За право быть королевой

Небо мгновенно потемнело. Со всех сторон на меня обрушились ветра: ледяной северный, знойный южный, влажный западный и сухой восточный. Они закружились вокруг меня в бешеном, ревущем хороводе.

Камень в моей ладони внезапно размягчился, расплавился, и обжигающе-горячие черные струи потекли по моим пальцам и предплечьям, впитываясь в плоть. Кожа с треском и шипением покрывалась непробиваемой обсидиановой чешуей. Кости ломались и перестраивались, мышцы рвались и сплетались заново. Боль была нестерпимой, парализующей, всепоглощающей. Тело неудержимо вытягивалось, росло, заполняя собой пространство.

Я терпел, сжав зубы до крошева, но в какой-то момент агония достигла пика, и я закричал. Мой человеческий крик захлебнулся и перешел в оглушительный рык, от вибраций которого содрогнулась каменная кладка замка.

Дракон пробудился.

Сознание полностью слилось с древней сущностью. Мир изменился. Зрение стало острым, запахи ударили в ноздри объемной, читаемой картой, а цвета обрели невероятную глубину. Я взмахнул гигантскими перепончатыми крыльями, и мощным рывком оторвался от башни, оставляя замок далеко внизу.

Я парил. Набирал в огромные легкие морозный воздух и ревел, извергая в небо столбы черного пламени. Подо мной расстилалось мое королевство. Крошечные люди в столице запрокидывали головы. Городская стража суетилась на стенах, вскидывая копья, а горожане в панике разбегались по домам, прячась от колоссальной тени, накрывшей улицы.

С немыслимой для человеческого тела скоростью я облетел столицу, пронесся над Заповедным лесом и сделал широкую петлю над границей с Горготом. Это было мое заявление. Мой рык – весть о том, что истинный король Арлингейда принял власть. Я упивался свободой, первозданной силищей и абсолютным, пьянящим могуществом. Эйфория захватила мой разум целиком.

Когда, вдоволь насладившись полетом, я вернулся и с тяжелым стуком приземлился на плоскую крышу башни, магические ветра снова скрутились вокруг меня тугим коконом, болезненно возвращая в человеческий облик. Я тяжело осел на камни, глотая воздух. На моих предплечьях, груди и спине навсегда остались черные, изломанные линии – шрамы от драконьего пламени, похожие на узоры застывших молний. В лунном свете они матово переливались. Печать была сломлена. Звериная сущность бурлила в моей крови, подчиняясь теперь лишь моему желанию.

Я поднял голову. Ко мне неспешно шел Эйрдан. В его раскрытой ладони мягко светился белый камень.

Я вскочил на ноги и в порыве чувств крепко схватил брата за плечи.

– Эйр! Мы сделали это! Теперь мы самые сильные во всем проклятом мире. Мы сможем отомстить за отца. Наш час наконец-то пришел!

– Наконец-то, брат, – эхом отозвался он. Голос его звучал ровно, но в глубине глаз плескалось то же древнее пламя.

Его зрачки на миг сузились в горизонтальные щели. Эйрдан глухо выкрикнул заклинание, и втянутый им белый камень пустил по его коже сияющие, морозные ручейки.

Я отступил на шаг, с восторгом наблюдая, как мой младший брат превращается в колоссального снежно-белого дракона. Ревущий вихрь трансформации, оглушительный рык – и Эйрдан, взмахнув искрящимися крыльями, свечой ушел в небо, растворившись в низких облаках.

Глядя ему вслед, я раскинул руки, позволяя ледяному ночному ветру остужать мое обнаженное, покрытое новой вязью рун тело. Энергия била ключом. С этого дня все будет по-другому. Арлингейд поднимется с колен.

За моей спиной послышались торопливые шаги. Слуги, пряча глаза, с поклонами подали мне плотный шелковый халат. Я едва успел запахнуть его, как на крышу величественно взошла королева-мать.

