Полынь - трава горькая 2

– Несчастный случай? – Вера зашипела, подходя ближе. – А почему, интересно, он был без присмотра? Почему тебя не было рядом? Или ты просто стоял и смотрел, как он падает?

Стас побелел. Каждое слово Веры вонзалось в него, как ядовитая стрела. Он действительно не успел подстраховать мальчишку и теперь его собственная вина грызла его изнутри, а Вера ловко давила на эту рану.

– Я был рядом, – сказал он. – И дальше буду с ним.

– Не будешь! – Вера потрясла перед его лицом пальцем. – Ты вообще не имеешь к нему отношения! Я его тётка, опекунша! И запрещаю тебе приближаться к нему! Оставь ребёнка в покое, слышишь?

Николай шагнул к жене, пытаясь её успокоить:

– Вер, может, не надо так...

– Замолчи! – оборвала она его и снова повернулась к Стасу: – А тебя сейчас упекут в кутузку! Я уже вызвала полицию и заявила на тебя, потому что ты – угроза для моего племянника!

Она не шутила. Уже через пятнадцать минут двое рослых полицейских вошли в холл, и Вера, распушившись, как индюшка, бросилась к ним:

– Арестуйте его! Немедленно арестуйте! Он ударил ребёнка, а теперь прикидывается невиновным! Я требую, чтобы его забрали!

Старший наряда перевёл взгляд на Стаса:

– Ваши документы?

Стас разжал плотно сомкнутые губы:

– Это ложь. Я не бил ребёнка, у меня есть свидетели.

– Какие свидетели?

– Это я, – Татьяна, не обращая внимания на истеричную Веру, подошла к старшему наряда и принялась спокойно объяснять: – Извините ради бога, тут какая-то путаница. Меня зовут Гальперина Татьяна Владиславовна, я руководитель управления образования и социальной политики, и так получилось, что я тоже была в том зале игрового развлекательного центра, где всё произошло. Проверьте камеры видеонаблюдения: ребёнок упал сам. Мужчина, – она кивнула на Стаса, – пытался поймать его, но не успел. Никакого криминала. А эта особа, – она почти ласково улыбнулась Вере, – просто очень нервная. Видимо, забыла принять свои успокоительные.

Вера вскрикнула, как ошпаренная:

– Да как вы смеете! Что вообще происходит?!

Но Татьяна, не обращая на неё внимания, отвела старшего в сторону и коротко о чём-то проговорила с ним. Никто не заметил, как три пятитысячные бумажки ловко опустились в карман кителя полицейского. Он тут же козырнул, пробормотал что-то про «проверим информацию» и увёл наряд.

Вера замерла, глотая воздух.

– Что ты им сказала? – прошипела она, когда полицейские скрылись.

Татьяна сдвинула брови и заговорила достаточно громко, чтобы её услышали все: