Полная версия
И стынет кровь
- Но он же еще не вернулся, зачем так быстро уходить.
Страх обездвижил меня. Безумные глаза зверя встретились с моими. В них читалось превосходство по всем показателям, тем самым указывая на мое место жертвы. Крупное тело, не отпуская моей руки, надвигалось на меня, прижимая к стене и остановилось в нескольких сантиметрах. Мое тело чувствовало исходящую угрозу и давало сигналы к бегу, но преимущество ситуации было не на моей стороне и, как бы мне не хотелось, убежать бы не получилось. Случилось то, чего я так боялась. Чужие губы с яростью впились в мои, покусывая и оттягивая их, чтобы получить доступ полностью. Одна рука прокладывала себе путь через рубашку, уже касаясь кожи груди, а другая заходила снизу и медленными движениями скользила по внутренней части бедра вверх.
- Не надо, пожалуйста, - я отвернула голову в попытках прекратить эту мерзкую сцену, пока мои руки защищались от агрессивного напора.
- Я знаю, что ты сама хочешь. Не упрямься и всё сделаем быстро, - тошнотворные слова ползли мне в ухо, а следом их покрывали слюнявые прикосновения губ.
- НЕ НАДО! ОТПУСТИ! – голос возымел подавленную силу, к общему удивлению, в этот раз отказ получился твёрдым и решительным.
- Не кричи, - большая рука зажала мой рот и, не заметив этого еще и нос; другая энергичнее стала задирать юбку. Капроновые колготки стали трещать от напряжения, а верхние пуговицы рубашки отлетали на пол.
Почти смирившись с неизбежностью, но продолжая импульсивные попытки отбивать гнусные прикосновения, оставляющие вязкие противные следы, я стала ожидать то, ради чего мной хотели воспользоваться. Глаза закрывались от нехватки кислорода, руки, как у тряпичной куклы, болтались вдоль тела, уже не ощущались грязные прикосновения – меня душили.
- Это не то, что ты подумал. Она сама хотела, - нервный голос моего насильника прорвался сквозь пелену дурмана, застлавшего мой разум, но смысл слов был непонятен.
Приземлившись коленями на твердый пол, так как меня больше никто не удерживал, легкие стали наполнятся воздухом, а глаза распахнулись от прилившего адреналина и желания бежать, пока меня вновь не схватили. Фокусировка произошла не сразу, поэтому я не видела самого начала, но было не трудно догадаться. Когда я подняла голову, то Эмиль сидел на полу, облокотившись спиной к противоположенной от меня стене и прикрывал лицо руками. Над ним нависал Майкл и, сжав кисти в кулаки что-то говорил. Последнее чувство никак не хотело ко мне возвращаться, поэтому я услышала только конец фразы.
- … убью тебя и никто меня не остановит, - тут голова Майкла развернулась в мою сторону, и взгляд смягчился, но еще считывалось пламя гнева, которое он испытывал мгновенье назад.
- Мы еще поговорим с тобой наедине, урод, - Эмиль, не отрывая рук от рассеченной скулы и опухающего глаза, кидался угрозами.
- Ты как? – нежным аккуратным движением Майк убрал за мое ухо нависшие на глаза волосы, опустившись передо мной на колени.
- Нормально, - не отводя глаз от избитого мужчины, я стала подниматься. Уже знакомые руки прикоснулись ко мне, но вместо того, чтобы опереться на них, я оттолкнула их.
- Прости, я сделал тебе больно? – озадаченный таким резким движением, он внимательно начал осматривать следы несостоявшегося преступления: оголенную грудь обрамляла разорванная ткань рубашки, ее заправленные изначально концы торчали в разные стороны и открывали обтянутые кожей ребра и полосу бюстгалтера, по сути, только две пуговицы сдерживали края чёрной ткани между собой; чёрная юбка, доходившая до колен, была собрана гармошкой, но еще прикрывала нижние белье; все колготки пошли стрелками, а в местах сильного натяжения образовались дыры, в которые с легкостью могла просочиться рука.
