Жена с Изъяном. Исцеляющая любовью

— А как случится чего, так и бежите к нам за помощью.

— Со мной она, — вступается мужчина.

— И эта? — стражник кивает на меня, — Фамилии разные.

— Сестра моя, — отвечает ему наш спутник, не моргнув глазом, — Просто у нее мужняя фамилия.

Я киваю, стараясь выглядеть уверенно. Стражник смотрит на меня, на Делию, на мужчину.

— А что за досмотр усиленный такой? — спрашивает Норт.

— Так положено, — гаркает молодой, не давая что-то сказать старому.

Он машет, чтобы мы проезжали, подзывая следующих.

— В прошлый раз такого не было, — ворчит Аника, поправляя узлы.

Мы проезжаем дальше. Улицы становятся шире, дома выше, людей больше. Я верчу головой, пытаясь рассмотреть все сразу — вывески, фонари, витрины, экипажи, которые едут по мостовой. От шума в ушах звенит, от огней рябит в глазах. Я чувствую себя крошечной, затерянной в этом огромном городе.

Норт останавливает повозку.

— Дальше нам не по пути, — говорит он, поднимаясь.

Я прощаюсь с Аникой. Она обнимает меня, как родную, шепчет: «Здоровья твоей сестре». Норт кивает молча, трогает лошадь, и они уезжают, растворяясь в вечерней суете.

Я остаюсь стоять на тротуаре с Делией и мужчиной.

Здесь я странным образом расслабляюсь. Здесь меня найти нереально, самой бы не потеряться!

— Как ты его уговорила? — спрашиваю Делию, когда Норт отходит к почтовой конторе и просит его подождать, — С нами он и слова не проронил, а тут...

— Дин? — она улыбается, и я наконец узнаю его имя, — Он душка, просто не при людях. Я его знаю — он каждый месяц возит документы из разных городов. Ему запрещено с посторонними разговаривать, вот и держит рот на замке. А так — хороший. Удача на моей стороне, раз он как в столицу направлялся. И тебя встретила.

— Тебе куда? — спрашивает она, — Мне почти к центру. Академия находится недалеко от дворца.

— На Розовую аллею, — отвечаю Делии, Гленда дала мне адрес, с которого ей пришло то письмо от дракона. Может, он уже и неверен, достаточно времени прошло.

— Не знаю, — пытается что-то припомнить.

— Я знаю, — к нам возвращается Дин, — Это район богатых аристократов. Тебе точно туда?

— Да. Мне нужен Эрик Аурион.

— Знаю такого. Пару раз отправлял его посылки. Серьезный тип. Ну как и все драконы.

Он оглядывается по сторонам, оценивая обстановку.

— Пойдемте, девушки, довезу вас куда нужно, — он ловко ориентируется в этой столичной суете и ловит экипаж. Не представляю, как я была бы здесь одна.

ГЛАВА 15

МАРИ

— Я так волнуюсь, — говорит Делия.

Она теребит край меховой жилетки, перебирает пальцами, сжимает и разжимает их, будто считает что-то про себя. Глаза у нее блестят — то ли от возбуждения, то ли от страха, то ли от того и другого вместе. Она смотрит в сторону академии, на ее высокие окна, на ворота, за которыми вскорости решится ее судьба.

— По тебе и не скажешь, — улыбаюсь я девушке, стараясь успокоить. До этого она и правда не подавила вид, что волнуется.

— Я стараюсь не показывать, — она вздыхает, — Дома меня учили: бояться — это нормально, главное, чтобы страх не мешал идти вперед.

— Мудрые были твои домашние.

— Бабка, — коротко отвечает она, — Она меня и научила всему, что умею. Травы, коренья, заговоры. — Всего пять мест. Наверняка много желающих.

— Скорее всего, — киваю я, и ее лицо на мгновение темнеет.

— Но я попробую. Даже если не получится — попробую. А там… там видно будет.

Признаться, меня тоже заинтересовало обучение в академии. Что-то внутри отозвалось. Какое-то давно похороненное желание, скрытая тяга к знаниям, которую я старалась в себе подавлять.

А теперь? Теперь я стою на столичной улице, рядом с девушкой, которая не боится мечтать, и чувствую, как во мне прорастает что-то новое. Слабое, робкое, но живое.

Делия моложе меня. Хотя при общении с ней не чувствуется особой разницы. У нас разница небольшая, но я чувствую себя старше. Полученный опыт словно груз давит на плечи и будто прибавляет возраста. Не старая ли я для ученицы?

