Тени и Отражения

Анжелика Меркулова

Тени и Отражения

Глава 1. Условия сделки

Сирена взвыла над торговым залом — резкая, пульсирующая. Система безопасности «Стефано Гранд», зафиксировав боевую трансформацию дракона на территории магазина, отреагировала согласно протоколу. Стеклянные витрины отозвались мелкой дрожью, ценники на полках задребезжали, забились в такт вою. А потом мир залило красным. Аварийные маячки вспыхнули по периметру, и ряды стеллажей проступили из полумрака — резкие, обнаженные, как внутренности под хирургической лампой. Входные двери лязгнули блокировкой автоматических замков.

Ларил'сан стоял в проходе между кондитерским отделом и кассами. Поступив на руках и плечах, каждая чешуйка горела изумрудным огнём — не отражала внешний свет, а именно пылала собственным магическим сиянием. Пальцы удлинились, превратившись в когтистые лапы, и когда он чуть шевельнул кистью, с кончиков когтей сорвались и погасли во влажном воздухе крошечные искры. Рожки на лбу заострились. Зрачки сузились в вертикальные щели. Вокруг него воздух плавился — стеллаж за его спиной подрагивал, теряя четкость очертаний, словно отражение в потревоженной воде.

Сальвия отшатнулась. Её хвост заметался — хлестнул по воздуху, ударил по стеллажу, обернулся вокруг собственного бедра, как раненый зверь, который мечется, не понимая, куда бежать. Она бросила один-единственный взгляд на принца. Увидела когти. И как плавился воздух вокруг. Всё животное, дикое, что недавно тянуло её к альфе, отхлынуло разом, смытое волной чего-то намного более древнего и властного, чем влечение. Пантера развернулась — бесшумно, как умеют только кошачьи — исчезла за дверью подсобки.

Алиса осталась одна.

Она стояла в центре зала, всё ещё ощущая на губах чужое, горячее прикосновение. Смотрела на дракона, и взгляд её был пуст — не испуганный, не дерзкий, а именно пустой. Словно она смотрела не на него, а на расплавленный воздух вокруг. Сердце колотилось — размеренно, зло, как метроном, отсчитывающий секунды до взрыва. Внутри что-то шевельнулось, потянулось к чужой ярости, как тянется к теплу замерзший. Так Хаос внутри отозвался на угрозу, но она заставила его замереть. Не сейчас. Не здесь.

— Доброе утро, Ваше Высочество. — Её голос прозвучал так, будто они встретились в очереди за свежей выпечкой. Ровный, прохладный, почти ленивый.

Ларил'сан на секунду замер — его когти скрежетнули по пластику прилавка, оставляя глубокие борозды.

Дракон сделал шаг вперёд. Воздух между ними сгустился — не метафорически, а почти физически, так что у Лиры заложило уши и захотелось сглотнуть. Пол под ногами дрогнул. Но сама девушка даже не покачнулась.

— Доброе утро? — его голос прозвучал как скрежет камней где-то глубоко под землёй. — Ты... смеешь говорить мне это?! После того, что я увидел?

— А что вы увидели? — она склонила голову, изображая недоумение одновременно с вежливым любопытством. — Что ваша подруга поцеловала меня? Поверьте, для меня это тоже стало неожиданностью.

— Не смей! — он рванулся вперёд, и мощная когтистая лапа с грохотом обрушилась на прилавок рядом с ней. Пластик раскололся — трещины зазмеились по столешнице, побежали по полу, и одна, самая тонкая, замерла у самого носка её туфли. Она не отступила.

— Кто ты такая? Что себе позволяешь?!

Алиса подняла на него глаза — медленно, очень медленно, словно вес его ауры всё-таки существовал для неё, просто она отказывалась его признавать. Их взгляды встретились. Его — пылающий, разгневанный. Её — спокойный, тёмный, глубокий, как вода в колодце, куда давно не заглядывали.

— Я для вас никто. Просто кассир. Беженка. И вовсе даже не претендую на вашу самку.

