Чу-zone. Доктор Лозинский, аномалии

И пусть Паша весит около семидесяти килограмм, Валера волок его без особых усилий. Ему даже казалось, что вполне мог бы нести Павлика на руках, просто волоком удобнее.

И вот что ещё удивительно – Валера совсем не боялся заблудиться, хотя даже на компас не смотрел. Он же проходил уже здесь, уверенно вспоминал старые трещины и деревца, особенно те, на которые лазили. А самое удивительное, что Валера не считал это необычным. Ну, как же иначе?

Он даже немного обнаглел, взял жерди волокуши в руки и приподнял Пашу, по земле волочились лишь его задница и ноги. Приходилось переходить через трещины, Валера их перешагивал, а Павлика переносить счёл лишним – ему трещины ничего особенно плохого уже не сделают, он даже не расстроится.

Впрочем, во время каждого отдыха он пытался доораться хотя бы до совести Павла, но она была без сознания вместе со всем остальным. Паша не очнулся даже, когда Валера устроил привал, развёл костерок и заварил чаю.

Он напился чаю, съел баранку и продолжил движение. Второго привала не потребовалось, Валера сделал семь тысяч семьсот шагов от начала пути и увидел остатки забора вокруг усадьбы Виктора и Джулии.

Вообще, по дороге «туда» Валера и Паша сделали около десяти тысяч шагов, наверное, это оттого, что Валера шёл уверенней, немного спрямлял путь, и шаги его получились шире.

Из времянки к Валере вышел Витя с ружьём в руках и сказал:

– Привет! Что с этим?

– Здрасте, – ответил Валерий. – Паша потерял сознание во время магического шторма. Вот прошу Вас подбросить в Чудоевск.

– А по-моему твой Паша просто охуел, – усмехнулся Витя. – Он в сознании, сам дойдёт.

Валера отпустил жерди волокуши и обернулся. Паша упал затылком на землю и сварливо проговорил:

– Осторожней блять! Сам привязал к этим деревяшкам и смотрит тут! Давай отвязывай, ссать охота!

Валера присел на корточки и, развязывая верёвки, радостно спросил:

– Давно очнулся?

– Не, недавно, – сказал Павлик.

– А чего тогда молчал? – поразился Валера.

– Ну, всё было нормально, – ответил Паша. – И тебя не хотел отвлекать.

Валера развязал верёвки на его руках и груди, Паша сразу сел и помог отвязывать ноги. Павлик легко подскочил, отошёл на два шага и замер.

– Отвернись от дома, – посоветовал Витя. – А то Джулия смотрит по камерам.

Павлик поспешно повернулся к мужикам, и они увидели его хрен и упругую струю. А прилично терпел парень! Вот что значит лень! Паша закончил и, застёгиваясь, спросил Виктора:

– Можно мы хоть чаю тут сделаем? Отдохнём…

– Особенно ты сильно устал, – кивнул Витя. – Располагайтесь и рассказывайте, что там видели да что случилось.

Валера вынул из своего рюкзака Пашин рюкзак, сразу уложил туда все патроны, пауэр-банк, его одеяла и прицепил один котелок. Расстелил одно одеяло, выложил сахар и баранки, установил треногу и подвесил котелок.

Павлик ходил вокруг, собирал деревяшки для костра. Двигался он как всегда, без труда, нагибаясь, даже не кряхтел. Валера улыбался, радовался за товарища, и непроизвольно хмыкал – вот этого здорового парня он тащил десять километров по лесу! А тот на нём ехал какую-то часть в полном сознании – ну, скотина просто!

Паша собрал костёр, Витя сходил домой и вернулся с Джулией. Он вынес канистру и пластиковую баклажку воды, а она принесла на подносе чашки и банку варенья.

Витя плеснул в костёр бензина из канистры, Паша сразу его поджёг от зажигалки и налил в котелок воды. Присели у костра, а Джулия поставила на одеяло чашки, ложки и банку варенья и осталась стоять.