– Позволь первой поздравить тебя, мой король, – мягко улыбнулась Дейвия, грациозно склонив голову. – Наконец-то вы нашли девчонку с нужной кровью.

Я подошел и крепко сжал мать в объятиях.

– Теперь мы отомстим Горготу. За все.

– Да, сынок. – Она отстранилась и ласково обхватила мое лицо прохладными ладонями. Глаза ее торжествующе блестели. – Наш старый враг падет, и мы заберем их земли. Никто не смеет думать, что убийство законного короля-дракона останется безнаказанным. Вы с братом сильнее, умнее и хитрее, чем был ваш покойный отец. Мое время регентства подошло к концу. Я с огромным трудом удерживала границы королевства после смерти Селтика, не давая шакалам разорвать Арлингейд на части. Но теперь никто не посмеет даже посмотреть в нашу сторону.

– Клянусь тебе кровью, мама.

Уголки губ Дейвии чуть дрогнули в гордой улыбке. Она поправила воротник моего халата, отступила на шаг и привычным, оценивающим взглядом правительницы окинула мою фигуру.

– И сделай милость, больше не расхаживай в таком виде перед прислугой, Тарглан. Ты – будущий полновластный король. Соблюдай приличия. С твоим братом я поговорю позже.

Я коротко, послушно кивнул. Королева-мать, безупречно выполнив реверанс, развернулась и быстро удалилась, уводя за собой вереницу испуганно вздыхающих фрейлин и слуг.

Я остался ждать Эйрдана.

Когда громадный белый ящер с шумом приземлился на парапет и, окутанный паром, вернулся в человеческое обличье, я бросил брату припасенный слугами халат. На его светлой коже теперь контрастно выделялись такие же магические узоры-молнии, только жемчужно-белого цвета.

– Заходила мама, – усмехнулся я, наблюдая, как он одевается. – Велела нам прекратить бегать голышом по замку и пугать впечатлительных служанок.

– Меня не дождалась? – Эйрдан затянул пояс.

– Как видишь. Дела государственные. И, честно говоря, хорошо, что она ушла. Мне хотелось поговорить с тобой наедине.

– О чем? – Он поднял на меня спокойный взгляд.

– О твоем крайне странном поведении там, внизу, – прищурился я, внимательно следя за его реакцией. – Что-то я не понял твоего трепетного отношения к этой девчонке.

Эйрдан замер. Лишь на долю секунды, но от моего нового, обостренного зрения это не укрылось.

– Не выдумывай того, чего нет, Тар, – ровным тоном ответил он. – Да и неважно это. Мы получили свое, а она станет королевой.

– Вот именно. Значит, ты не против, если я заберу ее прямо сейчас в свои покои? – Я сделал шаг к нему, кривя губы в лукавой улыбке. – Мне она приглянулась. Миленькая, испуганная такая… Невинная, как она сама сказала. Обожаю быть первым. Знаешь, этот сладкий момент, когда ломаешь сопротивление и овладеваешь…

– Замолчи! – рявкнул Эйрдан так мощно, что каменная крошка посыпалась с зубцов башни.

Я осекся. Игривая улыбка медленно сползла с моего лица. Где-то в глубине души, под ребрами, заворочалось неприятное, холодное предчувствие. Я еще не до конца понимал природу этого чувства, но оно мне категорически не нравилось.

– Да ладно тебе, братишка! – Я вскинул руки в примирительном жесте, выдавив смешок. – Чего ты вспылил? Я же просто шучу.

Развернувшись, я нарочито вальяжной походкой направился к выходу с крыши, бросив через плечо:

– Мы же с тобой одной крови. Ты ведь не захочешь убить старшего брата ради какой-то случайной девки из нижнего города, верно?

За спиной послышались стремительные, тяжелые шаги. Стальная хватка сомкнулась на моем предплечье, с силой разворачивая меня назад.