- Нет, мне не больно. Я хочу уйти. Пожалуйста, давай уйдем, - я не замечала своего внешнего вида и что взгляд парня менялся с каждой новой деталью, открывавшаяся его взору.
Не задавая больше вопросов, Майк предложил свою руку, которую в этот раз я не отвергла, и повел меня обратно в ресторан. Посадив моё потрепанное тельце в подсобке на запасные стулья и, укрыв пледом, вышел, набирая чей-то номер телефона. Озноб пробрал всё тело. К счастью или к сожалению, произошедшая ситуация не вызвала бурю эмоций, а дрожь была спровоцирована недоеданием, недосыпом и кислородным голоданием, но никак ни самой попыткой изнасилования. Никакой истерики, никакого шока, никакого потрясения, только хладнокровное осознание случившегося и немного мерзкое чувство внутри. Мозг продолжал оценку и приходил к выводу, как будто это нормально - в порядке вещей. Дошло до того, что мне стало льстить такой интерес к моему телу. «Значит оно было привлекательно, выходит, оно кому-то нравилось.» Демон внутри ликовал и хвалил приложенные усилия, которые стали результатом такого поведения окружающих. «Значит я красива и привлекательна» — вот что крутилось в голове и вызывало полуулыбку на моем лице.
- Поехали, - так погрузившись в рассуждения, я даже не заметила возвращения Майкла, который протягивал мне мою куртку.
- Куда? У меня смена сегодня, - вопросительный взгляд вонзился в парня.
- Мила сейчас выйдет, Артур в курсе. Одевайся, - он еще раз потряс одеждой перед моим лицом.
Повинуясь, но не понимая почему я не могу продолжить работу и надо уезжать, накинула куртку, скрывшая недавний инцидент, и поплелась за уходившей фигурой. Жёлтая машина уже стояло у входа. Без вопросов «куда и зачем мы едем» я залезла в автомобиль. Поездка была безмолвной. Я подсматривала за рядом сидящем парнем: его руки сжимались в кулаки, придавая им белый оттенок в местах большего напряжения, мышцы на скулах сокращались, а вены на шее вздулись. «Почему он злится? На меня? Из-за меня?» - новая загадка заинтересовала мой мозг. Миллион мыслей, но ни одной о том, что мной чуть не овладели без согласия.
- Проходи, раздевайся. Ванна слева, кухня по прямой. Я сейчас вернусь, - распоряжения были отданы и Майк, захлопнув входную дверь за моей спиной, оставил меня одну в квартире.
Небольшая холостяцкая квартирка закружилась перед глазами, даже не дав возможности осмотреть интерьер. Покалывание по всему лицу, онемение губ, холодный пот крупными каплями побежал по позвоночнику, резкий звон в ушах: всё это пришло еще быстрее, чем было раньше. Ощущения удушья сковало горло, на голову как будто накинули тонкий чёрный мешок, который не давал полного обзора, но через который можно было видеть очертания мебели. В таком состоянии я и добрела сразу до кухни и на ощупь нашла стул. Бороться с приступами с каждым разом становилось всё сложнее, но еще получалось. Наконец-то головокружение стало ослабевать, предметы становились чётче, с шеи сняли тот узел, который пытался меня задушить.
- … ты меня слышишь? – рука Майка легла на моё плечо.
- Что? – из-за ужасного звона я не услышала, что мне что-то говорили.
- С тобой всё хорошо? Ты побледнела… еще больше, - взгляд был встревоженный.
- Не обращай внимание, всё хорошо, - его втягивать в свои проблемы я не хотела. Мне хватало людей, которые были просвещены в подробности моей жизни и давали советы.
- Тебе налить попить: воду, чай, кофе? Что ты хочешь? Может поесть? – на последний вопрос был сделан небольшой акцент.
- Только кофе, - голова отрицательно качалась сама по себе.
- В твоем рационе есть что-то еще кроме кофе?
- Конечно же, что за вопросы.
