверху падает что-то тяжелое.

Знакомо-твердое. Упругое. Тяжело дышащее...

- Ой, мамочки, - выдыхаю я.

- Докрутилась, - сообщает он.

- И что теперь делать? - я просто чемпион по идиотским вопросам! А надо ведь командовать ему, чтобы слезал побыстрее, пока я еще не задохнулась под такой тяжестью!

- Варианта всего два, - приподнимаясь на локтях надо мной, он еще сильнее вжимается внизу. И я даже сквозь двойной слой ткани шортиков и трусов ощущаю вот ту самую эрекцию, только теперь уже пульсирующую в самых моих опасно-болезненно-сладко сжимающихся местечках.

- И какие они?

Но, собственно, ему и отвечать не нужно - всё и без слов понятно!

И мне бы, наверное, стоило испугаться, возмутиться, начать сопротивляться, но я снова веду себя неправильно....

20 глава. Неожиданность

Собираюсь озвучить ей возможные варианты. Ну, их, на самом деле, далеко не два - с фантазией у меня, к счастью, в порядке! Только все они сейчас сводятся к одному...

ТАК меня еще не соблазняли.

Неумело, но с фантазией. И очень, очень действенно! И назад отмотать будет очень и очень сложно...

Лежу на ней.

Вот она - моя самая первая эротическая мысль о секретарше! Её рыжие кудри на белой простыне. Исполнилась. Удивительно!

Убираю волосы с её лица.

Нет. Конечно, ты её не тронешь сейчас. Правда, Рахимджанов? Сможешь удержаться?

Открывает глаза.

И я тону. И в груди слева такая пляска с бубнами, что, кажется, стук слышен на весь номер!

И эта зараза рыжая облизывается под моим взглядом! Розовый язычок мелькает между пухлых губок.

И если это соблазнение, то я уже не могу не соблазниться! Потому что это - высший его уровень!

Мои веки становятся тяжёлыми. Мне хочется закрыть глаза и целовать её! Дальше я не планирую - дальше тело само решит и сделает!