– Тарглан! Какого демона? Ты куда собрался? – в глазах Эйрдана полыхала сдерживаемая ярость.

– Назад в Священный зал, куда же еще, – я невозмутимо стряхнул его руку. – Пойду знакомиться со своей будущей королевой в горизонтальном положении. Этот первый полет разжег во мне зверский аппетит. Плоть требует праздника.

– Девушку уже увели в гостевые покои! – процедил Эйрдан, тяжело дыша. – Твой праздник отменяется. Поразвлекаешься с кем-нибудь другим.

Я остановился и пристально посмотрел в лицо родному брату. Изучал каждую черточку. Я впервые видел его таким: потерявшим контроль, цепляющимся за слова. И наши недавние разговоры у камина о внезапной влюбленности… Разгадка со щелчком сложилась в голове. Это было очень, очень скверно.

– Эйрдан, послушай меня внимательно… – Мой голос стал обманчиво мягким, но в нем зазвенела сталь. – Она – избранная и моя будущая жена. Гарант моей короны. Я искренне надеюсь, что ты не питаешь к ней каких-то неуместных чувств. Ибо если это так, то у нас появится огромная проблема.

– Какие к демонам чувства, Тар?! – рыкнул Эйрдан. – Мы получили Печать, мы добились своего! Мы стали драконами! Оставь девчонку в покое, дай ей прийти в себя. Разве нет? Она будущая мать королевских наследников. С ней нужно обращаться бережно и с достоинством, а не тащить в постель, как падшую девицу, в первую же ночь!

– Каки-и-ие возвышенные ре-е-ечи! – Я издевательски похлопал в ладоши и шагнул к нему вплотную. В глазах потемнело от накатывающей злости. – Еще раз напомню тебе, мой благородный братец, правила игры. Избранная станет моей законной женой, чтобы я по праву сел на трон Арлингейда. И я буду спать с ней, чтобы она понесла моего наследника. И если она не забеременеет с первого раза, будет и второй, и третий, и десятый… А может, мне этот процесс вообще так понравится, что я не буду вылезать из ее спаль…

– Хватит! Заткнись немедленно! – взревел Эйрдан.

Его зрачки схлопнулись в вертикальные щели, радужка засияла золотом. Он потерял над собой контроль. Нечеловеческим движением Эйрдан схватил меня за грудки, впечатав позвоночником в шершавую каменную стену башни.

Но я ждал этого. Мой внутренний дракон уже скалил зубы. Коротким, безжалостным ударом ноги в живот я отбросил брата от себя, даже не удосужившись вынуть руки из карманов халата.

Эйрдан согнулся пополам, задыхаясь, но тут же вскинул голову и снова рванул на меня.

– Стоять! – рявкнул я с повелительными интонациями истинного короля.

Слова, подпитанные древней магией старшей крови, ударили его наотмашь. Эйрдан замер, тяжело, со свистом втягивая носом воздух. На его побледневшем лбу проступила испарина. Он моргнул, и драконье свечение медленно померкло в его глазах. Разум возвращался.

– Я не знаю, какая дурь творится в твоей голове, Эйр, но мне это не нравится. Очень не нравится, – чеканя каждое слово, произнес я. – Тем не менее мы не будем устраивать поножовщину прямо сейчас. Силы вернулись, и нас ждет большая война. Мы готовились к ней годами. И я не позволю планам рухнуть только потому, что ты пускаешь слюни на мою будущую жену!

– Она не…

– Мне плевать! – заорал я, прерывая его. Эхо моего голоса разнеслось над спящим городом. – Тебя сейчас штормит от переизбытка новой энергии. Я даю тебе время до утра. Приведи мозги в порядок. А завтра на рассвете мы выдвигаем армию на границу. Когда вернемся с победой и головой короля Горгота на пике, тогда и обсудим дела семейные. Но не сейчас!

Я резко отвернулся, чувствуя, как внутри все клокочет от разочарования и злости.

