Ворон из рая

Тисато Абэ

Ворон из рая

Серия «Японское фэнтези. Ятагарасу»

楽園の烏 八咫烏シリーズ

RAKUEN NO KARASU

Chisato Abe

This Russian language edition is published by arrangement with Bungeishunju Ltd., Tokyo in care of Tuttle-Mori Agency, Inc., Tokyo

Copyright © ABE Chisato 2020.

All rights reserved.

Original Japanese edition published by Bungeishunju Ltd., in 2020.

Cover illustration by NATSUKI

© Лазарева Д.С., перевод на русский язык, 2026

© ООО «Издательство АСТ», ООО «Реанимедиа ЛТД.», 2026

Общие положения Гражданского кодекса Японии

Статья 30. «Признание безвестного отсутствия»

1. В случае если в течение семи лет нет сведений о жизни или смерти гражданина, покинувшего место жительства или резиденцию, суд по семейным делам в соответствии с заявлением заинтересованных лиц может вынести решение о признании определенного лица безвестно отсутствующим.

2. Положения предыдущего параграфа также применяются, если в течение одного года после окончания войны, затопления судна или прекращения иной опасности неясно, жив или мертв гражданин, попавший в зону боевых действий, находившийся на борту затонувшего судна или иным образом подвергавшийся опасности, способной привести к смерти.

Статья 31. «Вступление в силу решения о признании безвестного отсутствия»

Определенное лицо, в отношении которого было вынесено решение о признании его безвестно отсутствующим в соответствии с положениями параграфа (1) предыдущей статьи, считается умершим по истечении срока, указанного в этом параграфе; а определенное лицо, в отношении которого было вынесено решение о признании его безвестно отсутствующим в соответствии с положениями параграфа (2) предыдущей статьи, считается умершим после разрешения опасной ситуации.

Глава первая

Бегство

Он получил в наследство гору. Так закон еще лет на сто обеспечил его дополнительными средствами, которых по крайней мере хватит на уплату налога на имущество. Когда Ясухаре Хадзимэ сообщили об этом, из его уст вырвался лишь крик изумления:

– Ну и финт ушами от старика! Для меня, простого дядьки-табачника, слишком обременительно…

Гостиная в родительском доме. Сколько же лет он здесь не был? Так, наверное, и должен выглядеть особняк, принадлежащий богатому семейству. Все в нем осталось как прежде.

За массивным деревянным столом, отполированным до блеска, сидят мать, старшие братья и сестра. Они идеально вписываются в обстановку. С ним же дело обстояло иначе. Он взглянул на свое отражение в стекле декоративной полки с красующимся на ней белым фарфором: давно не стриженные, свисающие подобно морским водорослям черные волосы; выступающий, давно не бритый подбородок; сонные глаза с опущенными уголками; футболка с растянутым воротом и джинсы. А если к этому добавить еще и сигарету в зубах, и здоровенную золотую цепь, то, хоть и неловко так говорить о самом себе, выглядел он прямо-таки очень вызывающе. Хотя насчет одежды никто не сделал ему замечаний, казалось, что от одного только пребывания здесь и нервного напряжения он вот-вот начнет чесаться.

Доля, положенная ему по дарственной, оформленной десять лет назад, уже получена. Сейчас Хадзимэ совершенно не интересовало, кому достанется наследство. Привело его сюда лишь чистое любопытство, поскольку собирались огласить завещание. И в тот самый момент, когда Хадзимэ подумал, что хорошо бы поскорее вернуться домой, было объявлено, какое наследство он получит. От неожиданности молодой человек опешил.

– Раз отец выбрал тебя хозяином горы, значит, в этом есть какой-то смысл, – сказала пожилая мать, одетая в кимоно.

Старший брат в костюме кивнул:

– Он, хоть и был чудаком, никогда не поступал необдуманно.

– Бери и не выделывайся! Может, отец беспокоился о твоем будущем и хотел подстраховать, – резко продолжила сестра.

Хадзимэ отмахнулся:

– Какое там! Ладно бы уж деньги, а гора нынче почти ничего не стоит.