Витя вопросительно посмотрел на Валеру, и тот начал рассказывать:

– Ну, к вечеру вышли мы к некромантскому хутору и никого из людей там не увидели. По всем признакам, ушли после первого же магического шторма. Как у вас, строения повалены трещинами, живность тоже куда-то вся подевалась. В телефоне есть видео отчёта, посмотри, коли интересно, – он протянул Виктору трубу.

Тот её взял и уткнулся в экран, спустя короткое время задумчиво проговорив:

– Значит, соседей у нас всё-таки нет.

– Пока теоретически, – поправил его Валера. – А практически думали мы идти к следующему хутору, да ночью случилась магическая буря, и этот, – он кивнул на Пашу. – Потерял сознание. Я как раз дежурил, обнаружил его в палатке, когда смена закончилась…

Упомянуть, что сам на посту выпадал куда-то из реальности, Валера не счёл заслуживающим внимания. И вода закипела, Паша снял котелок, насыпал чаю и поставил на край завариваться.

– Ну, потащил Пашу на себе к вам, и ты как-то понял, что он сука нагло косит, – продолжил Валерий. – Кстати, как ты определил?

– Да просто видно же! – растерялся Витя. – Мне вот непонятно, как ты не почувствовал!

– Наверно потому, что все нормальные люди на взгляд не отличают потерявшего сознание от потерявшего совесть! – огрызнулся Валера.

Все заржали, смеялся даже Паша. Он воскликнул:

– Да ты не думай, что я всю дорогу был в сознании! В самом конце только очнулся, может, шок у меня ещё не прошёл!

– А тебе в обмороке что-то снилось? – спросил Виктор.

– Что-то страшное, толком не запомнил, – ответил Паша безразлично.

Витя серьёзно кивнул, а Валерий отчего-то считал, что Павлик врёт. Просто был в этом уверен без какой-то логики. Но приставать к приятелю не стал, решил поговорить с ним без посторонних. Чай заварился и все начали разливать в кружки. Потом сыпали сахар и размешивали, добавляли варенья и разбирали баранки.

– И что вы думаете делать сейчас? – спросила Джулия по-английски, когда суета улеглась.

– Попробуй ещё раз, только по-русски, – попросил Виктор и отхлебнул чаю.

– Но они же поняли! – воскликнула она.

– Давай для меня, милая, – продолжил Виктор уговаривать и сказал парням строго. – А вы чтоб не ржать!

Девушка вздохнула, наморщила лоб и выдала:

– Вот… то есть что ви будьет делать фор тыпер… ексьюз ми, просто тыпер…

Павлик чуть чаем не обварился, но успел поставить кружку на одеяло. Он закрыл лицо рукой и издал какой-то неприличный звук, а Валера строго сказал Вите:

– Прекращай над ней издеваться хотя бы при нас.

– Ладно, Юленька, не напрягайся, всё кончилось, – проговорил ей Витя ласково и холодно обратился к Валере. – Ты её понял, умник?

– Да, – кивнул Валера и начал по-английски. – Мы хотели…

– Не-не, говорите на своём русском! – воскликнула Джулия. – Вы ужасно коверкаете английские слова, по-русски мне легче вас понять.

– Ладно, – пожал Валера плечами. – Я хотел доставить этого обормота в Чудоевск и показать врачам…

– Кто есть «обормот»? – уточнила Джулия.

– Да этот, – мотнул Валера головой на Пашу. – Ну, сейчас всё упростилось, сам ходит, но его всё равно надо показать докторам.

– А потом? – спросила Джулия и откусила от баранки.

– Ну, покажем отчёт доктору Лозинскому, – нехотя оторвался Валера от чаю и сказал. – Если он захочет, продолжим обследование хуторов.

– А если не захочет? – уточнила она.

– Бесплатно никуда не пойдём, – лениво ответил Валера и снова принялся отхлёбывать из чашки.