- Ни разу за всё время не видел, чтобы ты что-то ела.
- Видимо, ты не был рядом в эти моменты.
- Твой кофе, - Майкл поставил кружку передо мной и сел рядом.
- Спасибо, - обхватив толстые стенки из керамики, в первую очередь я стала отогревать замерзшие конечности.
- Я хотел спросить… честно, даже не знаю с чего начать, да и как вообще об этом спросить…
- Если ты про то, что произошло на работе, то всё нормально, - «всё хорошо/нормально» - эта фраза стала моей коронной, так что отлетала без тени сомнения от зубов.
- Нормально? Он… да он же чуть… как ты можешь так спокойно к этому относится?
- А что мне надо делать, плакать и биться в истерике? Это как-то изменит произошедшее?
- Нет, но он же мог…
- Мог, но не сделал. Ты пришел вовремя, спасибо. На этом тему закроем, - раздражение стало просачиваться в моих словах.
Чёрные глаза горели из-под густых нахмуренных бровей, но сомкнутые губы, превратившиеся в нитку, больше не задавали вопросов. «Так же проще. Зачем что-то объяснять и открываться другому человеку? Только осуждение и непрошенные советы получишь взамен откровения. Да, так проще. Лучше пусть думает, что мне всё равно.» - внутренний монолог подтвердил мои действия, и я ответила взглядом холодного безразличия. Голод с каждым днем забирал всё больше чувств. Сердце черствело, так что я на самом деле ничего не чувствовала: ни стыда, ни гнева, ни отвращения. Ничего.
- Звонил Амир, - остатки совести помахали мне рукой, капля страха попала на меня, когда я услышала имя парня, с которым чуть не изменила Майку.
«Изменила? Но мы же не в отношениях с ним. Почему я боюсь, что он знает обо всем?» - внутренний голос выстраивал логические отговорки.
- Он попросил подменить его в клубе, - напряжение тут же спало, как только Майкл продолжил предложение, - можешь остаться здесь, я вернусь только под утро или могу вызвать тебе такси до дома.
- А с тобой можно? – оставаться одной мне не хотелось точно, а ехать домой, когда там мама и Роб, тоже не было большого желания.
- Со мной? Ты уверена?
- Мешать тебе не буду. Посижу где-нибудь в уголке, послушаю музыку.
- Не в этом дело, просто ты… Ах, ладно, поехали. Только переодень хотя бы рубашку, - он кивнул на мою грудь и ушел в другую комнату.
Только сейчас я обратила внимание какой внешний вид у меня был. Заперев дверь в ванную, я стала переодеваться в принесенную мужскую кофту, а порванные колготки отправились в мусорку. Немного потекшую тушь я убрала лёгким движением смоченных пальцев, а растрепанные волосы были прочесаны и уложены все тем же инструментом. Если не обращать на то, что из-под юбки выглядывали обнаженные ноги, то образ получился милым.
Дорога до клуба была недолгой. Тихая музыка расслабляла и глаза под тяжестью век начинали закрываться. Подходил к концу второй день без сна. Посадив меня за барную стойку только уже со стороны гостя, Майк принялся за работу, оставив меня одну. «Вроде бы будний день, а столько много людей. Или сегодня уже выходной? Мне завтра нужно ехать на учебу? Чёрт, еще и телефон остался в куртке. Ладно, посижу часок и вызову такси, надеюсь мама будет спать в это время. А сколько время?» - хаотичные мысли сменялись одна за другой, пока рядом не оказался незнакомый человек.
- Скучаешь? – мужчина за сорок с явными признаками алкогольного опьянения, облокотился на стол рядом со мной.
- Нисколько, - тело машинально стало отодвигаться; детские воспоминания пробивались через омут памяти.
- Я же вижу, что ты здесь одна. Хочешь угощу коктейлем? – смрадное дыхание доходило до меня быстрее слов.
- Нет, не хочу. И я здесь не одна.
- С подружкой? Зови и ее, познакомимся втроем, - мерзкая рука погладили мое плечо, из-за чего я соскользнула с высокого стула и побежала прочь.