– Мне трудно судить, но там рядом озеро, и горячий источник недалеко. Для загородного дома место более чем удачное. Слышал, что во времена экономического пузыря[1] там планировали построить базу отдыха с небольшим горнолыжным курортом. А недавно префектура еще и дорогу провела, поэтому не скажешь, что ничего не стоит, – произнес адвокат, нанятый для ведения наследственных дел и терпеливо ожидавший, пока каждый скажет свое слово.

– Вот видишь! – воскликнула с торжествующим видом старшая сестра.

– Тогда позвольте спросить: многоуважаемые брат и сестра, вы на это согласны?

Если управлять с умом, можно сколотить серьезное состояние, да и средства на содержание выделены приличные. Конечно, когда распределение наследства заканчивается спорами, это никого не удивляет, но, к счастью или нет, представители семейства Ясухара относились к деньгам совсем не так, как принято в обществе.

– К сожалению, я хорошо понимаю желание отца оставить тебе наследство, – насмешливо произнес старший брат, получивший часть бизнеса. – Нам, в отличие от тебя, на еду хватает. Так что не стесняйся, забирай.

– Да я вообще-то тоже от голода не умираю.

– С таким образом жизни завтра вполне можешь остаться с пустыми карманами.

– Вот это да! Не ожидал, что ты обо мне такого мнения.

Хадзимэ действительно увлекался азартными играми, однако он не проигрывался до такой степени, чтобы разрушить свою жизнь, да и денег ни разу не просил.

– Я как-никак стараюсь жить честно.

Не успел Хадзимэ показать, что он немного недоволен подобным отношением, как сестра и средний брат, больше не в силах терпеть, друг за другом воскликнули:

– Только до тех пор, пока есть деньги, которые ты получил по дарственной!

– И это говорит человек, который, ни с кем не советуясь, бросил университет и внезапно приобрел табачную лавку, которая была на грани банкротства! Ты хоть немного представлял себе, насколько это нас поразило? – сурово добавил средний брат.

– Не вздумай сказать, что забыл, как мама слегла из-за анемии.

– Да, напугал ты нас тогда.

Услышав эти очень искренние слова, Хадзимэ не смог возразить и стыдливо опустил взгляд.

Члены семейства Ясухара не были родными по крови. Всех четверых детей усыновили по прихоти состоятельного отца. Однако братья и сестра, которые были сильно старше и вполне могли сойти за родителей Хадзимэ, обладали предпринимательской жилкой и в этом очень походили друг на друга.

Сестра и средний брат уже двадцать лет руководили компаниями и добились на своем поприще немалых успехов. Их бизнес наряду с бизнесом старшего брата, унаследованным от отца, приносил солидные дивиденды. Да и их дети, насколько знал Хадзимэ, показывали незаурядные способности.

В каком-то смысле он тоже мог назвать себя предпринимателем. Выручка от его ретролавки в прямом смысле этого слова и вдобавок от торгового автомата, расположенного в клубе для игры в маджонг[2], служили источниками более-менее приличного дохода. Ему было уже далеко за тридцать, тем не менее, как и прежде, он продолжал наслаждаться жизнью, не обремененной семейными узами.

– Совершенно не понимаю, о чем ты думаешь, – вдруг проворчал старший брат. – Забросил магазин, о котором так мечтал, болтаешься неизвестно где. Сбережений приличных тоже не нажил, о будущем ни капли не беспокоишься. Боюсь, как бы ты не пошел по стопам отца.

– Что?

– Очевидно, он оказал на тебя плохое влияние. Очень жаль, что ты застал отца таким.

– Ну да. В самом-то деле, – согласно кивнула мать.

– Слушай, не стыдно такое говорить?.. – собрался парировать Хадзимэ, подумав, что не стоит глумиться над отцом, каким бы ужасным тот ни был. Однако, видя, что даже приемная мать поддержала старшего сына, он решил промолчать.

Сверля Хадзимэ взглядом, старший брат твердо продолжил:

– Ладно, разговор не об этом. Раз все так сложилось, скажу честно: сейчас нас волнует не будущее компаний и не будущее наших детей, а твое. Хочу тебя заверить, что нам отцовское наследство не нужно.

Средний брат и сестра кивнули.

«Буржуи хреновы!» – выругался про себя Хадзимэ.

– Вот бы вам послушать, как стонут мои постоянные клиенты, «офисные рабы».

– Да эти самые «офисные рабы» вряд ли обрадуются нравоучениям от того, кто собирается жить всю жизнь на одном наследстве.