– Если соберётесь в зону, заглядывайте к нам, – сказала Джулия по-английски.

– Да, будем рады, – по-русски проговорил Виктор.

– Хорошо, – за них обоих ответил Павлик и обернулся к Валере. – Ну, давай собираться в путь.

– Ага, – ответил тот, встал и пинком отбросил треногу в сторону остывать.

Костёр залили остатками чая, прицепили котелок, Паша скатал одеяло и убрал в рюкзак, Валера добавил уже остывшую треногу. Надели рюкзаки, подхватили ружья и пошагали в Чудоевск.

* * *

– Так что тебе снилось? – на ходу спросил Валера ровным тоном, словно продолжил разговор.

– Да там, понимаешь, всё как-то странно, – нехотя принялся отвечать Павлик. – Ничего мне не снилось, я наоборот будто очнулся. Ну, поднесли к носу какой-то бутылёк, я из него нюхнул и типа пришёл в себя. Сразу вспомнил, что я Айзек Абрамс, пришёл в гостиничный ресторан подкрепиться и меня сморило. С такой жизнью неудивительно, работа нервная да и годы. Мне аж пятьдесят восемь лет!

– Хорошо сохранился, – хмыкнул Валера.

– Да не здесь! – буркнул Паша.

– Ладно, – сказал Валерий. – А что там за работа?

– Профессиональный игрок на бильярде, – поведал Павел. – Ну, не совсем профи для серьёзных соревнований, но знания людей и игрового опыта хватает, чтобы разувать всякую деревенщину. Я как раз ехал с западного побережья на восточное, под вечер останавливался в маленьких городках и устраивал мастер-класс для местных. Не бог весть что, но худо-бедно от двухсот баксов в день снимал…

– Всего-то? – удивился Валерий.

– Эй! Это была Америка сороковых, – горячо ответил Паша. – Вся страна пахала за пятьсот баксов на заводах!

– Всё равно для каталы маловато, – заметил Валерий.

– Можно разводить и на большие суммы, только резко увеличивается возможность получить пулю, – сказал Паша. – И так приходилось быстренько уносить задницу и соблюдать меры предосторожности. Например, я за одно турне менял по пять машин. В Америке подержанную тачку можно было взять всего за двести и сдать старую за сотню, и всё без особых формальностей.

– Романтика блять! – заметил Валера.

– Ага, она сука, – согласился Паша и вдруг резко сменил тему. – А почему ты не поверил, что я ничего не помню?

– Да просто уверенность какая-то, – ответил Валера. – Будто я тебя чувствую. А что ты спрашиваешь?

– Понимаешь, задолбала меня там эта романтика. Скоро шестьдесят, руками могу только на бильярде, ни жены, ни детей… хотя дети где-то могли быть, женщин мне всегда хватало. Но последнее время имел дело только с проститутками, и то раза два в месяц…

– Прям как я, – усмехнулся Валерий. – На тебя не угодишь!

– Ну, у нас просто временные трудности, а там финиш, конец игры! – воскликнул Павлик. – Я там даже спал и видел сны! Снилась молодость, всякие тётки, и я всё лучше понимал, что это одинокий конец одинокой жизни. И однажды приснился ты.

– Нихрена себе! – воскликнул Валерий.

– Ага, – согласился Паша. – Ты говорил, что я на самом деле молодой, всё у меня впереди и звал с собой. Я тогда подумал, что ты просто глюк…

– Я б, наверное, тоже так подумал, – кивнул Валера.

– А в самом конце я не справился с управлением на трассе, и мой «бьюик» ушёл в кювет на скорости, – продолжил Паша. – Что там было на самом деле, я не знаю, да мне уже похуй. Я потерял сознание, и снова увидел тебя. Ну, думаю, ангел, или кто таким положен – просто пошёл следом… – он замолчал, мотая головой. – Было просто невыносимо страшно, я понял, что умираю! Уже приготовился к чему угодно и очнулся привязанным к волокуше, – Паша стеснительно проговорил. – Ты меня извини, я сам сначала охуел!