Но ведь учиться никогда не поздно? Гленда так говорила, а она тоже мудрая.

— Ты всегда такая молчаливая? — спрашивает меня девушка.

— Не помню, если честно, — говорю я медленно, подбирая слова, — Была ли я общительной или за этот год привыкла молчать.

— А что случилось в этом году?

Она смотрит на меня с живым любопытством, без осуждения. Ей правда интересно.

— Это долгая история. И я не готова ее рассказывать, — говорю откровенно и она не настаивает.

Мы с Делией не настолько знакомы, чтобы рассказывать ей всю правду о себе. Быть может, потом… Если дружба продолжится.

— А почему ты представилась Матильдой? Какое дурацкое имя, — тихо смеется подруга.

— Ничего другого в голову не пришло. Просто побоялась. Мало ли.

— Ты такая осторожная.

Она смотрит на меня с уважением, почти с восхищением.

— Ты внушаешь мне какую-то уверенность, — продолжает она, — Не знаю почему. Может, потому что у тебя глаза спокойные.

Я улыбаюсь. Она не знает, что я умею молчать, потому что научилась терпеть. Что мое спокойствие — это панцирь, под которым дрожит перепуганное сердце. Но если ей от этого легче — пусть.

— Может, сходим на вступительный экзамен вместе? — спрашивает она вдруг.

Я замираю.

— Не знаю…

— Просто за компанию. Ты приносишь мне удачу.

— Ну вообще-то, — говорю нерешительно, — Я тоже кое-что смыслю в лекарском деле…

— Правда?

Ее лицо озаряется. Глаза становятся огромными, щеки розовеют. Она хватает меня за руку, сжимает пальцы.

— Да, — говорю, чувствуя, как внутри поднимается что-то теплое, — Работала помощницей у лекарки в нашей деревне.

— Тем более, Мариса! — она почти кричит от восторга, — Это знак! Мы не просто так встретились. Богиня свела нас вместе, чтобы мы пошли в академию. Вместе.

Я молчу.

— Твой дракон может подождать? — спрашивает она, чуть тише.

— Он не мой, — поправляю ее.

— Тем более. Пойдем со мной? А к дракону успеешь. Он не убежит.

— Делия… Некрасиво приходить вечером.

— Так ты днем сходишь! Экзамен через два часа. После обеда уже будешь свободна. Успеешь и к дракону.

Делия заражает своей жизнерадостностью. Или это я опьянена свободой? После стольких лет запретов и страха во мне проснулось то, что я считала умершим. Мне хочется попробовать то, чего была лишена. Сделать то, что никогда не разрешала себе.

Ведь я всегда хотела учиться.

Просто дома мне не давали этой возможности. Я сама украдкой читала книги, сама вызвалась в помощницы к Гленде, потому что мне это было интересно. Потому что внутри горел огонь, который никто не мог затушить.

Даже Дурен. Даже его кулаки.

— Пойдем? — Делия смотрит на меня с надеждой.

Я бросаю взгляд на академию. Это моя новая жизнь, которую я выбираю сама.

— Хорошо, — говорю, — Пойдем, — все же решаясь.

Делия вскрикивает, обнимает меня, и я чувствую, как ее радость передается мне.

— Только если не получится — не обижайся, — говорю ей, — Я не училась по-настоящему. Все — самоучкой.

— Получится, — уверенно отвечает она. — Ты умная. Я вижу. Мы докажем, что простые девушки на многое способны!

Дин довез нас до ворот академии, оставил Делии свой адрес и распрощался. Он снова направлялся на работу, где ему должны были выдать новые заказы.

— Спасибо, Дин, — сказала она рассеянно, пряча бумажку в карман, — Ты очень помог.

— Удачи вам, девушки, — кивнул нам обоим, но смотрел только на Делию.

Экипаж тронулся, и он уехал, растворился в утренней суете. А я смотрела вслед и думала: не врала Делия, когда говорила, что не собирается замуж. Она действительно не думает о мужчинах. Все ее мысли об учебе, о знаниях, о том, чтобы стать настоящей лекаркой. И теперь я в этом ее полностью поддерживаю.

Делия права и по поводу Эрика Ауриона. Думаю, ничего не изменится, если я приду на следующий день, например. Он же меня не ждет.

Мы вышагиваем по двору академии и не знаем на что смотреть. Всего слишком много, что глаза разбегаются. Здание огромное, из светлого камня, с высокими колоннами и широкими лестницами. Окна во всю стену, с резными наличниками. Над главным входом — герб: змея, обвивающая чашу, и над ней корона.