Тут пристально наблюдавший адвокат, решив, что разговор уже близок к завершению, произнес:

– Таким образом, мы договорились, что по завещанию вашего отца господин Ясухара Хадзимэ получает в наследство гору, верно?

Удостоверившись в том, что все присутствующие согласны, адвокат вытащил из портфеля толстый запечатанный конверт.

– Тут у нас шла речь о рыночной стоимости имущества. Так вот, ваш отец выдвинул одно условие относительно торговых операций с горой…

– Неужели нельзя продавать?

Учитывая, что отец предусмотрительно подготовил средства на ее содержание, включая налоги, такой вариант казался вполне возможным. Но адвокат, не ответив, предложил Хадзимэ самому посмотреть документ.

На листе белой почтовой бумаги рукой отца было написано всего одно предложение:

«До тех пор, пока ты не поймешь, почему гору нельзя продавать, не делай этого».

– Что?

Глаза Хадзимэ от удивления округлились.

В Синдзюку[3], если немного отойти от сверкающих высоток, и сейчас можно увидеть квартал, не тронутый временем. Там в беспорядке разбросаны многочисленные дешевые питейные заведения, магазины с бэнто[4], разнообразные раменные, китайские рестораны, клубы для игры в маджонг, джаз-кафе. Рассчитаны они в основном на студентов нескольких университетов, располагавшихся вокруг.

Имелось здесь и несколько сомнительных заведений, о которых трудно было сказать, работают ли они. В особенности такое впечатление производил старый табачный магазин.

Под светящейся вывеской с красной надписью «Табачная лавка Канэи» находились стеклянная дверь и витрина, плотно заставленная выцветшими коробочками. Зажатый меж двух зданий магазинчик был узким, но вытянутым вглубь, и почти всю сторону, выходящую на улицу, занимал прилавок. Вот и он, так называемый замок Хадзимэ, тесное заведение, с давних времен никак не изменившееся.

Магазинчиком, история которого насчитывала больше шестидесяти лет, раньше управляла пожилая вдова. Хадзимэ, еще учась в университете, частенько заглядывал туда. Он был очарован атмосферой старины, невероятно редкой в наши дни, и однажды хозяйка – бабушка Тоси – сообщила, что уже не в силах держать магазин и собирается его закрыть.

При этом риелтор, к которому она обратилась за советом, предупредил, что перспективы выгодной продажи не радужные, ведь здание, которое занимала лавка, слишком старое, а вытянутый участок под ним нелегко будет занять чем-то новым. Сумма, показанная риелтором, совершенно не устроила бабушку Тоси, и тогда Хадзимэ предложил: «А давайте вы продадите магазин мне».

Он отлично знал, что от природы ленив. Честно искал работу, прилагая все мыслимые и немыслимые усилия, но становиться офисным сотрудником ему категорически не хотелось. К тому же он не сомневался, что, даже если придется им стать, долго не выдержит. Тогда Хадзимэ уже подумывал пустить наследство на азартные игры, поэтому идея управлять табачной лавкой, где основной доход будет приносить торговый автомат, выглядела куда разумнее.

Поначалу предложение Хадзимэ ошеломило бабушку Тоси, и она даже посоветовала ему хорошенько подумать, на что стоит потратить деньги. Однако не унимавшийся молодой человек протянул ей кругленькую сумму со словами: «Если не продадите, мне ничего не останется, кроме как стать либо игроком, либо тунеядцем». Бабушка Тоси очень разволновалась и, быстро обучив Хадзимэ основам управления лавкой, переехала в другой город, к семье дочери.

Однако, как бы он ни старался на работе, наступили времена, когда табачной лавке пришлось нелегко[5]. Раньше внушительную выручку приносил один только торговый автомат, установленный в зале для игры в маджонг, в последнее же время студенты, которые закупались в нем, стали уж очень благовоспитанными, что заметно снизило доход. А постоянные клиенты, покупающие сигареты блоками, едва ли не превратились в вид на грани исчезновения.

Хадзимэ осторожно выпустил струйку сизого дыма в сторону вытяжки. Воздух был влажным, среди отблесков заката чувствовался горьковатый жгучий запах.

