Егерь. Системный Зверолов. Книга 1

Я задумался, переваривая услышанное. Картина начинала проясняться. Гордое, независимое существо, которое не терпит принуждения. Кошка не бунтовала против хозяина — она наказала того, кто не сумел стать достойным её уважения. А ещё — система открывала мне доступ к данным, скрытым от обычных Звероловов. Гордый питомец мог вовсе и не показать свой навык, а мне данные доступны сразу. Вряд ли это касается всех зверей, многое зависит ещё и от ступени Зверолова и его опыта, но всё-таки!

— Ты её боишься? — спросил я, заметив, как руки Барута чуть дрожат.

— Виолу? — он вскинул брови.

— Тьфу ты... Кошку!

Стёпка хохотнул, а Барут честно кивнул.

— Немного. Но она не при чём. Сейчас я понимаю, что не смог наладить с ней контакт, не понял её природы. Относился как к вещи, а не как к разумному существу. Отец мне серьёзный нагоняй выдал... Никогда не забуду этот урок. Такого зверя дал, а я всё потерял.

— Да уж, башка кругом от всего этого, — покачал головой Стёпа и перевёл тему. — А сейчас что думаешь делать?

— Откажусь быть Мастером, — тихо сказал Барут. — Родители, конечно, против, даже не знаю, как их уговорить. Не создан я для этого. Лучше займусь торговлей, как дед, всегда душа к этому лежала.

— Ты бы не торопился, — серьёзно сказал я. — Подумай, как всё-таки Мастером остаться. Подход у тебя сейчас так себе вышел, если честно, но потом жалеть будешь.

Стёпа вдруг наигранно тяжело вздохнул.

— Э-э-э-э-х, всегда хотел быть Мастером…

— Это мы в детстве всё Мастер, да Мастер. Я тебе, Макс, вообще завидовал, что ты Зверолов. — Барут чуть улыбнулся.

Стёпка вдруг принюхался и повернул голову к печи, где на сковороде стояло моё жаркое из рябчика.

— Максим, а что это так вкусно пахнет? — спросил он, и в голосе явно прозвучали голодные нотки.

Я проследил за его взглядом и усмехнулся:

— Рябчик с картошкой, сегодня готовил.

— Блин, круто! — протянул Стёпа, сглатывая слюну.

Барут покосился на сковороду, но вида не подал.

— Сейчас наложу, — предложил я, вставая.

— Спасибо! — оживился Стёпа, а потом спохватился и добавил неуверенно: — То есть, если не жалко, конечно…

— Дурак что ли? Барут, ты как? Жаркое будешь? — обратился я к парню.

Тот покачал головой:

— Спасибо, я недавно поел. Мать заставила похлебать бульона перед выходом. Ганус говорит, после отравления нужно осторожнее с едой.

Я кивнул, потом взял деревянную тарелку и щедро наложил Стёпе остывшее жаркое. Кусочки рябчика, золотистые от обжарки, перемешанные с рассыпчатой картошкой, пропитанной мясным соком.

— На, ешь, — поставил тарелку перед Стёпой. — Приятного аппетита.

Он схватил ложку и тут же принялся за еду. По его лицу было видно, что плевать ему холодное там жаркое или тёплое — ел жадно, но аккуратно.

— Ох, Макс, это же объедение! — воскликнул он с набитым ртом. — Как ты его готовил? Мясо прямо м-м-м-м, вкуснотища!

Я усмехнулся, садясь обратно:

— Секрет не скажу, всё равно не запомнишь. Если что покажу при случае.

Стёпа продолжал уплетать жаркое, время от времени довольно вздыхая — будто даже не слышал мой ответ.

— А мясо где взял? — поинтересовался он, вытирая рот рукавом.

— Силки поставил у ручья, — объяснил я. — Рябчика словил.

Барут удивлённо поднял бровь:

— Ты сам силки делаешь? А не покупаешь готовые?

— Зачем покупать то, что можешь сделать? — пожал я плечами. — Прутья, верёвка — и готово.

— Вот это да, — покачал головой Барут. — В городе мне рассказывали, что настоящие Звероловы должны всё уметь делать своей силой, а ты как-то странно всё это...

— Так это неразумно, — не согласился я. — В лесу никто тебе ловушку не принесёт, если сломается. Материалы под рукой всегда есть, лес на то и лес.

Стёпа доел последний кусочек и удовлетворённо откинулся на табурете:

— Спасибо! Такого вкусного мяса давно не ел. Слушай, Барут, а что за город-то? Расскажешь? Мы же тоже не общались. В столице был?

— Не-а, — улыбнулся Барут. — В «Драконьем Камне».

Я навострил уши. Информация о большом мире была мне крайне нужна — память Макса всё ещё была размыта.

— Расскажи, — кивнул. — Интересно послушать.

Барут откинулся на спинку табурета.

— Про что рассказать-то?

— Ну про обучение Мастеров расскажи! — выпалил Стёпа. — Про что ещё-то!

— Так себе обучение, раз меня моя же кошка подрала, ха-ха, — рассмеялся Барут. — Там показывают, как правильно кормить, как ухаживать. Но, если честно, я больше другим увлекался.

— И чем же? — спросил я.

— Там специально проводят дуэли питомцев. Ставки огромные… многие разоряются на таких играх, а у меня глаз намётан, так что заработал.

— И всё? — я вскинул брови в недоумении. — Этим ты занимался целый год?

Вот же азартный парень.

— Нет конечно! — оживился Барут. — Там чего только нет, я же впервые в городе был! Есть аукционы, где торгуют редкими зверями. Есть обычные лавки для простых питомцев. Всё это изучал, интересно было. Честно сказать, мне будто просто питомцами торговать сподручнее, что ли. Нравится это дело!

— Кстати да, ты же сказал, что кошку продал торговец, а не Зверолов. Это как? — поинтересовался я.

— Ну а что мне мешает купить прирученного питомца, например, у Ефима, а потом продать втридорога какому-нибудь Мастеру? Торговля зверьми очень даже развита. Конечно, перекупщики тоже Мастера, иначе никак. Чёрт, может и вправду подумать об этом...

Он увлечённо рассказывал о своих планах торговли ещё минут десять, и я внимательно слушал. Много полезного, хотя большую часть я уже понял интуитивно.

— О! О! О! — Стёпка чуть ли не подпрыгивал на стуле. — Слушай, Барут, так может такую торговлю и сделаем? Макс будет зверей ловить, а мы продавать.

— Ага, классная идея, — я расхохотался и подумал о том, что наконец-то могу перевести разговор в нужное мне русло. — Обувать меня будете, да? И вообще, я ведь не ловлю питомцев.

— Почему? — вскинул брови Барут.

Что ж, раз пришёл помочь, помогай.

— А скажи мне, ты ведь недавно из Драконьего Камня вернулся, правильно же?

— Ну да, — кивнул он, удивляясь резкой смене темы.

— Значит, все новости королевства знаешь? Все указы и распоряжения?

— Ну, наверное... — Барут нахмурился, не понимая, к чему я веду. — А что случилось?

Я откинулся на спинку табурета, внимательно глядя ему в глаза. Что ж, пора делать ход.

— Ты спросил меня, почему не ловлю питомцев. Так вот, потому что Ефим запрещает. Королевским указом о запрете ловли питомцев для юных Звероловов. Мол, разрешение короля нужно, а неопытным нельзя. Мол гибнут часто.

Я взглянул на Стёпку — сидит и моргает, делает вид, будто не в курсе, что я уже ходил на охоту. Всё правильно, я же просил сохранить секрет. Он, кстати, даже не знает, поймал ли я кого.

Барут моргнул раз, другой, потом покачал головой:

— Какой указ? Макс, я что-то не понимаю.

— Да вот такой, — настаивал я, — я же всё объяснил. Староста Ефим постоянно на него ссылается.

Лицо Барута исказилось недоумением. Он посмотрел на Стёпу, потом обратно на меня:

— Макс, ты о чём? Какое к чёрту разрешение? Я только из «Драконьего Камня», там этих Звероловов достаточно, там же гильдии! И никто даже не заикался ни о каких ограничениях!

Стёпа подался вперёд:

— Как это никто? А староста говорил Максу…

— А что говорил староста? — резко спросил Барут, и в его голосе появилась сталь. — Что королевская власть решила ограничить деятельность Звероловов? Бред собачий!

Он встал и прошёлся по комнате, явно взволнованный:

— Да королевство только и мечтает о большем количестве Звероловов! С каждой покупки питомца казна получает налог. Чем больше зверей ловят и продают, тем больше Мастера сыпят денег в королевскую сокровищницу. Чем сильнее и лучше звери у Мастеров, тем сильнее королевство! А турнир, а? Скоро же турнир будет между королевствами, думаете короне плевать на то, как она себя покажет? Нет, пацаны, фигня это какая-то!

Я так и думал. Даже не зная экономических реалий этого мира, чувствовал нутром — власти должны быть заинтересованы в развитии прибыльного ремесла, а не в его ограничении.

А ведь Виола и Григорий в курсе и подыгрывали Ефиму, вот это уже очень интересно. Но он скорее ввёл их в заблуждение, нежели озвучивал им истинные причины.

Я почти с первого дня догадывался о том, что этот запрет выдумка. Вот только пустословить и вскрывать свои подозрения смысла не было.

Но сейчас передо мной сидел сын влиятельной семьи из совета, который был обязан мне жизнью, и это всё меняло.

— Ты уверен? — спросил, хотя уже знал ответ.

— Абсолютно! — горячо воскликнул Барут. — Да на моих глазах какой-то деревенский парень, который тоже был на обучении в гильдии, спокойно ушёл в лес ловить питомцев! И никто не требовал у него никаких разрешений. А он вообще только обряд в своём городе прошёл!

Стёпа разинул рот:

— То есть староста врал? Макс, вот почему ты говорил, что это план старосты, когда тебя изгоняли?

— Стойте, — глаза Барута сузились. — Но зачем? Зачем Ефиму врать про несуществующие законы?

— А ты как думаешь? — серьёзно спросил я.

Барут задумался и нахмурился:

— Да мне-то откуда знать, мои родители с ним не в ладах. Тоже вечно подозревают в чём-то его. Может, чтобы самому продавать питомцев?

— Возможно, — кивнул я и замолчал.

На деле я чувствовал, что это не та причина, но самого главного добился — мне рассказали правду, о которой и так знал.

Стёпа ошарашенно покачал головой:

— Значит, всё это время он лапшу на уши вешал. Обалдеть. Слушай, Максим, а точно, он же про этот указ сказал, как только ты с постели встал!

— Было дело, — задумчиво протянул я.

Раньше было лишь слово больного хворью пацана против самого влиятельного человека деревни.

Сейчас в голове начал вырисовываться план, словно кусочки паззла наконец складывались в единую картину. Теперь, когда у меня есть достоверная информация и неплохая задумка, можно действовать.

Барут подтвердил — никаких королевских указов нет и в помине. Ефим просто прикрывался ими, как трусливая собака, которая лает из-за забора.

Я провёл рукой по лицу. Всё становилось ясно, как день. Сначала старик изолировал меня от деревни — запретил появляться на людях под предлогом заразной болезни. Заставил всех шарахаться от меня, как от чумного. Даже друг детства боялся лишний раз зайти. Потом подкупил лекаря, чтобы тот объявил меня скрытым носителем неизлечимой заразы. А следом — изгнание под вопли толпы, которая требовала избавиться от угрозы. Ведь скоро моё совершеннолетие.

Хитро, надо признать. Чуть топорно, но очень хитро.

Память подкинула недавнюю встречу у лавки Гануса. Тогда я не придал значения поведению Ефима. Сначала он переживал, а когда понял, что я огрызаюсь, тут же переключился на угрозы. Последнее предупреждение. Очень уж не ожидал, что я так быстро в деревне появлюсь — в тот же день.

А ведь всё логично складывается. Отец мой был сильнее старика, ну или успешнее... Вот Ефим и боялся, что сын пойдёт по стопам. Решил заранее убрать конкурента, пока тот не окреп. Возможно, ему даже нравилось поступать именно так. Эта вечная ехидная улыбка...

В груди разгоралось что-то горячее и злое. Не гнев — холодная ярость. Такая же, какая охватывала в тайге, когда видел капканы, поставленные браконьерами.

Дело за малым — сделать ход. Но не сразу, не сгоряча. Ефим опытный политик, годы интриг за плечами. Власть в деревне огромная, связи по всему королевству. Если атаковать в лоб, легко может вывернуться и повесить на меня всех собак. Нет, нужно действовать умно, терпеливо. Шаг за шагом.

Барут встал и подошёл к окну, глядя на опускающиеся сумерки. Потом резко повернулся ко мне, и в его глазах я увидел решимость.

— Макс, я пришёл сюда не только для того, чтобы рассказать про дуэль и поболтать, — сказал он твёрдо.

Стёпа заинтересованно подался вперёд, а я скрестил руки на груди, ожидая продолжения.

— Объясни, — коротко сказал я.