Глава 42
День третий.
Освободившись, Майкл нашел меня все в той же комнате. Предложение вернуться к нему я отвергла, потому что на учёбу всё-таки ехать надо было. Наступил третий день без сна. Круговорот рутины возобновил свой ход: утренние сборы, добор до электрички, поездка на поездах, прогулка до колледжа. Всё как обычно, кроме мыслей.
«Едет электричка. А что будет, если я сойду с платформы?»; «Многоэтажный дом очень высокий. Интересно, сколько здесь этажей? А если я спрыгну?»; «Поток машин плотный. Если я сейчас брошусь под одну, то они успеют от тормозиться.» - каждая возможность закончить жизнь не остался не замечена. Как вы помните, мысли, и не только мысли, о суициде у меня прослеживались и раньше, но то, что творилось в голове сейчас, просто необъяснимо. До этого строился некий план, и продумывались действия, сейчас же само тело звало к действиям. Симбиоз голода и бессонницы выражался в мыслях о самоубийстве. И только в мыслях?
- Девушка, куда! Осторожнее, - мужская рука схватила меня за локоть и тут же выдернула изпод колёс несущейся рядом машины.
- Спит на ходу что ли?
- Да, вроде, видела куда идёт.
- Специально под машину бросилась?
Со всех сторон послышались осуждающие голоса. «Я что, шагнула под машину? Я не хотела! Я только думала об этом.» - пугающее осознание произошедшего заставило выйти из некоего транса и, бросив слова благодарности спасителю, убежать в сторону колледжа. Перед глазами всё плыло; не было чёткой фокусировки на предметах; движения были механические и их было ограниченное количество, словно у игрушки; навязчивые мысли не покидали меня.
- Ты меня слышишь? Аврора, алло? – чья-то рука махала перед мои лицом, - ответишь на вопрос?
- Что? Ты что-то спросила? – часто моргая, чтобы увлажнить пересушенные глаза, я стала замечать рядом сидящую Стеф.
- В смысле «спросила»? Ты мне так-то отвечала. Да что с тобой? – пухленькая ручка прикоснулась к моему лбу, - ты горячая!
- Да? Я не чувствую? – это не было ложью, я на самом деле не ощущала поднявшейся температуры. Я не ощущала даже своего тела.
- Лучше езжай домой прямо сейчас. И умоляю тебя, поешь и поспи. Ты пугаешь меня своим видом. У тебя вместо глаз, две чёрные ямы.
- У меня и так много пропусков. Самойлова просто сожрет меня, если я пропущу еще одну ее пару.
- Я ей скажу, что ты была, но тебе отпустили. Сходи в больницу завтра и открой больничный. Мне кажется, тебе надо отдохнуть. От всего… - забота читалась в каждом слове и, не найдя противоречий, забрала уже собранный портфель и ушла до прихода преподавателя.
Если добор до колледжа я еще как-то смутно вспоминаю, то дорога обратно вышла полностью в беспамятстве. Встревоженная мама не стала задавать много вопросов «почему я не на учебе», всё и так было понятно по моему лицу.
- Температура 39.5 ˚С! Завтра к врачу, - мама стояла рядом и трясла ртутным градусником, тревожно оглядывая меня с ног до головы, пока я сидела на краю кровати и пыталась понять, что делать дальше.
«Сегодня у меня смена, но она начнется через 7 часов. Мне надо немножко поспать, тогда станет лучше. Так раскалывается голова, Господи. Может попросить Милу выйти за меня?»
«Привет. Сможешь подменить меня сегодня? Очень плохо себя чувствую» - смс улетело получателю, и только после этого организм смог полностью отдаться болезни: лихорадка, усиленная головная боль, светобоязнь, сдавленность в грудном отделе и прерывистое дыхание.