А вокруг парк. Каменные дорожки, скамейки, фонари.

Мы не одни такие желающие.

Народа действительно много. Сотни, наверное. Молодые девушки и юноши, некоторые постарше, как я.

Здесь несколько длинных очередей. Видимо, по факультетам. Мы отыскиваем табличку «Лечебное дело» и занимаем свою очередь.

Я оглядываю желающих и становится немного грустно. Их слишком много. Зачем я здесь? «Просто поддержу Делию» — успокаиваю себя. Нужно быть решительной. Даже интересно, что будут за вопросы и способна ли я ответить на них.

***

Очень скоро глава от Эрика))) Все никак Мариса до него не доберется)))

А также приглашаю вас в свою группу вк "Маргарита Абрамова. Книжная терапия", вчера открыла там канал, будем продолжать общаться там. Дополнительные арты, видео, промо, магазин активности и, конечно, просто общение и оповещения о чп и новостях. Буду рада всех видеть!

ГЛАВА 16

ЭРИК

Я не люблю опаздывать.

И вообще не люблю, когда что-то идет не по плану — привычка, выработанная за годы службы при дворе. Но сегодня все пошло наперекосяк с самого утра.

Сначала Лианна устроила истерику. Снова. Разбила чашку, накричала на гувернантку, заперлась в своей комнате и отказалась выходить. «Не пойду к лекарю, не надо мне никакого лекарства, я здорова!» — кричала она сквозь дверь, и в ее голосе слышалось то самое шипение, которое появлялось, когда темная магия брала верх.

Я стоял под дверью, сжимая кулаки, и чувствовал себя беспомощным. Я умел управлять государством, вести переговоры с королями, подавлять мятежи — но не умел разговаривать с собственной шестилетней дочерью.

— Лианна, открой дверь, — сказал я в пятый раз. Твердо, спокойно, как на совете.

— Нет!

Гувернантка, немолодая женщина с расстроенным лицом, стояла у двери и бессильно разводила руками.

— Ваше сиятельство, она уже третий раз за неделю. Я не знаю, что делать.

Новая тоже не справляется. Но винить женщин было сложно. Я прищурился, но ничего не сказал, возвращаясь к разговору с дочерью.

— Лианна, мы просто поговорим. Никаких лекарств.

— Врёшь! Все вы врёте!

Она не открыла. Я постоял ещё минуту, прижимаясь лбом к холодному дереву, и сдался. Кивнул гувернантке — та поняла без слов. Оставим её. Иногда это помогало. Иногда — нет.

По пути в кабинет заглянул в спальню к Элине.

— Как она?

Младшая дочь вчера неожиданно заболела. Белые драконы болеют редко. Но Элина еще слишком мала. Ее дар только пробуждается, и организм не справляется.

Я толкнул дверь и вошел в спальню. Комната была полутемной, шторы задернуты, в воздухе пахло травами — лекарь приходил ночью, оставил отвар. Элина лежала в своей кроватке с раскрасневшимися щеками и влажными от пота волосами. Ей всего два года. Светлые кудряшки разметались по подушке, дыхание было неспокойным.

— Как она? — спросил я у ее няни, миссис Дэвис, которая сидела рядом.

— Под утро температура спала, — ответила та, вставая.

Я же занял ее место около кроватки, осторожно взял Элину за руку. Маленькая теплая ладошка сжала мой палец во сне.

— Папа, — прошептала она, не открывая глаз, но чувствуя, что это я. Ночью она звала маму, было не по себе. Когда я женился на темной драконице, не думал на что обреку свою семью.

— Я здесь, — ответил тихо, — Я рядом.

Она что-то пробормотала еще, потом затихла.

Жена пропала два года назад, сразу после рождения младшей. Однажды вечером она вышла из дома, сказав, что хочет подышать свежим воздухом, что разболелась голова и ей нужно немного тишины. Я не придал значения. Но она не вернулась.

А я остался с двумя дочерьми один.

Лианна замкнулась. Она помнит мать. И ненавидит меня за то, что я не нашел ее. А еще — ненавидит себя. За темную кровь, которая просыпается в ней. За то, что становится похожей на врага, на тех, о ком шепчутся в городе, на тех, кого боятся и презирают. Я вижу, как она рассматривает свои руки в свете луны, как трогает пальцами висок, где проступает едва заметный узор, и я не знаю, что ей сказать. Как утешить ту, что ненавидит половину себя.

Элина не помнит ничего. Ей было несколько месяцев, когда матери не стало. Она растет, тянет ручки к пустоте, плачет по ночам и зовет маму, которая не придет. И я не знаю, что ей сказать. Как объяснить, что мама была, но ее больше нет. Я просто не могу найти слов, которые утешат ребёнка, тоскующего по тому, чего он никогда не знал.

— Ваше сиятельство, не беспокойтесь, я присмотрю, — говорит няня, старая, надёжная, растившая еще меня. Она гладит меня по плечу, успокаивает, обещает, что девочки будут в порядке. Но я вижу, как она сама устала. Как тяжело ей справляться с обязанностями.

С Элиной все более-менее ясно. Маленький светлый лучик в доме, который сейчас погас от болезни и тоски по матери. А вот со старшей с каждым годом всё труднее. У нее уже четвертая гувернантка за чуть больше года.

Лианна становится взрослой, и её вопросы становятся острее. Она требует правды, но правда слишком жестока. Она хочет знать, почему мать ушла, почему не вернулась, почему я не смог её спасти. И я не могу ей ответить. Потому что сам не знаю. Хотя и есть предположения. Вряд ли можно считать совпадением ее исчезновение и начавшее темное восстание…

Не хотелось верить. Жена была далека от этого. Но подтверждение смерти не было. Она просто исчезла. А без подтверждения я не могу вступить в новый брак, даже если бы хотел. Закон есть закон. Пока жена считается пропавшей без вести, я остаюсь женатым человеком.

Да и нет желания. Никто не сможет заменить девочкам мать. Только лишний раз мучить их.

Я посидел еще минуту и ушел к себе в кабинет, где меня ждала еще одна неприятность. Донесение из городской стражи: за ночь поймали ещё двоих подозрительных. При себе — поддельные документы, странные амулеты, ничего, что указывало бы на связь с недавним покушением, но достаточно, чтобы держать под стражей.

Тёмные драконы.

Кто-то пустил слух, что король болен, что двор в панике, что настало время ударить. Чушь, конечно. Король здоров как бык, двор настороже, и мы уже поймали двоих из их шпионской сети. Но вчера ночью кто-то пытался проникнуть во дворец. Не через главные ворота, используя подземные ходы. Охрана сработала хорошо, но нападавший скрылся. Теперь весь город на ушах, досмотры на всех воротах, и каждый день мне приносят новые сводки.

Я пробежал глазами бумаги, отложил в сторону. Где искать новые зацепки?!

А вчера вечером еще и ректор академии прислал срочное сообщение. «Ваше сиятельство, прошу присутствовать на вступительных экзаменах боевого факультета.». Я поморщился, перечитывая. Как все не вовремя!

Но присутствовать я был обязан, так как являюсь белым драконом, коих осталось мало. Поэтому на меня возложили помимо должности Советника по особым делам и Руководство боевой кафедрой.

Ректором Королевской Академии является мой друг Кристофер Алистер, и я уверен, что он справился бы и без меня. Но порядок есть порядок. Заодно посоветуюсь с ним. Может, натолкнет на какую-то мысль.

***

И конечно, визуал нашего героя.

Эрик Аурион

ГЛАВА 17

МАРИ

Королевская Академия не зря носила такое название. Ее масштабы поражали.

Несколько корпусов, соединенных крытыми переходами, высокие шпили, уходящие в небо, огромные окна. Прикадемическая территория — невозможно оторвать взор!

Мы дождались своей очереди и заполнили положенные для экзаменов документы.

Я вначале переживала, что выдам свое настоящее имя. Пальцы дрожали, когда я взяла перо. Но потом заставила себя успокоиться. Вряд ли Дурен будет меня искать здесь. Даже если он каким-то образом узнает, что я направилась в столицу, то ни за что не подумает искать меня в академии.

Хотя я искренне надеялась, что он и вовсе не будет меня искать. Получит развод и заживет новой жизнью, где он большой начальник.

Неожиданное знакомство с Делией привело меня сюда. Еще вчера я была уверена, что пойду к дому Эрика Ауриона, постучу в дверь, подам письмо от Гленды и буду ждать, примет ли он меня. А теперь я сидела в приемной комиссии и вписывала в бланк свое имя.

Мы вошли в аудиторию. Просторный зал с высокими потолками, огромными окнами и длинными рядами столов, на каждом — бумага, чернила, несколько сухих растений. Впереди — длинный стол, за которым сидели трое экзаменаторов: пожилой мужчина с седой бородой, молодая женщина и еще один мужчина, средних лет, с пронзительным взглядом.

— Садитесь, — сказал пожилой, не глядя на нас, — На выполнение задания — час.

Мы се