– Ты испортил мне весь триумф, Эйр, – бросил я напоследок. – Иди спать, а я пойду будить генералов.

Я стремительно зашагал вниз по темной лестнице. Сердце в груди было тяжелым, словно свинцовым. В кровь медленно, по капле вливался яд родственного предательства. Эйрдан перешел черту.

Избранная – моя и Арлингейд тоже мой. И я скорее сверну девчонке шею собственными руками, чем отдам ее брату. Отныне я ни на секунду не оставлю их наедине.

Глава 7

Эйрдан

Слияние со зверем прошло успешно, и первозданная сила бурлила в венах, обжигая изнутри. Казалось бы, радуйся – главная цель, к которой мы шли годами, наконец-то достигнута. Мы стали настоящими драконами. Но все непоправимо осложнилось из-за Тарглана. Брат психовал, намеренно доводил меня, сыпал грязными намеками. Он, как и я, прекрасно понял, что мои чувства к Айлин выходят за рамки. Да я и сам был бы счастлив не испытывать этих эмоций! Отдал бы многое, чтобы вернуть все, как раньше, когда мой разум был холоден, а сердце принадлежало только долгу. Но я ничего не мог с собой поделать. Она стала моим наваждением.

Утренний военный совет проходил шумно и легко. Тарглан был в своей стихии. План вторжения мы разрабатывали давно, и теперь брат буквально горел жаждой мести.

Соседнее королевство пора было поставить на место, особенно после подлого убийства нашего отца. Захватить их земли, покорить народ, присоединить к Арлингейду. Или, если окажут серьезное сопротивление, – сровнять столицу с землей. Теперь, когда мы вошли в полную силу и обрели истинные ипостаси, это стало лишь вопросом времени.

Я сидел за тяжелым дубовым столом, массируя виски, и на мгновение прикрыл глаза. В памяти тут же всплыли Четыре Ветра на вершине башни. Словно заново почувствовал, как они подхватывают меня, меняют, с хрустом ломают кости и выворачивают душу наизнанку. Теперь я сам был тем зверем, что всегда дремал глубоко внутри. До сих пор перед глазами стояло видение моего первого полета: как я, огромный белоснежный дракон, пронзаю низкие тучи и грозно реву на весь мир, упиваясь абсолютной властью.

Услышав свое имя, я вернулся в реальность. На другом конце стола Тарглан размашисто жестикулировал, яростно двигая фигуры по огромной карте Горгота. Шло бурное, агрессивное обсуждение вектора атаки.

Вникнуть в детали я смог лишь под конец разговора. Понял главное: подготовка к наступлению начнется немедленно. Как только мы соберем ополчение и скрытно перебросим основные силы к границе, в небо поднимутся драконы. Главнокомандующий полагал, что на переброску уйдет не больше пары дней. Мы все ставили на молниеносную войну: драконьим пламенем пробить приграничные бастионы и кратчайшим путем добраться до столицы. Уничтожение или захват в плен королевской семьи Горгота деморализует их армию и неизбежно приведет к капитуляции. Это как отрубить голову ядовитой змее.

Как только совет закончился и генералы разошлись выполнять приказы, я сразу направился в дворцовые купальни. Тело все еще саднило от фантомных болей после первой, самой тяжелой трансформации.

Я погрузился в горячую воду, прикрыв глаза. Через несколько минут хлопнула дверь, и в купальню вошел Тарглан. Я бросил на него напряженный взгляд и отвернулся, глядя на мозаичную стену. Брат скинул одежду на мраморный пол, постоял немного у бортика, словно раздумывая, но потом все-таки скользнул в воду с противоположной стороны бассейна.

Долгое время мы молчали, слушая лишь журчание воды.

– Мир? – первым нарушил тишину Тарглан, протягивая мне мокрую руку. В его голосе звучала обманчивая легкость.