– Охуеешь тут! – согласился Валера.

Павлик горестно вздохнул и сказал:

– Ты, пожалуйста, никому больше этого не говори. Я б и тебе не рассказывал про Айзека Абрамса, но ведь ты меня оттуда вывел.

Валерий угрюмо кивнул, дальше пошли в молчании.

* * *

В Чудоевске ребята дождались на конечной остановке 28-й автобус, проехали в центр и разошлись по домам, потихоньку вернули на место ружья, повидались с мамами, успокоили их, что прогулялись нормально.

Те не знали, как реагировать: их вечные оболтусы, вроде, занялись серьёзным делом, сотрудничают с самим доктором Лозинским, но с другой стороны загородом, наверное, опасно! Ведь в самом городе от магии некуда деваться.

Парни же спокойно зарядили стирать бельё и комбинезоны, сами отмылись в ванных и наелись домашнего. После чего созвонились и договорились, что о новой встрече с доктором будет говорить Валера, как самый ответственный.

Он позвонил Лозинскому по личному номеру, и тот сразу взял трубку. Хотя занятия в университете на сегодня уже закончились, доктор пока был очень занят научной работой с заочниками, и ближайшее часовое окно у него появится через два часа. Он будет ждать парней на кафедре истории.

Валера позвонил Паше, условились встретиться у центрального входа в университет через два часа. На учёбу они ходили пешком, так что оба подошли без опозданий, даже немного раньше и вместе отправились на кафедру.

Доктора на месте не оказалось, ребята подождали его минут пять у дверей. Лозинский подошёл ровно по времени, зашёл на кафедру кому-то что-то сказать и отвёл парней в ближайшую пустую аудиторию.

Лозинский прошёл на место преподавателя, а ребята, стоя по привычке у доски, принялись рассказывать. Доклад начал Павлик, а Валера отправлял доктору на телефон видео-отчёты.

Лозинский распаковывал видео, просматривал и глубокомысленно кивал. Он сказал, что Витю и Джулию, конечно, жаль, но они сами выбирали место для страусов и потом не обращались к властям за помощью.

– У вас же дочь Майя? – угрюмо проговорил Валера. – Считайте, что обратились. Только что.

– Да кто к ним из чиновников пойдёт?! – весело воскликнул доктор.

– Участковый, – решительно заявил Паша. – Заодно познакомится.

– Уволится, – грустно усмехнулся Лозинский. – Но всё равно посмотрим, что можно сделать. Как я понял, им надо помочь с переездом?

– Не знаю, – честно ответил Валера. – Сами им это предлагайте, и просто узнайте, чем наши любимые власти могут помочь своим гражданам!

– Хорошо, я это Майе передам, – проговорил Сергей Лозинский. – Но, сами понимаете, я не могу что-то за неё обещать.

– Ну, хоть что-то, – проговорил Павлик и повёл рассказ далее.

Он подробно описал хутор Виктора и Джулии, что с ним сделали трещины и что из себя представляют…

– Вы сами пробовали поджигать это чёрное? – вдумчиво уточнил доктор.

– Витя сказал, антрацит, значит, антрацит, – угрюмо проговорил Валера. – А мы эту пакость не то, что поджигать, в руки не возьмём!

Далее он стал рассказывать о брошенном хуторе некромантов…

– Надо запросить власти древних ведунов, – глубокомысленно отметил Лозинский. – Узнать точную причину, почему люди с хутора ушли. У вас пока лишь предположения.

– Простите, чьи власти?! – не понял Паша.

– У нас их называют некромантами, – пояснил доктор. – Но это вражеское прозвище, ими считается ругательством.

– А! – просиял Валера. – Тогда ладно…

Он начал рассказывать, как они на брошенном хуторе ночевали. Валера снова опустил факт, что сам терял сознание во время магической бури, сосредоточился на Паше. Поведал, что пёр его на волокуше через лес до хутора Виктора и Джулии, пока Павлика не попросили больше не маяться дурью.

Доктор сразу спросил Пашу:

– А почему ты притворялся?

– Ну, после обморока мне показалось сначала, что я в незнакомой обстановке, обмер, как от страха, – проговорил тот.

– А потом, когда осознал? – усмехнулся Лозинский.

– Всё шло нормально, решил не лезть, – пристыжено признался Паша.

– Так это Витя определил, что Павлик притворяется?! – азартно спросил Сергей. – А ты, Валера, ничего не чувствовал?

– Ну, да, – кивнул Валера.

– Какой интересный этот Витя! – воскликнул доктор. – Я, наверное, сам с ним при случае пообщаюсь.

– На здоровье, – пожал плечами Валера.

– Значит, возвращаемся к нашим делам, – проговорил доктор. – Засчитаю вам два полных дня, вам по четыреста чудиков. Пятьсот премии за результаты и ещё пятьсот заплачу, если вы пойдёте искать другие хутора.

– Давайте сразу, пойдём, – широко улыбнулся Павлик. – Только в университете разберёмся, что мы пропустили, и сразу выходим.

– Наверное, через неделю, – сказал Валера.

– Ну, сразу, так сразу, – благодушно сказал Лозинский. – Куда вам переводить?

– А можно наличными? – сказал Паша.

Глава 4

– А если б у доктора не было наличных? – спросил Валера уже на улице по дороге домой.

Парни неспешно прогуливались.

– Побежал бы снимать в банкомат, – ответил Паша. – Пусть уяснит себе, что сталкерам платят лишь наличными.

– У тебя принципы? – весело уточнил Валера.

– Не, сходим сегодня сыграть в бильярд, – сказал Павлик. – Там играют только на наличные. Проверим, что мне такое снилось.

– Что тебе могло присниться за четыре часа? – усмехнулся Валерий.

– Почти за пять, – уточнил Паша. – И это для тебя прошло всего пять часов, а для меня три года жизни! Мне там ёбнуло шестьдесят, старичок.

– Кто бы говорил! – усмехнулся Валера и призадумался. – Хрен знает, может, ты и прав. Я ведь тоже… э… перенёс в зоне магический шторм. Потом пёр тебя по лесу четыре с лишним часа и не чувствую никакой усталости!

– Это тоже проверим, там, вроде, борются на руках, – уверенно сказал Павел.

Валерий скептически на него посмотрел, и Паша азартно воскликнул:

– Учти, что нас посчитают молодыми придурками…

– Кем мы, по сути, и являемся, – вставил Валера.

– Ты поставишь на это деньги? – в упор глядя на друга, спросил Паша. – Ах, уже подумаешь! – он небрежно закончил. – А другие поставят, не задумываясь. И много!

– Посмотрим, – нехотя буркнул Валерий и спросил. – Деньги сейчас разделим?

– Угу, и каждый побежит в «форточку» снимать девчонок, – ухмыльнулся Паша. – Не, пусть до вечера побудут у тебя, ты ответственный.

– Ладно, около шести созвонимся, – проговорил Валера.

– Договорились, – сказал Паша и отправился домой.

* * *

Ребята дома включили свои компьютеры, связались в сети с прилежными одногруппницами и узнали, что они пропустили за два дня и где это можно посмотреть. Девочки по их просьбе даже сфотали конспекты лекций и выслали фотографии. Парни ответственно изучали материалы до шести.

Созвонились, как договаривались, и встретились через десять минут, жили практически в одном дворе. Паша настоял, чтоб они заранее разделили наличные, ведь предстояло потрудиться обоим, а в намеченном клубе купюры лучше лишний раз не светить.

У обоих сошлись мысли на военном клубе. Как он называется официально, парни никогда не интересовались. В эпоху развитого социализма там отплясывала самодеятельность и читали лекции о загнивающем западе и вреде алкоголизма, а в антрактах люди ходили в буфет.

В новые рыночные времена запад уже не загнивал и об алкоголизме перестали рассказывать, на сцене иногда выступали всякие гастролёры, а буфет, основной источник дохода, переименовали в бар, он сильно разросся и работал всегда, даже когда не проводилось концертов.

Сегодня был как раз такой день. Парни проехали на автобусе три остановки, прошли через небольшой парк и вошли в двухэтажное бетонное здание. Они туда давненько не захаживали, но сразу всё вспомнили.

Зрительный зал находился на втором этаже, а бар разросся на весь первый этаж, оставив нетронутыми лишь кассы у входа. В этот день пускали в клуб без билетов, и парни сразу оказались меж рядов бильярдных столов, на многих уже играли какие-то мужчины.

У правой стенки располагались тумбы для не столь популярного армреслинга, а в глубине угадывалась барная стойка. Ребята направились прямо к ней. Серьёзные уселись на барные сиденья и спросили у бармена по дриньку водки.

Тот их впервые видел и потребовал пять чудиков сразу. Валера выложил на стойку десятку, бармен смахнул купюру, пододвинул им блюдце с бесплатной закуской, засахаренными кусочками лимона, налил в два стакана и полез отсчитывать сдачу.

Парни опрокинули в себя пойло, Паша молча закинул в пасть кусочек лимона, а Валера просипел бармену:

– Погоди со сдачей, повтори.

Тот пожал плечами и налил ребятам в опустевшие стаканы. Усмехнулся:

– Что-то празднуете?

– Да кабы просто праздновали, нашли б водку подешевле, – сказал Павлик. – Срубили шару и хотим сыграть на бильярде.

– Вы оба ебанутые? – уточнил бармен.

– Не, только я, – улыбнулся Павлик. – Друг просто посмотреть и за компанию.

Валера выпил вторую и прислушался к необычным ощущениям. Не, он пил, конечно, раньше алкоголь, просто в этот раз всё как-то иначе. Денёк выпал хлопотный, и его должно быстро торкнуть.

Но Валера не ощущал опьянения, голова наоборот прояснилась, сил, словно прибавилось, появилось чувство уверенности. Он как не водки выпил, а принял какой-то допинг или крепкого кофе литр.

Бармен же усмехнулся и кому-то помахал рукой. К стойке подошёл высокий, русый парень, и бармен ему сказал:

– Вот, Сань, ребята хотят сыграть в бильярд.

– А они умеют? – скептически взглянул на молодых пацанов тот.

– Посмотришь, – ответил бармен.

– Тогда пойдёмте к столу, – сказал Саня ребятам.

– Сейчас, – ответил Паша и обратился к бармену, положив на стойку десятку. – Давай ещё по разу.

Бармен взял купюру, налил в стаканы водки и выложил пятёрку, проговорив:

– Это сдача. Бери-бери, тебе понадобятся все деньги.

Павлик забрал бумажку, ребята выпили, закусили лимоном, встали с сидений и молча уставились на Саню. Тот сказал им:

– Идите за мной, – и пошёл к бильярдным столам.

Прошли к одному столу, за ним играли какие-то мужики. Один, с виду помоложе проговорил:

– Кого это ты привёл, Сань?

– Да вот пацаны говорят, что умеют играть, – равнодушно ответил он.

– Ладно, – сказал мужик. – Сейчас с этим мальчиком закончу и посмотрим.

Его с виду пожилой партнёр покраснел, но ничего не сказал. Был его удар, он долго примеривался и ударил. Один шар покрутился в углу, покрутился, но остался на сукне.

Парень, примерно, тридцати лет в свою очередь, прищурившись, оглядел позицию и двумя уверенными ударами загнал шары в лузы.