Тело, недождавшись ответа от Милы, рухнуло на кровать и сознание покинуло его. Даже сквозь сон я чувствовала, как дрожу под тремя принесенными мамой одеялами. Заботливые руки обтирали мне лицо, прохладным полотенцем, заливали различные сиропы, потому что таблетки было невозможно глотать, и пытались запихнуть пару ложек бульона.
- Она спит, но можешь попробовать ее разбудить, если что-то срочное, - сквозь сон послышался голос матери.
- Аврора? Спишь? – Мила задала вопрос, уже сидя рядом со мной.
- Пытаюсь, - невнятно пробормотала я.
- Ты мне больше не отвечала, поэтому я забежала к тебе. Как себя чувствуешь?
- Хреново. Думаю, по мне видно.
- Не то слово… Я заберу твои смены и в выходные одна поработаю. Людей всё равно много не ожидается.
- Я постараюсь выйти в выходные, - я пыталась привстать на локтях, чтобы облокотиться на спинку кровати и вести диалог «на равных».
- Ты в зеркало смотрелась? Тебе не на работу, а в гроб нужно… - после этой фразу девушка замолчала, но через минуту продолжила, - что ты с собой сделала?
«Что я с собой сделала? Со мной всё нормально! Немного приболела. Делают из этого проблему» - дьявол в голове до сих пор не давал здраво взглянуть на эту ситуацию.
- Всё нормально… - голос был хриплым и вместо возражения, больше получилось какое-то глухое принятие поражения.
Теперь я сгорала не от температуры, а от прожигающего укором взгляда Милы. Она больше ничего не говорила, только покачивала головой и пыталась донести до меня «полезную информацию» про правильное питание. Долго диалог не продолжался, время подходило к началу смены. Оставшись одна, я завернулась обратно в кокон из ворса и заснула.
Глава 43
Почти двое суток. Сорок один час мое сознание не пробуждалось. Проснулась в четыре утра мокрая насквозь, даже волосы были, как после душа. Состояние разбитое, но хотя бы мысли не путаются. Желудок подавал признаки жизни и просил хоть какой-нибудь еды. Вместо этого домашними тапочками я отбивала шаги на лестничной площадке подъезда. Никотин ударил в голову, так что пришлось присесть на грязные оплёванные ступеньки, чтобы не потерять равновесие. Потом, всё же, я решилась на отважный шаг и вернулась на кухню с намерением поесть. Удивительно, но голос в голове молчал. Не было криков и упреков, не было чувства вины; тишина и наслаждение вкусной, горячей едой.
Больше спать не хотелось. Оставалось переписывать пропущенные лекции и заучивать новый материал. Хоть я себя чувствовала лучше, но болезнь еще до конца не покидала.
«Привет. Как дела?» - Ник объявился спустя недельного молчания.
«Привет. Нормально.» - отвечать особо не хотелось, но какая-то крупица чувств всё равно заставила набрать смс.
«Может быть встретимся?»
«Зачем?»
«Поговорить. Можем просто прокатиться и выпить кофе.»
«Нет, не получится»
«Почему? Опять работаешь?»
«Лежу дома, заболела»
«Тебе что-нибудь надо? Лекарства?»
«У меня всё есть.»
Телефон провибрировал еще несколько раз, но отвечать я больше не могла. «Я предала его, сделала больно, но он всё равно пытается вернуть меня.» - остатки совести скреблись на душе. Солёная вода капала на только что оставленные чернила на бумаге, размывая неразборчивые слова.
До вечера я смотрела фильмы и пыталась ни о чем не думать. Воспоминания сводили с ума, проще было заполнить голову бессмысленными сценами из кино. Мама несколько раз заходила спросить о мое самочувствие и с предложением поесть. Отвергая каждый раз ее затею, она бросила эти бестолковые попытки.
- Привет, - температура продолжала периодически подниматься, поэтому я сначала подумала, что у меня очередные галлюцинации на этом фоне, но, моргнув несколько раз, я всё же увидела столь знакомый и некогда любимый силуэт в дверях своей комнаты.
«Надо запретить маме впускать всех, кто захочет меня видеть» - первая реакция была злость.