Я нехотя повернулся и, перегнувшись через низкий разделительный бортик, ответил на рукопожатие. Его хватка была железной.

– Избранная принадлежит мне, Эйр, – жестко, глядя мне прямо в глаза, добавил он, не отпуская мою руку.

У меня свело челюсти. По моему собственному внезапно обострившемуся зрению, я понял, что мои зрачки вытянулись в тонкие вертикальные щели, выдавая внутреннюю ярость. Я не желал делить Айлин. Я вообще не желал отдавать ее ему! Но здравый смысл, долг перед короной и древние законы крови кричали об обратном. Сцепив зубы до скрежета, я глухо рыкнул и коротко кивнул.

Тарглан стряхнул напряжение, довольно, почти хищно улыбнулся и расслабленно откинулся на край купели. Инцидент был исчерпан.

Не желая больше находиться с ним в одном помещении, я резко встал, небрежно накинул халат и ушел в свои покои. Оставшиеся до рассвета часы я спал тяжело, ворочаясь с боку на бок, но, к счастью, без сновидений.

Ранним утром Тарглан ввалился ко мне в спальню, уже одетый. Он предложил размять крылья перед предстоящим маршем. Нам обоим не терпелось вновь посмотреть на королевство с высоты драконьего полета.

Мы поднялись на крышу Восточной башни. Спустя мгновение два огромных огнедышащих ящера – угольно-черный и снежно-белый – с ревом взмыли в утреннее небо. Мы пробили слой редких перьевых облаков и летели параллельным курсом. Столица внизу еще спала, а вот в окрестных деревнях уже кипела работа. Я видел, как пастухи на склонах задирают головы, указывая на нас пальцами, а потом, осознав, кто именно парит над ними, благоговейно падают на колени.

Забыв о вчерашней ссоре, я с упоением несся вперед, рассекая потоки воздуха и не уступая брату в скорости. Мы сделали огромный крюк до самого побережья Бескрайнего моря и, заложив вираж, повернули обратно к столице. Солнце уже полностью взошло, его яркие лучи отражались от моей белой чешуи и ослепляли, заставляя щуриться.

Мы с грохотом приземлились на ту же самую башню, где оставили свою одежду. Магические ветра вновь болезненно скрутили тело, и спустя мгновение я снова стоял на двух ногах, тяжело дыша. Немного покачиваясь от остаточного головокружения, я растерся жестким полотенцем и быстро натянул штаны.

Тарглан еще стоял на коленях у самого края парапета. Он судорожно хватал ртом воздух, уткнувшись мокрым лбом в холодный камень.

– Как ты? – Я подошел и протянул ему руку, помогая подняться.

– Это даже лучше, чем брать самую невинную деву! – вдруг безумно расхохотался Тар, запрокинув голову.

Глаза его лихорадочно блестели.

– Полет делает дракона свободным, тут не поспоришь, – сухо согласился я.

– Пойдем, нам надо еще многое подготовить к походу! – Тарглан хлопнул меня по плечу, а затем на его губах появилась кривая, издевательская усмешка. – Или, может, хочешь сначала зайти к избранной и пожелать будущей королеве доброго утра?

Я скрипнул зубами. Брат намеренно дразнил меня, дергая за больную струну. Но, как это ни глупо, поговорить с Айлин, проверить, как она, мне действительно хотелось до одури.

Спешно одевшись и приведя себя в приличный вид, мы вдвоем спустились в гостевое крыло и бесцеремонно вошли в богато обставленные покои будущей королевы. Девушка еще спала. Пугающий ритуал и осознание собственного положения вымотали ее без остатка. Она свернулась калачиком под тяжелым балдахином.

Тарглан с ухмылкой шагнул к кровати, намереваясь грубо растолкать спящую красавицу, но я инстинктивно перехватил его руку.

– Зачем? Не трогай ее. Пусть спит, – негромко, но твердо сказал я. – Поговорим позже.