– Партия, – сказал он.

Пожилой вынул из внутреннего кармана портмоне и вытащил две бумажки по десять чудиков. Бросил их на стол.

– На валидол хоть оставил? – усмехнулся парень, забирая деньги. – Иди домой, дядя, и больше с плохими не связывайся.

Мужчина, ни с кем не простившись, повернулся и пошёл к выходу. А парень обернулся к ребятам и сказал добрым голосом:

– Кстати, я Андрей.

– Валера, – буркнул Валерий.

– А я Паша, – проговорил Павлик.

– Так кто будет играть? – уточнил Андрей.

– Я, – сказал Паша важно.

– На первый раз по десятке, собирай шары, молодой, – произнёс Андрей.

Валере сразу захотелось разбить ему добродушное ебало, но Павлик, как ни в чём не бывало, вынул из кармана купюру в десять чудиков, положил на бортик, взял с полки рамку и принялся собирать шары.

– Твой первый удар, – добродушно сказал Андрей, положив рядом с Пашиной ставкой десять чудиков. – Бери кий.

Павлик взял кий из подставки, сначала зачем-то поднёс его торцом к правому глазу, без спешки натёр кончик мелом, примерился и ударил. Два шара упали в лузы. Далее он провёл два результативных удара, а на третий промахнулся.

– А ты действительно умеешь, – проговорил Андрей, оглядывая шары на столе.

Он выбрал простейшую комбинацию, тоже забил два шара, но ситуация усложнилась, и на третий раз он промахнулся. А Паша вывез сложный удар, ситуация резко упростилась и он загнал в лузы один за другим два шара.

– Партия, – сказал Павлик и забрал с бортика десятку. – Ставка та же?

– Ну, давай ещё разок сгоняем по десятке, – проговорил Андрей, собирая шары в рамку.

Как победитель первым снова бил Паша. Валера честно смотрел на стол, пытался что-то понять и быстро соскучился. Он обернулся к стоящему рядом с умным видом Сане:

– А тут только на бильярде можно?

– Ну, ещё боремся на руках, – усмехнулся тот. – Но тебе я даже предлагать не стану.

– А почему? – сдержанно спросил Валера.

– Ты в армии служил? – уточнил Саня.

– Не, учусь в университете на юриста, – ответил Валерий.

– А это клуб Советской Армии, – весело сказал Саня.

– Тогда тебе просто ебло раскрошить? – угрюмо поинтересовался Валерий.

– Ого! – весело воскликнул Саня. – Ну, пойдём тогда поборемся. У тебя десятка на ставку есть?

Валера кивнул, и Саня, сказав:

– Пошли, – направился к столикам для армреслинга.

Валера вальяжно прошёл за парнем, а тот подошёл к ближайшей тумбе и, указывая ладонью, стал рассказывать:

– Сюда ставим локти. Боремся правыми руками, левой можешь схватиться вот за эту фигню. Начинаем по моему сигналу. Понял?

Валера снова кивнул, а Саня сказал строго:

– Деньги кладём на столик заранее.

– Ладно, – проговорил Валера и вытащил из кармана новую десятку.

Десяток у него было немного, и он про себя подумал:

«Если что в баре разменяю».

Саня же положил рядом свою купюру, закатал на правой руке рукав рубашки и поставил локоть на тумбу. Валера подошёл к тумбе, чуть нагнулся и поставил свою руку рядом, хвататься левой за ручку не стал, а, как Саня, завёл руку за спину. Тот крепко взялся за его ладонь и спросил:

– Готов?

Валера тоже ухватил ладонь соперника и произнёс:

– Ага.

– Погнали, – сказал Санёк.

В тот же миг Валера почувствовал, как Саня попытался раздавить его ладошку, заломить и запросто уронить на стол. Чтоб этого не случилось, Валера слегка наклонил руку вправо и, выиграв первое мгновенье, смог противостоять натиску.