Он замер. Слово «самка» — произнесённое так буднично, так безразлично — повисло в воздухе между ними, и Ларил'сан отшатнулся, будто это оно ударило его, а не сам дракон крушил прилавки.

— Что ты сказала?!

— Я сказала, что не интересуюсь Сальвией и не разделяю ее чувства, — повторила Алиса, и уголок её губ дрогнул в подобии улыбки, но всё же на полтона холоднее. — Она ваша. Можете не беспокоиться. У меня нет намерений уводить у вас ни пантеру, ни кого-либо ещё. Я здесь по другой причине.

Ларил'сан выпрямился. Его когти втянулись, чешуя на лице побледнела, но глаза продолжали гореть.

— По какой? — его голос стал тише. Опаснее.

— Высокое плодородие… — начала было Лира. Но он не дал ей договорить.

— Что?! Неслыханная дерзость! Ты не станешь матерью зелёного дракона! Ни за что! — Его голос сорвался на рык. — Ни один детёныш моего рода…

— Да нет, вы не поняли, — Алиса едва не расхохоталась — на мгновение представила себя в окружении чешуйчатых спиногрызов, и это было до того нелепо, что смех подкатил к горлу. Но она сглотнула его. Сейчас не время. Необходимо было срочно успокоить заботливого принца, что на его драконьих отпрысков никто не покушается, даже гипотетических.

— Мне нужно применить тест к моему мужу. Проверить нашу совместимость. — Голос снова стал деловым, почти канцелярским. — Я не собираюсь вступать в ваш клан. И уж тем более — рожать вам детей. Мне нужна исходная схема вашей тест-системы. С возможностью настройки. Для личного использования.

Она помедлила.

— И ещё — гарантии, что наследники Империи Астерис останутся под защитой клана. В полной безопасности.

Принц молчал. Его зрачки — всё ещё вертикальные щели — скользили по её лицу, задерживаясь на скулах, переносице, линии подбородка, тщетно силясь разглядеть под маской Лиры что-то ещё. То, что их система сканирования упорно не читала. Чешуйки-сканеры всё ещё надеялись пробить защиту её ауры — но упирались в ту же пустоту, что и прежде. В то самое «ничего», которое сводило с ума всю его службу безопасности.

— Ты просишь технологию, которая является государственной тайной клана, — медленно произнёс он. — Секретная разработка. То, что не доверяют даже министрам.

— Я не прошу, а предлагаю сделку.

— Сделку? — он фыркнул, и из ноздрей вырвалась струйка изумрудного дыма. — Что может предложить мне кассир 734-Б?

Алиса улыбнулась. И в этой улыбке не было ничего от кассира.

— Во-первых, я уйду. Тихо. Без скандала. Без магических всплесков. Вы ведь хотите безопасно убрать аномалию из своего города?

Желваки заходили на его скулах.

— Во-вторых, я оставлю в покое Сальвию. — Она помедлила, давая ему вспомнить. — Это не я к ней тянулась. А она ко мне. И так будет продолжаться, пока я здесь. Хотите, чтобы ваша кошечка сходила с ума от необъяснимого влечения к чужестранке?

Он сжал кулаки. Пальцы хрустнули.

— В-третьих... — её голос стал тише, но твёрже, — Даю слово, что не предам огласке то, что узнала. О вашей системе. О тестах. О том, как клан Сан Стефано подбирает себе «совместимых самок».

Она позволила тишине загустеть.

— Межгалактическому Альянсу было бы интересно узнать, что драконы Природы скрывают универсальную технологию совместимости любых магических существ. Вы ведь поэтому её прячете? Из-за того, что она — универсальна.

Ларил'сан побледнел. Чешуя потускнела и начала втягиваться — не плавно, как при сознательном контроле, а рывками, словно отступала в панике. Одна чешуйка задержалась на виске дольше других, и он смахнул её резким, почти испуганным движением. Его изумрудные глаза смотрели на неё — и впервые за это утро она не увидела в них ярости.

— Кто такая? — прошипел он. — Точно не беженка. Кто ты на самом деле?