– Ого. Ты ее жалеешь? – Тар брезгливо поморщился, вырывая запястье, и покачал головой. – Успокойся, Эйр. Я не собираюсь ее обижать, портить или бить. Она ведь станет матерью моих сыновей. Моей собственностью, но ты ведешь себя слишком странно для деверя.

– Я знаю, Тар… – Я нервно тряхнул волосами, пытаясь подобрать слова. – Знаю, но я ничего не могу с собой поделать. Это как инстинкт. Я хочу защищать ее от всех. И, кажется, даже от тебя. Ты вообще чувствуешь этот ее запах? Он же просто одуряющий… Сводит с ума.

– Да я чувствую абсолютно то же самое, идиот! Она же избранная! Наша кровь реагирует на нее! – слишком громко и эмоционально воскликнул Тарглан, раздраженно всплеснув руками.

От его крика спавшая девушка тревожно пошевелилась. Ее длинные светлые ресницы дрогнули, и Айлин распахнула глаза, оказавшиеся такими же пронзительно-голубыми, как сегодняшнее утреннее небо. Заметив у своей постели двух высоких мужчин, она в ужасе ахнула, резко села и судорожно подтянула шелковое одеяло до самого подбородка.

– Доброе утро, малышка! – Тарглан мгновенно нацепил на лицо свою фирменную, масляную улыбку. – Как спалось на королевской перине?

– Не бойся, Айлин. Мы не причиним тебе вреда, – поспешно добавил я.

Мне было больно видеть страх в ее глазах. И нестерпимо хотелось сесть на край кровати, обнять ее, успокоить, прижать к груди и никогда больше не отпускать.

Айлин затравленно переводила взгляд с брата на меня и обратно. Затем она судорожно сглотнула и, набравшись смелости, тихо, с надеждой произнесла:

– Принцы… Я сделала то, что от меня требовали. Я отдала кровь, и ритуал прошел. Теперь я свободна? Вы отпустите меня домой?

Громкий и откровенно издевательский хохот Тарглана эхом отскочил от стен спальни. Я болезненно поморщился.

– Какая же ты милая и наивная, – отсмеявшись, протянул брат, наклоняясь к ней. – Куда ты пойдешь, птичка? Ты – избранная. Ты станешь моей законной женой, королевой Арлингейда, и родишь мне множество наследников! Теперь это твой дом. До конца твоих дней.

Глаза девушки расширились от ужаса. Она побледнела как полотно и в отчаянии перевела взгляд на меня, словно умоляя, ожидая, что добрый господин сейчас осадит брата и назовет все это глупой шуткой.

Я встретил ее взгляд. Внутри все сжалось в тугой кровоточащий узел. Предавая и ее, и самого себя, я медленно опустил веки и коротко кивнул, подтверждая слова Тарглана.

Айлин замотала головой, отказываясь верить. Ее красивые, искусанные губы скривились, прозрачные слезы брызнули из глаз.

– Нет… Нет! Нет-нет-нет, только не это! – закричала она, срываясь в истерику.

Я, не думая, бросился к ней, протягивая руки, чтобы удержать, успокоить бьющееся в панике тело. Но Айлин с неожиданной силой ударила кулачками мне в грудь, отталкивая прочь, как прокаженного.

Тарглан жестко потянул меня назад за рукав халата.

– Оставь ее, – равнодушно бросил он, глядя на рыдающую девушку. – Пойдем отсюда. Дадим ей время смириться со своей великой судьбой.

Глава 8

Тарглан

Ночь перед выступлением выдалась для меня маятной. Сон так и не пришел. Я расхаживал по своим покоям, раз за разом прокручивая в голове план вторжения в Горгот. Нашим главным и самым смертоносным козырем была внезапность. Мы просто обязаны им воспользоваться, ударив раньше, чем их шпионы соберут слухи о том, что проклятие Арлингейда пало, и мы вернули свою драконью ипостась.