- Что ты здесь делаешь? – откладывая ноутбук, я приняла положение полусидя и смотрела на Ника.
- Пришел тебя проведать и принес лекарства. Твоя мама написала, что тебе лучше не становится… - он запнулся, осознав, что проболтался о переписке с моей матерью.
- Когда вы стали так близки с ней?
- Не так давно. Она переживает. Все мы переживаем за тебя и за твое здоровье.
- Напрасно! Я чувствую себя лучше, - «уж точно лучше, чем два дня назад».
- Это хорошо… я хотел поговорить, - он присел на край кровати.
- О чём? Мне, кажется, мы уже всё обсудили.
- Неужели тебе не хватило времени разобраться в своих чувствах? Пойми, я тоже человек и у меня тоже есть чувства. Я не могу нормально есть и спать, пока…
- ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЕСТЬ И СПАТЬ? – в первый раз за несколько дней мой голос прорезался.
- Прости, я не хотел тебя задеть. Я понимаю, что тебе тяжело и хочу всеми силами помочь тебе исправить это. Если бы ты только позволила помочь тебе.
- Как помочь? Ты будешь кормить меня с ложечки? Или петь колыбельные, чтобы я спала? Мне не требуется ни чья помощь.
- Я просто хотел предложить…
- Ник, можешь её забирать. Вещи скину с балкона, - хохочущий, немного пьяный голос матери послышался в коридоре, а потом она сама появилась в дверном проеме.
- Куда забирать? Какие вещи? – непонимающе я перебегала глазами с одного лица на другое.
- Ты не видишь со стороны, как ты себя ведешь и как выглядишь. Я пытался донести до тебя информацию, но ты перебиваешь и не можешь выслушать до конца, - смущение вперемешку с виной заставили парня опустить глаза.
- Мы с Робертом покупаем квартиру, поэтому ты переезжаешь к Нику, - мама соизволила высказать то, о чём пытался сообщить всё это время парень.
- ЧТО? – если какая-то усталость и сонливость присутствовала во время диалога с Ником, то сейчас не осталось и следа.
- Я как раз подводил к этому. Давай ты переедешь ко мне, и я помогу тебе справиться с твоими проблемами.
«НЕТ! Нет, нет, нет! Чёрт, нет. Я не хочу! Он мне не нужен. Нет!»
Глава 44
Или «да»? Меня не спрашивали. Условие было поставлено. Мама с Робертом покупают себе жилье и мне не оставили выбора. Точнее, выбор был: к Нику или на улицу. Так, через несколько дней я уже со всеми своими вещами сидела на диване, на котором мечтала о парне, сидящем напротив, но уже ненавидела всех причастных к этому. Словно на меня надели кандалы и заперли в темнице, именно так ощущался этот переезд.
Бедная Мила не торопила меня с выходом на работу, но я знала, что ей тяжело без выходных, поэтому быстро вернулась в строй. Больше я не обращала внимание на недомогание, игнорировала плохое самочувствие, потому что не могла находиться в четырех стенах. Ник исправно пытался поговорить со мной, всеми способами пытался узнать причину такого моего поведения, но я этого не хотела. Хоть мы по ночам спали в одной постели, но уже не было того притяжения и понимания.
Что же с Майклом? Он исчез… Ладно, не исчез, а опять уехал домой. Всё так было запутано, что в какой-то мере я радовалась, что его не было в эти моменты на работе. Тихая размеренная работа, примерное посещение занятий, сдача зачетов – вот что составляли несколько недель моей жизни. В последние пару дней, мое отношение к Нику поменялось. Я наконец-то заметила какие усилия прилагает человек, для сохранения того, что я пыталась разрушить. Рубильники с чувствами возвращались на свое место: еда выполняла свою задачу. Яблоко, тарелка салата, отварная курица, легкий суп – мой рацион расширился, но оставался еще скуден. Стало казаться, что так может продолжаться и дальше, пока… пока это не случилось снова.
