Особняком. Книга вторая

Немного пробежавшись, Ритка снова перешла на шаг. Нервное напряжение, вызванное негативными эмоциями, стихло, и мозг, пребывая в некой стабильной устойчивости, отказывался нагружать тело. Хотелось просто шагать в такт музыке и подпевать незатейливому мотивчику.

«Не знаю, стоило ли притворяться немой?» – размышляла про себя Ритка Бабушкина. «Наверное, стоило. Тогда я действительно не хотела ни с кем говорить, вот не хотела, и всё. Да и сейчас не особо хочу. Может, оно и к лучшему? Может, молчание и вправду – золото?»

Девушка снова побежала, но через пару минут вернулась к ходьбе, напрягаться совсем не хотелось, и она стала рассматривать посетителей тренажёрного зала. Если раньше, уткнувшись в экран беговой дорожки, Ритка просто бежала, не поднимая глаз, то сегодня она смотрела поверх тренажёра.

В зале, кроме неё, пыхтели ещё пятеро. Самый крупный из всех, цепляясь ногами за фиксаторы, яростно качал пресс, совершая резкие подъёмы тела на наклонной скамье. Парочка парней более аккуратного телосложения, не обращая ни на кого внимания, цепляли блины на штангу для прокачки грудных мышц. И лишь двое тощих, прыщавых подростков, складывая гантели в пазы вертикальной подставки, украдкой, с нескрываемым восхищением, поглядывали на неё. Одного из них, в красных трусах, Ритка уже видела здесь не раз, а вот худоногого в серых коротеньких шортах и в узеньких серебристых очках на курносом носу – впервые. Скорее всего, юноша в красных трусах притащил товарища в тренажёрку, чтобы показать ему Риту в обтягивающем спортивном костюме, с крепкой девичьей попкой и красивой упругой грудью. Девушка невольно улыбнулась, поймав взгляд очкарика, который, вспыхнув пунцовыми щеками, уронил десятикилограммовый металлический диск на пол, который собирался передать своему нерасторопному приятелю. Оглушающий грохот разнёсся по залу, словно раскат грома, но люди, привыкшие к лязгу железа, даже не повернули головы в их сторону.

Наконец, один из двух атлетичных парней, перестав колдовать над весом штанги, улёгся на скамейку и, сдёрнув её со стойки, стал поднимать и опускать, напрягая мышцы груди. Второй атлет встал рядом, готовый в любой момент подхватить падающую тяжесть. Ритке казалось, что они специально напрягают тело, играют мышцами перед ней, не делая упражнение должным образом. Этот фарс продолжался до тех пор, пока штанга, при передаче из рук в руки, едва не рухнула на лежащего на скамье, и показуха прекратилась.

Рита попыталась побежать снова, но раздумала. Похоже, вчерашние пилюли были виной всему. «Сколько ни упрашивай, сил для рывка нет. Проклятые таблетки сковали тело цепями», – объясняла Рита своё нежелание бежать быстрее.

Девушка в очередной раз подняла глаза выше тренажёра, теперь она вглядывалась в лица посетителей. Ни один из пятерых, тягавших железо, не зацепил её, даже этот мускулистый увалень. «У Гришки тоже торс будь здоров, пусть и скромнее, но мозг у него точно мускулистый. Он умный. Если бы не…» – Ритка одёрнула себя, боясь допустить мысль о нём как о мужчине, а не как о друге. «Друг… Да, так легче, честнее». Но в глубине души Ритка симпатизировала Грише. Она ловила себя на том, что тонет в его юморе, бархате голоса, живых, чёрных глазах. Если бы только он мог ходить… Но разве он виноват в своей беде? Разве он не такой же, как она, как этот качок, напротив? Разве он не чувствует, не понимает, не любит? Теперь она такая же, как он… Она немая. Не как все. Ей захотелось прокричать на весь зал: «Я могу говорить! Я такая же, как вы!». Но вместо этого Рита лишь прибавила ходу, заставляя себя дышать глубже. «Сперва – дело. Остаётся один цветок, а основное напряжение уже снято, но остановиться сейчас – это заглушить месть на время, загнать глубже до очередной вспышки ярости. Нет, нужно довести начатое до конца, до логического и окончательного».