«Табачная лавка Канэи» была не только магазином, но и домом. На втором этаже хранились вещи и всегда лежал расстеленный футон[6]. На первом за залом магазина располагались туалет и ванная, а дальше – кухня.

Поняв, что проголодался, Хадзимэ проследовал туда, однако в холодильнике оказалось пусто. Нужно было что-то сунуть в рот, и он невольно закурил. Глядя на закатное солнце, свет которого, будто мерцая, пробивался сквозь вентиляцию, мужчина почувствовал, что желудок урчит все тоскливее.

Хадзимэ хотел пойти куда-нибудь поесть, вот только в городе почти не осталось мест, где разрешалось курить, так что его дом больше всего подходил для отдыха. Похоже, для любителей затянуться сигаретой эта страна стала некомфортной.

«А не отправиться ли мне за границу?..» – подумал он и вдруг вспомнил о способе заработать, предложенном ему на днях. Это случилось на следующий день после того, как Хадзимэ стал владельцем и «управляющим» горы, подписав на удивление огромное количество документов.

«Всего лишь гору получил в наследство, а столько формальностей», – недоумевал он.

– Не продадите ли вы мне эту гору? – подозрительно ухмыляясь, спросил бизнесмен, гость Хадзимэ.

Когда речь заходит о горе в чьем-то частном владении, обычно это один участок, часть склона. Хадзимэ же досталась в наследство целая гора. Судя по карте, она имела красивую чашеобразную форму, и все, что находилось внутри круга, опоясывающего подножие в месте соприкосновения с соседней горой, целиком принадлежало новому владельцу. Местные жители называли ее Арэямой.

Первый посетитель сразу озвучил громкое название своей компании и предложил выкупить Арэяму, поскольку хотел бы устроить там базу отдыха. План включал сооружение горнолыжного курорта на горе, организацию катания на лодках по озеру и строительство красивого и элегантного отеля на берегу. Предложенная сумма была совсем неплоха, однако Хадзимэ, не проявив никакого интереса, сухо отказался.

– Пока продавать не собираюсь.

– Наверное, вам не по душе, если с горой возьмутся проводить какие-то манипуляции? – блеснув линзами очков, спросил посетитель.

– Можно и так сказать, – коротко ответил Хадзимэ, которому совершенно не хотелось пускаться в подробные объяснения.

– Я зайду еще раз, – продолжая улыбаться, коротко произнес мужчина и вышел.

На следующий день явился человек, представлявший совсем другую компанию, но с тем же желанием приобрести гору. На этот раз посетитель уверял, что она очень богата флорой и фауной, которые находятся под защитой государства, и для сохранения целостности экосистемы очень важно, чтобы владелец согласился на продажу. Сумма предлагалась немного больше предыдущей. Тогда-то Хадзимэ и подметил, что приемный отец всучил ему нечто более приятное, чем ему сначала показалось.

Несмотря на то что у первого и второго визитеров причины для покупки были разными, так же как и компании за их спинами, улыбались они совершенно одинаково. Возможно, это как-то связано с деловым этикетом, однако у Хадзимэ сложилось впечатление, что оба действуют одинаково.

«За ними явно стоит один и тот же тип, – осенило мужчину. – Кто-то, чьего лица я не вижу, пробуя всевозможные способы, меняя имена и предлагаемые суммы, просит меня продать ему гору».

Позже к двум предыдущим добавился еще один «покупатель», прощупывающий почву. Частично для того, чтобы развлечься, Хадзимэ попробовал отреагировать на просьбу уклончивее, чем раньше, но третий визитер продолжал вести себя подчеркнуто почтительно. В ходе разговора он тоже пытался вывести Хадзимэ из равновесия, вворачивая фразы вроде: «Больше уже не можем предложить» или «Откажемся от этой идеи и пойдем к другим». Однако, поняв, что владелец остается невозмутим, перестал. Предлагаемую сумму и обещанные привилегии почти можно было назвать очень значительными. Тем не менее Хадзимэ так долго дразнил своего просителя, что тот, по всей видимости, догадался о полном отсутствии у него желания продавать владения.

Обычно в таких случаях примерно понятно, какие приемы пустят в ход дальше. А именно: не получается давить – попробуй отступить; ну или, если пряник не сработал – возьмись за кнут. Хадзимэ с нетерпением ждал, с чем же придут в следующий раз.