- Привет. Ну как дела? – Мила пришла заменить меня на оставшиеся несколько часов работы, потому что мне нужно было готовиться к завтрашнему экзамену.
- Привет. Столик у окна заказал два салата - кухня уже делает. Остальные столы посчитаны и оплачены, чеки на столе, - быстро убирая тетради с конспектами, я собиралась уходить.
- Хорошо. Ты завтра во сколько освободишься? Сможешь перекрыть смену без меня, я выйду часов в восемь?
- В восемь? Завтра суббота, я не справлюсь одна с таким количеством…, - растерянность от таких слов завладела мной.
- Ты же будешь не одна, - Мила подмигнула мне.
- В каком смысле?
- Майкл вернулся. Я видела его на улице, когда заходила, - немного прищурившись, подруга наблюдала за моей реакцией.
- Понятно, - не было ни радости, ни злости, ни шока, мои ноги несли меня к чёрному выходу, чтобы не столкнуться с ним.
«Что я ему скажу завтра? Как смотреть в глаза? Что мне вообще делать?» - пока эти мысли носились по разным уголкам мозга, я выбежала на улицу и, остановившись всего лишь на секунду, чтобы вдохнуть свежий, была поймана за руку.
- Хотела сбежать, не попрощавшись? – вот что мне нужно было: ни еда, ни сон, только его голос.
- П-привет? – запинаясь, я обернулась к Майку и была тут же погружена в омут черных глаз.
Сильные руки прижали меня к мужской груди, а нос коснулся затылка, втягивая запах волос.
- Я скучал, - одна фраза и я опять забыла о всём мире и данных обещаниях.
*****
- Ты что, пьяная? – нос Стефании дергался при обнюхивании моего еще шаткого тела.
- Уже нет. Хотя, может чуть-чуть, - не сползающая улыбка, светилась на моем лице.
- Наконец-то поговорила и помирилась с Ником? – надежда прокралась в нотки голоса подруги.
- Не с Ником… - мечтательно ответила я.
- Только не говори, что ты была с Майклом, - разочарования и страх отобразились на лице Стеф.
Зачет должен был начаться только через час. У меня было время поделиться историей проведенной ночи с подругой, а в оставшееся время попытаться изучить материал. Мы забились на самый дальний диван в холле, пока наши одногруппники повторяли лекции, и я начала свой рассказ.
После разлуки в наших телах разгорелась страсть и не в силах ее сдерживать, мы уехали к нему на квартиру. Тело до сих пор помнило те сладкие, нежные, но при этом захватывающие и горячие прикосновения. Изголодавшись по телесной близости, уже не было смущения и страха. Раз, два, три – сколько за эти часы раз мы отдавались плотским утехам было не сосчитать. Кровать, кухня, душевая, да даже балкон: останавливаться не хотелось. Прервал нас телефонный звонок, как хорошо, что свой телефон я выключила, иначе он бы не замолкал. Майкла срочно вызвали в клуб, а чтобы не скучать одной, я поехала с ним. Мне был дан полный карт-бланш в плане алкоголя, так что, не упуская момента, я начала истреблять разнообразные коктейли. Сбросанные цепи больше не держали меня, чувство свободы сладостно смаковался на губах с каждым выпитым напитком. Опьянение пришло быстро, но я была уже пьяна до этого вспыхнувшими чувствами. Музыка так и манила поддаться её чарам, поэтому, особо долго не сопротивляясь, я вышла к танцующим людям и утонула в ярких вспышках стробоскопов. Широкие ладони обволокли сзади бедра и медленно двигались то вниз, то вверх. Спиной я уперлась в проступающие мышцы на груди и немного наклонила голову, чтобы освободить шею от чуть взъерошенных волос и дать к ней доступ. Этот жест не остался без внимания: горячие губы сразу накрыли открытый участок. Не было нужды убеждаться, что это он. Я знала, чувствовала. Ночь, переходящая в утро, завершилась так же у него дома. Никто не помышлял о сне. Нам было мало отведенного времени, и мы пытались насладиться каждой секундой.