При этих мыслях в голове Риты всплыл образ мамы: её смех, её добрые глаза, ласковые руки, дети, обнимающие её… Снова Гришка, которому не успели помочь… Девушку охватила такая печаль, такое отчаяние, что, нажав на рычаг скорости, она понеслась, едва касаясь дорожки, а волна энергии, рождённая в ступнях, хлынула по позвоночнику вверх, к самой голове. Рита замерла в предвкушении энергетического взрыва, вспышки и ощущения невесомости… Как увидела, что очкастый парень в серых шортах, расположившись на скамье, потянулся за штангой, собираясь подкачать свою впалую и хилую грудь. Тощий друг в красных трусах встал рядом с ним, готовый, видимо, страховать его от случайного падения спортивного снаряда. Ритка видела, как они до этого долго мудрили с весом, нанизывая металлические блины на гриф. Юноша в серых шортах сдёрнул штангу с фиксаторов, руки его затряслись, согнулись в локтях под непосильной тяжестью. Парень в красных трусах бросился на помощь, схватился за гриф, пытаясь впихнуть его обратно в пазы стойки, но лишь застыл, вцепившись в холодный металл побелевшими пальцами. Лицо его вытянулось, побагровело от натуги.

Ритка в секунду сорвалась с дорожки, подлетела к ним, успев лишь подставить согнутую ногу, принимая удар на себя, перед тем как штанга выскользнула из окоченевших пальцев. Один край обрушился на её колено, а второй, пролетев в опасной близости от головы в сверкающих очках, с грохотом рухнул на пол. Штанга, словно огромная чугунная гиря, покатилась по колену, и Ритка, схватившись за гриф руками, отчаянно пыталась остановить её. «Уйди с лавки!» – прокричала она, прежде чем металлические диски врезались ей в живот, сбивая с ног. Тело её обмякло, рухнуло на скамью, с которой едва успел сползти очкарик, и боль, словно разряд тока, пронзила позвоночник от копчика до затылка. На мгновение у неё перехватило дыхание. «Всё, спине конец», – пронеслось в голове.

Штангу быстро сняли с её груди, бережно переложили Риту на пол. Она с недоумением смотрела на пять склонившихся над ней встревоженных мужских лиц.

– Вызывайте скорую. Чего ждёте? – заверещал парень в серебристых очках.

Остальные молча посмотрели на него, потом снова на Риту. Девушка не знала, нужна ли ей скорая или нет, она лежала, боясь пошевелиться – вдруг ноги отказали?

– Да вы чего застыли, время-то идёт! А если перелом позвоночника? – не унимался очкарик. – Вы же видели, как она грохнулась!

Ритка, преодолевая ужас, осторожно согнула ногу, принявшую на себя удар, и, собравшись с духом, приставила к ней вторую. Пять склонившихся над ней лиц с шумом выдохнули воздух из лёгких.

– Больно двигать ногами? – с тревогой спросил качок в майке.

– Нет. Кажется, я цела, – прошептала Рита. – Скорую не надо. Говорить громко не могу, операция на связках. Поднимите меня, пожалуйста.

Ритку подняли, усадили. Она осторожно повела плечами влево, затем вправо – всё функционировало.

– Спасибо, я в порядке, – едва слышно произнесла Ритка и направилась, покачиваясь, в раздевалку. Её догнал парень в очках, сунул в руки телефон, наушники.

– Спасибо вам, Рита! Если бы не вы, я остался бы калекой на всю жизнь! Я буду помнить о вас и молиться за ваше здоровье… каждый день!

Ритка лишь кивнула, обняла парня и легонько коснулась его щеки губами.

– Обещай мне беречь себя, – прошептала она.

– Обещаю, – так же тихо ответил он.