— Я просто хочу узнать, могут ли у нас с мужем быть дети, — устало ответила Алиса, осознавая что они вряд ли договорятся по-хорошему. — И уйду, как только получу ответ. Драконы не обижают наследников Империи. Вы даруете мне схему. Я исчезаю. Сальвия возвращается к вам. Дети под защитой клана. Все в выигрыше.

В зале повисла тишина, лишь сирена продолжала завывать где-то вдалеке — охрана ещё не прибыла, но была в пути. У них оставались минуты. Может, меньше.

Ларил'сан провёл ладонью по лицу. На пальцах осталась чешуйчатая пыльца — он стряхнул её, брезгливо, устало. Когда он снова посмотрел на Алису, перед ней стоял просто человек. Без когтей. Без чешуи. С тёмными кругами под глазами, которых она раньше не замечала.

— Схема, которую ты просишь, настроена на магию Природы. — Голос был глухой, словно из-за стены. — Она не сработает с твоим мужем, если он не владеет этой стихией.

— Это моя проблема.

— Она не сработает даже для тебя. Твоя аура... она заблокирована. Я сам не смог её прочитать до конца.

— С этим я тоже разберусь.

Он смотрел на неё. Долго. Очень долго. Потом сунул руку в складки одеяния — ткань, местами опалённая боевой трансформацией, ещё дымилась у ворота — и достал крошечный кристалл. Тот пульсировал зелёным, отдаваясь в пальцах, как сердцебиение.

— Здесь базовая схема. — Голос был сухим, как прошлогодние листья. — Без доступа к главному реактору ты не запустишь полный цикл тестирования. Но принцип работы поймёшь. Если ты действительно та, за кого себя выдаёшь.

Алиса взяла кристалл. Их пальцы на мгновение соприкоснулись — и он отдёрнул руку, будто обжёгся.

Она повертела полученный предмет в ладони. Холодный, идеально огранённый, с едва заметной пульсацией в сердцевине. Слишком ровной. Слишком ритмичной. «Маячок, — мелькнула внезапная мысль. — Это никакой не тест. Он подсунул мне радар. Чтобы отследить. Эта дрянь сейчас сканирует мою ауру».

Она подняла глаза на дракона. Ларил'сан не смотрел на неё. На дверь. На часы. В потолок. Куда угодно, лишь бы не встретиться взглядом.

«Считает секунды. Ждал, пока прибудет подкрепление?!»

Ответ разорвал тишину.

Сначала — звук. Высокий, на грани слышимости, будто кто-то провёл алмазом по стеклу небес. А потом мир над головой Алисы рухнул. Дождь из осколков — острых, сверкающих, каждый величиной с ладонь — обрушился в торговый зал. Стеллажи застонали и повалились. Хрусталь витрин брызнул во все стороны. Ценники, деликатесы, стекло — всё смешалось в одном звенящем, хрустящем потоке. Алиса инстинктивно пригнулась, закрыв голову руками, и на спину ей посыпалась стеклянная крошка.

Сквозь пролом в потолке и ещё не осевшую стеклянную пыль, в магазин ворвались вооруженные фигуры. Двенадцать. Тяжёлые доспехи мерцали рунной вязью — живой, переливающейся. В руках — ментальные излучатели, чьи стволы уже наливались ядовито-зелёным свечением. Ни крика. Ни предупреждения. Сходу открыли огонь.

Первый залп ударил в прилавок рядом с Алисой. Пластик испарился, не успев даже задымиться. Второй прошёл над головой, задев стену — штукатурка стекла вниз расплавленной каплей.

Девушка метнулась в сторону. Размышлять времени не было. Тело думало быстрее головы.

Третий залп накрыл бы её целиком.

Но пальцы уже сомкнулись на осколке зеркального стекла, что валялся у ног — отражение витрины, разбитой гвардейцами. Одна секунда. Всего лишь прикосновение. И она исчезла.

Кристалл-маячок звякнул о полированный пол и замер — ровно на том месте, где только что стояла девушка. В сердцевине его продолжала пульсировать зелёная искра — единственное, что осталось от Лиры в этом мире.