Он был в предвкушении, прямо как ребенок, ждущий подарков от Санта-Клауса. Мужчина бросил окурок пустую банку из-под пива в раковине.

Незаметно в кухне совершенно потемнело. Решив сходить в раменную неподалеку, Хадзимэ сунул в карман брюк кошелек и пачку сигарет и вышел из дома.

На первом этаже соседнего здания располагалась лапшичная. У тыквы-горлянки, которую старательно выращивала хозяйка, распустились свежие белые цветы. Хадзимэ закрыл дверь на ключ и опустил ставни, и в этот самый момент…

– Добрый вечер! Уже закрываетесь? – услышал он за спиной звонкий голос.

Завороженный им, мужчина обернулся и увидел удивительно красивое создание. Под мигающим старым фонарем ее длинные прямые черные волосы с кольцами падающего света пленительно развевались на ночном ветру. Стройная фигура была облачена в простое белое платье, подчеркивавшее тонкую талию, руки будто струились вдоль тела.

Перед Хадзимэ стояла девушка, от красоты которой захватывало дух. Никогда он не встречал таких красавиц. Не только актрисы, но даже изображенные на знаменитых картинах мировых мастеров девушки не могли сравниться с той, что была перед ним. Она лишь стояла, слабо улыбаясь, и уже выглядела словно божество. Казалось, одним своим взглядом она могла бы сразить человека.

В то же время улавливалось в ней что-то такое, что вызывало ужас и трепет. Как бы сказать… Совершенно не было ощущения, что она человек. Не в том смысле, что девушка поражала своим очарованием – скорее, она напоминала ангела, от которого исходила некая угроза. Несмотря на чистоту и божественность ее облика, казалось, что, стоит сделать хоть один неверный шаг – погибнешь.

Сверкающие глаза – вот что придавало девушке особую исключительность. Они напоминали прозрачное ночное небо лазоревого цвета, на котором сияют все звезды. Фигура была идеальной, только ясные глаза будто жили своей причудливой жизнью. Казалось, сквозь их великолепный блеск просматривается сила воли.

Мелькнула мысль, что она из таинственных миров, и ее слишком настойчивый взгляд словно пронзил его насквозь. Хадзимэ лишь чуть раскрыл глаза от изумления и быстро взял себя в руки.

– Ты что-то ищешь?

– Да, вас.

Он невольно моргнул, а девушка улыбнулась лучезарной улыбкой.

– Не могли бы вы пойти со мной?

– Хочешь заманить меня в ловушку?

– Ах, какие страшные вещи вы говорите! Можете быть спокойны. Это не ловушка. Я призрак.

«Вот теперь действительно страшно», – подумал Хадзимэ.

– Но… у тебя вроде ноги есть.

– У современных призраков они имеются.

– Вот оно как. Призраки тоже подвержены моде?

– Конечно. Говорят, призраки лишились ног с тех пор, как их стали изображать на гравюрах в эпоху Эдо[7]. Все, что не имеет четкой формы, легко меняется под влиянием подобных вещей, – произнесла она, словно напевая.

Уловить суть никак не удавалось, но время, выбранное для визита, означало, что причина может быть лишь одна.

– Ну ладно, пошутили, и хватит. Ты по поводу горы? – уверенно спросил Хадзимэ.

– Хорошо, что вы быстро все поняли, – согласился призрак. – На самом деле я здесь по просьбе вашего отца.

– По какой просьбе?

– Он хочет, чтобы я поведала вам тайну горы.

«До тех пор, пока ты не поймешь, почему гору нельзя продавать, не делай этого».

Он мгновенно вспомнил слова из документа. Значит, отец заранее позаботился обо всем и прислал того, кто ответит на этот вопрос.

– Слушай, ты вообще к отцу какое отношение имеешь? Хоть знаешь, где он сейчас?

– Прошу прощения. Когда-то давно я была ему очень обязана. Вот и все. Где ваш уважаемый отец изволит находиться теперь, мне неизвестно. – Как будто смущаясь, девушка-призрак продолжила: – Странно об этом говорить, раз уж мы зашли так далеко, но позвольте высказать свое мнение. Вы можете отказаться. Полагаю, лучше сделать вид, что вы ничего не слышали, и просто продать гору.