— Стёп, мы вдвоём поговорим? — вдруг попросил Барут. — Без обид.

Парнишка нахмурился, поджал губы, но молча кивнул и вышел из избы.

— Всё настолько серьёзно? — я вскинул брови.

Барут сел обратно за стол, но теперь его поза была деловой, сосредоточенной:

— Есть ещё одна причина, почему я всё откровенно рассказал, Макс. Моя семья уже давно в конфликте со старостой. И я рассказываю тебе это, потому что ты вряд ли ему друг, понимаешь? Ефим постоянно давит на родителей, навязывает свои решения.

— То есть как это?

— Он забирает себе власть, — выпалил Барут. — Вот есть у нас совет старейшин, который должен принимать решения. А фактически Ефим делает что хочет, а остальные только кивают, потому что привыкли жить хорошо. Потому что связи у него, сила Зверолова, деньги.

А ведь Ефим не просто завистливый старик — он коррумпированный тиран, который держит деревню в железных руках. Он имеет огромное влияние, вся деревня подчинялась ему. Как маленький царёк.

Вот и ещё одна разгадка. А я-то всё думал, ну и что случится, если он узнает, что я занимаюсь Звероловоством, если указа нет? А то и значит, что угрозы про барона не выдумка. Там, где на кону стоят большие деньги, жизнь одного человека ничего не стоит. Так работало в моём мире, так работает и в этом. Значит ли это, что Ефим может пойти на убийство? Мысли потекли в сторону отца парнишки…

Так, отвлёкся.

— А я здесь при чём? Что предлагаете?

— Так вот, — продолжил парень. — Наша семья готова помочь тебе, если будет нужно. С Ефимом.

— А что вы за это хотите? — прямо спросил я.

Барут усмехнулся:

— Честно? Отец говорит, что ему это принесёт огромное удовольствие…

— И подорвёт авторитет старосты? — я хмыкнул. — Договаривай уже.

— Может быть, — Барут пожал плечами. — Таким со мной отец не делился. Но я тебе говорю как есть.

Видимо, семья пацана действительно серьёзно настроена.

— Хорошо, — сказал я наконец. — Понял. Но мне нужно время, чтобы обдумать всё.

— Договор! — Барут кивнул и поднялся. — В общем, на нашу помощь можешь рассчитывать.

— Отлично, — улыбнулся я. — Очень даже отлично.

Когда мы с ним выходили из избы, я позвал Стёпу.

— Эй, — сказал, отводя его в сторону, подальше от Барута. — Минутку.

Барут понимающе кивнул и остановился у крыльца, с любопытством осматривая хозяйственные постройки.

— Слушай, — я понизил голос и с улыбкой спросил. — А ты Виолу не терял случайно тогда в лесу, а? Ты же обещал помочь, увести их подальше от ручья.

Стёпа виновато опустил голову.

— У-у-у-ух, Макс, извини… Хотел тебе рассказать, но не успел — тебя же сразу изгнали после проверки.

— Так что пошло не так?

Он вздохнул и посмотрел мне в глаза.

— А то, что Виола хитрая, как лиса, — горько усмехнулся Стёпа. — Минут через двадцать она заявила, что устала ходить по кругу, и отправила меня с Верой и охранниками за водой к дальнему роднику. Сказала, мол, сама немного поищет травы рядом, а потом нагонит нас.

Он развёл руками.

— Не мог же я отказать ей… А когда не дождались и вернулись, её уже не было. Ринулись искать, так она сама на нас вышла.

Значит, всё-таки Виола специально от всех отделилась.

— И что сказала?

— Ничего особенного, — Стёпа нахмурился. — Я про зверя никому не говорил, честно. Кстати, а ты поймал?

Видимо Стёпа в той ситуации мало что мог сделать. А про зверя пока говорить не буду, незачем подставлять мальца, меньше знает — крепче спит.

— Нет, не поймал. Ладно, не парься.

— Слушай, ну извини, не смог тебе помочь, — угрюмо пробормотал он.

— Да ладно тебе, — я хлопнул его по плечу. — Всё равно спасибо, что попытался.

Когда пацаны ушли, я долго сидел в избе, обдумывая произошедшее. Теперь нужно разработать план действий.

Но самое главное — я наконец-то получил подтверждение того, что имею полное право заниматься ловлей питомцев. Догадки догадками, но поддержка семьи Барута развязывала мне руки.

Совсем скоро мне будет восемнадцать. Ничего, Ефим, терпения у егеря в избытке. Ловушку поставлю, приманку разложу и подожду.

Глава 25

Утром я долго стоял на крыльце своей избы, вдыхая свежий воздух и наблюдая, как солнечные лучи пробиваются сквозь кроны деревьев, создавая причудливые узоры на траве поляны. Прошло чуть больше недели с тех пор, как я поселился в этом месте, и за это время всё кардинально изменилось.

Хозяйство преобразилось.

Я оглядел поляну с удовлетворением человека, который наконец-то обустроил себе достойное пристанище.

Повернувшись к избе, невольно улыбнулся. Ещё недавно внутри царил хаос — пыль лежала толстым слоем, паутина свисала с потолка, а воздух был застоявшимся и затхлым. Теперь же всё сияло чистотой.

Я методично выметал каждый угол, скоблил полы до блеска, мыл окна до прозрачности. Работа эта была знакомой — в тайге тоже приходилось содержать избушку в порядке, иначе быстро превратится в берлогу.

На полках теперь аккуратными рядами стояли глиняные горшки и банки с плотными крышками — всё то, что Ирма притащила на мои деньги.

Старуха оказалась хозяйкой что надо. Когда продала лунный пырей — сразу же запрягла пару деревенских парней и заставила их тащить сюда всё необходимое. За те деньги, что им предложила бабка, они согласились бы нести всё даже в ад, но мне всё же пришлось уйти в лес. «Заразный» ведь.

Ирма купила не только посуду. Хорошие ножи, топор с крепким топорищем, серпы для травы, мотки прочной верёвки, иглы и нитки, отрезы плотной ткани. И всё остальное по списку, даже про соль не забыла — целый мешочек крупной белой соли, без которой в хозяйстве никуда.

Ольга, получив свою долю денег, потратила куда я ей и сказал. Ещё и осталось!

Когда Стёпа пришёл с новостями, рассказал, что наш дом преображается на глазах. Крышу залатали, забор поставили новый, во дворе порядок навели. Даже огород она привела в нормальный вид. Но самое главное — позволила себе отдохнуть.

Я довольно усмехнулся, вспоминая это. Ещё парнишка поведал, что оба Зверолова деревни срочно уехали — их вызвали к барону в тот самый день, когда они были у меня. Так вот чего так спешили. И вернутся лишь через пару дней.

Зайдя в избу, осмотрел свои припасы. В тёмном углу, подальше от окон, сушились пучки трав — все аккуратно подвешены на верёвочках.

В подполе на крепких стеллажах хранились ягоды и грибы. «Серебряных губок» я насушил целую корзину — отличные грибы, и вкусные, и целебные. Земляника, разложенная на деревянных подносах, ещё светилась слабым внутренним светом. А звёздного шиповника набрал столько, что хватит Красавчику на недели вперёд. Разве что искровый мох мы так и не нашли, и я всё больше убеждался, что находится он в опасной зоне.

Особенной гордостью был мой ледник. Выкопать глубокую яму в твёрдой лесной почве оказалось делом непростым, но я справился, не зря каждый день занимался тренировками. Обложил стенки толстым слоем мха для изоляции, сверху накрыл корой и брёвнами. Получилось отличное прохладное хранилище для мяса и скоропортящихся продуктов.

А мяса у меня теперь хватало с избытком. Силки, расставленные у ручья, работали исправно. За неделю труда успел поймать достаточно птиц — рябчиков, куропаток, даже одну небольшую утку. Часть съедал сам, часть отправлял семье через Стёпу, который бывал у меня довольно часто. Правда Красавчик чужое общество не любил, да и показывать его никому не планировал.

Но не только быт я устраивал в эту неделю.

Тренировочный полигон привёл в полный порядок. Выбросил из клеток всё прогнившее сено, почистил решётки от ржавчины, поправил погнутые прутья. Старые кожаные ремни заменил на новые. Металлические кольца отчистил и смазал жиром, чтобы не скрипели.

Скудненько, конечно, много чего хотелось бы сделать, но теперь здесь хотя бы можно спокойно содержать и тренировать питомцев.

Питомцы…

За всю неделю кошка появилась лишь однажды, дня три назад. Пришла под вечер, когда я возвращался из леса с очередной охоты за травами.

Увидел её, лежащую у крыльца, и сердце ёкнуло. Раны на её боку полностью зажили — только тонкие розовые полоски напоминали о схватке с волками. Шерсть снова лоснилась здоровым блеском, а жёлтые глаза горели прежним огнём.

Я осторожно приблизился и присел рядом. Кошка подняла голову, изучающе посмотрела на меня, а потом вдруг подставила морду.

Погладил её мягкую шерсть, почувствовал, как под ладонью мурлычет мощная грудная клетка. А утром её уже не было. Ушла в лес по своим делам, оставив лишь примятую траву там, где спала.

Но это меня не расстроило. Наоборот, порадовало. Значит, связь между нами укрепляется. Она приходит, когда хочет, и уходит, когда нужно. Именно так и должны строиться отношения с таким существом — на основе взаимного уважения, а не принуждения.

Ещё немного, и я смогу её приручить.

Но основную часть времени я, конечно же, посвящал работе с Красавчиком.

За неделю интенсивных тренировок он научился безошибочно распознавать все виды полезных трав в безопасной зоне леса. Разве что с кровником белоцветным было сложнее — растёт он только в особо влажных местах, но и его Красавчик освоил.

Правда, прокачка шла медленнее, чем хотелось. Я считал, что мне хватит пары дней. Трав в безопасной зоне оказалось не так уж много, особенно магических видов. Но чем реже был вид, тем больше опыта.

Зато регулярное кормление звёздным шиповником, смешанным с мясом птицы, работало отлично. Каждый раз, когда готовил Красавчику такой корм, наблюдал знакомую магическую реакцию — золотистые искры, приятный аромат мёда с хвоей, яркое свечение шерсти зверька после еды. И стабильный опыт в мой актив.

За эту неделю я поднял четыре уровня и теперь был девятого с неплохим запасом опыта. Красавчик вырос до восьмого, и я уже начал всерьёз подумывать о том, чтобы вложить накопившиеся очки в его характеристики. Чересчур уж их уже много.

Но я специально сохранял их, по трём причинам.

Во-первых, до заветного десятого уровня и разблокировки «Экспериментальной эволюции» оставалось уже не так много. Кто знает, какая информация мне откроется, и что за условия нужно будет выполнить?

Во-вторых, на данный момент я изучал лишь безопасную зону леса, ту, где Красавчик был в относительной безопасности.

Ну и последняя. Я всё ещё рассчитывал приручить кошку, и она явно боевой питомец. А учитывая своё положение, очки лучше придержать, вдруг придётся улучшать характеристики именно ей.

Я сжал кулаки, чувствуя, как под кожей запястий пульсируют красные татуировки. Они горели ярче с каждым днём, словно впитывая мою растущую силу.

Спустился с крыльца, призвал горностая из леса и мысленно вызвал статус.

Статус.

Уровень: 9.

Опыт: 122/233.

Свободных очков: 16.

Навык: «Обнаружение» — поиск полезных ресурсов в радиусе 15 метров.

Особенность: Экспериментальная эволюция. (Заблокировано, достигните Уровня 10).

Питомец: Горностай мерцающий.

Уровень: 8.

Опыт: 115/144

Эволюционный индекс: G.

Характеристики питомца:

Сила: 2

Ловкость: 8

Поток: 8

Свободных характеристик питомца для распределения: 10.

Мой опыт. Вот что сейчас было главным приоритетом.

Проблема в том, что, скорее всего, именно за поимку и приручение магических питомцев дают больше всего опыта. Логично — это основная деятельность Зверолова.

Никаких королевских указов, запрещающих звероловство, не существует. А значит, я имею полное право заниматься ловлей питомцев и их продажей.

Вопрос только — каких именно ловить?

Память Макса в этом плане была отрывочной и ненадёжной. Парнишка больше мечтал о Звероловстве, чем изучал его всерьёз. Знал названия некоторых зверей, слышал обрывки разговоров взрослых, но детального понимания того, где кто водится и как себя ведёт, у него не было.

В безопасной зоне магических питомцев было кот наплакал. За всё время я встретил только пару белок с искрящимися хвостами, да и те удрали, едва почуяв мои татуировки. Звери интуитивно чувствовали Зверолова и старались держаться подальше.

Лишь вчера, к вечеру, я наконец-то наткнулся на что-то стоящее. Следы чего-то явно магического.

Отпечатки лап были размером с мою ладонь, с отчётливыми следами когтей. Но самое интересное — вокруг следов трава была примята каким-то необычным способом. Словно по ней прошлась невидимая волна, оставляя за собой странный узор.

Я попытался проследить направление движения, но следы обрывались у старого поваленного дуба.