В раздевалке Рита тяжело опустилась на скамейку, вытянув дрожащие ноги. Спина болела ужасно. Не переодеваясь, Ритка натянула свитер прямо на спортивную форму. «Сгоняю к бабушке, она врач – пусть спину посмотрит, – решила она. – И ничего, что зубной, отклонения от нормы наверняка заметны невооружённым взглядом любому доктору. Может, и мазь какая спасительная найдётся…». Цепляясь за дверцу шкафчика, Рита поднялась. «Как сейчас поведу машину? Может, лучше такси вызвать?» Выйдя на улицу, у дверей тренажёрного зала она снова столкнулась со своими прыщавыми фанатами. Юноши так же оставались до нелепости худыми, даже накинутые куртки и надетые джинсы не прибавляли им объёма.

– Рита, мы бы хотели вас проводить… Вещи донести, если можно, – выпалил парень в очках, стараясь выговорить все слова разом.

– Ребята, я на машине, – произнесла Ритка. Она твёрдо решила, что в эту тренажёрку больше ни ногой – её авантюра с ролью немой спортсменки с треском провалилась, а оправдываться и объяснять что-либо совсем не хотелось.

– Ну, если у кого есть права, то я бы с удовольствием поехала на пассажирском сиденье.

– У меня есть! – выкрикнул очкарик. – Только дома, но я могу сбегать.

Ритка ещё раз посмотрела на излишне худощавого подростка. Второй раз испытать судьбу вблизи этого везунчика ей не больно хотелось.

– Нет, спасибо, я сама… Мне тут недалеко, – ответила она и закинула сумку на заднее сиденье машины.

– Спасибо вам ещё раз, Рита. Если бы мне проломило голову, шею или сломало руку… Мама бы не пережила. Я у них поздний, единственный ребёнок. «Отрада» – так мама меня зовёт. Спасибо вам ещё раз! А как ваша фамилия, Рита? Хочу запомнить её.

– Бабушкина. Маргарита Бабушкина. А тебя как? – девушка перешла на ты, потому что была явно старше. – Ведь ты в тренажёрном зале оказался случайно?

– Я Илья Ведерников, а это Петька, мой одноклассник – это он меня сюда затащил. Я, вообще-то, музыкант, скрипач. На днях в Москву еду на конкурс, вот и решил немного тело и руки подкачать.

– Илья, руки скрипача должны быть гибкие, подвижные, мышцы эластичные, а не две накачанные гантели. Брось ты этот спорт и займись музыкой, на пенсии гантельки потягаешь. Я вот программист и не собираюсь гробить свою молодость на монотонные рывки и приседания. Больше в зал ни ногой, у меня есть дела и поважнее.

– Я тоже, – улыбаясь, ответил парень. – Сегодня первый раз пришёл и понял – не моё это, совсем не моё.

– Ну, бывай, Илья. На твой первый сольный концерт жду персональное приглашение, – девушка протянула руку для пожатия.

– Хорошо, Рита Бабушкина, я обязательно вам позвоню! Я вам так благодарен! – парень сжал её ладонь своими костлявыми пальцами.

– Обещай мне просто беречь себя.

– Обещаю.

Рита высвободила руку и аккуратно села за руль. Тело ныло так сильно, что Ритке стало казаться, что позвоночник, определённо, треснул в нескольких местах. Но девушка завела машину и поехала, чтобы фанаты, толпящиеся за окном, отправились, наконец, домой.

Бабушка, увидев синяки и ссадины на теле Ритки, ахнула, ощупала её, повертела руки и ноги в разных направлениях, после чего уложила на диван и намазала тело несколькими мазями, чтобы царапины зажили, а гематомы рассосались. Надев на Риту корсет, который когда-то спасал её саму во время мучительных прострелов в спине, она расстелила диван в гостиной и оставила внучку ночевать у себя. Девушка и не возражала, спина болела не по-детски. Выпив обезболивающее, Ритка блаженно растянулась на свежезастеленной постели. «Как же всё-таки хорошо, когда рядом есть люди, которые позаботятся о тебе, обогреют, накормят, вылечат». Ритка снова вспомнила маму, в свои девятнадцать ей ещё так хотелось быть ребёнком. Пусть взрослым, стремящимся к самостоятельности, но ребёнком. Рита ещё немного поворочалась, нашла положение, в котором боль казалась терпимее, закрыла глаза и провалилась в сон.

