Вехи. Книга вторая. Шаг в неизвестное

— Так что же делать?

— Что делать? Я не знаю… Сколько приходило светлых душ, сколько раз пытались вытащить человечество из тьмы заблуждений? Без счёта! Вспомните Кришну, Будду, Христа, наконец… Помните, как написано: и пошлют Боги Странника многомудрого, и распнут его, и по смерти его объявят богом и во имя его потекут реки крови7.

Я смотрю на мир и вижу, что целые века, тысячелетия идёт селекция, отбор. А цель проста — уничтожить в человеке всё человеческое, убрать ген здравомыслия, человеколюбия, доброты. Тем, кто у власти, нужно стадо, послушное, безропотное стадо. Им не нужны города, не нужно столько населения. Приди они окончательно к власти, и всё это исчезнет, останутся лишь они и обслуга, покорно трудящаяся на полях и ублажающая господина. Ни технологий, ни медицины, ни знаний — всё это для избранных. Искусственный интеллект, роботизированные линии и рабы. Но вспомним Рим. Его уроки дают надежду и нам. Жизнь невозможно удерживать в клетке вечно. Она просочится, вырвется наружу и, как в те далёкие времена, разовьётся и окрепнет в лесах. Придёт время и молот возмездия обрушится на голову тех, кто, упиваясь властью и бездельем, забыл о том, что технологии без человека ничто. Всё рухнет. И на развалинах старого мира, из пепла пожарищ появится новая надежда, и, может быть, тогда человечество пойдёт другим путём. А может вновь наступит на старые грабли. Кто знает…

— Юра, Юра. Начали мы за здравие, а кончили — за упокой. Не хочется думать о грядущем в таком ключе. Тебе бы, дорогой мой, фантастические, а не исторические повести писать. Чем не Беляев, а, Иван Александрович? Что скажешь?

— Я не знаю, что сказать.

— Вот видишь, Юрий Сергеевич, твой сегодняшний монолог немало смутил нашего молодого друга. А я всё же надеюсь и верю, что наш народ сможет пронести искру истинной веры и надежды в грядущие века. Предрассветная тьма, в конце концов, развеется, распадётся, и солнце доброты и счастья осветит многострадальную землю.

Глава 4.

Дом с мезонином

Рязань встретила ясной погодой. Я надеялся, что это хороший знак. Пока поезд шёл по городу, я смотрел в вагонное окно. Вроде ничего нового, город как город. Внешне он похож на сотни, тысячи других городов. Различия понимаешь потом, когда со временем ощутишь его индивидуальность, душу города. И опять же, если будешь жить в нем долго, устроишься на работу, обзаведёшься жильём, то всё твоё мироощущение, за редким исключением, скукожится до микрорайона, в котором ты живёшь, и дороги на работу и с работы. Ты врастёшь в его структуру, станешь неотъемлемой частью, кусочком мозаики в общей картине, из восхищённого зрителя превратишься в одного из прохожих, незаметного, не выделяющегося на общем фоне, со своими повседневными обывательскими заботами и хлопотами. Красота города померкнет для тебя, восхищение сменится заботами о хлебе насущном. Пожалуй, как гость, ты способен более трезво, адекватно оценить и его красоту, и индивидуальность. Сегодня ты здесь, а завтра там. За этот короткий миг ты сможешь рассмотреть только фасад, посетишь самые красивые исторические места и увезёшь с собой яркие впечатления о мимолётной сказке, к которой прикоснулся вскользь и не успел увязнуть, не лишился свободы и воли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Тюрьма (устар.).

2

Понятие (устар.).

3

Евангелие от Матфея глава 7, стих 6.

4

В 313 году в городе Медиолане (нынешний Милан, Италия) римский император Константин Великий огласил эдикт, которым он легализовал христианство.

5

Варшавский договор — это документ, который в 1955 году создал военно-политический союз европейских социалистических государств. На его основе появилась Организация Варшавского договора (ОВД)

6

Фраза «нет таких преступлений, на которые не пошёл бы капитал за 200 процентов прибыли» принадлежит Томасу Джозефу Даннингу — британскому деятелю профсоюзного движения и публицисту XIX века.

7

Славянские Веды.