– Почему?

– Если узнаете ее тайну, вероятно, подвергнетесь опасности. Хотя и без того, скорее всего, дорога к прежнему себе уже закрыта.

– Хочешь сказать, существует тайна, которая полностью изменит мою жизнь?

– Несомненно.

– А ты умеешь заинтриговать! – невольно ухмыльнулся Хадзимэ.

– Так или иначе, выбирайте здесь и сейчас: пойдете со мной или нет?

Мужчина пристально посмотрел на глядевшую ему в глаза красавицу и задумчиво погладил небритый подбородок.

– Тон мне твой совсем не нравится.

Девушка-призрак непонимающе склонила голову набок, а Хадзимэ с серьезным видом добавил:

– В общем, пригласи так, чтобы мне стало весело.

– Господин Хадзимэ, не согласитесь ли пойти со мной на свидание?

– Отлично. Пойдем.

Не успел мужчина ответить, как где-то раздался звук хлопающих крыльев.

– Ой, смотрите! – Девушка взглянула в небо, и ее глаза внезапно наполнились холодным светом. – Поспешим!

С этими словами она схватила его за руку и бросилась бежать. Похоже, как раз закончились лекции в соседнем университете. Призрак с Хадзимэ мелкими и быстрыми шагами двигались сквозь толпу весело болтающих друг с другом беспечных молодых людей.

На фоне сигналящих автомобилей и смеющихся голосов студентов слышалось карканье ворона. Несмотря на уже наступившие сумерки, меж уличных фонарей постоянно мелькала мерцающая черная тень. Девушка-призрак направлялась к ближайшей станции метро.

– Поедем на поезде?

– Вас ждет сюрприз.

Когда они спускались по лестнице в толпе людей, за спиной послышалось громкое карканье ворона, после чего раздался женский крик.

– Это еще что?

– Похоже, ворон проник внутрь. Сюда!

Не оборачиваясь, девушка танцующей походкой вела за собой Хадзимэ. Приложив транспортную карту, они оказались на станции и вбежали в остановившийся поезд.

– Двери закрываются. Будьте осторожны! – произнес бесстрастный голос, и те захлопнулись.

В этот самый момент Хадзимэ с девушкой увидели, как поверх турникета пронесся кто-то, освещенный бледно-голубым цветом. Над головами людей, которые в испуге втянули шеи, с бешеной скоростью летел ворон. Еще немного, и он бы уже влетел в вагон, но тут, будто так и было задумано, двери захлопнулись. Ворон ударился о них и на мгновение замер, затем быстро отскочил к барьеру на платформе.

Отделенный стеклом, он хрипло закаркал, а увидев, что поезд тронулся, взлетел и рванул обратно. В следующий миг состав вошел в туннель, и что случилось дальше, Хадзимэ уже не видел. Но ему показалось, что у ворона, который пытался залететь в вагон, было на одну ногу больше, чем обычно.

Мужчина повернулся к девушке, собираясь спросить, видела ли она, что сейчас произошло, однако слова застряли у него в горле. Призрак стоял не шелохнувшись и с безучастным видом всматривался за стеклянные двери.

Был как раз час пик – время, когда все возвращаются домой. Продираясь сквозь толпу потеющих служащих и студентов, Хадзимэ почти в полном молчании следовал за призраком.

Они сделали несколько пересадок в метро, прибыли на большую станцию и там вошли в универмаг. В отделе готовой еды теснились покупатели. Хадзимэ уж подумал, что девушка-призрак планирует что-то взять, но та уверенно проследовала мимо и направилась к боковому входу для сотрудников.

В служебном помещении, куда она привела его, горел тусклый свет. Потрескивала люминесцентная лампа, по обе стороны громоздились картонные коробки, а под ногами валялись обрезки, по-видимому, упаковочной бумаги. Девушка-призрак уверенной походкой приблизилась к одной из коробок и что-то из нее достала.

– Извините за беспокойство. Прошу вас переодеться в это.

Она протянула видавший виды рабочий комбинезон. Затем сама, совершенно не стесняясь, на глазах у мужчины сбросила с себя платье и начала натягивать серый комбинезон. Исключительно из вежливости отведя взгляд от белой кожи и нежно-голубого нижнего белья, Хадзимэ послушно последовал ее примеру.