Гришка, засыпая, улыбался. Завтра он увидит Риту, её огромные серые глаза под длинными пушистыми ресницами, её смешные, взлетающие от удивления вверх брови, услышит заразительный смех и мелодичный низкий голос – она такая живая, такая настоящая. И теперь, когда ей плохо и одиноко, Гришке как никогда хотелось защитить её, укутать заботой, сделать счастливой, вот если бы только он мог ходить… Но эти неподвижные деревянные ноги рушили любые его планы, глубоко хороня мечты.

В эту ночь Рита спала плохо. Она ворочалась с боку на бок и, измотав себя вконец, под утро, удобно устроившись, всё же уснула. Проснулась она к обеду, быстро позавтракав, щедро намазала те же места теми же мазями, что и вечером, и отправилась домой. Бедный Мотя, почти двое суток пребывавший в гордом одиночестве, как только дверь открылась, от радости чуть не запрыгнул девушке на руки прямо с пола. Встав на задние лапы, он передними, опираясь на Риткины ноги, умоляюще просился на руки. Она бы и рада наклониться и поднять кота, но спина, скованная корсетом, не давала согнуться крюком. Сбросив кроссовки, девушка прошла в комнату, осторожно опустилась на диван и вытянула ноги, кот тут же прыгнул ей на колени. Мотя был на седьмом небе от счастья, он до беспамятства любил Ритку. После пятиминутного поглаживания и лобызания Мотя затих на коленях у девушки, не желая её отпускать.

Рита легонько откинулась на спинку дивана и попыталась расслабить спину, получилось не очень, боль прокатилась по всему телу, но это была знакомая боль, уже привычная.

«Сегодня обещала к Грише зайти, может, отказаться? Хотя одной-то дома тоже чего сидеть. Схожу ненадолго, чаю попью с пирожными и домой, сразу спать. Подготовка ко сну у меня теперь долгая, основательная, а завтра, глядишь, спине и получше станет».

Девушка села за компьютер. Мотя, недовольный тем, что его сбросили с колен, устроился рядом. Запустив программу, Рита вбила в поисковую строку точные данные — Гиляров Макар Константинович. В памяти остались обрывки недавнего разговора: молодая жена, дочь и то, что мать осталась жить с бывшей женой. Facebook выдал лишь скупые, обрывочные сведения о Магике: соболезнования по поводу смерти матери, слова поддержки после развода и раздела ипотечной квартиры, замужество бывшей жены, рождение внучки. Интернет — великая вещь, из него можно выудить множество фактов о чужой жизни, не тревожа её обладателя. Особенно если человек — фигура публичная и постоянно находится на виду.

А когда многофункциональные программы войдут в полную силу, то на каждого смертного заведут электронное досье: работа, увлечения, друзья, тайные пороки, заветные слабости. Эта цифровая летопись станет обрастать подробностями, словно живая плоть, пока сама смерть не оборвёт тонкую нить — ведь интернет помнит всё. И, быть может, однажды, устав от суеты, от компьютерной мишуры, от фальшивой откровенности социальных сетей, люди снова потянутся к настоящему: к шёпоту кулис, к шороху книжных страниц, чтобы чувствовать, думать, мечтать и смотреть на звёзды. А пока — на весь компьютерный век Ритки хватит человеческой жажды игр, сплетен и самолюбования. Девушка закрыла крышку ноутбука и стала собираться в гости.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Компьютерная программа.

2

Программист среднего уровня.

3

Джуниор – программист начального уровня.

4

Подвижные, не статичный объект в компьютерной игре.

5

Компонент игры, отвечающий за взаимодействие игры и игрока.

6

Деньги, молодёжный сленг.

7

Строгий запрет на что-либо.

8

Склонность к повторяющимся, стереотипным поведенческим актам.

9

Винчестер, жесткий диск

10

Windows, операционная система.

11

Украсть.

12

Ссылка.

13

Твёрдая полимерная упаковка для таблеток.

14

Электронная почта.

15

Компьютер.

16

Удалить.