Утро наступило незаметно. Солнце еще даже не коснулось горизонта бледными лучами, а я уже носился по гудящему, как потревоженный улей, замку, раздавая жесткие указания.

На складах спешно грузили на телеги припасы на случай, если осада затянется. Под покровом ночи наша регулярная армия уже форсированным маршем подтянулась к границам. Мы готовились в лихорадочной спешке, зная, что нельзя терять ни одного драгоценного мгновения. Вражеские лазутчики в любой момент могли отправить весть о нашем пробуждении с почтовыми птицами. Нужно было их опередить. Теперь, когда в нашем арсенале появились два взрослых боевых дракона, преимущество полностью на стороне Арлингейда.

Попрощавшись с матерью на крыше Восточной башни, мы с Эйрданом призвали Ветра. Обратившись в двух ящеров, мы с ревом взмыли в небо и взяли курс на границу. Внизу в предрассветном тумане стройными стальными рядами уже шагала наша армия. Поскольку крылья несли нас гораздо быстрее конницы, мы сделали несколько широких кругов над авангардом, подгоняя военачальников и давая отставшим обозам время подтянуться.

Я планировал быструю, сокрушительную войну. Так оно и вышло.

Горгот абсолютно не ожидал вероломного, полномасштабного нападения. Их хваленые шпионы так и не успели донести вести о том, что два принца вернули себе магию крови.

Мы смяли пограничные заставы, словно сухие ветки, в первый же день. А на следующее утро многотысячная армия Арлингейда уже стояла под высокими стенами их неприступной столицы. С высоты своего полета я прекрасно видел, как в панике мечутся по парапетам вражеские лучники, как суетливые солдаты пытаются разжечь огонь под котлами с кипящей смолой. Жалкое зрелище. Все это было абсолютно бесполезно против драконьей чешуи.

Как только первый луч солнца мазнул по шпилям вражеского замка, мы с Эйром с грохотом спустились к своим передовым полкам, вернув человеческий облик.

– Сегодня – день великой битвы! – заорал я, вскидывая меч. Мой голос, усиленный магией, прокатился над притихшим войском. – Враг подло поверг нас в прах много лет назад, но сегодня Арлингейд даст свой кровавый ответ!

– С этого дня Горгот больше никогда не посмеет угрожать нашим землям! – подхватил Эйрдан, блеснув на солнце обнаженным клинком. – Мы сломим их хребет! Отомстим за короля Селтика!

Всеобщий исступленный рев тысяч глоток взмыл к небесам. Воины яростно заколотили мечами о железные щиты, предвкушая бойню.

Довольно оскалившись, мы с братом отбросили плащи. Нас вновь охватили ревущие вихри, и спустя секунду Черный и Белый драконы с оглушительным рыком ударили в небо. Разделившись, мы раз за разом проносились вдоль крепостных стен, заливая парапеты смертоносным, всепоглощающим пламенем. Камень плавился и стекал вниз. Тяжелые арбалетные болты и зазубренные гарпуны просто со звоном отскакивали от нашей непробиваемой чешуи. Выжившие защитники Горгота, бросая оружие, в диком ужасе бежали со стен, давя друг друга.

Охваченные паникой стражники у ворот дрогнули, и тяжелый подъемный мост со скрежетом рухнул через ров. Наша армия лавиной хлынула в обреченный город.

Узкие мощеные улицы мгновенно заполонили наши воины. Отовсюду доносились крики, звон сталкивающейся стали и предсмертные хрипы. Солдаты Арлингейда молниеносно прорывались к королевскому замку, безжалостно кромсая пытающихся перегруппироваться врагов.

А мы кружили над городом, в неистовом гневе сжигая казармы и сторожевые башни. Мы делали с их столицей ровно то же самое, что их наемники когда-то сотворили с нашим домом. Сладкий, пьянящий яд мести огнем струился по моим венам.